УЧЕНИЕ О ЦЕННОСТЯХ, ИХ ПРИРОДА И ЗНАЧИМОСТЬ ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА И ОБЩЕСТВА

<

011815 0137 1 УЧЕНИЕ  О ЦЕННОСТЯХ, ИХ ПРИРОДА И ЗНАЧИМОСТЬ ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА И ОБЩЕСТВА Именно рациональное учение об общих ценностях, регулирующих отношения между бытием и сознанием, составляет сердцевину философии, понимаемую как любовь к мудрости. Ведь чтобы ни говорили, главной проблемой для мудреца вообще и для философа в частности является все же вопрос о смысле жизни, о том, для чего жить и как жить. А без обсуждения вопроса о ценностях на него нельзя дать ответ. Правда, «бытие» (особенно в смысле объективной реальности) и «сознание», всеобщие знания о них оказываются тогда интересными, важными, но все же периферическими темами и предметом философии. Но, с другой стороны, умножение, и как показывает история цивилизации и науки, совершенствование знания о бытии мало способствует решению коренных ценностных проблем человеческого существования.

Современное общество вряд ли стало мудрее своих предшественников, да и мудрецов, как всегда, — считанные единицы, ибо и в современных университетах их создать (выучить) невозможно. Как говорится: много званых, да мало избранных.

А. Чанышев в одной из своих последних работ «Введение в любомудрие»1, пытаясь в понимании предмета философии отстаивать древнее ее истолкование — любомудрие, рациональное учение об общих ценностях — насчитывает (различает) двадцать один вид мудрости: 1) агатологическую (учение о добре и зле); 2) айтиологическую (учение о причинах); 3) аксиологическую (учение о ценностях); 4) антропологическую (учение о человеке); 5) архэологическую (учение о начале, началах); 6) биотическую (житейскую); 7) гносеологическо-эпистемную (учение о знании); 8) диалектическую (умение вести диалог, обсуждение, спор); 9) криптологическую (учение о сокровенном знании); 10) логическую (учение о мышлении и его законах); 11) процессуальную (учение о процессах между началами и концами); 12) телеологическую (учение о целях); 13) теологическую (учение о богах и Боге); 14) теоретическую (учение об умственном постижении истины); 15) техническую (практическое искусство); 16) футурологическую (учение о будущем); 17) хюпокейменическую (учение о субстрате), 18) эмпирическую (учение об опыте); 19) эстетическую (айсхетическую) (учение о чувственно-прекрасном и безобразном); 20) эсхатологическую (учение о концах как противоположных «началам»); 21) этическую (учение о нравах).

При этом А. Чанышев отмечает одну очень важную тонкость: « философ (любомудр) любит не все мудрости (эмпирическая и техническая мудрости — дофилософичны, сокровенная — сверхфилософична, религиозная и житейская удовлетворяются также вне философии». Будучи учением об общих ценностях, регулирующих различные виды отношений между Я и не-Я, философия, тем не менее, всегда была далека от того, чтобы быть нормативной формой сознания, а тем более — нормативной базой правильного поведения. Это удел конкретных поведенческих наук (педагогики, психологии, прикладной этики и др.).

Философия же исходит из наличия у Я свободы воли, наделяя Я неотъемлемым правом выбора тех или иных ценностных ориентаций.

Человек самим своим существованием выделен из мира. Это вынуждает человека дифференцированно относиться к фактам своего бытия. Человек едва ли не постоянно находится в состоянии напряженности, которое он пытается разрешить ответом на знаменитый вопрос Сократа «Что есть благо?». Человека интересует не просто истина, которая представляла бы объект таким, каким он является сам по себе, а значение объекта для человека, для удовлетворения его потребностей. Индивид дифференцирует факты своей жизни по их значимости, дает им оценку, реализует ценностное отношение к миру. Общепризнанным фактом является различная оценка людьми, казалось бы, одних и тех же ситуаций. Вспомните притчу о строителях собора в Шартре. Первый считал, что он совершает трудную работу, и только. Второй сказал: «Зарабатываю хлеб семье». Третий промолвил с гордостью: «Я строю Шартрский собор!».

