Николай Гаврилович Чернышевский

<

011815 0057 1 Николай Гаврилович Чернышевский

Николай Гаврилович Чернышевский был родоначальником «солидной материалистической традиции» на Руси. Отсюда особое значение его философских взглядов, изложенных в немногих статьях и так или иначе выраженных во всей совокупности его публицистических произведений. Заметим, что философский материализм был известен в России до Чернышевского. Идеи просветителей XVIII века оставили глубокий след в истории русской общественной мысли. В ряду славных деятелей русского революционно- демократического движения Николай Гаврилович Чернышевский (1828- 1889) по праву занимает одно из первых мест.

Деятельность Чернышевского отличалась необычной многогранностью. Это был воинствующий философ- материалист и диалектик, он был также оригинальным историком, социологом, крупнейшим экономистом, критиком, выдающимся новатором в эстетике и литературе. Он воплотил в себе лучшие черты русского народа- ясный ум , стойкий характер, могучее стремление к свободе. Его жизнь — пример великого гражданского мужества, беззаветного служения народу. Всю свою жизнь Чернышевский отдал борьбе за освобождение народа от феодально- крепостнического рабства, за революционно- демократическое преобразование России. Он посвятил свою жизнь тому, что можно охарактеризовать словами Герцена, сказанными о декабристах, «разбудить к новой жизни молодое поколение и очистить детей, рожденных в среде палачества и раболепия». С сочинениями Чернышевского философская мысль в России значительно расширила сферу своего влияния, перейдя из ограниченного круга ученых на страницы распространенного журнала , заявляя о себе в «Современнике» каждой статьей Чернышевского, даже вовсе не посвященной специальным философским вопросам. Специально о философии Чернышевский писал очень мало, но ею проникнута вся его научная и публицистическая деятельность. Чернышевский — философ шел тем же путем, каким раньше шли его предшественники — Белинский и Герцен. Философия для Чернышевского была не отвлеченной теорией, а орудием изменения российской действительности. Материализм Чернышевского и его диалектика служили теоретическим обоснованием политической программы революционной демократии.

 

 

 

 

1. ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ Н.Г. ЧЕРНЫШЕВСКОГО.

 

Чернышевский Николай Гаврилович (1828 год — 1889 год) — публицист, литературный критик, прозаик, экономист, философ, революционный демократ.

Родился в Саратове в семье священника Гаврилы Ивановича Чернышевского (1793—-1861). Учился дома под руководством отца, многосторонне образованного человека. В 1842 поступил в Саратовскую духовную семинарию, время пребывания в которой использовал в основном для самообразования: изучал языки, историю, географию, теорию словесности, русскую грамматику. Не закончив семинарию, в 1846 поступил в Петербургский университет на отделение общей словесности философского факультета. Наряду с русским поэтом Н. А. Некрасовым и литературным критиком Н. А. Добролюбовым возглавлял редакцию журнала «Современник». В творчестве Чернышевского зафиксирована смена уклада жизни в России и обозначена новая мораль молодого поколения, далее раскрытая в публицистике Д. И. Писарева. Вместе с А. И. Герценом был родоначальником народничества…

За годы учебы в университете (1846-1850) были выработаны основы мировоззрения. Сложившееся к 1850 году убеждение о необходимости революции в России сочеталось с трезвостью исторического мышления: «Вот мой образ мысли о России: неодолимое ожидание близкой революции и жажда ее, хоть я и знаю, что долго, может быть весьма долго, из этого ничего не выйдет хорошего, что, может быть, надолго только увеличатся угнетение и т.д. — что нужды?.. мирное, тихое развитие невозможно».

Чернышевский попробовал свои силы в прозе (рассказ о Лили и Гете, повесть о Жозефине, «Теория и практика», «Отрезанный ломоть»). Выйдя из университета кандидатом, после кратковременной работы репетитором во Втором кадетском корпусе в Петербурге, служил старшим учителем словесности в Саратовской гимназии (1851- 1853), где говорил в классе «такие вещи, которые пахнут каторгой».

Вернувшись в мае 1853 года в Петербург, Чернышевский преподавал во Втором кадетском корпусе, одновременно готовясь к экзаменам на степень магистра, и работая над диссертацией «Эстетические отношения искусства к действительности». Диспут по представленной еще осенью 1853 года профессору Никитенко диссертации состоялся 10 мая 1855 года и явился манифестацией материалистических идей в эстетике, вызвав раздражение университетского начальства. Диссертация была официально утверждена в январе 1859 года. Параллельно шла журнальная работа, начатая летом 1853 года рецензиями в журнале «Отечественные записки».

