Взгляд науки на мир

<

011615 0344 1 Взгляд науки на мирКаждый человек имеет свои представления об окружающем его мире. Чем лучше наша «модель мира» соответствует миру реальному, тем выше вероятность, что мы примем правильное решение (правильное — с точки зрения достижения поставленных целей). Собственно эффективность достижения целей и есть критерий адекватности нашего восприятия действительности.

Существует ли единственно правильный взгляд на мир, т.е., иными словами, единственно правильная модель мира? Модель, которая описывает мир абсолютно точно, была бы так же сложна, как и сам мир. Создание такой модели, наверное, является задачей примерно того же порядка сложности, как и создание самого мира. Вероятно, человечеству пока еще рано ставить перед собой такие цели. Существующие модели (например научные теории) могут достаточно точно описывать одни явления и игнорировать другие. Поэтому, вообще говоря, нельзя говорить о «верных представлениях о мире», можно лишь говорить о пригодности той или модели для решения тех или задач. Поскольку эффективность моделей для разных задач разная, то применение разных моделей для одного и того же случая может давать разный результат. В этом смысле существующие представления и теории противоречат друг другу. Абсолютно истинная и непротиворечивая модель мира, повторим, будет так же сложна, как и сам мир. Но в решении этих противоречий и заключается развитие. Человечество все время усложняет свои представления о мире, делает их все более адекватными, решает одни противоречия и получает новые — но на новом, более высоком уровне познания.

За несколько последних столетий наши познания об окружающем мире радикально расширились. Благодаря этому эффективность человеческой деятельности возросла на порядки. Причина состоит в том, что человек стал применять научный метод мышления, основанный не столько на вере, сколько на анализе. Рациональный анализ имеет приоритет. Анализ способен разрушить веру в любые «незыблемые» теории, если они не согласуются с фактами. Анализ резко ограничивает «сферу тыка», т.е. указывает, какие именно эксперименты нужно провести.

Главное же преимущество научного метода заключается именно в принципиальном отсутствии незыблемых истин. Ученый вправе усомниться в любом утверждении, он может подвергнуть критике любую теорию, если такая критика подкреплена рациональной логикой. Как только появляется запрет на критику, наука становится бесплодной: вспомним о лысенковщине или средневековой схоластике.

Источник силы научного познания — в свободе мнений, а эффективность применяемых научных принципов — лишь следствие этого. Когда нет зон, закрытых для критики, тогда «выживают» лишь те принципы познания и методики исследований, которые дают наилучший результат. Именно поэтому научная мысль и вышла на нынешние эффективные принципы познания.

Научная картина мира представляет собой целостную систему представлений об общих свойствах и закономерностях мира, возникающую в результате обобщения и синтеза основных естественнонаучных понятий и принципов. В ее структуре можно выделить два главных компонента: понятийный и чувственнообразный. Концептуальный компонент представлен философскими категориями (материя, движение, пространство, время и др.), принципами (системное единство мира, всеобщая взаимосвязь и взаимообусловленность явлений), общенаучными понятиями и законами (закон сохранения и превращения энергии). Чувственнообразный компонент научной картины мира — это совокупность наглядных представлений о природе (планетарная модель атома, образ Метагалактики в виде расширяющейся сферы).

Главное отличие научной картины мира от донаучной и ненаучной состоит в том, что она строится на основе определенной фундаментальной научной теории, служащей ее обоснованием.

Первые картины мира выдвинуты в рамках античной философии и носили натурфилософский характер. Научная картина мира начинает формироваться только в эпоху возникновения современного естествознания, в XVI -XVII вв. В общей системе научной картины мира определяющим моментом выступает картина той области познания, которая занимает лидирующее положение. Так, например, научная картина мира XVII -XIX вв. строилась на базе классической механики, а современная — квантовой механики, а также теории относительности. Рассмотрим более подробно каждую из этих картин.

Элементы научно-механического воззрения на мир складывались на базе зарождающегося мануфактурного производства и рационально-критического сознания формирующейся буржуазии, практицизм которой не мог быть удовлетворен экстатическими образами и представлениями. Как труды Леонардо, так и работы Галилея вытекали из требований времени. Для производственной практики представляли интерес вопросы статики и механического перемещения тел в пространстве.

Идея рационально понимаемой природы постепенно взяла верх. — Механика, астрономия, математика стали руководительницами прочих наук, и их точка зрения на мир стала господствующей. Объяснить устройство мира значило, согласно этой позиции, ясно и наглядно представить его себе. Такое объяснение — его ясность — предполагало как логическое выведение изучаемого процесса из общих принципов, так и демонстрацию этого процесса в эксперименте. «Мир устроен рационально» — означало, что он может быть расчленен с помощью анализа на логически связанные друг с другом и математически точно описываемые составные элементы. Английский философ Гоббс, стремясь любой процесс понять как разумный, уподоблял общество мудро построенному механизму. Спиноза заставил саму субстанцию — природу — разворачиваться на манер геометрии Евклида. Декарт анализирует жизненные процессы как машинообразно запрограммированные. А французский материалист Ламетри заявил, что человек — это машина.