Ценностью является для человека все, что имеет для него определенную значимость, личностный или общественный смысл. Количественной характеристикой этого смысла является оценка, которая часто выражается в так называемых лингвистических переменных, т.е. без задания числовых функций. Чем занимается жюри на кинофестивалях и конкурсах красоты как не оценкой в лингвистических переменных.

Понятие ценностей отражает значимость тех или иных объективных явлений для жизни людей. Ценностное отношение формируется в процессе человеческой деятельности, где выделяют три вида производства: людей, вещей и идей.

Первой (и основной) ценностью является сам человек во всем многообразии его жизни и деятельности. Это представление возникло не сразу, а стало итогом довольно длительной эволюции общественного сознания. Убеждение, что каждый человек самоценен независимо от его возраста, пола, расы и нации, происхождения и т. п., возникало и укреплялось либо в сравнении человека с высшей ценностью (Боц Дух), либо в силу действия общих закономерностей жизни общества. Так, в буддизме равенство людей и признание их ценности происходило вследствие того, что все рожденное обречено на страдание и должно преодолеть его и обрести нирвану. В христианстве ценность человека усматривается в возможности искупления греховности и обретения вечной жизни во Христе, а в исламе ценность человека — в отдаче себя Аллаху и исполнении его воли.

Понятие ценности человека — универсальное и его нельзя сводить к «полезности» человека для общества. Ценность человеческой личности в определенном смысле выше всего того, что делает или говорит данный человек. Ее нельзя свести к труду или творчеству к признанию со сторона общества или группы людей. Как объективные критерии (плоды труда, акты творчества), так и их субъективная оценка со стороны современников грешат односторонностью. История многократно доказывает, что истинный масштаб и направленность деяний и помыслов многих личностей становится очевидными спустя много лет, а то и столетий. Ценность многих трудов исторических деятелей как бы непрерывно возрастает, в то же время немало примеров, когда время развенчивает дутые авторитеты.    

Ценностное отношение человека к миру и себе приводит к ценностным ориентациям личности. Для зрелой личности обычно характерны достаточно устойчивые ценностные ориентации. В силу этого пожилые люди часто медленно перестраиваются даже тогда, когда этого требуют исторические обстоятельства. Устойчивые ценностные ориентации приобретают характер норм, они определяют формы поведения членов данного общества. Ценностное отношение личности к себе и миру реализуется в эмоциях, воле, решимости, целеполагании, идеалотворчестве. Философское учение о ценностях называется аксиологией. В переводе с греческого «аксцос» означает «ценность».

Вторым феноменом мира ценностей являются вещи, производимые человеком на протяжении всего исторического пути. Мир вещей охватывает все — от древнейших пирамид до суперсовременных компьютеров и ускорителей, космических аппаратов и полимеров. Этот мир материальной культуры, созданный людьми для удовлетворения своих потребностей представляет как бы «неорганическое тело» человека, многократно усиливая его мощь, опредмечивая его способности и таланты. Вещественный мир стал «второй природой» человека и неслучайно ценностное отношение к нему является достаточно точным критерием ценности самого человека. Вопрос о соотношении ценности человека, его жизни, здоровья и его имущества всегда был центральным для любой мировоззренческой системы. Все религии сурово осуждают стремление к накоплению материальных ценностей, алчность.

Сущность проблемы ценности и оценки мира вещей состоит в том, чтобы уяснить пределы этого мира и его влияние на развитие человека. Очевидно, что люди не могут обходиться каким-то минимумом вещей, а идеалы аскетизма никогда не имели широкого распространения. Столь же очевидно, что нет и верхнего предела насыщения вещами, а их количество все умножается. Более того, одной из причин острого экологического кризиса является накопление отбросов человеческой цивилизации, которые не могут быть ею утилизированы (пластмассы, полимерные материалы и т. д.).

Духовные ценности — это своеобразный духовный капитал человечества, накопленный за тысячелетия, который не только не обесценивается, но и, как правило, возрастает. Природа духовных ценностей исследуется в теории ценностей (аксиологии), которая устанавливает соотношение ценностей с миром реальностей человеческой жизни. Речь идет прежде всего о моральных и эстетических ценностях. Они по Праву считаются высшими, ибо во многом определяют поведение человека в других системах ценностей.

