Протекционизм в системе внешней торговли

<

122413 0205 1 Протекционизм в системе внешней торговли

1 ПРОТЕКЦИОНИЗМ И ЛИБЕРАЛИЗМ КАК ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ

1.1 Сущность протекционизма, его формы и методы

Протекционизм определяют как воздействие государства в лице государственных органов на экономические объекты и процессы и участвующих в них лиц с целью упорядочения действий экономических субъектов, обеспечения соблюдения законов, отстаивания государственных и общественных интересов [15].

Развитие внешнеэкономических связей ставит вопрос о мерах их регулирования, при этом государством могут придерживаться:

– торговой политики протекционизма, защищающей внутренний рынок от иностранной конкуренции;

– политики свободной торговли, открывающей внутренний рынок для иностранной конкуренции;

– умеренной торговой политики, в каких-то пропорциях сочетающей элементы свободной торговли и протекционизма [7].

Протекционизм — основанная на внутреннем законе государства и международных актах система мер, применяемых государством для защиты национальной экономики страны от иностранной конкуренции, направленная на повышение имеющихся и создание новых конкурентных преимуществ национальных товаров. Политика протекционизма осуществляется с помощью прямого и косвенного ограничения импорта иностранных товаров, снижающего их конкурентоспособность в сравнении с товарами национального производства [7].

Протекционизм (от лат. слова «protecto» – защита, покровительство) – принцип внешнеторговой политики, предполагающий вмешательство государства во внешнеторговую деятельность в целях защиты внутреннего рынка от иностранной конкуренции и активного поощрения выхода национальных компаний на внешние рынки. Заключается в системе государственных мер по ограничению и контролю внешнеторговой деятельности, по стимулированию экспорта (тарифных и нетарифных ограничениях внешней торговли) [7].

Несмотря на то, что меры протекционизма претерпели значительные изменения, появились новые виды мер, расширились сферы применения традиционных, классическими протекционистскими мерами, защищающими отечественную продукцию от иностранной конкуренции, по-прежнему остаются таможенные пошлины, взимаемые таможенной службой государства на основе либо внутреннего законодательства, либо заключенных межгосударственных соглашений.

Сторонники протекционизма критикуют результаты свободной торговли между странами с различным уровнем экономического развития. Они считают, что свобода торговли осуществляется в интересах развитых стран, ведет к их доминированию и затрудняет создание национальной промышленности в относительно отсталых государствах. Представители этой теории указывают на тот очевидный факт, что под защитой протекционизма проходили становление и развитие американской, германской, французской промышленности и национального капитала.

Общий баланс экономических аргументов говорит в пользу свободной или, по крайней мере, более свободной торговли. Однако широкое распространение получили следующие экономические обоснования протекционизма в особых ситуациях:

  • Необходимость обеспечения обороны. В периоды серьезных обострений отношений между государствами и усиления международной напряженности, протекционистские меры используются для сохранения национальной безопасности государства, чему способствует производство на его территории всей необходимой, жизненно важной продукции [13].
  • Увеличение внутренней занятости. Суть данного положения коренится в макроанализе. Увеличение совокупных расходов в результате сокращения импорта окажет стимулирующее воздействие на внутриэкономическое развитие, поскольку повлечет за собой резкий рост доходов и занятости [13].
  • Увеличение доходов государственного бюджета. Во многих случаях государство проводит протекционистскую политику, потому что нуждается в дополнительных доходах для покрытия дефицита государственного бюджета [13].
  • Диверсификация ради стабильности. Военные действия, циклические колебания, негативные изменения в структуре промышленности вызывают крупномасштабные и зачастую болезненные процессы перестройки таких экономических систем. Отсюда следует, что протекционизм как защита необходим для стимулирования промышленной диверсификации и, как следствие, уменьшения зависимости от конъюнктуры на мировых рынках одного или двух видов продукции [13].
  • Защита молодых отраслей. Временная защита молодых национальных фирм от жесткой конкуренции более зрелых и поэтому на текущий момент более эффективных иностранных фирм позволяет нарождающимся отраслям окрепнуть и стать эффективными производителями. Однако в данном случае приобретает актуальность проблема выбора отрасли производства, действительно нуждающейся в защите и обладающей сравнительными преимуществами [13].
  • Защита от демпинга. Протекционизм необходим для защиты национальных фирм от иностранных производителей, которые сбывают на рынке свою избыточную продукцию по демпинговым ценам ниже ее себестоимости. Антидемпинговые протекционистские меры — сильное и действенное оружие в странах с рыночной экономикой [13].
  • Оптимальные тарифы. Речь идет об особой разновидности таможенных пошлин: пошлину, взимаемую страной-экспортером (а не импортером) с экспортируемых (а не импортируемых) товаров. Если какой- то товар производится главным образом в одной стране, национальное преимущество этой страны — хотя и не являющееся преимуществом для мира в целом — может быть реализовано путем введения экспортного тарифа, уплачиваемого теми, кто импортирует товар [13].

    Однако для создания объективного представления о роли мер протекционистского характера в регулировании национальной экономики отметим аргументы, выдвигаемые противниками протекционизма, а именно:

  • Протекционизму присуща определенная нелогичность: ставя целью достижение положительного сальдо торгового баланса, протекционизм частично сдерживает импортные операции. Это вызывает аналогичную реакцию международных партнеров в результате чего сворачиваются объемы экспортных операций и ситуация приводит не к положительному сальдо, а к разбалансированности торгового баланса [18].
  • В условиях протекционизма секторы национальной экономики, защищенные его барьерами, отчасти теряют стимулы к развитию, поскольку механизмы конкуренции угасают, а стремления к прогрессу и инновациям снижаются в связи возможностью сохранять высокие уровни доходов и монопольные привилегии [18].
  • Протекционизм в некотором смысле наносит ущерб экономическим интересам потребителей, так как в этом случае отечественный потребитель вынужден будет дороже платить за товар, причем не только за импортный, облагаемый таможенной пошлиной, но и за товары национальной промышленности [18].
  • Необдуманное введение протекционистских мер способно нанести ущерб национальным компаниям, поскольку многие виды бизнеса зависят от импортных компонентов, материалов и оборудования [18].

    Протекционизм активно применяется не только развивающимися странами, но и промышленно развитыми странами для защиты национальных товаропроизводителей в условиях обостряющейся конкуренции. Государства, проводя протекционистскую политику, используют инструменты внешнеторговой политики, выбор которой зависит от ее конкретных целей. Для достижения одной и той же цели могут быть применены различные инструменты, поэтому в каждой конкретной ситуации государство выбирает то или иное их сочетание [18].

    Протекционизм может быть
    агрессивным
    , если его применяют более развитые государства по отношению к менее развитым, либо монополии, имеющие более развитое производство. В этом случае он является реакционным, поскольку затрудняет конкуренцию, что ведет к застою в экономике.

    В тоже время, протекционизм может быть
    прогрессивным,
    если его применяют менее развитые государства по отношению к более развитым для защиты своих менее развитых или молодых отраслей.

    Многие авторы выделяют следующие виды протекционизма, которые определяются спецификой их применения:

    – селективный протекционизм – направлен против отдельных стран или отдельных товаров;

    – отраслевой протекционизм – защищает определенные отрасли, прежде всего сельское хозяйство, в рамках аграрного протекционизма;

    – коллективный (интеграционный) протекционизм – проводится объединениями стран в отношении стран, в них не входящих;

    – скрытый протекционизм – осуществляется методами внутренней экономической политики [13].

    В своей крайней форме протекционизм принимает форму
    экономической автаркии,
    при которой страны стремятся ограничить импорт только теми товарами, производство которых в данной стране невозможно. В этом случае экспорт допускается только в той мере, в которой он обеспечивает необходимый импорт.

    В чистом виде автаркическая политика предполагает, что любой импорт должен быть заменен на продукцию отечественных производителей. Но не всегда стремление отдельных стран к замещению импорта отечественной продукцией можно охарактеризовать как автаркическую политику.

    Например, если менее развитые страны развивают собственное промышленное производство для замены импорта, которое на начальном этапе невыгодно, то это представляется автаркической политикой в чистом виде. Однако это верно лишь в статическом состоянии.

    Основой школы протекционизма (основатели А.Гамильтон, Ф.Лист) является доказательство несоответствия условий, для которых сформулирована теория относительных преимуществ реальной действительности. Это приводит к получению наиболее развитой страной значительной доли выигрыша от торговли и замедлению темпов экономического развития ее партнеров в отсутствие корректирующей государственной тарифной политики развивающейся страны. Наиболее полно основные положения протекционистской теории сформулированы Листом в его книге «Национальная система политической экономии».

    При доминировании в целом фритредерских взглядов в отдельные периоды наблюдались оживление и развитие теории протекционизма. Факторами, обусловившими возрождение протекционизма, стали мировой кризис 1929 – 1933 гг., первая и вторая мировые войны.

    Реакцией на мировой экономический кризис 30-х годов, явилось стремление отдельных стран использовать изоляцию от мирового рынка для преодоления отрицательного воздействия внешнеэкономических связей на занятость населения, стабильность денежного обращения и другие элементы национальной экономики. Кроме того, в обстановке военных действий возможность автономного развития национального хозяйства стала рассматриваться в качестве важнейшего условия его неуязвимости в условиях экономической блокады. В этой обстановке высокая степень вовлечения страны в мирохозяйственные связи стала рассматриваться отдельными представителями науки и практики, как фактор, усиливающий кризис и в целом тормозящий национальное развитие [18].

    Уже в 50 – 60-е годы XX века для международной экономики был характерен отход от протекционизма в сторону большей либерализации и свободы внешней торговли. С начала 70-х годов проявилась обратная тенденция – страны стали «отгораживаться» друг от друга все более изощренными тарифными и особенно нетарифными барьерами, защищая свой внутренний рынок от иностранной конкуренции. Современный протекционизм концентрируется в относительно узких областях. В отношениях развитых стран между собой это области сельского хозяйства, текстиля, одежды и стали. В торговле развитых стран с развивающимися – экспорт промышленных товаров развивающимися странами. В торговле развивающихся стран между собой — товары традиционного экспорта.

    Разнообразные формы и методы протекционизма представлены на рис. 1.

    122413 0205 2 Протекционизм в системе внешней торговли

    Тарифное регулирование предполагает стоимостное воздействие на экспортные/импортные потоки в процессе пересечения ими государственных границ. Тарифные меры представлены в виде таможенных пошлин, которые объединяются в таможенном тарифе.

    В промышленно-развитых странах применяются многоколонные (сложные) таможенные тарифы. По отношению к импорту готовой продукции из развивающихся стран промышленно-развитые страны применяют преференциальные пошлины в соответствии с действующей с 1971 года Общей системой преференций (ОСП). Кроме того, в промышленно развитых странах применяется метод построения тарифов на основе эскалации пошлин, т.е. повышение ставок в зависимости от степени обработки товаров (импорт сырья – беспошлинно или применяется минимальный уровень пошлин, готовые изделия – максимальный уровень) [18].

    В результате постепенной либерализации международной торговли, проводимой в рамках ГАТТ и региональных экономических объединений, величина таможенных пошлин постоянно снижается. На место тарифных ограничений приходят нетарифные меры, под действие которых сегодня попадает около 27% всего импорта промышленно-развиты стран.

    Нетарифные ограничении — комплекс мер ограничительно запретного характера, препятствующий проникновению иностранных товаров на внутренние рынки. Данные ограничения получили широкое распространение в связи с простотой расчета, кроме того за исключением количественных ограничений они менее заметны, и правительства свободно используют их для достижения своих целей в области торговой политики. Нетарифные протекционистские меры используются как в прямой, так и в завуалированной форме. В рамках региональных экономических объединений, в которых отменены пошлины во взаимной торговле стран-учасгниц, нетарифные средства являются единственным инструментом защиты национальных интересов [4].

    Наиболее распространенными финансовыми методами торговой политики являются субсидии — государственные субсидии компаниям, которые конкурируют с импортной продукцией, и экспортные субсидии (предусматриваются бюджетные выплаты национальным экспортерам, что позволяет продавать товар иностранным покупателям по более низкой цене, чем на внутреннем рынке, и форсировать тем самым экспорт) [4].

    Прямое субсидирование запрещено правилами ГАТТ. Однако разрешено субсидирование производств в проблемных районах. Кроме того, существуют косвенные субсидии (скрытое дотирование экспортеров через предоставление льгот по уплате налогов, льготных условий страхования, займов по ставке ниже рыночной, организация рекламы экспортных товаров за рубежом за счет средств из госбюджета и пр.).

    В целом экспортные субсидии в обрабатывающей промышленности развитых стран не превышают 1% стоимости экспорта. Наибольшими в процентном отношении субсидиями пользуется сельское хозяйство. Развитые страны проводят государственные программы поддержки доходов фермеров посредством гарантированной закупки избыточной сельскохозяйственной продукции, а также осуществляют специальные выплаты за неиспользованные посевные площади [7].

    Экспортные субсидии, в какой форме они не были бы представлены, если и выгодны, то лишь отдельным отраслям промышленности или компаниям, но они неэффективны в целом с точки зрения экономического развития использующей их страны.

    Крайним случаем субсидирования экспорта является демпинг — продвижение товаров на внешний рынок за счет снижения экспортных цен ниже нормального уровня цен, существующего в этих странах. Демпинг используется для увеличения продаж товара или повышения его доли на рынке, установления контроля над рынком или устранения конкурентов, для освобождения от излишних запасов товара и в других случаях.

    К демпингу часто прибегают во время международных экономических потрясений. В 70-е годы XX века правительство США обвинило ряд иностранных фирм в демпинговой продаже их товаров па американском рынке. Наиболее известен случай с японской фирмой «Сони» (1970 г.). Как показало расследование, «Сони» продавала произведенные в Японии телевизоры на рынке США за 180 долл., а японские потребители платили за ту же модель 333 долл. [4].

    Для защиты от преднамеренного демпинга страны используют антидемпинговые (или компенсационные) пошлины, которые обычно значительно выше таможенных пошлин. Так, «средний уровень антидемпинговых пошлин в США составляет 75%, в ЕС – 29%, в то время, как средний уровень их обычных таможенных пошлин на промышленные товары – 5 – 6%».

    Среди нетарифных средств именно антидемпинговые процедуры чаще других порождают конфликты в международной торговле, поэтому мы еще остановимся более подробно на их рассмотрении в рамках данного исследования.

    Близким по своей сути с антидемпинговыми ограничениями импорта являются компенсационные меры, предусматривающие введение странам и-импортерами дополнительных пошлин с целью снижения эффекта искусственно завышенной конкурентоспособности товара за счет его субсидирования государством в странах- экспортерах. Значительную активность в использовании компенсационных пошлин проявляют США. В частности, расследования, проводимые в последние годы, касались черных и цветных металлов, подшипников, строительных материалов [4].

    К финансовым методам также относится экспортное кредитование. К экспортному кредитованию международные нормы более либеральны, при этом международные соглашения фиксируют максимальную величину допустимой процентной ставки кредитования. Более либеральны международные нормы и к страхованию экспортных поставок (новые правила допускают страхование до 10% стоимости сделки).

    Тем не менее, экспортное прямое кредитование в настоящее время используется редко, ему на смену пришли более гибкие и менее заметные формы.

    Меры административного характера — это количественные и стоимостные ограничения экспорта или импорта. По некоторым оценкам, количественные ограничения в середине 90-х годов охватывали почта 50% продовольственных товаров, 13% – топлива и около 100% текстильных изделий, импортируемых промышленно-развитыми странами. Однако сегодня меры административного характера редко используются промышленно-развитыми странами. Наиболее часто к этим мерам прибегают развивающиеся страны [7].