К концу XVII в. была подготовлена теоретическая база для создания всеобъемлющей научной программы объяснения фундаментальных свойств мира на основе механико-математического естествознания. Окончательное и адекватное изложение этого дал Ньютон. Общая единица измерения массы была понята как характеристика всех тел, и земных и небесных, в их различных объемах. Сила определялась, исходя из ее воздействия на движение тела. Понятие величины тела привело к открытию простых качественных законов.

Концепция Ньютона исключительно успешно прошла проверку в течение всего Нового времени. Ее первый триумф составил закон гравитации. Постепенно накопление таких успехов обеспечивало развитие астрономии, физики и инженерии. Был создан целостный образ материального мира, позволяющий рассчитывать самые мелкие элементы отдельных событий. В дальнейшем механистическое объяснение всех природных процессов окончательно установилось в качестве парадигмы науки и явилось своеобразным символом ее интеллектуальной мощи.

Космос стал рассматриваться как гигантская машина. Будучи раз приведенным в движение «механизм мира» функционирует согласно вечным законам природы, подобно заведенным и пущенным в ход часам.

В течение двух веков большинство ученых, поражаясь почти невероятным успехам, достигнутым разумом на поприще открытия законов механики, вдохновлялось идеалом механистической картины мира. Не только физики берут на вооружение разработанную в ней методологию, ею пытаются руководствоваться и химики, и биологи. Сложнейшие социальные явления истолковываются в этом же стиле. Лозунги Великой французской революции — свобода, равенство, братство — в качестве теоретического фундамента имели концепцию, согласно которой общество в принципе может также четко функционировать, как хорошо отлаженная машина, нужно только привести его в соответствие с разумными принципами, отвечающими природе человека.

Переход от механистической к квантово-релятивистской картине мира сопровождался изменением стиля онтологических принципов физики (ломка представлений о неделимости атома, существования абсолютного пространства и времени, жесткой причинно-следственной обусловленности физических процессов). Законы механики не смогли срабатывать в качестве объяснительного принципа на уровне элементарных частиц и мегамира. Кроме того, в рамках механистической картины мира, постулирующей принцип неизменности материальных систем во времени, практически невозможно было объяснить возникновение качественно новых систем. Это с неизбежностью приводило к идее отказа от парадигмы механицизма и разработки иного научного образа реальности.

В основе современных научных представлений о строении мира лежит идея ее сложной системной организации. Наличие общих признаков организации позволяет объединить различные объекты в классы разнообразных систем. Эти классы часто называют уровнями организации материи или видами материи. Все виды материи связаны между собой генетически, т.е. каждый из них развивается из другого.

На нынешнем этапе развития физической космологии на передний план выдвигается задача воссоздания сценария образования крупномасштабной структуры Вселенной, от самого начала и вплоть до наших дней. Иными словами, она должна включать в себя не только картину возникновения и эволюции галактик, но и звезд, планет и органической жизни.

Каковы же хронологические рамки полной космогонической теории? Космологи обычно делят эволюцию космической материи от момента «Большого Взрыва» по настоящее время на четыре периода, условно именуемые «планковским», «квантовым», «ад-ронным» и «обычным». Каждый из этих периодов охватывает определенные, физически значимые фрагменты космологической шкалы времени, разнящиеся на целых двадцать порядков: 1) от нуля (время, соответствующее моменту «Большого Взрыва») до 10~43 сек занимает «планковский» период; 2) от 10~43 до 10~23 сек —»квантовый»; 3) 10~23 до 10~3 сек — «адронный»; 4) от 10~3 до 1017 сек — «обычный». Последний хронологический рубеж отделяет настоящее от будущего.

На 10~43 сек жизни Вселенной ее плотность была равна 1094 г/см3, а ее радиус составлял порядка 10-33 см. Следующая узловая точка в траектории эволюции космической материи обозначена цифрой 10~36 сек. Пространственно-временная дистанция между этими двумя математическими величинами наполнена микрофизическими событиями поистине вселенского значения. Плотность вещества в этот промежуток времени падает, тогда как плотность вакуума остается неизменной1. Это привело к резкому изменению физической ситуации уже спустя 10~35 сек после «Большого Взрыва». Плотность вакуума сначала сравнивается, а затем, через несколько мгновений космического времени, становится больше плотности вещества. Тогда дает о себе знать гравитационный эффект вакуума — его силы отталкивания берут верх над силами тяготения обычной материи. Вселенная начинает расширяться в чрезвычайно быстром темпе ив течение всего лишь 10~32 доли секунды достигает огромных размеров, превышающих на много порядков размеры ныне наблюдаемой части Вселенной.

Однако этот космологический процесс ограничен во времени и пространстве. Вселенная, подобно любому расширяющемуся газу, сначала быстро остывает и уже в районе 10 33 сек после «Большого Взрыва» сильно переохлаждается. В результате этого космического похолодания Вселенная от одной фазы эволюции переходит в другую. Если быть более точным, речь идет о фазовом переходе первого рода — скачкообразном изменении внутренней структуры космической материи и всех связанных с ней характеристик и свойств.

