ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ

<

012015 1556 1 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙXX век ушел с исторической арены, продемонстрировав возрастание динамики социальной жизни, потрясая наше воображение глубинными переменами во всех структурах политики, экономики, культуры. Человечество потеряло веру в возможность обустройства планеты, предполагающего устранение нищеты, голода, преступности. Цель — превратить нашу Землю в общечеловеческий дом, где каждому найдется достойное место под солнцем, где судьба каждого станет болью и заботой общества, — давно перешла в разряд утопий и фантазий. Неопределенность и альтернативность исторического развития человечества поставила его перед выбором, принудив оглядеться и задуматься над тем, что же происходит в мире и с людьми.

В этой ситуации проблемы мировоззренческой ориентации человека, осознание им своего места и роли в обществе, цели и смысла социальной и личной активности, ответственности за свои поступки и выбор форм и направлений своей деятельности становятся главными.

В становлении и формировании духовной культуры человека философия всегда играла особую роль, связанную с ее многовековым опытом критически-рефлексивного размышления над. глубинными ценностями и жизненными ориентациями. Философы во все-времена и эпохи брали на себя функцию прояснения проблем бытия человека, каждый раз заново ставя вопрос о том, что такое человек, как ему следует жить, на что ориентироваться, как вести себя в периоды кризисов культуры.

В данной работе будет рассмотрена тема «Причина. Принцип детерминизма как идеал науки. Причина, повод, условия».

В качестве теоретической основы работы выступили труды таких авторов как Алексеев П.Л., Гегель Г.Д., Гейне Г., Кузнецов И.В., овчинников Н.Ф., Перминов В.Я., Руткевич М.Л., Свечников Г.Л., Спиркин А.Т., Тимирязев К.А. и др.

1.1. Противоречивость бытия как самопричина его изменения

 

Каждое из явлений, будучи лишь относительно отдельным звеном бесконечной цепи взаимосвязей, обладает самостоятельностью только частично, имеет ограниченный срок существования от момента порождения другими явлениями до исчезновения в общем потоке взаимопревращений, порождая за время своего существования и иные явления. Так вот, то явление, которое порождает новые явления, называется причиной, а порожденные им явления — его следствием. Сама же связь порождения исходными явлениями (одним или несколькими) других явлений называется причинно-следственной связью. Порожденные новые явления-следствия в ином виде продолжают существование предшествующих и породивших их явлений-причин, а вместе с тем продолжают в данном месте пространства и времени существование и всей субстанции-системы, которая, выступая самопричиной самой себя, оказывается в конечном счете причиной каждого относительно отдельного своего проявления в виде того или иного индивидуального объекта.

Каждый такой объект представляет по отношению к субстанции ее собственную, внутреннюю противоположность, выражает тем самым ее противоречивость, которая служит иным обозначением ее самопричинности, самообусловленности и самопорожденности именно как безначального и бесконечного процесса движения, изменения, развития. Гегель говорил об этом так: противоречие—корень, источник всякого движения, противоречие движет миром1. В советской литературе подчеркивалось, что на вопрос об источнике, причине изменения вообще дает ответ закон единства и борьбы противоположностей, устанавливающий динамичный способ существования противоречия как непрестанного противоборства взаимопроникновения и взаимоисключения образующих его противоположностей. Противоположности не могут ни слиться, полностью совпасть друг с другом, ни оторваться друг от друга, стать совершенно независимыми друг от друга. Вечное противоборство этих тенденций обусловливает бесконечное изменение противоречия, переход его из одной формы существования в другую. В этом смысле центральный закон диалектики раскрывает общую причину всякого движения, изменения, развития. Применительно к отдельным процессам общее диалектическое учение о противоречивости бытия как самопричине его изменения конкретизируется в диалектическую же трактовку причинно-следственных связей.

 

1.2. Причина и следствие

 

Бурное развитие естествознания в XX в. обусловило большое внимание ученых к проблеме причинности, которой посвящено множество специальных исследований. Мы же отметим самое основное. Причина не просто предшествует следствию во времени, а порождает его. «После этого» вовсе не значит «по причине этого». В объективных процессах порождения следствия причиной всегда происходит перенос вещества (массы), энергии и информации. Этот пространственно-временной процесс длится в одних случаях почти неуловимые мгновения, в других – сотни, тысячи и более лет. Причина по времени обязательно предшествует следствию, что означает временную асимметрию причинно-следственной связи, ее необратимость.