    Мерами административного характера являются:

    – эмбарго (это абсолютный и полный запрет на проведение экспортно-импортных операций);

    – количественные ограничения – квотирование (лимитирование объема импорта или экспорта);

    – контенгирование (установление государством централизованного контроля посредствам ограничения номенклатуры товаров в пределах установленных квот на фиксированный период времени);

    – лицензирование (ограничение в виде получения разрешения, выдаваемого государственным органом на экспорт или импорт товара в установленных количествах за определенный промежуток времени);

    – «добровольное» ограничение экспорта (количественное ограничение экспорта, основанное на обязательстве одного из партнеров по торговле ограничить объем экспорта) [4].

    Предписания таможенных органов связаны с соблюдением процедур по отношению к товарам, пересекающим границу страны (таможенное оформление, декларирование, таможенный досмотр). Развитыми, а в последнее время и развивающимися странами часто используются повышенные требования к таможенным документам и процедурам, хотя это и противоречит установкам ГАТТ (ст. VIII), предусматривающим сведение к минимуму таможенных формальностей и процедур. К повышенным требованиям относятся требования предоставления разного рода сертификатов, свидетельств и справок, неоправданно большого числа копий, перевода второстепенных сопровождающих документов на иностранные языки и т.п. [4].

    Наиболее распространенные барьеры технического характера – требования о соблюдении национальных стандартов, о получении сертификатов качества импортной продукции, о специфической упаковке и маркировке товаров, о соблюдении определенных санитарно-гигиенических и ветеринарных норм, требований техники безопасности и экологии, и многое другое. Эти требования широко используются промышленно-развитыми странами для ограничения импорта в интересах отечественных производителей.

    О расширении использования технических регулирований, стандартов и систем сертификации в качестве инструментов торговой политики в протекционистских мерах свидетельствует, в частности, рост числа споров, касающихся технических барьеров в торговле.

    Одной из форм протекционизма также являются валютные ограничения. Как таковой валютный контроль направлен на обеспечение соблюдения резидентами и нерезидентами национального законодательства, регулирующего валютные операции и выполнения резидентами обязательств перед государством в иностранной валюте. Валютный контроль оказывает непосредственное влияние на развитие международной торговли, поскольку предполагает, в частности установление:

    – ограничений на количество валюты, которое может получить экспортер (так называемые финансовые квоты);

    – ограничений на количество валюты, которое можно вывозить из страны ее гражданин (резидент), совершающий зарубежную поездку;

    – ограничений па объем иностранных инвестиций в страну [4].

    Одной из форм валютно-финансовых ограничений, используемых в протекционистских целях, является так называемый импортный депозит — форма залога, который импортер вносит в банк на определенный срок, тем самым импортные депозиты удорожают закупки товаров за рубежом. Применяются развивающимися странами.

    Итак, современная система протекционизма включает в себя многообразные тарифные и нетарифные ограничения, причем все больший акцент делается на последних. Таможенные пошлины утратили роль основного средства осуществления протекционистской политики. Впрочем, утратили свою роль и нетарифные барьеры в форме административных ограничений (квотирования, лицензирования, запретов). Они играли заметную роль в прошлом (в промышленно-развитых странах — до конца 40-х годов, во многих развивающихся странах — до начала 80-х годов). В последующие годы сфера их применения заметно сузилась, и сегодня она ограничивается отдельными секторами (так, основная сфера применения количественных ограничений — торговля сельскохозяйственными и текстильными товарами). В то же время возросла роль нетарифных ограничений, которые связаны с техническими, ветеринарными, санитарными и фитосанитарными барьерами, а также компенсационных и антидемпинговых мер, которые применяются на селективной основе и являются инструментами избирательного протекционизма.

    1.2 Политика либерализации во внешней торговле

    Либерализация внешней торговли — это процесс устранение препятствий и ограничений на пути международного обмена товарами и услугами (процесс снижения тарифных и нетарифных барьеров внешней торговли). Чем меньше таких препятствий, тем более открытой является экономика.

    Отражением общего процесса либерализации международной торговли является динамика так называемого «коэффициента открытости», который представляет собой отношение мирового суммированного экспорта к совокупному мировому ВВП.

    Либерализация внешней торговли играет стратегически важную роль в переходной экономике, стимулируя развитие рыночных отношений.

    С этой точки зрения можно выделить важнейшие цели либерализации внешней торговли:

    – включение отечественных производителей в конкурентную борьбу на внешнем рынке и повышение международной конкурентоспособности национального производства;

    – укрепление частного сектора в экономике и наделение всех экономических агентов правом осуществлять внешнеторговые операции;

    – установление связи между внутренними и мировыми ценами, как бы «импортируя» мировую структуру цен;

    – через принятие жестких условий конкурентной борьбы на мировых рынках заставить отечественные предприятия снижать издержки, совершенствовать технологии, повышать качество продукции, содействуя повышению эффективности всей национальной экономики;

    – открытие для национальных производителей новых рынков сбыта (маркетинг);

    – «импорт» навыков управления в национальную экономику [4].

    На практике либерализация внешней торговли на начальном этапе осуществления экономических реформ становится во многих случаях вынужденным шагом, поскольку позволяет снизить остроту кризиса в экономике и ускорить достижение макроэкономической стабилизации, без которой невозможно начало структурных преобразований.

    Рыночная экономика предполагает свободный выход на внешний рынок каждого субъекта хозяйственной деятельности.

    При этом должны быть отменены все или почти все лицензии (разрешения на право заниматься внешнеторговой
    деятельностью) и квоты (лимиты на общие объемы ввозимой или вывозимой продукции). Их применение порождает бюрократизм и коррупцию, которые ставят преграды развитию рыночных отношений. Если по каким-то политическим причинам оказывается невозможным отменить все квоты и лицензии, то предпочтительно продавать их с аукциона, а не решать эти проблемы с помощью административного регулирования. Либерализация режима внешнеэкономической деятельности предполагает и изменение таможенной системы. Почти каждая страна использует разнообразные импортные и экспортные пошлины. Собираемые суммы направляются в государственный бюджет
    [4].

    В основе в целом динамичного роста международной торговли во второй половине XX столетия лежит углубление международного разделения труда, ускоряемое развертыванием научно-технического прогресса (НТП), который объективно ведет к тому, что структурные изменения в национальном производстве и, как следствие, в международной торговле товарами и услугами становятся все более динамичными. По имеющимся оценкам, в мировой товарооборот ежегодно вовлекается до 10% новых товаров. Реализуясь в сфере транспорта, связи, банковского и страхового дела, НТП создал и продолжает создавать предпосылки для существенного ускорения доставки товаров от производителя к потребителю и решения сопряженных с этим проблем. В значительной мере способствовало этим процессам развитие электронной торговли [7].

    Специфическим фактором, так или иначе повлиявшим на общее развитие международной торговли (хотя и в весьма противоречивых формах), явилась милитаризация экономики значительного числа стран мира. Результатом стало развитие международной торговли как собственно военной техникой, так и сопряженными с ней видами товаров и услуг.

    Значительную роль в развитии международной торговли сыграло активное вмешательство государств в сферу внешнеэкономической деятельности, ориентированное на создание благоприятных условий расширения экспорта и импорта.

    Мощным фактором развития международной торговли во второй половине XX столетия явилось развертывание процесса международной региональной экономической интеграции в форме создания зон свободной торговли, таможенных союзов, «общего рынка» и экономического и валютного союза (что в наиболее полном виде проявилось в деятельности Европейского союза). Интеграционные процессы привели к резкому возрастанию экономического обмена в рамках соответствующих интеграционных группировок (хотя и сопровождались усилением таможенных барьеров по отношению к третьим странам, не входящим в состав данных союзов) [13].

    Другим мощным фактором роста международной торговли начиная с 60-х гг. явился распад колониальной системы и образование ряда новых независимых государств, решающих проблемы становления и развития национальных экономик и развития собственного экспортного потенциала.

    В рамках Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД) была принята общая система независимых преференций на готовые изделия, производившиеся в развивающихся странах и ввозимые на рынки промышленно развитых государств (1970). Функционирование данной системы позволило снизить пошлины на товары из развивающихся стран и многих государств с переходной экономикой на 50%, а в отношении товаров из наименее развитых стран — до нуля [13].

    Принципиально существенную роль в ускорении и долгосрочной либерализации международной торговли играет Всемирная торговая организация (или, с учетом деятельности предшественника ВТО — Генерального соглашения о тарифах и торговле (General Agreement on
    Tariffs and Trade — GATT, ГАТТ) — ГАТТ/ВТО).

    Вместе с тем существенное значение имеет не только отмеченный рост доли стран ГАТТ/ВТО в мировой торговле товарами, а прежде всего качественная сторона, связанная с усилением роли этой организации в современной мировой торговле.

    За период деятельности ГАТТ/ВТО произошло и существенное ограничение применения нетарифных инструментов регулирования международной торговли. Из их общей совокупности (методы контроля за ценами (фактически антидемпинговые и компенсационные меры), финансовые меры, меры количественного контроля, автоматическое лицензирование, монополистические меры, технические барьеры) наибольшее значение к началу XXI столетия сохраняли антидемпинговые меры.

    1.3 Соотношение принципов свободы торговли и протекционизма

    Несмотря на то, что либерализация и протекционизм представляют собой по существу противоположные полюсы в общей системе современной международной торговой политики, однако, исторически периоды усиления роли протекционизма чередовались с периодами либерализации и преобладания политики фритредерства. Это отражало общую экономическую ситуацию в мировой экономике в целом и в экономике отдельных государств, прохождение ими соответствующих фаз экономического цикла. В реальной практике на использование протекционизма или либерализации влияли и продолжают влиять политические, а иногда и военно-политические факторы, а также факторы, связанные с межнациональными, межэтническими конфликтами и т.д. [4].

    В современных условиях внешнеторговая политика государств сочетает и протекционистские и фритредерские элементы, и в зависимости от конкретных социально-экономических и политических условий, в которых находится та или иная страна, она склоняется то в сторону протекционизма, то в сторону свободной торговли.

    Можно выделить следующие особенности современного протекционизма:

    – концентрация на нетарифных средствах, тарифы утратили свою роль важнейшего инструмента регулирования внешней торговли и основного средства протекционистской политики;

    – легализация целенаправленного использования протекционистских мер, т.к. почти каждое многостороннее соглашение ВТО содержит разного рода оговорки;

    – тенденция к ослаблению протекционизма, являющегося главным источником конфликтных ситуаций на мировом рынке, не сопровождается улучшением отношений между странами торговыми партнерами. Об этом свидетельствуют систематические обвинения в необоснованности ограничений импорта и неоправданные санкции или угрозы их применения для достижения своих торгово-политических целей. Наиболее подробно о торговых конфликтах будет рассмотрено во 2-ой главе данного исследования;

    – либерализация торговли привела к расширению практики нарушения установленных более строгих правил в отношении применения протекционистских мер. Подтверждением такой практики могут служить данные о рассмотрении органами ВТО торгово-политических споров;

    – усиление    движения общественных организаций (профсоюзов, потребительских, экологических и др.) против либерализации международной торговли и глобализации в целом (масштабные демонстрации в Женеве, Сиэтле и др.);

    – усиление противодействия импорту со стороны крупных отечественных предприятий в промышленно-развитых странах посредством «неофициальных барьеров» (установление контроля над сбытовой сетью, заключение негласных соглашений картельного типа, использование поставщиками замаскированных систем скидок и др.). Некоторые такие барьеры относятся к понятию «ограничение деловой практике», которая осуждается, но, однако, не запрещена многосторонними соглашениями [4].

    В целом, несмотря на общую тенденцию либерализации международной торговли, сегодня вряд ли можно говорить о какой-либо победе идей свободы торговли над идеями протекционизма. Появление все новых и новых средств протекционистской политики говорит о дальнейшем развитии протекционистской тенденции и даже о ее процветании в настоящее время. Некоторые зарубежные эксперты настаивают на том, что ослабление торговых ограничений не происходит, меняется лишь их форма.

    Более того, начиная с 80-х годов, отмечается новое наступление протекционизма (неопротекционизм).

    Итак, внутренне присущими характеристиками международной торговли являются протекционизм и фритредерство. Существует большое количество доводов в защиту свободы торговли и в защиту протекционизма.

    Что касается аргументов в защиту свободы торговли, то здесь традиционно указывают на то, что свободный обмен обеспечивает более эффективное использование ресурсов в виде земли, рабочей силы, капитала. «Основные аргументы в защиту свободы торговли заключены в следующем:

    – свобода торговли способствует международной специализации страны;

    – облегчает развитие конкуренции;

    – удешевляет товары для потребителей внутри страны;

    – расширяет товарные рынки» [4].

    Что касается аргументов «за» и «против» протекционизма, то наиболее часто приводят следующие аргументы, перечисленные в таблице 1.

     

    Таблица 1 – Основные доводы, приводимые в пользу протекционизма и против него [4].

    Доводы в пользу протекционизма 

    Доводы против протекционизма 

    необходимость защиты зарождающейся отрасли

    возрастание чистых потерь в уровне благосостояния населения

    увеличение внутренней занятости 

    создание независимой экономики (характерно для развивающихся стран)

    возникновение так называемого множительного эффекта

    ослабление зависимости от экспорта «неперспективных товаров» (характерно для развивающихся стран)

    защита оборонных отраслей промышленности

    угроза развязывание торговых конфликтов, войн

    недопущение демпинга и других приемов недобросовестной конкуренции

    урегулирование платежного баланса

    сохранение в национальной экономике неэффективных отраслей и предприятий

    увеличение доходной части бюджета

    сохранение стабильности национальной валюты

    распространение коррупции и других злоупотреблений в экономической сфере

    учет внешних факторов

     

    Таким образом, аргументы «за» и «против» протекционизма достаточно многообразны и противоречивы. Поэтому введение протекционизма должно быть в любом случае обосновано — протекционизм должен обеспечивать больше пользы, чем вреда, для развития конкретной отрасли промышленности или народного хозяйства. Более того, необходимо убедиться, что именно протекционизм является наиболее эффективным средством для достижения этой цели.

    Соотношение протекционизма и свобода торговли зависит от ряда факторов:

    – масштабы национальной экономики. Минимальный уровень торговых барьеров характерен для небольших по размеру стран, которые в силу своих масштабов в принципе не могут претендовать на самообеспечение жизненно важными продуктами, развиваются в первую очередь за счет экспорта и потому ограничение доступа иностранных товаров на внутренний рынок может привести к катастрофическим для них ответным мерам. Такие страны предпочитают присоединяться к интеграционным группировкам, включающим более крупные государства или даже отказаться от таможенного обложения импорта;

    – страны, обладающие существенным экономическим и технологическим превосходством над остальными странами, могут позволить себе либерализацию в одностороннем порядке (например, как это сделала Англия в середине XIX века). Страны, лишенные данного преимущества, идут на выборочную либерализацию;

    – страны идут на либерализацию, как правило, лишь заняв прочные позиции в мирохозяйственной системе (так, страны Западной Европы пошли на более полную либерализацию с конца 50-х годов XX века) [13].

    Протекционизм и свобода торговли имеют разные задачи, механизмы действия, последствия применения.
    Основной задачей протекционизма является ослабление иностранной конкуренции на внутреннем рынке, а механизмом действия — ограничение доступа на внутренний рынок. Основной задачей политики свободы торговли является устранение препятствий для конкуренции национальных товаров на иностранном рынке и развитие конкуренции на внутреннем рынке, а механизмом действия — меры по обеспечению доступа на зарубежный рынок. Протекционизм носит национальный (или региональный) характер, а либерализация является результатом договоренностей государств на двусторонней и многосторонней основе. Кроме того, традиционным является мнение, что политика свободной торговли соответствует задаче наиболее эффективного использования благоприятных условий для развития экономики в целом, а политика протекционизма чаще используется для преодоления каких-либо экономических проблем или для решения конкретных задач в области развития отдельных отраслей, секторов экономики [4].