На завершающей стадии этого космического фазового перехода весь энергетический запас вакуума превращается в тепловую энергию обычной материи, а в итоге вселенская плазма вновь подогревается до первоначальной температуры. На этом этапе эволюции Вселенной космическая материя, состоящая преимущественно из квантов излучения, движется в нормальном замедленном темпе. Самым необычным в космической картине эволюции молодой Вселенной оказывается принципиальная возможность резкой смены одних ее состояний другими, сопровождающаяся глубокими качественными изменениями в физической структуре космической материи. Взглянув сквозь призму новых физических представлений в далекое прошлое Вселенной, ученые обнаружили, что космическая материя могла находиться в качественно различных фазах, при которых ее свойства существенно разнились. Например, одна и та же частица могла иметь массу в одной фазе и быть безмассовой в другой.

В последнее время рядом ученых сформулирована вакуумная модель мира, исходя из которой вакуум может порождать множество миров. В качестве наглядного образа можно использовать картину кипящего вакуума, на поверхности которого возникают «пузыри» физических Вселенных, в одной из которых живем мы с вами. Этим самым признается возможность множественности параллельных миров.

Возвращаясь, однако, к этапам эволюции Вселенной, отметим закономерность формирования из элементарных частиц легких атомных ядер (гелий-4 и дейтерий). Далее происходит формирование плазмы, состоящей из горячей смеси фотонов, нейтронов и небольшого количества разряженного ионизированного газа. С наступлением следующего этапа возникают атомы и на заключительном этапе происходит формирование крупномасштабной структуры Вселенной. Именно в этот период истории космоса происходит постепенное сгущение и последующее превращение первичного, все еще достаточно горячего вещества в галактики и их скопления.

Космогонический механизм этого общевселенского процесса еще не выяснен, однако ныне ученые значительно продвинулись в понимании естественных путей формирования химических элементов и состоящих из них веществ. Для нас же важно подчеркнуть другое. Идея эволюции вошла в плоть и кровь современной астрофизики и космологии. Принцип развития стал неотъемлемой частью современного стиля мышления в этих науках — ведущих отраслях новейшего естествознания, имеющих огромное мировоззренческое значение. Именно данные астрофизики и космологии в последние годы доказали эволюционный характер Вселенной. Современному положению вещей наиболее адекватна мысль, восходящая к Гераклиту, возрожденная затем Кантом, об изменчивости Вселенной как целого. Здесь имеется в виду один существенный терминологический нюанс, на который далеко не всегда обращают должное внимание. Три термина «вся Вселенная», «Вселенная в целом» и «Вселенная как целое» логически не эквивалентны. Первый обозначает все части Вселенной безотносительно к целому. Второй — целое безотносительно к частям. Третий — все части Вселенной в их внутреннем отношении к целому. Говоря об эволюции космоса, имеется в виду Вселенная как целое. Все уровни структурной организации Вселенной в отдельности и сама Вселенная в целом вовлечены в соответствующие эволюционные процессы, которые к тому же генетически и функционально связаны и взаимообусловлены. И именно благодаря идее глобального эволюционизма Вселенной она предстает высокоорганизованной системой систем, спаянных едиными закономерностями и функционирования, и развития.

<

Современные научные представления о мире формируют новое мироощущение, которое получило название космизм. Оно рассматривает человечество как закономерную ступень космической эволюции, как своеобразную кристаллизацию творческих сил Природы, как бы допустившей в лице человека возможность постичь ее сокровенные тайны. Психотерапевтическая функция такой идеи очевидна. Идея человека как закономерного звена в развитии Вселенной снимает проблему бытийственной укорененности человека в мире. Духовные силы людей начинают рассматриваться не просто как продукт случайного сцепления обстоятельств на планете, затерявшейся в бездне галактик, а как проявление необходимых, но скрытых механизмов, приводящих в движение земную цивилизацию, примиряющих временное и вечное, относительное и абсолютное, земное и небесное.

Если внимательно присмотреться к истории человеческой мысли, то можно увидеть, что именно идеи космизма, включенности человечества в контекст развития универсума составляли подлинный нерв духовной культуры.

Подобного рода проблемы, решаемые в границах соответствующих картин мира, являются «вечными», так как не допускают окончательного ответа, годного для всех времен. Человечество обречено на то, чтобы всегда прислушиваться к таинственной тишине межгалактических просторов и ощущать в душе неизъяснимое очарование творческого постижения звездного неба над своей головой.

 

2. Философия: человек и мир

 

Важное место в философской проблематике занимают вопросы, связанные с познанием окружающих человека предметов, вещей, отношений, процессов.

«Познаваем ли мир?» — этот вопрос возник еще на заре философской мысли, стремившейся к доказательному, рационально обоснованному постижению мира.

Вопрос о том, познаваем ли мир, имеет следующую формулировку: как относятся наши мысли об окружающем нас мире к самому этому миру? В состоянии ли наше мышление познавать реальный мир, можем ли мы в наших представлениях и понятиях о реальном мире составлять верное отражение действительности, чтобы успешно действовать на практике? Такое верное отражение действительности достигается только тогда, когда мы познаем сущность предметов, явлений, ситуаций, процессов, когда наша практическая деятельность становится более эффективной и успешной. В истории философии, как известно, происходит непрекращающееся противоборство агностицизма и гносеологического реализма. Особенность агностицизма — в отрицании возможности познания сущности материальных систем, закономерностей природы и общества. При этом вовсе не отрицается возможность познания мира вообще или феноменологической, поверхностной его стороны, данной в ощущениях или в рассудке человека.

Отправной точкой гносеологии, как свидетельствует история философии, был и остается вопрос: «Что такое истина?»

