ДАЙТЕ ПОНЯТИЕ МОРАЛЬНЫХ ЦЕННОСТЕЙ И ИХ КЛАССИФИКАЦИЯ

<

060814 1713 1 ДАЙТЕ ПОНЯТИЕ МОРАЛЬНЫХ ЦЕННОСТЕЙ И ИХ КЛАССИФИКАЦИЯМораль — система исторически определенных взглядов, норм, принципов, оценок, убеждений, выражающихся в поступках и действиях людей, регулирующих их отношения друг к другу, к обществу, определенному классу, государству и поддерживаемых личным убеждением, традицией, воспитанием, силой общественного мнения всего общества, определенного класса либо социальной группы.

Содержание и само понимание терминов «мораль» и «нравственность» в огромной степени зависят от историко-культурных факторов, традиций, а также от идентификации источников.

В морали «выражены представления людей о добре и зле, справедливости, достоинстве, чести, трудолюбии, милосердии». Повелевая, мораль оценивает, оценивая, – познает. Вот то необычное распределение функций, которое отличает ее, та особая последовательность работы психологических механизмов, которая присуща нравственному сознанию.

Мораль возникает и развивается на основе потребности общества регулировать поведение людей в различных сферах их жизни. Мораль считается одним из самых доступных способов осмысления людьми сложных процессов социального бытия. Коренной проблемой морали является регулирование взаимоотношений и интересов личности и общества. Мораль включает: моральные отношения, моральное сознание, нравственное поведение. Можно с полной уверенностью сказать, что мораль является как бы прародительницей и государства и права, и что отвечать народным чаяниям может только то государственное устройство, в котором и право и мораль находятся в теснейшем взаимодействии. Общественные отношения первобытного строя являются кровнородственными. Члены общины ведут происхождение от единого предка. Род составляет основу всей общественной жизни. Родоплеменная структура возникает естественно.

Мораль такая же динамическая регулятивная система, как и право. Ее исторический путь лежит от эквивалентных начал: «око за око, зуб за зуб» (и более крупно – «кровная месть», «мне отмщение и аз воздам» и т.д.) до начал неэквивалентных – «ударят по правой щеке, подставь левую», т.е. до начал терпимости (толерантности, как определяют эти начала), прощения, покаяния, воздаяния за зло добром т.д.

Существует несколько научных определений морали: термин «мораль» по содержанию – латинский аналог древнегреческого ethos (этика). В латинском языке есть слово «mos» (множественное число – «mores»), обозначающее нрав, обычай, моду, устойчивый порядок. На его базе Цицерон с целью обогащения языка образовал прилагательное «моральный» (moralis) для обозначения этики, назвав её philosophia moralis. Уже позднее, предположительно в IV веке, появляется слово «мораль» (moralitas), в качестве собирательной характеристики моральных проявлений.

В словаре русского языка мораль определяется как «правила нравственности и сама нравственность», а нравственность в свою очередь как «правила, определяющие поведение; духовные и душевные качества, необходимые человеку в обществе, а также выполнение этих правил, поведение».

Мораль и нравственность – одно и то же. В научной литературе и в практическом обиходе они употребляются как идентичные. Впрочем, некоторые аналитики пытаются установить здесь различия, предлагая под моралью понимать совокупность норм, а под нравственностью – степень их соблюдения, т.е. фактическое состояние, уровень морали. В данном случае мы исходим из тождественности этих понятий.

Мораль (лат. мoralis – нравственный; mores – нравы) – предмет изучения этики; общественный институт, выполняющий функцию регулирования поведения человека. Во всяком обществе действия громадного множества людей должны быть согласованны в совокупную массовую деятельность, при всем своем разнообразии подчинятся определенным общесоциальным законам. Функцию такого согласования и выполняет Мораль наряду с другими формами общественной дисциплины, тесно переплетаясь с ними и вместе с тем представляя собой нечто специфическое. Мораль регулирует поведение человека во всех без исключения сферах его общественной жизни – в труде и быту, в политике и науке, в семье и общественных местах, хотя и играет в них неодинаковую роль.

Другое определение морали дает С.А. Комаров: «Мораль (нравственность) – это взгляды, представления и правила, возникающие как непосредственное отражение условий общественной жизни в сознании людей в виде категорий справедливости и несправедливости, добра и зла, похвального и постыдного, поощряемого и порицаемого обществом, чести, совести, долга, достоинства и т.д.».

