ПОНЯТИЕ «ЭЛИТЫ» И ОСНОВНЫЕ КЛАССИЧЕСКИЕ ТЕОРИИ ЭЛИТЫ

<

112914 2248 1 ПОНЯТИЕ «ЭЛИТЫ» И ОСНОВНЫЕ КЛАССИЧЕСКИЕ ТЕОРИИ ЭЛИТЫАктуальность темы исследования определяется тем, что для современной политической науки характерно признание элитарности существующего общества. Реальная политическая власть сосредоточена в руках меньшинства – элиты, формирующей цели развития общества и принимающей важные политические важные политические решения. В настоящее время существует большое количество различных концепций, обосновывающих правомерность деления общества на управляющее меньшинство и управляемое большинство. Идеи о неизбежности деления общества на управляющих и управляемых высказывались ещё в глубокой древности. Достаточно в этой связи назвать имена Конфуция, Платона, Макиавелли, хотя в то время они не получили серьезного социологического обоснования. Первые научно разработанные концепции элит были предложены в конце Х1Х – начале ХХ века Г.Моска, В.Парето, Р.Михельсом. В их произведениях были охарактеризованы основные качества элиты, критерии и формы отбора, взаимоотношения внутри элиты и отношения элиты с массами, роль элиты в обществе. Они подчеркивали элитарность любого общества, его неизбежное деление на управляющее меньшинство и управляемое большинство. Власть принадлежит элите потому, она отличается особыми качествами

Во второй половине XIX в. в связи с дальнейшей централизацией и бюрократизацией политической жизни наступил период критической переоценки опыта представительного правления и либерально-демократических ценностей. Это нашло свое отражение в теории элит Вильфредо Парето (1848—1923) и в концепции политического класса Гаэтано Моски (1858— 1941). В начале XX в. элитарный подход к изучению политики был дополнен изучением влияния так называемых заинтересованных групп (Бентли) и новым взглядом на упорядочивающую роль бюрократии в деле осуществления власти в обществе и государстве (Вебер). Особую разновидность социально-группового анализа политики составили концепции технократии и тех-нодемократии (Белл, Дюверже и др.).

В настоящее время существуют различные направления элитарных теорий: ценностные теории элиты, теории демократического элитизма, концепции плюрализма элит, леволиберальные теории. Они отражают те или иные аспекты реальной действительности.

В обобщенном виде политическая элита — это привилегированная группа, которая занимает руководящие позиции во властных структурах и непосредственно участвует в принятии важнейших для общества решений. Для современного общества характерна разносторонняя, внутренне дифференцированная, но интегрированная политическая элита.

Существование политической элиты объясняется целым рядом факторов: психологическим и социальным неравенством людей, законом разделения труда, политической пассивностью значительной части населения.

Задачи исследования:

– раскрыть понятие «элиты» и рассмотреть основные классические теории элиты;

– проанализировать сущность и содержание современных концепций политического элитизма.

Методологической основой исследования является применение сравнительно-аналитического, структурно-логического и историографического методов исследования.

В работе рассмотрены классические теории (В. Парето, Г. Моска), теории «политического класса», «правящей элиты» и «железного закона олигархии». Исследованы задачи политической науки по концепции Моски, охарактеризованы основные проблемы политических исследования в трактовке В. Парето. Данное понятие «элиты» в широком и узком значении слова, обращено внимание на основные тенденции развития элиты, раскрыты законы циркуляции элиты и обновления правящего класса. Дана характеристика современных теорий элит.

 

1.1. Понятие «элита»

 

Термин «элита» начиная с XVII в. стал употребляться для именования «избранных людей», прежде всего высшей знати. В Англии, как свидетельствует Оксфордский словарь 1823 г., так стали называть высшие социальные группы общества. Однако этот термин не применялся широко в общественных науках до конца XIX — начала XX в.

Теория элиты (элитизм) — это совокупность социально-политических концепций, утверждающих, что необходимыми составными частями любой социальной структуры являются высшие, привилегированные слои, правящее меньшинство, господствующее над остальным населением.

Политическая элита обычно трактуется как составляющая меньшинство общества самостоятельная, высшая, относительно привилегированная группа (или совокупность групп), в большей или меньшей мере обладающая выдающимися психологическими, социальными и политическими качествами и непосредственно участвующая в принятии и осуществлении решений, связанных с использованием государственной власти или воздействием на нее.

В античной философии элитарное мировоззрение наиболее полно было сформулировано Платоном. Он решительно выступал против допущения демоса (народа) к управлению государством, называл его «толпой», враждебной мудрости. Платон сопрягал добродетель, мужество и ум как высшие достоинства людей с принадлежностью к аристократии, которая знает, как управлять государством.

Впоследствии в то же русло вливались взгляды многих других мыслителей от Н. Макиавелли до Ф. Ницше и О. Шопенгауэра. Однако как целостная система взглядов элитизм состоялся в первой половине XX в. в работах В. Парето, Г. Моски и Р. Михельса.

Слово «элита» в переводе с французского означает «лучшее», «отборное», «избранное». В повседневном языке оно имеет два значения. Первое из них отражает обладание какими-то интенсивно, четко и максимально выраженными чертами, наивысшими по той или иной шкале измерений. В этом значении термин «элита» употребляется в таких словосочетаниях, как «элитное зерно», «элитные лошади», «спортивная элита», «элитные войска», «воровская элита» и т.п.

Во втором значении слово «элита» относится к лучшей, наиболее ценной для общества группе, стоящей над массами и призванной в силу обладания особыми качествами управлять ими. Такое понимание слова отражало реальности рабовладельческого и феодального общества, элитой которого выступала аристократия. Сам термин «аристос» означает «лучший», соответственно, аристократия – «власть лучших».)

По мнению известного американского политолога Дж.Сартори, содержание понятия «правящая элита» включает в себя представление о существовании «политического класса, правящего (господствующего) класса, властвующей элиты», выступающей в роли «руководящего меньшинства, руководства и т.д.». Он утверждает, что «различными наименованиями пользуются для обозначения одного и того же концепта, и различные концепты обозначаются одним и тем же названием».1

В политической науке термин «элита» употребляется лишь в первом, этически нейтральном значении. Определяемое в самой общей форме, это понятие характеризует носителей наиболее ярко выраженных политико-управленческих качеств и функций. Теория элит стремится исключить нивелировку, усредненность в оценке влияния людей на власть, отражает неравномерность ее распределения в обществе, соревновательность и конкуренцию в области политической жизни, ее иерархичность и динамизм.
Научное употребление категории «политическая элита» основывается на вполне определенных общих представлениях о месте и роли политики и ее непосредственных носителей в обществе. Теория политической элиты исходит из равноправности и равноценности или даже приоритета политики по отношению к экономике и социальной структуре общества. Поэтому эта концепция несовместима с идеями экономического и социального детерминизма, представленного, в частности, марксизмом, трактующим политику всего лишь как надстройку над экономическим базисом, как концентрированное выражение экономики и классовых интересов. Из-за этого, а также вследствие нежелания правящей номенклатурной элиты быть объектом научных исследований, понятие политической элиты в советском обществоведении рассматривалось как псевдонаучное и буржуазно-тенденциозное и в позитивном значении не употреблялось.