Понятие истины относится к важнейшим в общей системе мировоззренческих проблем. Оно находится в одном ряду с такими понятиями, как «справедливость», «добро», «смысл жизни». От того, как понимается истина, как решается вопрос о возможности ее достижения, часто зависит и жизненная позиция личности, понимание ею своего назначения.

Хотя определений понятий «истина» имеется множество, в классической концепции истина определяется как соответствие мыслей действительности. Современная трактовка истины содержит следующие моменты. Во-первых, понятие «действительность» понимают прежде всего как объективную реальность, существующую до и независимо от нашего сознания и состоящую из материальных систем и объектов, в неразрывном единстве их сущности и явления. Во-вторых, в понятие «действительность» входит также и субъективная действительность, которая познается, отражается в истине в качестве духовной реальности. В-третьих, познание и его результат — истину, а также сам объект понимают как неразрывно связанные с предметно-чувственной, целенаправленной деятельностью человека, с практикой — непосредственно или опосредованно. В-четвертых, истина есть процесс. Такой подход отделяет диалектическое, адекватное действительности понимание истины от агностицизма, идеализма и упрощенного материализма.

Далее необходимо отметить следующие аспекты: объективность истины, ее конкретность, соотношение относительной и абсолютной форм истины, а также понимание истины как процесса.

Объективная истина — это адекватное отражение объекта познающим субъектом. Это такое содержание человеческих представлений, которое не зависит ни от субъекта, ни от человека, ни от человечества. Конкретность истины — в зависимости знания от связей и взаимодействий, присущих тем или иным явлениям, от условий, места и времени, в которых они существуют и развиваются. Это богатство определений, отражающих связи и отношения действительности. Под абсолютной истиной понимается такого рода знание, которое тождественно самому предмету в максимальном объеме и не может быть опровергнуто при дальнейшем развитии познания.

По отношению к достаточно развитому научному теоретическому познанию абсолютная истина — это полное, исчерпывающее в определенном отношении (на данном историческом этапе или целостной истории человечества) знание о предмете. Относительная же истина — это неполное, уточняющееся со временем знание о том же самом предмете. Диалектика состоит в том, что абсолютная истина складывается из развивающихся относительных истин и потому сама изменяется.

Свойство объективной истины быть процессом проявляется двояко: во-первых, как процесс изменения в направлении все большей полноты и глубины отражения объекта и, во-вторых, как процесс преодоления заблуждения в структуре и содержании концепций, теорий, научных гипотез.

В понимании истины очень важна проблема критерия истины. При решении вопроса об истинности или неистинности теории недопустима Изоляция от практики во всем ее объеме: как индивидуального жизненного опыта и как единства общественного производства, социально-политической деятельности, научного эксперимента. Практика — это целенаправленная предметно-чувственная деятельность субъекта по преобразованию материального и духовного мира. Основные гносеологические функции практики заключаются в том, что она есть а) основа познания, б) его движущая сила, в) критерий истины и г) цель познания. Диалектика практики как критерия истины состоит в том, что у нее есть абсолютная и относительная стороны.

Чувственное познание формируется в процессе непосредственного взаимодействия с внешними предметами. Выделяются три его формы: ощущения, восприятия, представления.

Ощущения отражают, соответствуют отдельным свойствам объектов. Восприятия воспроизводят целостный образ предмета, конкретно-чувственную систему его свойств. Будучи генетической предпосылкой восприятий и обладая способностью к самостоятельному проявлению, ощущения существуют преимущественно как части целостных восприятий.

Восприятие является результатом активного, деятельного отношения человека к внешней среде. В действительности, в контексте целостного восприятия, отдельные ощущения обретают реальную значимость, подчас подвергаются как бы «исправлению», определенной интерпретации.

Чувственное представление характеризуется отсутствием непосредственной связи с отражаемым предметом, таковы образы памяти. В представлении больше, чем в восприятии, общих черт и сторон, иногда происходит «накладка» на конкретный образ ранее воспринимавшихся аналогичных предметов. К представлению «подключены» механизмы памяти, т.е. способность воспроизводить образы предметов, в данный момент не действующих на человека. Без такой формы чувственного отражения действительности, как представление, человек был бы привязан к непосредственной ситуации (в плане жизненного опыта). Благодаря способности представлять предметы субъект расширяет объем чувственного материала, которым он располагает, вовлекая в сферу своих ощущений и восприятий мира также и общественный чувственный опыт. В сфере представлений большую роль играет практика, деятельность человека и связанные с практикой ценности, цели и интересы людей. Высшей формой представлений является воображение — процесс первичного чувственного обобщения наглядных образов при участии мышления. Этот процесс носит осмысленный творческий характер. Подчас он получает словесное оформление. Поэтому представление стоит как бы на стыке чувственного и рационального познания.

Говоря о формах чувственного познания как образах внешнего мира, необходимо подчеркнуть, что «образу» свойственно не совпадение с объектом, но лишь его более адекватное ему соответствие. Образ — не зеркальная копия, но и не знак, не иероглифический символ. Это порождение человеческой способности отражать мир, согласующийся с конкретно-чувственным обликом предмета.

