Русская правда

<

112714 2351 1 Русская правда У смерда Семена была украдена корова. Спустя неделю корова  была обнаружена у посадского человека Тришки, который через день после кражи уехал из Киева к родственникам. В ходе судебного разбирательства вернувшийся Тришка представил свидетелей, подтвердивших, что Тришка купил корову на торгу. Каким будет в данном случае возможный приговор суда?

 

В статье 32 Русской правды пространной редакции говорится: «Паки ли будеть что татебно купилъ в торгу, или конь, или портъ, или скотину, то выведеть свободна мужа два или мытника; аже начнеть не знати, оу кого купилъ, то ити по немь темъ видокомъ на роту (а), а истьцю свое лице взяти; а что с нимь погибло, а того ему желети, а оному желети своихъ кунъ, зане не знаеть оу кого купивъ; познаеть ли на долзе оу кого то купилъ, то свое куны возметь, и сему платити, что оу него будеть погибло, а князю продажю.» Из данной статьи означает, что в случае покупки краденого на торгу следует поставить свидетелями покупки двух свободных людей или мытника (сборщика пошлин), что не избавляет покупщика от потери купленных краденых вещей, а только спасает от дальнейшего иска. Если же покупщик на долзе (через продолжительное время) найдет продавца краденого, тот за все отвечает и платит продажу.

Отсюда, на основании ст. 32 Русской правды пространной редакции, Тришкин должен вернуть вещи, но к нему не будет предъявлен иск в дальнейшем.

 

 

 

 

 

 

2. Укажите, в каких случаях Псковская судная грамота запрещает пересуживать  дела. Может ли спор быть повторно рассмотрен посадником, сменившим предыдущего?

 

Согласно ст. 61 Псковской судной грамоты «князь и посадник не должны отвергать на суде документов, подлинность которых не возбуждает сомнений и которые составлены по установленной законом форме; что же касается подложных документов, грамот и досок, то, подвергнув их проверке, признать по суду недействительными», то есть «дел, по которым уже раз состоялся судебный приговор, не пересуживать, разве если будет подозрение в подложности правой грамоты или акта, тогда, исследовавши дело, решить дело судом».

С

т. 61 Псковской грамоты предписывает суду князя и посадника как высшей судебной инстанции в Псковской земле поступать следующим образом: если к нему поступит жалоба на приговор судьи, то справедливых, правильных судебных приговоров не отменять, по поводу же судебных приговоров, оказавшихся несправедливыми, неправильными, произвести новое разбирательство дела, иначе говоря, удовлетворить жалобу, поступившую в суд. Ст. 61 Псковской грамоты имеет в виду не апелляционное рассмотрение дел, так как ст. 2 запрещает князю и посаднику вмешиваться в компетенцию «судьина суда», разбирать дела, подлежащие «судьину суду» – суду простых судей, а кассационное.

В ст. 6 Псковской грамоты « А которой посадник слезет степени своей, орудий и судове самому управливати, а иному насед его судове не пересужати». В данной статье говорится о порядке рассмотрения дел в случае переизбрания посадника. Согласно сложившемуся правилу, дело должен был рассматривать и выносить по нему решение тот посадник, который начал его слушать. Такой порядок достаточно справедлив и логичен. Дело не прерывается и не начинает рассматриваться вновь новым посадником, иначе открывалась возможность произвола и волокиты. 

1. Преступления и наказания, судопроизводство по Русской Правде

 

В Древнерусском государстве преступление именовалось обидой. Под этим подразумевалось нанесение какого-либо вреда потерпевшему. Но вред, как известно, может быть причинен как преступлением, так и гражданско-правовым нарушением (деликтом). Таким образом, Русская Правда не различала преступление и гражданско-правовое нарушение.

Уголовное право рассматриваемого периода было феодальным. Жизнь, честь, имущество холопов законом не охранялись. Блага же, принадлежащие феодалам, защищались особенно рьяно: за убийство феодала устанавливался штраф в 80 гривен, а за смерда только 5 гривен. Холопы субъектами права вовсе не признавались. Ст. 46 Русской Правды говорит о том, что если холопы окажутся ворами, то князь штрафом их не наказывает, поскольку они не свободны (и в силу этого, как, вероятно, полагает законодатель, могут совершить кражу по наущению своего хозяина). Хозяин такого холопа обязан был платить двойное вознаграждение потерпевшему. В некоторых случаях потерпевший мог сам расправиться с холопом-обидчиком, не обращаясь к государственным органам, вплоть до убийства холопа, посягнувшего на свободного человека.