В современной философской литературе под моралью понимается нравственность, особая форма общественного сознания и вид общественных отношений; один из основных способов регуляции действий человека в обществе с помощью норм. В то же время, и моральные установки внутри одной культурной традиции могут существенно различаться в разных ситуациях.

Еще более изменчивыми являются моральные нормы и приоритеты, разделяемые различными субъектами, поскольку в этом случае дополнительным действующим фактором становятся также особенности психики и личный опыт каждого отдельного человека. Критериями наших норм, оценок, убеждений выступают категории добра, зла, честности, благородства, порядочности, совести. С таких позиций даются моральная интерпретация и оценка всех общественных отношений, поступков и действий людей. Современная наука о морали приходит к убеждению, что совокупность переживаемых людьми моральных чувств и признаваемых ими моральных принципов не поддается сведению на единую верховную аксиому, из которой все они вытекали бы, как выводы из логической посылки. Не существует никакого единого морального постулата, исходя из которого можно было бы развить логическую систему нравственности так, чтобы она охватывала все без исключения суждения, подводящие явления под категории «добра» и «зла», «нельзя распутать сложного и запутанного узора морального мира, найдя начало одной его нити, ибо узор этот образован из нескольких переплетающихся и взаимно перекрещивающихся нитей». Задача науки о морали может заключаться только в том, чтобы отделить каждую из этих нитей от других и показать, каким образом они сплетаются в живую ткань моральной жизни.

Совокупность моральных идей и чувств может быть сведена, таким образом, только к ряду независимых друг от друга основных принципов. Каждый из последних служит внутренней основой целой массы явлений морали и дает начало особой замкнутой системе морали; но сами эти принципы друг от друга уже не зависят и потому не обосновывают один другого.

Наоборот, каждый из них в качестве моральной аксиомы вступает в коллизию со всеми остальными и ведет с ними борьбу за абсолютное верховенство в царстве морали. «Каждая из твоих добродетелей, – говорит Ницше своим образным языком, – жаждет высшего развития; она хочет всего твоего духа, чтобы он стал ее глашатаем, она хочет всей твоей силы в гневе, ненависти и любви; каждая добродетель ревнует тебя к другой». Исходом этой борьбы может быть полное и частичное вытеснение одним принципом всех других либо распределение между ними власти на отдельные компетенции каждого из них (так, например, в общественной жизни и в жизни личной господствуют совершенно различные и противоречащие друг другу нравственные принципы, так что то, что считается хорошим в первой, признается дурным во второй, и наоборот); возможно даже и отсутствие всякого исхода, вечная борьба моральных чувств в душе у человека, своего рода «Burgerkrieg in Perma-nenz».

Мораль — это не простой набор правил. Это очень сложная борьба конфликтующих структур ценностей. Этот конфликт — то, что остаётся от эволюции. Новые структуры по мере развития приходят в противоречие со старыми. И каждый этап эволюции оставляет после себя ворох проблем Из этой борьбы между конфликтующими статическими структурами возникают концепции добра и зла.

Мораль не имеет объективной реальности. Можно смотреть в микроскоп, телескоп или осциллограф хоть всю жизнь и не узреть ни капли морали. Там её и нет. Всё это лишь в вашей голове. Она существует только лишь в нашем воображении.

С точки зрения субъектно-объектой науки мир представляет собой совершенно бесцельное пространство, не имеющее цены.

Роли морали в жизни общества и отдельной личности многочисленны. Трудно объяснить, почему существует нравственность, зато ясно, для чего она существует. Если для прочих земных тварей образ жизни и судьба предписаны от природы, то человек — существо историческое — составляет свою судьбу сам. Для него нет раз и навсегда написанного закона. Что есть человек, никогда не может быть решено окончательно, ибо ни история, ни наша личная судьба еще не завершены.

Специфическая сущность морали конкретно раскрывается во взаимодействии сформированных функций: регулятивной, (включает в себя оценочно-императивную, ориентирующую, отчасти коммуникационную (упорядочивая общение людей)); воспитательной, (содержит в себе отчасти оценочно-императивную, мотивационную); познавательной, (содержит ориентирующую и прогностическую); оценочно-императивной, ориентирующей, мотивационной, коммуникативной (обеспечивает общение людей), прогностической и др.

Поскольку функция регуляции поведения осуществляется не только с помощью требований морали, но и норм права, административных установлений, технических, социально-гигиенических правил и т.п., следует отличать нравственную регуляцию от всякой иной, и, прежде всего от правовой.

