Эволюция и место науки в системе культуры

<

111714 0033 1 Эволюция и место науки в системе культурыАктуальность темы исследования сравнительной характеристики современной и античной науки определяется тем, что философские основания современного естествознания заложены философами Древней Греции. В античности греками были созданы первые теории, описывающие окружающий мир. На основе системы геометрии Евклида были созданы геоцентрические системы мира Гиппархом и Птолемеем. Это стало шагом вперед по сравнению с мифологическим периодом. До греков теоретического осмысления природы не было. Знание о природе представляло собой набор фактов, не связанных друг с другом. Даже астрономы цивилизаций, .сменявших друг друга в междуречье Тигра и Евфрата, не создавали теорий, хотя их наблюдения за небесными светилами были лучшими в Древнем мире. Наряду с созданием геоцентрической системы мира были созданы натурфилософские гипотезы Фалесом, Пифагором, Гераклитом, Левкиппом и Демокритом, другими мыслителями. Эти гипотезы были призваны объяснить основы окружающего мира – найти первопричину бытия.

Великое объединение наук осуществил Аристотель (384 – 322 гг. до Р.Х.), ученик Платона. Его натурфилософские труды стали основой многовековой традиции познания природы. Влияние Аристотеля на европейскую и арабскую науку Средних веков огромно. Именно Аристотель ввел представление о двух мирах — подлунном и надлунном. Первый мир — мир, подчиненный земным законам, — пребывает в состоянии непрерывных изменений. Второй — мир идеальных геометрических шаров — небесных светил, мир вечный, неизменный, не подчиненный законам земной физики. Надлунный мир сотворен из эфира — пятой субстанции, отличной от земных субстанций — земли, воды, воздуха и огня.

Представления Аристотеля о небесных светилах вошли в науку Средних веков. Вера в философию Аристотеля была поставлена под сомнение Галилеем только в XVII в., а теория эфира (в измененной форме) просуществовала до XX в. Созданная Аристотелем логика является методологическим принципом построения научных теорий, который лежит в основе современных научных взглядов

1.

 

Взаимоотношения науки с другими отраслями культуры не были безоблачными. Борьба за духовное лидерство принимала довольно жесткие, порой жестокие формы. В средние века политическая и с нею духовная власть принадлежала религии, и это накладывало отпечаток на развитие науки. Вот что писал в книге «Философия культуры и социальной истории нового времени» русский историк и философ Н.И. Кареев о взаимоотношении науки и религии в то время: «На человеческую мысль была наложена церковью самая строгая опека: занятие наукой и ее преподавание поручалось только церковникам, за которыми, однако, власти бдительно следили… Церковь считала себя вправе силою приводить человека к истине и предавать его светской власти для казни «без пролития крови», если он упорствовал…, Крайний аскетический взгляд на знание приводил даже к отрицанию какой бы то ни было науки как суетного знания, ведущего к гибели»

Наука в основном должна была служить иллюстрацией и доказательством теологических истин. Как писал Дж. Бернал (Роль науки в жизни общества): «вплоть до XVIII в. наука продолжала интересоваться главным образом небом.»

Но именно изучение неба и привело к последующему могуществу науки. Начиная с Коперника стало ясно, что наука не то, что теология и объеденное знание. Борьба между наукой и религией вступила в решающую стадию. За торжество научного мировоззрения отдал жизнь Джордано Бруно; так когда-то за торжество философии и религии пожертвовали собой Сократ и Христос.

Существует парадокс: в начале IV в. до н.э. приговорили к смерти и заставили выпить чашу с ядом Сократа, и в том же веке философия победила, появились школы учеников Сократа и платоновская академия. В I в. распяли Христа и в том же веке его ученики создали церковь, которая через два века победила философию. В 1600 г. сожгли Дж. Бруно, и в том же веке наука победила религию. Торжество смерти оборачивалось торжеством духа, который оказывался сильнее смерти. Физическая власть утверждается насилием, духовная — жертвой.