    В современных условиях внешнеторговая политика является соединением элементов и политики протекционизма и политики свободной торговли. Сегодня это не два противостоящих друг другу принципа экономической политики, а два инструмента регулирования отношений между странами. В интересах максимально эффективного включения национальной экономики в мирохозяйственные связи необходимо оптимальное сочетание этих двух инструментов хозяйственного регулирования. Необходима сбалансированность внешнеэкономической «открытости» и разумного протекционизма. Внешнеторговая политика не должна сводиться только к устранению торгово-экономических барьеров, необходимо, чтобы она формировалась с учетом состояния национальной экономики, уровня и приоритетов ее развития, степени ее конкурентоспособности, специфики социальных проблем и внешнеполитических целей, поведения партнеров и т.д. Либерализация должна осуществляться в интересах обеспечения экономической безопасности страны. Она должна способствовать обновлению технологической базы народного хозяйства и повышению эффективности производства, и в конечном итоге она должна привести к возобновлению и/или поддержанию экономического роста. Перекос в сторону либерализации или протекционизма может существенно затруднить дальнейшее развитие национальной экономики. Нарушение баланса между курсами на либерализацию и протекционизм в пользу немедленного открытия рынка чревато стремительным разорением национальных производств, формированием монокультурной экономики, социальными катаклизмами. Перекос в сторону протекционизма ведет к техническому застою, высокому уровню внутренних цен, отставанию страны от конкурентов [11].

    Кроме того, в условиях острой конкурентной борьбы па мировых рынках, когда у стран возникает дисбаланс интересов, рациональное сочетание этих двух направлений нарушается, возникают торговые противоречия.

     

     

     

     

     

     

     

    2 ОСОБЕННОСТИ ВНЕШНЕТОРГОВОЙ ПОЛИТИКИ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ

     

    2.1 Характерные черты и особенности «неопротекционизма»

     

    Глобализация, «стягивая» национальные экономики в единое экономическое целое, с одной стороны, предполагает снятие существующих в настоящее время межстрановых экономических барьеров, а с другой — порождает новый комплекс противоречий современного мирового хозяйства, субъектами которых являются отдельные страны и их группировки, международные экономические организации по существу глобального, а также регионального масштабов [4].

    Протекционизм и фритредерство — внутренне присущие характеристики международной торговли, Являясь по своей сути противоположностями, отрицающими существование друг друга, они составляют внутреннюю пружину механизма внешнеторговых противоречий. Внешнеторговые противоречия могут быть внешними и внутренними (рисунок 2).

    122413 0205 3 Протекционизм в системе внешней торговли

    Внешние противоречия мировой торговли проявляются во внешнеторговых конфликтах (от лат. conflictus — столкновение).

    Внешнеторговые конфликты — это явное (или скрытое) состояние противоборства объективно расходящихся интересов и целей субъектов мировой торговли (стран и (или) их объединений). Механизм внешнеторговых конфликтов может быть выражен в следующей схеме, показанной на рисунке 3.

    122413 0205 4 Протекционизм в системе внешней торговли

    В основе возникновения внешнеторговых противоречий, как правило, лежат внутренние противоречия внешней торговли.

    Под внутренними противоречиями понимаются внутреннюю противоречивость, двойственность национальных интересов, заключающуюся в том, что с одной стороны, во внешнеторговой политике государств наблюдается стремление к свободной торговле, открытию рынков, а с другой стороны — протекционистская тенденция, свидетельствующая о наличии глубинных политикоэкономических интересов, стремлений всеми силами защищать отечественных производителей, сохранять рабочие места, поддерживать конкурентоспособность национальных товаров и отраслей [4].

    В результате, противоречивый характер торговой политики развитых стран
    проявляется в том, что, с одной стороны, наблюдается снижение ограничений во внешней торговли в связи с решениями, принятыми в рамках ГАТТ/ВТО, — постепенно были отменены количественные ограничения импорта (за исключением импорта отдельных сельскохозяйственных и текстильных товаров), существенно снижены импортные пошлины; а, с другой стороны, существует большое число рестриктивных нетарифных барьеров, широко используются методы искусственной поддержки конкурентоспособности национальных отраслей (особенно сельского хозяйства), сохраняется еще во многих странах высокий уровень тарифов (в развитых странах пошлины на ввоз некоторых «чувствительных» товаров довольно высоки). Более того, наблюдается дальнейший рост количества нетарифных ограничений, происходит увеличение количества начатых антидемпинговых расследований [11].

    <

    Например, достаточно противоречивыми считаются позиции США, которые выступили инициатором создании ГАТТ, цель которого — либерализация внешней торговли, но в то же время они ввели понятие «справедливой» торговли, оправдывающее использование протекционистских мер, направленных против «несправедливой торговли». В качестве реакции на «несправедливую торговлю» США широко использовали такие нетарифные барьеры, как, например, соглашения о добровольном ограничении экспорта. Кроме того, в США отказ от активного структурного регулирования сочетался с разнообразными методами таможенной защиты отраслей, отличавшихся низкой конкурентоспособностью (до 1980 года даже таможенная стоимость продукции таких отраслей определялась на основе продажной цены американских товаров). Да и сегодня уровень протекционистской защиты в США по мировым меркам не так уж и низок. США применяют антидемпинговые и протекционистские пошлины гораздо шире, чем другие страны мира [4].

    Важная роль в торговых противоречиях отводится государству и проводимой им политики протекционизма. Системы мер по ограничению доступа на внешний рынок и системы мер по обеспечению доступа на зарубежные рынки являются составляющими механизма внешнеторговых противоречий. Более того, эти системы часто выступают движущей силой внешнеторговых противоречий. Так, малейший крен в сторону протекционизма приводит к аналогичным мерам в стране — торговом партнере, что может привести к обострению противоречий и развязыванию «торговых войн» [4].

    Усиление протекционизма, связанное с использованием именно нетарифных ограничений, обостряет напряженность в торговых отношениях между странами. Так, часто выдвигаются претензии к США и ЕС в связи с применением ими повышенных технических требований к импортируемым товарам. Летом 1995 года ЕС, США и Канада подали в ВТО жалобу на Японию, обвинив ее в более высоком налогообложении импорта крепких спиртных напитков по сравнению с отечественными (примерно в 6 раз). Также выдвигаются нескончаемые претензии стран друг к другу в связи с использованием антидемпинговых и компенсационных пошлин. Противоречия по таможенно-тарифным вопросам становятся областью разногласий разных стран и приводят к затяжным и сложным переговорам, которые нередко выливаются в конфликты» [4].

    Наиболее острая борьба наблюдается между промышленно-развитыми странами, а точнее между тремя центрами мировой торговли: США — Западной Европой — Японией, которые ведут активную борьбу за экономическое лидерство. Противоречия между этими странами выражается в обострении конкуренции, росте нетарифных протекционистских барьеров, заключении разного рода компромиссных решений [4].

    Наряду с противоречиями между промышленно-развитыми странами растут и противоречия между ними с одной стороны и развивающимися странам с другой стороны. Разногласия между развитыми и развивающимися странами предельно четко выявились па конференции ВТО в Сиэтле в декабре 1999 г.

    К усилению внешнеторговых противоречий приводят попытки стран решить свои национальные трудности сбыта товаров путем расширения экспорта и стремления сократить импорт конкурирующей продукции. В то же время предпринимаемые меры, как правило, наталкиваются на аналогичные меры других стран. Поэтому наиболее острые противоречия наблюдаются в периоды мировых экономических кризисов, когда страны стремятся преодолеть свои экономические проблемы (увеличение безработицы, падение спроса на товары, расширение недогрузки производственных мощностей) за счет других стран (рис. 4) [4].

    122413 0205 5 Протекционизм в системе внешней торговли

    Суть механизма торговых противоречий заключается в том, что страны стремятся одновременно и защитить интересы национальных производителей, и найти компромиссные решения торговых противоречий со своими партнерами.

    Анализируя процессы, протекающие в мировой торговле, следует отметить, что, несмотря на то, что либерализация становится се основной тенденцией, в тоже время происходит сохранение и углубление соперничества между странами на мировом рынке, которое в сочетание с наличием глубинных политико-экономических интересов стран и их стремлений всеми силами защитить отечественных производителей приводит к постоянным попыткам укрепить свои позиции путем использования протекционистских мер. В результате происходит ущемление национальных торгово-экономических, социальных интересов той или иной страны другой страной (или группой стран). Как верно заметил Линдерт П. «почти никогда государство не учитывает интересы других стран в такой же степени как свои собственные. В большинстве случаев они просто игнорируются» [4].

    В целом, причина торговых конфликтов лежит в дисбалансе интересов стран. События (обстоятельства), являющиеся толчком к началу конфликта, обычно называются поводом. Поводами для развертывания торговых конфликтов становятся самые разные факторы:

    – территориальные (примером могут служить экстерриториальные законы США, в частности Закон д’Амато),    .

    – таможенные (обвинения США в адрес Южной Кореи, связанные с усложненной таможенной процедурой ввоза американских автомобилей),

    – экологические (например, противоречия между ЕС и США по вопросу американского экспорта говядины и генетически модифицированных продуктов в ЕС, которые некоторые европейские эксперты считают вредными для здоровья человека и для окружающей среды),

    – налоговые (споры вокруг действующего до недавнего времени закона США об иностранных торговых корпорациях («Foreign Sales Corporations» – «FSC»)) [4].

    Торговые конфликты – это достаточно устойчивая «традиция» современных международных отношений.

    50-е годы — «часовая торговая война», когда американское правительство осуществило 50%-ное повышение пошлин, что резко сократило экспорт часов из Швейцарии.

    60-е годы – «куриная война» между США и ЕЭС в связи с увеличением импортных сборов па битую птицу в странах Западной Европы.

    70-е годы – США и Япония «текстильная война» в связи с угрозой установления американским конгрессом квот на ввоз текстиля

    80-е годы – США и Япония «война колее» и США и ЕЭС «стальная война» в связи с ограничением Вашингтоном поставок японских автомобилей и западноевропейской стали.    

    В 70-е и 80-е гг. торговые войны также проявились и на рынках судостроительной промышленности, электрооборудования и бытовой техники, проката черных металлов. В 90-е годы они дополнились непрерывными конфликтами на рынках сталелитейной промышленности, металлургии и химической промышленности, а также нескончаемыми «банановыми», «рыбными», «мясными» и прочими торговыми войнами, многие из которых продолжаются по сей день [4].

    Торговые конфликты возникают между отдельными странами, между страной и региональным блоком, внутри самих региональных группировок.

    Что касается «торговых войн» между отдельными странами,
    то примеров их в практике международной торговле предостаточно.

    В качестве другого примера торговых противоречий, где одной из участвующих сторон являются США, можно привести конфликты, связанные с экстерриториальными законами США, которые нацелены на управление поведением экономических субъектов за пределами территориальной юрисдикции США и мешающие нормальным международным экономическим отношениям. Так, весьма негативно на развитии международных экономических связей сказался Закон д’Амато. 5 августа 1996 г, Б.Клинтон подписал законопроект о санкциях против инокомпаний, участвующих в финансировании нефтегазовой промышленности Ирана и Ливии. Он обязал налагать санкции на инокомпании, инвестиции которых в нефтегазовую отрасль Ирана или Ливии превысят 40 млн. долл. или которые будут уличены в поставках Ливии товаров в нарушение резолюций 748 и 883 СБ ООН. Санкции включают также запрет па предоставление кредитов Эксимбанка США, отказ в выдаче экспортных лицензий, запреты на предоставление крупных коммерческих кредитов американскими банками, на операции с американскими государственными ценными бумагами и на приобретение товаров и услуг у фирм, ведущих дела с Ираном и Ливией. ЕС начал, а затем приостановил процедуру иска в рамках ВТО о неправомерности применения экстерриториальных положений закона. Подписание компаниями «Тоталь» (Франция), РАО «Газпром» и «Петронас» (Малайзия) соглашения с Ираном по разработке газового месторождения Южный Парс вызвало болезненную реакцию в США и стало предметом разногласий с ЕС. На состоявшемся 18 мая 1998 г. в Лондоне саммите США-ЕС была достигнута договоренность о промежуточной развязке «санкциоиного» дела. США берут на себя обязательство воздерживаться от задействования положений своего экстерриториального законодательства против ЕС. Последний, в свою очередь, обязался не ставить в ВТО вопрос об отмене упомянутого закона [4].

    18 мая 1998 г. администрация США приняла решение об отмене действия указанного закона. Как заявила американская сторона, при рассмотрении новых проектов западноевропейских компаний в нефтегазодобывающей промышленности Ирана США намерены руководствоваться «принципом презумпции главенства национальных интересов над введением санкций».

    Растущая конкуренция на мировых рынках, защита внутренних рынков заставляют отдельные страны вступать в политико-экономические конфликты не только с суверенными государствами, но и с их объединениями. В последние годы наиболее острые конфликты связаны именно с нарастанием протекционистских тенденций на уровне экономических группировок, региональных блоков.

    Объединение стран в экономические блоки не означает безусловного прогресса в реализации идей свободной торговли и отказ от протекционистских идей.

    Примером торговых конфликтов между страной и региональным блоком могут служить торговые противоречия между США и Западной Европой, так называемые трансатлантические противоречия, которые, на наш взгляд, являются самыми сложными на сегодняшний день.

    США в своих торговых отношениях с внешним миром вынуждены действовать на двух основных «фронтах» — тихоокеанском и атлантическом. На первом фронте (ряд противоречий в данном направлении уже был рассмотрен выше) в последнее время удалось добиться несомненных успехов. Существенный прогресс достигнут в области экономических связей с КНР, заключено торговое соглашение с Вьетнамом, урегулирован ряд проблем с Японией (например, США добились от ведущей японской компании «NTT» сокращение сборов, взимаемых при подключении к ее сети клиентов других фирм, в том числе американских). Иное положение складывается на атлантическом направлении: растет перечень торговых споров с ЕС, а их урегулирование пока не предвидится [4].

    ЕС является одним из важнейших экономических партнеров США. На протяжении 90-х гг. постоянно увеличивался объем взаимной торговли товарами, был сбалансирован двусторонний поток прямых инвестиций. Однако торговоэкономические отношения США с Западной Европой складывались непросто [4].

    С 60-х годов США и страны Западной Европы вели разного рода торговые войны. Противостояние относительно тарифов на те или иные товары никогда не прекращалось. Главным раздражителем являются чрезмерно высокие, по мнению США, протекционистские барьеры в ЕС, прежде всего нетарифного характера, препятствующие наращиванию американских поставок на этот рынок. В результате доля всех западноевропейских стран в общем экспорте США составляет всего около 22% и постепенно снижается. Существовавшее еще в начале 90-х гг. положительное для США сальдо торговли с этим регионом сменилось постоянно растущим пассивом, достигшим в 1998 г. 20 млрд. долл. В 90-е годы конкретными проявлениями торговых противоречий между американцами и европейцами стали ожесточенные споры по поводу поставок говядины, пушнины, зерна, бананов и другой продукции [6].

    Любая страна мира предпочитает свободно, безо всяких ограничений экспортировать свои товары в другие страны, хотя в тоже время вовсе не спешит открывать свои внутренние рынки для свободной конкуренции.

    Поскольку однажды сниженные тарифные ставки по условиям ГАТТ не могут быть изменены в обратную сторону, то, как было отмечено выше, акцент в проведении протекционистской политики все в большей мере делается на использование нетарифных барьеров.

    Под «новым протекционизмом» (так называемым нсопротекционизмом) понимается резкое увеличение ограничений в торговле, вызванное широким использованием нетарифных ограничений. Главная отличительная черта неопротекционизма от «старого» протекционизма заключается в широком использование именно нетарифных ограничений. Если в результате деятельности ГАТТ таможенные пошлины и снижались, то применение нетарифных барьеров увеличивалось[6].

    Сегодня под действие нетарифных мер попадает около 27% всего импорта промышленно-развитых стран, в США – 42%.