Первоначально в политической науке французский термин «элита» получил распространение в начале XX в. благодаря трудам Сореля и Парето, хотя идеи политического элитизма возникли вне Франции в глубокой древности. Еще во времена разложения родового строя появляются взгляды, разделяющие общество на высших и низших, благородных и чернь, аристократию и простой люд. Наиболее последовательное обоснование и выражение эти идеи получили у Конфуция, Платона, Макиавелли, Карлейля, Ницше. Однако такого рода элитарные теории сколь-нибудь серьезного социологического обоснования еще не получили. Первые современные, классические концепции элит возникли в конце XIX – начале XX в. Они связаны с именами Гаэтано Моски, Вильфредо Парето и Роберта Михельса.

 

1.2. Основные тенденции развития элит

 

Элитарность современного общества очевидна. Всякие попытки ее устранения, социально-экономическая и политическая уравниловки приводили лишь к вырождению элиты, что, в конечном счете, наносило ущерб всему обществу. Устранить политическую элитарность можно лишь за счет общественного самоуправления. Однако на нынешнем этапе общественного развития самоуправление народа — скорее цель, к которой надо стремиться, чем реальность. Для демократического государства первостепенное значение имеет не борьба с элитарностью, а формирование наиболее результативной, полезной для общества политической элиты, обеспечение ее социальной представительности, своевременного качественного обновления, предотвращения тенденции становления олигархии, отчуждения от масс и превращения в замкнутую касту.

В политологии выделяются две основные системы рекрутирования элиты: гильдий и антрепренерская.

Отличительными чертами системы гильдий являются: 1) закрытость, отбор претендентов на более высокие посты в основном из нижестоящих слоев самой элиты; медленный, эволюционный путь наверх; 2) высокая степень институционализации отбора, наличие многочисленных институциональных фильтров — формальных требований для занятия должностей (возраст, пол, партийность и др.); 3) небольшой, относительно закрытый круг селектората (людей, осуществляющих отбор кадров); 4) тенденция к воспроизводству уже существующего типа лидерства.

Номенклатурная система рекрутирования политической элиты — один из наиболее типичных вариантов гильдий, который характеризуется отсутствием конкурентной борьбы, излишней идеологизацией, политизацией и растущим непотизмом (доминированием родственных связей).

Антрепренерская система характеризуется: 1) открытостью, широкими возможностями для представителей различных социальных групп претендовать на место в элите; 2) небольшим числом институциональных фильтров; 3) широким кругом селектората; 4) высокой конкуренцией и первостепенной значимостью индивидуальных качеств претендента.

У каждой системы отбора есть свои плюсы и минусы. Если антрепренерская система в большей степени приспособлена к динамизму современной жизни, то система гильдий склонна к бюрократизации, консерватизму. В первой — большая степень риска, во второй — большая уравновешенность при принятии решений, меньшая вероятность внутреннего конфликта, наблюдается стремление к консенсусу и преемственности.

Правящая элита неоднородна и имеет сложную структуру. Составными элементами структуры правящей элиты выступают:

  • экономическая элита — крупные собственники, владеющие
    промышленными компаниями, банками, торговыми фирмами и т. п.;
  • политическая элита — лица, занимающие высшие посты в гражданских или военных органах власти;
  • бюрократическая (административная) элита;
  • идеологическая, «информационная» – элита – ведущие представители науки, культуры, религии, образования, средств массовой информации.

    На основе объема властных функций различаются высшая, средняя и административная политические элиты.

     

    Таблица 1– Типы элит по способу их образования

     

    Интеграция 

    Рекрутирование  

    Открытое 

    Закрытое 

    Высокая  

    Солидарная 

    Единая 

    Низкая 

    Абрактная 

    Учрежденческая 

     

    Высшая политическая элита включает в себя ведущих политических руководителей и тех, кто занимает высшие посты в законодательной, исполнительной и судебной ветвях власти (непосредственное окружение президента, премьер-министра, спикера парламента, руководители органов государственной власти, ведущих политических партий, депутатских фракций в парламенте). Это численно ограниченный круг людей (100 – 200 человек), принимающих наиболее значимые для всего общества политические решения, касающиеся судеб миллионов людей.

    Таблица 2 – Типы элит по способу их образования

     

    Интеграция 

    Область влияния 

    Широкая 

    Ограниченная 

    Централизованная  

    Автократическая 

    Олигархическая 

    Диффузная 

    Гегемоническая 

    Демократическая 

     

    Средняя политическая элита формируется из огромного количества выборных должностных лиц: парламентариев, сенаторов, депутатов, губернаторов, мэров, лидеров различных политических партий, общественно-политических движений и др.

    Административная элита (бюрократическая) — это высший слой государственных служащих (чиновничества), занимающих высшие позиции в министерствах, департаментах и других органах государственного управления.

    Уровень циркуляции элит разнообразен. По оценкам немецких ученых, о среднем ее уровне можно говорить только применительно к бюрократической и частично политической элите (министры, руководящие деятели парламента); для экономической элиты характерен низкий уровень циркуляции.

    Единственной причиной выхода из рядов этой элиты является смерть, для руководителей политических партий — смерть и — реже — уход в отставку по старости. При тоталитарной системе правления перемены в правящей элите осуществляются лишь путем ликвидации ее отдельных представителей или в результате полного краха всей системы.

    Первостепенную важность с точки зрения функционирования правящей элиты имеет характер взаимоотношений между отдельными ее группами. Изучение их убеждает, что сложный структурный состав элиты не исключает высокой степени ее сплоченности. Все входящие в элиту группы заинтересованы в сохранении и нормальном функционировании существующей общественной системы. Все они по-своему представляют интересы тех социальных слоев, с которыми связаны бесчисленным количеством нитей. Для большинства из них свойственны общность традиций, привычек, взглядов, идей и всей системы ценностей. Многих из них объединяют личные, а иногда и семейные узы.