Что касается моральных ценностей, то здесь основным является вопрос о соотношении добра и зла, природе счастья и справедливости, любви и ненависти, смысле жизни. В истории человечества было несколько сменяющих друг друга установок, отражающих разные системы ценностей.

С проблемой прав человека тесно связано понятие справедливости, суть которого — в выработке принципов, регулирующих распределение благ и обязанностей граждан, соответствие между деянием и воздаянием, преступлением и наказанием. Говоря о справедливости как принципе, перед которым должны быть все равны, следует подчеркнуть, что она не может быть нормативным идеалом, подобно «Божьей справедливости», реализуемой только в потустороннем мире. Достижение полной справедливости в нашем земном мире породило бы вопиющую несправедливость, ибо такое состояние исключало бы все проявления милосердия. Наиболее актуальна в практическом и теоретическом планах идея распределительной справедливости. Согласно ей, распределение может осуществляться в соответствии с-принципами: равенства, потребности, заслуг, продуктивности, усилий, профессиональной пригодности, достижений, способностей, социального ранга и статуса, спроса и предложения. В реальной действительности государству и обществу приходится постоянно разрешать проблему, которая формулируется как «фактор справедливости» — «люди отдают, чтобы получать».

<

Учение о ценностях (аксиология) не сразу стало достоянием философов, а лишь после того, как удалось развести понятия бытия и блага. Это произошло в философии Канта, который противопоставил сферу нравственности сфере природы, а практический разум — теоретическому разуму. Выделение феномена значимости бытия для человека и привело к философии ценностей с ее основным вопросом «А что, собственно есть ценность, в чем скрыты ее истоки?» Как обычно, поиск ответа на новый содержательный философский вопрос затянулся.

Одни философы видели источник ценности в субъекте, в воле, в чувстве, в особенностях трансцендентального субъекта. Неокантианцы обнаружили источник ценностей в разумной воле, обеспечивающей акты выбора. Брентано обвинял неокантианцев в интеллектуализации понятия ценностей и считал, что источником ценностей являются эмоциональные акты любви и ненависти.

Философы материалистического направления видели источник ценностей в не зависящих от субъекта реалиях, в материальных благах. Марксизм выдвинул на первый план ценности общественного порядка.

Часто проблему ценностей понимают в самом общем плане, тогда в качестве ценностей выступают истина, добро и красота. При большей детализации выделяют экономические, политические, эстетические, нравственные, религиозные ценности. Шелер считал, что ранг ценности тем выше, чем она долговечнее и чем большее удовлетворение она вызывает. В этой связи он ставил на первое место ценность приятного, связанного с удовлетворением чувственных наклонностей человека.

Учет проблематики ценности позволяет понять, что есть воля, эмоции, сомнение, вера, цель, идеал. Непосредственные переживания значимости явлений и ситуаций выступают как эмоции. Положительные эмоции – удовольствие, радость, восторг, любовь и т.п. Отрицательные эмоции – боязнь, испуг, страх, ненависть, горе и т.п. Эмоциональный мир человека очень сложен.

Среди разнообразных ценностных форм психики человека важнейшее значение имеет воля, сознательная саморегуляция субъектом своей деятельности, проявляющаяся как целеустремленность, решительность, самообладание. Для Канта и Фихте воля является источником осуществления нравственных принципов, основой практической деятельности человека. Для Шопенгауэра же, как и для Ницше, воля есть иррациональный импульс бытия, его саморазвертывания. Воля фактически выводится за пределы психики.

В мире ценностных ориентации человека непреходящее значение имеет вера, субъективный акт принятия чего-либо как истинного. Вере предшествует сомнение, которое переводится в веру в результате целого ряда психологических актов. Философы в отличие от теологов традиционно уделяют значительное внимание соотношению сомнения и веры. Религиозная вера обычно рассматривается как непосредственный результат откровения, она, мол, не нуждается в обосновании. Прогрессивный швейцарский теолог Карл Барт считал, что обоснование веры состоит в ней самой. Для философа Карла Ясперса философская вера — результат философствования.

