ОБЩАЯ СТАТИСТИКА СМЕРТНОСТИ ОТ ВНЕШНИХ ПРИЧИН В РОССИИ

<

051514 1159 1 ОБЩАЯ СТАТИСТИКА СМЕРТНОСТИ ОТ ВНЕШНИХ ПРИЧИН В РОССИИПод «смертностью от внешних причин», «насильственной смертностью», «смертностью от повреждений» или «травматической смертностью» – все эти выражения могут рассматриваться как синонимы – понимается смертность от причин, вызванных не болезнями, а различными внешними воздействиями – умышленными (убийства и самоубийства) или неумышленными (всякого рода несчастные случаи).

Уже в первой международной классификации болезней и причин смерти, появившейся в конце XIX века, эти причины были объединены в отдельную группу/класс. В классификации, которая применялась с 1965 года в государственной статистике России/СССР (и была основана на современных ей международных классификациях), этот класс причин смерти назывался «Несчастные случаи, отравления и травмы». В действующей ныне международной классификации 10 пересмотра – это XIX класс по причине смерти (травмы, отравления и некоторые другие последствия воздействия внешних причин) и/или XX класс по характеру внешней причины (внешние причины заболеваемости и смерти).

До революции в Российской империи не существовало систематической статистики причин смерти. Но, благодаря интересу к смертям от внешних причин со стороны правоохранных органов, сведения о них фиксировались и изучались. Центральный Статистический Комитет МВД России с 1870 по 1893 годы публиковал сведения о смертях (по видам смерти, полу умерших, в разрезе губерний/областей), «которые воспоследовали внезапно или от злой воли человека, т.е. насильственные, или от разных независящих от покойного причин. Такие смерти вообще констатируются полицейско-медицинскими исследованиями, и, следовательно, не подлежат сомнению». Хотя данные ЦСК заканчиваются 1893 годом, в медицинских статистических сборниках публиковались сведения о произведенных судебно-медицинских расследованиях, которым, по закону, подлежал каждый случай насильственной или скоропостижной смерти. Используя эти данные, можно составить непрерывный ряд показателей насильственной смертности в 50 губерниях Европейской России за 1870 – 1914 годы.

После революций и Гражданской войны, в первой половине 1920-х годов во всех городских поселениях вводится регистрация смерти с обязательным удостоверением врачом и, как полагали работники ЦСУ в то время, «насильственные смерти, а также самоубийства на все 100% проходят через судебно-следственные инстанции». Тогда же статистические органы начали разработку и публикацию сведений об умерших по причинам смерти (по полу и возрасту). К сожалению, такие публикации завершаются 1926 годом. Впоследствии в открытой печати подобные сведения не публиковались до 1960-х, а интересующие нас официальные данные о смертности от насильственных, или внешних причин впервые опубликованы в 1988 году. Удалось, однако, найти архивные материалы органов госстатистики о причинах смерти городского населения, начиная с 1933 года. С конца 1930-х постепенно вводится обязательная медицинская регистрация смерти и в некоторых сельских поселениях (например, для сел — районных центров удалось найти сводки этой выборочной разработки с 1948 года). И, наконец, с 1956 года статистическая разработка причин смерти производится в отношении всех умерших – и в городских поселениях, и в сельской местности.

Объединение всех этих материалов позволило сделать оценку травматической смертности в России, начиная с 1870 года (см. рисунок 1).

В то время как общий коэффициент смертности в России на протяжении ста лет постепенно и с перерывами снижался, коэффициент смертности от внешних причин непрерывно рос, и этот рост продолжался и тогда, когда стал увеличиваться и общий коэффициент. Более того, именно рост насильственной смертности внес очень большой вклад в общее повышение смертности в России в последней трети ХХ века.

Для понимания значения смертности от внешних причин и их места среди других причин смерти очень важно то обстоятельство, что речь идет о единственном классе причин, который обусловливает только предотвратимые смерти. Убийства, самоубийства, автомобильные катастрофы и другие источники более или менее случайных внешних воздействий во всем мире ежегодно обрывают свыше 5 миллионов человеческих жизней, которые без этих воздействий могли бы длиться еще много лет.