Итак, культура развивается не только эволюционным путем накопления отдельных достижений, но и революционным путем смены значения ее отраслей. Программа Сократа достичь всеобщего блага посредством философского знания оказалась нереализованной и пала под давлением античного скептицизма. Люди поверили Христу и полтора тысячелетия ждали второго пришествия, но дождались индульгенций для богатых и костров инквизиции.

В эпоху Возрождения господство религиозного мышления и церкви было подорвано как изнутри, так и снаружи. Философские и религиозные усилия по созданию общезначимых знания и веры, приносящих людям счастье, не оправдались, но потребность в систематизации и единстве знаний и счастья осталась, и теперь наука дала надежды на ее реализацию.

Произошел великий поворот в развитии культуры — наука поднялась на ее высшую ступень. В современном виде наука сформировалась в XVI—XVIII вв. и тогда же ей удалось одержать победу над другими отраслями культуры и прежде всего над господствовавшей в то время религией. Наука победила в XVII в. все другие отрасли культуры и сохраняла доминирующую роль до XX в. Своей победой она обязана прежде всего естествознанию, которое лежит в фундаменте научного знания.

С тех пор значение науки неуклонно возрастало вплоть до XX в., и вера в науку поддерживалась ее огромными достижениями. В середине XX в. в результате растущей связи науки с техникой произошло событие, равное по масштабу научной революции XVII в., получившее название научно-технической революции и знаменовавшее новый, третий этап в развитии научного знания.

Наука не только изучает мир и его эволюцию, но и сама является продуктом эволюции, составляя вслед за природой н человеком особый, «третий» (по К. Попперу) мир — мир знаний и навыков. В концепции трех миров — мира физических объектов, мира индивидуально-психического и мира интерсубъективного (общечеловеческого) знания — наука сменила «мир идей» Платона. Третий, научный мир стал таким же эквивалентом философскому «миру идей», как «град божий» блаженного Августина в средние века.

В современной философии существуют два взгляда на науку в ее связи с жизнью человека: наука — продукт, созданный человеком (К. Ясперс) и наука как продукт бытия, открываемый через человека (М. Хайдеггер). Последний взгляд еще ближе подводит к платоновско-августиновским представлениям, но и первый не отрицает фундаментального значения науки.

Наука, по К. Попперу, не только приносит непосредственную пользу общественному производству и благосостоянию людей, но также учит думать, развивает ум, экономит умственную энергию. «С того момента как наука стала действительностью, истинность высказываний человека обусловлена их научностью. Поэтому наука — элемент человеческого достоинства, отсюда и ее чары, посредством которых она проникает в тайны мироздания» (К. Ясперс).

Эти же чары приводили и к преувеличенному представлению о возможностях науки, к попыткам поставить ее выше других отраслей культуры и перед ними. Создалось своеобразное научное «лобби», которое получило название сциентизма (от лат. «сциенция» — наука). Именно в наше время, когда роль науки поистине огромна, появился сциентизм с представлением о науке, особенно естествознании, как высшей, если не абсолютной ценности. Эта научная идеология заявила, что лишь наука способна решить все проблемы, стоящие перед человечеством, включая бессмертие.

Для сциентизма характерны абсолютизация стиля и методов «точных» наук, объявление их вершиной знания, часто сопровождающееся отрицанием социально-гуманитарной проблематики как не имеющей познавательного значения. На волне сциентизма возникло представление о никак не связанных друг с другом «двух культурах» — естественнонаучной и гуманитарной (книга английского писателя Ч. Сноу об этом так и называлась «Две культуры»).

В рамках сциентизма наука рассматривалась как единственная в будущем сфера духовной культуры, которая поглотит ее нерациональные области. В противоположность этому также громко заявившие о себе во второй половине XX в. антисциентистские высказывания обрекают ее либо на вымирание, либо на вечное противопоставление человеческой природе.

