Эволюция Французской колониальной империи

<

092113 2354 1 Эволюция Французской колониальной империи    Создание Французской колониальной империи

Франция вступила в эпоху колониальных захватов значительно позже Португалии и Испании. Путешествия французских мореплавателей в Африку, Северную и Южную Америку в конце 16 – первой трети 17 вв. не сопровождались установлением контроля над новооткрытыми землями. Лишь в 1530-х король Франциск I (1515–1547) решил приступить к активной колониальной политике. В 1534 была организована экспедиция к берегам Канады, однако попытка начать ее колонизацию в 1542–1544 окончилась неудачей. Провалились и попытки французских гугенотов закрепиться на побережье Бразилии (1555–1560) и Флориды (1562). Религиозные войны (1562–1598) почти на полстолетия приостановили французскую заморскую экспансию [3].

По их окончании французы в начале 17 в. вернулись к планам колонизации Канады. 27 июля 1605 на берегу залива Фанди они основали Фор-Руаяль (колония Акадия), положив начало своей колониальной империи; 3 июля 1608 в устье Св. Лаврентия была построена крепость Квебек (колония Новая Франция). Заморская политика Франции активизировалась при кардинале Ришелье (1624–1642), который действовал через патронируемые им торговые компании: французы в 1624 вывели поселение на северо-восточном побережье Южной Америки (Гвиана); в Вест-Индии они в 1627 заняли часть о.Сент-Кристофер, а в 1635 – о-ва Мартинику, Гваделупу и Доминику; в Африке в 1638 создали поселение Сен-Луи в устье р. Сенегал, в 1642 построили Фор-Дофин на южной оконечности о. Мадагаскар и высадились на о. Реюньон (Бурбон) в Индийском океане; была также сделана попытка закрепиться на западном побережье Индии (в Сурате). После смерти Ришелье Франция продолжила свою экспансию в Карибском бассейне: в 1643–1650 был занят о. Сент-Люсия, в 1648 – о.Сен-Бартельми и часть о.Сен-Мартен, в 1650 – о. Гренада; в 1653 началась активная колонизация Гвианы, в 1659 – западного берега о. Гаити (Эспаньола) [8].

Колониальная политика приобрела еще больший размах при Людовике XIV (1661–1715), прежде всего благодаря усилиям контролера финансов Ж.-Б.Кольбера. Французы интенсифицировали свое проникновение на п-в Индостан: они создали торговые фактории на западном (Сурат; 1668) и на восточном побережье Индии (Масулипатам; 1669), в Бенгалии (Чандернагор; 1673); в 1674 приступили к строительству крепости Пондишери на Коромандельском берегу, ставшей столицей их индийских владений. Франция продолжила укрепление своих позиций в Индийском океане, в Северной Америке, в Вест-Индии и в Западной Африке: в 1664–1671 развернулась колонизация Реюньона; в 1664 на Гаити возникла колония Сен-Доменг, в 1697 Испания признала западную часть острова французским владением; в 1682 была провозглашена власть Людовика XIV над бассейном р.Миссисипи (Луизиана), который стал активно осваиваться с 1699; в Канаде к концу 17 в. французы установили контроль над долиной р.Св. Лаврентия и районом Великих озер; в 1697–1723 значительно расширились их владения в Сенегале [14].

Первым серьезным испытанием для колониальной политики Франции стала война за Испанское наследство (1701–1713), в результате которой ей пришлось уступить Англии часть Канады (Акадия, Новая Шотландия, о. Ньюфаундленд) и о. Сен-Кристофер. В 1710-х французы лишились торговых факторий в Сурате и Масулипатаме. Правда в 1715 им удалось занять о. Маврикий (Иль-де-Франс).

Новый всплеск колониальной экспансии относится ко второй четверти 18 в. Главным ее объектом стала Индия: в 1723 французы приобрели Янаон в устье р. Годавари, в 1725 – Маэ на Малабарском побережье, в 1739 – Карикал на Коромандельском берегу. Во второй половине 1740-х они начали наступление в Восточном Декане: к 1751 под их контролем оказались княжества Карнатик и Хайдерабад. В Индийском океане в 1756 были приобретены Сейшельские о-ва. Но в итоге неудачной для нее Семилетней войны (1756–1763) Франция утратила большую часть своих заморских земель в пользу Великобритании: все владения в Индии (кроме Чандернагора, Пондишери, Маэ, Янаона и Карикала), Канаду, о. Кейп-Бретон, Луизиану, ряд островов в Вест-Индии (Доминика, Сент-Винсент, Гренада, Тобаго) и почти весь Сенегал [8].