    Новое наступление протекционизма, характерное преимущественно для ПРС и особенно заметное в США, объясняется целым рядом социально-экономических факторов, возникших на рубеже 70-х и 80-х годов прошлого века. Остановимся на их рассмотрении более подробно.

    При раскрытии причин неопротекционизма многие авторы (Фаминский И., Дюмулен. и др.), прежде всего, выделяют:

    – экономический спад в экономике промышленно-развитых стран. Так, Фаминский И. отмечает, что спад в экономике многих промышленно-развитыми странами в 70-е годы привел к росту давления со стороны протекционистских кругов, представляющих отрасли промышленности, затронутые структурными кризисами (текстильной, металлургической и др.). Активные действия со стороны представителей этих отраслей промышленности, в свою очередь, заставили правительства пойти на увеличение ограничений с целью сокращения импорта [27].

    Дюмулен И. в свою очередь указал, что экономический кризис в середине 70-х г в сочетании с энергетическим, сырьевым и валютным кризисами привел к тому, что правительства многих стран стремились решить свои проблемы за счет снижения импорта и увеличения экспорта [2].

    резкое усиление конкурентной борьбы па мировых рынках.
    Усиление с середины 80-х годов проникновения на западные рынки и, соответственно, усиление конкуренции со стороны Японии и так называемых «новых индустриальных стран», таких как Корея, Тайвань, Сингапур, Гонконг, привели к росту привлекательности протекционизма, используемого для ограничения импорта. Так, в целях ограничения японского импорта страны Западной Европы ввели в середине 70-х годов антидемпинговые пошлины в размере 10 –20% на импорт японских подшипников, а также заставили пять отраслей японской промышленности — сталелитейную, судостроительную, автомобилестроительную, шарикоподшипниковую и электронную — пойти на «добровольное ограничение» экспорта [27].

    Так, М. Пебро подчеркивает, что Правительства США и европейских стран, стремясь помочь национальным отраслям, находившимся в трудном положении из-за высокой торговой эффективности Японии и роста конкуренции со стороны НИС, начали в 70-х годах активно вводить в действие скрытые и официальные механизмы защиты от иностранной конкуренции. Основная цель по обе стороны Атлантики — расширение экспорта и уменьшение импорта (в ЕС — для решения социальных проблем, рассасывания безработицы, в США — для уменьшения огромных диспропорций в торговом балансе). Таким образом, вследствие возросшей иностранной конкуренции на привлекательности протекционизма сказались еще два фактора:

    давление общественности и профсоюзов в связи с ростом безработицы;

    – диспропорции в торговом балансе [23].

    Причины новой волны протекционизма также состоят в следующих факторах:

    уменьшение профессиональной и географической мобильности трудовых ресурсов;

    – изменения и серьезные колебания курсов валют породили стремление сохранять денежную наличность, капитал в стране, что также привело к повороту в сторону протекционизма [4].

    Итак, причины неопротекционизма связаны с циклическими факторами (экономическим кризисом, колебаниями валютных курсов и высокой безработицы). Кроме того, они связаны с попытками правительств улучшить международную конкурентоспособность национальной промышленности и защитить интересы отдельных групп, это так или иначе связано с тем, что производители, выигрывающие от ограничений импорта, более организованно защищают свои интересы в правительстве (через те же профсоюзы), чем потребители, которые, как правило, проигрывают от торговых барьеров.

    Активизация политики протекционизма в странах Западной Европы и США началась с середины 70-х годов. Тяжелый период кризисных явлений требовал усиления средств «торговых войн». В этих странах наблюдалась общая тенденция перехода от традиционного протекционизма, препятствующего доступу иностранных товаров на внутренний рынок в целом, к избирательному протекционизму отдельных отраслей. Наиболее ярко внешнеторговый протекционизм проявился в сфере сельского хозяйства, особенно в ЕС. Однако наивысшей степени развития протекционистские тенденции получили, пожалуй, в США. Возросший дефицит, а также увеличение притока в страну конкурентоспособных товаров и услуг из-за рубежа способствуют постоянному усилению протекционистских тенденций в США, начиная с 70-х годов.

    При рассмотрении роста протекционистских тенденций в США, прежде всего, указывают на увеличение количества расследований но выявлению демпинга и субсидирования производства ряда экспортируемых в страну товаров.

    Пожалуй, проблемы и споры вокруг поставок стали в США заслуживают более тщательного рассмотрения, так как:

    во-первых, в последнее время они становятся предметом весьма острых конфликтных ситуаций в мировой торговле,    

    во-вторых, они могут служить весьма наглядным примером того, что при формулировании внешнеторговой концепции правительство США вынуждено учитывать усиливающиеся протекционистские настроения Конгресса [4].

    Достаточно убедительным свидетельством преобладания протекционистской политики в настоящее время явились именно проблемы и трудности, с которыми столкнулась ВТО, организация, признанная сдерживать дальнейшее распространение протекционизма и односторонних дискриминационных мер в торговых отношениях между странами — участниками. Кроме проблем, связанных с провалом конференции ВТО, существует ряд «старых» проблем, которые никак не могут найти своего решения в рамках ГАТТ/ВТО:

    – проблема применения дискриминационных протекционистских мер, несмотря на то, что использование их запрещено правилами ВТО (наиболее часто в дискриминационных протекционистских целях в настоящее время применяются антидемпинговые меры, технические барьеры и «добровольные» ограничения экспорта);

    – проблема упразднения субсидий в торговле сельскохозяйственными товарами;

    – проблема торговых аспектов прав интеллектуальной собственности (часты случаи нарушения различными странами прав интеллектуальной собственности, так как отсутствуют падежные гарантии против пиратской практики, и, как результат, торговля поддельными товарами, пиратство, использование чужих научных и конструкторских разработок приняли невиданные масштабы);    – различные проблемы либерализации международной торговли услугами;

    – по-прежнему высокий уровень таможенно-тарифного обложения во многим развитых странах, причем большая часть высоких ставок применяется в отношении импорта продовольствия, текстиля и одежды, т. е. основных экспортных статей развивающихся стран [7].    

    Кроме того, развитие мировой торговли ставит перед ВТО все новые и новые проблемы, к которым только ищутся подходы. Здесь и усиливающаяся регионализация международной торговли, и неурегулированность вопросов конкурентной политики, и недееспособность в разрешении торговых противоречий, и взаимосвязь торговли и Охраны окружающей среды.

    Все это ставит под сомнение эффективность существующего механизма согласования и принятия решений в рамках ВТО.

    Помимо проблем, с которыми столкнулась ВТО, подтверждением все большего развития протекционистских настроений также могут служить массовые выступления так называемых антиглобалистов, которые выступают и против свободной торговли.

    Итак, в условиях острой конкурентной борьбы на мировых рынках возникают торговые противоречия, которые нередко перетекают в торговые конфликты. Анализ разнообразных торговых конфликтов свидетельствует о том, что какие бы конкретные поводы (защита окружающей среды, забота о здоровье потребителей, усложненные таможенные процедуры в стране –торговом партнере и т.д.) не лежали в основе поведения противоборствующих сторон, в конечном счете они отражают их интересы, которые в случае конфликта оказываются несовместимыми или противоположными. К сожалению, на сегодняшний день невозможно найти однозначного разрешения всех внешнеторговых противоречий имеющимися средствами и инструментами. Ситуация усложняется мощным возобновлением протекционизма, приводящим к еще большим противоречиям между странами.

    2.2 Масштабы и направления либерализации

    В современной практике регулирования международного обмена проявляется объективная потребность в повышении степени интернационализации производства и капитала. Эта тенденция в области международных экономических отношений выражается, в частности, в ослаблении ограничений внешнеторгового обмена, стремлении к устранению препятствий на его пути. Такому курсу соответствует политика либерализации торговли, т. е. применение всего комплекса мероприятий по регулированию внутренней экономики и внешнеэкономических связей с целью содействия внешнеторговому обороту, а также снижению таможенных и иных барьеров [7].

    Современный механизм либерализации мировой торговли обладает рядом особенностей.

    1 Значительно расширен круг регулирующих мер со стороны как национальных государств, так и наднациональных экономических организаций. Эти меры вышли за пределы тарифной политики и охватывают практически все отрасли хозяйственной жизни.

    2 Существенно возросла роль согласованных международных действий, координированных усилий различных стран по многосторонней либерализации внешнеторгового оборота.

    3 Несмотря на то, что между отдельными странами до сих пор вспыхивают «торговые войны», в настоящее время удалось добиться долговременного и значительного снижения экономических барьеров на пути развития международной торговли [18].

    Необходимо отметить, что активизация международного обмена обусловила объективную потребность в его либерализации. Причем либерализация – это не столько предпосылка, сколько средство в расширении товарооборота. Либерализация торговли явилась одной из основных причин необычайного экономического роста, отмеченного во всех странах мира после окончания Второй мировой войны.

    Таким образом, тенденция к либерализации обусловлена решением задач расширения мирохозяйственных связей в условиях интернационализации производства. Она нужна для экономической кооперации в интересах взаимной выгоды благодаря более эффективному использованию ресурсов мировой экономики.

    Основных успехов политика либерализации достигла в области таможенных пошлин, общий уровень которых в период после Второй мировой войны существенно сократился. Значение таможенных барьеров объясняется следующими причинами:

    – исторически таможенные пошлины олицетворяют собой регулирующую функцию государства во внешней торговле, а их уровень является главным критерием торгово-экономической политики;

    – таможенные пошлины играют наиболее значимую роль на фоне других внешнеторговых барьеров;

    – таможенные тарифы служат основным унифицированным элементом торговой политики всех стран [7].

    Эти особенности таможенных пошлин во многом определили формы согласованных международных мероприятий по либерализации торговли и взаимному снижению таможенных барьеров. В результате действия принципа наибольшего благоприятствования как одной из базисных норм мировой торговой политики XX века предоставление двумя странами взаимных таможенных уступок означает распространение этих льгот и на всех их внешнеторговых партнеров.

    Характер таможенных тарифов обусловливает их либерализацию на широкой международной основе. С этим связано создание соответствующего международного института – Всемирной торговой организации, по линии которой проходят многосторонние переговоры о снижении внешнеторговых барьеров, и в первую очередь таможенных пошлин.

    В основу правового механизма ВТО были положены следующие принципы и нормы:

    – недискриминация в торговле, т. е. уравнивание в правах товаров импортного и отечественного производства применительно к внутренним налогам и сборам, а также по отношению к правилам, регулирующим внутреннюю торговлю;

    – использование преимущественно тарифных средств защиты национального рынка, а не количественных ограничений или аналогичных мер;

    – прогрессивное снижение таможенных тарифов в ходе периодически проводимых раундов многосторонних торговых переговоров;

    – взаимность в предоставлении торгово-политических уступок;

    – разрешение торговых споров путем проведения консультаций и переговоров [7].

    В условиях современного мирового хозяйства существует несколько методов проведения внешнеэкономической либерализации — на многосторонней основе в рамках ВТО, на двусторонней основе, а также в рамках региональных соглашений.

    Как отмечает В. Рыбалкин, «курс на либерализацию мирохозяйственных связей (в частности, внешнеторговых, инвестиционных, производственных и т.п.) делает крайне актуальным вопрос минимизации экономических рисков». В этом отношении стратегия «конкурентной либерализации» во многом направлена на снижение уязвимости страны к провалам в области многосторонней либерализации торговли с одной стороны и по отношению к эффекту «отклонения торговли» от создания региональных и двусторонних соглашений другими странами — с другой стороны [21].

    Распространение процесса «конкурентной либерализации» имеет ряд важных последствий для мировой экономики и национальных хозяйств:

    – происходит снижение внешнеторговых барьеров и конвергенция уровней защиты внутреннего рынка стран «третьего мира» по отношению к развитым странам;

    – по мере роста числа стран, вовлеченных в торги, растет эластичность иностранных инвестиций по отношению к уровню доходности финансовых инструментов различных стран. Другими словами растет конкуренция (прежде всего среди развивающихся рынков) за получение части мировых сбережений;

    – по мере развития процессов «конкурентной либерализации» растут потери от изоляции на мировых рынках, также как растут дивиденды от интеграции страны в разные уровни мировой торговой системы (глобальный, региональный, двусторонний) [21].

    Существует три основных движущих силы «конкурентной либерализации» – многосторонняя либерализация, регионализм и двусторонняя либерализация (при этом либерализация должно осуществляться на взаимовыгодных условиях). Еще одним компонентом стратегии конкурентной либерализации является микрорегионализм – интеграция и рост экономического взаимодействия между отдельными регионами различных стран – который рассматривается преимущественно совместно с региональной интеграцией. Все эти факторы «конкурентной либерализации» следует рассматривать прежде всего как инструменты внешнеэкономической политики государств, каждый из которых характеризуется своей целью и эффективностью использования. Такого рода анализ позволяет выявить именно качественную составляющую стратегии «конкурентной либерализация», которая в некоторой степени является противоположностью безоглядной, полномасштабной либерализации, не учитывающей национальных интересов и национальной специфики, ставящей во главу угла количество, а не качество либерализации. В этом отношении, как отмечает В. Кутовой, «…каждое государство должно самостоятельно определять оптимальную для себя меру внешнеэкономических связей, исходя из внутренних возможностей национального хозяйства и целей экономической политики» [11].

    Каждый из инструментов «конкурентной либерализации» по-своему оптимизируется в контексте той или иной страны/региона. Соответственно, использование инструментов «конкурентной либерализации» нередко разнится по своей географии: Азия – гибкие двусторонние торговые альянсы; Европа –консолидация и углубление региональной интеграции; Америка – приоритетность построения общеамериканской зоны свободной торговли с параллельной диверсификацией альянсов; Россия/страны СНГ – ориентация на присоединение к ВТО [7].

    В рамках реализации стратегии конкурентной либерализации взаимодействие между её различными элементами может быть противоречивым, что в частности относится к взаимодействию многосторонней либерализации и двусторонних торговых соглашений. С одной стороны, поборники создания двусторонних соглашений указывают на то, что изоляция за счет интенсивного построения двусторонних альянсов стран, проповедующих протекционизм, вынуждает их поддерживать процесс многосторонней либерализации торговли как единственного источника получения торговых уступок. С другой стороны, очевидно, что изоляция на мировой арене вряд ли может считаться действенным инструментом вовлечения отсталых стран в процесс многосторонней либерализации – наоборот, в большинстве случаев изоляция на внешней арене способствует росту популизма внутри страны и спиралеобразному ухудшению экономического положения. Это в свою очередь еще больше подрывает иммунитет страны к открытости и внешнеэкономической либерализации [27].

    Как отмечает один из ведущих западных специалистов в области международной торговли, негативное воздействие двусторонних соглашений на процесс многосторонней либерализации в рамках ВТО обусловлено тем, что либерализация торговли в рамках таких «эксклюзивных соглашений» сокращает переговорный капитал стран (общий объем возможных торговых уступок), который доступен в рамках многосторонних торговых переговоров ВТО. Чем шире спектр областей мировой торговли, внесенных в повестку дня очередного раунда переговоров многосторонней либерализации торговли, и чем больше объем уступок, доступный странам-участницам данного процесса, тем шире поле для компромисса и тем более вероятен успех в деле многосторонней либерализации торговли. В этом отношении распространение двусторонних соглашений подрывает стратегическую/переговорную основу для успешного продвижения либерализации торговли в рамках ВТО.

    Кроме этого, ограниченный характер двусторонних соглашений создает неблагоприятный прецедент «эксклюзивной либерализации» в разрезе отдельных отраслей — например, «освобождение» от либерализации сельского хозяйства во многих двусторонних соглашениях (особенно между странами азиатского региона) может негативно воздействовать на попытки сдвинуть с мертвой точки процесс многосторонней либерализации торговли в данной сфере мирового хозяйства. Динамичное размножение двусторонних соглашений в мировом хозяйстве также существенно осложняет его регулирование со стороны ВТО и требует от организации новых подходов к процессам региональной и двусторонней интеграции [24].