Основанием философского детерминизма является учение о причинной обусловленности всех явлений. Причинная связь или причинное отношение является отношением между двумя явлениями, событиями, одно из которых выступает в качестве причины, а другое в качестве следствия. В самом общем виде отношение причинения можно определить как такую генетическую связь между явлениями, при которой одно явление, называемое причиной, при наличии определенных условий с необходимостью порождает, вызывает к жизни другое явление, называемое следствием.

За признанием всеобщности причинности в силу его субстанционального характера стоит старая философская максима: «Ничто не может возникнуть из ничего или превратиться в ничто».

Причину и следствие нельзя переставить местами во времени. Причиной может быть как одностороннее воздействие одного тела на другое (механический толчок, например), так и взаимодействие двух и более объектов (причиной зарождения, например, эмбриона служит слияние мужской и женской клеток). Понятно, что каждое явление в разных процессах может выступать в роли причины и в роли следствия.

Если причина продолжает существовать и после порождения ею следствия, то между ними может возникнуть взаимодействие с прямой и обратной связью, влияниями друг на друга, с новыми цепями причинения. Беспричинных явлений нет, что следует из всеобщности взаимосвязи явлений, их взаимной обусловленности. Ничто не может возникнуть из ничего или превратиться в ничто. Беспричинное событие так же невозможно, как и нарушение закона сохранения и превращения энергии, других естественнонаучных законов сохранения тех или иных свойств движущейся материи. Запрет беспричинных явлений — это другое выражение всеобщности принципа причинности, утверждающего, что все имеет свою причину.

 

1.3. Причина, условие и повод

 

Различают причину, условие и повод. Причина порождает следствие только при наличии необходимых условий. Условия — это такие факторы, которые влияют на действие причины, усиливая или ослабляя, ускоряя или замедляя процесс порождения следствия причиной, но сами по себе не порождают его. Зерно прорастает только в благоприятных условиях, но производящее, порождающее начало заложено именно в зерне, а не в почве, влаге и т. п. Конечно, различие между причиной и условием относительно. Условие при наличии собственно причины данного следствия можно считать неглавной, второстепенной причиной. Поэтому вводится понятие полной причины, охватывающей совокупность всех обстоятельств, факторов, при которых следствие наступает с необходимостью1. Но в этой совокупности принадлежит собственно причине называемой специфицирующей причиной, которая и является генетическим источником, порождающим следствие и определяющим его качественное своеобразие, специфичность; (пшеница может вырасти только из пшеничного зерна, кош ка родиться только от кошки и т. п.).

Нередко причину, главное порождающее начало в данном процессе, подменяют каким-либо второстепенным и случайным событием. В этой связи надо различать причину и повод — событие, подталкивающее причину, побуждающее ее к началу порождения следствия. Повод — это один из последних импульсов, запускающий в действие процесс порождения причиной следствия. Без наличия причины и основных условий протекания Данного процесса не находится и поводов для его начала. И, наоборот, когда причина созрела, повод всегда найдется. Повод — это та последняя капля, которая прерывает плавное нарастание процесса и дает начало цепной реакции, проявляющейся в виде взрыва. Звуковое колебание воздуха от падения камня или выстрела в горах вызывает сход снежной лавины. Здесь звук — лишь повод, а причина — накопление критической массы снега. В политике же, как внутренней, так и внешней, поводы тех или иных действий создаются специально заинтересованными силами (партиями, государствами). Таков поджог рейхстага немецкими фашистами, инсценированный ими для прихода к власти. Современный империализм использовал специально организованное сепаратистское движение албанцев в Косово для жестокой агрессии против Югославии с целью превращения ее территории в военный плацдарм США и НАТО.