 

051514 1159 2 ОБЩАЯ СТАТИСТИКА СМЕРТНОСТИ ОТ ВНЕШНИХ ПРИЧИН В РОССИИ

Рисунок 1. Смертность от всех причин и насильственная смертность. Российская Империя — РСФСР — Российская Федерация, 1870-2000.

Огромна и экономическая цена смертности от внешних причин. По американским данным, в 1994 году ущерб от одной смерти от повреждений был в 3,4 раза выше, чем в среднем от смерти независимо от причины (свыше 533 и более 156 тысяч долларов, соответственно).

 

 

 

 

 

 

 

2. МЕСТО СМЕРТНОСТИ ОТ ВНЕШНИХ ПРИЧИН В ОБЩЕЙ СМЕРТНОСТИ

 

Особо губительное значение насильственной смертности не всегда осознается. По абсолютному количеству обусловленных ею смертей она намного уступает смертности от болезней системы кровообращения (например, в России в 1999 году от них умерло 1188 тысяч человек, тогда как от внешних причин — всего 300 тысяч); обычно она ответственна также и за меньшее число смертей, чем от новообразований. Занимая, таким образом, третье место среди причин смерти, внешние причины нередко привлекают и третьестепенное внимание.

Такая недооценка роста насильственной смертности обходится очень дорого. Дело в том, что ей значительно сильнее, чем смертности от болезней, подвержены дети, молодежь и зрелые люди в возрасте до 45 лет. Поэтому, даже будучи третьей по значению причиной, определяющей уровень общей смертности, внешние причины везде занимают первое место среди причин преждевременной смертности. А ведь бороться можно только с преждевременной смертностью, смерть вообще — неизбежна.

К этой общей для всех развитых стран черте насильственной смертности добавляются еще и ее специфические российские особенности.

Одна из них — это сам масштаб насильственной смертности. Число смертей от внешних причин и их доля среди всех причин смерти у нас огромны, в сравнении с другими развитыми странами, и ее вклад в общую смертность все время растет. Если в начале теперь уже прошлого века в России на сто миллионов населения от внешних причин ежегодно умирало около 40 тысяч человек (или 40 на 100 тысяч населения) и это составляло чуть больше 1% всех умерших, то сейчас в России, где живет менее 150 миллионов, ежегодно от внешних причин умирает около 300 тысяч человек (или свыше 200 на 100 тысяч населения), и это составляет почти 15% всех умерших, а в некоторые годы и более.

В европейских же странах доля смертей от внешних причин принципиально не менялась, составляя в мирное время 6 – 8% . В США с населением почти вдвое большим, чем в России, повреждения уносят почти в 2,5 раза меньше жизней (148 тысяч против 359 в 1995 году) и также составляют всего 6% всех смертей.

Кроме того, если действительно на протяжении длительного времени в России, как и в других странах, повреждения занимали третье ранговое место среди причин смерти, то в течение последнего десятилетия (1994-2010) пять раз (в 1994-1998 и в 2003 годах) они были на втором месте, иначе говоря, число смертей от внешних причин превышало даже число смертей от рака. Если же рассматривать гипотетический выигрыш в средней продолжительности жизни при устранении отдельных причин смерти, то устранение травм у мужчин дает намного больший выигрыш, чем устранение рака, у женщин — близкий по величине, но меньший.

Потери от травматической смертности наибольшие среди детей, подростков, молодых людей и стариков. Среди мужчин они выше, чем среди женщин, среди бедных – выше, чем среди состоятельных. Для людей, злоупотребляющих алкоголем или другими наркотиками или имеющих определенные проблемы со здоровьем, повреждения и смерть от них более вероятны, чем для тех, у кого нет таких проблем. Более вероятны они и для людей определенных занятий, сопряженных с повышенным риском (например, промышленное рыболовство, строительство).

