Когерентная концепция истины

<

Переосмысление основополагающих принципов классической теории истины привело в возникновению в русле аналитической философии новой концепции истины, получившей название когерентной. Истоки когерентной концепции истины аналитики обнаруживают в идее И. Канта о несоответствии наших описаний объекта тому, каков он »сам по себе», независимо от его воздействия на нас. Истинность суждений определяется в когерентной концепции не соответствием обмани реальности, а ролью и местом высказывания в некоторой концептуальной схеме, когерентностью предложения с уже имеющимися достоверными знаниями. Истина становится продуктом соглашения, конвенции, конвенции. Суждение становится истинным не само по себе, а по отношению к каким конкретной познавательной ситуации, соответствует ценностям и ши сам того или иного научного сообщества; истинность предложении состоит в его когеренции, или согласии с другими предложениями.

Возможным оказывается одновременное сосуществование множества истинных философских положений. Так, X. Патнэм отмечает, что »не существует точки зрения Бога, которую мы можем знать или можем представить; существуют только разнообразные точки конкретных людей, отражающие. их разнообразные интересы, которым служат теории и описания» [цит. по: Макеева Л.Б. Философия Х. Патнэма. М., 1996., с. 88]. Место объективной реальности занимают язык, высказывания, предложения Аналитическое направление западной философской мысли превращает язык в самостоятельный объект исследования, рассматривает его неотъемлемый компонент рационального дискурса. Л. Витгенштейн усматривает в аналитическом прояснении языка основную функцию философии, выводя тем самым за рамки философской проблематики метафизику. Суть познания, по Л. Витгенштейну, — не поспит чистого качества вещей, их подлинного содержания, а oобъяснение фактов и изучение законов репрезентации фрагментов реальности.

Философское исследование направляется на установление и »логической картины факта» [Витгенштейн Л. Логико-философский тракта // Философские работы. М., 1994. Ч. 1, с. 10]. Язык представляется как особое смысловое пространство, структура которого отражает структуру реальности и мышления. Задачей философии Л. Витгенштейн считает высказывание о невыразимом, неуловимом в пределах дознаватели способностей человека а прояснение наличных актов мышления: »Мысли, обычно как бы туманные и расплывчатые, философия призвана делать ясными и отчетливыми» [Витгенштейн Л. Логико-философский тракта // Философские работы. М., 1994. Ч. 1, с. 10, с. 24]. Эмпирическое подтверждение лишается своей доминирующей роли и всецело подчиняется силе представлений, той »концептуальной схеме», в которой оно производит. Согласно X Патнэму, всякое знание об объектах действительного можно только в рамках некоторой теории, факты не существуют не зависимо от нашего отношения к ним: »Мы разрезаем мир на объекты, когда вводим ту или иную схему описания» [цит. по: Макеева Л.Б. Философия Х. Патнэма. М., 1996, с. 87].

Когерентную концепцию истины развивали некоторые представители неопозитивизма, например, О. Нейрат. Его версия исходит из того, что только метафизика может пытаться сравнивать предложения с реальным миром. Истинность научного знания заключается не в том, что знание соответствует действительности, а в том, что всё знание представляет собой самосогласованную систему. Именно это свойство самосогласованности является тем референтом, к которому относится понятие истины.

<

Когерентность рассматривается как внутреннее свойство системы высказываний, которое касается отношения одних высказываний к другим, но она не касается отношений к фактам действительности, к реальности. Проблема когерентности решается в логическом смысле. Но очевидно, что условие непротиворечивости не является достаточным условием истинности, так как не всякая противоречивая система о мире соответствует реальному миру. Это условие применимо к естественным наукам, но к философскому знанию применимо далеко не всегда. Так, в естественных науках не может быть высказано противоречивых по отношению друг к другу суждений об одном и том же предмете. Если появившегося две версии развития одного и того же процесса, то одна из них ложная. И хотя в физике, например, некоторое время сосуществовали две теории света — волновая и корпускулярная, — но это представление было непродолжительным, оно было опровергнуто уже в 1924 г., когда Луи де Бройль доказал, что волновые свойства есть у заведомо корпускулярных объектов: электронов, протонов, нейронов. В философии, в отличие от естественных наук, различные методологические программы (герменевтика, экзисгеницализм, феноменология, структурализм) предлагают не только не согласующиеся друг с другом теории, но и по-разному интерпретируют даже предмет философии. В философии принцип детерминизма сменяется принципом индетерминизма Противоречивость теории не указывает на её ложность, поэтому такое большое значение придаётся в философии собственной истории.

Представители когерентной концепции истины приходят к выводу о многообразии правильных версий описания мира М. Даммит, Н. Гудмен считают, что их предоставляют не только наука, но и обыденное сознание, и разные виды искусства. Поэтому описания мира невозможно сравнивать с реальностью в той форме, в какой она существует до всякого описания. Сравнению подлежит не реальность и её описание, а различные версии друг с другом. Критериями выбора правильной версии становятся: когерентность, дедуктивная и индуктивная правильность, простота и сфера действия. Истина в связи с этим рассматривается уже не как соответствие реальности, а как »рациональная утверждаемость», »когерентность», »правильность подгонки».