2. ПРИЧИННОСТЬ И ДЕТЕРМИНИЗМ ЯВЛЕНИЙ

 

2.1. Причинность, функциональность и связь состояний

 

Причинность — важнейший, но не единственный вид объективной взаимообусловленности явлений. Причинно-следственная связь — лишь одна из частичек универсальной, всеобщей взаимосвязи явлений. Познание причин раскрывает источник возникновения и существования отдельных объектов. Наряду с причинностью выделяется функциональная взаимосвязь между явлениями, каждое из которых попеременно может рассматриваться как функция другого, не будучи причиной друг друга. День и ночь, времена года сменяют друг друга, находятся тем самым в функциональной зависимости, будучи взаимосвязанными следствиями одной и той же причины — вращения Земли вокруг своей оси или ее вращения вокруг Солнца. Функционально связанные величины не объясняют, а лишь сопровождают друг друга. В функциональной зависимости явлений нет временной необратимости: они либо одновременно сосуществуют, либо сменяют друг друга по кругу. Многие законы науки выражают именно функциональные связи между объектами и их свойствами: закон Ома V = JR, связывающий напряжение, силу тока и сопротивление проводника, закон Эйнштейна Е = mс2, устанавливающий количественное выражение энергии через массу и наоборот и т. п. Многие стороны общественной жизни людей функционально взаимосвязаны, будучи одновременным порождением глубинных, прежде всего экономических процессов.

Установление функциональных связей не тождественно раскрытию причин явления, но объективно способствует этому, приближая познание их причин.

Непричинным видом обусловленности явлений справедливо считается связь состояний объектов, закономерно, в определенном порядке следующих друг за другом. Младенчество, детство, отрочество, юность, зрелость, старость следуют друг за другом как закономерные состояния человека, но предшествующие из них не могут считаться причиной последующих. Специально этот вид зависимости исследовал Г.А. Свечников: «Познание причины отвечает на вопрос об источнике движения, изменения вещи, почему произошло явление. Познание же связи состояний описывает лишь результат движения. Причинность объясняет явление, связь состояний описывает ход его изменения»1. Важно подчеркнуть, что «непричинный» не значит «беспричинный». Все имеет свою причину, в том числе и функциональные связи, и связи состояний. Просто имеется в виду, что многообразие связей и отношений явлений не исчерпывается лишь связями причины и следствия.

Утверждение о всеобщем характере причинной обусловленности явлений обычно называется принципом причинности. Возможны различные его формулировки. К примеру: « Всякое изменение в состоянии какого бы то ни было материального тела может быть вызвано только материальным воздействием, определенным материальным процессом».

Хотя принцип причинности и не исчерпывает концепции детерминизма, он составляет его основу. (Те же функциональные зависимости, как, к примеру, день и ночь, радиус круга и его площадь, имеют своим основанием определенную причину).

Имеются следующие виды цепей причинения (материал дается по работам В.Г. Борзенкова, В.П. Бранского, М. Бунге, И.В. Кузнецова);

1) Однолинейные цепи причинения. В них одно и то же явление выступает и причиной, и следствием, причиной в одном отношении и следствием в другом:

 

…A à B à C à D…

 

<

    Для них характерна пространственно-временная смежность и транзитивность (если в алгебре a=b, a b=c, то a=c; здесь же B, будучи причиной С, а С – причиной D, хотя и не непосредственной, но опосредованной причиной D).

2) Цепи причинения двулинейные с обратной связью. Пример – работа холодильника. С повышением температуры внутри холодильника срабатывает терморегулятор, включающий холодильную установку, которая приводит температуру к нужной величине.

 

012015 1556 2 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ

 

012015 1556 3 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 4 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 5 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 6 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ

 

012015 1556 7 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ

012015 1556 8 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 9 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ

012015 1556 10 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 11 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ

 

 

Определение: Материальные системы, в цепях причинения которых перенос вещества, энергии и информации от следствия к причине имеет существенное значение для функционирования системы в целом, называется системами с обратной связью.

3) Разветвляющиеся цепи причинения.

    Пример: разброс попаданий в мишень при стрельбе из мелкокалиберной винтовки; причины вроде бы одинаковые и кажется, будто нарушается закон причинности.