    Вместе с тем нельзя отрицать наличие некоторых взаимосвязей и взаимодополняемости между многосторонней и двусторонней либерализацией торговли. По отношению к глобализму двусторонние соглашения могут способствовать облегчению задачи либерализации в глобальном масштабе за счет использования накопленного капитала либерализации в рамках такого рода соглашений.

    В течение последних двух десятилетий в процессе либерализации международной торговли значительно снизился общий уровень таможенных пошлин и увеличилась доля беспошлинных позиций в национальных тарифах, получила широкое распространение новая универсальная внешнеторговая товарная номенклатура и практика заключения региональных соглашений с преференциальным таможенно-тарифным режимом для их участников, осуществлено преобразование основных многосторонних организаций в области регулирования торговли, сопровождавшееся предоставлением им больших функций и вызвавшее увеличение числа стран-членов. Все более широко и эффективно применяются нетарифные меры регулирования внешней торговли, однако таможенно-тарифная политика по-прежнему выступает ключевым фактором, определяющим национальный торговый режим и условия доступа иностранной продукции на внутренний рынок.

    В настоящее время, несмотря на либерализацию мировой торговли и упрощение таможенных процедур таможенно-тарифная политика продолжает оказывать большое влияние на динамику и структуру товарооборота, поскольку таможенные тарифы применяют почти все страны, импортные пошлины охватывают преобладающую часть товарной номенклатуры и являются наиболее транспарентным видом торговых ограничений.

    Изменение ставок таможенных пошлин позволяет регулировать поступление в страну иностранных товаров в зависимости от уровня конкурентоспособности соответствующих отечественных товаров, соображений экономической безопасности и социальной стабильности, состояния бюджета и платежного баланса и иных обстоятельств. Тем самым страны с разными социально-экономическими условиями могут взаимодействовать через торговлю.

    Таможенно-тарифное регулирование защищает национальные отрасли производства путем удорожания ввозимых товаров от чрезмерной или нежелательной иностранной конкуренции на внутреннем рынке, стимулирует расширение экспорта и повышение его конкурентоспособности, служит средством привлечения иностранного капитала в обрабатывающую промышленность, способствует формированию трансграничных производственно-технологических связей и развитию международной специализации, используется правительствами как инструмент воздействия на экономическую политику других государств, содействует развитию интеграционных процессов путем улучшения условий для товарообмена стран-участниц региональных объединений [15].

    С учетом многих функций, которые выполняют тарифы, а также часто противоречивых интересов отдельных национальных групп предпринимателей и слоев общества, каждое решение о повышении или снижении, установлении или отмене таможенной пошлины требует взвешенного подхода и всестороннего анализа экономических и социальных последствий с целью нахождения оптимального уровня тарифной ставки.

    Повышение таможенных пошлин раскручивает спираль повышения цен на аналогичные и смежные товары. Главное бремя увеличения пошлин ложится чаще всего на конечных потребителей, которые вынуждены покупать как импортные, так и конкурирующие местные товары по более высоким ценам (или отказаться от покупки). В результате часть их доходов перераспределяется в пользу производителей и государственной казны. С макроэкономической точки зрения, увеличение затрат потребителей на приобретение товаров рассматривается как потеря общества в целом [15].

    Со второй половины ХХ в. под влиянием углубления международного разделения труда, расширения производственной деятельности транснациональных корпораций происходят существенные изменения в таможенно-тарифном регулировании основных стран-участниц международной торговли.

    Общей тенденцией развития таможенно-тарифного регулирования явилось уменьшение тарифного протекционизма. В представленном в 2008 г. экспертами Всемирного банка докладе «Показатели мировой торговли» отмечается, что средневзвешенный импортный тариф в мире снизился до 7%.

    Ослабление тарифных барьеров происходит на (1) многосторонней основе (с конца 40-х годов); (2) в рамках образующихся (с конца 50-х годов) двусторонних или региональных экономических объединений с беспошлинным режимом торговли; (3) путем предоставления односторонних преференций развивающимся странам (с начала 70-х годов) и странам с переходной экономикой (с конца 80-х годов); (4) одностороннего снижения пошлин в целях борьбы с инфляцией и по торгово-политическим соображениям.

    Под сильной протекционистской защитой в большинстве стран находится сельское хозяйство (таможенное обложение продовольственных товаров намного выше непродовольственных). Наиболее высокие ставки пошлин применяются к продуктам животноводства, особенно, молочным, а также к сахару и кондитерским изделиям. Сохранение относительно высокого уровня аграрного протекционизма обусловлено большой чувствительностью этого сектора к конкуренции в связи с неэластичностью спроса на сельхозпродукцию.

    Из промышленных товаров наиболее часто высокими пошлинами облагаются изделия традиционных трудоемких отраслей обрабатывающей промышленности — одежда, текстиль, кожа и обувь, а также отдельные виды машин и оборудования (обычно транспортные средства).

    Протекционистская роль таможенных пошлин определяется не только абсолютной величиной пошлины на отдельный товар, но и их соотношением на товары разной степени переработки. Снижение пошлин на менее обработанные товары в большей степени, чем на обработанные, ведет к усилению тарифной защиты соответствующих рынков готовых изделий. В этой связи отмечается, что, как правило, таможенное обложение импорта сырья и полуфабрикатов является низким или нулевым.

    Характерными чертами современного тарифного протекционизма являются сохранение высокого уровня таможенной защиты отраслей, заинтересованных в этом, и снижение пошлин на те товары, которые входят составными частями в производимую продукцию.

    Другая важная тенденция эволюции таможенно-тарифного регулирования — поэтапная унификация структуры таможенных тарифов. Большая роль таможенного тарифа в формировании конкурентной среды и повышении эффективности внешней торговли, а также многообразие его функций активизировали во второй половине ХХ в. деятельность международных экономических организаций, направленную на унификацию национальных таможенных систем. Большое внимание в процессе многостороннего торгового сотрудничества уделяется и гармонизации таможенных процедур, которые могут выступать в качестве искусственно создаваемых торговых барьеров [27].

    В интересах защиты внутреннего рынка и создания более благоприятных условий для развития национального производства правительства руководствуются двумя универсальными подходами построения импортного тарифа: эскалация пошлин с увеличением обработки товара и эффективная тарифная защита. Это позволяет рационально выстроить структуру ставок пошлин по всей номенклатуре товаров.

    Таможенно-тарифное регулирование различных групп стран имеет специфику, что отражает объективно существующие различия в национальных интересах. На основе анализа большого статистического материала рассматриваются характерные черты и особенности регулирования в развитых странах, развивающихся и странах с переходной экономикой, с выделением Содружества независимых государств и России [17].

    Одной из задач Дохийского раунда торговых переговоров является создание условий для анализа соответствия существующих региональных группировок нормам и правилам ВТО.

    Применение стратегии «конкурентной либерализации» зачастую сопровождается высоким уровнем географической диверсификации торговых альянсов. Особенно такого рода стратегия диверсификации двусторонних альянсов характерна для США, которые уже заключили или ведут торговые переговоры о двусторонней либерализации (Австралия, Сингапур, Чили, страны Центральной Америки, Марокко, страны Южноафриканского таможенного союза и др.) с представителями практически всех континентов. Такого рода стратегия направлена на максимизацию географического охвата торговой ойкумены страны, что в свою очередь усиливает внутри- и межрегиональную конкуренцию, направленную на ограничение эффекта отклонения торговли за счет построения двусторонних альянсов. Чем больше регионов включено в соревнование за либерализацию по отношению к одной стране или региону, тем больше возможностей имеет данная страна или регион для углубления интеграции и максимизации двусторонней либерализации по отношению к себе. Ситуация во многом напоминает аукцион, где рост числа участников позволяет достичь наиболее высокой цены за продаваемый товар (в данном случае торговые преференции) [19].

    Наиболее активно стратегия конкурентной либерализации проводится в жизнь в США, благодаря чему американцам с течением времени удалось ослабить свою зависимость от проведения многосторонней либерализации за счет увеличения набора используемых инструментов внешнеэкономической политики. Такого рода диверсификация внешнеторговой стратегии начиная с 2001 г. оформляется в стратегию «конкурентной либерализации», которая призвана упорядочить и оптимизировать использование различных инструментов внешнеторговой либерализации.

    Среди основных целей американской «конкурентной либерализации» выделяются следующие:

    – создание конкуренции за рубежом за доступ к емкому американскому рынку;

    – стимулирование принятия за рубежом законов, которые благоприятствуют рыночным ценностям и соответствуют стандартам американских норм;

    – стимулирование поддержки среди зарубежных государств американской внешней политики и в более широком смысле американских ценностей.

    К требованиям, которым страны должны соответствовать при заключении торгового альянса с США и которые выделялись американскими представителями исполнительной власти, относятся следующие:

    – «готовность страны» (эффективность «власти закона», направления торговой политики, политический курс страны);

    – экономическая и коммерческая выгода для Соединенных Штатов;

    – выгоды для эффективности политики США по проведению торговой либерализации;

    – сообразность с интересами США (не только во внешнеполитической сфере, но и членство страны в ВТО, а также предварительное заключение с США соглашения по торговле и инвестициям);

    – поддержка со стороны Конгресса, частного сектора, а также «гражданского общества»;

    – ограничения в ресурсах, испытываемые американским правительством.

    Для любой страны, в том числе и США построение торгового альянса имеет двойную выгоду. Расширение экспорта в страну, являющуюся контрагентом по торговому соглашению, способствует росту прибыли американских компаний и росту рабочих мест. В то же время увеличение импорта из данной страны приводит к росту экономической зависимости данной страны от американского рынка сбыта, что помимо всего прочего способствует и налаживанию политического взаимодействия. Учитывая асимметрию в экономическом весе США с большинством других стран мировой экономики, для США увеличение товарооборота способствует упрочнению своего политического влияния и диверсификации торговых потоков, в то время как для стран-контрагентов это способ получить доступ к емкому американскому рынку.

    Наиболее существенным стимулом к проведению «конкурентной либерализации» является открытие доступа американских компаний на рынок услуг, а также урегулирование вопросов в области прав на интеллектуальную собственность, охраны окружающей среды, трудовых стандартов и преодоления ограничений на потоки капитала. Именно этим проблемам в растущей степени уделяется повышенное внимание в рамках заключаемых США двусторонних и региональных соглашений о создании зоны свободной торговли.

    Растущую роль в рамках стратегии «конкурентной либерализации» занимают двусторонние соглашения, которые могут быть использованы в качестве катализатора процессов либерализации в том или ином регионе. Так, ряд американских исследователей считают, что такого рода стратегия выборочного заключения двусторонних соглашений могла бы послужить стимулированию процессов торговой либерализации в таком динамичном регионе как Восточная Азия. Неудивительно, что в октябре 2002 г. США объявили о создании Инициативы по сотрудничеству с АСЕАН, которая предоставляла странам — членам данной региональной группировки возможность начала переговоров с США о создании зоны свободной торговли в случае если данные страны удовлетворяли двум следующим условиям: членство в ВТО и предварительное заключение рамочного соглашения о торговле и инвестициях с США.

    Помимо стран АТР растет активность США в построении двусторонних альянсов на Ближнем Востоке, однако, данное географическое направление скорее следует ассоциировать с некоторой политизацией процесса «конкурентной либерализации». В мае 2003 году президент Буш обнародовал инициативу по созданию зоны свободной торговли между странами Ближнего Востока и США к 2013 г. На первом этапе страны, не входящие в ВТО, становятся членами данной организации. На втором этапе страны Ближнего Востока заключают двусторонние инвестиционные соглашения, а также предварительные соглашения в области торговли и инвестиций с США. Завершающим этапом данной стратегии является заключение двустороннего соглашения о создании зоны свободной торговли [6].

    Из 18 соглашений, которые были подписаны американцами в рамках политики «конкурентной либерализации», только два соглашения приходилось на страны –члены ОЭСР. Кроме того, региональное распределение торговых альянсов США крайне неравномерно по регионам — большинство альянсов концентрируется в Латинской Америке, а также на Ближнем Востоке, в то время как Восточная и Южная Азия практически не представлены на карте американской «конкурентной либерализации». До начала периода «конкурентной либерализации» США подписали 9 рамочных соглашений по торговле и инвестициям [6].

    В целом американская модель «конкурентной либерализации» характеризуется зрелостью развития всех направлений торговой либерализации, хотя в последние несколько лет Америка начинает сталкиваться с трудностями реализации данной стратегии. Проблема нелегальной миграции в южные штаты из Мексики подрывает перспективы развития микрорегионализма. Региональная интеграция в контексте общеамериканской зоны свободной торговли терпит неудачу, в то время как Дохийский раунд торговых переговоров в рамках ВТО также постигла неудача из-за разногласий относительно либерализации торговли сельскохозяйственной продукцией. Наконец, американской модели «конкурентной либерализации», которая характеризуется наличием в двусторонних соглашениях значительного числа обязательств, в том числе в инвестиционной сфере и секторе услуг, будет тяжело выдержать проверку временем. Такого рода соглашения, особенно с развивающимися странами, не обладающими институциональной структурой, которая могла бы обеспечить их выполнение, неизбежно будут сталкиваться с трудностями [6].

    Сама концепция «конкурентной либерализации», безусловно, имеет свои издержки для мировой экономики в случае ее принятия значительным числом стран. Одной из проблем является то, что либерализация за счет преференциальных торговых соглашений (двусторонних или региональных) может привести к «эффекту отклонения торговли». Более того данный эффект может увеличиваться по мере того, как региональные торговые блоки становятся все более крупными. Эти группировки, которые получают дивиденды от преференциальной либерализации, в свою очередь могут попытаться заблокировать дальнейшую торговую либерализацию, в том числе в рамках ВТО. Сторонники стратегии «конкурентной либерализации» считают, что данные потери в значительной степени компенсируются ростом торговли, которая стимулируется соперничеством стран в деле оптимального открытия своих рынков.

    Критики американской модели «конкурентной либерализации» считают, что одним из главных ее недостатков является передозировка торговых соглашений требованиями относительно трудовых стандартов или же стандартов охраны окружающей среды. В более общем плане критики поднимают вопрос о том, не слишком ли много целей одновременно преследуется американцами с помощью «конкурентной либерализации», в условиях, когда количество инструментов для достижения этих целей отнюдь не велико.

    Обзор зарубежного опыта, в том числе опыта внешнеторговой либерализации США, свидетельствует о важности создания своего рода взаимоусиливающей связи между торговой либерализацией и ускорением экономического роста/модернизацией экономики. Именно такую цель должна преследовать стратегия «конкурентной либерализации» для России — чем выше будет экономический рост в России, тем больший импульс будет придаваться интеграционным процессам на постсоветском пространстве. Это в свою очередь является ключом к трансформации СНГ в региональный центр интенсивного экономического развития в рамках мирового хозяйства. По мере роста экономической мощи СНГ будут расти возможности для стран евразийского региона по построению стратегических альянсов с другими региональными группировками. Таким образом, строится цепочка от укрепления экономики России за счет модернизации к трансформации ее роли в международных экономических отношениях [6].

    Помимо отраслевой составляющей внешнеторговых потоков, географическая структура внешней торговли также играет важную роль в повышении темпов экономического роста. В исследовании экономистов МВФ проводится анализ данных по более чем 100 странам, который свидетельствует о том, что темпы экономического роста, а также уровень благосостояния в странах – торговых партнерах отдельной страны имеют благотворный эффект на темпы роста ВВП. Таким образом, вместо того, чтобы фокусироваться на вопросе о том, сколько необходимо торговой либерализации (и необходима ли она вообще), исследуется качественная сторона торговой либерализации в свете экономических условий в странах – торговых партнерах. Общим выводом данной работы является то, что промышленно развитые страны получают выгоды от торговли с развивающимися странами, экономика которых растет высокими темпами. В то же время развивающиеся страны выигрывают от торговли с передовыми странами мировой экономики в связи с тем, что у данных стран высокий уровень благосостояния.