Русская Правда не знает возрастных ограничений уголовной ответственности, понятия невменяемости. Состояние опьянения ответственности не исключает. Зато Русской Правде известно понятие соучастия. Проблема решается просто: все соучастники преступления отвечают в равной степени.

Русская Правда различает ответственность в зависимости от субъективной стороны преступления. Не проводит различия между умыслом и неосторожностью, но различает два вида умысла — прямой и косвенный. Это отмечается при ответственности за убийство: убийство при сведении счетов карается высшей мерой наказания — потоком и разграблением, убийство же в «сваде» (драке) — только вирой. По субъективной стороне различается и ответственность за банкротство: преступным считается только умышленное банкротство. Состояние аффекта исключает, согласно нормам Русской Правды, ответственность. Что касается объективной стороны преступных деяний, то подавляющее число преступлений совершается путем действия. Лишь в очень немногих случаях наказуемо и преступное бездействие (утайка находки, длительное невозвращение долга).

Русская Правда знает лишь два родовых объекта преступления — личность человека и его имущество. Отсюда только два рода преступлений. Но каждый род включает довольно разнообразные виды преступных деяний. Среди преступлений против личности следует назвать убийство, телесные повреждения, побои, оскорбление действием. Княжеские уставы знают и оскорбление словом, где объектом преступления является преимущественно честь женщины. В уставах князей Владимира Святославича и Ярослава можно встретить упоминания о половых преступлениях.

Среди имущественных преступлений наибольшее внимание Русская Правда уделяет краже (татьбе). Наиболее тяжким видом татьбы считалось конокрадство. Известно и преступное уничтожение чужого имущества путем поджога, наказуемое потоком и разграблением. В княжеских уставах предусматривались преступления против церкви, а также против семейных отношений. Церковь, насаждая новую форму брака, с помощью уголовного права усиленно боролась против остатков языческих обрядов.

В Русской Правде нет указаний ни на государственные, ни на должностные преступления. Но это не значит, что выступления против княжеской власти проходили безнаказанно. Просто в таких случаях применялась непосредственная расправа без суда и следствия. Вспомнить хотя бы, как поступила княгиня Ольга с убийцами своего мужа.

В Древнерусском государстве суд не был отделен от администрации. Посадники и другие должностные лица, осуществлявшие правосудие, получали определенную часть вир и продаж, взимаемых при рассмотрении дел. Кроме того, они вознаграждались и сторонами — участниками процесса. Высшей судебной инстанцией был великий князь.

Древнерусское право еще не знало разграничения между уголовным и гражданским процессом, хотя некоторые процессуальные действия могли применяться только по уголовным делам (гонение следа, свод). Во всяком случае и по уголовным, и по гражданским делам применялся состязательный (обвинительный) процесс, при котором стороны были равноправны. Обе стороны в процессе назывались истцами. (Исследователи полагают, что в церковном суде применялся и инквизиционный, розыскной процесс со всеми его атрибутами, включая пытку).

Русская Правда знает две специфические процессуальные формы досудебной подготовки дела — гонение следа и свод. Гонение следа — это отыскание преступника по его следам. Если след привел к дому конкретного человека — значит, он и есть преступник, если в село — ответственность несет община, если потерялся на большой дороге — поиск преступника прекращается.

Если ни утраченная вещь, ни похититель не найдены, потерпевшему не остается ничего другого, как прибегнуть к закличу, т.е. объявить на торговой площади о пропаже в надежде, что кто-нибудь опознает украденное или потерянное имущество у другого лица. Человек, у которого обнаружится утраченное имущество, может, однако, заявить, что он приобрел его правомерным способом, например купил. Тогда начинается процесс свода. Владелец имущества должен доказать добросовестность его приобретения, т.е. указать лицо, у которого он приобрел данную вещь. При этом достаточно показаний двух свидетелей и мытника — сборщика торговых пошлин.