     

    Таблица 3 – Интегральные типы элит

    Элита 

    По способу образования

    По структуре власти 

    Правящий класс 

    Единая

    Учрежденческая 

    Автократическая

    Олигархическая 

    Управляющий класс 

    Единая

    Учрежденческая 

    Гегемоническая

    Демократическая 

    Властвующая элита 

    Солидарная 

    Автократическая

    Олигархическая 

    Лидерские групп 

    Абстрактная  

    Гегемоническая

    Демократическая 

     

    Поскольку диалектика общественного развития такова, что решение экономических вопросов приобретает политический, а решение политических — экономический характер, границы между политической и экономической элитами начинают размываться. Аналогичным образом сближаются экономическая и бюрократическая элиты. В зависимости от степени милитаризации общественной жизни можно говорить о роли и влиянии военной элиты.

    Вопрос о роли политической элиты в политической жизни российского общества является новым для отечественной политической мысли и практики.

     

    <

    1.3. Классические теории элит

     

    В современном виде социологические теории элит сформировались на рубеже XIX — XX вв. Их родоначальниками считаются социологи
    Вильфредо Парето (1848– 1923), Гаэтано Моска (1858 — 1941) и Роберт Михельс (1876 — 1936). Ядром социологии В.Парето явилась разработка «новой логики», позволяющей анализировать с формальной точки зрения вербальные проявления активности индивидов и на этом основании строить гипотезы, позволяющие выявить постоянные элементы социального действия. Важнейшим законом развития человеческого общества он объявил «закон кругового движения, возникновения и падения элит». В своем четырехтомном «Трактате по общей социологии» (1916) он делает попытку изложить отношение чувств к мышлению, а затем отношение чувств и мышления к управлению социальной жизни и контролю над ней. По его мнению, развитие общества идет по строго определенному «закону элиты». Все население Парето делит на две страты: высшую и низшую: «Каждый народ, – объясняет он, — управляется элитой, избранным элементом населения». В.Парето исходит из двух положений: объективного неравенства людей и субъективного представления человека о равенстве. Их истолкование и служит катализатором изменений в обществе. Согласно Парето, избранная, «элитарная» часть общества постоянно подвергается вымыванию и заполнению свободного пространства представителями из низших слоев. Вот в этом процессе «циркуляции элиты» возникающим как эффект комбинации вышеуказанных элементов социального действия, рождается континуум истории. Накопления «превосходящего» качества в низших слоях и деградация высших страт образуют вескую причину нарушения общественного равновесия. Господствующие классы обновляются не только численно, но и качественно, по роду. «Декаданс» элиты находится в прямой зависимости от социальной мобильности, в которой она нуждается для своего обновления. Устойчивость социального свойства имеет в случае элиты тенденцию к ослаблению.

    Очень важное место в социолога-политической концепции Парето занимает толкование логического и нелогического поступка (поведения в широком смысле). По мнению Р. Арона, в уяснении этой проблемы сильно помогут наблюдения за поведением таких распространенных и типичных участников деловой современной жизни, как инженер и спекулянт. Инженер, если он не ошибается, ведет себя логично. Экономист и юрист, если не сильно завышают роль своих познаний, способны понять определенные формы поведения людей. И только социология имеет дело с людьми, которые обычно не ведут себя ни как деловитые инженеры, ни как осторожные спекулянты. Человек по природе своей существо хотя и рассудительное, но в своем практическом поведении нередко безрассудное. Наблюдая за его поведением, социолог должен выявить и учесть особую роль чувств и аффектов (страстей) в этом поведении. Эта роль так велика и так постоянна в своем воздействии на поведение, что умственные построения выглядят удивительно переменчивыми, тогда как чувства относительно постоянными. Вот за эту постоянность все чувства и аффекты Парето отнес к особой категории компонентов в человеческом поведении и назвал их термином «резидуа» (буквально «остатки», т. е. то, что остается, выпадает в осадок). В отличие от чувств и аффектов умственные построения, т. е. аргументы и системы оправдания, а также идеологии, с помощью которых люди обычно маскируют свои страсти и тем самым придают своим поступкам или высказываниям вид обдуманных поступков, Парето именует «дериватами» («производные»).

    Все общества отличаются между собой во многом вследствие различий, коренящихся в природе своих элит. Это связано также с тем, что ценности мира сего распределяются неравномерно, а вместе с ними столь же неравномерно распределены престиж, власть или почести, связанные с политическим соперничеством. В результате меньшинство управляет большинством, прибегая к двум разновидностям приемов и средств — силе и хитрости. С учетом такого толкования политические элиты подразделяются на два семейства, названия которых восходят к Н. Макиавелли. Предпочитающие насилие именуются элитой львов, другие, тяготеющие к изворотливости, — элитой лис. Самым важным событием в истории Парето считает жизнь и смерть правящего меньшинства. «История, — согласно его крылатой формуле, — кладбище аристократий» (Трактат общей социологии). Отсюда и другая его формула — «История обществ есть большей частью история преемственности аристократий».

    Правление элит из семейства львов — это правление радикальных меньшинств в условиях сильно бюрократизированной деятельности. Западноевропейские общества управляются, согласно Парето, плутократическими элитами («семейство лис»). «Проблема организации общества должна решаться не декларациями вокруг более или менее смутного идеала справедливости, — утверждал Парето, — а только научными исследованиями, задача которых найти способ соотнесения средств с целью, а для каждого человека — соотношения усилий и страданий с наслаждением, так чтобы минимум страданий и усилий обеспечивал как можно большему числу людей максимум благосостояния».

    Таким образом, у Парето общество представлено именно как циркуляция элит. Оно гетерогенно. Неизбежность деления общества на элиту и массы и гетерогенность общества определяются изначальным психологическим неравенством индивидов, что проявляется во всех сферах общественной жизни. Особенность той или иной социальной группы зависит от природных особенностей и талантов ее членов, а это в свою очередь определяет общественное положение группы на той или иной ступени общественной лестницы.    Иерархическое деление людей, возможно, осуществлять по разным показателям (авторитет, образование, талант, карьера и т.д.). Но основным показателем элитности Парето считал богатство. Элита определяет динамику общества и его равновесие. Если социальная система выводиться из равновесия, то стечением времени она возвращается к нему. Колебания системы и приход ее в нормальное состояние образует цикл. Исторический прогресс Парето представлял как вечную циркуляцию основных типов элит: «Элиты возникают из низших слоев поднимаются наверх, там расцветают, но, в конце концов, вырождаются, уничтожаются и исчезают. Деградирующие члены элит опускаются в массы». Этот круговорот элит Парето считал универсальным законом истории. Качество обеспечивающие элите господство, меняются в ходе цикла социального развития, отсюда меняется и тип элит, а история оказывается кладбищем аристократии. Сравнивая элиту с массой, Парето считает, что для первой характерна продуктивность, высокая степень деятельности. Ей должны быть присущи, по крайней мере, два важнейших качества: умение убеждать, манипулируя человеческими эмоциями, и умение применять силу там, где это необходимо, в зависимости от конкретной исторической ситуации. Если Парето делает акцент на замене одного типа элиты другим, то Г.Моска выступил за постепенное проникновение в элиту «лучших» элементов массы; если Моска абсолютизировал политический фактор, то Парето отдавал предпочтение психологическому. Поэтому от Парето берет начало ценностная интерпретация элит, а от Маска — концепции школы политической элиты.1