Франция смогла несколько восстановить свои колониальные позиции в 1780–1790-х: благодаря Войне за независимость США она вернула о. Тобаго и сенегальское побережье (Версальский мир 1783); в эпоху Директории и Консулата Испания уступила ей восточную часть Гаити (1795) и Западную Луизиану (1800). Однако попытка утвердиться в Египте в 1798–1801 провалилась. Восстание негров на Гаити привело к изгнанию французов с острова в 1803. В том же году Луизиана была продана США. После падения Наполеоновской империи в 1814 Франция лишилась стратегически важных островов в Вест-Индии (Сент-Люсия, Тобаго) и Индийском океане (Сейшелы, Маврикий). К 1815 она сохранила лишь часть побережья Гвианы, Гваделупу, Мартинику, крохотные острова Сен-Пьер и Микелон у берегов Канады, устье Сенегала, Реюньон и пять городов в Индии [14].

Франция возобновила колониальную экспансию лишь в самом конце эпохи Реставрации (1815–1830), приступив в июне-июле 1830 к завоеванию Алжира. Правительство Луи-Филиппа (1830–1848) в 1830-х почти полностью отказалось от активной колониальной политики, но в 1840-х изменило свой курс: в 1840–1845 был установлен протекторат над рядом островов Восточной Полинезии (Маркизские о-ва, восточная часть островов Общества и западная часть архипелага Туамоту), в 1841 началось подчинение Коморских о-вов в Индийском океане, к 1847 завершилось завоевание Алжира. При Второй империи (1852–1870) колониальная политика резко активизировалась: в 1853 французы захватили о. Новая Каледония; в 1855–1867 значительно расширили свои владения в Сенегале; в 1858–1862 завоевали Восточную Кохинхину (Южный Вьетнам); в 1861 оккупировали несколько районов Северной Сахары; в 1862 заняли порт Обок на африканском берегу Баб-эль-Мандебского пролива; в 1863 установили протекторат над Камбоджей (официально признан Сиамом (Таиландом) в 1867); в 1867 аннексировали Западную Кохинхину. Усилилось французское проникновение в Египет (концессия на строительство Суэцкого канала в 1854), на Ближний Восток (военная экспедиция в Сирию в 1860), в Китай (широкие торговые привилегии по Пекинской конвенции 25 октября 1860) и в Центральную Америку (неудачная попытка в 1862–1867 создать Мексиканскую империю во главе с французским ставленником Максимилианом Габсбургом) [3].

После установления Третьей республики (1875) Франция в 1880-х – начале 20 в. приняла активное участие в колониальном разделе мира. Основными объектами ее интересов стали Африка, Дальний Восток и Океания. В Северной Африке, хотя французы и проиграли англичанам борьбу за Египет (1882), они в 1881–1882 установили протекторат над Тунисом, в 1882 захватили область Мзаб на севере Сахары, в 1899–1900 – ряд южно-марокканских оазисов, а в 1912 навязали протекторат марокканскому султанату.

В Западной Африке, развивая наступление на бассейн Нигера в восточном (из Сенегала) и северном (от гвинейского побережья) направлениях, они в 1883–1898 овладели долиной Верхнего и Среднего Нигера, в 1892–1894 – Дагомеей, в 1886–1895 – землями между Сенегалом и Берегом Слоновой кости (Французская Гвинея), в 1898–1904 – районом к северу от Сенегала (Аукер, Эль-Джуф), в 1898–1911 – обширными территориями к востоку (Аир, Тенере) и к северу от Нигера (Азавад, Ифорас). Под французский контроль попала большая часть Западного Судана площадью в 4,7 млн кв. км. В 1895 колонии Сенегал, Гвинея, Судан и Берег Слоновой кости были объединены во Французскую Западную Африку; в 1899 в ее состав вошла Дагомея, в 1904 – Мавритания [3].

В Центральной Африке, продвигаясь на восток от устья р. Огове (северо-западный Габон), французы в 1880 установили протекторат над долиной Конго от Браззавиля до впадения Убанги, а в 1883–1885 подчинили все правобережье Конго (Французское Конго). Развивая экспансию на север, они в 1890–1891 вышли к оз. Чад и к 1894 взяли под контроль междуречье Убанги и Шари (колония Верхний Убанги). По соглашению с Великобританией 21 марта 1899 в сферу французского влияния попала область Вадаи между Чадом и Дарфуром. В 1899–1900 французы захватили области Баргими (низовья Шари) и Канем (восточнее оз. Чад), а в 1900–1913 продвинулись еще далее на север вплоть до нагорья Тибести, подчинив Борку, Боделе и Тиббу (северная часть совр. Чада). В 1910 колонии Габон, Среднее Конго и Убанги-Шари-Чад составили Французскую Экваториальную Африку, занимавшую огромную территорию от р. Конго до Сахары (2,5 млн кв. км) [8].