Роль чувственного отражения действительности в процессе познания весьма существенна: органы чувств являются единственным каналом, который непосредственно связывает человека с внешним предметным миром; без органов чувств человек не способен вообще ни к познанию, ни к мышлению. Рациональное познание базируется на анализе того материала, который дают нам органы чувств. Регулирование предметной деятельности осуществляется прежде всего с помощью информации, получаемой органами чувств; органы чувств дают тот минимум первичной информации, который оказывается необходимым, чтобы многосторонне познать объекты и развивать научное знание.

Чувственное и рациональное познание глубоко взаимосвязаны. Реализация чувственной способности человека включает в себя действие механизмов абстрактного мышления. Рациональное пронизывает содержание чувственной познания действительности. Реализация абстрактно-мысленной способности человека совершается посредством обращения к результатам чувственного отражения предметов, используемым также в качестве средств достижения и выражения результатов рационального познания. Иначе говоря, в реальном человеческом сознании чувственное пронизано рациональным, а рациональное — чувственным.

Следует иметь в виду, что рациональное мышление взаимосвязано не только с чувственным, но и с другими — внерациональными — формами познания. Большое значение в процессе познания имеют такие факторы, как фантазия, эмоции и др. Среди них особенно важную роль играет интуиция (внезапное озарение) — способность прямого, непосредственного постижения истины без предварительных логических рассуждений и доказательств.

Основная форма человеческого познания — наука — направлена на производство знаний о природе, обществе, человеке и о самом познании и мышлении. Целью науки является постижение истины и открытие объективных законов на основе обобщения реальных фактов отношений и ситуаций в их взаимосвязи. Наука ориентируется главным образом на общие, существенные свойства, необходимые характеристики и связи предметов, явлений и процессов, выражая их в системе абстракций. Научное познание в гносеологическом плане есть сложный, противоречивый процесс воспроизводства знаний, образующих целостную развивающуюся систему понятий, идей, концепций, теорий, гипотез, законов и т.п.

Научное познание включает в себя два основных уровня — эмпирический и теоретический. Наиболее развитой формой научного знания, дающей целостное отображение закономерных и существенных связей, является теория. Важную роль в разработке научной теории играют философские принципы и методы познания. Так, большую роль играют принципы восхождения от абстрактного к конкретному в теоретическом мышлении, единства исторического и логического и ряд других. Принцип восхождения от абстрактного к конкретному представляет собой способ теоретического исследования сложных и сверхсложных саморазвивающихся системных объектов. Результат этого восхождения — конкретно-всеобщее — есть плод синтеза всех абстрактных понятий, участвующих в этом процессе обобщающего мышления, многочисленных научных определений. При этом надо четко различать:

1) конкретно-чувственное (уровень чувственного познания);

2) абстрактное (абстракция), когда каждое абстрактное понятие вскрывает и фиксирует в себе одно существенное отношение, одну существенную сторону;

3) конкретное в теоретическом мышлении — плод восхождения, синтеза абстракций, перехода от одностороннего рассудочного подхода к разуму — целостному единству многообразных определений на уровне всеобщего, истинно философского мышления.

Дальнейшее движение связано с познанием «специфической логики специфического предмета» (К. Маркс), с конкретным анализом конкретной исторической ситуации. Это будет как бы возврат к конкретно-чувственному, предметно-чувственному начальному этапу познания, но на уровне знания закономерных связей, раскрытых конкретно-всеобщей научной теорией. При этом открываются новые горизонты для успешной практической деятельности.

Изложение результатов восхождения в движении научной мысли начинается с исходной абстракции («начало», «клеточка»), которая фиксирует всеобщие предпосылки функционирования и развития целого, проходит через последовательные этапы углубления и расширения познания к желаемому результату — целостному, мысленно-конкретному воспроизведению в теории исследуемого предмета.

С принципом восхождения от абстрактного к конкретному в теории органически связан принцип единства исторического и логического. Историческое — процесс становления и развития объекта со всеми изгибами, случайностями реального хода событий. Логическое означает теоретически выверенное, последовательное воспроизведение развивающегося объекта (явления) во всех его существенных связях и отношениях. Отражая действительный исторический процесс, логическое проясняет его сущность; выявляя закономерные связи событий, освобождается от хаоса случайностей, излишних подробностей. «Без истории предмета нет теории предмета, как без теории предмета нет истории предмета», — справедливо отмечал Н.Г. Чернышевский. Научное познание устремлено к нахождению законов, т.е. форм знания, которые выражают наличие в самих вещах устойчивых, повторяющихся, сущностных, необходимых связей, «правил необходимого существования» (И. Кант). Если та или иная форма знания, претендующая на статус науки, таких правил не находит и не фиксирует, то она не является подлинной наукой. В научном естествознании очень важно объяснение, т.е. раскрытие сущности, внутренних закономерностей исследуемых объектов или явлений. В гуманитарных науках необходимо еще и понимание, т.е. истолкование, интерпретация познаваемого в соответствии с целями и идеалами человека.

Познанный человеком мир — это не сумма объективных законов и качеств, и сам человек не является подлинным человеком без духовных ценностей, эмоций, симпатий и антипатий, идеалов, стремлений, желаний. Самостоятельным типом познания является ценностное познание. Точнее было бы говорить о ценностном освоении действительности, что делает возможным соотнесение ее с человеческими потребностями, с собственным миром человека. Так, социальная истина — это «прорыв» в мир ценностей, выражение идеалов справедливости, добра и красоты, равенства и дружбы людей и народов. В этом смысле общественные отношения, социальные институты, политические действия по-настоящему истинны только в том случае, если они выражают предел осуществления этих идеалов в соответствии с реальными возможностями развития и возвышения человека. Мерой их истинности выступает полнота этого развития, степень достижения человеческой свободы.

