Псковская Судная грамота

<

112914 1431 1 Псковская Судная грамота Феодально-зависимый крестьянин (изорник, кочетник, огородник), уходит от господина (по инициативе господина или собственной). Как решается Псковской судной грамотой вопрос о подмоге (долге) и собранном урожае?

 

Решение

Данная задача решается на основе статей 42, 51, 63 Псковской Судной грамоте.

В ст. 42 говорится: «А которой государь захочеть отрод дати своему (и)зорнику или огороднеку, или кочетнику, ино отрок быти о Филипове заговеине, також захочет изорник о(т)речися с села, или огороднику, или (ко)четник, ино тому ж отроку быти, а иному отроку не быти, ни от государя, ни от изорника, ни от котечника , ни от огородника, а запрется изорник или огородник, или котечник отрока государева, ино ему правда дать, а государь не доискался четверти, или огородной части, или с ысады рыбной[й] части».

Данная статья свидетельствует о процессе закрепощения крестьян в Псковской феодальной республике. Государь имел и рано отпускать (дать отрок) изорника, огородника, кочетника только в Филиппов день (т. е. 14 ноября но старому стилю). Это положение можно сравнить с Юрьевым днем (ст. 57) по Судебнику 1497 г. В случае отказа (если изорник, огородник, кочетник запретен, т. с. откажется уходить, оспорит отрок и при этом присягнет в своей правоте — правда дать), государь лишался четверти урожая, части огородной продукции или части рыболовного улова (ысады рыбной части). Изорник, кочетник, огородник — представители феодально-зависимого крестьянства, отличавшиеся по профессиональному признаку (изорник, видимо, пахарь; кочетник — рыболов; огородник — обрабатывавший огород). Статья их объединяет в одну группу, так как они занимают одинаковое положение относительно феодала — государя.»

В ст. 51 говорится, что «А коли изорник имет запиратся у государя покруты, а молвит так: у тебе есми на селе живал, а тебе есми не виноват, ино на то государю тому поставить люди сторонние человеки 4 и(ли) 5, а тым людем сказати как прямо пред Богом, как чисто на селе седел, ино государю правда давши взять свое, или изорнику верит, то воля государева. А толко государь не поставит людей на то, что изорник на селе седел, ино тот человек покруты своей не доискался».

Статья возвращается к вопросу об изорниках и покруте, как бы продолжая ст. 44. В случае, если изорник станет отрицать получение подмоги (покруты) от господина и будет утверждать, что он жил в его селе, но покруты не получал, государь должен представить свидетелей — 4 или 5 сторонних людей, которые могут подтвердить факт предоставления покруты изорнику. Государь в этом же приносит присягу, но может допустить к присяге и изорника (то воля государева). В случае отсутствия свидетелей покрута не возвращается (покруты своей не доискался).

В ст. 63 говорится: «А который изорник отречется у государя села, или государь его отрьчет, и государю взять у него все половину своего изорника, а (и)зорник половину.»

Статья 63 определяет условие ухода изорника от своего господина. Половину своего изорника исследователи обычно понимают как половину урожая за последний год. Статья является продолжением ст. 42 Псковской Судной грамоты.

Таким образом, условием ухода изорника (кочетника, огородника) является возврат половину урожая за последний год.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЗАДАЧА 2

 

Русский купец Афанасий подал иск в суд на немецкого купца. Как решает торговый спор в данном случае судебник 1550 г.? Сравните с иском между иностранцами.

 

 

Решение

 

Решение задачи основывается на ст. 24 Судебника 1550 г., в котором говорится: «А которые люди иногородцы учнут бита челом на наместников или на волостелей о обидных делех, как те наместники или волостели, едучу на жалованье, и на жалованье живучи, или едучи з жалования, кого чем изобидят, и тем людем иногородцом приставов на наместников и по волостелей и по их людей и до съезду з жалованиа давати, а велети тем наместником и волостелем присылати в свое место к ответу людей своих. А которые иногородцы не учнут о тех своих обидных делех бита челом на наместников и на волостелей и на их людей до году, и тем людем тогды приставов и суда на наместников и на волостелей и на их людей не давати».

и ст. 98 Судебника: «А которые будут дела новые, а в сем Судебнике не написаны, и как те дела с государева докладу и со всех боар приговору вершается, и те дела в сем Судебнике приписывати.»