В Восточной Африке французы в 1882–1888 значительно расширили свою небольшую колонию Обок у выхода из Баб-эль-Мандебского пролива (Французское Сомали). В то же время их попытка утвердиться в долине Верхнего Нила окончилась неудачей (Фашодский конфликт с Великобританией 1898).

В конце 1870-х – начале 1880-х Франция взяла курс на захват островов у восточного побережья Африки: в 1886–1909 она подчинила Коморский архипелаг, в 1892 утвердилась на о-вах Глорьез в Мозамбикском проливе, а в 1895 захватила Мадагаскар.

В бассейне Тихого океана Франция сконцентрировала свои усилия на захвате Полинезии и Южной Меланезии. В 1880-1889 она подчинила восточно-полинезийские острова Таити, Тубуаи, Гамбье, восточную часть архипелага Туамоту и западную часть о-вов Общества, в 1886 утвердилась на западно-полинезийских островах Уоллис и Футуна. В 1906 был установлен совместный франко-британский кондоминиум над южно-меланезийскими островами Новые Гебриды.

 

1.2    Французская экспансия на Дальнем Востоке

 

 

На Дальнем Востоке основным объектом французских устремлений являлся Китай, а необходимым этапом на этом пути было окончательное подчинение Индокитая. Завоеванием Индокитая Франция пыталась создать барьер между британской Индией и Китаем. Разумеется, Индокитай представлял для Франции и самостоятельное значение. Уже первые миссионеры сообщали французскому правительству о «сказочных» богатствах Аннама и Тонкина (Центральный и Северный Вьетнам). Хотя миссионеры во многом и преувеличивали реальные богатства Индокитая, этого было вполне достаточно, чтобы возбудить аппетиты французской буржуазии. Там имелся богатый ассортимент сельскохозяйственного сырья, среди которого на первом месте стоял известный своим высоким качеством индокитайский рис, а также кукуруза, просо, кунжут, различные клубневые культуры. Богато представлены тропические продукты – чай разных сортов, ароматические масла, корица, сахарный тростник, хлопок, конопля, индиго, опиум, а из фруктов – бананы, апельсины, лимоны, ананасы, манго. Богат Индокитай и полезными ископаемыми, особенно его северная часть – Тонкин, к завоеванию которого Франция и приступила в начале 80-х годов XIX в. В Тонкине имелся каменный уголь, цинк, олово, свинец, вольфрам, золото, платина, медь, марганцевые руды [12].

В овладении Северным Вьетнамом были особо заинтересованы французские торговые и банкирские дома, занятые коммерческими и кредитными операциями в Китае и Индокитае. За захват Тонкина ратовали французские колониальные власти в Кохинхине, министерства флота, колоний и иностранных дел. Для кредитования французской торговли и поощрения колониальной экспансии в Индокитае в 1875 г. крупнейшие банкирские дома Франции основали Индокитайский банк, просуществовавший до наших дней, с главной конторой в Сайгоне. К концу 1878 г. банк имел в обороте на 7 млн. фр. банковых билетов [11].

Перед экспедицией в Тонкин французы решили закрепить свои позиции в Аннаме, где военные действия велись с 1873 г. 23 августа 1883 г. генеральный комиссар Франции в Индокитае Арман предъявил императору и правительству Аннама ультиматум. Под дулами французских пушек аннамское правительство 25 августа 1883 г. было вынуждено подписать договор о протекторате Франции над Аннамом и находившимся от него в вассальной зависимости Тонкином.

Намерение Франции подчинить Тонкин встревожило китайское правительство, которое имело на него собственные виды. Китай поспешил объявить войну Франции и ввел свои войска на территорию Тонкина. Однако техническое превосходство французской армии предрешило быстрый исход конфликта. Военные действия не продолжались и года. 11 мая 1884 г. в Тяньцзине китайские дипломаты подписали конвенцию «о дружбе и добрососедстве» с Францией, по которой Китай обязался вывести свои войска из Тонкина и «уважать» договоры Франции с Аннамом. Воспользовавшись выгодной ситуацией, Франция 6 июня 1884 г. навязала Аннаму новый кабальный договор о протекторате [Там же].