3.Религиозные представления мироздания

 

Религиозная картина мира – совокупность наиболее общих религиозных представлений о мире, его происхождении, строении и будущем. Главный признак религиозной картины мира — разделение мира на сверхъестественный и естественный, при абсолютном господстве первого над вторым.

1. Религиозная картина мира

Религиозная картина мира представляет собой целостную систему представлений об общих свойствах и закономерностях природы, возникающих в результате обобщения и синтеза религиозного опыта людей.

Религиозная картина мира исходит из различения бытия самого по себе и существования, т.е. мира, обладающего бытием в силу его сотворенности. Различие это имеет первостепенное значение для понимания этого подхода. Дело в том, что религиозная концепция бытия дуалистична, поскольку она противопоставляет абсолютное, сверхъестественное бытие, тождественное с Богом, всему многообразию естественных вещей, наделенных бытием. По сути дела, эта картина предусматривает две, коренным образом отличные одна от другой онтологии: онтологию несотворенного бытия и онтологию бытия сотворенного. Абсолютное бытие не может быть познано рациональным путем. Человек, осмысливающий мир как нечто самодостаточное, верит в возможности разума. Иное дело религиозное представление о мире. Единственное на что способен человеческий разум, — подчинить себя вере в существование Абсолюта, а каков Абсолют — это не дело разума. Отсюда следует и смысловое содержание мира. Он приобретает смысл не в силу того, как к нему относится человек, а в силу того, как в нем реализована воля Бога. Этим предопределяется и стратегия поведения человека. Исходя из особенностей религиозной картины мира, рассмотрим ее применительно к трем мировым религиям: буддизму, христианству и исламу.

 

Огромное воздействие на формирование буддийской картины мира оказала идея бесконечного кругового потока бытия. Этот процесс, считали буддийские мыслители, бесконечно мучителен для человека, перебрасываемого из смерти в смерть, из одного страдания в другое, из испытания в испытание.

Будда, на которого сильнейшим образом повлияла мысль о страдательности, мучительности жизни, сформулировал концепцию изменения. Жизнь являет собой не что иное как ряд проявлений, становлений и исчезновений. Мир — постоянно возобновляющийся круговорот рождений и смертей. Все вещи меняются. Сторонники Будды согласны в том, что нет ничего ни среди божественного, ни среди человеческого, что было бы постоянным. Не случайно, что для Будды огонь — символ бесконечного потока становления, становления без начала и конца. Мир — это поток мимолетных событий, появляющихся и исчезающих, чтобы быть замененными другими кармически связанными с ними событиями. Существует только движение; нет деятелей, а есть деяния; нет ничего, кроме становления.

Чтобы объяснить непрерывное существование мира при отсутствии постоянного субстрата, Будда провозглашает закон причинности и делает его основой непрерывности. Все, что существует, возникает от причин и условий и во всех отношениях является непостоянным. Все, имеющее причину, должно погибнуть. Все, что появляется на свет и организуется, содержит в себе врожденную необходимость распада. Всякая субстанция ограничена, и ее существование есть постоянная последовательность перемен, каждая из которых обусловлена предшествующими условиями. Прошедшее втягивается в поток. На причинную эволюцию нельзя смотреть как на механическую последовательность движений. Это единое состояние, в котором прошлое определяет настоящее.

Буддизм верит в жесткую причинность, когда прошлое предопределяет судьбу настоящего. Даже в простом механизме бездушной вселенной он видит вечный космический закон. Это огромный лабиринт, но не без плана. Колесо космического порядка движется без создателя, без известного начала и будет существовать вечно в силу сцепления причин и следствий.

Такая картина мира ставит перед буддизмом жизненно важный вопрос: как избежать этого непрерывного движения? На вопрос о том, кто создал этот мир и движение, буддизм уклоняется от ответа, считая его не главным. Его сторонники принимают факт: вещи меняются. В мире нет бытия, есть только становление. Отсюда равнодушие Будды к бытию вещей. Нечего тратить время на бесполезные попытки схватить то, что всегда ускользает. Отсюда равнодушие буддизма к земному миру, в котором измученное человеческое сердце не может найти отдохновения.

Человек мучается потому, что он слишком привязан к вещам. Необходим радикальный разрыв с ними, поиск такого состояния, в котором нет места бренности и изменчивости, провоцирующих страдания. Обретение полной невозмутимости и покоя возможно лишь в нирване. Слово нирва происходит от глагола «нирва» — задувать, тушить (огонь) и означает в качестве прилагательного «исчезнувший», «умерший», «прекратившийся», а в качестве существительного — «исчезновение», «конец», «прекращение существования», «блаженство», «вечный покой» и, наконец, спасение от неизбежности перерождений. Достижение нирваны выше достижения неба, это состояние сверхчеловеческого покоя. Нирвана беспричинна, но есть причина достижения нирваны, восьмеричный путь. Нирваны достигает человек с чистым разумом, свободный от чувственных наслаждений. Таким образом, в буддизме формируется своеобразная этико-космическая вертикаль преодоления кармы, закона перевоплощений. Творческим началом является волевая психическая активность человека. Действующая личность трактуется как единственно достойная внимания реальность.