Элементами морального регулирования являются: идеал, выражающий представление общества, классов, социальной группы о нравственном совершенстве; система норм, соблюдение которых является необходимым условием функционирования общества, достижения им своих моральных ценностей; особые формы социального контроля, обеспечивающие реализацию моральных норм, в том числе общественное мнение.

Регулятивная. Особенностью регулирования поведения людей является его оценочно-императивное содержание, специфической функцией морали можно, вероятно, считать оценочно-императивную, которая отличает нравственную регуляцию от всякой иной, вне моральной. В нравственном освоении человеком действительности органически сливаются оценка и повеление (императив).

Мораль регулирует поведение, как отдельного лица, так и общества. Суть в том, что не одни люди контролируют жизнь других, а каждый сам строит свою позицию, ориентируясь по моральным ценностям. Идет саморегуляция личности и саморегуляция социальной среды в целом. Особенно ее значение раскрывается по методу «от противного»: общественное единство нельзя создать ни принуждением, ни даже законом. Отсутствие нравственной перспективы губит самые прекрасные экономические планы. То же и для конкретного человека: жизнь бессмысленна без активного личного творения этого смысла; так же, как и правильный жизненный путь никто, тебе не укажет, пока ты не выберешь его сам.

Автономия нравственного сознания позволяет нам выбирать линию поведения самостоятельно, не ссылаясь ни на авторитет, ни на закон. В критических ситуациях нравственность оказывается единственной опорой человека

Познавательная. Подчинена функции регулирования поведения, точнее, оценочно-императивной функции. Мораль интересует знание не само по себе (как науку), а знание, преломленное в ценностях или освещающее условия морального выбора. Эта функция морали не тождественна научному познанию. Она дает индивиду не просто знание объектов самих по себе, а ориентирует его в мире окружающих культурных ценностей, предопределяет предпочтения тех из них, которые отвечают его потребностям и интересам.

Моральное сознание видит мир через особую призму и фиксирует это видение в понятиях добра и зла, долга и ответственности. Это не объективно-научное исследование мира как он есть, это постижение не устройства, а смысла явлений. Итак, мораль дает возможность постижения человеческой судьбы, но не в качестве закона, а в качестве регулятивной идеи, ориентируясь по которой, можно построить свою жизнь. Это — сверхзадача, это знание того, что с объективной точки зрения знать нельзя. Заинтересованный взгляд на мир и людей дает возможность оценить их перспективы, получить целостное представление о смысле их и своей жизни.

Воспитательная. Мораль, как уже не раз повторялось, делает человека человеком. Потому-то нравственное воспитание всегда считалось основой всякого другого. Нравственность не столько приучает к соблюдению свода правил, сколько воспитывает саму способность руководствоваться идеальными нормами и «высшими» соображениями. При наличии такой способности к самоопределению человек может не только выбирать соответствующую линию поведения, но и постоянно развивать ее, т.е. самосовершенствоваться. Все конкретные достоинства, которые мы находим у нравственно воспитанной личности, вытекают из фундаментальной ее способности поступать как должно, исходить из ценностных представлений, сохраняя при этом свою автономию.

<

Следует отметить, что выделение определенных функций морали (как и отдельный анализ каждой из них) является достаточно условным, поскольку в реальности они всегда тесно слиты друг с другом. Именно в целостности функционирования проявляется своеобразие ее воздействия на бытие человека. А также для успешного функционирования и развития морали важно свободное, не ущемленное проявление всех ее функций, их гармоническая целостность, единство.

То, что сегодня обычно называется «моралью», охватывает лишь один из этих наборов моральных кодексов, социально-биологический кодекс. В субъектно-объектной метафизике этот единственный социально-биологический кодекс считается незначительной, «субъективной», физически не существующей частью вселенной. По мере углубления в эти вопросы понятно, что разделение статичных моральных кодексов весьма важно. По существу они представляют собой небольшие самодостаточные моральные империи, так же изолированные друг от друга, как и статические уровни, чьи конфликты они разрешали:

1. Есть моральные кодексы, устанавливающие превосходство биологической жизни над неживой природой.

2. Есть также моральные кодексы, провозглашающие превосходство социального порядка над биологической жизнью: обычные нормы морали, запрещение наркотиков, убийства, прелюбодеяния, воровства и тому подобное.

3. Есть моральные кодексы, устанавливающие превосходство интеллектуального порядка над социальным: демократия, суд присяжных, свобода слова, свобода печати.