Однако мир в Тонкине был недолгим. Вскоре франко-китайская война разгорелась с новой силой. Китайские войска сумели нанести ряд серьезных поражений французам, а одно из них (при Лангшоне 27–28 марта 1885 г.) даже решило участь кабинета Ж. Ферри, прозванного за это поражение «тонкинцем». Тем не менее, отдельные успехи китайской армии не могли изменить хода войны. Феодальный Китай явно был не в силах долго противостоять нажиму капиталистической Франции. Уже 4 апреля 1885 г. были подписаны прелиминарные соглашения, а 9 июня 1885 г. заключен Тяньцзинский договор, в котором подтверждались условия предыдущего соглашения от 11 мая 1884 г. и определялась граница Тонкина с Китаем. Тонкин окончательно переходил под французский протекторат.

Франко-английские противоречия в 80–90-х годах были одними из самых острых в системе международных отношений конца XIX в. Борьба Франции и Англии за раздел мира разворачивалась и в Африке (в первую очередь за обладание Египтом), и на Дальнем Востоке. В 1882 г. Англии удалось вытеснить Францию из Египта и оккупировать страну. Не случайно Ж. Ферри писал: «Для нас… оккупация Тонкина была, прежде всего, возмещением за египетские дела» [12].

В 1884 г., когда Англия еще «осваивала» Египет, ей было выгодно, чтобы Франция как можно глубже увязла в Тонкине и не мешала бы ей в Египте. Поэтому английская дипломатия всячески препятствовала заключению перемирия между Францией и Китаем. В 1885 Англия меняет тактику и даже посредничает в переговорах о перемирии. Главной причиной такого поворот в британской позиции была реальная угроза в начале 1885 г. англо-русской войны из-за раздела сфер влияния в Средней Азии. Кабинету королевы Виктории было выгодно отвлечь внимание Китая на север с тем, чтобы столкнуть его с Россией.

<

Когда угроза англо-русской войны миновала, очередной задачей Великобритании в Индокитае стал захват Верхней Бирмы с целью воспрепятствовать французскому проникновению в этот район. У англичан были все основания опасаться этого, так как Франция уже давно пыталась расширить границы своих владений на западе Индокитайского полуострова. По признанию французских историков, руководители Третьей республики мечтали о том, чтобы не только Лаос и вся Камбоджа перешли к Франции, но и о том, что «Сиамское королевство подпадет под протекторат французской власти… и что Верхнебирманское царство сделается буфером между французскими владениями и англо-индийской державой» [4]. Однако французским планам относительно Верхней Бирмы и Сиама не суждено было осуществиться. 1 января 1886 г. Англия ввела свои войска в Верхнюю Бирму. Франции удалось лишь на основе соглашения с Сиамом от 3 октября 1893 г. присоединить к своим владениям в Индокитае Лаос. Несколько ранее, в 1887 г., приобретенные владения (Аннам, Тонкий, Кохинхина и Камбоджа) были объединены в Индокитайский союз и там была учреждена французская колониальная администрация.

После захвата Индокитая французская экспансия на Дальнем Востоке развивается в направлении Срединной империи, и прежде всего ее южных провинций, граничащих с Тонкином. В стремлении «занять место» в Китае Франция столкнулась не только со ставшим уже традиционным английским соперничеством, но и с захватническими устремлениями Японии. К франко-английским противоречиям в Китае прибавляются и франко-японские. Франция всерьез опасалась захвата Японией ведущих позиций в Китае и ее утверждения на морских коммуникациях близ южного побережья Китая и Индокитая. Не случайно, поэтому Франция вмешалась в японо-китайскую войну 1894–1895 гг. Французское правительство не только не желало допустить монопольного утверждения Японии в Китае, но и под прикрытием лозунга защиты Китая от Японии намеревалось включить Южный Китай в сферу своего влияния.

Формы подчинения Китая, практиковавшиеся в тот период капиталистическими державами, были своеобразны. Это были так называемые «аренды» территорий, получение концессий на разработку природных богатств и «разрешений» на строительство железных дорог. В 1896 г. «железнодорожная лихорадка» обострилась до предела. Европейские державы ведут ожесточенную борьбу за захват концессий на постройку железных дорог в Китае. В Южном Китае борьба развернулась между Англией и Францией. 20 июня 1895 г. по франко-китайской конвенции о демаркации границы в Тонкине и торговой конвенции Франция добилась значительных льгот для своих подданных в южных провинциях Китая (Юньнань, Гуанси и Гуандун), получила «разрешение» на строительство железной дороги из Тонкина в Юньнань и Гуанси, а также приобрела исключительное право на разработку копей в этих провинциях [8].