<

Закон предусматривает определенную систему доказательств, в том числе свидетельские показания. Различаются две категории свидетелей — видоки и послухи. Первые — свидетели в современном смысле слова, очевидцы происшествия. Послухи — более сложная категория. Это лица, которые слышали о случившемся от кого-либо, имеющие сведения из вторых рук. Иногда под послухами понимали и свидетелей доброй славы сторон. Они должны были показать, что ответчик или истец — добропорядочные люди, заслуживающие доверия. По некоторым гражданским и уголовным делам требовалось определенное число свидетелей (например, два свидетеля при заключении договора купли-продажи, два видока при оскорблении действием). Иначе говоря, в использовании свидетельских показаний присутствует элемент формализма.

В Древнерусском государстве появляется целая система формальных доказательств — ордалии. Среди них следует назвать судебный поединок -«поле». Победивший в поединке выигрывал дело, поскольку считалось, что бог помогает правому. В Русской Правде и иных законах Киевского государства «поле» не упоминается, но другие источники, в том числе иностранные, говорят о практическом применении на Руси этого вида ордалий.

Другим видом «суда божьего» были испытания железом и водой. Испытание железом применялось тогда, когда не хватало иных доказательств, причем в более серьезных случаях, чем испытание водой. Русская Правда, посвящая ордалиям три статьи, не раскрывает техники их проведения. По более поздним источникам, однако, можно заключить, что если человек, связанный и брошенный в воду, начинал тонуть, то он считался выигравшим дело. Особым видом доказательства была присяга — «рота». В некоторых случаях имели доказательственное значение внешние признаки и вещественные доказательства.

В Русской Правде видны определенные формы обеспечения исполнения судебного решения, например, взыскание виры с убийцы. Специальное должностное лицо — вирник являлся в дом осужденного с многочисленной и вооруженной свитой и «терпеливо» ждал, пока тот заплатит штраф, получая каждый день обильное натуральное содержание. Преступнику выгодней было как можно быстрее разделаться со своим долгом и избавиться от неприятных «гостей».

За основную массу преступлений наказанием была «продажа» — уголовный штраф.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. Гражданское и наследственное право по Псковской судной грамоте

 

Прежде всего, необходимо отметить, что русское средневековье характеризовалось разделением публично-правовой сферы на параллельные системы, что нашло отражение в период феодальной раздробленности. Одним из наиболее самобытных регионов в это время являлась Северо-Западная Русь, в состав которой входили Новгородская и Псковская земли, Полоцкое княжество.

Грамота включает в себя 120 статей, посвященных судебному процессу, гражданскому и наследственному праву, уголовному праву. Главная ценность ее состоит в разработке институтов гражданского законодательства, основанного на обменных и товарных отношениях, что которые были очень развиты в Псковском государстве. Больше половины статей Псковской судной грамоты посвящено нормам гражданского права, которые регулировали право собственности, обязательственное право.

В научной литературе указывается, что вещи, согласно Грамоте, делились на движимость – «живот» и недвижимость «отчина» (в первую очередь это была земля) – ст. 14, 88 и т.д. Для недвижимости устанавливался особый режим владения. Князья не могли отдавать землю в собственность по своему усмотрению, им разрешалось выделять ее в управление гражданам с согласия администрации. Это было как бы «временным держанием». В то же время, существовал и институт пожизненного пользования имуществом (ст. 72), именуемый «кромлей». Пользователь имел право на доходы, но не мог распоряжаться имуществом и отчуждать его. Попытка продать рыболовное угодье или земельный участок, находящийся в условном держании, приводила к потере каких-либо прав на него. Недвижимым имуществом владели и женщины (стр. 288) , причем имущество супругов считалось раздельным, с самостоятельным правом распоряжения.