4. Есть динамическая мораль, которая не является кодексом. Её можно было бы назвать «кодексом Искусства» или чем-нибудь в этом роде, но искусство обычно считается настолько побочным явлением, что такое название просто подрывает всю его важность.

Получалось так, что статичные структуры, которые связывают и удерживают один уровень организации, часто на другом уровне организации вынуждены сражаться за своё существование. Мораль — это не простой набор правил. Это очень сложная борьба конфликтующих структур ценностей. Этот конфликт — то, что остаётся от эволюции. Новые структуры по мере развития приходят в противоречие со старыми. И каждый этап эволюции оставляет после себя ворох проблем. Из этой борьбы между конфликтующими статическими структурами возникают концепции добра и зла

 

 

2. ПЕРЕЧИСЛИТЕ НАЗВАНИЯ ЭТИХ ЦЕННОСТЕЙ, ЗАЩИТА КОТОРЫХ ЗАКРЕПЛЕНА В УПК РФ С УКАЗАНИЕМ НОРМ УПК РФ, В КОТОРЫХ ЭТИ ЦЕННОСТИ ОБОЗНАЧЕНЫ

 

Прослеживается тесная связь уголовно-процессуальных норм и, естественно, практики их применения с неписаными нормами морали (нравственности), соответствующими общечеловеческим ценностям, представления о которых формировались на протяжении всей истории человечества. Отражение, учет такого рода неписаных норм в конкретных нормах уголовно-процессуалъного права и принято называть его нравственными началами. Нравственные начала свойственны многим предписаниям рассматриваемой отрасли права. К примеру, презумпция невиновности, как известно, требует, чтобы каждый считался невиновным до того момента, когда обвинительный судебный приговор вступит в законную силу. И это вполне соответствует общепринятому положению о том, что человек должен считаться добропорядочным, пока не будет установлено иное. В обыденном общении культурных людей проявлением крайнего неприличия признаны тайное подслушивание чьих-то разговоров, ознакомление с частными письмами и другими сообщениями либо тайное подглядывание за чьими-то поступками. С учетом этого уголовно-процессуальное законодательство вслед за конституционным устанавливает особые правила производства некоторых следственных действий.

Нормы морали лежат в основе практически всех установленных уголовно-процессуальным законодательством запретов: например, применять незаконное (а значит, и аморальное) воздействие, в том числе проявляющееся в насилии, угрозах его применения или недопустимом ином психическом давлении в отношении лиц, подвергаемых допросу; понуждать к даче показаний против самого себя, своего супруга или близких родственников, к разглашению тайны исповеди или адвокатской тайны; совершать во время производства по уголовным делам действия, унижающие достоинство личности либо представляющие угрозу жизни и здоровью людей; включать в оправдательный приговор сведения, порочащие доброе имя оправданного.

При характеристике уголовного процесса важно иметь в виду и то, что нравственные требования предъявляются не только к содержанию процессуальных норм, зафиксированных в законе или иных правовых актах, но и к практике их применения, к тому, как они должны реализоваться. Многовековой человеческий опыт — свидетельство того, что именно в сфере уголовного судопроизводства распространено «сосуществование» внешне пристойных правил, декларируемых в законах, и непристойной (аморальной) практики их применения.

Для сведения хотя бы к минимуму этого явления и создания условий, препятствующих распространению осуждаемых общепризнанными нормами морали способов применения уголовно-процессуальных правил производства судебных и следственных действий, на уровне международного сотрудничества и во многих странах, в том числе в России, в последние десятилетия довольно активно предпринимаются соответствующие усилия. К их числу можно было бы отнести принятие в рамках международного сотрудничества в области прав человека ряда авторитетных документов.

Среди них следовало бы назвать прежде всего Всеобщую декларацию прав человека, одобренную Генеральной Ассамблеей ООН еще 10 декабря 1948 г., в ст. 5 которой записано: «Никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению или наказанию».

Впоследствии эта идея была воспринята в других широко известных соглашениях, выработанных в ходе межгосударственного сотрудничества в рамках Организации Объединенных Наций, в частности: в Международном пакте о гражданских и политических правах (ст. 7), а также в Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Она признана и в международных документах регионального уровня — к примеру, в европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (ст. 3) и Европейской конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (ратифицированы Российской Федерацией в 1998 г.).

В названных международных документах, являющихся юридически обязательными для стран, ратифицировавших их, выражено одинаково негативное отношение как к пыткам, так и к «жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения и наказания».