    Г. Моска доказывал неизбежное деление любого общества на две неравные по социальному положению и роли группы. В 1896 г. в «Основах политической науки» он писал: «Во всех обществах, начиная с самых среднеразвитых и едва достигших зачатков цивилизации и кончая просвещенными и мощными, существуют два класса лиц: класс управляющих и класс управляемых. Первый, всегда относительно малочисленный, осуществляет все политические функции, монополизирует власть и пользуется присущими ему преимуществами, в то время как второй, более многочисленный, управляется и регулируется первым …и поставляет ему материальные средства поддержки, необходимые для жизнеспособности политического организма». Моска проанализировал проблему формирования политической элиты и ее специфических качеств. Он считал, что важнейшим критерием вхождения в нее является способность к управлению другими людьми, т.е. организаторская способность, а также выделяющие элиту из остальной части общества материальное, моральное и интеллектуальное превосходство. Существуют две тенденции в развитии правящего класса: аристократическая и демократическая. Первая из них проявляется в стремлении политического класса стать наследственным если не юридически, то фактически.

    Преобладание аристократической тенденции приводит к «закрытию и кристаллизации» класса, к его вырождению и, как следствие, к общественному застою. Это, в конечном счете, влечет за собой активизацию борьбы новых социальных сил за занятие господствующих позиций в обществе. Вторая, демократическая тенденция выражается в обновлении политического класса за счет наиболее способных к управлению и активных низших слоев. Такое обновление предотвращает дегенерацию элиты, делает ее способной к эффективному руководству обществом. Равновесие между аристократической и демократической тенденциями наиболее желательно для общества, ибо оно обеспечивает как преемственность и стабильность в руководстве страной, так и его качественное обновление.

    Крупный вклад в развитие теории политических элит внес Р.Михельс. Он исследовал социальные механизмы, порождающие элитарность общества. В основном, солидаризируясь с Маской в трактовке причин элитарности, Михельс особо выделяет организаторские способности, а также организационные структуры общества, усиливающие элитарность и возвышающие управляющий слой. Он сделал вывод, что сама организация общества требует элитарности и закономерно воспроизводит ее. 1

    В обществе действует «железный закон олигархических тенденций». Его суть состоит в том, что неотделимое от общественного прогресса развитие крупных организаций неизбежно ведет к олигархизации управления обществом и формированию элиты, поскольку руководство такими объединениями не может осуществляться всеми их членами. Эффективность их деятельности требует функциональной специализации и рациональности, мышления руководящего ядра и аппарата, которые постепенно, но неизбежно выходят из-под контроля рядовых членов и подчиняют политику собственным интересам, заботятся в первую очередь о сохранении своего привилегированного положения. Рядовые же члены организаций достаточно пассивны и проявляют равнодушие к повседневной политической деятельности. В результате любой, даже демократической организацией всегда фактически правит олигархическая, элитарная группа. Такие наиболее влиятельные группы, заинтересованные в сохранении своего привилегированного положения, устанавливают между собой различного рода контакты, сплачиваются, забывая об интересах масс.

    В трудах В.Парето, Г.Маски, и Р.Михельса понятие политической элиты получило уже достаточно ясные очертания. Были намечены ее важнейшие свойства, параметры, позволяющие разграничивать и оценивать различные элитарные теории современности. К ним относятся: 1) особые свойства, присущие представителям элиты; 2) взаимоотношения, существующие внутри элитарного слоя и характеризующие степень его сплоченности, интеграции; 3) отношения элиты с неэлитой, массой; 4) рекрутирование элиты, т.е. как и из кого, она образуется; 5) роль элиты в обществе, ее функции и влияние.

    Многообразные ценностные теории элит существенно различаются по степени их аристократизма, отношению к массам, демократии и т. д. Однако они имеют и ряд общих установок1:

  1. элита — наиболее ценный элемент общества, обладающий высокими способностями и показателями в наиболее важных для государства сферах деятельности;
  2. господствующее положение элиты отвечает интересам всего общества, поскольку это наиболее продуктивная и инициативная часть населения; масса же — это не мотор, а лишь колесо истории, проводник в жизнь решений, принимаемых элитами;
  3. формирование элиты — это не столько результат борьбы за власть, сколько следствие естественного отбора обществом наиболее ценных представителей, поэтому общество должно стремиться совершенствовать механизм такой селекции;
  4. элитарность закономерно вытекает из равенства возможностей и не противоречит современной представительной демократии (социальное равенство должно пониматься как равенство возможностей, а не результатов, социального статуса); поскольку люди не равны физически, интеллектуально, но своей активности, то для демократии важно обеспечить им равные стартовые условия; на финиш же они придут в разное время, с разными результатами.

    Некоторые сторонники теории элит делали попытки определить конкретные параметры элитарной группы, характеризующие последствия ее влияния на общество.

    Некоторые демократические установки ценностных теорий элиты развивают и существенно обогащают концепции множественности, плюрализма элит. Они базируются на следующих постулатах1:

    1)    Отрицание элиты как единой привилегированной относительно сплоченной группы. Существует множество элит. Влияние каждой из них ограничено специфической для нее областью деятельности. Ни одна из них не способна доминировать во всех областях жизни. Плюрализм элит определяется сложным общественным разделением труда, многообразием социальной структуры. Каждая из множества материнских, базисных групп — профессиональных, региональных, религиозных, демографических и др. — выделяет собственную элиту, которая выражает ее интересы, защищает ценности и в то же время активно воздействует на ее развитие;

  5. Элиты находятся под контролем материнских групп. С помощью разнообразных демократических механизмов — выборов, референдумов, опросов, прессы, групп давления и т. д. — можно ограничить и вообще предотвратить действие открытого Р. Михельсом «железного закона олигархических тенденций» и удержать элиты под давлением масс;
  6. Существует конкуренция элит, отражающая экономическую и социальную конкуренцию в обществе. Она делает возможной подотчетность элит массам, предотвращает складывание единой господствующей элитной группы. Эта конкуренция развертывается на основе признания всеми ее участниками «демократических правил игры», требований закона;

    4)    В современном демократическом обществе власть распылена
    между многообразными общественными группами и институтами, которые с помощью прямого участия, давления, использования блоков и союзов могут налагать вето на неугодные решения, отстаивать свои интересы, находить взаимоприемлемые компромиссы. Сами отношения власти изменчивы, они создаются для вполне определенных решений и могут заменяться для принятия других решений. Это ослабляет концентрацию власти и предотвращает складывание стабильных господствующих социально-политических позиций и устойчивого властвующего слоя.

