Русская правда

<

112614 1851 1 Русская правда 1.У смерда Семена была украдена корова. Спустя неделю корова  была обнаружена у посадского человека Тришки, который через день после кражи уехал из Киева к родственникам. В ходе судебного разбирательства вернувшийся Тришка представил свидетелей, подтвердивших, что Тришка купил корову на торгу. Каким будет в данном случае возможный приговор суда?

 

Ответ

В статье 32 Русской правды пространной редакции говорится: «Паки ли будеть что татебно купилъ в торгу, или конь, или портъ, или скотину, то выведеть свободна мужа два или мытника; аже начнеть не знати, оу кого купилъ, то ити по немь темъ видокомъ на роту (а), а истьцю свое лице взяти; а что с нимь погибло, а того ему желети, а оному желети своихъ кунъ, зане не знаеть оу кого купивъ; познаеть ли на долзе оу кого то купилъ, то свое куны возметь, и сему платити, что оу него будеть погибло, а князю продажю.»

Содержание данной статьи означает, что в случае покупки краденого на торгу следует поставить свидетелями покупки двух свободных людей или мытника (сборщика пошлин). Это не избавляет покупщика от потери купленных краденых вещей, а только спасает от дальнейшего иска. Если же покупщик на долзе (через продолжительное время) найдет продавца краденого, тот за все отвечает и платит продажу.

Таким образом, на основании ст. 32 Русской правды пространной редакции, Тришкин должен вернуть вещи, но к нему не будет предъявлен иск в дальнейшем.

 

 

 

 

 

Задача 2

 

2. Двум братьям, не успевшим разделить имущество отца после его смерти, предъявлено требование об уплате отцовского долга, не подтвержденного документами. Как следует поступить при рассмотрении этого спора, руководствуясь Псковской Судной грамотой? Решите спор при наличии у истцов документов, подтверждающих долг.

Решение

Приведем две статьи Псковской грамоты.

«Ст. 14: Если кто-либо предъявит ко взысканию на умершего доску 239 и станет по ней требовать с душеприказчиков отданного на хранение имущества: денег, или платья, или украшений, или какой-нибудь иной движимости, и при этом окажется, что умерший распорядился на случай смерти своим имуществом, у него написано духовное завещание и положено в городской архив, – то такой иск на душеприказчиках на основании простой доски, ни относительно хранения, ни относительно займа, ни относительно чего-либо другого, о чем не сказано в завещании, не допускается без заклада или формальной записи. При наличии же формальной записи или заклада, обеспечивающего доску, можно предъявлять иски».

«Ст. 94: Если старший брат владеет вместе с младшим общим неразделенным имуществом, а кто-нибудь потребует у них уплаты отцовского долга, причем записи на умершего отца не будет, то старший брат приводится к присяге относительно существования такого долга, и если признает его, то пусть уплатит из общего имущества; остаток же подлежит разделу.»

На основании ст. 94 Псковской грамоты в случае отсутствия документов, старший из братьей должен быть приведен к присяге относительно такого долга и в случае признания такого долга, он должен его уплатить из общего имущества, остаток которого и подлежит разделу.

В случае наличия документов, согласно ст. 14 Псковской грамоты, истец вправе предъявить иск к братьям.

Задача 3

 

Во время церковной службы к царю Алексею Михайловичу обратился Юрий Долгорукий с просьбой срочно принять его для обсуждения очень важного сообщения о готовящейся государственной измене. К каким последствиям мог привести этот разговор во время церковной службы согласно Соборному уложению 1649 г.? Изменилось бы решение царя, если бы к нему обратился митрополит Новгородский с жалобой на богохульников?

 

Решение

 

В ст. 8 , ст. 9 Судебника 1649 г.  говорится:

«8. А  в  церкви  во время церковнаго пения,  государю царю и великому  князю  Алексею  Михайловичи  всея  Русии   и   великому господину святейшему Иосифу патриарху Московскому и всея Русии, и митрополитом и архиепископом и епископом, никому ни о каких своих делех  не  бити  челом,  чтобы  от того в церкви Божии церковному пению смятения не было,  понеже церковь Божия устроена  приходити на  молитву.  И  православным  християном подобает в церкви Божии стояти и молитися со страхом, а не земная мыслити.

9. А будет  кто,  забыв  страх  Божии,  и  презрев  царьское повеление, учнет ему государю, или патриарху, или иным властем, в церкви Божии во время церковнаго пения,  о каких своих делех бити челом,  и  того  челобитчика  за  то вкинуть в тюрму,  на сколько государь укажет.»