Франция активно участвует и в борьбе за аренду территорий. 22 апреля 1898 г. по соглашению с Китаем Франция получила в концессию сроком на 99 лет территорию и бухту Гуанчжоувань. Французы получили право возводить здесь военные укрепления, держать войска, строить железные дороги из Гуанчжоуваня в другие районы Китая. Франция вынудила цинское правительство дать обязательство не уступать никакой другой иностранной державе провинций Юньнань, Гуанси, Гуандун и о-в Хайнань.

К 1914 французская колониальная империя уступала по величине лишь Великобритании: ее территория составляла 10 634 тыс. кв. км; на ней проживало более 58 млн. чел. После победы в Первой мировой войне, получив мандат на управление бывшими германскими колониями Камеруном и Того (Версальский мир 1919) и находившимися прежде под властью Турции Сирией и Ливаном (Севрский мир 1920), Франция увеличила площадь Империи на 625 тыс. кв. км с населением 5,5 млн.чел.

 

1.3    Структура и система управления Французской колониальной империи

 

 

Французские заморские владения (France d»outre-mer) делились на две категории:

1) протектораты и подмандатные территории, бывшие в ведении Министерства иностранных дел;

2) колонии, управлявшиеся Министерством колоний;

Алжир обладал особым статусом – он считался составной частью Франции и подчинялся Министерству внутренних дел.

Главным должностным лицом в протекторате и на подмандатной территории был генеральный резидент или верховный комиссар, который ведал внешними сношениями и обороной и контролировал туземную администрацию; судебные дела коренного населения рассматривались туземными судами, французская юрисдикция распространялась только на иностранцев. В колонии вся полнота власти принадлежала губернатору; при нем функционировал консультативный орган из французских чиновников и местной знати; здесь и европейцев, и туземцев судили по французским законам. При Министерстве колоний действовали Высший колониальный совет, куда входили губернаторы и по одному представителю от каждой территории, и Инспекция колоний. Старые заморские владения (Гваделупа, Мартиника, Гвиана, Алжир, Сенегал, Реюньон, пять городов в Индии, Кохинхина) имели представительство в Национальном собрании (парламенте) Франции – 19 депутатов и 7 сенаторов [2].

Существовало два типа колоний: «поселенческие», являвшиеся объектом активной европейской колонизации (Алжир, Мадагаскар, Новая Каледония), и «эксплуатируемые», служившие прежде всего поставщиками природных ресурсов (Французская Западная Африка, Французская Экваториальная Африка). Французы обладали монополией на предпринимательскую деятельность и торговлю в колониях, не допуская никакой иностранной конкуренции. Если до Первой мировой войны они мало интересовались экономическим развитием своих заморских владений, то после нее они приступили к их интенсивному освоению, пиком которого стали 1930-е. Были предприняты шаги к экономической ассимиляции колоний с Францией. В 1928 часть заморских территорий получила право не облагаемого налогами ввоза товаров в метрополию, другая часть – значительные таможенные льготы. Развернулась широкомасштабная экспансия французского капитала в колонии (до 75% всего вывоза капитала). Создавалась экономическая инфраструктура (железные дороги, шоссе, телеграфная связь, объекты коммунального хозяйства), строились промышленные предприятия; появилась система здравоохранения, система начального, среднего и даже высшего образования (некоторые специалисты получали подготовку во Франции). В то же время экономика колоний, ориентированная на потребности метрополии, часто носила монокультурный характер. Существовало значительное неравенство в оплате труда европейцев и местного населения и огромный разрыв между их уровнем жизни [1].

В 1920–1930-х в ряде французских владений были проведены отдельные реформы. В 1919 и 1937 некоторые группы населения Алжира обрели право на получение французского гражданства. Было несколько расширено самоуправление Туниса (1922), Французской Западной Африки (1925), Индокитая (1928), Сирии и Ливана (1930). В 1936 правительство Народного фронта заключило с местными властями Сирии и Ливана соглашение об отмене мандата к 1939, однако оно не было выполнено. В отличие от Великобритании, Франция стремилась максимально ограничить участие коренного населения в управлении заморскими территориями.

После покорения Тонкина французское правительство в 1886 г. объединило все завоеванные территории Индокитая в Индокитайский союз. Разные районы Индокитая получили различный статус. Так, Кохинхина, завоеванная французами еще в 1863 г., сразу же стала французской колонией, в то время как Аннам, Тонкин, Камбоджа и Лаос были объявлены протекторатами. Обычно протекторат устанавливался там, где завоевателям было выгодно использовать веками складывавшуюся туземную феодальную власть, превращавшуюся в опору колонизаторов [5].