Таким образом, на основании ст. 24 Судебника иск с иногородцем (немецким купцом) решается на месте в волости, боярином.

В случае иска между иностранцами, данный иск решается на основании указания государя.

 

 

 

 

 

ЗАДАЧА 3

 

Во время церковной службы к царю Алексею Михайловичу обратился Юрий Долгорукий с просьбой срочно принять его для обсуждения очень важного сообщения о готовящейся государственной измене. К каким последствиям мог привести этот разговор во время церковной службы согласно Соборному уложению 1649 г.? Изменилось бы решение царя, если бы к нему обратился митрополит Новгородский с жалобой на богохульников?

 

Решение

 

Об этом говорится в Главе 9 Судебника 1649 г.  

«8. А  в  церкви  во время церковнаго пения,  государю царю и великому  князю  Алексею  Михайловичи  всея  Русии   и   великому господину святейшему Иосифу патриарху Московскому и всея Русии, и митрополитом и архиепископом и епископом, никому ни о каких своих делех  не  бити  челом,  чтобы  от того в церкви Божии церковному пению смятения не было,  понеже церковь Божия устроена  приходити на  молитву.  И  православным  християном подобает в церкви Божии стояти и молитися со страхом, а не земная мыслити.

9. А будет  кто,  забыв  страх  Божии,  и  презрев  царьское повеление, учнет ему государю, или патриарху, или иным властем, в церкви Божии во время церковнаго пения,  о каких своих делех бити челом,  и  того  челобитчика  за  то вкинуть в тюрму,  на сколько государь укажет.»

Таким образом, данный разговор привел к тому, что Юрия Долгорукого отправят в тюрьму на срок, который государь укажет. Ничего изменится если это будет митрополит Новгородский.

 

 

 

 

 

1. ОСНОВНЫЕ ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ЗАКОНЫ В РЕДАКЦИИ 1906 Г.

 

Основные Государственные Законы  23 апреля 1906 г.  являются фундаментальным  законодательным актом,  регулирующим  разделение полномочий  между  императорской  властью   и  организованным  по Манифесту  17 октября  Парламентом, состоящим из Государственного Совета и Государственной Думы. При этом порядок собрания и работы обеих палат Парламента был определен особыми законами.

23 апреля 1906 года были изданы «Основные государственные законы», изменение которых могло осуществляться только по инициативе императора, но не Думы или Совета. Основные законы 1906 г. закрепляли государственное устройство Российской империи (ст. 1 – 2), государственный язык (ст. 3), существо верховной власти (ст. 4 – 25), порядок законодательства (ст. 84 – 97), принципы организации и деятельности центральных государственных учреждений (ст. 98– 124), права и обязанности российских подданных (ст. 69 – 83), положение православной церкви (ст. 62 – 66) и др.

В первой главе основных законов раскрывалось существо «верховной самодержавной власти». До последнего момента Николай II сопротивлялся изъятию из текста положения о неограниченной власти монарха в России. В окончательной редакции статья об объеме царской власти была сформулирована следующим образом: «Императору Всероссийскому принадлежит Верховная Самодержавная власть…». Отныне российский император должен был делить законодательную власть с Думой и Государственным Советом. Однако прерогативы монарха остались весьма широкими: ему принадлежал «почин по всем предметам законодательства» (только по его инициативе могли быть пересмотрены Основные государственные законы), он утверждал законы, назначал и увольнял высших сановников, руководил внешней политикой, провозглашался «державным вождем российской армии и флота», наделялся исключительным правом чеканки монеты, от его имени объявлялась война и заключался мир, осуществлялось судопроизводство.

<

В девятой главе, устанавливавшей порядок принятия законов, определялось, что «никакой новый закон не может последовать без одобрения Государственного Совета и Государственной Думы и воспринять силу без утверждения Государем Императором». Законопроекты, непринятые обеими палатами, считались отклоненными. Законопроекты, отклоненные одной из палат, могли быть вновь внесены на ее рассмотрение только с разрешения императора. Законопроекты, неутвержденные императором, могли быть вновь рассмотрены не ранее следующей сессии.