Антисциентизм исходит из положения о принципиальной ограниченности возможностей науки в решении коренных человеческих проблем, а в своих проявлениях оценивает науку как враждебную человеку силу, отказывая ей в положительном влиянии на культуру. Да, говорят критики, наука повышает благосостояние населения, но она же увеличивает опасность гибели человечества и Земли от атомного оружия и загрязнения природной среды.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. Сравнительная характеристика современной и античной науки

 

Язык человека является удивительным феноменом, отражающим его мироощущения. Он не есть простая система знаков, но обладает глубоким онтологическим смыслом. Со времени изобретения компьютеров не раз делались попытки научить компьютеры «говорить», придумывались языки программирования. Однако никто не может помыслить, что на компьютерном языке можно разговаривать в привычном для нас смысле. По словам известного исследователя XIX века В. Гумбольта язык, в некотором смысле является живым организмом, целостным, неразделимым на составные части, как организм не может быть разделён на совокупность органов, поскольку в этом случае перестаёт быть живым. Подобную аналогию можно привести, пользуясь языком квантовой механики. Опыт показывает, что объекты микромира ведут себя так, что если двум отдельно взятым частицам можно поставить в соответствие каждой волновую функцию, то системе, состоящей из этих двух, но уже взаимодействующих, частиц нельзя поставить в соответствие волновую функцию, составленную из волновых функций двух отдельно взятых частиц. В. Гумбольт писал: «Как отдельный звук встаёт между предметом и человеком, так и весь язык встаёт между человеком и природой, воздействующей на него изнутри и извне. Человек окружает себя миром звуков, чтобы воспринять в себя и переработать мир вещей» [1, С. 80]. «Наша картина мира определяется значением слов языка, и каждый язык своеобразен, главным образом, как система имён: «… каждый язык описывает вокруг народа, которому он принадлежит, круг, откуда человеку дано выйти лишь постольку, поскольку он тут же вступает в круг другого языка»[1, C. 80; 2, С. 17).

Древние эллины обладали крайне интересным мироощущением, которое подарило человечеству античную философию. Удивительным свойством этого мироощущения является тот факт, что глагол «быть» является предикатом к самому себе [5]. Вопрос о бытии  является центральным для обсуждения в Древней Элладе. Занимательно проследить, как после анализа противоречивости человеческого мышления (знаменитые апории Зенона) и идей софистов, что ничего нельзя познать, но лишь составить определённое мнение, родилось в определенном смысле положительное учение о мире идей, который объективно существует. Платона не устраивали используемые натурфилософами метафоры для познания мира, поскольку можно придумать бесконечно много метафор, и ни одна из них не будет истинной.

<

Здесь требуется выработать новые средства мышления и познания. Платон определял свои понятия через их взаимную соотнесённость. Всякое понятие существует одновременно со своей противоположностью, т.е. лишь в системе отношений (единое – многое, предельное — беспредельное, бытие — небытие). Аристотель вводит нечто третье – подлежащее, начинает говорить о переходе от существующего одним способом к существующему другим способом относительно некоторого природного субстрата, которое было названо сущностью. Им была создана философская четырехпринципная структура всякой вещи, как организма. Это формальный принцип, т.е. эйдос, «чтойность» вещи, материя, причина движения и цель вещи. Приведём мысль Аристотеля о необходимости и неистребимости движения: «Что движение существует, утверждают все, писавшие что-нибудь о природе, так как все они занимаются вопросом о происхождении мира и все их рассмотрение направлено на вопрос о возникновении и гибели, а они невозможны без наличности движения. Каждый согласится, что всякий предмет необходимо должен двигаться сообразно своей способности к движению, например, способный к качественному изменению – качественно изменяться, способный переменить место – перемещаться; следовательно, прежде чем произойдёт горение, должно быть горючее, и прежде зажигания — зажигающее» [5, C. 329]. Здесь ярко выражается мысль об уникальности категории движения, но, что не менее важно, заложено основание рассуждений о творческом принципе соотношения причины и цели, эйдоса и материи. Кратко все рассуждения Аристотеля можно свести к простой форме: каждая вещь есть овеществлённая форма с причинно-целевым назначением» [5, C. 333].

Применение художественно-творческого первопринципа на разных стадиях развития жизни и бытия проявляется в положении о том, что не существует безразличного бытия, которое не обладало бы никакой жизненной ценностью [5, C. 337].