Великий Декарт был вполне последовательным, когда рассматривал приверженность философов к сомнению как принципиальную черту успешного философствования. Прежде чем вслед за Лютером воскликнуть: «Я здесь стою и не могу иначе» философу необходимо провести определенную работу, прийти к убеждению. От веры — один шаг до уверенности, убежденности.

Кант справедливо подчеркивал, что вера не сводится к деятельности разума, о ней нельзя дать отчет исключительно на языке понятий. Вера — это эйдос. Вера есть некоторый смысл субъективного ориентирования человека в его предрасположенности к действию. Итак, вера — один из наиболее значимых феноменов духовной жизни человека.

Когда говорят о феномене веры, то часто утверждают, что он связан с невозможностью достаточных обоснований тех ценностных предположений, которые реализуются в вере. Здесь обоснование понимается чрезмерно узко, как нечто вроде рационального доказательства. Веру можно обосновать, но для этого придется привести не только рациональные, но и чувственно-эмоциональные доводы. Другое дело, что веру не надо связывать с абсолютной достоверностью, которая, как следует из анализа проблемы абсолютной истины, вряд ли достижима. Кант приводил в пример врача, который чаще всего лечит, не будучи абсолютно уверенным в достоверности своего диагноза. От всякого рода действий предохраняет не только отсутствие веры, а наоборот, ее присутствие, полновесность, полномасштабность тех актов, которые ведут к ней.

Без веры не обойтись. Эйнштейн как-то выразился в том смысле, что для него Бог — это вера в существование объективной реальности как независимой от человека. Казалось бы, кто-кто, а физик должен меньше других быть подверженным феномену веры: экспериментирую, мол, и делаю выводы. Но в том-то и дело — Эйнштейн прекрасно понимал и чувствовал это,— что физик, равно как и любой другой человек, верит, в частности, он верит в существование объективной реальности.

Вера — это тот мост, который связывает человека с миром. Это непременная характеристика личности, она требует веры в себя, веры, переходящей в уверенность в своих возможностях. На этот счет можно привести тысячи примеров — от выздоровления, казалось, безнадежно больных до превращения гадкого утенка в прекрасного лебедя (читай: заурядной личности в гения).

Вера как ценностный феномен имеет свои градации, на высшей ее отметке мы находим идеал. Проблематика идеалов пронизывает всю нашу жизнь, ее поверхностное прочтение приводило, приводит и, видимо, еще долго будет приводить к различного рода бедствиям.

Человек в силу своей способности связывать в цепи чувства, мысли, эйдосы продуктивного воображения создает образ желаемого результата. Это означает, что он осуществляет целеполага-ние. Цель есть регулятивная идея, образ требуемого будущего. Идеал — это признающийся максимально целостным образ (эйдос) желаемого будущего. Ясно, что содержание идеала зависит от жизненного опыта субъекта, степени его образованности, уровня культуры.

Немаловажное значение имеет устремленность идеала в будущее. Вплоть до XX в. классическая философская традиция устремляла идеал, впрочем, не вполне сознавая это, в бесконечно далекое будущее. Выработка идеалов была сопряжена с абстракциями, идеализациями и сильными переживаниями. Идеальное государство Платона, всемерная святость средневековья, универсальное эстетическое совершенство, эпохи Возрождения, всезнание науки Нового времени — все это идеалы, связанные с доведением положительной оценки того или иного явления человеческой жизни до предела.

Идеал — это отнюдь не просто конкретный образ конечного будущего, а совокупность направленных в будущее различных теоретических и других представлений, которые могут быть пересмотрены. Далеко не всегда идеал сводится к примату конечной цели. Примат конкретной конечной цели, особенно если она находится в туманном будущем,— путь к утопизму, о судьбе которого написаны и еще будут написаны тома. Мир утописта всегда разделен пополам, его мир — это черно-белый мир, мир забвения одних ценностей и выпячивания других. Одни утописты признают примат свободы, другие на это место ставят справедливость, третьи признают исключительно общественную собственность, четвертые, напротив, насаждают везде частную собственность.