    Таким образом, географическая и отраслевая диверсификации торговли могут носить взаимоусиливающий характер. Выход на рынки новых стран торговых партнеров, в том числе за счет отмены торговых ограничений со стороны данных стран, может привести к увеличению отраслевой диверсификации торговли. В свою очередь новые ниши в структуре экспорта могут найти спрос в более широком круге стран-контрагентов и привести к географической диверсификации торговых потоков. В итоге страна становится менее подверженной внешним шокам и в меньшей степени зависит от ограниченного круга стран или товарной конъюнктуры.

    Связь между отраслевой и географической концентрацией внешнеторговых потоков для России чрезвычайно актуальна – преобладание экспорта нефти в торговой структуре России делает ее товарные потоки более зависимыми от географии и дистанции. Более диверсифицированная отраслевая структура также будет способствовать и географической диверсификации российского экспорта. И наоборот, географическая диверсификация российского экспорта за счет создания двусторонних альянсов, может способствовать постепенному снижению относительной роли ТЭКа в экспортной структуре российского экспорта, хотя в долгосрочной перспективе снижение зависимости от нефти все же будет во многом определяться структурными реформами внутри страны [10].

    С точки зрения диверсификации торговли, инструменты внешнеторговой либерализации могут играть свою особую роль. Так, двусторонние соглашения могут использоваться для того, чтобы преодолеть замкнутость торговых потоков в рамках отдельной региональной группировки. Они также могут способствовать переориентации торговых потоков в сторону наиболее динамично развивающихся стран. За счет вступления в ВТО можно преодолеть барьеры для отдельных отраслей экономики, в результате чего страна получает возможность диверсифицировать как отраслевую, так и географическую структуру своей внешней торговли. Наконец, регионализм позволяет стране избежать негативных последствий отклонения торговли и продвижения товаров на рынки соседних стран, что также может способствовать отраслевой и географической диверсификации торговли (хотя в долгосрочной перспективе регионализм вероятнее всего сопряжен с географической и отраслевой концентрацией торговых потоков). Что еще более важно – регионализм может создать условия для создания быстрорастущих макрорегионов, в рамках которых создаются «тепличные условия» для роста взаимной торговли и взаимного усиления экономического роста. На данный период Юго-Восточная Азия в растущей степени напоминает именно такого рода инкубатор торговых потоков в мировой экономике [10].

    В этом отношении стратегия «конкурентной либерализации» приводит к созданию гибкой системы управления торговыми альянсами, которая позволяет преодолеть закоснелость географической и отраслевой структуры внешней торговли. Сочетание различных инструментов торговой либерализации, таким образом, способствует диверсификации отраслевой и географической структуры экспорта, что в свою очередь благотворно сказывается на перспективах долгосрочного экономического роста.

    2.3 Роль международных экономических организаций в либерализации международной торговли

    Важную роль в регулировании международной торговли, в устранении препятствий для ее развития, се либерализации играют международные экономические организации, и, прежде всего, ГАТТ/ВТО и ЮНКТАД.

    Генеральное соглашение по тарифам и торговле (ГАТТ – General Agreement on Tariffs and Trade) подписано 23 странами в октябре 1947 года и вступило в силу с 1 января 1948 года. С 1 января 1995 г. ГАТТ преобразовано во Всемирную торговую организацию (ВТО), которая в настоящее время насчитывает 144 страны. В результате проведенных восьми раундов произошло десятикратное сокращение средней таможенной пошлины и частично упразднены количественные ограничения (полностью они упразднены к 2005 г.).

    В основу деятельности ГАТТ/ВТО положен принцип свободной торговли (принцип режима наибольшего благоприятствования и принцип национального режима). Первый означает, что товары
    и
    услуги страны, которой предоставлен подобный режим, должны пользоваться, на рынке
    страны-импортера условиями во всех отношениях не худшими, чем товары и услуги любого другого государства. Второй подразумевает, что за исключением мероприятий, специально предназначенных для, регулирования импорта, иностранные товары должны обращаться на национальном рынке на тех же во всех отношениях условиях, что
    и отечественные [10].    

    В то же время в определенных случаях допускается применение протекционистских мер. Если в рамках ГАТТ главное внимание уделялось ограничению применения прямых протекционистских мер, то в документах ВТО — упорядочению применения мер, которые могут быть использованы в протекционистских целях. Возможность применения защитных мер зафиксирована непосредственно в текстах ряда статей ГАТТ. Более того, расплывчатый характер формулировок ГАТТ и документов ВТО допускает разное их толкование, что позволяет странам — членам ВТО прямо или косвенно ограничивать импорт в интересах национальных производителей.

    В целом, ГАТТ/ВТО делает уступку реальным протекционистским тенденциям. Однако существует так называемая «увязка» протекционистских и либерализующих программ. Сохраняя все основные положения ГАТТ, ВТО ставит задачу обеспечения свободы торговли, достижение которой, как предполагается, будет достигнуто не просто либерализацией, а «увязками».

    Смысл «увязок» заключается в том, что страны-участницы обязуются принимать решения по вопросам, связанным с односторонним повышением тарифов лишь в «увязке» с одновременной либерализацией импорта других товаров, Эта «увязкам протекционистских и либерализующих программ должна, по замыслу руководителей ВТО, исключить возможность одностороннего роста протекционистских действий тех или иных стран».

    В связи с постоянным ростом торговых противоречий, нередко перерастающих в «торговые войны», нам представляется целесообразным также отдельно остановиться на рассмотрении механизма урегулирования споров в рамках ГАТТ/ВТО.

    Для разрешения споров имеется специальный Комитет по урегулированию разногласий, который имеет следующие полномочия:

    – создавать третейские группы;    

    – применять доклады третейских групп и апелляционного органа;

    – обеспечивать наблюдение за выполнением решений и рекомендаций;

    – разрешать приостановление уступок и других обязательств, вытекающих из соглашений;

    – информировать соответствующие советы и комитеты о ходе рассмотрения споров [10].

    Первым шагом на мути урегулирования споров являются консультации. Если консультации не завершаются урегулированием спора в течение 60 дней, то учреждается третейская группа, в рамках . которой происходит дальнейшее рассмотрение спора. Вторая инстанция механизма разрешения споров в рамках ВТО – Апелляционный орган, который может изменить заключение третейской группы. Разбирательство в данном органе является конфиденциальным, рассмотрение апелляции не может превышать 90 дней.

    Соблюдение рекомендаций и решений Комитета по урегулированию разногласий должно быть незамедлительным, иногда срок выполнения решений продлевается. Комитет осуществляет контроль за выполнением принятых решений. Если рекомендации или решения не выполняются, разрешается временное использование компенсации или возможно временное приостановление уступок или других обязательств.

    Как альтернативный способ урегулирования спора может применяться Арбитраж.

    Однако на практике страны не всегда выполняют рекомендации и решения. В любом случае, оценивая роль ГАТТ/ВТО в регулировании мировой торговли, можно с уверенностью утверждать, что эта организация сделала много для развития мировой торговли.

    Во всех серьезных ситуациях, когда национальные интересы и/или национальные законодательства приходили в противоречие с международными торговыми нормами, государства-члены ГАТТ/ВТО, как правило, находили возможности и пути их обхода. В результате выведенным за рамки «свободной» международной торговли оказалось немалое число товаров и отраслей. Многие из них получали государственную поддержку в виде торговых ограничений, субсидий лишь па сравнительно небольшой срок, необходимый отечественным фирмам для структурной перестройки и приспособления к требованиям мирового рынка, а потом вновь выходили на поле открытой конкурентной борьбы — так называемый «воспитательный протекционизм». Другие задержались «под крылом» у государства надолго. Так, уже в первые годы существования ГАТТ страны-участницы договорились о том, что их аграрный сектор в основном остается за пределами его компетенции. Например, аграрный протекционизм EС считается наиболее изощренным и подвергается регулярным атакам американских поставщиков сельскохозяйственной продукции. Однако он не только выжил в рамках Уругвайского раунда, по и во многих своих элементах был кодифицирован в заключенном на этом раунде Соглашении о торговле сельскохозяйственными товарами [13].

    Деятельность ГАТТ/ВТО всегда была направлена в основном на решение торговых проблем развитых стран. Определенным противовесом этому дожна была послужить Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), образованная в 1964 году по настоянию группы из 77 развивающихся стран и призванная обеспечивать в первую очередь их интересы (одной из основных целей ЮНКТАД является содействие развитию мировой торговли в целях ускорения экономического роста и развития, в особенности развивающихся стран).

    В настоящее время в деятельности ЮНКТАД принимает участие 186 государств, в том числе и Россия. Столь широкое представительство в ЮНКТАД свидетельствует о том, что оно:

    во-первых, является бесспорным признанием важности сотрудничества государств по вопросам торговли и развития, их заинтересованности в объединении усилий для создания благоприятных условий взаимодействия в этой области;

    во-вторых, ЮНКТАД обладает огромными возможностями информационного обмена и в этом плане влияния в международных торгово-экономических отношениях.

    Наибольшая активность деятельности ЮНКТАД пришлась на конец 60-х и 70-е годы. Именно в этот период сформировалась концепция нового экономического порядка, с которой выступили развивающиеся страны, а также приняты различные документы, призванные решить многие проблемы мировой торговли, такие как «Хартия экономических прав и обязанностей государств», «Принципы международных отношений и торговой политики» и т.д. В этих документах нашли отражение как общепризнанные принципы международного права (уважение государственного суверенитета, невмешательства, самоопределения, равноправия), так и специальные принципы международного экономического, в частности торгового, права (взаимной выгоды, недискриминации, наибольшего благоприятствования и др.).    

    Что касается вопросов либерализации внешней торговли, то ЮНКТАД вела активную борьбу против протекционизма, особенно со стороны развитых государств в отношении развивающихся. Одним из основных лозунгов нового международного экономического порядка была «ликвидация ножниц цен между сырьевыми и готовыми промышленными товарами». Развивающиеся страны, являющиеся в основном экспортерами сырья и импортерами готовых изделий, пытались в рамках ЮНКТАД изменить цеповые пропорции мирового рынка в пользу сырья. Для регулирования торговли сырьем был создан постоянный комитет ЮНКТАД по сырьевым товарам, в конце 70-х годов была принята «Интегрированная программа для сырьевых товаров», которая имела целью улучшить условия на мировых рынках для 18 сырьевых товаров, занимающих особое место во внешней торговле развивающихся стран. К началу 80-х годов цеповые пропорции мирового рынка изменились в пользу сырьевых товаров (хотя главная заслуга здесь принадлежит все же ОПЕК и «нефтяным шокам») [10].

    ЮНКТАД осуществила разработку программы содействия наименее развитым странам, которая включает рекомендацию развитым государствам опять или существенно снизить импортные пошлины на товары из развивающихся стран.

    Наибольшим практическим достижением ЮНКТАД в деле содействия расширению экспорта из развивающихся стран стала разработка и принятие в 1976 г. концепции Общей системы преференций (ОСП), основополагающими элементами которой являются принципы необоюдности уступок и избежания внутренней дискриминации. Они предусматривают предоставление развитыми государствами односторонних уступок развивающимся странам без их распространения на другие развитые государства, а также нераспространение на развитые государства специальных льгот, предоставленных развивающимися странами друг другу.

    Получателями (бенефициарами) преференций являются большинство развивающихся стран, а в последнее время также ряд стран с переходной экономикой (бывшие социалистические государства Центральной и Восточной Европы).

    Концепция либерализации международной торговли по ГАТТ/ВТО получила определение меркантилистской. Дело в том, что с позиций ГАТТ/ВТО основным мотивом к ограничению протекционизма в одной стране является получение соответствующих торговых преимуществ в другой. Иными словами, приоритет отдается принципу взаимности, а не взаимной выгоды.

    В интерпретации ЮНКТАД данная концепция получает иную окраску в связи с тем, что Конференция исходит из интересов развивающихся стран, которые невозможно обеспечить на основе принципа взаимности. В целях достижения взаимной выгоды эти страны не обязаны отвечать взаимностью на сделанные им уступки, поддерживая протекционизм на сложившемся уровне или даже повышая его.

    Невзаимность в отношениях с развивающимися странами в общем виде отражена в части IV ГАТТ, но в то же время ст. 19 Генерального соглашения позволяет договаривающимся сторонам налагать временные ограничения на импорт, если он наносит существенный урон отечественному производству. Более того, как уже отмечалось выше торговля сельскохозяйственными продуктами и текстилем, которые нередко составляют значительную часть экспорта развивающихся стран, была долгое время практически выведена за пределы регулирования ГАТТ. Таким образом, принцип наибольшего благоприятствования, закрепленный в ст. 1 ГАТТ, почти не имел исключений вплоть до 1971 года, когда была сделана оговорка о его ограничении в пользу Всеобщей системы преференций, разработанной ЮНКТАД.

    Следует также отметить, что сама либерализация международной торговли понимается ЮНКТАД шире, чем снижение устанавливаемых государством торговых барьеров, за счет включения в это понятие таких мер, как отказ от ограничения деловой практики, использования нетарифных барьеров независимо от порядка их установления. Данный подход нашел воплощение в принятом ГА ООН в 1980 году Своде справедливых принципов и правил по контролю за ограничением деловой практики, подготовленном ЮНКТАД на основе инициатив, выдвинутых в 50-х годах ЭКОСОС и ГАТТ.

    Проблема либерализации международной торговли не утратила своей остроты и на текущий момент. Ее важность была вновь подчеркнута на 49-й сессии ГА ОНН в резолюции «Международная торговля и развитие», которая была принята в новых условиях, сложившихся после завершения Уругвайского раунда многосторонних переговоров по ГАТТ/ВТО. Особое внимание уделялось начавшимся переговорам между Генеральным секретарем ООН и Генеральным директором ВТО об установлении отношений между ООН и ВТО [10].

    Сближение ООН и ВТО настоятельно диктуется современной обстановкой в международных связях, новым наступлением протекционизма, обострением противоречий между странами, так как существующий ряд проблем требуют координации деятельности международных организаций друг с другом и не может быть разрешен в рамках отдельных организаций.

    3 ФОРМИРОВАНИЕ ВНЕШНЕТОРГОВОЙ ПОЛИТИКИ РОССИИ В УСЛОВИЯХ ВЗАИМОСВЯЗИ ПРОЦЕССОВ ЛИБЕРАЛИЗАЦИИ И ПРОТЕКЦИОНИЗМА

    3.1 Присоединение к ВТО и ограничения в торговой политике

    Присоединение России к ВТО является важнейшей задачей стратегического курса на интеграцию России в мировую экономику. Присоединение к ВТО позволит нашей стране принять участие, в переговорах по совершенствованию механизма функционирования мирохозяйственных связей в области торговли, услуг, защиты капиталовложений, прав интеллектуальной собственности и др. [22].

    Фактически Россия присоединилась к ВТО 16 декабря 2011 г., когда был одобрен основной пакет документов, который подлежит ратификацией Государственной Думой Российской Федерации в течение 220 дней.

    Эффект присоединения к ВТО в части обеспечения доступа отечественных производителей на внешние рынки будет положительным, хотя сами условия доступа и не станут более благоприятными. Через двусторонние торговые договоры Россия фактически уже имела режим наибольшего благоприятствования для своих товаров на рынках подавляющего большинства стран ВТО, то есть пользуется тем же режимом, который действует для всех других членов организации. Однако в рамках ВТО благоприятный уровень пошлин будет обеспечиваться одним универсальным договором, а не десятками разрозненных торговых соглашений [22].