Аристотель утверждает, что может быть построена наука, дающее подлинное знание о движущемся (изменяющемся) мире, и называется она физикой. Он действительно строит такую науку, и, что особенно замечательно, она просуществовала с IV века до Рождества Христова до XVI после Рождества Христова. Двадцать веков – это совсем немалый срок для научной теории, говорящий о её ценности, несмотря на то, что во многом физика Аристотеля пришла к неверным выводам и противоречию с экспериментом.

Мир чисел соотносится с материальным миром с помощью опосредующего мира геометрических фигур, ведь нельзя помыслить число, но только математический объект. Нечто отличное и от чисел, и от геометрических объектов, но, одновременно являющееся чем-то общим, есть пространство. При соотнесении числа и пространства возникает понятие точки, движение точки описывает линию, движение линии определяет поверхность, движение поверхности приводит к появлению объёма. Переход от фигур к телам неописуем, и в диалоге «Тимей» мы видим описание на мифологическом языке [3]. Дело в том, что для античного философа математика не могла служить аппаратом описания мира, поскольку математика – это не тот язык, на котором мы говорим. Математика бесцельна, она сразу существует со всей совокупностью теорем, вытекающих из начальных аксиом и определений, и только люди во времени доказывают эти теоремы, что создаёт иллюзию «развития». Этот формальный язык не может использоваться для оперирования с категориями небезразличного бытия, которое породило мироощущение человека через нормальный, человеческий язык, что и было замечено многими мыслителями, например В. Гумбольдтом. Также к трудностям введения математического аппарата следует отнести «статичность» математики, отсутствие времени, которое, безусловно, присутствует в реальном мире. Попытка снять это противоречие была сделана при возникновении физики нового времени, при появлении дифференциального и интегрального счисления, где, правда лишь в виде простого параметра, время присутствовало. Аристотель совершил переход от геометрических фигур к телам, но этот переход не был математическим.

Таблица 1 – Сравнение положений античной физики, физики нового времени и современной физики

№п/п

Положения античной физики

Положения физики нового времени

Положения современной физики

1 

Наблюдатель неотделим от мира

Наблюдатель выносится за рамки мира. Свойства объекта не зависят от наблюдения (реализм)

Наблюдатель неотделим от мира. Ненаблюдаемая частица не обладает физическими свойствами, не зависящими от наблюдения (контекстуальность)

2 

Иерархичность бытия, его ценность

«Физика с ничьей точки зрения», вопрос о ценностях не ставится

«Физика с ничьей точки зрения», вопрос о ценностях выносится за рамки физики, но не отбрасывается

3 

Высшее бытие не может возникнуть из низшего

Объяснение происхождения мира возникновением порядка из хаоса, вечность мира

II начало термодинамики. Самоорганизация возможна лишь в открытых системах. Нерешённость вопроса о конечности времени

4 

Вселенная конечна

Вселенная бесконечна

Вселенная конечна (метрически) и безгранична (топологически). Уравнения Эйнштейна связывают метрику пространства и тензор гравитации

5 

Пространство неоднородно

Пространство однородно, изотропно. Результаты одновременного измерения свойств частиц в отдалённых точках не влияют друг на друга (локальность)

Для запутанных (т.е. особым образом взаимно взаимодействовавших) взаимно удалённых на расстояние l частиц одновременные измерения (∆t<<l/c, c – скорость света) обнаруживают взаимозависимость результатов измерений (нелокальность)

6 

Античная физика не является математической наукой

Возникновение дифференциального и интегрального счисления как аппарата для новой физики. Наличие большого количества теорий

Современная физика является математической наукой. Стремление к унификации различных теорий

Продолжение таблицы 1 

№п/п 

Положения античной физики

Положения физики нового времени 

Положения современной физики

7 

Античная физика качественна, у каждой вещи есть своё естественное место (природа не терпит пустоты)

Некорректность понятия «естественное место». Предположения о существовании эфира.