Половые различия смертности от внешних причин больше, чем от большинства других классов причин. Стандартизованный коэффициент смертности от внешних причин российских мужчин почти в четыре раза выше, чем женщин (назовем это отношение МЖО). При этом максимального превышения мужская насильственная смертность достигает в 35 – 39 лет, когда она выше женской почти в шесть раз, тогда как максимум превышения мужской смертности от болезней приходится на возраст 40 – 49 лет и составляет всего (!) три раза.

<

 

051514 1159 3 ОБЩАЯ СТАТИСТИКА СМЕРТНОСТИ ОТ ВНЕШНИХ ПРИЧИН В РОССИИ

Рисунок 2. Соотношение мужской и женской смертности (МЖО) от болезней и травм. Россия, 2003

1 — вся смертность; 2 — от внешних причин (травм);
3 — от болезней; 4 — уровень женской смертности

 

МЖО для некоторых видов насильственной смертности выше среднего для всего класса внешних причин. Такова смертность от утоплений, автотранспортных происшествий (кроме наездов на пешехода), алкогольных отравлений и самоубийств, а значит эти виды смертности «более мужские». Почти чисто мужской является смертность от несчастных случаев, вызванных огнестрельным оружием и электричеством. В девяностые годы заметно выросло МЖО смертности от самоубийств. МЖО смертности от алкогольных отравлений, напротив, имеет выраженную тенденцию к снижению. В последнее десятилетие наметилось и резкое снижение, чего не было раньше, МЖО смертности от автотранспортных происшествий (кроме наездов на пешехода), отражающее, видимо, значительное увеличение доли женщин среди водителей автомобилей.

Для смертности от случайных падений, несчастных случаев, вызванных огнем, наездов на пешеходов и убийств МЖО ниже среднего уровня. В первых двух случаях – это влияние высокой смертности стариков, среди которых намного больше женщин. В двух последних дело, видимо, в значительной доле женщин, умирающих от указанных причин не по своей вине.

Смертность от внешних причин разительно отличается от остальной смертности по своему возрастному распределению. Если для смертности от болезней характерен монотонный рост показателей, (после прохождения минимума в возрасте 10 – 14 лет), до самых поздних возрастов, то смертность от травм, достигнув того же минимума, растет и достигает максимума в средних возрастах (от 20 до 60 лет для разных причин), затем снижается и вновь растет уже в старости (см. рис. 3).

051514 1159 4 ОБЩАЯ СТАТИСТИКА СМЕРТНОСТИ ОТ ВНЕШНИХ ПРИЧИН В РОССИИ

051514 1159 5 ОБЩАЯ СТАТИСТИКА СМЕРТНОСТИ ОТ ВНЕШНИХ ПРИЧИН В РОССИИ

1 — смертность от всех причин; 2 — смертность от внешних причин

Рисунок 3. Возрастные показатели смертности от всех и от внешних причин. Россия, 2009, число смертей на 1 миллион населения (логарифмическая шкала)

У смертности от разных внешних причин и разные возрасты пика смертности, причем со временем возраст пика может меняться. Так для смертей, связанных с автотранспортом, в 1998 пик приходился на возраст 20-24 года, и наблюдалась тенденция к его омоложению (в 1965 он приходился на возрастную группу 30– 34 года). Пик смертности от отравлений алкоголем в 1998 году у мужчин падал на возрастную группу 50– 54 года, а у женщин – 55– 59 лет. Для многих внешних причин пиковые возрасты близки к тем, что отмечены при отравлениях алкоголем. Более молодые пиковые группы характерны для смертности от убийств (30– 34 года у мужчин, и 45– 49 – у женщин) и от утоплений (30– 34 года у мужчин, и 10– 14 лет у женщин).

В таблице показано, какое ранговое место занимают различные виды насильственной смертности среди других причин у детей и в укрупненных возрастных группах взрослых. В 1998 году им принадлежало первое место в возрастах от 1 до 45 лет, второе место в возрасте 15-24 года, третье место в возрасте от 15 до 45 лет и т.д.