012015 1556 12 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 13 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ                    С    С

012015 1556 14 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 15 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 16 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 17 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 18 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 19 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ    A        B        D    D        B        F

                    E    E

 

    Однако, учет условий дает представление о таких явлениях как составленных из нескольких однолинейных цепей, «наложенных» друг на друга; закон причинности здесь соблюдается.

    Совокупность однолинейных, двулинейных и разветвляющихся цепей причинения может дать сеть причинения.

    Причинная сеть – это такое отношение между объективно существующими явлениями, в котором каждое из них многократно (но в разных отношениях) выступает и причиной и следствием.

012015 1556 20 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 21 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 22 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ    

 

 

012015 1556 23 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 24 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 25 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ            B1        C1        D1

 

012015 1556 26 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 27 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 28 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 29 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 30 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 31 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 32 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ            A        B        C

 

012015 1556 33 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 34 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ012015 1556 35 ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЯВЛЕНИЙ            B2        C2        D2

    

 

Причинная сеть может образовывать замкнутый в себе причинный комплекс (тело, вещь, систему и пр.), способный в свою очередь на новом уровне отношений выступать как причина.

    Итак, основой казуальной детерминации является элементарная причинно-следственная связь; причинные связи образуют причинные цепи; цепи причинения могут формировать причинные сети; причинные сети могут формировать причинные комплексы, которые, в свою очередь, могут выступать в качестве одной причины на новом структурном уровне организации материи. Существует бесконечная иерархия причинных отношений.

 

2.3 Причинность, детерминизм и индетерминизм

 

С учетом многообразия видов объективной взаимообусловленности явлений наряду с принципом причинности в философии и науке введен также принцип детерминизма, утверждающий, что все в мире существует не по чьему-либо произволу, а в соответствии с объективными законами и закономерностями, не беспорядочно, а в рамках определенного порядка, выражаемого совокупностью законов науки и философии. Сказать, что все в мире детерминировано — значит сказать, что все имеет не только свою причину, но так или иначе обусловлено как самим собой, так и всеми другими явлениями, всем бытием. Индетерминизм, напротив, выражается в отрицании объективной обусловленности явлений, закономерности, определенной упорядоченности их существования. Особенно энергичны и типичны нападки индетерминистов на принцип причинности, что служит своего рода отрицательным выражением фундаментальной значимости этого принципа.

Индетерминисты используют трудности истолкования открытий современной науки. Так, в квантовой механике В. Гейзенбергом установлено соотношение неопределенностей

∆р•∆q ≥ h,

где ∆р есть неопределенность в определении импульса частицы,

∆q — неопределенность определения ее координаты,

h — постоянная Планка (очень малая величина, меньше которой не может быть произведение ∆р•∆q). Данное соотношение означает, что либо мы можем точно определить импульс (и тем самым причину состояния) частицы, либо координату, но ни то, ни другое вместе. Отсюда один из создателей квантовой физики Н. Бор сделал вывод о несовместимости принципов квантовой механики с принципом причинности (в последующем он частично пересмотрел свои взгляды). Как показали многие физики и философы, соотношение неопределенностей свидетельствует не о «свободе воли» элементарных частиц, а об ограниченной возможности применения понятий, выработанных классической механикой, при познании микромира1. Ведь электроны и другие элементарные частицы обладают и корпускулярными, и волновыми свойствами, будучи прерывными и непрерывными одновременно. Советский философ М.Н. Руткевич отмечает: «Реальная трудность (кстати сказать, до сих пор неразрешенная) состояла в том, как связать причинность в статистическом процессе (которую ни один ученый-физик не отвергает применительно к микромиру) с причинностью в поведении отдельной микрочастицы»2.

Так, «мы не знаем, в какой момент какое из ядер радиоактивного элемента распадется, хотя знаем, что за период полураспада ровно половина ядер постигнет эта участь»1.