«Квантовость» взаимодействия. Наличие эфира противоречит опыту

8 

Движение возможно только под действием силы

Принцип относительности Галилея. Принцип наименьшего действия.

Понятие траектории не существует. Принцип неопределённости Гейзенберга.

9 

Мышление и методология: от очевидного для нас к очевидному по природе (эмпиричность)

Построение умозрительных экспериментов, максимально соответствующих реальности. Возникновение термина картина мира (умозрительность).

Нельзя говорить о свойствах частиц до их измерения (определённое сочетание эмпиричности и умозрительности)

10 

Истина непознаваема

Истина познаваема 

Истина непознаваема

 

Отношения наблюдателя и мира. Если для античного человека мир был неотделим от наблюдателя, а бытие имело иерархическую ценностную структуру, то в XVI веке это соотношение кардинально меняется. Наблюдатель «выносится за скобки» объекта познания, смотрит на мир как бы со стороны. Из своих умозаключений человек строит различные математические модели, которым пытается поставить в соответствие эксперимент. Совершенно очевидно, что любая математическая модель лишь приближённо описывает реальность, говорить о полном познании даже видимого мира не приходиться, однако пафос исследований XVI – XX веков  таков, что как будто наука вот-вот добьется полного знания. В 1895 году на выступлении Лондонского Королевского Научного Общества лорд Кельвин высказал мысль, что современная ему наука полностью описывает всю совокупность явлений видимого мира. На чистом небе полного понимания мироздания оставались лишь два «облачка», два противоречия теории науки XIX века и эксперимента: непонятным казалось постоянство скорости света вне зависимости от системы отсчёта в опытах Майкельсона, и загадочным оставался спектр излучения абсолютно чёрного тела. Из этих двух облачков выросли две огромные тучи, заполонившие всё небо и до сих пор преподносящие учёным удивительные сюрпризы. Из объяснения первого эксперимента развилась общая теория относительности, из объяснения второго – квантовая механика. Безусловно, вопрос о ценностях бытия не ставился – как можно оценить одно уравнение относительно другого? Все они ни хороши, ни плохи, но лишь модели мира реального. Однако вытеснения категории ценности привело постепенно к огромным неприятностям, когда стало очевидным, что огромные прикладные достижения науки человечество использует не столько себе на пользу, сколько во вред. Постепенное отступление или абстрагирование от нравственности в научном поиске создало огромное количество «скальпелей», которые в основном использовались не в качестве врачебного средства, а в качестве оружия убийства. История XX века и начала XXI века свидетельствуют о том, что общество, духовно деградировавшее, но обладающее всем потенциалом научной мысли, будет стремиться к самоуничтожению. Поэтому хотя вопрос нравственности и стоит за формальным предметом изучения современной науки, самих учёных как людей не может не волновать вопрос о применении их достижений. Это особенно актуальным становится в наши дни.

Теория самоорганизации. Достаточно много возникло спекуляций в связи с экспериментами, показывающими возникновение упорядоченных систем из неупорядоченных. Примером из повседневной жизни являются ячейки Бинара, которые образуют шестигранную структуру наподобие сотов из пара около поверхности горячей жидкости. Сюда же относится образование снежинок различной, подчас причудливой формы при прохождении паров воды через переохлаждённый воздух. Некоторым учёным стало казаться, что органическая жизнь, как более организованная форма, могла возникнуть из неорганических веществ путём самоорганизации. Тщательные эксперименты установили, что самоорганизация возможна лишь в открытых системах (т.е. взаимодействующих с внешней по отношению к ним внешней средой) при условии наличия потоков энергии и энтропии (величина, обратная информации) между системой и внешней средой, которые создают сильную неравновесность. Следует, однако, отметить, что данная область науки является примером той области знания, где ставить точку ещё очень рано.

