Проблемы урегулирования корпоративных конфликтов

<

111712 2033 12 Проблемы урегулирования корпоративных конфликтов Осуществление обществом предпринимательской деятельности, успешное решение задач и достижение целей, поставленных перед обществом при его учреждении, возможны лишь при наличии в нем условий для предупреждения и урегулирования корпоративных конфликтов — конфликтов между органами общества и его акционерами, а также между акционерами, если такой конфликт затрагивает интересы общества.

Предупреждение и урегулирование корпоративных конфликтов в обществе в равное мере позволяет обеспечить соблюдение и охрану прав акционеров и защитить имущественные интересы и деловую репутацию общества. Как предупреждению, так и урегулированию корпоративных конфликтов способствует точное и безусловное соблюдение обществом законодательства, а также его добросовестное и разумное поведение во взаимоотношениях с акционерами.

Нижеуказанные положения о досудебном урегулировании корпоративных конфликтов не препятствуют лицам, чьи права нарушены, обращаться в судебные органы.

1 Общие положения.

— Эффективность работы по предупреждению и урегулированию корпоративных конфликтов предполагает максимально полное и скорейшее выявление таких конфликтов, если они возникли или могут возникнуть в обществе, и четкую координацию действий всех органов общества.

— Позиция общества в корпоративном конфликте должна основываться на положениях законодательства.

2. Порядок работы органов общества по урегулированию корпоративных конфликтов.

Компетенцию органов общества по рассмотрению и урегулированию корпоративных конфликтов рекомендуется четко разграничивать. Рекомендуется, чтобы единоличный исполнительный орган от имени общества осуществлял урегулирование корпоративных конфликтов по всем вопросам, принятие решений по которым не отнесено к компетенции иных органов общества, чтобы совет директоров общества осуществлял урегулирование корпоративных конфликтов по вопросам, относящимся к его компетенции.

Основной задачей органов общества в процессе урегулирования корпоративного конфликта является поиск такого решения, которое, являясь законным и обоснованным, отвечало бы интересам общества. Работу по урегулированию конфликта рекомендуется проводить при непосредственном участии акционера путем прямых переговоров или переписки с ним.

3. Участие общества в урегулировании корпоративных конфликтов между акционерами

В случае возникновения корпоративного конфликта между акционерами общества, способного затронуть интересы самого общества либо других его акционеров, органу общества, ответственному за рассмотрение данного спора, следует решить вопрос о том, затрагивает ли данный спор интересы общества и будет ли его участие способствовать урегулированию такого спора, а также принять все необходимые и возможные меры для урегулирования такого конфликта.

Определенную проблему вызвало на практике недостаточно четкое разграничение подведомственности дел между судами общей юрисдикции и арбитражными судами в отечественном процессуальном законодательстве, действовавшем до принятия новых Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 2002 года и Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации 2002 года, вызывало известную напряженность.

Особенно остро эта проблема проявилась применительно к так называемым корпоративным спорам, основную массу которых составляют споры, вытекающие из деятельности хозяйственных товариществ и обществ. Наличие альтернативной подведомственности дел, при которой названные споры могли рассматриваться как арбитражными судами, так и судами общей юрисдикции — в тех случаях, когда в качестве стороны по делу выступал гражданин, не имеющий статуса индивидуального предпринимателя (например, акционер) — создавало возможность принятия судами различных ветвей системы правосудия конкурирующих, взаимоисключающих судебных актов в отношении одних и тех же лиц. Это послужило благодатной почвой для ведения так называемых »корпоративных войн» с использованием механизмов судебной системы и системы исполнительного производства в целях недобросовестного перехвата корпоративного контроля (в отечественной практике такие методы обычно именуются корпоративными захватами или недружественными поглощениями).

<

Общеизвестно, что настоящей болезнью российской судебной системы стали участившиеся случаи принятия судами общей юрисдикции, находящимися, как правило, в регионах, отдаленных от места нахождения юридических лиц, вокруг которых возник корпоративный конфликт, противоречащих друг другу обеспечительных мер. При этом методика ведения корпоративных войн предполагает намеренное сокрытие от противной стороны факта обращения в суд, в результате чего заинтересованные лица, в том числе и само юридическое лицо, оказываются лишенными возможности принять участие в разбирательстве дела и узнают о наличии судебного спора лишь после того, как суд, находящийся в другом конце страны, уже примет соответствующий судебный акт, и он будет обращен к исполнению.

Именно эти обстоятельства во многом определили направления последней реформы российского процессуального законодательства. В п. 4 ч. 1 ст. 33 нового АПК РФ закреплена норма, согласно которой к специальной подведомственности арбитражных судов отнесены дела по спорам между акционером и акционерным обществом, участниками иных хозяйственных товариществ и обществ, вытекающим из деятельности хозяйственных товариществ и обществ, за исключением трудовых споров. Целью законодателя было исключение возможности принятия арбитражными судами, с одной стороны, и судами общей юрисдикции — с другой, противоречащих друг другу судебных актов в рамках одного корпоративного конфликта.