Классический вариант когерентной концепции истины — теория Р. Карнапа. Р. Карнап утверждает, что объективно истинные, абсолютно достоверные знания возможны, они могут быть достигнуты в науке и выражены в протокольных предложениях. При этом протокольные предложения отображают не только формальную суть проблемы, но и позволяют увидеть субъективную сторону — чувственные переживания субъекта. Сводя истинные знания к протокольным предложениям, Р. Карнап предлагал очистить язык философии от бессмысленных псевдопредложений. Важнейшим критерием истины становится критерий верификации. Р. Карнап создаёт верификационную теорию значения, согласно которой смыслом обладают предложения, сводимые к протокольным предложениям. В соответствии с этим Р. Карнап различает два типа вопросов о существовании объектов:

1Внутренний. Этот тип вопросов связан с языковым каркасом, представляющим собой систему способов речи, подчинённых определённым правилам. Признать, что та или иная вещь реальна, — значит суметь включить её в систему других вещей, реальность которых подтверждена правилами каркаса

2Внешний. Вопросы этого типа касаются существования всей системы объектов, признаваемых в данном языковом каркасе, касаются принятия или непринятия самого языкового каркаса, что по сути является вопросом веры, интересов и целей людей.

Когерентная концепция истины продемонстрировала зависимость истинного суждения не от самой реальности, а от конвенций и ценностных проблем, показала, что истина — историко-контингентный продукт сложного взаимодействия процедуры принятия проблем и эффективности их решения в рамках изменяющихся методологических программ. Зависимость истины от ценностных координат была охарактеризована К Хюбнером в работе »Критика научного разума». При этом рассмотрение проблемы истины в связи с изменяющимися методологическими правилами и стандартами опирается на критику идеи Куна о зависимости истины от парадигмы.

X. Позер, отмечает, что предикат истинности носит гипотетический характер. Истина ставится им в зависимость от типов установлений. X. Позер в свой работе »Правила как формы мышления» называет шесть типов установлений [Позер Х. Правила как формы мышления // Разум и экзистенции. СПб., 1999]:Онтологические установления. Они определяют, какие элементарные объекты, процессы и положения вещей приняты в некоторой науке, каковы допустимые атрибуты и отношения и как из них строятся сложные образования.

1 Установления об источниках знания, таких как чувственный опыт, разум, откровения, аналогия, авторитет, традиция.

2 Оценочные установления. Устанавливают иерархию источников знания и определяют, в чём состоит процедура доказательства, проверки и опровержения.

3 Инструментальные установления. Они касаются допустимых вспомогательных средств.

4 Эстетические или нормативные установления (И. Элкана, К Хюбнер). Они определяют свойства, которыми должны обладать теории (степень фальсифицируемости, наглядности и др.).

5Аксиологические установления (К. Хюбнер). Это неопровержимые и конвенционально вводимые фундаментальные допущения, которых достаточно жёстко придерживаются исследователи на протяжении отдельных исторических эпох.

Выявляя спектр установок, детерминирующих решение проблемы истины, X. Позер отмечает, что абсолютное обоснование истины невозможно, всякое обоснование основывается на некоторых посылках. Отказываясь от идеи соответствия истинного суждения самой реальности, но сохраняя веру в объективность истины, представители когерентной концепции истины по сути творили новую реальность, новое бытие, порождающее истины. Бытие в когерентной теории — не сама реальность, а концептуальные средства. Э.М. Чудинов, размышляя об этой особенности когерентной теории истины, писал, что если мы откажемся от классической идеи соответствия, то »может создаться впечатление, что концептуальные средства, являющиеся продуктом мыслительной деятельности человека, имеют мистическую власть над природой. Чтобы избежать этого вывода, который противоречит науке, мы должны предположить, что возможность мысленного «рассечения» действительности имеет под собой объективные основания. Действительность многокачественна, и именно это обстоятельство является объективной предпосылкой того, что она может «рассекаться различным образом» [Чудинов Э.М. Природа научной истины. М., 1977, с. 269].

Известно, что когерентная концепция истины возникает на волне критики корреспондентного подхода Задачи, которые ставили перед собой представители новой теории истины, предполагали преодоление выявленных противоречий в классической концепции истины. Однако об устранении в когерентной теории традиционных проблем истины говорить не приходится. Это отмечал ещё М. Шлик: »Если рассматривать когерентность в качестве общего критерия истинности, мы должны считать всякого рода сказки столь же истинными, как исторические свидетельства или утверждения в трудах по химии, — конечно, в том случае, когда в сказке нет противоречий» [Проблема метода в современной буржуазной философии. М., 1986, с. 140]. Критика в адрес когерентной концепции истины высказывалась и современными российскими философами. Так, Э.М. Чудинов утверждает, что когерентный подход не только не преодолевает трудности, но и »усугубляет их, сталкиваясь, в свою очередь, и с другими, неразрешимыми для неё проблемами» [Чудинов Э.М. Природа научной истины. М., 1977, с. 23]. Л.Б. Макеева замечает, что когерентная теория очень уязвима для критики и главной её проблемой является »невозможность избежать релятивизма» [Макеева Л.Б. Философия Х. Патнэма. М., 1996 с. 92].

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 0.91MB/0.00032 sec

WordPress: 21.14MB | MySQL:115 | 1,275sec