    В правовой пакет ВТО входят шесть десятков соглашений, составляющих единый многосторонний торговый договор, который образует фундамент во многом унифицированного правового пространства, объединяющего 94 – 95% всей мировой торговли. В этом договоре зафиксированы такие принципиально важные положения, как взаимное и безусловное предоставление сторонами режима наибольшего благоприятствования и национального режима, неприменение дискриминационных внутренних налогов, таможенных сборов, а также технических, санитарных и фитосанитарных мер. Кроме того, в нем оговорены свобода транзита, гарантии против произвольного использования квотирования, антидемпинговых и компенсационных мер. Присоединившись к ВТО, Россия получит легитимный выход на это правовое пространство, обретет международно-правовую защиту, гарантируемую его нормами. Такая защита в конечном итоге будет содействовать продвижению российских интересов за рубежом. Немаловажно, что участие России в многостороннем торговом договоре устраняет необходимость сохранения и периодической модернизации существующих двусторонних торговых договоров со странами ВТО [3].

    Членство в ВТО позволит России использовать эффективный механизм разрешения споров и конфликтных ситуаций, действующий в этой организации. У российских государственных органов появятся легитимные основания для противодействия установлению торговых барьеров против конкурентоспособного российского экспорта, проведения регулярных консультаций о доступе российских товаров, услуг и инвестиций на рынки стран-партнеров, модернизации договорно-правовой базы. Кроме того, можно будет использовать механизмы раннего оповещения о мерах, влияющих на торговлю, подобно тем, что уже действуют в отношениях с Китаем и ЕС.

    С присоединением к ВТО у нашей страны появилось право на пересмотр применяемых ныне ограничений против российских товаров (всего их 97, в том числе: 45 антидемпинговых мер, 45 нетарифных барьеров и 7 защитных мер). Помимо названных 97 мер в середине 2010 г. в отношении российских экспортеров проводились 2 антидемпинговых расследования, 5 специальных защитных расследований и 6 пересмотров введенных ранее антидемпинговых мер. Общий ущерб от применяемых другими странами ограничительных мер Минэкономразвития России оценивает примерно в 2 млрд. долл., что эквивалентно 0.7% всего товарного экспорта нашей страны в 2009 г. [10].

    Вступив в ВТО, Россия будет полноправно участвовать в новых переговорах по развитию правовых основ международной торговли, которые могут начаться после завершения нынешнего Дохийского раунда и охватить те сферы деятельности ВТО, по которым в настоящее время в ее рабочих органах ведется исследовательская работа. В ходе новых переговоров наша страна, исходя из собственных национальных интересов, сможет оказывать реальное влияние на выработку будущих многосторонних соглашений, регулирующих мировую торговлю и сопряженные с ней сферы международного экономического взаимодействия.

    Таким образом, присоединение к ВТО дает России дополнительные возможности для противодействия дискриминации отечественных производителей на внешних рынках.

    Вместе с тем обязательства, которые примет на себя Россия, будут накладывать вполне конкретные ограничения на торговую политику страны в той ее части, которая относится к защите внутреннего рынка. Дело в том, что достигнутые российской делегацией договоренности предусматривают либерализацию тарифного регулирования импорта в течение установленного переходного периода. Определены начальные и конечные уровни «связывания» таможенных пошлин (то есть уровни, выше которых нельзя устанавливать конкретные пошлины после вхождения в ВТО). В первый год после присоединения ни одна из ставок таможенных пошлин не будет снижена по сравнению с их нынешним уровнем. В целом по товарам начальный уровень «связывания» средневзвешенной ставки пошлин установлен на отметке 14,8%, конечный – 11,5% при фактической ее величине в 2011 г. 12,9%.

    Условия доступа иностранных производителей услуг на российский рынок будут сопоставимы с условиями других стран — членов ВТО. России предстоит выполнять конкретные обязательства примерно по 116 из 155 секторов услуг, включенных в классификацию ВТО. В сфере услуг для иностранной конкуренции оставлены открытыми всего 30 секторов, в 39 – зарубежные провайдеры не будут допускаться вообще, а в 86 секторах к ним будут предъявляться различные специфические требования [10].

    России, скорее всего, удастся сохранить нынешний уровень государственной поддержки аграрного сектора, направленной на выравнивание условий конкуренции с иностранными поставщиками. Российская делегация до последнего настаивала на необходимости сохранения заявленного ею ранее объема поддержки в размере 9 млрд. долл. в год, что позволило бы государству реализовать принятую программу развития сельского хозяйства в 2008 – 2012 гг.

    Таким образом, Россия уже сформулировала для себя и для внешнего мира программу модернизации тарифного регулирования на ближайшие годы, отступать от которой не имеет права. Определены и режимы присутствия зарубежных поставщиков услуг на внутреннем рынке. И их ужесточение уже невозможно. Примерно ясны и обязательства по лимитам поддержки сельского хозяйства.

     

    3.2 Современные тенденции внешнеторговой политики в условиях кризиса

     

    Для увеличения роли России в мировой экономике российским правительством вот уже на протяжении 20 лет ведется курс на открытие экономики, на либерализацию внешней торговли. Так как включение российской экономики в систему мирохозяйственных связей соответствует общей линии мирового развития, то альтернативы участию страны в процессе либерализации ВЭС нет. В то же время необходимо направлять развитие таким образом, чтобы в мирохозяйственную систему включались не отдельные сектора национальной экономики, а весь народнохозяйственный комплекс, причем на максимально выгодных условиях. Для этого требуется интенсивное структурное регулирование, в том числе с использованием внешнеэкономических и внешнеторговых инструментов [9].

    В результате изучения опыта развития различных стран становится очевидным, что «блага» свободной торговли далеко не безусловны, и что позитивный результат она приносит лишь при определенных предпосылках и условиях и только на определенных этапах развития. В частности, «на ранних стадиях перехода к рыночной экономике внешнеторговая либерализация, особенно быстрая либерализация, не поможет модернизации экономики и в действительности даже определенно способна ей повредить» [9].

    Показательно, что практически все крупные страны, относящиеся ныне к числу высокоразвитых или успешно развивающихся, в эпоху серьезных хозяйственных трансформаций качественного характера и экономических катаклизмов не останавливались перед широкомасштабным вмешательством в ход хозяйственных отношений с другими странами и ограничением действия сил свободной конкуренции, прибегая к протекционистским методам. Хотя и при самых обычных условиях ни одно государство не может себе позволить полностью положиться на действие сил рынка. Иначе говоря, сочетание сводной торговли и протекционизмаэто неотъемлемая черта внешнеторговой политики современных государств [10].

    Россия же за прошедшие два десятилетия форсировала либерализацию внешнеэкономической деятельности такими темпами, которые не имела ни одна страна, вставшая на путь рыночных преобразований (в российской внешней торговле были практически полностью ликвидированы квоты и лицензии, экспортный тариф, субсидирование экспортных поставок и др.). Кроме того, либерализация особенно, в первые годы реформ осуществлялась в одностороннем порядке, не соблюдался принцип параллельной либерализации в странах экономических партнеров. Фактически с самого начала реформ российская экономика носила противоречивый и необоснованно открытый характер [8].

    Торговая политика России, как и любого другого государства, имеет своими целями обеспечение недискриминации национальных производителей товаров и услуг на рынках других стран и их защиту посредством торгово-политических мер на внутреннем рынке страны. В настоящее время достижению первой цели служат главным образом правовые инструменты – двусторонние межправительственные соглашения со странами-партнерами, в которых фиксируется взаимное предоставление препятствующих дискриминации режимов – режима наибольшего благоприятствования (РНБ) и национального режима (HP). Еще не вступив в ВТО, Россия была вынуждена поддерживать громоздкую систему двусторонних торговых соглашений в целях получения таких же условий доступа на рынки, какие члены организации предоставили другу другу. Вторую цель государство реализует посредством предусмотренных национальным законодательством экономических и административных мер регулирования импорта и частично экспорта. В конечном итоге, реализуя торговую политику, государство обеспечивает как интересы бизнеса, так и общенациональные интересы [8].

    Система регулирования внешней торговли с помощью общепринятых в мировой практике инструментов складывалась в России в течение относительно длительного времени. На старте рыночных реформ с началом либерализации внешнеэкономической деятельности государство отказалось от монополии на проведение экспортно-импортных операций, был демонтирован механизм их директивного планирования. Тем не менее, рудименты плановой системы еще сохранялись. К вывозу за рубеж важнейших сырьевых товаров допускались только экспортеры, прошедшие специальную регистрацию, а сам процесс вывоза регулировался с помощью экспортных квот, которые были по существу закамуфлированной формой плановых заданий. Вместе с тем экспорт машин и оборудования гражданского назначения, а также ввоз подавляющей массы товаров, за исключением тех, которые могли угрожать национальной безопасности страны, начали осуществляться без каких-либо ограничений [9].

    В ходе реформ механизм регулирования товарных потоков постепенно менялся, все больше сближаясь с практикой других стран. Появились импортный таможенный тариф, затем — вывозные пошлины на сырьевые товары и некоторые виды продукции первого передела, а также экспортный контроль в отношении продукции двойного применения. Хотя экспортные пошлины были отменены в середине 1995 г., но в период преодоления финансового кризиса 1998 г. Правительство вновь обратилось к ним и использует до настоящего времени. Государство продекларировало готовность использовать в необходимых случаях специальные меры защиты рынка, другие нетарифные меры, включая технические барьеры и санитарно-ветеринарные нормы [8].

    Сложившийся к середине 90-х годов прошлого века порядок регулирования внешней торговли товарами получил закрепление в ряде отдельных законов, впоследствии уточненных и актуализированных. Положения этих законов стали отправной точкой для формулирования и реализации торговой политики страны.

    Создание Таможенного союза Белоруссии, Казахстана и России (ТС) и присоединение России к ВТО открывают новый этап в реализации торговой политики страны. Участие в обеих организациях сопряжено с выполнением обязательств, устанавливающих достаточно жесткие рамки для обеспечения наших национальных интересов.

    Создав Таможенный союз, Белоруссия, Казахстан и Россия взяли на себя обязательства проводить в отношении третьих стран единую внешнеторговую политику, содержание которой должен определять наднациональный орган – Комиссия Таможенного Союза. Она имеет полномочия на изменение ставок ввозных таможенных пошлин, ведение ТН ВЭД (то есть товарную номенклатуру внешнеэкономической деятельности) Таможенного союза, установление тарифных льгот и введение квот, определение системы тарифных преференций, применение нетарифных мер регулирования. В состав Комиссии входят вице-премьеры правительств трех стран, поочередно выполняющие функции ее председателя. Решения принимаются двумя третями голосов. Россия имеет в Комиссии 57% голосов, Белоруссия и Казахстан – по 21,5%[10].

    Таким образом, вступив в Таможенный Союз, его участники не могут, как это было ранее, самостоятельно и независимо друг от друга использовать меры тарифного и нетарифного регулирования внешней торговли товарами. Теперь они должны согласовывать их применение между собой.

    Передача части национальных полномочий в сфере регулирования внешней торговли и управления единым таможенным пространством наднациональному органу не означает, что члены Таможенного союза лишаются суверенитета как первичные субъекты международного права. «Суверенитет государства, – подчеркивают отечественные правоведы, – есть качественное состояние, и он не ограничивается при добровольной передаче всеми государствами части своих полномочий при образовании межгосударственного объединения».

    Участники Таможенного союза согласовали и ввели в действие общий Таможенный кодекс, определяющий единые формы и методы таможенного контроля и таможенного оформления, технологию контроля перемещения товаров и транспортных средств на единой таможенной территории. Формирование самой единой таможенной территории предполагалось завершить к середине 2011 г., что позволит обеспечить свободное перемещение товаров, как произведенных в странах союза, так и происходящих из третьих стран.

    На границах союза действует единый таможенный тариф. При согласовании его ставок всем трем странам пришлось пойти на уступки партнерам. Россия смогла сохранить неизменными ввозные пошлины по 82% товарных позиций, по 14% — ей пришлось пойти на понижение действовавших ставок и по 4% — на их повышение. У Белоруссии остались прежними пошлины на 75% товарных позиций, у Казахстана — на 45% [10].

    Вошли в силу ратифицированные Федеральным собранием РФ отдельные соглашения о регулировании внешней торговли товарами на общей таможенной территории, в частности Соглашение о порядке введения и применения мер, затрагивающих внешнюю торговлю товарами, на единой таможенной территории в отношении третьих стран; Соглашение о единых мерах нетарифного регулирования в отношении третьих стран; Соглашение о применении специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мер по отношению к третьим странам. Действует также целый ряд других соглашений.

    Отмеченные обстоятельства, однако, не мешают уже сейчас оценить плюсы и минусы участия России в Таможенном Союзе. Бесспорно, что оно оставляет за Россией все возможности формулировать национальные интересы в сфере внешней торговли товарами. Ясно также, что интересы эти будут определяться российскими государственными органами в том же самом режиме, что и в предыдущие годы. Однако реализация торговой политики государства объективно распадается на две составляющие, одна из которых — защита нашего внутреннего рынка – будет осуществляться наднациональным органом, а другая — обеспечение российских интересов на рынках зарубежных стран – останется прерогативой государственных органов РФ. Это означает, что в нынешних условиях необходимый уровень защиты отечественных производителей от иностранной конкуренции внутри страны может обеспечиваться главным образом за счет грамотно построенной и выверенной экономической дипломатии в Комиссии Таможенного Союза [10].

    Обеспечивать защиту интересов отечественных производителей на внешних рынках наша страна будет по-прежнему самостоятельно. Это связано с двумя обстоятельствами: во-первых, защитные меры, применяемые другими странами, как правило, носят адресный характер и действуют в отношении конкретных экспортеров либо стран; во-вторых, Таможенный союз не имеет никаких торговых соглашений с иностранными государствами или их группами, где оговаривались бы условия взаимного доступа на внутренние рынки и предоставление РНБ [10].

    Равным образом России придется автономно от других членов Таможенного союза осуществлять финансовую, информационную и иную поддержку экспортеров, не подпадающую под действие соглашений о Таможенном Союзе, а также регулировать внешнюю торговлю услугами, которая пока не относится к сфере ведения Комиссии Таможенного Союза. Торговлю услугами невозможно регулировать пограничными мерами, тем более что значительная их часть предоставляется иностранным поставщиком непосредственно на территории стран-импортеров. Границы доступа иностранных поставщиков услуг на внутренний рынок этих стран определяется их национальным законодательством. Следует, однако, иметь в виду, что после создания Единого экономического пространства (ЕЭП) Белоруссии, Казахстана и России компетенцию Комиссии предполагается распространить и на торговлю услугами [3].

    В практическом плане достаточно очевидно, что создание Таможенного Союза сужает возможности оперативного реагирования на угрозы, связанные с вероятным усилением экспансии импорта на внутренний рынок России. Временной лаг между выработкой предложений о корректировке действующего торгово-политического режима и моментом внесения в него изменений неминуемо возрастет. Комиссия ТС, как и любой другой международный орган, — бюрократизированная структура и принятие решений в ней носит многоступенчатый характер.

    Усиление международной интеграции по линии «Таможенный союз-Единое экономическое пространство» и ускорение процесса вступления в ВТО отдельные отечественные специалисты рассматривают как «способ стимулировать конкуренцию и товаропроизводителей, и юрисдикций». Однако, это важно не только поэтому, но и потому, что выполнение обязательств перед ТС и ВТО будет способствовать поддержанию стабильности, предсказуемости и открытости торгово-политического режима России, чего до сих пор так не достает нашей стране, по мнению не только внешнеторговых партнеров, но и отечественных экспортеров и импортеров.