Императору всероссийскому принадлежала верховная самодержавная власть, власть управления также принадлежала императору во всём её объеме, но законодательную власть император осуществлял совместно с Государственным советом и Государственной думой и никакой новый закон не мог быть принят без их одобрения и вступить в силу без одобрения императора. Однако, статья 87 Основных законов представляла возможность императору по представлению Совета министров принимать указы законодательного характера в случаях, когда имелась такая 6 необходимость, а сессия Думы и Совета прерывалась. Но после открытия законодательной сессии в течение двух месяцев такой указ должен был вноситься на одобрение Думы, иначе он автоматически прекращал своё действие.

Не подлежали обсуждению Государственной думой и Государственным советом вопросы об исключении или сокращении платежей по государственным долгам, о кредитах Министерству двора, о государственных займах.

Согласно ст. 57 продолжительность ежегодных занятий Государственного Совета и Государственной Думы и сроки перерыва их занятий в течение года определяются указами Государя Императора.

В ст. 58 укзаано, что Государственный Совет образуется из Членов по Высочайшему назначению и Членов по выборам. Общее число Членов Совета, призываемых Высочайшею Властью к присутствованию в Совете из среды его Членов по Высочайшему назначению, не должно превышать общего числа Членов Совета по выборам, на основании ст. 59 Государственная Дума образуется из Членов, избираемых населением Российской Империи на пять лет на основаниях, указанных в законоположениях о выборах в Думу. Государственный Совет проверяет полномочия своих Членов по выборам. Равным образом, Государственная Дума проверяет полномочия своих Членов (ст. 60).

Государственная Дума может быть до истечения пятилетнего срока полномочий ее Членов распущена указом Государя Императора. Тем же указом назначаются новые выборы в Думу и время ее созыва (ст. 63).

В соответствии со ст. 64 Государственный Совет и Государственная Дума пользуются равными в делах законодательства правами. Государственному Совету и Государственной Думе в порядке, их Учреждениями определенном, предоставляется возбуждать предположения об отмене или изменении действующих и издании новых законов, за исключением Основных Государственных Законов, почин пересмотра которых принадлежит единственно Государю Императору (ст. 65).

Государственному Совету и Государственной Думе в порядке, их Учреждениями определенном, предоставляется обращаться к Министрам и Главноуправляющим отдельными частями, подчиненным по закону Правительствующему Сенату, с запросами по поводу таких, последовавших с их стороны, или подведомственных им лиц и установлений, действий, кои представляются незакономерными (ст. 66)

Ведению Государственного Совета и Государственной Думы и обсуждению их в порядке, Учреждениями их определенном, подлежат те дела, которые указаны в Учреждениях Совета и Думы (ст. 67).

Основные законы отличались и неясностью формулировок в отношении ряда норм, регламентировавших деятельность Государственной Думы. Текст основных законов был крайне неопределенен в трактовке понятия сессии. В статье 99 говорилось о том, что «продолжительность ежегодных занятий Государственного Совета и Государственной Думы и сроки перерыва их занятий в течение года определяются указами Государя Императора». Без ответа оставался вопрос о том, сколько может быть сессий в течение года. И краткосрочные, и длительные перерывы в деятельности Думы объявлялись указами императора в одних и тех же выражениях. Когда третья Дума возобновила заседания после рождественских каникул 20 января 1909 г., это было сочтено продолжением прежней сессии, хотя указ 20 декабря 1908 г., объявивший этот перерыв, буквально повторил указ, закрывший первую сессию данного созыва.

Между тем строгое определение сессии имело принципиальный характер. Неутвержденные императором законопроекты не могли быть внесены на повторное обсуждение в течение той же сессии (статья 112 Основных государственных законов, статья 53 «Учреждения Государственной Думы», статья 51 «Учреждения Государственного Совета»). Депутат в течение сессии мог быть лишен свободы только с разрешения Думы (статья 16 «Учреждения Государственной Думы»).