Космология. XX век стал временем бурного развития многих физических теорий, в их числе находится космология – наука, занимающаяся изучением Вселенной в больших масштабах. Интереснейшим вопросом космологии является вопрос о происхождении Вселенной. Надо сказать, что наука прошла за последние годы путь гораздо больший, чем за всё предыдущее время существования самой науки. За столь короткий период времени родилось и умерло большое количество теорий, и до сих пор ни одна из них не в состоянии объяснить того экспериментального материала, который даёт астрономия и ядерная физика [5, C. 111]. Подробное обсуждение этих теорий выходит за рамки данного сообщения, лишь отметим, что почти общепринятая теория Большого Взрыва была поставлена под сомнение в связи с открытием огромного числа галактик, имеющих синее смещение. Этот факт свидетельствует, что эти галактики, согласно эффекту Доплера, не разлетаются, что было бы при наличии красного смещения (что тоже наблюдается), но наоборот приближаются к нам. И в этой области науки точку ставить более чем преждевременно.

Свойства пространства. Условие однородности и изотропности пространства, а также однородность времени в классической механике приводит к так называемым законам сохранения. Это действительно наблюдалось на многих системах, рассматриваемых наукой  до последнего времени. Однако, когда взор исследователя обратился к космологическим объектам, выяснилось, что это не так. Родилась теория относительности Эйнштейна, связавшая тензор гравитации и метрику пространства [5, C. 77]. Именно эта теория стимулировала развитие различных космологических теорий. Но, поскольку наука ещё не пришла внутри себя к непротиворечащим самим себе и эксперименту выводам, метафизические спекуляции тоже являются малоуместными.

Нетривиальность квантового мира. После 1873 года Джеймс Кларк Максвелл объединил электрические и магнитные явления со световыми и оптическими и создал теорию, в которой свет рассматривался как электромагнитная волна. Примерно в 1900 году была создана теория, объясняющая, что такое вещество. Она получила название электронной теории вещества и гласила, что что внутри атомов находятся маленькие заряженные частицы. Развитие этой теории привело к пониманию того, что электроны движутся вокруг тяжёлых ядер. Все попытки объяснить вращение электронов вокруг ядра законами механики – теми же, при помощи которых Ньютон вычислял движение Земли вокруг Солнца, — оказались неудачными. Ни одно предсказание не подтвердилось. Выработка новой системы взглядов, способной заменить законы Ньютона, заняла долгое время, так как всё, что происходило на атомном уровне, казалось очень странным. Надо было расстаться со здравым смыслом, чтобы представить себе, что же происходит на атомном уровне. Наконец, в 1926 году была разработана «бредовая» теория, объяснявшая «новый тип поведения» электронов в веществе. Эту теорию назвали квантовой механикой [6, C. 8-9]. Она содержала ряд контринтуитивных концепций и понятий, например: принцип неопределенности (произведение погрешностей, ограниченное постоянной Планка, с которыми могут быть одновременно определены положение и импульс квантовой частицы), принцип дополнительности, принцип суперпозиции (частица может находиться в нескольких квантовых состояниях одновременно), коллапс волновой функции (скачкообразное изменение волновой функции частицы при измерении), вероятностное описание результатов измерения, наличие контекстуальности (ненаблюдаемая частица не обладает физическими свойствами, не зависящими от наблюдения), нелокальность [7]. Но несмотря на то, что описание мира было абсурдным с точки зрения здравого смысла, оно полностью соответствовало эксперименту. Природа оказалась удивительно абсурдной для человеческого рассудка, но, одновременно, несомненно прекрасной и восхитительной для его сердца [6, с. 13].