2. НРАВСТВЕННЫЕ ЦЕННОСТИ И ПРИНЦИПЫ ГУМАНИЗМА В РАБОТЕ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫХ ОРГАНОВ

 

В настоящее время в Российской Федерации происходит становление, развитие и совершенствование правовой системы с позиции утверждения общечеловеческих ценностей, обеспечения и охраны законных прав и свобод человека и гражданина. В современном обществе остро стоит вопрос о соблюдении установленных прав, проявлении к человеку уважения, защите его чести и достоинства. Подобная постановка вопроса тесно взаимосвязана с гуманизмом, который, несмотря на всю его многогранность и многоаспектность, в сущности своей подразумевает ценность личности человека.

Правовое государство, на пути к которому стоит Российская Федерация, и подлинная демократия представляют собой критерий проверки, на сколько общество готово к возведению личности в категорию «высшей ценности государства». Становление демократического правового государства меняет основные подходы во взаимоотношении человека и государства, в котором приоритет должен принадлежать человеку.

Деятельность правоохранительных органов вызывает в обществе неоднозначную нравственную оценку. Эта неоднозначность вызвана тем, что деятельность правоохранительных органов связана с:

– ограничением прав и свобод личности;

– использованием специфических (конспиративных) средств и методов борьбы с преступностью;

– применением мер принуждения.

К тому же в ходе осуществления своей деятельности правоохранительных органов сталкиваются общественные и профессиональные интересы и потребности. Реализация профессионального интереса (наиболее эффективное решение задач правоохранительных органов) в определенных случаях сталкивается с интересами общества (соблюдение прав и свобод личности, интересов общества и государства). В этих случаях важно правильно соотнести между собой эти интересы, чтобы профессиональный интерес не был реализован за счет интересов тех, кому, собственно, и посвящается деятельность правоохранительных органов. Если профессиональный интерес становится довлеющим, он вступает в противоречие с общественным интересом. В этом случае общество начинает рассматривать правоохранительные органы не как своих защитников, а как чуждые ему государственные органы, использующие недопустимые с точки зрения общественной нравственности средства и методы деятельности.

Идеальное состояние в этих условиях – совпадение профессиональных потребностей и общественных требований. В частности, ставя перед правоохранительными органами задачу защиты жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств, общество должно предоставить им возможность использовать адекватные этой задаче средства и методы деятельности. Иначе говоря, необходимо найти такое сочетание общественных и профессиональных интересов, чтобы достичь поставленной цели наиболее адекватными средствами, когда, с одной стороны, общество признает допустимость использования этих средств, а с другой – эти средства являются достаточными и эффективными с точки зрения решения оперативно-розыскных задач.

В случае если такое сочетание не находится, возникает противоречие: либо защищать личность, общество и государство от преступных посягательств средствами, которые не санкционированы обществом, либо отказываться от достижения цели и тем самым давать возможность преступникам совершать противоправные деяния, за которые они не несут никакой ответственности, либо требовать от общества признания допустимости тех или иных действий в целях борьбы с преступностью.

Именно эти особенности правоохранительной деятельности обусловливают потребность в ее четком нормативном регулировании, с тем чтобы не перейти границу дозволенного и недозволенного, чтобы, стремясь к добру и справедливости, не сотворить зло. Наиболее тонким инструментом, позволяющим найти эту границу, является мораль, которая определяет поле возможного я допустимого при деятельности правоохранительных органов и, определив его, призывает на помощь право. Моральное регулирование деятельности правоохранительных органов становится таким образом, основой, на которой базируется правовое регулирование.
Другими словами, нормы правоохранительной Деятельности должны в полной мере располагаться в границах нравственности.

Использование средств и методов правоохранительной деятельности вызвано объективными потребностями борьбы с преступностью. Антиобщественный характер преступной деятельности изначально предполагает стремление правонарушителей скрыть свои преступные намерения, подготовку к совершению преступления, а нередко и само преступление, уйти от ответственности. При этом их деятельность носит, как правило, изощренный, жестокий характер, попирающий элементарные нормы человеческого общежития.