Таким образом, данный разговор приведет к тому, что Юрия Долгорукого отправят в тюрьму на срок, который государь укажет. Ничего изменится если это будет митрополит Новгородский.

 

 

 

 

Теоретические вопросы

 

1. Правовое положение населения по Русской Правде.

 

Все феодальные общества были строго стратифицированы, то есть состояли из сословий, права и обязанности которых четко определены законом как неравные по отношению друг к другу и к государству. Иными словами, каждое сословие имело свой юридический статус. Было бы большим упрощением рассматривать феодальное общество с точки зрения эксплуататоров и эксплуатируемых. Сословие феодалов, составляя боевую силу княжеских дружин, несмотря на все свои материальные выгоды, могло потерять жизнь — самое ценное — проще и вероятнее, нежели бедное сословие крестьян.
Феодальное общество было религиозно-статичным, не склонным к резкой эволюции. Стремясь закрепить эту статичность, государство консервировало отношения с сословиями в законодательном порядке.

Не сложившись в глобальную систему производства, рабство Руси получило распространение как общественный уклад. Источником рабства был, прежде всего, плен, рождение от рабыни. В рабство попадали за тяжкие уголовные преступления (поток и разграбление), зависимый закуп обращался в раба в случае бегства от хозяина и кражи, в рабство обращался злостный банкрот (ст. ст. 56, 64, 55 Пространной Правды). Статья 110 Пространной Правды устанавливает еще три случая холопства: женитьба на рабе без договора, поступление в услужение ключником-тиуном без договора о свободе, самопродажа в рабство хотя бы за «наготу».

В первом тысячелетии н. э. рабство у славян, по сообщениям римских авторов, носило патриархальный характер. Пленных рабов отпускали за выкуп или включали в состав племени. Самые жесткие формы присущи рабству на ранних этапах государственности. В IХ — Х вв. рабы у славян являются предметом продажи и обогащения. В договорах с Византией (Х в.) фигурирует специальная «челядинная цена». В XI в. в русском праве уже действует принцип, согласно которому раб не может быть субъектом правоотношений, вступать в договоры. Русская Правда считала холопов собственностью господина, сами они не обладали собственностью. За уголовные преступления холопов и нанесенный ими имущественный ущерб ответственность по его возмещению несли хозяева. За убийство холопа полагалось возмещение ущерба в 5 — 6 гривен (как за уничтожение вещи). Хозяин холопа за его убийство не привлекался к ответственности — за подобные случаи назначалось церковное покаяние.

В Русской Правде отразились процессы, аналогичные римскому праву, где раб наделялся особым имуществом (пекулием), с правом распоряжаться им в хозяйственных целях в пользу господина. В Уставе о холопах (ст. ст. 117, 119 Пространной Правды) говорится о ведении торговых операций холопами по поручению хозяев.

Класс феодалов формировался постепенно. В него входили князья, бояре, дружина, местная знать, посадники, тиуны и т. д. Феодалы осуществляли гражданское управление и отвечали за профессиональную военную организацию. Они были взаимно связаны системой вассалитета, регулирующей права и обязанности друг перед другом и перед государством. Для обеспечения функций управления население платило дань и судебные штрафы. Материальные потребности военной организации обеспечивались земельной собственностью. Вассальные и земельные отношения феодалов, их связь с великим князем регулировались, скорее всего, специальными договорами. В Русской Правде раскрыты лишь некоторые аспекты правового статуса этого сословия. Она устанавливает двойную виру (штраф за убийство) в 80 гривен за убийство княжеских слуг, тортов, конюхов, огнищан. Но о самих боярах и дружинниках кодекс молчит. Вероятно, за посягательства на них применялась смертная казнь. В летописях неоднократно описывается применение казни во время народных волнений.

Следующая группа статей Русской Правды защищает собственность. Устанавливается штраф в 12 гривен за нарушение земельной межи. Некоторые исследователи считают, что высокая ставка штрафа указывает на принадлежность собственности феодалу. Такой же штраф следует за разорение пчельников, бояриных угодий, за кражу ловчих соколов и ястребов. Высшие штрафы в 12 гривен устанавливаются за побои, выбитые зубы, поврежденную бороду, — видимо, корпоративное понимание чести зачастую приводило к физическим столкновениям.

В феодальной прослойке ранее всего произошла отмена ограничений на женское наследование. В церковных уставах за насилие над боярскими женами и дочерьми устанавливаются высокие штрафы — от 1 до 5 гривен золота, за остальных — до 5 гривен серебра.