Но с весны 1855 года Чернышевский, вышедший в отставку, занимался журнальной работой для «Современника» Н.А.Некрасова. Сотрудничество в этом журнале (1859-1861) пришлось на период общественного подъема, связанного с подготовкой крестьянской реформы. Под руководством Чернышевского и Некрасова, а позже и Добролюбова определилось революционно-демократическое направление журнала.

С 1854 года Чернышевский вел в «Современнике» отдел критики и библиографии. В конце 1857 года он передал его Добролюбову и сосредоточился преимущественно на политической, экономической, философской темах. Убедившись в грабительском характере предстоящей реформы, Чернышевский бойкотирует предреформенный ажиотаж; по обнародовании манифеста 19 февраля 1861 года «Современник» прямо не отозвался на него. В «Письмах без адреса», написанных после реформы и адресованных фактически Александру II (опубликовано за границей в 1874 году), Чернышевский обвинил самодержавно-бюрократический режим в ограблении крестьян. Рассчитывая на крестьянскую революцию, круг — «Современника» во главе с Чернышевским прибегал к нелегальным формам борьбы. Чернышевский написал революционную прокламацию «Барским крестьянам от доброжелателей поклон».

В обстановке растущей пореформенной реакции внимание III отделения все более привлекает деятельность Чернышевского. С осени 1861 года за ним была установлена полицейская слежка. Но Чернышевский был умелым конспиратором, в его бумагах не находили ничего подозрительного. В июне 1862 года было запрещено на восемь месяцев издание «Современника».

7 июля 1862 года Чернышевский был арестован. Поводом для ареста послужило перехваченное на границе письмо Герцена и Огарева, в котором предлагалось издавать «Современник» в Лондоне или Женеве. В тот же день Чернышевский стал узником Алексеевского равелина Петропавловской крепости, где пробыл до вынесения приговора — гражданской казни, состоявшейся 19 мая 1864 года на Мытнинской площади. Он был лишен всех прав состояния и присужден к 14 годам каторжной работы в рудниках, с последующим поселением в Сибири Александр II сократил срок каторги до 7 лет. Судебный процесс по делу Чернышевского тянулся очень долго из-за отсутствия прямых улик.

В крепости Чернышевский обратился к художественному творчеству. Здесь, с 14 декабря 1862 года по 4 апреля 1863 года, был написан роман «Что делать? Из рассказов о новых людях». За ним последовали оставшиеся незаконченными повесть «Алферьев» (1863) и роман «Повести в повести» (1863), «Мелкие рассказы» (1864). Увидел свет лишь роман «Что делать?».

В мае 1864 года Чернышевского под конвоем отправили в Сибирь, где он находился сначала на руднике, а с сентября 1865 года — в тюрьме Александровского завода.

Каторга, срок которой истек в 1871 году, оказалась преддверием к худшему испытанию — поселению в Якутии, в городе Вилюйске, где тюрьма была лучшим зданием, и климат оказался губительным.

Здесь Чернышевский был единственным ссыльным и мог общаться только с жандармами и местным якутским населением; переписка была затруднена, а часто специально задерживалась. Только в 1883 году, при Александре III, Чернышевскому было разрешено переселиться в Астрахань. Резкая перемена климата очень повредила его здоровью.

Годы крепости, каторги и ссылки (1862-1883) не привели к забвению имени и сочинений Чернышевского — его слава мыслителя и революционера росла. По приезде в Астрахань Чернышевский надеялся вернуться к активной литературной деятельности, но публикации его работ, хотя и под псевдонимом, были затруднительны.

В июне 1889 года Чернышевский получил разрешение вернуться на родину, в Саратов. Он строил большие планы, несмотря на резко ухудшающееся здоровье. Умер от кровоизлияния в мозг и похоронен в Саратове.

В разностороннем наследии Чернышевского важное место занимают работы по эстетике, литературная критика, художественное творчество. Во всех этих областях он выступил новатором, возбуждающим по сей день споры. К Чернышевскому применимы его собственные слова о Гоголе как писателе из числа тех, «любовь к которым требует одинакового с ними настроения души, потому что их деятельность есть служение определенному направлению нравственных стремлений».