Имущество сбежавшего за рубеж зависимого шорника переходило к его господину в качестве компенсации за недополученные выгоды от его работы (стр. 76). Предусматривала Грамота и процедуры истребования вещей из чужого законного и незаконного владения (в случае находки, приобретения краденных вещей) . Приплод от скота после его покупки принадлежал новому собственнику (ст. ст. 110,118) . Защита права собственности осуществлялась уголовно-правовыми мерами, путем возврата объектов собственности и возмещения убытков. Грамота не устанавливала специальных штрафов в пользу государства по спорам о собственности (кроме судебных издержек), это считалось частным делом самих субъектов. В тяжбах о собственности решающая роль принадлежала документам и вещественным доказательствам, затем – свидетельским показаниям; могли назначаться судебные поединки. Тесно связано с правом собственности обязательственное право. В Пскове сформировалась система обязательственного права с развитой имущественной ответственностью, основанной на товарно-денежном обмене. В самой Грамоте к обязательствам относят около 40 статей. Законодатель здесь явно отдает предпочтение имущественной ответственности должников; письменным формам заключения сделок; равенству положения сторон в договорах без учета сословного положения. Свободные граждане не имели различий в гражданско-правовых отношениях и вступали в договоры на основе свободного волеизъявления и частной инициативы. Ничего в Грамоте не сказано о возрасте лиц, вступающих в обязательства, а также о правомочиях холопов и женщин при заключении сделок. Однако известно, что зависимые от господина шорники и полковники не теряли гражданских прав и могли предъявлять иски своим хозяевам.

Судная Грамота различала три способа заключения договора: запись, доска, устное соглашение.

Запись представляла собой письменный документ, копия которого сдавалась на хранение в архив Троицкого Собора.

Доска была простым домашним документом, написанным на доске или бересте. Копия его в архив не сдавалась, поэтому достоверность его могла быть оспариваема, Денег по доске можно было давать в долг до 1 рубля включительно. Если кто-нибудь предъявлял иск на сумму свыше 1 рубля и подтверждал свое требование доской, то такой документ не имел силы.

При заключении устных соглашений требовалось присутствие людей сторонних, т.е. свидетелей, Рассмотрим подробнее виды договоров, которые были отражены в Псковской судной грамоте: Договор купли-продажи: согласно грамоте, проданные вещи должны быть доброкачественными. Например, если оказывалось, что купленная вами корова больна, сделка расторгалась, и деньги возвращались покупателю (ст. 118) . Вещи должны принадлежать продавцу на законном основании. При предъявлении иска о краденных вещах со стороны третьих лиц обязанность доказательства законности сделки лежала на продавце (ст. ст. 46,47,56). Сделка, заключенная в пьяном виде, считалась недействительной и могла оспариваться стороной (ст. 114). Сделки о недвижимости должны были заключаться в письменной форме при свидетелях.

Договор заклада: недвижимость была предметом заклада, оформляемого соответствующим актом. Заключение подобных договоров свидетельствует о наличии индивидуального частного хозяйства.

Договор займа: займ на сумму до одного рубля мог совершаться в устной форме при свидетелях и без залога. При сделке свыше рубля представлялся имущественный залог, без которого иск запрещалось рассматривать (ст. 30) . Разновидностью займа была денежная ссуда (ст. 101) , она не требовала заклада, но должна была письменно оформляться с передачей копии администрации. При ссуде могли устанавливаться проценты.

Договор дарения: собственник мог дарить движимое и недвижимое имущество родственникам (ст. 100) в присутствии священника и свидетелей. При составлении соответствующих документов новый собственник вступал во владение подаренным имуществом и в том случае, если он не был упомянут в завещании.

Договор поклажи: при заключении договора поклажи (хранения) требовалось его письменное оформление с передачей копии властям (ст. ст. 14,16,17 – 19,45,103). В документах о поклажах должно было подробно перечисляться имущество, без чего иск о хранении не применялся.

Договор поручительства: при возникновении нужды в наличных деньгах поручитель обязывался за нуждающегося. Закон устанавливал, что подобные сделки могут заключаться на сумму не свыше 1 рубля (ст. 33). Поручитель отвечал за доверенное лицо собственными средствами.

Договор найма: в нем определялись права и обязанности сторон и заключался он при поступлении в обслуживание, обучении ремеслу, в хозяйственную зависимость (шорничество). Так же был довольно распространен имущественный найм земли, лесов, водных угодий в форме аренды на несколько лет. Условия этих договоров и плата оговаривалась сторонами.