Высокие ранговые места внешних причин не всегда связаны только с неблагоприятными изменениями, иногда они связаны с прогрессивной перестройкой структуры причин смерти в процессе так называемого эпидемиологического перехода. Еще в 1920 – 1930-х годах самая большая доля травматических смертей отмечалась в возрастах 20– 24 года и не превышала 20% всех смертей. Остальные смерти в этом возрасте определялись острыми инфекциями и туберкулезом. Но после огромного сокращения инфекционной смертности в 1940– 1950-х, главное место среди причин смерти в рабочих возрастах заняли травмы. От года к году вклад насильственной смертности в общую смертность в различных возрастах может несколько изменяться, но общая закономерность остается неизменной: доля этого вида смертей во всех смертях нарастает к 20-25 годам, когда смертность от болезней невелика, а затем начинает сокращаться — но не потому, что насильственных смертей становится меньше, а потому, что нарастает смертность от болезней.

Преждевременная смертность от различных причин может быть измерена числом потерянных лет потенциальной жизни (ПЛПЖ), т.е. числом лет, которое можно было бы прожить до определенного возраста, если бы смертности от данной причин до достижения этого возраста не было вовсе.

Таблица 1. Потерянные годы потенциальной жизни в возрасте до 65 лет.
Россия, 2010, на 100000 человек

  

Мужчины

Женщины

Оба пола

Всего 

184,1 

62,3 

122,1 

В том числе от насильственной смертности

88,5 

19,6 

53,5 

Доля потерь от насильственных смертей, % 

48,1 

31,5 

43,8 

Численность лет, не дожитых из-за насильственной смертности в России в 2010 году, огромно, оно намного выше, чем от любого другого класса.

Наиболее важные причины смерти в современной России – внешние, а также туберкулез (из-за чрезвычайного роста смертности от него за последнее десятилетие). Число потерянных лет потенциальной жизни (до 65 лет) от новообразований практически не росло; динамика ППЛЖ (до 65 лет) от болезней сердца и сосудистых поражений мозга напоминала динамику ППЛЖ от повреждений, но даже суммарное число лет, потерянных из-за этих двух причин смерти, было меньшим.

Смерти от повреждений являются главной составной частью потерь потенциальной жизни, и поэтому так велик экономический ущерб, наносимый ими.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

3. РОССИЯ НА МИРОВОМ ФОНЕ

 

Место России на мировой шкале травматической смертности — из ряда вон выходящее. Как правило, такая смертность наиболее высока в странах с низким уровнем экономического развития или там, где часты войны и гражданское насилие. Из крупных регионов и стран мира в этом отношении выделяется Африка южнее Сахары – здесь показатель насильственной смертности в два с лишним раза выше, чем, скажем, в Индии, – в первую очередь, – из-за чрезвычайно высокого уровня военного и другого насилия. Ценность человеческой жизни здесь крайне мала. Наиболее низок уровень смертности от повреждений в промышленно развитых странах Европы, в Северной Америке, в Японии, Австралии, Новой Зеландии.

Россия, будучи промышленной страной с далеко не самым низким уровнем экономического развития (по размеру валового внутреннего продукта на душу населения она находится среди замыкающих в группе развитых стран), по общему уровню травматической смертности в расчете на 100 тысяч жителей уступает только Африке южнее Сахары, а по уровню смертности от умышленных повреждений еще и Ближнему Востоку — Северной Африке, т.е. регионам, где ведутся боевые действия как между государствами, так и внутри них (см. рисунок 4, где сопоставляются данные для России 2003 год).

А как Россия выглядит на фоне промышленных стран? Сами эти страны существенно различаются между собой по уровню смертности от внешних причин: во Франции она выше, чем в США, в США — заметно выше, чем в Англии. Но у мужчин России ее уровень выше, чем где бы то ни было, — по крайней мере с середины 1950-х, т.е. с того времени, как в СССР появились систематические сведения о насильственной смертности, — и разрыв все время нарастает. У российских женщин положение было немного лучше — они только в середине 1970-х «обошли» француженок в этом неестественном «соревновании», но теперь уже, кажется, надолго (рис. 5).