    5) Различия между элитой и массой условны. В современном правовом социальном государстве граждане свободно могут входить в состав элиты, участвовать в принятии решений. Главный субъект политической жизни не элиты, а группы интересов. Различия между элитой и массой основаны главным образом на неодинаковой заинтересованности в принятии решений. Доступ к лидерству открывают не только богатство и высокий социальный статус, но прежде всего личные способности, знания, активность и т. п.

    Своего рода идейным антиподом теории плюрализма элит выступают леволиберальные теории элиты. Один из ведущих теоретиков этого направления Р. Миллс считает, что захват правящим классом контроля над важнейшими областями жизни является главной причиной упадка демократии. Властвующая элита, пишет Р. Миллс, «состоит из людей, занимающих такие позиции, которые позволяют им возвыситься над средой обыкновенных людей и принимать решения, имеющие далеко идущие последствия…»1. Миллс различает три важные элиты в США — главы корпораций, политических лидеров и военное руководство. Он описывает американское общество как массовое общество, в котором властвующая элита решает важнейшие вопросы и обеспечивает спокойствие масс путем лести, обмана и увеселений.

    Основной тезис теорий элит заключается в том, что в любом обществе существует и должно существовать меньшинство населения, которое принимает важнейшие решения в обществе и правит большинством. Это меньшинство, составляющее политический класс, или правящую элиту, включает более широкий круг тех, кто влияет на государственные решения, а также тех, кто формально «определяет политику». Меньшинство добивается своего господствующего положения средствами, выходящими за рамки обычных выборов. Его влияние может быть связано с тем, что оно воплощает определенные социальные или религиозные ценности, наследственность или определенные личные качества.

    Все рассмотренные выше теории элит не вписываются в основной постулат демократии о том, что правительство находится в руках народа. В свете теорий элит французский политолог Морис Дюверже советует заменить формулу «управление народа с помощью народа» другой — «управление народом с помощью элиты», выходящей из народа.

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    2. СОВРЕМЕННЫЕ КОНЦЕПЦИИ ПОЛИТИЧЕСКОГО ЭЛИТИЗМА

     

    2.1. Общая характеристика современных теорий элиты

     

    Среди современных направлений теории элит необходимо выделить такие, как «Макиавеллистская школа», «ценностные теории», теории «демократического элитизма», «концепции плюрализма элит», «леволиберальные концепции». Подробное изложение основных моментов этих теорий элит не входит в цель настоящего исследования. Поэтому мы остановимся на одной из этих позиций, по нашему мнению наиболее близкой к теории элитарного образования. Ценностные теории элиты, как и макиавеллистские концепции, считают элиту главной конструктивной силой общества, однако смягчают свою позицию по отношению к демократии, стремятся приспособить элитарную теорию к реальной жизни современных государств. Многообразные ценностные концепции элит существенно различаются по степени защиты аристократизма, отношению к массам, демократии и т.д. Однако они имеют и ряд следующих общих установок:

    1. Принадлежность к элите определяется обладанием высокими способностями и показателями в наиболее важных для всего общества сферах деятельности. Элита — наиболее ценный элемент социальной системы, ориентированный на удовлетворение ее важнейших потребностей. В ходе развития у общества отмирают многие старые и возникают новые потребности, функции и ценностные ориентации. Это приводит к постепенному вытеснению носителей наиболее важных для своего времени качеств новыми людьми, отвечающими современным требованиям. Так в ходе истории произошла смена аристократии, воплощающей нравственные качества и прежде всего честь, образованность и культуру, предпринимателями, в хозяйственной инициативе которых нуждалось общество. Последние же, в свою очередь, сменяются менеджерами и интеллектуалами — носителями столь важных для современного общества знаний и управленческой компетентности. Некоторые современные сторонники ценностной теории элит утверждают, что лишь индустриальное и постиндустриальное общество становится подлинно элитарным, поскольку «покоившееся на владении частной собственностью классовое господство сменилось в нем господством групп, которые рекрутируются отныне не по крови или владению собственностью, а на основе деловой квалификации».

    2. Элита относительно сплочена на здоровой основе выполняемых ею руководящих функций. Это — не объединение людей, стремящихся реализовать свои эгоистические групповые интересы, а сотрудничество лиц, заботящихся, прежде всего об общем благе.

    3. Взаимоотношения между элитой и массой имеют не столько характер политического или социального господства, сколько руководства, предполагающего управленческое воздействие, основанное на согласии и добровольном послушании управляемых и авторитете власть имущих. Ведущая роль элиты уподобляется руководству старших, более знающих и компетентных по отношению к младшим, менее осведомленным и опытным. Она отвечает интересам всех граждан.

    4. Формирование элиты — не столько результат ожесточенной борьбы за власть, сколько следствие естественного отбора обществом наиболее ценных представителей. Поэтому общество должно стремиться совершенствовать механизмы такой селекции, вести поиск рациональной, наиболее результативной элиты во всех социальных слоях.

    5. Элитарность — условие эффективного функционирования любого общества. Она основана на естественном разделении управленческого и исполнительского труда, закономерно вытекает из равенства возможностей и не противоречит демократии.

    Социальное равенство должно пониматься как равенство жизненных шансов, а не равенство результатов, социального статуса. Поскольку люди не равны физически, интеллектуально, по своей жизненной энергии и активности, то для демократического государства важно обеспечить им примерно одинаковые стартовые условия. На финиш же они придут в разное время и с разными результатами. Неизбежно появятся социальные «чемпионы» и аутсайдеры. Некоторые сторонники ценностной теории элит пытаются разработать количественные показатели, характеризующие ее влияние на общество. Так, Н.А.Бердяев на основе анализа развития разных стран и народов вывел «коэффициент элиты» как отношение высокоинтеллектуальной части населения к общему числу грамотных. Коэффициент элит, составляющий свыше 5%, означает наличие в обществе высокого потенциала развития. Как только этот коэффициент опускался до примерно 1 %, империя прекращала существование, в обществе наблюдались застой и окостенение. Сама же элита превращалась в касту, жречество. Всемирная история показывает, что деградация элиты всегда самым странным образом совпадает с деградацией самого общества или государства. По-видимому, эти процессы самым тесным образом связаны между собой, но данная проблема находится в ведении политической элитологии, хотя некоторые вопросы эти были еще рассмотрены английским историком А.Тойнби в его знаменитой книге «Постижение истории».1

    Ценностные представления о роли элиты в обществе преобладают у современных неоконсерваторов, утверждающих, что элитарность необходима для демократии. Но сама элита должна служить нравственным примером для других граждан и внушать к себе уважение, подтверждаемое на свободных выборах. Основные положения ценностной теории элит лежат в основе концепций демократического элитизма (элитарной демократии), получивших широкое распространение в современном мире. Они исходят из предложенного Й.Шумпетером понимания демократии как конкуренции между потенциальными руководителями за доверие избирателей. Сами политические выборы представляют собой механизм элитизации, а избирательное право является, в сущности, правом элиты. Как писал К.Мангейм, «демократия влечет за собой антиэлитистскую тенденцию, но не требует идти до конца к утопическому уравнению элиты и масс. Мы понимаем, что демократия характеризуется не отсутствием страты элиты, а скорее новым способом рекрутирования и новым самосознанием элиты».