По конституции, введенной французским декретом из Парижа в 1887, протектораты Тонкин, Аннам и Камбоджа, а также колония Кохинхина были объединены в Индокитайский Союз. Несколькими годами позже в него вошел Лаос. Правительство Союза возглавлял ответственный перед министром колоний Франции генерал-губернатор, который обладал широкими административными полномочиями. При нем в 1928 был создан консультативный орган – Большой Совет по экономическим и финансовым делам. Половину членов Совета составляли высокопоставленные французские чиновники, представители Колониального совета Кохинхины и Торговой и Сельскохозяйственной палат. Вторая половина была образована представителями местного населения. Совет рассматривал проекты бюджетов Союза и его членов, а также предложения по налоговой политике.

Все пять членов Индокитайского Союза сохраняли свои собственные административные системы и местные правительства. Прямое правление французских чиновников было учреждено только в Кохинхине, имевшей статус колонии, а не протектората. Ее губернатору, который подчинялся генерал-губернатору, помогал Колониальный совет, включавший французов и 12 коренных жителей. Кохинхина имела также, в отличие от других участников Союза, своего представителя в палате депутатов Франции. В протекторатах управление осуществлялось через местных чиновников, уцелели и традиционные административные институты. В Аннаме и Тонкине власть олицетворяли императоры, а Камбодже – король. Лаос тоже возглавлял монарх, но его прерогативы распространялись лишь на область Лаунгпхабанг в северо-центральной части страны. Францию в каждом из протекторатов, где были созданы консультативные ассамблеи, представлял верховный резидент, в Лаосе ее представитель именовался администратором. Судопроизводство в Кохинхине осуществлялось французскими магистратами, под юрисдикцией которых находились как иноземцы, так и местные жители. В протекторатах коренное население было ответственно перед собственными органами юстиции, а французские суды рассматривали дела иностранцев. Апелляции поступали в суды высшей инстанции в Сайгоне и Ханое, состоявшие из французских юристов, которым при разборе дел туземцев ассистировали местные чиновники.

 

 

 

 

 

2    Распад Французской колониальной империи

 

2.1    Вторая мировая война и подъём национально-освободительного движения

 

 

Уже в 1920–1930-х в ряде французских владений обозначился подъем национального движения, прежде всего в странах Средиземноморья и Индокитая. Поражение Франции в 1940 привело к значительному падению ее авторитета в колониях. Перед лицом угрозы со стороны Японии режим Виши был вынужден согласиться на оккупацию Индокитая японскими войсками при сохранении французской колониальной администрации. В этих условиях руководство «Свободной Франции» во главе с Ш.де Голлем решило проводить более гибкий курс по отношению к заморским территориям. Осенью 1941 оно пообещало предоставить после войны независимость Сирии и Ливану. Но в ноябре 1943 Ливан, а в январе 1944 Сирия, не дожидаясь окончания войны, объявили об отмене французского мандата. В январе-феврале 1944 на Браззавильской конференции губернаторов африканских колоний был взят курс на реформирование колониальной империи. Первая послевоенная конституция, принятая в октябре 1946, провозгласила создание равноправного сообщества метрополии и ее заморских владений – Французского союза; он включал заморские департаменты (Алжир, Гваделупа, Мартиника, Гвиана, Реюньон), заморские территории (Французская Западная Африка, Французская Экваториальная Африка, Французское Сомали, Мадагаскар, почти все владения в Океании, пять городов в Индии, о-ва Сен-Пьер и Микелон), присоединившиеся государства (Марокко, Тунис, Индокитай) и подопечные территории (Того, Камерун, Новые Гебриды) [7]. Во главе Союза стояли президент Франции, Верховный совет с консультативными функциями, состоящий из представителей метрополии и зависимых территорий, и Ассамблея (парламент), половина членов которой избиралась от Франции, а другая половина – от ее владений; было расширено представительство последних и в Национальном собрании. Франция обязывалась содействовать зависимым народам в достижении политической самостоятельности. Тем не менее на местах практически вся власть продолжала оставаться в руках губернаторов [7].

Реформа не смогла остановить распада колониальной империи. Нарастание кризиса во французской колониальной империи ускорялось по мере приближения конца войны, в ходе которой народы многих французских владений непосредственно были вовлечены в борьбу против фашистских агрессоров. В ряде французских колоний возникло мощное движение Сопротивления японским оккупантам и германо-итальянским захватчикам, поднявшее национально-освободительное движение на новую, более высокую ступень. Там, где вишистская администрация встала на путь сотрудничества с агрессором, национально-освободительное движение уже в ходе войны приобрело антифранцузскую направленность. Это прежде всего относилось к Индокитаю [11].