<

В романе «Что делать? Из рассказов о новых людях» Чернышевский продолжил открытую Тургеневым в «Отцах и детях» тему нового общественного деятеля, в основном из разночинцев, сменившего тип «лишнего человека».

Романтический пафос произведения — в устремленности к социалистическому идеалу, будущему, когда тип «нового человека» станет «общею натурою всех людей». Прообразом будущего выступают и личные отношения «новых людей», разрешающих конфликты на основе гуманной теории «расчета выгод», и их трудовая деятельность. Эти подробно освещенные сферы жизни «новых людей» соотнесены с потаенным, «эзоповым» сюжетом, главным героем которого выступает профессиональный революционер Рахметов.

Тема любви, труда, революции органично связаны в романе, герои которого исповедуют «разумный эгоизм», стимулирующий нравственное развитие личности. Реалистический принцип типизации последовательнее выдержан в Рахметове, суровое мужество которого продиктовано условиями революционной борьбы начала 60-х годов. Призыв к светлому и прекрасному будущему, исторический оптимизм Чернышевского, мажорный финал сочетаются в романе с осознанием трагической судьбы его «новых людей»: «…еще немного лет, быть может, и не лет, а месяцев, и станут их проклинать, и они будут согнаны со сцены, отпиханные, странимые».

Публикация романа вызвала целую бурю в критике. На фоне многочисленных обвинений Чернышевского в безнравственности и прочем, выделяется серьезностью разбора статья Р.Р.Страхова «Счастливые люди». Признав жизненную основу и «напряжение вдохновения» автора, «органический» критик оспорил рационализм и оптимизм «новых людей» и отсутствие между ними глубоких конфликтов.

М.Е.Салтыков-Щедрин, выразив сочувствие общей идее романа, отметил, что в ее воплощении автор не мог избежать некоторой произвольной регламентации подробностей».

А Н.Г.Чернышевский считал: «…Только те направления литературы достигают блестящего развития, которые возникают под влиянием идей сильных и живых, которые удовлетворяют настоятельным потребностям эпохи. У каждого века есть свое историческое дело, свои особенные стремления. Жизнь и славу нашего времени составляют два стремления, тесно связанные между собой и служащие дополнением одно другому: гуманность и забота об улучшении человеческой жизни».

Известно, что Чернышевский представлял себе «положительно» нравственного человека как «человека вполне», цельного и гармоничного в котором корень всех движений — и корыстных, и бескорыстных — один и тот же, а именно «любовь к самому себе». Однако «теория разумного эгоизма» не мешала Чернышевскому верить в почти чудотворную силу личности и горячо сочувствовать всем тем, кто «угнетен условиями жизни».

Позиции позитивизма, веры в науку разделяли и представители народничества, радикализма и социализма. Наряду с проблемой человека, вопрос отношения к религии также неизменно волновал просвещенное русское общество тех лет. Тенденция к секуляризации общества, то есть обособления от религии и Церкви, на смену которому уже спешит идея социализма, заменяя собой религиозное мировоззрение в умах людей, становится наиболее остро ощутимой и болезненной, когда в русской жизни происходит сдвиг в сторону демократизации (освобождение крестьян в 1861 году), и различные течения секуляризма становятся более смелыми и активными. Однако, даже принимая формы богоборчества, эти движения были связаны с напряженными духовными исканиями, с потребностью удовлетворить религиозные запросы масс. Ещё в 1848 году 20-летний Чернышевский записывает в своем дневнике: «Что, если мы должны ждать новой религии? <…> очень жаль мне было бы расстаться с Иисусом Христом, который так благ, так мил своей личностью, любящей человечество».1 Но уже несколько лет спустя на страницах своего романа он предается возвышенным грезам о грядущем Царстве Добра и Справедливости, где нет никакой религии, кроме религиозно окрашенной любви к человеку…

Чернышевский был не только идейным вождем разночинной интеллигенции, он внес неоценимый вклад в нравственный капитал эпохи. Современники единодушно отмечают его высокие нравственные качества. Он с героическим смирением вынес каторгу и ссылку. Этот проповедник практической пользы и популяризатор теории «разумного эгоизма» боролся за свободу, но не желал свободы для себя, потому что не хотел, чтобы его упрекнули в корысти.