Решающая роль в познании причинно-следственных связей, в обосновании детерминизма и опровержении индетерминизма принадлежит практике, нашей способности воспроизводить те или иные причинные связи, внося в них контролируемые нами изменения. Ф. Энгельс писал: «Если мы
вложим в ружье капсуль, заряд и пулю, а затем выстрелим, то мы рассчитываем на заранее известный по опыту эффект… И здесь скептик уже не вправе утверждать, что из прошлого опыта не следует, будто и в следующий раз повторится то же самое. Действительно, иногда случается, что не повторяется того же самого, что капсюль или порох отказываются служить, что ствол ружья разрывается и т. д. Но именно это доказывает причинность, а не опровергает ее, ибо для каждого подобного отклонения от правила мы можем, произведя соответствующее исследование, найти его причину:
химическое разложение капсюльного ударного состава, сырость и т. д. пороха, поврежденность ствола и т. д., так что здесь производится, так сказать, двойная проверка причинности»2.    

 

 

2.4. Причинность и принцип несотворимости и неуничтожимости материи как субстанции-системы

 

В главах о всеобщем и отдельном, о субстанции специально обосновывался вывод, что единый и вместе с тем многообразный по своим проявлениям мир может быть только самоизменяющимся, самопричинным, самообусловленным. Люди живут в определенной части мира и достоверно знают о таких свойствах среды своего обитания, из которых с логической неумолимостью следует, что весь мир не имеет начала и не будет иметь конца. Поэтому ничего внешнего по отношению к такому миру не может быть. Другими словами, для всей движущейся материи нет и не может быть никаких внешних причин. Они исключены объективными законами бытия — как собственно философскими, общедиалектическими, так и естественнонаучными (законом сохранения и превращения энергии, многочисленными прочими законами сохранения свойств движущейся материи). Постановка вопроса о внешних по отношению ко всему бытию причинах выходит за пределы естественного, есть допущение чего-то противоестественного.

Вместе с тем нельзя упускать из виду, что «каузальность есть лишь одно из определений универсальной связи»1, что «всесторонность и всеобъемлющий характер мировой связи» «лишь односторонне, отрывочно и неполно выражается каузальностью»2. Ко всему миру, бытию вообще понятие причины как явления, которое не только порождает следствие, но и может быть отделено от него в пространстве и времени, неприменимо. Здесь оно должно быть заменено понятием субстанции как самопричины, не имеющей толчка извне или начала во времени и пространстве. Бесконечную субстанцию как самопричину со всякой частной причиной роднит момент порождения или нового. Но если частные причины (т. е. причины в собственном смысле) возникают и исчезают и могут рассматриваться внешними по отношению друг к другу, то всеобщая субстанция, постоянно порождая все новые и новые явления как свои же собственные, внутренние части, остается одним и тем же миром, охватывающим и включающим в себя все существующие. Поэтому по отношению к миру, бытию вообще излишен и объективно невозможен вопрос о его начале, о внешних причинах его бытия, о других (принципиально других) мирах.

Как видим, понятие самопричины, применимое к Природе как субстанции, — это другое понятие, чем обычное понятие причины, содержанием которого является связь порождения одних явлений другими явлениями, генетическая связь между разными объектами, между разными системами. Указанные общие положения достаточно просты, но имеют существенное мировоззренческое и методологическое значение.

Покажем это на примере недавней публикации Н.Ф. Овчинникова «Частицы и Космос (к проблеме начала)»1, в которой в духе современного плюрализма наряду с научно-космологическими положениями происхождения Космоса (в смысле известной науке части мира) рассматривается и теологическая концепция сотворения Космоса (в смысле Природы, мира в целом) Высшим Разумом. Автор пишет, что субъективно он «готов принять любые ответы на вопрос о происхождении Космоса и попытаться осмыслить их — и теологические, и космологические ответы»2, но объективные, достоверно установленные физикой законы сохранения (особенно закон сохранения симметрии), утверждающие вывод о вечности Космоса, вынуждают его «усомниться в обоснованности вопроса о происхождении Космоса»3, значит, и его сотворении кем-либо. В этом надо полностью согласиться с Н.Ф. Овчинниковым, вот уже полстолетия плодотворно исследующим открытые физикой законы сохранения материи.