Обобщая вышеуказанное, можно сказать, что по части норм гражданского права Псковская судебная грамота «далеко ушла» от своей предшественницы «Русской правды», так как здесь можно встретить ряд гражданско-правовых институтов, не отраженных в «Русской правде»: институт давности; право откупа отчужденной земли, право пользования чужой вещью; два вида обеспечения обязательств: порука и залог; дарения движимых и недвижимых вещей и т. д.

Наследственное право знало оба вида наследования: наследованные по завещанию («приказное») и наследованное по закону («отморщина»).

Завещание составлялось в письменной форме. Для утверждения достаточно было сдать его на хранение в «ларь», т.е. псковский государственный архив при Троицком соборе. Наследниками по закону считались прямые и боковые родственники: отец, мать, сын, брат, сестра и т.д.. Правом наследования пользовался и переживший супруг до смерти или до вступления в новый брак.

Статьи 94 и 95 посвящены разделу имущества, полученного от отца по наследству сыновьями умершего.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

3. Конституционная монархия в России. Основные законы 1906г. Власть Императора

 

 

Все существенные изменения в государственном строе России, зафиксированные в актах 1905 — начала 1906 гг., нашли отражение в новой редакции Основных государственных законов от 23 апреля 1906 г. Кроме того, в этом документе, имевшем конституционное значение, содержалось положение о том, что инициатива его пересмотра может исходить лишь от императора (статья 8). Тем самым депутаты Государственной думы лишались возможности правовыми методами изменять форму правления. Именно по этой причине Основные государственные законы в новой редакции были опубликованы до открытия заседаний I Думы, состоявшегося 27 апреля 1906 г.

Идея конституции, получившая в России практическую потребность в период политического кризиса 1905 года, была воплощена в образе Основных законов, вобравших в себя требования Высочайших конституционных манифестов. Пересмотр Основных законов состоялся в соответствии с государственным мнением, выработанным апрельским (1906 г.) Царскосельским Совещанием под председательством императора. Мнение это основывалось на признании необратимости конституционных преобразований, ограничивавших права монарха в пользу народного представительства. На Совещании граф Пален, высказал замечание, поддержанное большинством его участников: «Весь вопрос заключается в том, оставить ли в статье первое слово «неограниченный». Я не сочувствую Манифесту 17 октября, но он существует. До того существовало Ваше неограниченное право издавать законы, но после 17 октября помимо законодательных учреждений, Ваше Величество не можете уже издавать законы сами. По-моему, Вам, Государь, было угодно ограничить свою власть. В основных законах надо издать то, что ново, а старое оставить, но слово «неограниченный» в нем не может оставаться». Самодержавной монархии в России предстояло стать монархией конституционной.

Для нас не оставляет сомнения тот факт, что первой конституцией России стали Основные Государственные Законы издания 23 апреля 1906 года, хотя конституцией они официально не именовались. Дело, однако, не в названии, а в назначении законодательного акта. Французская Декларация прав человека и гражданина тоже не именовалась конституцией, хотя именно она знаменовала наступление конституционной эры.

Редактированные Основные Законы по сравнению с прежними включали в себя новые главы, посвященные отдельным конституционным институтам – о правах и обязанностях российских подданных, о Государственном Совете и Государственной Думе, о Совете Министров. Одновременно сохраняли силу те положения старых Основных Законов, которых не коснулось время, — о порядке наследия престола, о вере, о правительстве и опеке и т. д. Основные Государственные Законы  1906 г. представляли собой внушительное нормативно-правовое образование, состоящее из 11 глав и 124 статей (в редакции Свода Законов), охватывающее своим действием основополагающие государственно-правовые институты. Основные Законы занимали самостоятельное место в системе Свода Законов, образуя раздел 1 первой части начального тома Свода. Обновленные Основные Законы, как и подобает конституции, наделялись особой юридической силой. Они изменялись лишь в особом законодательном порядке. Инициатива их пересмотра принадлежала исключительно императору. Последний, обладая правом издания указов с временной силой закона (во время прекращения занятий Думы), не мог, тем не менее, обратить это право на Основные Государственные Законы.