Упущена была в Основных законах и норма, регулировавшая порядок прекращения деятельности Думы в связи с истечением пятилетнего срока ее полномочий. Указанная неопределенность явилась причиной длительного обсуждения в Совете министров 10 и 11 мая 1912 г. проекта указа о роспуске третьей Думы. Обсуждались два варианта: в одном из них объявлялся перерыв в заседаниях Думы вплоть до издания указа о времени новых выборов, в другом — речь шла собственно о роспуске. Преимущества первого варианта виделись министрам в следующем: «оттенялась разница между нынешней Государственной Думой и первыми двумя, распущенными вследствие неудовлетворительности их состава», «сохранялась возможность призвать Государственную Думу к занятиям, если в этом возникла бы надобность». Главным недостатком данного варианта, по мнению участников дискуссии, являлось устранение различия между перерывом и полным прекращением полномочий членов Думы. Недостатки зторого варианта, кстати, более соответствовавшего прямому смыслу нормы о пятилетнем сроке полномочий Думы, мотивировались тем, что действовавшее законодательство нигде не упоминало о законодательных периодах. В итоге обсуждения большинство склонилось к первому варианту, который и был подписан Николаем II 8 июня 1912 г. [

Неурегулированным законодательством остался и вопрос о преемственности законодательных работ различных созывов Думы. Мировая практика выработала три варианта решения данной проблемы. Принципы континуитета, преемственности были реализованы во Франции, Бельгии, Люксембурге. Принципами диcконтинуитета даже с распространением на отдельные сессии характеризовались отношения различных легислатур в Англии, Германии, Австрии, Италии. В ряде стран применялась смешанная система, подразумевавшая континуитет для сессий и дисконтинуитет для различных законодательных периодов (Греция, Норвегия, Венгрия). Российская практика в отсутствии законодательных норм тяготела к третьему варианту.

Особое место в Основных государственных законах от 23 апреля 1906 г. отводилось 87-й статье. Названная статья позволяла царскому правительству провести законопроект в порядке указа, и он с момента опубликования начинал действовать. Правда, для применения этой статьи имелся ряд ограничений. Неправомочно было, ссылаясь на ст. 87, вносить изменения в Основные государственные законы, Положения о выборах в Государственную думу и Государственный Совет, «Учреждение Государственной думы» и «Учреждение Государственного Совета» (эти «Учреждения…», как и Основные государственные законы, определяли место обеих палат в системе высших органов власти Российской империи). Помимо этого, правительству запрещалось принимать указы, имевшие силу закона, в период работы Думы и Совета. Подобные указы получили неофициальное название чрезвычайных, так как для их принятия требовалось наличие чрезвычайных условий, не терпящих отлагательств.

Основные государственные законы заложили основы новой политической системы, впоследствии получившей название третьеиюньской монархии. Сами Основные законы выделялись особой юридической силой. Для их изменения устанавливался особый порядок, они могли быть пересмотрены только по инициативе императора, в текст законов нельзя было внести коррективы в порядке чрезвычайного законодательства. Законы утверждали основы правового положения подданных, регулировали порядок образования, построения и деятельности государственных органов, служили базой для текущего законодательства. De jure Основные государственные законы 1906 г. являлись конституцией. Таковыми они рассматривались как представителями власти, в частности С.Ю. Витте оперировал определением «консервативная конституция»1, так и либеральными историками государственного права2. Так, Н.И. Лазаревский подчеркивал: «Наши основные законы 23 апреля 1906 г. вполне подходят под тип конституционных законов, как они выработаны практикой западных держав.»3

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. ЛИЧНЫЕ И ИМУЩЕСТВЕННЫЕ ПРАВА КРЕСТЬЯН ВЫШЕДШИХ ИЗ КРЕПОСТНОЙ ЗАВИСИМОСТИ

 

Манифест о всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей и об устройстве их быта 19 февраля 1861 г. явился основным документом реформы, именно он провозгласил реформу, на положения манифеста опирались прочие законодательные акты, регулирующие ход реформы, манифест определял также механизм ее реализации (правовые акты и государственные органы).

Манифест определял цель реформы: «..крепостные люди получат в свое время полные права свободных сельских обывателей», т.е. не просто отмену крепостного права, а наделение бывших крепостных дополнительными правами и возможностями, которые на тот момент имелись у свободных крестьян, и от которых крепостных отделяла не только личная зависимость от помещика.

Помещики сохраняли право собственности на землю – это было вторым ключевым пунктом реформы. Они обязывались наделить своих бывших крепостных землей и жильем за выполнение теми повинностей – своеобразную арендную плату. Так как создатели манифеста понимали, что отмена крепостной зависимости сама по себе не делает крестьянина свободным, для обозначения безземельных бывших крепостных было введено особое обозначение: «временно- обязанные».