Круг интересов Чернышевского был чрезвычайно широк: он изучал философию, естественные науки, политическую экономию, историю, знал европейские языки. Однако культурный уровень Чернышевского, как и у большинства разночинцев, был гораздо ниже уровня культуры и образования идеалистов 40-х годов. Таковы во все времена неизбежные издержки процесса демократизации! Однако единомышленники Чернышевского прощали ему и отсутствие литературного таланта, и скверный язык его публицистических и философских статей, ибо не это было главным. Его мысль, облеченная в тяжеловесную форму, заставляла задуматься лучшие умы не только в России, но и в просвещенной Европе. Маркс специально занялся русским языком, чтобы прочесть работы Чернышевского по экономике.

Разночинцы 60-х годов — борцы за всеобщее счастье, вдохновлённые идеями Чернышевского, были безбожниками и при этом аскетами, они сознательно отказывались от надежд на потустороннюю жизнь, а при этом в земной жизни выбирали лишения, тюрьмы, преследования и смерть. В глазах радикально настроенной молодежи эти люди выгодно отличались от тех лицемерных христиан, которые прочно держались за земные блага и смиренно рассчитывали на вознаграждение в будущей жизни. Чернышевский отнюдь не был лишь рупором их идей, который из тихого уютного кабинета вдохновлял их на жертвенный подвиг, он был одним из них. Пусть он заблуждался на своем общественном поприще, но все же это был крестный путь, ведь он отдал жизнь за всех несчастных и обездоленных. Владимир Набоков, резко отрицательно оценив его литературное и идейное наследие, завершил главу, посвященную Чернышевскому (она составляет часть романа «Дар»), такими поэтическими строками:

Что скажет о тебе далекий правнук твой,

то славя прошлое, то запросто ругая?

Что жизнь твоя была ужасна? Что другая

могла бы счастьем быть? Что ты не ждал другой?

Что подвиг твой не зря свершался, — труд сухой

в поэзию добра попутно обращая

и белое чело кандальника венчая

одной воздушною и замкнутой чертой?

Трагизм Чернышевского и его поколения заключается в основном противоречии, раскалывавшем сознание «новых людей»: они были мечтателями и идеалистами, но хотели верить лишь в «пользу»; они вдохновлялись верой в Идеал, но при этом готовы были свести к элементарной физиологии все человеческие чувства. Им не хватало культуры мышления, однако они презирали его, считая мысль, не связанную с практической пользой, бессмысленной. Они отрицали всякую религиозную веру, а сами свято верили в свои утопические мечты и, подобно Чернышевскому, приносили себя в жертву будущему, отрицая само понятие жертвы…

Суммируя всё вышеизложенное, можно без сомнения признать, что господствующими движущими силами русской общественной мысли этого периода являются всё же религиозный идеализм с одной стороны и материалистический биологизм с другой. Роль позитивизма (в русском понимании этого слова) в этом «великом противостоянии» представляется весьма недвусмысленной. Позитивизм выступает здесь как некий механизм или инструмент познания и пояснения с «научной» точки зрения всего сущего между миром духа и материи.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2 ФИЛОСОФСКИЕ ВЗГЛЯДЫ И.Г. ЧЕРНЫШЕВСКОГО

 

В то время когда Чернышевский начал свою сознательную деятельность, передовая общественная мысль еще находилась под влиянием философии Гегеля. Отдавая должное глубине и благородному характеру этого учения, Чернышевский считал его устаревшим и неспособным указать надежный путь к свободе и счастью народа. Философия Гегеля была фантастическим отражением великой исторической драмы старого общества. Она признавала страдания человечества нормальной расплатой за все достижения культуры и прогресса. Гегель осмеивал сентиментальные иллюзии, сладенькие утопии людей, которые звали общество назад, к «естественному состоянию», этой воображаемой первобытной идиллии на лоне природы. Бессильные добрые пожелания! История совсем не похожа на мирное прозябание Филемона и Бавкиды. Развитие требует жертв, цивилизация возникает на развалинах множества местных и национальных культур, богатство рождает бедность, фабрики и мануфактуры утверждают свои успехи на нищете многочисленного класса людей. Народы стремятся к счастью, но эпохи счастья в истории — пустые страницы. Так учит Гегель, и для него удовлетворение человеческих потребностей не может быть целью истории — она охраняет своим всеобщим законом только интересы развития. Всякая остановка на этом пути, всякая удовлетворенность материальным благополучием становится изменой мировому духу, соблазни- тельным препятствием, которое ставит ему природа, вещественность. Поэтому чем прекраснее расцветает жизнь, тем вернее осуждает ее на гибель фатальный закон мирового развития:

Красота цветет лишь в песнопенье, А свобода — в области мечты.