Впервые в своей истории Основные Законы провозгласили права гражданской свободы. Российским подданным конституционно гарантировались: неприкосновенность личности и законность юридического преследования (ст. 72-74); неприкосновенность жилища (ст. 75); свобода передвижения, выбора занятий, места жительства, выезда за пределы государства  (ст.76); неприкосновенность собственности (ст.77); свобода собраний (ст.78); свобода слова и печати (ст.79); свобода союзов (ст.80); свобода совести (ст.81). С приобретением этих прав подданные России становились гражданами России.  

Конституция России 1906 г. принадлежала классу так называемых октроированных, т. е. жалованных, конституций. Она не стала результатом народного волеизъявления, а явилась актом «высочайшей» милости, проявления народолюбия монарха. Для юридической констатации факта, впрочем, способ принятия конституции  не имеет принципиального значения. Юридические свойства конституции мало зависят от формы ее принятия.

Данная конституция не страдала радикализмом и не была столь последовательна в выражении демократических начал, как, скажем конституции США и Франции. Но надо учитывать, что та конституция принималась в экстремальных условиях и выражала тот компромисс между новым и старым государственным порядком, который был в России в то время единственно возможным. Не смотря на все свое несовершенство, или лучше сказать свою незрелость, конституция России 23 апреля 1906 г. достаточно ярко знаменовала переход государства от самодержавного к конституционному управлению. Именно ей в первую очередь российское общество обязано той политической свободой, которой ему удалось ненадолго воспользоваться.

Особое место в Основных государственных законах от 23 апреля 1906 г. отводилось 87-й статье. Названная статья позволяла царскому правительству провести законопроект в порядке указа, и он с момента опубликования начинал действовать. Правда, для применения этой статьи имелся ряд ограничений. Неправомочно было, ссылаясь на ст. 87, вносить изменения в Основные государственные законы, Положения о выборах в Государственную думу и Государственный Совет, «Учреждение Государственной думы» и «Учреждение Государственного Совета» (эти «Учреждения…», как и Основные государственные законы, определяли место обеих палат в системе высших органов власти Российской империи). Помимо этого, правительству запрещалось принимать указы, имевшие силу закона, в период работы Думы и Совета. Подобные указы получили неофициальное название чрезвычайных, так как для их принятия требовалось наличие чрезвычайных условий, не терпящих отлагательств.

Основные государственные законы заложили основы новой политической системы, впоследствии получившей название третьеиюньской монархии. Сами Основные законы выделялись особой юридической силой. Для их изменения устанавливался особый порядок, они могли быть пересмотрены только по инициативе императора, в текст законов нельзя было внести коррективы в порядке чрезвычайного законодательства. Законы утверждали основы правового положения подданных, регулировали порядок образования, построения и деятельности государственных органов, служили базой для текущего законодательства. De jure Основные государственные законы 1906 г. являлись конституцией. Таковыми они рассматривались как представителями власти, в частности С.Ю. Витте оперировал определением «консервативная конституция»1, так и либеральными историками государственного права2. Так, Н.И. Лазаревский подчеркивал: «Наши основные законы 23 апреля 1906 г. вполне подходят под тип конституционных законов, как они выработаны практикой западных держав.»3

 

 

 

 

Список литературы

 

 

  1. Аврех А.Я. Царизм и Дума, 1912-1914 гг. М., 1981.
  2. Алексеев Ю. Г. Псковская судная грамота и ее время. Л., 1980.
  3. Ильин А.В., Хохлов Е.Б. Первый закон о выборах в Государственную Думу Российской империи: опыт историко-правового анализа // Правоведение. 2006. № 1.
  4. Калинычев Ф.И. Государственная дума в период первой русской революции (1905-1307 года). М., 1965.
  5. Мартысевич И.Д, Псковская судная грамота. Историко-юридическое исследование. М.,1951.
  6. Сидельников С.М. Образование и деятельность первой Государственной думы. М., 1962.
  7. Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. М.,1995.
  8. Швечкова О.А. Правовой статус депутата первой Государственной Думы//История государства и права.2007.№1.
<

Комментирование закрыто.

WordPress: 23.39MB | MySQL:120 | 1,572sec