Крестьянам предоставлялась возможность выкупать усадьбы, а с согласия помещиков — приобретать пашню и другие угодья, отведенные им в постоянное пользование. С приобретением в собственность определенного количества земли, крестьяне освобождались от обязанностей к помещикам по выкупленной земле и вступали в состояние свободных крестьян-собственников.

Особым положением о дворовых людях определялось для них и переходное состояние, приспособленное к их занятиям и потребностям; по истечении двухлетнего срока от дня издания Положения, они получали полное освобождение и срочные льготы.

На этих главных началах составленными Положениями определялось будущее устройство жизни крестьян и дворовых людей, устанавливался порядок общественного крестьянского управления, и указывались подробно данные крестьянам и дворовым людям права и возлагаемые на них обязанности в отношении к государству и к помещикам.

Все Положения, общие, местные, и особые дополнительные правила для некоторых местностей, для имений мелкопоместных владельцев и для крестьян, работавших на помещичьих фабриках и заводах, по возможности были приспособлены к местным хозяйственным потребностям и обычаям. Чтобы сохранить обычный порядок там, где он представляет «обоюдные выгоды» (в первую очередь, конечно, помещикам), помещикам предоставлялось право заключать с крестьянами добровольные соглашения о размере поземельного надела крестьян и о следующих за него повинностях, с соблюдением правил, установленных для обеспечения ненарушимости таких договоров.

Манифест устанавливал, что новое устройство не может быть введено вдруг, а требует времени, примерно не менее двух лет; в течение этого времени, «в отвращение замешательства, и для соблюдения общественной и частной пользы», существовавший в помещичьих имениях порядок должен был быть сохранен «дотоле, когда, по совершении надлежащих приготовлений, открыт будет новый порядок».

Для достижения этих целей постановлялось

1. Открыть в каждой губернии Губернское Присутствие по крестьянским делам, которому вверялось высшее ведение делами крестьянских обществ на помещичьих землях.

2. Для рассмотрения на местах недоразумений и споров, могущих возникнуть при исполнении Положений, назначить в уездах Мировых Посредников, и образовать из них Уездные Мировые Съезды.

3. Образовать в помещичьих имениях мирские управления, для чего, оставляя сельские общества в прежнем составе, открыть в значительных селениях волостные управления, а мелкие сельские общества соединить под одно волостное управление.

4. Составить по каждому сельскому обществу или имению уставную грамоту, в которой будет исчислено, на основании местного Положения, количество земли, предоставляемой крестьянам в постоянное пользование, и размер повинностей, причитающихся с них в пользу помещика, как за землю, так и за другие выгоды.

5. Уставные грамоты приводить в исполнение по мере утверждения их для каждого имения, а окончательно по всем имениям ввести в действие в течение двух лет, со дня издания Манифеста.

6. До истечения этого срока, крестьянам и дворовым людям пребывать в прежнем повиновении помещикам и беспрекословно исполнять прежние их обязанности.

7. Помещикам сохранить наблюдение за порядком в их имениях, с правом суда и расправы, впредь до образования волостей и открытия волостных судов.

Манифесту, крестьянин сразу получает личную свободу (полные права свободных сельских обывателей).

Ликвидация феодальных отношений в деревне — не единовременный акт, а длительный процесс, растянувшийся на несколько десятилетий. Полное освобождение крестьяне получали не сразу с момента обнародования Манифеста и Положений, т. е. 19 февраля 1861 г. В Манифесте объявлялось, что крестьяне в течение двух лет (до 19 февраля 1863 г.) обязаны отбывать те же самые повинности (барщину и оброк), что и при крепостном праве, и находиться в прежнем повиновении помещикам. Помещики сохранили право наблюдения за порядком в их имениях, с правом суда и расправы, впредь до образования волостей и открытия волостных судов. Таким образом, черты внеэкономического принуждения продолжали сохраняться и после объявления
«воли». Но и по истечении двух переходных лет (т. е. после 19 февраля 1863 г.) крестьяне еще длительное время находились на положении временно- обязанных. В литературе иногда неверно указывается, будто срок временно- обязанного состояния крестьян заранее был определен в 20 лет (до 1881 года). В действительности ни в Манифесте, ни в Положениях 19 февраля 1861 г. никакого фиксированного срока прекращения временно-обязанного состояния крестьян не устанавливалось. Обязательный перевод крестьян на выкуп (т.е. прекращение временно-обязанных отношений) был установлен Положением о выкупе наделов остающимися еще в обязательных отношениях к помещикам в губерниях, состоящих на Великороссийском и Малороссийском местных положениях 19 февраля 1861 года от 28 декабря 1881 г., а в девяти западных губерниях (Виленской, Гродненской, Ковенской, Минской, Витебской.
Могилевгкой. Киевской, Подольской и Волынской) крестьяне были переведены на обязательный выкуп в 1863 г.