Чернышевский полагал, что многое было верно в философии Гегеля лишь «в виде темных предчувствий», однако, подавляемых идеалистическим мировоззрением гениального философа.

Чернышевский подчеркивал двойственность гегелевской философии, видя в этом один из ее важнейших пороков, отмечал противоречие между ее сильными принципами и узкими выводами. Говоря о колоссальности гения Гегеля, называя его великим мыслителем, Чернышевский критикует его, указывая, что истина у Гегеля выступает в самых общих, отвлеченных, неопределенных очертаниях. Но Чернышевский признает за Гегелем заслугу в искании истины – верховной цели мышления. Какова бы истина не была, она лучше всего, что не истинно. Долг мыслителя – не отступать ни перед какими результатами своих открытий.

Истине надо жертвовать решительно всем; она- источник всех благ, как заблуждение – источник «всякой пагубы». И Чернышевский указывает на великую философскую заслугу Гегеля – его диалектический метод, «изумительно сильную диалектику».

В истории познания Чернышевский отводит философии Гегеля большое место и говорит о ее значении перехода «от отвлеченной науки к науке жизни».

Чернышевский указывал, что для русской мысли гегелевская философия послужила переходом от бесплодных схоластических умствований к «светлому взгляду на литературу и жизнь». Философия Гегеля, по мнению Чернышевского, утвердила в мысли, что истина выше и дороже всего в мире, что ложь преступна. Она утвердила стремление строго исследовать понятия и явления, вселила «глубокое сознание, что действительность достойна внимательнейшего изучения», ибо истина- плод и результат строгого всестороннего исследования действительности. Наряду с этим, Чернышевский считал философию Гегеля уже устаревшей. Наука развивалась дальше.

Неудовлетворенный философской системой Гегеля, Чернышевский обратился к сочинениям виднейшего философа того времени — Людвига Фейербаха.

Чернышевский был очень образованным человеком, он изучил труды очень многих философов , но своим учителем называл только Фейербаха.

Когда Чернышевский писал свою первую крупную научную работу, диссертацию по эстетике, он уже в области философии был вполне сложившимся мыслителем-фейербахианцем, хотя в самой диссертации своей не разу не упомянул имени Фейербаха, тогда запрещенного в России.

В начале 1849 года русский фурьерист- петрашевец Ханыков дал Чернышевскому, для ознакомления, знаменитую Фейербахову «Сущность христианства». Где Фейербах своей философией утверждал, что природа существует независимо от человеческого мышления и является основанием, на котором вырастают люди с их сознанием, и что высшие существа, созданные религиозной фантазией человека, – это только фантастические отражения собственной сущности человека.

Прочитав «Сущность христианства», Чернышевский отметил в своем дневнике, что она ему понравилась «своим благородством, прямотой, откровенностью, резкостью». Он узнавал о сущности человека, как ее понимал Фейербах, в духе естественно — научного материализма, узнавал о том, что совершенному человеку свойственны разум, воля, мысль, сердце, любовь, эта абсолютная у Фейербаха, сущность человека как человека и цель его бытия. Истинное существо — любит, мыслит, хочет. Высший закон — любовь к человеку.

Философия должна исходить не из некоей абсолютной идеи, а из природы, живой действительности. Природа, бытие — субъект познания, а мышление производно. Природа — первичное, идеи — ее порождения, функция человеческого мозга. Это были для молодого Чернышевского настоящие откровения. Он находил то, что искал. Особенно поразила его главная мысль, показавшаяся совершенно справедливой, — что «человек всегда воображал себе бога человеческим по своим собственным понятиям о себе».

В 1877 году Чернышевский писал из сибирской ссылки сыновьям: «Если вы хотите иметь понятие о том, что такое по моему мнению человеческая природа, узнавайте это из единственного мыслителя нашего столетия, у которого были совершенно верные, по — моему , понятия о вещах. Это — Людвиг Фейербах… В молодости я знал целые страницы из него наизусть. И сколько могу судить по моим потускневшим воспоминаниям о нем, остаюсь верным последователем его».

Чернышевский критикует идеалистическую сущность гносеологии Гегеля и его российских последователей, указывая, что она переворачивает с ног на голову истинное положение вещей, что она идет не от материального мира к сознанию, понятиям, а, напротив, от понятий к реальным предметам, что она рассматривает природу и человека как порождение абстрактных понятий, божественной абсолютной идеи.