Давний и стабильный курс, взятый в рамках международного сотрудничества в области прав человека, естественно, одобрительно воспринят и нашим государством. Оно, как известно, поддержало идею разработки названных документов, принимало активное участие в ней и ратифицировало их в числе первых государств, возложив тем самым на себя обязательство точного и неуклонного соблюдения предусмотренных в них норм.

Реализация этого обязательства проявилась прежде всего в правотворчестве. К примеру, ст. 21 Конституции РФ гласит следующее:

«1. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.

2. Никто, не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам».

Шагом, который должен сыграть позитивную роль в обеспечении нравственных начал в деятельности судов, вполне может стать Кодекс чести судьи РФ.

 

Надо полагать, что со временем аналогичные документы будут разработаны и одобрены с целью использования их лицами, ведущими оперативно-розыскную деятельность и дознание, следователями и прокурорами. И это в определенной мере должно будет благоприятно сказаться на нравственных основах правоприменения в конкретных областях, связанных с производством по уголовным делам.

 

Принцип уважения чести и достоинства личности. В основе данного принципа лежат положения Конституции РФ, определяющие, что достоинство личности охраняется государством и что никакие обстоятельства не могут быть основанием для его умаления (ст. 21). Там же безоговорочно определено, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Положения такого же рода закреплены в ряде международных актов, признанных Российской Федерацией, в частности, в Международном пакте о гражданских и политических правах человека и Конвенции о защите прав человека и основных свобод. На них многократно ссылался и ссылается в своих решениях Европейский Суд по правам человека.

Применительно к уголовному процессу рассматриваемый правовой принцип конкретизирован и развит рядом правил, зафиксированных в УПК. Среди них особого внимания заслуживает, к примеру, положение о недопустимости при производстве следственных действий применения насилия, угроз и иных незаконных мер, а равно создания опасности для жизни и здоровья участвующих в них лиц (ч. 4 ст. 164). Под насилием понимается не только физическое, но и психическое воздействие на личность. Именно поэтому нарушение порядка и продолжительности допроса более 8 часов без перерыва на отдых и принятие пищи представляют грубое нарушение закона (ст. 187). Как психическое насилие с целью получения»нужных» показаний расценивается также повторный допрос обвиняемого без его личной просьбы по поводу одного и того же обвинения в случае, когда он отказался от дачи показаний на первом допросе (ч. 3 ст. 173).

К правилам, конкретизирующим и развивающим правовой принцип, закрепленный в ст. 21 Конституции РФ и международных договорах Российской Федерации, можно также отнести иные: о запрете производства следственных действий в ночное время, за исключением случаев, не терпящих отлагательств (ч. 3 ст. 164); о недопустимости совершения (при производстве следственных экспериментов, освидетельствований, личных обысков, при получении образцов для сравнительного исследования) каких бы то ни было действий, унижающих честь и достоинство участвующих в деле лиц либо создающих опасность для их здоровья (ст. 179, 181, 184, 202); об обязанности производящего обыск следователя принимать меры к неразглашению выявленных обстоятельств частной жизни лиц, проживающих в обыскиваемом помещении, а равно иных лиц (ч. 7 ст. 182); о возможности проведения судебного разбирательства в закрытом судебном заседании, когда это необходимо для воспрепятствования разглашению сведений об интимных сторонах жизни участников уголовного судопроизводства либо сведений, которые могут унизить их честь и достоинство (п. 3 ч. 3 ст. 241), и др.

 

Принцип неприкосновенности личности. Данный принцип, сформулированный в ст. 10 неприкосновенности УПК, является конкретизацией и развитием личности более общего положения (принципа), провозглашенного в ч. 1 ст. 22 Конституции РФ.

В соответствии с этим положением-принципом «каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность». А это значит, что всем, кто правомерно находится на территории Российской Федерации, декларирована возможность пользоваться неотъемлемыми для каждого человека, живущего в современном цивилизованном обществе, по меньшей мере, двумя благами. Это — свобода выбора им самим своего образа жизни и совершения поступков, а также уверенность в том, что никто не будет совершать действия, произвольно ограничивающие такой выбор либо посягающие на его жизнь, здоровье, личную жизнь, иные предоставленные ему по закону ценности.