Обязанности крестьянского населения по отношению к государству выражались в уплате налогов в форме дани и оброков и участии в вооруженной защите в случае военных действий. На крестьян распространялись государственная юрисдикция и княжеский суд.

В науке существует ряд мнений о смердах, их считают свободными крестьянами, феодальнозависимыми, лицами рабского состояния, крепостными и даже категорией, сходной с мелким рыцарством. Но основная полемика ведется по линии: свободные зависимые (рабы). Важное место в обосновании мнений имеют две статьи Русской Правды.

<

Статья 26 Краткой Правды, устанавливающая штраф за убийство рабов, в одном прочтении гласит: «Ав смерде и в холопе 5 гривен» (Академический список). В Археографическом списке читаем: «А в смердьи в холопе 5 гривен». В первом прочтении получается, что в случае убийства смерда и холопа выплачивается одинаковый штраф. Из второго списка следует, что смерд имеет холопа, которого убивают. Разрешить ситуацию невозможно.

Статья 90 Пространной Правды гласит: «Если смерд умрет, то наследство князю; если будут дочери у него, то дать им приданое…» Некоторые исследователи трактуют ее в том смысле, что после смерти смерда его имущество переходило целиком к князю и он человек «мертвой руки», то есть не способный передавать наследство. Но дальнейшие статьи разъясняют ситуацию — речь идет лишь о тех смердах, которые умерли, не имея сыновей, а отстранение женщин от наследства свойственно на определенном этапе всем народам Европы.
Однако трудности определения статуса смерда на этом не кончаются. Смерд по другим источникам выступает как крестьянин, владеющий домом, имуществом, лошадью. За кражу его коня закон устанавливает штраф 2 гривны. За «муку» смерда устанавливается штраф в 3 гривны. Русская Правда нигде конкретно не указывает на ограничение правоспособности смердов, есть указания на то, что они выплачивают штрафы (продажу), характерные для свободных граждан.
Русская Правда всегда указывает при необходимости на принадлежность к конкретной социальной группе (дружинник, холоп и т. д.). В массе статей о свободных людях, именно свободные и подразумеваются, о смердах речь заходит лишь там, где их статус необходимо специально выделите. В древнерусском обществе огромное значение имела собственность. Отношение к личности определялось в первую очередь именно наличием собственности. Человек, лишенный собственности или промотавший ее, мог обеспечить имущественные связи с другими лицами единственным, что у него осталось, собственной личностью.

Городское население состояло из ремесленников, мелких торговцев, купечества и т. д. В науке вопрос о его проворам положении, в должной мере не решен из-за недостатка источников. Трудно определить, в какой степени население русских городов пользовалось городскими вольностями, аналогичными европейским, способствующим и в дальнейшем развитию капитализма в городах. По подсчетам М. Н. Тихомирова, на Руси в домонгольский период существовало до 300 городов. Городская жизнь была настолько развита, что это позволило В. 0. Ключевскому выступить с теорией «торгового капитализма» в Древней Руси. М. Л. Тихомиров полагал, что на Руси «воздух города делал человека свободным», и в городах скрывалось множество беглых холопов.
Свободные жители городов пользовались правовой защитой Русской Правды, на них распространялись все статьи о защите чести, достоинства и жизни. Особую роль играло купечество. Оно рано начало объединяться в корпорации (гильдии), называвшиеся сотнями. Обычно «купеческое сто» действовало при какой-либо церкви. «Ивановское сто» в Новгороде было одной из первых купеческих организаций в Европе.

Древняя Русь развивалась в том же направлении, что и крупнейшие страны Европы. Она обладала огромным культурным потенциалом, высокоразвитой юридической сферой. Политическая раздробленность страны совпала с ордынским разорением, и это вызвало крайне тяжелые последствия, предопределило деформацию естественного хода политико-правового развития.

 

2. Уголовное право и судопроизводство по Соборному уложению 1649г.

 

Доопричные Судебники не содержали статей о защите личности монарха, хотя совершенно очевидна возможность применения казней за подобные посягательства. Пример — заговор против Ивана III. В церковных памятниках (Правосудие Митрополичье) имелась статья, предусматривающая смертную казнь за бесчестье князя. Но в условиях сильнейшей идеологизации русского общества основную нагрузку в защите особы государя несли в доопричный период нормы идеологии и морали. Появление в светских кодексах норм по охране монарха и его окружения было показателем развала общества и катастрофической конфронтации сословий. Даже грандиозный разрыв власти и народа, возникший при Грозном, не сразу вызвал светскую охрану династии. Понадобилось самозванчество, падение престижа монархов в Смуте, после чего лишь Уложение 1649 г. закрепило серию статей об охране особы монарха и особом порядке поведения вокруг этой особы.