Между тем, отечественная практика развития корпоративных конфликтов показывает, что и после введения в действие нового АПК РФ, несмотря на предпринятые законодателем меры, недобросовестными участниками предпринимательских отношений повсеместно продолжают осуществляться корпоративные захваты (недружественные поглощения), причем методы таких агрессивных действий, по сути, не изменились. Причины коренятся не только в нечеткости формулировки приведенной выше нормы п. 4 ч. 1 ст. 33 АПК РФ, которая не охватила собой некоторые категории корпоративных споров, в силу чего сохранилась возможность рассмотрения соответствующих дел судами общей юрисдикции. Нельзя не признать, что в целом практика вовлечения судов общей юрисдикции в корпоративные войны резко пошла на убыль с введением в действие АПК РФ 2002 г. Однако ограничение возможностей использования судов общей юрисдикции для целей перехвата корпоративного контроля привело, как бы по принципу сообщающихся сосудов, к смещению соответствующих проблем в систему арбитражного судопроизводства.

Подобным же образом недобросовестные участники корпоративных конфликтов добиваются принятия теперь уже арбитражными судами, находящимися в регионах, с которыми деятельность юридического лица, ставшего предметом конфликта, никак не связана, судебных актов, позволяющих фактически с санкции государства и с использованием аппарата властного принуждения осуществить перехват контроля над корпорацией. При этом, как правило, заинтересованные лица лишены возможности полноценного осуществления ими своих прав в рамках судебного процесса, и в результате не могут адекватным образом повлиять на его судьбу.

Таким образом, становится ясно, что четкое разграничение подведомственности дел между двумя ветвями судебной системы, хотя и является необходимым условием противодействия корпоративным захватам (недружественным поглощениям), само по себе данной проблемы не решает. Следующим шагом в совершенствовании российского процессуального законодательства должно стать закрепление в АПК РФ специальных правил о территориальной подсудности дел по корпоративным спорам.

Предполагалось, что после введения в действие нового АПК РФ споры, касающиеся акционерных обществ, иных хозяйственных товариществ и обществ, будут рассматриваться в одном суде, как правило, по месту регистрации юридического лица, в связи с которым возник спор, то есть там, где находятся все необходимые документы, иные доказательства и т. д. Безусловно, если бы споры, вытекающие из деятельности хозяйственного товарищества или общества, могли рассматриваться только одним арбитражным судом, находящимся в том же регионе, это существенно сократило бы возможности недобросовестного перехвата контроля над юридическими лицами. Однако эти оптимистичные прогнозы не подтвердились, что неудивительно, ведь действующее процессуальное законодательство не содержит правил об обязательности рассмотрения корпоративного спора арбитражным судом по месту нахождения юридического лица, вокруг которого этот спор возник.

Напротив, нормы АПК РФ о подсудности прямо допускают рассмотрение корпоративных споров, вытекающих из деятельности хозяйственных товариществ и обществ, не по месту их нахождения.

По правилу общей территориальной подсудности согласно ст. 35 АПК РФ иск предъявляется в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по месту нахождения или месту жительства ответчика. Согласно п. 2 ст. 54 Гражданского кодекса РФ место нахождения юридического лица определяется местом его государственной регистрации. Государственная регистрация юридического лица осуществляется по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа, а в случае отсутствия постоянно действующего исполнительного органа — иного органа или лица, имеющих право действовать от имени юридического лица без доверенности.

Вместе с тем ч. 2 ст. 36 АПК РФ содержит правило об альтернативной подсудности дел по иску к ответчикам, находящимся или проживающим на территориях разных субъектов Российской Федерации. Такие иски могут предъявляться в арбитражный суд по месту нахождения или месту жительства одного из ответчиков по выбору истца. К примеру, по искам о признании недействительными решений общего собрания акционеров ответчиками могут выступать, наряду с акционерным обществом, и его акционеры. Соответственно, если хотя бы один из акционеров, привлеченных в качестве ответчиков, находится (проживает) в ином, нежели общество, регионе, истец вправе по своему выбору предъявить иск в тот или иной арбитражный суд.

На практике недобросовестные участники корпоративных отношений, инициируя судебный процесс, искусственным образом вызывают ситуацию альтернативной подсудности, для чего в качестве одного из соответчиков привлекается какое-либо лицо, находящееся (проживающее) на территории иного субъекта Российской Федерации,
отличного от места нахождения соответствующего юридического лица.