Чернышевский отстаивает материалистическое решение основного вопроса философии, показывает, что научная материалистическая гносеология исходит из признания идей, понятий, являющихся лишь отражением реальных вещей и процессов, происходящих в материальном мире, в природе. Он указывает, что понятия представляют собой результат обобщения данных опыта, итог изучения и познания материального мира, что они охватывают сущность вещей.

«Составляя себе отвлеченное понятие о предмете,– пишет он в статье «Критический взгляд на современные эстетические понятия»,– мы сбрасываем все определенные, живые подробности, с которыми предмет является в действительности, и составляем только его общие существенные черты; у действительно существующего человека есть определенный рост, определенный цвет волос, определенный цвет лица, но рост у одного человека большой, у другого маленький, у одного человека цвет лица бледный, у другого румяный, у одного белый, у другого смуглый, у третьего, как у негра, совершенно черный,– все эти разнообразные подробности не определяются общим понятием, выбрасываются из него. Поэтому в действительном человеке всегда находится гораздо больше признаков и качеств, нежели, сколько находится в отвлеченном понятии человека вообще. В отвлеченном понятии остается только сущность предмета».

Явления действительности, полагал Чернышевский, весьма разнородны и разнообразны. Свою силу человек черпает из действительности, действительной жизни, знания ее, уменья пользоваться силами природы и качествами человеческой натуры. Действуя сообразно с законами природы, человек видоизменяет явления действительности сообразно своим стремлениям.

Серьезное значение, по мнению Чернышевского, имеют лишь те человеческие стремления, которые основаны на действительности. Успеха можно ожидать лишь от тех надежд, которые возбуждаются в человеке действительностью.

Истина, по Чернышевскому, достигается только строгим, всесторонним исследованием действительности, а не произвольными субъективными умствованиями.Чернышевский был последовательным материалистом. Важнейшие элементы его философского мировоззрения борьба против идеализма, за признание материальности мира, первичность природы и признание человеческого мышления отражением объективной, реальной действительности, «антропологический принцип в философии», борьба против агностицизма, за признание познаваемости предметов и явлений.

Чернышевский материалистически решал основной вопрос философии, вопрос об отношении мышления к бытию. Он, отвергая идеалистическое учение о превосходстве духа над природой, утверждал первичность природы, обусловленность человеческого мышления реальным бытием, которое имеет свою основу в самом себе.

Для своего времени, как и вся философия Чернышевского, она главным образом направлена против идеализма, религии, богословской морали.

В своих философских построениях Чернышевский пришел к выводу, что «человек любит прежде всего сам себя». Он — эгоист, и эгоизм — побуждение, управляющее действиями человека.

 

 

 

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

М. Г. Чернышевский русский философ-материалист, революционер — демократ, мыслитель-энциклопедист, теоретик критического утопического социализма, идеолог крестьянской революции. Опирался на труды античного, а также французского и английского материализма 17 – 18 в.в. Кроме того уделял много внимания трудам естествоиспытателей — Ньютона, Лапласа, идеям социалистов-утопистов, классиков политэкономии, антропологического материализма Фейербаха диалектики Гегеля. Философия Чернышевского направлена против дуализма, а также идеалистического монизма. Он обосновал положение о материальном единстве мира, объективном характере природы и её законов. Чернышевский опирался также на данные опытной психологии и физиологии. Разработал концепцию антропологического материализма. В своих произведениях целеустремлённо проводил мысль о социально-политической обусловленности философии, имеющей теоретико-методическое значение.

В социологии Чернышевский говорил о неизбежности социальных революций, материальных и экономических потребностях. Радикальным путем решения социальных проблем считал народную революцию. Противопоставил учение о морали религиозному аскетизму. Критерии прекрасного выводил из реальных переживаний человека, особенностей его психологии и вкуса.

 

 

 

 

 

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

 

  1. Горбачев В.Г. История философии. –М.: Курсив, 2006.
  2. История философии / Ред. Г.Ф. Александров, Б.Э. Быховский, М.Б. Митин, П.Ф. Юдин. Т. I. Философия античного и феодального общества. М., 2003
  3. Орлов С.В. История философии. –СПб.: Питер, 2006.
  4. Чернышевский Н.Г. Полн.собр.соч. М., 1949. Т. XIV.

 

 

 

 

 

 

 

 


 

<

Комментирование закрыто.

WordPress: 24.07MB | MySQL:112 | 1,571sec