Но глубинный-то корень зла автор ошибочно усматривает не в познавательных трудностях или мировоззренческих, социально-психологических установках и т. п., а в самом по себе принципе причинности. Автор прямо противопоставляет «принципы сохранения симметрии, равно как структурный и системный подходы», без которых не обойтись «в глубинных и решающих проблемах науки», принципу причинности, который в современной науке якобы «отходит на периферию познавательного процесса»4. Увлеченный сохранностью, устойчивостью природы, автор незаметно для себя отрывает этот момент бытия от его изменчивости, от его существования через их порождение и уничтожение, через их причинно-следственные связи. Поэтому мысль о вечности Космоса как бытия вообще он легко отождествляет с мыслью о неизменности и его отдельных проявлений: «нет смысла решать проблему происхождения жизни. Более плодотворным в познавательном отношении будет принять принцип вечности жизни: несотворимости ее, хотя, возможно, и уничтожимости в отдельных областях Космоса, в том числе и на нашей Земле — нашими собственными неразумными действиями» 1.

Н.Ф. Овчинников прав, увязывая проблемы происхождения каких-либо систем с поисками причин, их породивших. Однако постановку этих проблем он выводит из привычки искать причины, поэтому решает отказаться от понятия причины, требующего раскрытия процессов возникновения и исчезновения систем, снять, таким образом, проблемы их происхождения, все вечно существующим, принципиально не возникающим, а лишь перемещающимся из одного места Вселенной в другое. В данном случае с автором можно согласиться только по отношению к Вселенной (бытию вообще), которая действительно не имеет начала и к которой действительно неприменимо обычное понятие причины, имеющее смысл только для конечных систем. Но Н.Ф. Овчинников упустил из вида принципиальное отличие бесконечной Вселенной от каждой ее части, так или иначе ограниченной количественно и качественно.

Н.Ф. Овчинников как неопровержимо доказанное утверждает, что «квантовая механика продемонстрировала ограниченность применимости принципа причинности при исследовании микропроцессов»2. Конечно, наряду с причинными есть и непричинные отношения (те же самые структурные связи и отношения, законы сохранения), но нет беспричинных явлений. Причем будучи одним из видов связей между явлениями причинно-следственные связи лежат в основе всех других их взаимосвязей. В соответствии с этим и принцип причинности лежит в фундаменте всего научного познания, всех других принципов и законов науки. В частности, именно принцип причинности лежит в основе и принципа сохранения материи, ее движения, энергии, симметрии и других ее свойств. Невозможность беспричинных явлений есть одновременно невозможность возникновения бытия из абсолютного небытия и превращения бытия в абсолютное ничто, что было бы нарушением как принципа причинности, так и принципа сохранения бытия.

Показательна в этом отношении история с открытием нейтрино — одной удивительной микрочастицы. В 30-е годы XX в. физики столкнулись как будто с нарушением одновременно и закона сохранения энергии, и принципа причинности при β-распаде — радиоактивном распаде атомных ядер, сопровождающемся испусканием электронов. Эти электроны обладали самыми различными значениями энергии. Возникал вопрос: куда девается часть энергии, когда электрон, возникающий при β-распаде, уносит с собой только часть отдаваемой атомом энергии? Не зная ответа, некоторые физики поторопились заявить о беспричинном нарушении закона сохранения энергии. В отличие от них швейцарский физик В. Паули выдвинул в 1931 г. гипотезу, что недостающую часть энергии уносит какая-то другая частица, возникающая в данном радиоактивном процессе. Этой частицей и оказалось нейтрино, существование которого позже подтвердили физики-экспериментаторы. Тем самым была восстановлена незыблемость и принципа причинности, и закона сохранения энергии1.

Если мифология и религия допускают абсолютный, ничем не ограниченный произвол чудотворных героев и богов, которые могут превращать все во всё, и соединять все и единое целое, и полностью разделять одно от другого, то научно-философский принцип всеобщей взаимосвязи явлений устанавливает определенный порядок, который ничто не может нарушить. Одним из его проявлений выступает принцип причинности, исключающий произвольный характер связи между причиной и следствием. Последовательные переходы от причин к следствиям характеризуются пространственной и временной непрерывностью, переносом материи и движения при полном их сохранении, повторяемостью структуры в звеньях этих переходов, необратимостью и другими закономерностями1. Именно поэтому принцип причинности лежит в основе научного познания, именно поэтому он несовместим с мифологией и религией, допускающими произвольный переход от небытия к бытию, от бытия к пустоте, полному его отсутствию.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