Кроме того, в ряде случаев корпоративный спор может оказаться прямо неподсудным арбитражному суду по месту нахождения соответствующего хозяйственного товарищества или общества. По некоторым категориям дел привлечение, юридического лица, по поводу которого возник корпоративный спор, к участию в деле в ‘ качестве ответчика вообще исключено. Подобная ситуация возможна при рассмотрении арбитражными судами различного рода споров между акционерами (участниками иных, товариществ и обществ), споров по искам к держателям реестра акционерных обществ (регистраторам) и т. д. В этих случаях соответствующий иск согласно ст. 35 АПК РФ должен предъявляться в арбитражный суд того субъекта Российской Федерации, на территории которого находится (проживает) ответчик.

По общему правилу, закрепленному в ст. 35 АПК РФ, иски предъявляются в арбитражный суд по месту нахождения (жительства) ответчика. Правила об альтернативной (ст. 36 АПК РФ) и договорной (ст. 37 АПК РФ) подсудности дел выражают в себе диапозитивное начало в арбитражном судопроизводстве. Однако не всегда перечисленные нормы в их сочетании могут обеспечить справедливый баланс интересов лиц, участвующих в деле, и соблюдение требований процессуальной экономии. Поэтому в гражданском, в том числе арбитражном процессе существует институт исключительной подсудности определенных категорий дел.

Исключительная подсудность, как отмечается в доктрине, называется так потому, что устанавливаемые ей правила исключают применение других видов территориальной подсудности, в частности, общей территориальной, альтернативной, договорной и по связи требований (дел). По определенным категориям гражданских дел, указанным в законе (применительно к арбитражному судопроизводству это ст. 38 АПК РФ) выбор суда не зависит от воли истца, а точно определен в законе. Предъявление исков по перечисленным в законе делам в другие суды, кроме указанных, исключается. М.К. Треушников совершенно справедливо отмечает, что »нормы об исключительной подсудности разумны и направлены на обеспечение в максимальной степени благоприятных условий для своевременного и правильного рассмотрения дел, названных в данной статье, поскольку облегчается как собирание доказательств по делу, так и решение других вопросов процесса».

Очевидно, что для пресечения обширной практики ведения корпоративных войн »партизанскими» методами необходимо установление исключительной подсудности дел, вытекающих из корпоративных споров. Споры, разрешение которых приводит или может привести к перераспределению корпоративного контроля, должны рассматриваться исключительно арбитражными судами по месту нахождения соответствующих юридических лиц.

Предвосхищая возможные возражения о том, что закрепление в процессуальном законе нормы об исключительной подсудности корпоративных споров ограничит конституционное право граждан — акционеров, участников иных товариществ или обществ — на судебную защиту, отметим, что, во-первых, как таковое право на судебную защиту нарушено этим не будет, во-вторых, установление определенных рамок было бы вполне обоснованным. Более того, введение исключительной подсудности корпоративных споров в полной мере отвечает конституционному принципу соразмерности (пропорциональности) и сбалансированности при ограничении субъективных прав.

Раскрывая содержание данного принципа, Г.А. Гаджиев указывает, что, »как правило, необходимость введения законодательных ограничений связана с признанием важности каких-либо общественных (публичных) интересов, которые выступают в качестве цели, ради достижения которой норма, служащая способом достижения цели, вводит ограничение основного права ». При этом »принципиальная возможность ограничения основных экономических прав обычно связывается со зрелостью, сознательностью предпринимателей, которые, обладая капиталом, собственностью, должны учитывать, что собственность не только дает право, но и порождает многочисленные обязанности перед обществом».

В данном случае, становясь внутренним инвестором (акционером, участником, учредителем) того или иного юридического лица, гражданин, приобретающий корпоративные права, принимает на себя и обязанность не злоупотреблять ими при их осуществлении. Кроме того, он должен осознавать все риски и издержки, которые могут возникнуть в связи с участием в юридическом лице. К их числу относятся и возможные судебные споры по поводу юридического лица, в том числе и зарегистрированного в отдаленном регионе. При исключительной подсудности споров, вытекающих из деятельности хозяйственного товарищества или общества, лицо, ставшее его внутренним инвестором, будет знать наверняка, какому суду подсудны все дела по таким спорам. Иными словами, лицо, учреждая юридическое лицо или приобретая акцию, долю в хозяйственном обществе, зарегистрированном в конкретном субъекте Российской Федерации, согласится и с юрисдикцией соответствующего арбитражного суда.

Таким образом, как современная отечественная практика правоприменения, так и обширный зарубежный опыт свидетельствуют в пользу скорейшего закрепления в российском процессуальном законодательстве нормы об исключительной подсудности корпоративных споров. Такие споры должны в любом случае рассматриваться арбитражными судами по месту нахождения соответствующего юридического лица. Для этого необходимо внести соответствующее дополнение в ст. 38 АПК РФ. Предлагаемая законодательная мера стала бы необходимой гарантией от непредвиденных нарушений прав и законных интересов внутренних инвесторов юридических лиц.

<

Комментирование закрыто.

WordPress: 22.05MB | MySQL:118 | 1,228sec