Естественно, такого рода возможность не может реализоваться сама по себе, автоматически. Поэтому в Конституции РФ провозглашены также различного рода гарантии (экономические, политические, правовые и пр.), направленные на то, чтобы более или менее полно осуществлялась возможность каждого быть свободным, и на то, чтобы реально обеспечивалась его уверенность в том, что никто не может быть подвергнут мерам, ограничивающим произвольно и свободу, и личную неприкосновенность.

Из всей суммы доступных, по идее, гарантий претворения в жизнь названных благ в ч. 2 ст. 22 Конституции РФ выделена особо одна. Ее суть — в установлении юридических средств защиты от неправомерного применения таких мер, как арест, заключение под стражу и содержание под стражей. Меры эти допускаются, как правило, только по судебному решению. Без него разрешено лишь задержание на срок до 48 часов.

Упомянутая выше ст. 10 УПК, адаптируя рассматриваемый конституционный принцип и его гарантии к условиям, в которых должно осуществляться производство по уголовным делам, акцентирует внимание правоприменителей на задержании по подозрению в совершении преступления и заключении под стражу. При этом подчеркивается не только то, что такие меры уголовно-процессуального принуждения могут быть применены на срок свыше 48 часов лишь по судебному решению, но и то, что их применение допускается только при наличии оснований, предусмотренных УПК.

В названной статье УПК, развивающей соответствующее конституционное предписание, совершенно обоснованно ставится знак равенства между задержанием по подозрению в совершении преступления и заключением под стражу, с одной стороны, и помещением в медицинский или психиатрический стационар лиц, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, — с другой. Обоснованность такого подхода объясняется тем, что данная мера уголовно-процессуального принуждения тоже связана с существенным ограничением свободы, а поэтому она может быть применена лишь по судебному решению с соблюдением особых правил (ст. 203 УПК).

Реализация принципа неприкосновенности личности предполагает также установление жесткого запрета содержать задержанного, заключенного под стражу или помещенного в медицинский или психиатрический стационар в условиях, которые могут представлять «угрозу его жизни и здоровью» (ч. 3 ст. 10 УПК).

Это предписание развито и существенно уточняется рядом правовых актов, в частности: Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 15 июля 1995 г.; Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденными приказом Министерства внутренних дел РФ от 26 января 1996 г. № 411; Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции РФ, утвержденными приказом этого Министерства от 12 мая 2000 г. №72; Федеральным законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001 г., предусматривающим дополнительные гарантии прав лиц, помещаемых в медицинский стационар в связи с производством судебных экспертиз (см. ст. 30—35 этого Закона).

При применении положения ч. 3 ст. 10 УПК об условиях, которые могут представлять угрозу жизни и здоровью лиц, содержащихся под стражей, важно иметь в виду, что оно сформулировано чересчур ограниченно. В нем не ‘учтен широко признанный в международном праве и закрепленный в ч. 2 ст. 21 Конституции РФ запрет подвергать кого бы то ни было не только пыткам или насилию, но и другому жестокому или унижающему достоинство обращению или наказанию.

При характеристике рассматриваемого принципа уголовного судопроизводства важно учитывать и то, что незаконность заключения под стражу или задержания может стать одним из оснований для полного возмещения и (или) денежной компенсации причиненного вреда в порядке, предусмотренном ст. 133—138 УПК.

Охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве. Положения, закрепленные в ст. 11 УПК также являются развитием и конкретизацией применительно к уголовному судопроизводству выраженных в ст. 2 и 45 Конституции РФ предписаний о защите прав и свобод человека и гражданина, О демократизме государства судят не только по количеству прав и свобод, которыми располагают его граждане и иные лица, но и по средствам, обеспечивающим их реализацию. УПК предусматривает широкие права участников уголовного процесса. Однако для того, чтобы ими пользоваться беспрепятственно, необходимо участникам процесса, во-первых, знать предусмотренные законом права, обязанности и ответственность, во-вторых, иметь возможность эффективно отстаивать свои права. Этим двум взаимосвязанным аспектам и посвящена ст. 11 УПК. Закон обязывает должностных лиц разъяснять права участникам процесса. Это включает в себя:

информирование участников уголовного процесса о том, какими правами и обязанностями они обладают;

выяснение, понятен ли им смысл и содержание этих прав и обязанностей;

обеспечение возможности осуществления этих прав.

Разъяснения прав и обязанностей должно производиться сразу после того, как конкретное лицо признается участником процесса (ст. 42, 49, 53—60, 92, 168, 169, 170, 172, 198, 199 и др. УПК). Разъясняются права, обязанности и ответственность на каждой стадии, так как правовой статус участника уголовного процесса может меняться. О разъяснении прав и обязанностей составляется протокол, в котором делается отметка о том, что подозреваемому, обвиняемому и свидетелю разъяснены права, предусмотренные в соответствующей статье.