В таком же широком значении «измена» присутствует и в Соборном Уложении 1649 г., где она означает и завладение государством, и помощь недругам, и сдачу города и т. д.

Вообще документы XVII в. употребляют в политической области различные понятия — измена, крамола, воровство, самозванство. Уложение 1649 г. не вносит в вопрос должной ясности. Например, в нем «мятеж» присутствует как нарушение порядка, а не вооруженное столкновение. А ведь во время Смуты мятеж очень часто употреблялся в последнем значении. Употребляя «скоп и заговор» против государя, Уложение как бы стороной обходит прямые восстания и мятежи. Во время Уложения замешанные в мятежах традиционно признавались лихими, что давало возможность вынесения смертных приговоров.

В XV — XVI вв. (доопричное время) правовая регламентация политических преступлений при всем своем феодальном партикуляризме была направлена на защиту государства во всяком случае не меньше, чем на защиту личных интересов самого государя. Главная цель в борьбе с политическими преступлениями заключалась в поддержании государственной стабильности, хотя внешним выражением ее была и устойчивость самой короны. Распадается былая идея служения государя государству и государство Российское рассматривается как вотчина тронодержателя.

В Уложении 1649 г. в гл. II и III фигурируют не интересы государства, а интересы государя. Правосознание и законодательство «осознали» значение монархической власти для России, объединив государство в лице царя. Г. Тельберг с удивлением отметил «трудно объяснимую ситуацию» в Уложении, которое совершенно не упоминает о «непристойных словах» в адрес государя, об оскорблении величества, государевой чести. Ситуация вполне объяснима. Практика развивалась таким образом, что дела об оскорблении величества проходили по процессу «слово и дело». Это делало ненужным регламентацию подобных преступлений в кодексе.

Система преступлений выглядела следующим образом:

Преступления против Церкви: богохульство, «совращение» в иную веру, прерывание хода литургии в храме и т. д.

Государственные преступления: любые действия, направленные против личности государя или его семьи, бунт, заговор, измена. По этим преступлениям ответственность несли не только лица, их совершившие, но и члены их семей.

Преступления против порядка управления: самовольный выезд за границу, фальшивомонетничество, дача ложных свидетельских показаний, ложное обвинение («ябедничество»), содержание питейных заведений без особого разрешения и т. д.

Преступления против благочиния: содержание притонов, укрывательство беглых, продажа краденного или чужого имущества, обложение пошлинами освобождённых от неё лиц и т. д.

Должностные преступления: лихоимство (взяточничество, вымогательство), неправосудие (заведомо несправедливое решение дела), подлоги по службе, воинские преступления (мародёрство, побег из расположения войска) и т. д.

Преступления против личности: убийство, нанесение увечий, побои, оскорбление чести. Не наказывалось убийство вора, пойманного на месте преступления.

Имущественные преступления: татьба (кража), конокрадство (как отдельный вид преступления), кража овощей из огорода и рыбы из садка (как отдельный вид преступления), разбой, грабёж, мошенничество, поджог, порча чужого имущества.

Преступления против нравственности: непочитание детьми родителей, сводничество, «блуд» жены (но не мужа), половая связь господина с «рабой».

Наказания и их цель

Система наказаний выглядела следующим образом: смертная казнь (в 36 случаях), телесные наказания, тюремное заключение, ссылка, бесчестящие наказания, конфискация имущества, отстранение от должности, штрафы.

Смертная казнь — повешение, отсечение головы, четвертование, сожжение (по делам религиозным и по отношению к поджигателям), а также «заливание раскалённого железа в горло» за фальшивомонетничество.

Телесные наказания — разделялись на членовредительные (отсечение руки за кражу, клеймение, урезание ноздрей и т. д.) и болезненные (битьё кнутом или батогами).

Тюремное заключение — сроки от трёх дней до пожизненного заключения. Тюрьмы были земляные, деревянные и каменные. Тюремные сидельцы кормились за счёт родственников или подаянием.

Ссылка — наказание для «высокородных» лиц. Была следствием опалы.