Стратегически выгодное положение Индокитая явилось той причиной, по которой японские милитаристы обратили внимание на эту территорию. Еще до начала Второй мировой войны они потребовали от Франции закрыть железную дорогу, связывающую Тонкин с китайской провинцией Юньнань, по которой шли военные поставки китайцам.

Особенность ситуации, сложившейся в Индокитае, состояла в том, что его территория с согласия правительства Виши летом 1941 г. была оккупирована японской армией. При этом номинально власть в Индокитае до поры до времени сохранялась за французским генерал-губернатором адмиралом Деку.

Еще в сентябре 1940 г., когда началось японское проникновение в Индокитай, Коммунистическая партия Индокитая предложила адмиралу Деку совместно организовать оборону, однако колониальная администрация отклонила это предложение и предпочла капитуляцию. В 1940–1941 гг., когда по всему Вьетнаму прокатилась волна антияпонских восстаний, в их подавлении, наряду с оккупантами, приняли участие и французские войска.

В мае 1941 г. образовался демократический национально-освободительный фронт – Лига независимости Вьетнама («Вьет-Мин»), в котором объединились все демократические партии, рабочие и крестьянские организации. В стране повсеместно стали создаваться партизанские отряды, которые в декабре 1944 г. были объединены в Народную армию Вьетнама.

В это же время в Лаосе возникла антияпонская националистическая организация «Лао Итсала» («Освобождение Лаоса»), включившая представителей средней и мелкой буржуазии, интеллигенции, патриотически-настроенных помещиков и местной аристократии. Активную роль в деятельности «Лао Итсала» играл принц Суфанувонг. Одновременно на территории Таиланда возникла другая националистическая организация, «Лао Пен Лао» («Лаос для лаосцев»). Обе организации, объединив усилия, начали подготовку к вооруженному антияпонскому восстанию.

В Камбодже освободительное движение в годы войны было направлено не столько против японцев, сколько против французских колонизаторов. 12 марта 1945 г. молодой король Камбоджи Нородом Сианук провозгласил независимость страны.

В августе 1945 Вьетнам, а в октябре 1945 Лаос объявили о ликвидации французского господства. В феврале 1946 Франция была вынуждена вернуть Китаю Гуанчжоувань, в апреле 1946 признать независимость Сирии, в декабре 1946 – Ливана. Ее попытка восстановить свою власть в Индокитае в ходе кровопролитной Индокитайской войны 1946–1954 потерпела полный крах, и летом 1954 на Женевской конференции ей пришлось признать политическую самостоятельность Камбоджа, Лаоса и Вьетнама.

Главным фактором, воспрепятствовавшим реализации целей французского колониализма в Индокитае после окончания войны, явилось мощное сопротивление народов трех индокитайских стран, провозгласивших свою национальную независимость [10].

Другим немаловажным фактором, затруднявшим «возвращение» Франции в бывшие индокитайские владения, было усилившееся за годы войны стремление США «занять место» Франции в Индокитае, не допустить ее возвращения в этот район. Это было проявлением, как межимпериалистических противоречий, так и пробудившегося к концу войны в правящих кругах США стремления к глобальному «присутствию». Характерно, что американское проникновение в Индокитай осуществлялось под маской антиколониализма.

В начале 1950-х Франция лишилась своих индийских владений: в мае 1950 она передала под управление Индии Чандернагор (официально в 1952), в ноябре 1954 – Пондишери, Маэ, Янаон и Карикал (официально в 1962). Французское правительство всеми силами пыталось удержать Алжир, но в 1954 там вспыхнула война за независимость (1954–1962). Подъем освободительного движения в Тунисе и Марокко заставил метрополию в марте-апреле 1956 отказаться от протектората над этими странами. В июне 1956 Национальное собрание предоставило заморским территориям широкое внутреннее самоуправление, однако кризис французской колониальной системы продолжал углубляться.

 

2.2    Приход к власти Шарля де Голля

 

 

Франция после окончания войны основные внешнеполитические усилия сосредоточила на проведении силовой политики в своих колониальных владениях. Занятая войной в Индокитае и Алжире страна теряла в Европе одну позицию за другой. Интеграция французских вооруженных сил в НАТО, т.е. фактически под контролем США, ремилитаризация и усиление позиций ФРГ в 50-е гг. показали, что Франция не может обеспечить свои интересы без обретения самостоятельности по отношению к США и НАТО, без пересмотра своей традиционной силовой политики.

Приход к власти в 1958 году Шарля де Голля и утверждение режима V Республики ознаменовали начало радикального пересмотра национальной доктрины Франции. В основу национальной доктрины де Голль положил лозунг «национальной независимости» и «величия Франции». Идея нации была возведена в категорию абсолютных ценностей.