3. ПРИЧИННОСТЬ, ЦЕЛЬ И ЦЕЛЕСООБРАЗНОСТЬ

 

Важное мировоззренческое и методологическое значение имеет вопрос о соотношении причинности, цели и целесообразности. Цель — это мысленное предвосхищение конечного результата деятельности, ради достижения которого вырабатывается соответствующая программа действий и осуществляется сама эта деятельность. Цель — это предвидимое и желаемое будущее, которое в настоящее время существует лишь в сознании человека в виде мысленного образа. В строгом смысле цели формулируются лишь человеком, и только его деятельность может быть сознательно направленной на определенную цель, точнее — целеполагающей и целенаправленной. Люди формулируют цели исходя из своих природных и общественных потребностей и интересов. Будучи сформулированной, цель становится исходным пунктом определенной деятельности людей и тем самым ее причиной. Поэтому применительно к человеку и обществу вполне можно говорить о целевой детерминации его деятельности и жизни в целом.

Целесообразность — более широкое понятие, применимое помимо человека ко всем живым организмам, их сообществам (популяциям, видам, биоценозам, биогеоценозам) и всей биосфере в целом, т. е. системам, включающим в себя жизнь вместе с неорганической средой обитания. Все экологические системы в большей или меньшей степени проявляют целесообразность своей структуры и функционирования. Целесообразность присуща также созданным человеком техническим устройствам для выполнения определенных функций, достижения поставленных целей. Целесообразность — это соответствие структуры системы ее функциям, согласованность действий элементов системы, их направленность на достижение конечного результата функционирования системы. Большое значение в обеспечении целесообразного поведения живой или технической системы имеют обратные связи, обратные воздействия промежуточных следствий на породившие их причины, регулирующие взаимодействия элементов системы и ее самой с окружающей средой так, чтобы изменения системы были направлены на достижение определенного состояния как результата всех этих взаимодействий. В этом смысле говорят об обратном воздействии конечного эффекта, результата процесса на его исходные и промежуточные этапы, а целесообразность представляется как обусловленность процессов их конечным результатом.

Дарвинизм объяснял органическую целесообразность как приспособленность организмов, соответствие их структуры и функций условиям их существования, как результат и одну из форм проявления причинности в живой природе. Русский биолог К.А. Тимирязев подчеркивал: «Сохраняя старое слово— целесообразность, мы придаем ему новый смысл. Не в виду, не в ожидании пользы созидались все эти совершенные органы и целые организмы, а сама польза создала их. Вместо предполагаемой цели мы имеем действительную причину»1.

И в ходе тысячелетий, и вплоть до нашего времени для мифологии, религии, философии и науки характерен антропоморфный подход, т. е. свойства человека и живой природы переносились на природу в целом. Продолжает свое дело и телеология — религиозно-идеалистическое учение» постулирующее, что в природе все устроено целесообразно и направляется «конечной причиной» — causa finalis фактически Богом, божественным разумом. Немецкий поэт, XIX в. Г. Гейне со свойственной ему иронией рассказывал о беседе с увлеченным сторонником телеологии: «Он обратил… мое внимание на целесообразность и полезность всего в природе. Деревья зелены потому, что зеленый цвет полезен для глаз. Я согласился с ним и добавил, что Бог сотворил рогатый скот потому, что говяжий бульон подкрепляет человека; что ослов он сотворил затем, чтобы они служили людям для сравнений, а самого человека он сотворил, чтобы он питался говяжьим бульоном и не был ослом. Спутник мой пришел в восхищение, найдя во мне единомышленника, лицо его расцвело еще радостнее, прощаясь со мной, он растрогался»1.