Особое внимание при осуществлении рассматриваемого принципа уголовного судопроизводства должно уделяться использованию процессуальных средств, направленных на обеспечение реализации того, что в ряде статей УПК названо свидетельским иммунитетом. Согласно п. 40 ст. 5 УПК под ним надлежит понимать право каждого не давать показания против себя и своих близких родственников, т. е. имеется в виду то право, о котором сказано в ч. 1 ст. 51 Конституции РФ. Оно тоже, как и иные права, должно быть разъяснено должностными лицами, ответственными за производство по делу, участникам уголовного судопроизводства, подвергаемым допросу. При согласии свидетеля дать показания он должен быть предупрежден дознавателем, следователем, прокурором и судом о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства в ходе дальнейшего производства по уголовному делу (см., например, ч. 2 ст. 11, п. 3 ч. 1 ст. 42, п. 4 ч. 2 ст. 54, п. 1 ч. 4 ст. 56 УПК).

К средствам защиты прав и свобод в уголовном судопроизводстве отнесены не только разъяснение прав соответствующим лицам и предупреждение их о возможных неблагоприятных последствиях, которые могут возникнуть в связи с реализацией некоторых конкретных прав, но и осуществление мер безопасности.

Меры эти могут быть предприняты судом, прокурором, следователем, органом дознания, дознавателем при наличии данных, свидетельствующих об опасности, грозящей жизни, здоровью или имуществу потерпевшего, свидетеля, иного участника уголовного процесса, его родственника либо иного близкого лица. К мерам такого рода отнесены:

исключение из протокола следственного действия данных о личности защищаемого участника уголовного судопроизводства (ч. 9 ст. 166 УПК);

контроль и запись телефонных и иных переговоров (ч. 2 ст. 186 УПК);

предъявление лица для опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым (ч. 8 ст. 193 УПК);

рассмотрение уголовного дела в закрытом судебном заседании (п. 4 ч. 2 ст. 41 УПК);

допрос судом свидетеля без оглашения подлинных данных о его личности в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства (ч. 5 ст. 278 УПК).

Важным средством защиты прав и свобод в уголовном судопроизводстве можно считать также объявленную в ч. 4 ст. 11 УПК возможность возмещения вреда всем, чьи права и свободы были нарушены судом или должностными лицами, осуществляющими уголовное судопроизводство, «по основаниям и в порядке, которые установлены» предписаниями УПК.

 

 

3. РАСШИФРУЙТЕ (ИЗЛОЖИТЕ) СУЩНОСТЬ ТАКТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ ЗАЩИТЫ МОРАЛЬНЫХ ЦЕННОСТЕЙ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ НА ПРИМЕРАХ ПРИМЕНЕНИЯ 2– 3-Х ТАКТИЧЕСКИХ ПРИЕМОВ ДОПРОСА

 

Выделяют три требования к тактическим приемам допроса – законность, научность и этичность. Этичность – это гуманность. Этичность – это права человека, подозреваемого, обвиняемого. Этичность – это мораль. Этичность – это хорошо. Так говорят ученые, защищая право требования этичности от тактических приемов. Законодательные установления обеспечивают наличие этичности при проведении отдельных следственных действий.

Следует отметить, что важной гарантией законного и обоснованного разрешения дела, соблюдения законности в ходе доказывания выступает уголовно-правовой механизм обеспечения получения достоверных доказательств. В то же время уголовный закон содержит ряд запретов, образующих такой механизм: принуждение к даче показаний (ст. 302 УК РФ); фальсификация доказательств (ст. 303 УК РФ); провокация взятки либо коммерческого подкупа (ст. 304 УК РФ); заведомо ложный донос (ст. 306 УК РФ); заведомо ложные показание, заключение эксперта или неправильный перевод (ст. 307 УК РФ); отказ свидетеля или потерпевшего от дачи показаний (ст. 308 УК РФ); подкуп или принуждение к даче показаний или уклонению от дачи показаний либо к неправильному переводу (ст. 309 УК РФ).

Следует отметить, что тактические приемы должны соответствие принципам морали, требованиям профессиональной этики. И не могут быть признаны отвечающими задачам предварительного следствия такие приемы, как обман в любой его форме, невыполнение обещаний, использование процессуальной неосведомленности либо отрицательных качеств личности допрашиваемого.