Для того чтобы защитить интересы законопослушных граждан, общества и государства, необходимо принимать соответствующие меры, позволяющие выявлять, предупреждать и пресекать преступления, привлекать к ответственности совершивших их лиц.

Борьба с противоправной деятельностью требует не только «нравственного негодования», но и конкретных действий. Эти действия должны исходить из реальных условий борьбы с преступностью. Как врач, который не ограничивается только словами сострадания, вынужден использовать средства лечения, нередко доставляющие больному неприятные ощущения и боль, так и оперативники вынуждены защищать людей, используя средства, не всегда удобные для общества, но необходимые для восстановления правопорядка и справедливости. Зги средства называются нравственно допустимыми. Они укладываются в рамки нравственности, но вследствие действия объективных обстоятельств не являются нравственно идеальными. Другими словами, говоря о нравственно допустимом характере правоохранительной деятельности, мы, не отрицая ее «нежелательных» сторон, тем не менее признаем ее моральной.

Как писал Г. Гегель, «суды, воины не только имеют право убивать людей, но это их долг, однако при этом точно определено, по отношению к какого типа людям и при каких обстоятельствах это дозволено и является долгом»1. Известный русский мыслитель И.А. Ильин, много внимания уделивший вопросу о «сопротивлении злу силою», предупреждал, что только лучшие люди способны на такую работу, не заражаясь ею. Они должны твердо знать, где, в чем и почему их деятельность отступает от заветов праведности, и допускать это не более, чем того требует необходимость борьбы со злом2. К сожалению, в истории правоохранительной деятельности немало примеров, когда, излечивая одну «болезнь», неумеренное употребление «лекарств» вызывало другую: желая оградить человека от преступной деятельности, ущемляли его личную свободу. Вот почему так важно верно определить меру допустимого поведения в каждой конкретной ситуации.

Правовые нормы и оперативная практика предлагают ряд критериев, в соответствии с которыми можно найти ту грань, за пределами которой добро превращается в зло, благая цель защиты общества от правонарушений, становясь самоцелью, наносит ему ущерб. В качестве таких критериев следует назвать:

– необходимость использования именно данных средств и проведения именно данной правоохранительной деятельности либо возможность получения необходимого результата с помощью других средств;

– предполагаемые материальные и духовные последствия проведения тех или иных правоохранительных мероприятий;

– степень общественной опасности преступления и преступника.

В повседневной жизни нередко при принятии решения или при определении ответственности за те или иные действия ограничиваются учетом лишь прямых последствий, что зачастую приводит к ошибке, так как при этом не принимаются во внимание побочные последствия этих действий, которые могут иметь, возможно, большее значение, чем прямые. К таким побочным следует отнести те последствия, которые либо не связаны непосредственно с полученным результатом, но влияют на последующие действия субъекта (например, безнаказанность при совершении противоправного поступка оперативником оказывает влияние на правосознание нарушителя закона, провоцирует на совершение других подобных поступков), либо имеют значение для тех членов общества, которых этот результат непосредственно не касается, но чьи интересы он затрагивает.

Нравственные последствия обладают той особенностью, что внешне, казалось бы, бесполезные, неэффективные, не имеющие непосредственной практической ценности поступки приобретают высокое социальное значение. Поэтому для принятия правильного решения о нравственной допустимости тех или иных правоохранительных мероприятий в расчет должна приниматься вся совокупность положительных и отрицательных влияний этих действий как на поведение и судьбы людей, так и на их сознание.

Таким образом, нравственно допустимыми то или иное правоохранительное мероприятие могут считаться в том случае, если их проведение или использование повлекло за собой меньшие физические, нравственные, материальные и иные издержки, нежели его отсутствие (несовершение), или иначе, если положительный результат, достигнутый с помощью данного правоохранительного мероприятия, окажется по своему значению выше, чем ущерб, нанесенный им. Особо следует подчеркнуть, что, во-первых, речь идет не о прагматичном подходе (что эффективно, то и нравственно допустимо), а, если можно так выразиться, о подходе с точки зрения нравственной необходимости, т.е. нравственно «окрашенной» эффективности. Во-вторых, эта нравственная эффективность учитывает как прямые, непосредственные последствия проведения того или иного оперативно-технического мероприятия, так и опосредованные, отдаленные последствия (влияние на моральное состояние, последующее поведение людей, проводивших эти мероприятия, и т.п.).