Положение определяло в общих чертах личные и имущественные права и обязанности вышедших из крепостной зависимости крестьян, образование и функции сельских и волостных органов крестьянского самоуправления, характер «попечительства» над крестьянами их бывших помещиков на период временно- обязанного состояния, а также порядок отбывания казенных, земских и мирских повинностей. Прочие Положения и Дополнительные правила, утвержденные 19 февраля 1861 г., являлись развитием и детальной конкретизацией норм, которые изложены в Общем положении.

Освобождение крестьян от крепостной зависимости и предоставление им права заводить торговые и промышленные предприятия, заключать имущественные сделки, выступать от своего имени в судах, возбуждать судебные иски, приобретать недвижимую собственность, переходить (хотя и с определенными ограничениями) в другие сословия — все это давало больший простор крестьянскому предпринимательству, способствовало росту отхода крестьян на заработки, складыванию рынка рабочей силы, т. е. в конечном счете создавало более благоприятные условия для развития капитализма в России. Вместе с тем в течение переходного периода еще продолжали сохраняться черты внеэкономического принуждения: временно-обязанное состояние крестьян, право вотчинной полиции помещика, зависимость крестьян и сельских органов крестьянского самоуправления от местной администрации. Но и после переходного периода сохранялась сословная неравноправность крестьян, прикрепление их к общине, к наделу. Крестьянство продолжало оставаться низшим, податным сословием, которое обязано было нести разного рода денежные и натуральные повинности, подвергалось телесным наказаниям, от чего были освобождены привилегированные сословия — дворянство, духовенство, купечество.

В Общем положении о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости, отразился противоречивый характер реформы — вводя нормы буржуазного права, оно одновременно сохраняло и ряд крепостнических черт.

Статьи 1—2 предоставляют личную свободу крепостным крестьянам, однако с теми ограничениями, которые определялись нормами как данного Положения, так и других актов крестьянской реформы.

Личную свободу, а также ряд имущественных прав, указанных в последующих статьях Общего положения, крестьяне получали с момента обнародования Манифеста и Положений 19 февраля 1861г. Необходимо подчеркнуть большую значимость акта предоставления крестьянам личной свободы и связанных с ней гражданских и иных прав, предусмотренных статьями 21—39 данного Положения. Борьба крестьян за «волю» была ведущим направлением в многовековой истории крестьянского движения.

С момента обнародования закона об отмене крепостного права бывший крепостной крестьянин, у которого ранее помещик мог отобрать все его достояние и его самого продать, заложить. подарить, проиграть в карты, сдать вне очереди в рекруты, без всякой со стороны крестьянина вины сослать в Сибирь, получал не только возможность свободно распоряжаться своей личностью, но и приобретал ряд других личных и имущественных прав.

Последующие буржуазные реформы, предоставлявшие крестьянам право участвовать в суде в качестве присяжных заседателей, избирать и быть избранными в земские учреждения и т. д., еще более расширяли права крестьян, а главное — консолидировали крестьянство, стирали грани между бывшими помещичьими, удельными и государственными крестьянами.

 

 

 

 

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

 

  1. Бушуев С.В. История государства Российского. –М.: Книжная палата, 1994.
  2. Данилова А.А. История России IX – XIX вв. Справочные материалы. М., 1999.
  3. Витте С.Ю. Воспоминания. М., 1960. Т. 3.
  4. Зуев М.Н. История России. М., 2007.
  5. Лазаревский Н.И. Конституционное право. Спб., 1908. Переизд. СПб., 2000.
  6. Титов Ю.П. Хрестоматия по истории государства и права России. М., 2002.

     

     

     


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 0.94MB/0.00033 sec

WordPress: 21.6MB | MySQL:123 | 1,392sec