    С созданием Таможенного Союза и присоединением России к ВТО, как показывает проведенный анализ, складывается принципиально новая ситуация. Россия по-прежнему имеет возможность формулировать торговую политику, отвечающую национальным интересам, но уже не может осуществлять ее в части защиты национальных производителей на внутреннем рынке без согласования с партнерами по Таможенному Союзу. При этом единая внешнеторговая политика самого Таможенного союза (в части регулирования импорта) должна полностью соответствовать торгово-политическим принципам ВТО. В области же защиты интересов отечественных производителей на внешних рынках, регулирования торговли услугами и защиты прав интеллектуальной собственности наша страна пока может действовать автономно от членов Таможенного Союза, руководствуясь своими собственными целями и национальным законодательством [19].

    Членство в Таможенном Союзе и ВТО оставляет за Россией возможность самостоятельно влиять на масштабы и направления внешней торговли товарами лишь с помощью узкого круга инструментов. К их числу можно отнести: экономическую дипломатию высшего уровня, многостороннюю дипломатию в органах ТС и ВТО, поддержку экспорта разрешенными ВТО способами, а также внутреннее налогообложение экспортных и импортных товаров и регулирование валютного курса рубля. Возможность использования всех остальных тарифных и нетарифных мер торговой политики будет определяться обязательствами страны в рамках Таможенного Союза и ВТО [10].

    К преимуществам России в создании зон свободной торговли на двусторонней основе можно отнести:

    – огромные географические размеры страны, что дает доступ не только к торговле со странами СНГ, но также со странами Европы и Азии из дальнего зарубежья;

    – емкий и динамично растущий рынок, что повышает заинтересованность иностранных производителей в получении преимущественного доступа;

    – уровень импортных ограничений остается достаточно высоким;

    – узкая специализация России, что ограничивает число «чувствительных» секторов, не подлежащих либерализации в зарубежных странах [19].

    К числу факторов, которые затрудняют создание зон свободной торговли с Россией, можно отнести:

    – низкую степень интеграции России в мировую экономику и отсутствие опыта в создании зоны свободной торговли со странами дальнего зарубежья;

    – неразвитость рыночной инфраструктуры во многих регионах страны;

    – конкурентоспособность в наиболее «чувствительных» секторах мирового хозяйства, таких как черная металлургия и сельское хозяйство;

    – слабость региональной интеграции в рамках СНГ и таможенного союза;

    – неопределенность относительно темпов и масштабов снижения импортных барьеров до присоединения России к ВТО [19].

    Россия может извлекать дивиденды от посредничества в экономическом взаимодействии между Европой и Азией в таких областях, как обслуживание транспортных потоков, региональное сотрудничество в рамках отдельных группировок (в перспективе возможно АСЕМ) или участие в научно-технической кооперации. Для интенсификации своего экономического развития Россия должна разработать свою собственную модель «конкурентной либерализации», которая вероятнее всего будет направлена на стимулирование конкуренции между Востоком и Западом за возможность торговли с Россией.

    Роль «конкурентной либерализации» во многом схожа с «промышленной политикой» в том, что акцент делается именно на качественном, а не на количественном аспекте преобразований. Однако, основным инструментом реализации данной стратегии выступает не рост государственных расходов, а либерализация экономики. Вместо дискуссий о пользе/целесообразности либерализации торговли обсуждение стратегии «конкурентной либерализации» делает акцент именно на качественной оптимизации либерализации. Стратегия «конкурентной либерализации» является во многом логическим продолжением новой волны «индустриальной политики» — если в рамках последней большая роль будет отводиться частному сектору, то проведение стратегии «конкурентной либерализации» открывает поле для государства для переориентации основного акцента своей деятельности с внутриэкономического интервенционизма в пользу стимулирования российского экспорта за рубежом [19].

    В условиях дальнейшей интеграции России в международную торговую систему при сохранении относительно невысокой конкурентоспособности большинства секторов и отраслей усилится роль таможенно-тарифного регулирования как инструмента структурной экономической политики, обеспечения эффективного функционирования внутреннего рынка, содействия формированию конкурентоспособных отечественных производств. Конкретные предложения по совершенствованию национального таможенно-тарифного регулирования, которое в настоящее время выполняет преимущественно фискальные функции, а таможенный тариф выступает, по сути, дополнительным налогом на потребителей и промышленность, заключаются в следующем.

    1 Подчинить структуру и ставки таможенного тарифа РФ целям и задачам разработанной Концепции социально-экономического развития страны до 2020 г. и формируемой на ее основе национальной промышленной политики. Речь, прежде всего, идет о более тщательном учете состояния и специфики отдельных отраслей и производств, по отношению к которым таможенно-тарифное регулирование может в различной степени и комбинации выполнять протекционистские, структурные, стимулирующие или фискальные функции. Положение конкретных отраслей и производств на внутреннем рынке страны определяется, главным образом, уровнем их конкурентоспособности. С точки зрения критерия конкурентоспособности на внутреннем рынке различные виды выпускаемой в России продукции сведены в пять основных групп, требующих соответствующей расстановки акцентов в таможенно-тарифном регулировании импорта.

    2 Сделать акцент на использовании импортного таможенного тарифа как инструмента разумной защиты уязвимых для импорта сегментов внутреннего рынка, повышения конкурентоспособности российских товаропроизводителей, в том числе придать большую гибкость и адресность таможенному тарифу путем выделения новых товарных подпозиций на уровне национальных знаков товарной номенклатуры для идентификации наиболее чувствительных к импорту товаров, дифференциации уровней ставок пошлин вплоть до их дробления в зависимости от экономической целесообразности, широкого применения сезонных и временных пошлин, тарифных квот, иных специальных тарифных мер.

    3 С целью стимулирования производственно-технологической кооперации российских и иностранных компаний и переноса обрабатывающих производств на территорию РФ («импорт производств вместо импорта товаров») более последовательно проводить в жизнь принцип эскалации таможенного тарифа, снизив уровень обложения импортных материалов, комплектующих изделий и компонентов, используемых для выпуска готовых изделий в РФ (хотя здесь возможны и исключения, требующие, например, сохранения высокого уровня пошлин на материалы и комплектующие для создания благоприятных условий для развития соответствующих отечественных производств), а также более активно применять специальные таможенные режимы (переработки на таможенной территории, переработки для внутреннего потребления).

    4 Упорядочить действующие системы тарифных преференций и тарифных льгот для повышения эффективности регулирующей функции таможенного тарифа, в том числе пересмотреть существующие преференции в пользу развивающихся стран, соотнеся круг получателей преференций и их размер с уровнем экономического развития этих государств, а также проводимой политикой в отношении нашей страны.

    5 Улучшить качество таможенного администрирования, прежде всего, за счет осуществления более полного таможенного контроля ввозимых товаров, упрощения технологии таможенного оформления, приведения процедур пропуска грузов через границу в соответствие с унифицированными международными нормами. Исключительно важным моментом является ускорение перехода на электронное декларирование и электронный документооборот при таможенном оформлении, что позволит снизить издержки этого процесса и сократить время прохождения товаров, особенно транзитных, через таможни.

    Среднесрочные направления совершенствования таможенно-тарифной политики РФ в условиях мирового финансового кризиса и ухудшения экономической ситуации в нашей стране сохраняют свое значение, но меняются акценты и последовательность их реализации с учетом произошедших серьезных изменений на мировом и внутреннем рынках. Кроме того, целесообразно применение антикризисных мер таможенно-тарифного регулирования, призванных оперативно решать наиболее острые вопросы, связанные с защитой особенно чувствительных к импорту сегментов внутреннего рынка, поддержанием доходности экспорта на фоне обвального падения товарных цен, и другие.

    В принципиальном плане таможенно-тарифная политика России в активной фазе кризиса должна учитывать необходимость одновременного решения совокупности достаточно сложных и порой трудносовместимых внутренних и внешних задач, избегая отката к тотальному протекционизму, тем более, что руководство страны на ключевых международных форумах уже неоднократно подтверждало готовность воздерживаться от возведения новых торговых барьеров. Большое значение в период кризиса приобретают такие черты таможенно-тарифного регулирования, как его способность гибко, адресно и оперативно реагировать на изменение ситуации, обоснованность и непротиворечивость с точки зрения возможных социально-экономических эффектов, согласованность с другими мерами торговой политики, а также проводимой экономической, промышленной и валютной политикой.

    Один из ключевых вопросов антикризисной таможенно-тарифной политики для России – допустимая степень протекционизма с учетом внутрихозяйственных и мировых реалий и связанная с этим степень соблюдения обязательств РФ по ВТО. Основная проблема российской экономики – низкая конкурентоспособность большинства обрабатывающих производств, которую никак не решить созданием для них тепличных условий и полным ограждением от конкуренции со стороны импорта. Поэтому протекционизм должен быть точечным и обоснованным необходимостью применения защитных мер. В-третьих, любой протекционизм в той или иной степени искажает рыночные параметры, очень часто ухудшает конкурентную среду и подхлестывает инфляцию, что России сегодня крайне противопоказано. В-четвертых, значительное ухудшение экономической ситуации в РФ и, главное, реальная угроза формирования крупного дефицита текущего платежного баланса в 2012 г. позволяют нашей стране на вполне законных с точки зрения ВТО основаниях применять экстраординарные защитные меры, вплоть до введения единого дополнительного налога на импорт (это уже не протекционизм, а обеспечение национальной экономической безопасности). В-пятых, более целесообразной с политической и практической точек зрения сегодня является наступательная, а не защитная таможенно-тарифная политика, направленная на укрепление конкурентоспособности отечественных производств и расширение экспорта. В любом случае в современных условиях таможенно-тарифная политика может и должна стать эффективным инструментом смягчения и постепенного преодоления кризисных явлений в отечественной экономике, а затем – одним из ключевых факторов послекризисного экономического развития.

    Таким образом, анализ сложившейся ситуации дает основания констатировать, что процесс адаптации государственных органов и отечественного бизнеса к правилам и нормам ТС и ВТО находится в самой начальной стадии. Очевидно, что по мере его развития, в ходе формирования Единого экономического пространства и соглашения о свободной торговле в СНГ будут возникать новые вызовы, на которые придется искать адекватные ответы.

     

     

    СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

     

  1. Воронина, Н.В. Особенности инвестиционного климата России на современном этапе / Н.В. Воронина // Финансы и кредит. — 2010. — № 4. — С. 3-8.
  2. Дюмулен, И.И. Барьеры на торговых путях / Дюмулен И.И. – М.: Финансы, 2007. – 300 с.
  3. Иванов, И. Российская экономика в условиях ВТО. – М.: Социум, 2007. – С. 20 – 38.
  4. Ивашковский С.Н. Свободная торговля или протекционизм / Ивашковский С.Н. //Финансы, 2010. – № 4. – С. 32 – 34.
  5. Жуков, Е.Ф. Международные экономические отношения: Учебник для вузов. / Е.Ф. Жуков, Т.И, Капаева и др. под редакцией проф. Е.Ф. Жукова. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2009. – 380 с.
  6. Киреев, А.П. Международная экономика. Учебное пособие для вузов / А.П. Киреев. — М.: Международные отношения, 2009. — 356 с.
  7. Колесов, В.П. Международная экономика. Учебник / В.П. Колесов, М.В. Кулаков. — М.: ИНФРА — М, 2011. – 458 с.
  8. Коммендантов, С. Международно-правовые последствия создания Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС / Коммендантов, С.// Российский внешнеэкономический вестник. 2010. № – С. 39 – 42.
  9. Кравец, А.С. Современные инвестиционные тенденции в мировом хозяйстве и их проявления в российской экономике / А.С. Кравец // Международная экономика. – 2009. — № 12. — С. 28-32.
  10. Кучуков, Р. Современная экономика России и проблемы ее конкурентоспособности в условиях глобализации / Р. Кучуков, А. Савка // Международная экономика. — 2008. — № 8. — С.15-20.
  11. Кутовой, В.М. Государственное регулирование внешнеторговой деятельности: международный опыт и российская практика. Глава в книге «Наши взгляды на мировую экономику» /Кутовой В.М./ Под ред. В.Е. Рыбалкина и В.М. Кутового. – М.: Научная книга, 2007. – С. 115 – 148.
  12. Курс экономической теории: учебник / Под общ. ред. проф. Чепурина М.Н. и проф. Киселевой Е.А. — Киров: АСА, 2012. – 300 с.
  13. Линдерт, П. Экономика мирохозяйственных связей. Пер. с англ. / Линдерт П. – М.: Прогресс -Универс, 2012. – 200 с.
  14. Мау, В. Экономическая политика 2010 года: в поисках инноваций / Мау В. // Вопрос экономики. 2011 – № 2.– С. 15.
  15. Миклашевская, Н.А. Международная экономика: Учебник / Н.А. Миклашевская, А.В. Холопов; под общ. ред. д.э.н, проф. А.В. Сидоровича. – М.: Издательство «Дело и Сервис», 2008. – 396 с.
  16. Минаев, А.В. Иностранное инвестирование как инструмент вовлечения российских предприятий в мировую экономику /А.В. Минаев // Международная экономика. — 2009. — № 12. — С. 15-20.
  17. Мировая экономика и международные экономические отношения. Учебник /
    А.С. Булатов, Н.Н. Ливенцев. — М.:
    Магистр, 2011. – 458 с.
  18. Наши взгляды на мировую экономику / Под ред. В.Е. Рыбалкина и В.М. Кутового. – М.: Научная книга, 2007. – 500 с.
  19. Оболенский, В.П. Россия в Таможенном Союзе и ВТО: новое в торговой политике / Оболенский В.П. // Мировая экономика и международные отношения. 2011. № 12 – С. 22 – 30.
  20. Орешкин, В.Л. Внешнеэкономический комплекс России в первом десятилетии XXI в. — итоги, проблемы, перспективы развития / Орешкин В. Л. // БИКИ — № 150 — 2009. — С. 2 – 7.
  21. Рыбалкин, В.Е. Основные положения научной концепции экономической школы кафедры МЭ и МЭО. Глава в книге «Наши взгляды на мировую экономику» / Рыбалкин В.Е. / Под ред. В.Е. Рыбалкина и В.М. Кутового. – М.: Научная книга, 2007. – С. 74 –90.
  22. Паньков, В. Свобода торговли между Россией и ЕС // Россия в глобальной политике. –2011. – № 1. –С. 14 – 15.
  23. Пебро, М. Международные экономические, валютные и финансовые отношения: Пер. с франц. / Пебро М. – М.: Прогресс, Уиверс, 2010. – с. 200.
  24. Смитиенко, Б.М. Всемирная торговая организация и проблемы регулирования международной торговли / Смитиенко Б.М., Супрунов Б.П. – М : Финансовая академия при Правительстве РФ, 2009. – 190 с.
  25. Спартак, А. Россия и постсоветское пространство / Спартак, А. // Мировая экономика и международные отношения. 2010. № 8. – С. 20– 45.
  26. Стратегические интересы России на постсоветском пространстве // Россия и новые государства Евразии. 2010. № 3. – С. 18– 35.
  27. Фаминский И. Современная международная торговля / Фаминский И.. М.: Экономика, — 2010. – С. 400.
  28. Халевинская, Е.Д. Мировая экономика и международные экономические отношения. Учебник / Е.Д. Халевинская. — 2-e изд., перераб. и доп. — М.:
    Магистр, 2011. — 311 с.
  29. Хасбулатов,    Р.И. Мировая экономика / Хасбулатов    Р.И. – М.: Экономика, 2011. – 700 c.
  30. Чеботарев, Н.Ф. Мировая экономика / Н.Ф. Чеботарев. — М.: Дашков и Ко, 2011. — 311 с.
  31. Юмашев Ю.М. Свобода движения товаров в ЕС (нетарифные ограничения) / Юмашев Ю.М. // Право. 2009. № 4. – С. 84 – 97.
  32. Ясин, Е. Протекционизм не спасет / Ясин Е. // Ежедневный журнал. 2007. № 75(125).


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 1.19MB/0.00055 sec

WordPress: 23.82MB | MySQL:120 | 2,940sec