Подчеркнем, что порядок проведения допроса строго регламентирован уголовно-процессуальным законодательством (ст.ст. 173-174; 187-191 УПК РФ).

Важным и общим требованием к проведению допроса является запрет домогаться показаний допрашиваемого путем насилия, угроз и иных незаконных мер, а в свою очередь последнее не исключает известного вторжения в сферу охраняемых законом прав и интересов личности, обусловленного спецификой данного следственного действия. В определенной мере оно связано с процессуальным принуждением, носящим обеспечительный характер. Так, в случае неявки без уважительных причин свидетеля, потерпевшего, обвиняемого, лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и суд могут подвергнуть их приводу, т.е. принудительной доставке к месту допроса (ст.ст. 111, 188 УПК РФ). Уголовно-процессуальный кодекс регламентирует также задержание подозреваемого (ст.ст. 91-92 УПК РФ). В отношении обвиняемого, а в исключительных случаях подозреваемого, может быть применена одна из мер пресечения (ст. ст. 102-108 УПК РФ), в том числе – заключение под стражу. Меры процессуального принуждения не могут считаться способами совершения преступления, предусмотренного ст. 302 УК РФ, поскольку:

а) являются законными;

б) строго регламентированы в УПК РФ;

в) применяются только по основаниям, указанным в законе.

Кроме того, меры процессуального принуждения не подавляют волю лица к даче правдивых показаний, а, напротив, способствуют быстрому и эффективному расследованию дела.

Закон допускает использование тактических и психологических приемов допроса, не исключающих добровольность дачи показаний. Не является преступлением и предупреждение свидетеля, потерпевшего, эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний или заключения, а также за отказ от дачи показаний.

В отличие от указанных процессуальных мер, применение которых обусловлено потребностями объективного расследования дела, принуждение к даче показаний препятствует получению достоверных доказательств (показаний), т.к. воздействует на сознание и волю допрашиваемого с тем, чтобы получить «нужные» фактические данные. При этом рассматриваемый состав будет иметь место и тогда, когда допрашиваемый принуждается к сообщению правдивых сведений. Уголовный закон, таким образом, обеспечивает добровольность дачи показаний как залог их достоверности.

Часть 1 ст. 302 УК РФ называет в качестве способов принуждения к даче показаний: угрозу, шантаж, иные незаконные действия.

К первой группе незаконных действий можно отнести безосновательное применение процессуальных мер принуждения (например, привода, наложения ареста на имущество, отстранения обвиняемого от должности, задержания, заключения под стражу и т.п.).

Ко второй группе незаконных действий следует относить различные провокационные методы, тактические приемы допроса, обманные действия, сковывающие волю допрашиваемого. Например, использование искусственных доказательств, создающих видимость, что следствию уже все известно и нежелание давать показания будет расценено как противодействие со стороны подозреваемого или обвиняемого либо как преступление (ст. 308 УК РФ) со стороны потерпевшего, свидетеля, эксперта. Под иными незаконными действиями следует понимать ложные обещания следователя или дознавателя прекратить уголовное дело, освободить из-под стражи, изменить квалификацию преступления и т.п., в случае, если они были даны под условием, что допрашиваемый даст показания.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

 

  1. Конституция РФ. Принята на всенародном референдуме 12 дек. 1993 г.
  2. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФФЗ с изм. и доп., внесенным федеральным законами от 4 июля 2003 г., 7 июля и 8 декабря 2003 г., 22 апреля 2004 г., 29 июня 2004 г // СЗ РФ. 2001. № 52 (ч. I)
  3. Уголовный кодекс РФ 1996 г. // СЗ РФ. 1996. № 25.
  4. Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный. М., 2004.
  5. Гуйсенов А.А. Социальная природа нравственности. М., 1974
  6. Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика. М., 1998.
  7. Закомлистов А.Ф. Судебная этика. М., 2002.
  8. Кобликов А.С. Юридическая этика. М., 2001.
  9. Марксистская этика / Под ред. Титаренко А.Н. и др. М., 1986.
  10. Ожегов С.И. и. Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1993.
  11. Порубов Н.И., Порубов А.Н. Юридическая этика. СПб., 2004.
  12. Уголовный процесс России / Под ред. В.З. Лукашевича. Спб., 2004.

     

     

     


     

<

Комментирование закрыто.

WordPress: 23.23MB | MySQL:113 | 1,421sec