    Сторонники демократического элитизма, ссылаясь на результаты эмпирических исследований, утверждают, что реальная демократия нуждается как в элитах, так и в массовой политической апатии, поскольку слишком высокая политическая партиципация угрожает стабильности демократии. Элиты необходимы, прежде всего, как гарант высокого качественного состава руководителей, избранных населением. Сама социальная ценность демократии решающим образом зависит от качества элиты. Руководящий слой не только обладает необходимыми для управления свойствами, но служит защитником демократических ценностей и способен сдержать часто присущий массам политический и идеологический иррационализм, эмоциональную неуравновешенность и радикализм. 1

    Таким образом, элитологи утверждают, что «избранные» приобретают лидирующие позиции в силу своих природных качеств, «врожденных способностей занимать привилегированное положение» (Г.Лассуэлл), «стремления к власти» (М.Гинсберг), в силу «божественного озарения», мистических качеств (Л.Фройнд) и т.д. Во всех этих утверждениях на первое место поставлены личные качества субъекта элиты, а значит, речь идет именно об антропологических основах этой социокультурной группы.

    Рассмотрев некоторые методологические особенности современной элитологии, обратим теперь наше внимание на историю развитие антропологической элитологии в рамках истории философии.

     

     

     

    2.2. Теории элитарной демократии и заинтересованных групп

     

    Родоначальником теории «заинтересованных групп» стал Артур Бентли (1870—1957), автор работы «Процесс осуществления правительственной власти: изучение общественных давлений» (1908). Главным тезисом здесь стало утверждение о том, что деятельность людей всегда предопределена их интересами и направлена, по сути дела, на обеспечение этих интересов.

    Эта деятельность осуществляется обычно посредством групп, в которые люди объединены на основе общности интересов. Индивидуальные убеждения, отдельные идеи и идеология в целом, личностные характеристики индивидуального поведения имеют определяющее значение лишь в контексте деятельности группы и учитываются в той мере, в какой они помогают определению «образцов» (моделей) группового поведения. Поскольку группы не существуют без объединяющих их интересов, то интерес (деятельность) и группа являются для Бентли весьма близкими понятиями. Характерно, что интерес группы, который необходим в деле ее фиксации и идентификации, выявляется наблюдателем и исследователем не столько на основе ее устной риторики, программных и иных заявлений о своих целях, сколько по итогам фактически наблюдаемой деятельности и поведения членов данной группы.

    Деятельность заинтересованных групп в их отношениях друг с другом и в их воздействии на государственное управление Бентли воспринимает и изображает как динамический процесс, в ходе которого и осуществляется так называемое давление олицетворяемых данными группами интересов и сил на правительственную власть с целью заставить ее подчиниться их воле и влиянию. В этом воздействии доминирует обычно сильная группа или совокупность групп. Они же подчиняют своему влиянию и заставляют повиноваться более слабые группы, а сама государственная власть и управление включают в себя адаптацию и урегулирование конфликтов групп и групповых интересов и достижение известного равновесия между соперничающими группами.

    Таким образом, все феномены государственного управления можно представить как феномены (и результаты) воздействия «групп, давящих друг на друга, формирующих друг друга и выделяющих новые группы и групповые представления (органы или агентства правительственной власти) для посредничества в обеспечении общественного согласия». Различия в политических режимах отныне можно представить и как различия в типах групповой деятельности или в технике группового давления. Деспотизм и демократия — всего лишь различные способы представительства интересов. Новую конфигурацию получила характеристика реального функционирования системы «разделенных властей».

    Бентли не отрицал достоинств Марксова анализа роли классов в политике, но относил классы к группам со «множественными интересами», склонным к стабильному существованию и не имеющим в силу этого большого значения при динамическом восприятии и анализе политической властной деятельности, восприятии политики в динамике. Концепция «группового подхода» к политике стала важной методологической ориентацией в политической социологии и политической науке всего XX в., особенно в ее бихевиористской (поведенческой) школе политики (Лассвел, Трумэн, Алмонд и др.).

    Переход власти от народных избранников к техническим специалистам порождает новый тип правительственной власти технократической. Эту мысль в 40-е гг. проводил помимо Дж. Бёрнхема также И. Шумпетер, который стал толковать процесс народного участия в выборах и представительстве всего лишь как институционализированный способ подбора лидеров-управленцев. Его конечная цель отныне уже перестала быть представительством воли народной, а всего лишь итогом конкуренции между элитами, предлагающими себя для «демократического» выбора в ходе избирательной кампании.

    Другим вариантом истолкования технократических новаций стал вывод о том, что новейшая технология, административная стратегия или научное открытие отныне ничего не меняют в господстве различных элит, будь то элита львов (харизматических лидеров) или элита лис (организаторов и бюрократов) либо, по другой классификации, — элита экономическая, политическая, профессионалов, интеллектуалов и др.

     

    2.3. Технократические теории элит

     

    В основе технократических концепций властвования (от греч. «техне» — «мастерство» и «кратос» — «власть» ремесла, умения, мастерства) лежит очень давняя идея особой роли людей знания в делах властвования и управления.

    Формирование современных концепций технократического руководства восходит к Ф. Бэкону, Ж. А. Н. Кондорсе и А. Сен-Симону, которых вместе с некоторыми просветителями Века разума можно отнести к раннетехнократическим утопическим мыслителям, пропагандистам особой роли научного знания. Приемы технократического руководства обществом весьма выразительно запечатлены в «Новой Атлантиде» Ф. Бэкона, где с большой симпатией повествуется о высокоавторитетном сословии ученых, которые совмещают свои научные занятия с участием в управлении островным государством.