Бесчестящие наказания — также применялись для «высокородных» лиц: «отнятие чести», то есть лишение званий или понижение в чине. Мягким наказанием этого типа был «выговор» в присутствии людей того круга, к которым относился правонарушитель.

Штрафы — назывались «продажа» и назначались за преступления, нарушающие имущественные отношения, а также за некоторые преступления против жизни и здоровья человека (за увечье), за «понесение бесчестья». Также применялись за «лихоимство» в качестве основного и дополнительного наказания.

Конфискация имущества — как движимое, так и недвижимое имущество (иногда и имущество жены преступника и его взрослого сына). Применялось к государственным преступникам, к «лихоимцам», к чиновникам, злоупотреблявшим должностным положением.

Цели наказания:

Устрашение.

Возмездие со стороны государства.

Изоляция преступника (в случае ссылки или тюремного заключения).

Выделение преступника из окружающей массы людей (урезание носа, клеймение, отсечение уха и т. д.).

В Уложении 1649 г. впервые были подробно разработаны, определены и поставлены на первое место составы преступных деяний против религии. Первая статья раздела вводит понятие богохульства: «Будет кто возложить хулу на Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа… того богохульника, обличив казнити, сжечь».

Во время Уложения 1649 г. в уголовном законодательстве отражены основополагающие всесословные принципы защиты личности, которые даже формирующееся крепостничество с трудом разрушало. Их серьезная деформация падает на вторую половину XVII в. В концептуальном отношении к человеку его сущность определялась христианской идеей служения Богу. Государство обязано было защищать любого подданного христианина, проявлять всеобщность защиты личности, хотя и с учетом сословности. Всеобщность защиты подданных православного вероисповедания имела идеологический приоритет над сословностью, поскольку служение самому государству (государю) рассматривалось как производное от религии, как вторичность «царства кесаря», выступающего в православно-христианском виде. Другая сторона процесса связана с тем, что в XV — XVII вв. не только прослеживается всесословная защита личности, но и всеобщая защита собственности.

Кодекс 1649 г устанавливает смертную казнь за душегубство со стороны разбойников, «государскому убийце» (ст. ст. 8, 9). Однако основополагающие принципы защиты жизни личности еще не достаточно ясны даже в Судебнике 1550 г. Последний беспощаден к «лихим» убийствам, но не слишком ясно регламентирует бытовые посягательства на жизнь. Впрочем, одна из статей гласит, что и за разбойные убийства не всегда следует смерть. Отсюда предполагается наличие денежных штрафов за убийства в бытовых ситуациях. Штрафы были живучими.

Уложении 1649 г. сословная дифференциация достигла высших для средневековья значений, но принцип всеобщей защиты личности продолжает действовать. Крепостническая политика не рассматривалась государством как средство преднамеренного унижения личности. Но, пытаясь защитить крестьян, государство совершенно запутывалось в отношении к жизни, имуществу сословий и крестьянской собственности. Законодательство ХVII в. предписывало феодалам нести материальную ответственность за ущерб от уголовных преступлений, совершенных зависимыми людьми. Крестьяне в XVII в. сами становились «средством расплаты» за неосторожные убийства (феодалу выдавался виновной стороной лучший крестьянин в компенсацию).

Соборное Уложение 1649 г. закрепило довольно сложный подход к защите жизни личности, в нем появлялись и традиционно-религиозные, и сословно-материальные основы. Но в целом традиционная религиозная доктрина отношения к личности в Уложении ощутимо поколеблена.

Разбойные убийства в кодексе карались безусловной смертью. Но и бытовые убийства также карались смертью и конфискацией имущества. Даже обыкновенная угроза убийством в «поместной», «вотчинной» и «прожиточного человека всякого чину» среде влекла внесение залога в 5-7 тыс. рублей для предотвращения реализации угрозы. Для простонародья такие суммы недоступны, и источники не раскрывают практику действий в случае угрозы убийства в социальных низах. Общий принцип защиты жизни личности провозглашен в XXII главе Уложения. Смертью каралось любое убийство, кроме «бесхитростного», совершенного по независящим от человека обстоятельствам (лошадь понесла, ошибка на охоте, по пьяному делу и т. д.). Освобождался от ответственности за убийство защищавший своего господина. В особо тяжкую группу выделены статьи об убийстве родителей детьми, убийство братьев, сестер. Они приравниваются к убийству господина. Смерть без «пощады» ожидала за убийство в суде (или в той же ситуации за смерть от ран). В главе о разбоях и грабежах (гл. ХХI) защита жизни выступала в традиционно-бессословных формах, обязательная казнь следовала без всякого учета сословности.