А.Г. Спиркин усиливает эту критику, опираясь на строго научный анализ органической целесообразности, сделанный К.А. Тимирязевым: «Отбор без отбирающего лица, самодействующий, слепой и безжалостный, работающий без устали и перерыва, в течение несметных веков отбирающий одинаково и крупные внешние Особенности, и самые ничтожные подробности внутреннего строения — под одним только условием, чтоб они были полезны для организма; естественный отбор — вот причина совершенства органического мира; время и смерть — вот регуляторы его гармонии»2. Думается, что здесь А. Г. Спиркин привел весьма сильные аргументы и против своего собственного рассуждения, говоря о себе следующее: «Автор этой книги исходит из того, что материальное и духовное — это совечно единое сущее. Вне этого принципа мы не можем понять смысл сущего, его регулятивные принципы, объективную целесообразность и гармонию в мироздании. В рамках только материализма мы в принципе не в состоянии ответить на вопрос: кто в универсуме так мудро формообразует все и вся и осуществляет регулятивную функцию. Материализм не совместим с признанием объективной целесообразности в мире, а это неоспоримый факт в бытии сущего»3.

 

Приходится напомнить именитому автору, что с утверждениями неоспоримости чего-либо никогда не следует торопиться. Применительно ко всему миру обоснованнее говорить как раз не о целесообразности и гармонии, а просто о всеобщей взаимосвязи и взаимообусловленности явлений, характеризующейся взаимопроникновением гармонии и дисгармонии, порядка и хаоса, необходимости и случайности, пересечением бесконечно многообразных причинно-следственных связей, осуществляющихся, по Тимирязеву, «вслепую и безжалостно», обусловливающих смертность, конечность всех отдельных объектов в вечном потоке их взаимопревращений. Что же касается живой природы, то в ней имеется и содействие, даже взаимопомощь организмов, и их поедание друг другом. Такой естественный способ взаимообусловленности явлений, в деталях непредсказуемых вследствие бесконечного их многообразия, неисчерпаемости их внутренней структуры и внешних взаимосвязей, единственно возможен. Во всяком случае допущение самообусловленности мира бесконечно более логично, более вероятно, чем допущение целенаправленно действующего персонального регулятора всех событий, извне взирающего на плоды своего творения и безжалостно уничтожающего их в случае неугодности.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

 

Ограничения на применение категории причинности накладываются не принципом развития (ибо любое развитие причинно обусловлено), но принципом всеобщей связи (не все связи являются причинными). К не имеющим причинно-следственного содержания относятся такие виды связей, как пространственно-временные корреляции, функциональные зависимости, отношение симметрии и т. п. Однако это не значит, что существует хотя бы одно явление, которое не имело бы своей причины и своего следствия; то, что находится с одним явлением в отношениях, например, функциональной зависимости или симметрии, обязательно находится в причинно-следственной связи с каким-либо другим явлением.

Причинность универсальна, всеобща. В мире нет и не может быть явлений, которые не порождали бы те или иные следствия и не были бы сами рождены другими явлениями. Образно говоря, в мире существуют лишь «родители» и «дети». Причем причина может быть как внешним явлению обстоятельством, так и его внутренним противоречием. Когда наша мысль начинает двигаться по ступенькам «причинения» и стремится отыскать самую первую причину, то она растворяется в бесконечной дали универсального взаимодействия.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

 

  1. Алексеев П.Л., Панин А.Л. Философия. М., 1996.
  2. Гегель Г Д. Энциклопедия философских наук.Ч. 1. Логика. М.; Л., 1930.
  3. Гейне Г. Собр. соч. М., 1957. Т. 4.
  4. Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 29.
  5. Кузнецов. И.В. Проблема причинности в современной физике. М., 1960.
  6. Овчинников Н.Ф. Философские проблемы классической и неоклассической физики. М., 1998.
  7. Омелъяновский М.Э. Диалектика в современной физике. М., 1973.
  8. Перминов В.Я. Проблемы причинности в философии и естествознаний. М., 1987.    
  9. Руткевич М. Л. Диалектический материализм. М., 1973.
  10. Свечников Г.Л. Категория причинности в физике. М., 1961. С. 91.
  11. Свечников Г.Л. Причинность и связь состояний в физике. М., 1971.
  12. Спиркин А. Т. Философия. М., 1998.
  13. Тимирязев К.А. Сочинения. М., 1939. Т. 7.
  14. Энгельс Ф. Диалектика природы / К. Маркс, Ф. Энгельс. Соч. Т. 20.
<

Комментирование закрыто.

WordPress: 21.33MB | MySQL:114 | 2,124sec