    Следующий подъем технократических умонастроений и ожиданий был связан с творчеством А. Сен-Симона. В «Письмах женевского обитателя к современникам» Сен-Симон заявил, что современная наука полезна именно тем, что она дает возможность предсказывать, и потому ученые стоят выше всех других людей и профессий. Вместе с промышленниками они составляют настоящий цвет общества, и если их лишиться, то нация в одно мгновение превратится в тело без души. Более всего полезны представители технических знаний — химики, физики, математики. Полезны и юристы, но их влияние составляет, по его оценке, всего 1/8 политического влияния в обществе.

    Особые ожидания А. Сен-Симона были связаны с социальной функцией позитивных знаний и позитивных наук в отличие от метафизических, «гадательных» наук. «Когда политика возвысится до ранга опытных наук, что сейчас уже не может быть очень замедлено, тогда станет точным и определенным характер способностей, требующихся для занятий ею; занятие политикой тогда будет исключительно поручено специальному классу ученых, который заставит умолкнуть болтунов».

    В 20—30-х гг. прошлого столетия в США в обстановке глубокой экономической депрессии приобрело известность движение технической интеллигенции, впервые назвавшее себя технократами. Наука, инженерное мышление и наличная технология, говорили технократы, располагают всем необходимым для осуществления вековой «американской мечты» об изобилии и процветании. Однако человеческий труд и машинная техника используются в рамках устарелого экономического устройства, что, собственно, и привело к депрессии. Лидер движения Г. Скотт, незадолго до этого малоизвестный инженер-энергетик, выступил с предложением создать крупную профессиональную организацию, которая объединила бы усилия ученых, педагогов, архитекторов, экспертов по санитарии, лесоводов, бухгалтеров и, наконец, инженеров с задачей рационализировать существующее промышленное производство.

    Движение технократов просуществовало недолго. «Новый курс» Рузвельта с его программой централизованного дирижирования экономикой и внушительным набором антикризисных мероприятий быстро выдул ветер из парусов технократии.

    Новый вариант технократических идей был выдвинут американским социологом Джеймсом Бёрнхемом в 1941 г. в книге «Революция менеджеров». Он заявил в ней, что технократия в лице управляющих (менеджеров, организаторов) стала социальной и политической реальностью в ряде крупнейших современных государств, таких как США, Германия и СССР. Таким образом, считал он, намечена тенденция к замене капитализма и социализма «обществом управляющих», в котором государственные функции станут функциями специально изобретенного менеджерами политического механизма.

    Менеджеры (управляющие) — это главные контролеры средств производства, и в этой своей роли они одновременно выступают и как новые собственники этих средств производства. Критики восприняли слабо аргументированное возвеличение роли менеджеров в обществе как подстановку желаемого вместо существующего (Друкер), а радикалы в лице Р. Миллса увидели в концепции Бёрнхема оживление платоновской утопии правления меньшинства, распространенной на все человечество. Однако эта концепция обрела второе дыхание в 50—60-х гг. в некоторых вариантах теории наступления постиндустриального общества, а также в элитарных истолкованиях природы политики, современной демократии и государственного управления. В этой обстановке широкое хождение получила метафора Р. Паунда «социальная инженерия».

    Вместительной областью для всевозможных технократических проектов стала современная политическая и социальная прогностика. Так, американский социолог Б. Беквит предсказывает, что на последних стадиях политической эволюции (включая постсоциализм) демократия будет заменена правлением экспертов, точнее организациями экспертов. И это будет более эффективное правление, нежели правление при помощи избирателей и избранников народа, поскольку эксперты более талантливы, лучше образованы и более опытны в специальных вопросах (Правление экспертов, 1972). Д. Белл, автор книги «Наступление постиндустриального общества» (1973), считает, что это становящееся общество, как общество «с высокой научной организацией», будет придавать огромное значение технократическим элементам. Джон Кеннет Гэлбрейт, автор монографии «Новое индустриальное состояние» (1965), объявил, что научно-академический комплекс (правительственные, университетские и частные исследовательские учреждения) находится на службе общества, а не частных потребителей. Кроме того, власть в экономике, некогда основанная на владении землей и затем перешедшая к капиталу, в настоящее время имеет своим источником и держателем «тот сплав знаний и опыта, который представляет собой техноструктура» предприятий и учреждений, имеющая дело с современной интеллектуальной техникой (компьютеризированная техника, системный анализ, моделирование, операциональные исследования и т. д.).

    С оригинальной интерпретацией генезиса технократических начал в современных политических системах Запада выступил французский политолог и историк Морис Дюверже. Технократии в чистом виде, по его мнению, нигде не существует, однако после расцвета либеральной демократии (1870—1914) и затем ее кризиса (1918—1939) на Западе возникает новая форма политической организации общества и государства, которая включила в себя технократические элементы и которая сочетает их с уцелевшими остатками либеральной демократии (не утраченные полностью политические свободы, либеральная плюралистическая идеология, гуманистические культурные традиции) и с новой олигархией в лице капиталистов, техноструктуры корпораций и правительственных учреждений.

    При этом капиталисты-собственники входят в состав экономически могущественной верхушки техноструктуры, которую Дюверже в отличие от Гэлбрейта и в порядке дополнения к нему именует особой политико-управляющей структурой. Она состоит из отдельных замкнутых групп «мудрецов», которые участвуют в подготовке государственных решений, вырабатываемых, как и в крупных фирмах, коллективно. Цементирующим ядром политико-управляющей техноструктуры, вокруг которого в зависимости от рода принимаемых решений собирается конгломерат всех иных групп, являются министерства и высший слой чиновничества. Эта область активности именуется управленческой техноструктурой.

    Другой центр активности — сфера деятельности политиков, не всегда компетентных в тех вопросах, решение которых они подкрепляют своей подписью (здесь действует политическая техноструктура). Сотрудничество в этой области настолько сплачивает воедино министров, лидеров партий, высших чиновников, экспертов и специалистов, руководителей профсоюзов и представителей «групп давления», что происходит циркуляция из одной группы в другую — аналогичная той, которую можно наблюдать в экономической техноструктуре.

    Новый сложившийся тип организации государственного управления явился, по мнению Дюверже, симбиозом капиталистической плутократии и техноструктуры. Эту двойственность Дюверже передает с помощью термина «технодемократия». Технодемократическую организацию он уподобил двуликому божеству древних римлян Янусу и назвал этим же именем свой труд о генезисе и эволюции этого типа организации (Янус. Два лица Запада, 1972). Фундаментальное противоречие, присущее современному капитализму, коренится не в антагонистическом противостоянии общественного характера производства и частного способа присвоения, а в противоречии между количественным ростом капитализма и его качественной деградацией.