В буддизме делается вывод, что, с одной стороны, боги также находятся в кармическом потоке, а с другой — людям не нужен бог как спаситель. В буддизме отсутствует дуализм Бога и мира.

В ходе дальнейшего развития буддизм приходит к признанию высшего духовного начала. Нирвана отождествляется с Буддой, который из олицетворения нравственного идеала превращается в его личное воплощение, в объект религиозных эмоций. Одновременно с космическим аспектом нирваны возникает космическая концепция Будды. Культ Будды охватывает все стороны жизни верующего, начиная с семейно-брачных отношений и кончая всеобщими государственными праздниками.

Универсальностью предложенного им пути спасения буддизм вызвал значительную демократизацию религиозных представлений. Условия добродетели в буддизме независимы от внешних вещей.

Христианская теология своим учением о трансцендентном Боге создает своеобразную религиозную картину мира, в которой находит свое воплощение теоцентризм. Внеприродный и личный характер Бога предполагает его рассмотрение в таких категориях, как воля и могущество. Из этого вытекает важнейшее положение христианского креацианизма о сотворении мира не в силу необходимости, а по свободной воле Бога. Творение есть акт не природы Бога, а его благодати. Этим он отделяется от природы и выключается из ее причинной детерминации. Бессмысленно спрашивать, почему Бог сотворил мир. Его воля, будучи свободной, согласуется с Его разумом, волею и благостью. В согласии с ними Бог и создает мир.

До сотворения мира ничего не могло быть, кроме Бога. Следовательно, он сотворил мир «из ничего». Но «ничто» не есть нечто позитивное; оно есть чистое небытие. Все, что «есть» в сотворенных вещах, происходит от Бога. Все, чего «нет», не хватает — «ничто». Форма, красота, единство в мире имеют своей причиной творца. Нестабильность и нечистота формы, неполнота единства и красоты проистекают от падшести — отпадения от Бога. Печать «ничтожества» лежит на всех сотворенных вещах, телесных и духовных.

Создав мир, Бог заранее знает и предопределяет не только общие принципы устройства, но и судьбу каждой отдельной вещи. Божественная идея вещи, предназначенной к творению, есть ее полное индивидуальное понятие, где ее прошлое и будущее даны в настоящем. В божественном замысле все идеи совершенным образом согласованы; премудрость созерцает идею каждой вещи в ее соотнесенности со всеми вещами в целом. Для творимых вещей идеи выступают как образцы, по которым они творятся, как основания и причины их бытия.

Порядок сотворенного космоса отражает порядок создавшей его премудрости: порядок вещей отражает порядок идей. Благодаря порядку мир оказывается упорядоченной иерархией существ, распределенных по своим местам и имеющих различную относительную ценность. Чем ближе к Богу, тем большую ценность представляет творение.

Таким образом, мир божественного порядка являет собой в христианстве Богом устроенную восходящую лестницу существ.

Естественность всего происходящего в природе в христианской картине мира объясняется изначальной согласованностью божественных идей. Сотворенная природа получает свои законы от Бога. Нарушение законов природы означало бы нарушение божественного промысла, которым она спроектирована.

Итак, положение о том, что Бог непрерывно правит миром является универсальным принципом христианской картины мира. Прилагаемый к космологии, этот принцип приводит к идее мировой гармонии и осмысленности происходящих в мире событий. Человеческая жизнь приобретает смысл лишь в согласованности с божественным провидением, а человеческая история — под знаком божественной благодати. Однако главным и наиболее трудным для понимания обыденному сознанию достижением христианства является представление о свободной воле человека-персоны, а с ним и относительной независимости и полной отличности тварного мира от Бога-Творца. Этим обусловлено и наличие зла в мире, как противопоставление частной воли универсуму, но так же и то, что связью человека с Богом объявляется ничем не обусловленная, т.е. абсолютно свободная любовь. В свою очередь, связь тварного мира с Богом осуществляется через Его правление, которое было бы не нужно, будь мир полностью изначально детерминирован. Христианство как вершина эллинской мудрости (христианство — это встреча эллинского мира с Востоком) насквозь парадоксально, антиномично, апорийно и диалектично. Последнее наиболее трудно для понимания особенно в традиции далекой от эллинской изощренной интеллектуальной культуры. Так появляются упрощенные, вульгаризированные варианты монотеизма — сначала монофизиты, а затем и ислам, который в культурно-историческом развитии достиг позднее и аристотелизма, и суфизма, вернувшись к тем же «диалектическим» загадкам.

Прежде чем говорить о своеобразии ислама, необходимо сказать, что роднит его с христианством. Ислам возникает в значительной степени из переработки арабским сознанием христианской идеи монотеизма. Он исповедует единого трансцендентного Бога. Бог сотворил мир и человека, дал людям откровение, распоряжается миром и направляет его к концу, который будет страшным судом над живыми и воскреснувшими. Различия между исламом и христианством — это различия слов и деяний основателей этих религий. Основатель христианства не добился никакого видимого успеха и погиб «рабской смертью». Эта смерть была его основным деянием. Чем меньше здесь видимого, внешнего успеха, тем больше должен быть «невидимый успех», тем грандиознее масштабы деяния основателя религии — победа над смертью, искупление грехов человечества, дарование верующим в него вечной жизни. И тем больше в сознании его учеников становятся масштабы его личности. Совершивший такое деяние — не человек. Это — Бог.