 

051514 1159 6 ОБЩАЯ СТАТИСТИКА СМЕРТНОСТИ ОТ ВНЕШНИХ ПРИЧИН В РОССИИ

Рисунок 4. Смертность от внешних причин. Россия и крупные регионы мира, 2003, на 100000 населения

051514 1159 7 ОБЩАЯ СТАТИСТИКА СМЕРТНОСТИ ОТ ВНЕШНИХ ПРИЧИН В РОССИИ

051514 1159 8 ОБЩАЯ СТАТИСТИКА СМЕРТНОСТИ ОТ ВНЕШНИХ ПРИЧИН В РОССИИ

051514 1159 9 ОБЩАЯ СТАТИСТИКА СМЕРТНОСТИ ОТ ВНЕШНИХ ПРИЧИН В РОССИИ

Рисунок 5. Смертность от внешних причин, Россия и некоторые развитые страны, стандартизованные коэффициенты на 1000 населения

 

Разумеется, смертность от внешних причин представляет собой проблему для всех промышленно развитых, урбанизированных стран, они долго не могли с нею справиться. Но, в конце концов, неблагоприятные тенденции удалось переломить, и некоторый рост (или стабильность) этого вида смертности сменились ее устойчивым снижением. В России же наблюдался только рост и без того высокой смертности, прервавшийся лишь однажды — во время антиалкогольной кампании середины 1980-х.

В итоге, сейчас среди «цивилизованных» стран нет таких, которые бы могли сравниться с Россией по уровню смертности от внешних причин.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Описанные тенденции не дают оснований для оптимизма. Затяжной, длящийся несколько десятилетий кризис  смертности  и  предопределявшие  его  факторы создали  инерцию,  преодолеть  которую   будет   очень   сложно.   Конечно, экономические и политические реформы постепенно меняют ситуацию  и  создают новые побуждения и возможности борьбы с ненормально высокой для конца XX в. – начала ХХI в. российской смертностью, позволяют надеяться па  рост  направляемых  на  эту борьбу  ресурсов  и  относительную  эффективность  рыночных  механизмов  их использования. Но пока реформы идут медленно и болезненно, а их влияние  на смертность  противоречиво.  Поэтому  и  все  имеющиеся  прогнозы  изменений смертности в России на ближайшие десятилетия весьма пессимистичны.  Даже  в наиболее благоприятных сценариях, как правило, не предполагается достижения нынешнего уровня западных стран (ожидаемая продолжительность  жизни  мужчин 72 – 75 лет, женщин – 78– 81 год) и через 10-20 лет. Нигде в мире снижение смертности не произошло само собой. Успехи Запада в увеличении продолжительности жизни потребовали мобилизации огромных материальных ресурсов, включая расходы на здравоохранение, охрану окружающей среды, пропаганду здорового образа жизни, развитие научных исследований; одновременно были существенно пересмотрены законодательные акты, связанные с охраной здоровья. Но, кроме того, резко повысилась активность самого населения, направленная на оздоровление образа жизни и среды обитания, изменилось массовое поведение людей, влияющее на сохранение их здоровья. В конечном счете, изменился весь социальный климат, в котором протекает повседневная жизнь людей.

До тех пор, пока подобное изменение социального климата не произойдет и у нас, Россия не сможет ответить на становящийся все более грозным вызов смертности.

наверх

 

 


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

 

  1. Андреев Е., Вишневский А. 40 лет снижения продолжительности жизни россиян // Население и общество. Октябрь, 2006.
  2. Арустамов Э.А., Косопалова Н.В. , Прокопенко Н.А. и др. Безопасность жизнедеятельности. М., 2010.
  3. Гундаров И.А. Демографическая катастрофа в России: причины, механизм, пути преодоления. –М.: Эдиториал УРСС, 2008.
  4. Леонтьева И.Н., Гетия С.И. Безопасность жизнедеятельности. М., 2009.
  5. Римашевская Н.М. Человек и реформы. Секрет выживания. М., 2006.
  6. Тимофеева С.С. Введение в безопасность жизнедеятельности. М., 2010.

     

     

     

     

     

     

     


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 0.94MB/0.00033 sec

WordPress: 21.63MB | MySQL:121 | 1,704sec