До бунта Разина значение сословного фактора в проблеме убийств занимало государство меньше, нежели идеологические аспекты так называемых «родственных» убийств. В специальной главе Уложения «сословные» убийства представлены в виде посягательства на жизнь господина и госпожи. Но значительно больше занимают законодателя убийства «родственные» и начинается глава XXII с многочисленных ситуаций по убийствам родителей. В основе этого лежит целиком религиозно-нравственный подход. После Смуты расшатывание бытовых и семейно-религиозных устоев было наиболее опасным и прямо вело к «шатости» всех сословий. Поэтому-то в XVII в. в государственной политике охраняются правила домостроя и семейного повиновения.

Таким образом, при укреплении сословных подходов, Уложение 1649 г. сохранило принцип всеобщности защиты личности и даже крепостническая политика не разрушила религиозных основ карательной доктрины. Жизнь принадлежала Богу, изменить это правило светская власть не могла.

В ином ключе развивалась правовая защита других компонентов личности — чести и телесной неприкосновенности. Конечно, учитывая меньшую тяжесть этих посягательств в сравнении с убийствами, законодатель назначил менее тяжкие кары, но суть дела в другом. Здесь главенствующее место занимают чисто сословные принципы защиты личности, без всякой религиозной подоплеки. Честь и телесное здоровье — принадлежность тварного мира. Щепетильное отношение к чести прямо ведет к гордыне, к эгоцентризму, к греху, чем и отличались, например, местнические родовые споры. Имело место господство чисто прагматических штрафных кар, которые в конце концов и представляют собой модифицированный эквивалент собственности. В XV — ХVII вв. побои, увечья, оскорбления постепенно эволюционизировали к множественности наказаний: тюремному заключению, телесным карам, штрафам. Но торжествовал в этом многообразии открыто сословный подход и штрафы, которые зависели только от сословной принадлежности, получив окончательное закрепление в Уложении 1649 г. В системе штрафов за бесчестье и телесные повреждения проявлялась связь собственности с материальным бытием, связь личности через денежный эквивалент и товарное существование с огромным значением собственности. Важнейший принцип русского права XV — XVII вв. заключался во взаимосвязи ценности личности через ее сословное выражение в собственности.

Уложение 1649 г. знает деление преступлений на умышленные, неосторожные и случайные. За неосторожные действия совершивший их наказывается так же, как и за умышленные действия. Здесь сохраняется архаический принцип объективного вменения: наказание следует не за мотив преступления, а за его результат.

В Уложении подробно расписан порядок «вершения суда» (как гражданского, так и уголовного).

«Вчинание» — то есть подача челобитной жалобы.

Вызов ответчика в суд.

Судоговорение — устное с обязательным ведением «судебного списка», то есть протокола.

Доказательства были многообразны: свидетельские показания (не менее 10 свидетелей), документы, крестное целование (присяга).

Процессуальные мероприятия, направленные на получение доказательств:

«Обыск» — не имел ничего общего с современным обыском и заключался в опросе населения по факту совершения преступления или о конкретном (искомом) лице.

«Правёж» — применялся, как правило, по отношению к неплатежеспособному должнику. Ответчик подвергался процедуре телесного наказания розгами. Например, за долг в 100 рублей пороли в течение месяца. Если должник уплачивал долг или у него находились поручители, правёж, разумеется, прекращался.

«Розыск» — комплексные мероприятия, связанные с выяснением всех обстоятельств «государева» дела или и других особо тяжких преступлений. При «розыске» часто применялась пытка. Применение пытки регламентировалось в Уложении. Её было можно применять не более трёх раз с определённым перерывом.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Список литературы

 

  1. Беляев И.Д. История русского законодательства. СПб., 2005.
  2. Бушуев С.В. История государства Российского. М., 1994.
  3. Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. – Ростов-на-Дону, 2005.
  4. Зимин А.А. Россия на рубеже XV-XVI столетий. Очерки социально-политической истории. М., 1982.
  5. Отечественное законодательство XI-XX в.в. Ч. 1– 2. Пособие для семинаров / Под ред. О.И. Чистякова. М., 2007.
  6. Зуев М.Н. История России. М., 2009.
  7. Титов Ю.П. Хрестоматия по истории государства и права России. М., 2002.

     

 

 

 

 

 

 

 

 

 


 

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 0.95MB/0.00200 sec

WordPress: 22.78MB | MySQL:122 | 2,244sec