Образ Мухаммада и его деяния разительно отличаются от образа Иисуса и его деяний. Мухаммад — пророк, через которого говорит Аллах. Но одновременно это «нормальный человек», живший обычной жизнью. Сам успех Мухаммада — достаточное доказательство того, что его слова исходят от Аллаха и сам Аллах направляет его и не требует веры в его воскресение из мертвых и его божественности. Речь Мухаммада совершенно иная, чем Христа. Он лишь передатчик «откровения» не воплотившийся Бог, а «инструмент Бога», пророк.

Разные личности основателей, их разные жизни, разное осмысление их миссии — это основные структурообразующие элементы различий, порожденных ими религий.

Прежде всего разные осмысления отношений основателей религии с Богом и их миссии подразумевают и различия самого представления о Боге. И в христианстве и в исламе Бог- един и единственен. Но монотеизм христианства сочетается с верой в то, что распятый на кресте — Бог, что порождает учение о боговоплощении и Троице. Здесь в монотеизм, в саму идею Бога и его отношения с творением вносится парадокс, то, что не может быть понято человеческим разумом, противоречит ему и может быть лишь предметом веры. Монотеизм ислама — «чистый», лишенный христианской парадоксальности. Коран резко подчеркивает единственность Аллаха. У него нет никаких ипостасей. Признавать существование «сотоварищей» Аллаха — главное преступление против ислама.

Разные представления о Боге неразрывно связаны с разными взглядами на человека. В христианстве человек создан «по образу и подобию Божию», но первородный грех Адама «повредил» природу человека — «искупительная жертва Бога. В исламе иные представления о человеке. Он не мыслится сотворенным по образу и подобию Божию, но он и не испытывает такого грандиозного падения. Человек скорее слаб, чем «поврежден». Поэтому он нуждается не в искуплении от грехов, а в помощи и водительстве Бога, указующему ему в Коране правильный путь.

Разные системы представлений о человеке предполагают и различия в этических ценностях. Вера в христианстве неразрывно связана с любовью к Богу, настолько возлюбившего человека, что ради него он претерпел крестные муки. Ислам также предполагает веру, но это несколько иная вера. Само слово «ислам» может быть переведено как покорность. Вера здесь — не вера в парадокс распятого Бога, не отделимая от любви к нему, а подчинение указаниям Аллаха, данным через пророка в Коране. Эти указания ясны и понятны для людей. Они относятся к немногим и несложным (поэтому они и должны исполняться неукоснительно) ритуальным предписаниям и относительно разработанным уже в Коране правовым нормам, касающимся брака, развода, наследования, наказаний за преступления. Все это реально и выполнимо, и Коран подчеркивает, что Аллах ничего не требует сверхъестественного. Он требует от людей обычной, нормальной, но упорядоченной и облагороженной исламом жизни. Простота религиозных требований проистекает из фундаментальной идеи ислама о божественной предопределенности. Аллах действует в соответствии со своими планами и определяет все без исключения, даже самые незначительные события. Абсолютность божественного предопределения, исключающая возможность для человека каких бы то ни было поступков иллюстрируется таким примером. Когда, человек пишет пером, то это отнюдь не его действие, ибо в действительности Аллах создает одновременно четыре действия: 1) желание двигать пером, 2) способность двигать им, 3) само движение руки и 4) движение пера. Все эти действия не связаны друг с другом и за каждым из них стоит бесконечная воля Аллаха.

Характер ислама предопределяет проникновение религиозной модели мира в саму ткань социально-политической жизни мусульман. Такая система оказывается гораздо устойчивее христианской. Именно поэтому, очевидно, она не создала предпосылок для прорыва к новой, уже нерелигиозной цивилизации.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Список литературы

 

  1. Кукушкина Е.И., Логунова Е.Б. Мировоззрение, понятие, практика. – М., 1989.
  2. Крапивенский С.Э. Социальная философия. М., 1998.
  3. Краткий философский словарь /Под ред. А.П. Алексеева.– М.: Изд. группа «Проспект», 2007.
  4. Лосев А.Ф. Философия. Мифология. Культура. М., 2000.
  5. Несмеенов Е. Е. Основы философии в вопросах и ответах, М., 2008.
  6. Рейхенбах Ганс.– Философия пространства и времени / Перевод с англ. Ю.Б. Молчанова; Общ. ред. А.А. Логунова; Послесловия И.А Акурина.– М.: Прогресс, 1985.
  7. Скачков Ю.В. Полифункциональность науки // Вопросы философии, 2000, №11.
  8. Спиркин А.Г. Основы философии. М., 2008.
  9. Пуанкаре А. О науке. М., 1983
  10. .Шуртаков К.П. Мировоззрение и методы его формирования. Казань, 1989.
  11. Философия / Под ред. В.Н.Лавриненко. М., 2007.

     

     

     

     

     

     

     

     


     

<

Комментирование закрыто.

WordPress: 22.21MB | MySQL:120 | 1,897sec