    Преодоление этого социального несовершенства французский социолог связывает с перспективой либерального социализма, который возникает па определенной стадии общественной эволюции медленным, почти незаметным путем при максимальном использовании тех возможностей, которые тех-нодемократические учреждения открывают в деле служения «общему интересу». Возвышение политической техноструктуры на практике обесценивает старания тех групп, которые заинтересованы в достижении эффективного управления с помощью рациональной бюрократии в ее веберовском понимании.

     

    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

     

     

    Политическая элита — это организованное меньшинство, контролирующая группа, которая является частью класса или социального слоя и обладает реальной политической властью, возможностью воздействовать на все без исключения функции и политические действия данного общества. Родоначальник элитологии В. Парето определял элиту как группу людей, занимающих высокое положение соответственно степени своего влияния, политического и социального могущества.

    Первоначально в политической науке французский термин «элита» получил распространение в начале XX в. благодаря трудам Сореля и Парето, хотя идеи политического элитизма возникли вне Франции в глубокой древности. Еще во времена разложения родового строя появляются взгляды, разделяющие общество на высших и низших, благородных и чернь, аристократию и простой люд. Наиболее последовательное обоснование и выражение эти идеи получили у Конфуция, Платона, Макиавелли, Карлейля, Ницше. Однако такого рода элитарные теории сколь-нибудь серьезного социологического обоснования еще не получили. Первые современные, классические концепции элит возникли в конце XIX – начале XX в. Они связаны с именами Гаэтано Моски, Вильфредо Парето и Роберта Михельса.

    Вклад Моски и Парето в современную политическую теорию связан главным образом с определением структуры власти и сосредоточением внимания на групповом характере реализации власти в любой ее форме.

    Основной тезис теорий элит заключается в том, что в любом обществе существует и должно существовать меньшинство населения, которое принимает важнейшие решения в обществе и правит большинством. Это меньшинство, составляющее политический класс, или правящую элиту, включает более широкий круг тех, кто влияет на государственные решения, а также тех, кто формально «определяет политику». Меньшинство добивается своего господствующего положения средствами, выходящими за рамки обычных выборов. Его влияние может быть связано с тем, что оно воплощает определенные социальные или религиозные ценности, наследственность или определенные личные качества.

    Понятие элита относится к узкому и относительно замкнутому кругу людей с достаточно постоянной и ограниченной численностью, с сильными внутренними связями, которые имеют значительный вес по сравнению с окружением. Элита — это «избранные» той или иной сферы социальной жизни. Элита подразумевает исключительность, особые критерии отбора и участия в ее функционировании. В социальной иерархии элиты занимают высшую ступеньку.

    Политические элиты есть реальный факт общественных отношений. Предпосылки возникновения элиты связаны с рядом факторов:

  • политическая власть представляет собой сложную систему организованных центров власти. Функционирование этой системы предполагает существование особого слоя политических лидеров и руководителей, которые и занимают ключевые места в этих центрах власти и имеют определяющее общественное влияние;
  • в реальной политической практике сохраняется высокая степень отчуждения масс от процесса принятия политических решений и от контроля за политикой. Власть народа и управление народом разделены;
  • технология политического властвования требует выполнения политическими институтами их функций в короткие сроки, что резко ограничивает механизм консультирования с народом при принятии решений и способствует элитаризации политики;
  • выработка многих политических решений требует и специальных профессиональных знаний, что также ограничивает общественный контроль за властью «снизу»; кроме того, политикой интересуются далеко люди. Для многих другие сферы проявления своей деятельности представляют гораздо большую привлекательность заниматься политикой стремится меньшинство;
  • важным фактором является и стремление хранить свою власть. Элиты способствуют стабильности воспроизводимости, пролонгации власти, сохранения влияния политических лидеров и руководителей.

    Кроме ценностного, аксиологического подхода к выделению элиты, существует и структурно-функциональный подход. Если сторонники первого подхода объясняют существование элиты определенными качествами личностного плана, то сторонники второго связывают наличие элиты с политической властной пирамидой: элита — те, кто обладает наибольшей властью, власть имущие данного государства, те, кто «наверху» (Ч.Р. Миллс, Г. Лассуэлл, А. Этциони, Т. Дай).

    Оба критерия связаны между собой. Элита — действительно группа, которая находится на вершине властной пирамиды, имеет наивысшее влияние. Однако вхождение в элиту далеко не всегда связано с занимаемой высокой политической должностью. Политическая элита включает в себя более широкий круг тех, кто формально «определяет» политику, влияет на государственные решения. Для достижения вершины власти и политического влияния требуются действительно определенные качества, способности, преимущества.

     

    СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

     

  1. Арон Р. Этапы развития социологической мысли. М., 1992.
  2. Ашин Г.К. Современные теории элит: критический очерк. М., 1985.
  3. Ашин Г.К. Основы элитологии. Алматы. 1996.
  4. Власов В.И., Власова Г.Б. История политических и правовых учений, –М.: Юристъ, 2003.
  5. Гофман А.Б. Семь лекций по истории социологии. М., 1995.
  6. История политических и правовых учений / Под ред. О.Э. Лейста.–М.: ИКД «Зерцало-М», 2004.
  7. Канетти Э. Масса и власть. М., 1997.
  8. Курскова Г. Ю. Политический феномен власти // Социально-гуманитарные знания. 2000. № 1.
  9. Ледяев В. Г. Власть: концептуальный анализ // Полис. 2000. № 1.
  10. Ледяев В. Г. Формы власти: типологический анализ // Полис. 2000. №2.
  11. Малинкин А.Н. Теория политической элиты Р.Михельса // Социологический журнал. 1994. № 3.
  12. Миллс Р. Властвующая элита. М., 1959.
  13. Моска Г. Правящий класс // Социологические исследования, 1994. № 10.
  14. Политология / Под ред. М.А. Василика.–М.: ООО «Издательство Астрель», 2007.
  15. Политология: Хрестоматия / Сост. М. А. Василик, М. С. Вершинин. М., 2000.
  16. Практикум по политологии: Учеб. пособие для вузов / Под ред. М. А. Василика. М., 2000.
  17. Политология: Слов.-справ. / М. А. Василик и др. М., 2006.
  18. Пугачев В.П., Соловьев А.И. Введение в политологию. М., 2005.
  19. Сартори Дж. Вертикальная демократия // Полис (Политические исследования). 1993. № 2.
  20. Тойнби А.Дж. Постижение истории. М., 1991.
  21. Тоффлер О. Смещение власти: знание, богатство и принуждение на пороге XXI в. М., 1991.
  22. Халипов В. Ф. Власть: Кратологический словарь. М., 1997.
  23. Рассолов М. М. История политических и правовых учений для студентов вузов. –М.: ИНФРА-М, 2005.
<

Комментирование закрыто.

WordPress: 22.5MB | MySQL:123 | 1,924sec