 

 

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

В настоящее время в российском обществе происходит определённая «переоценка ценностей». Вместо прежней системы ценностей, развиваемой в социалистическом обществе, утверждается новая система. Однако эти процессы протекают противоречиво, когда вместе с действительными общечеловеческими моральными ценностями начинают насаждаться и ложные «псевдоценности». Наряду с ростом внимания части населения к морали и религии, происходит рост преступности, нигилизма.

Современная Россия приобщается к глобальной экономике, вступает в мировой рынок, где действуют определённые нравственные нормы хозяйственной этики.

Природными началами морали предстают врождённые нравственные чувства и, прежде всего, чувства совести, сострадания, любви, долга, благоговения.

Но в человеке есть много и иных моральных чувств, в том числе и отрицательных, таких как чувство злобы, ненависти, зависти и др. Они отчасти социальные, но отчасти и врожденные.

Ценности являются одним из основных структурных элементов морали. Моральными ценностями считаются ценности добра и зла, как то: благо, справедливость, свобода, насилие, достоинство, честь, любовь, ненависть и др. Ценности изучает особая философская дисциплина аксиология. Несмотря на то, что понятие ценности применялось в обыденном и в научном языках с древности, оно стало философской категорией только во второй половине XIX века благодаря работам Германа Лотце, а на рубеже XIX-XX веков оформляется уже отдельная научная, философская дисциплина — аксиология.

Ценность есть особое качество, которое связано с объектами и субъектами, и характеризует их единственность, единство, их место во всеобщей взаимосвязи. Моральные ценности соответственно определяются как особые свойства объектов и субъектов, характеризующие их единственность, единство, их место в мире с точки зрения добра и зла.

Ценность есть специфическое существенное метакачество реальных объектов и субъектов. Мораль с этой точки зрения включает в себя систему определённых ценностей, специфический ценностный «срез» бытия. Нравственность как она функционирует в обществе, в человеке не сводима, конечно, к ценностям, ценности предстают одной их четырёх основных её подсистем: системы нравственного сознания, действий, отношений, ценностей.

К числу природных основ морали можно отнести и те моральные ценности, которые человек обнаруживает в природе и которые составляют её определённую моральность. В природе существует некоторая предрасположенность к добру, к благу, хотя есть и природное зло. И человеку важно видеть это естественное добро, которое осознаётся за каждой тварью и поступать в соответствии с данным сознанием.

Очень важную роль в морали играют нравственные чувства. К нравственным чувствам относятся чувства любви, сострадания, благоговения, стыда, совести, ненависти, злобы и др. Нравственные чувства отчасти являются врождёнными, т.е. присущими человеку от рождения, данные ему самой природой, а отчасти они социализуемы, воспитуемы. Уровень развития нравственных чувств субъекта характеризует нравственную культуру данного субъекта. Нравственные чувства человека должны быть обострёнными, чутко и правильно реагирующими на происходящее.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

 

  1. Бушуев А.М. Философия. Академия управления МВД России. Московский университет МВД. М., 2004.
  2. Гегель Г. Философия права. М., 1990.
  3. Ильин И.А. Путь к очевидности. М., 1993.
  4. Несмеенов Е. Е. Основы философии в вопросах и ответах, М., 2005.
  5. Спиркин А.Г. Философия. М., 2004.
  6. Пуанкаре А. О науке. М., 1983
  7. Шуртаков К.П. Мировоззрение и методы его формирования. Казань, 1989.
  8. Философия / Под ред. В.Н.Лавриненко. М., 2007.
  9. Философия / Под ред. О.А. Митрошенкова. М., 2004.
  10. Чанышев А. Введение в любомудрие. М., 2000.

     

     


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 0.95MB/0.00163 sec

WordPress: 22.8MB | MySQL:119 | 1,475sec