О познании истины в контексте естествознания. К сожалению, очень часто люди не понимают друг друга не из-за разности языков, а из-за различного жизненного опыта, которым они наполняют понятия, используемые в своей жизни. В основном это касается понятий, относящихся к области нравственной и духовной, таких как любовь, добродетель, истина, грех и проч.. Человек, не живущий этими понятиями, не имеет представления об их истинном значении – ярким примером является статья в работе [5, С. 17]. «Что есть истина?» — а её написал человек, которому впоследствии была присуждена Нобелевская премия. Конечно, чтобы прийти к пониманию, надо потратить всю свою жизнь, а тем, кто этим пониманием обладает, надо потратить свою жизнь на удержание этого понимания всем своим существом. Для учёного познание истины ассоциируется с полным познанием мира видимого для приборов. И даже в этом узком смысле «истина» оказывается непознаваема для человека, о чём свидетельствует квантовая механика. Как только человек хочет узнать нечто о квантовой частице, она переходит в другое состояние, а исследователь получает «устаревшее» знание о ней. Да, он может построить сложные устройства, основанные на квантовых принципах, но знание мира как таковое постоянно ускользает от него. По словам другого Нобелевского лауреата: «Путь, которым мы пытались следовать до сих пор, в действительности представлял собой узкую тропинку между двумя концепциями, каждая из которых ведёт к отчуждению: мир, управляемый детерминистическими законами, не оставляющий места для новаций, и мир, управляемый Богом, играющим в кости, где всё абсурдно, лишено причинности и непостижимо» [9, С. 162-163]. Когда читаешь эти строки, кажется, что далёкие античные мыслители понимали мир лучше, чем современные учёные. Это кстати выражается в том, что ряд положений античной физики удивительно и неожиданно  совпадает с данными современной науки, опережая положения науки нового времени. И наш современник-естествоиспытатель обречён на блуждания в поисках своей истины в придуманной им самим картине мира, которая становится тюрьмой его разума. Лабиринт может быть бесконечным.

 

 

 

Заключение

 

Современный период можно охарактеризовать фатальной зависимостью общества от науки и техники. Н. Винер, создатель кибернетики, считал, что мы находимся в плену наших технических усовершенствований. Развивая, например, возможности медицины, человек исключил биологический отбор для самого себя. Избавляясь от насморка и гриппа, он породил аллергию и сердечно-сосудистые заболевания. Улучшая свой быт и решая транспортные проблемы, он уничтожил свежий воздух в городах и породил проблему утилизации отходов мегаполисов. Безудержное применение достижений естествознания в производстве вызвало нарастание необратимых изменений в природе, например глобального потепления. Технический прогресс создал возможность тотального контроля над жизнью человека. И это далеко не полный перечень проблем. Победа науки в борьбе за место единственного источника истинного знания обернулась тяжелыми последствиями. Практически не осталось авторитета, способного критиковать науку. Церковь часто обвиняли в том, что она- тормоз на пути прогресса. Теперь познание вырвалось из-под контроля — мы несемся в машине, в которой вырваны тормоза. Можно ли чувствовать себя спокойным? Трагедии Бхопала и Чернобыля — легкие предупреждения о грядущем.

Поэтому в современное представление о научной деятельности, помимо объективного познания природы, теперь входят: этические нормы проведения экспериментов , этические нормы поведения ученых, политически оформленные запреты на проведение исследований отдельных аспектов природы, принятые в отдельных странах . пропагандистская деятельность общественных организаций и т.д.

 

 

 

 

 

Список использованных источников

 

 
 

  1. Гумбольдт В. Избранные труды по языкознанию. – М.: Прогресс, 1984.– 410 с.
  2. Валиев К.А. Основания квантовой теории и неравенства Белла. – М.: ЦЕНТР, 2001. – 250 с.
  3. Волков А. Курс русской риторики. – М.: НОРМА, 2007. – 520 с.
  4. Гинзбург В.Л. О теории относительности: Сб. статей. – М.: Наука, 1979. – 390 с.
  5. Лосев А.Ф., Тахо-Годи А.А. Платон. Аристотель. – М.: Омега-Л, 1993. – 420 с.
  6. Миронов А.В. Концепции современного естествознания. – М.: Экзамен, 2009. – 540 с.
  7. Пригожин И. Конец определённости. Время, хаос, и новые законы природы // Регулярная и хаотическая динамика. – Ижевск: Комос, 1999. С. 14 – 18.
  8. Соломатин В.А. История и концепции современного естествознания. –Ярославль: Исток, 2009. – 340 с.
  9. Фейнман Р. КЭД странная теория света. – М.: Наука, 1988. – 200 с.

     

     

     

     

     

     

     

     


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 0.96MB/0.00103 sec

WordPress: 22.2MB | MySQL:116 | 1,439sec