Де Голль провозгласил также ориентацию Франции на многополярный миропорядок и неприятие биполярного деления мира в принципе. Пересмотр прежней политики де Голль построил по следующей схеме: США постепенно теряют свое господствующее положение, Россия несколько отступает в Европе, третий мир утверждает свою независимость, но остается пассивным. Такой подход к миропорядку определил основную миссию Франции как игру на балансе сил более крупных держав и отказ от союза с какой-либо из них. При этом Франция ратовала за создание многосторонних союзов с учетом геополитических факторов. Долгосрочной целью обеспечения безопасности страны де Голль определил необходимость занятия ею одного из руководящих мест в мире с помощью комплексного использования инструментов национальной мощи и быстрого экономического роста. Была выдвинута формула «разрядка–согласие–сотрудничество».

Во внешней политике правительства, провозгласившего своей целью защиту независимости и «возрождение величия» Франции, главное место заняла «алжирская проблема».

Война в Алжире углубляла не только внутренние классовые противоречия во Франции, но и противоречия между различными буржуазными группами и партиями, усиливала кризис всего Французского общества. Деятельность откровенных сторонников сохранения Алжира под властью Франции ставила страну на грань гражданской войны.

Последствия военных действий в Алжире были пагубными для Франции и в политической, и в экономической областях. Алжирская проблема тяжким грузом давила на политику, затрудняла борьбу против экономического, политического и военного подчинения США, препятствовала попыткам проводить независимый внешнеполитический курс.

Те, кто захватил национальные богатства Алжира, — крупные колониалисты, не были заинтересованы в окончании войны.

Всё это в совокупности заставляло правительство Пятой республики искать выход из войны, при котором возможно было сохранить за собой хотя бы часть позиций в Алжире.

Война, начавшаяся в ноябре 1954года, продолжалась более семи лет- до 19 марта 1962года. Эта война дорого обошлась французскому народу. По неполным данным, французская сторона с 1956года до окончания войны потеряла в Алжире 36 895 человек [4].

16 сентября 1959года с декларацией об Алжире выступил де Голль. Он сказал, что Франция признаёт за алжирским народом право на самоопределение. «Кровавая алжирская проблема, — говорилось в этом заявлении, — должна быть решена путём свободного выбора» [7]. Заявление означало официальный отказ лидеров Пятой республики от откровенно колониалистского лозунга «Алжир — французский». Это было первым крупным отступлением в алжирском вопросе. Однако решение алжирской проблемы предлагалось не в интересах алжирского народа, а носило неоколониалистский характер.

В декларации де Голля было обещано увеличить капиталовложения в Алжире и продолжать выполнять провозглашенный в 1958году «план Константины». Всё это выдавалось за заботу об улучшении жизни алжирцев и превращении Алжира в «процветающую» и производительную страну.

Говорилось о том, что после выполнения предварительных условий, в Алжире будет проведен референдум с целью определения политического статуса страны. Его предлагали провести « самое позднее через 4 года после действительного восстановления мира» [7]. Референдум должен был определить, какое из трёх нижеследующих решений будет приемлемо для алжирского народа:

  1. отделение Алжира от Франции;
  2. создание «алжирцами правительства алжирцев, опирающегося на помощь Франции и тесно связанного с ней в области обороны, экономики, внешней политики и образования»
  3. полное «офранцуживание» алжирцев, т. е. включение их в состав Франции на основе формального «равноправия» [8].

    Ноябрь и декабрь 1960г. стали новой важной вехой в алжирской политике де Голля. 4 ноября президент республики высказался за необходимость создания «алжирского Алжира… который имел бы собственное правительство, свои институты, свои законы» [6].

    В ноябре 1960г. генерал приступает к подготовке новых акций в алжирской политике. Создается пост государственного министра по алжирским делам, подчиненного непосредственно президенту. В речи 20 декабря де Голль твердо подтвердил, что будущий Алжир мыслиться им как «государство со своим правительством» [1]. Президент республики объявил также, что он выносит свою алжирскую политику на суд всеобщего референдума как в метрополии. Так и в Алжире. Результаты референдума показали, что большинство французов согласно с президентом. В Алжире 70,9% голосовавших сказали «да» де Голлю и его политике [Исторя франции].

    В середине 1961г. правительство Франции начало переговоры в небольшом курортном городке Эвиан с образованным Временным правительством Алжирской республики. Эвианские соглашения были подписаны 18 марта 1962года. Менее чем через месяц, 8 апреля, на всеобщем референдуме 90,6% французов одобрили заключение мира и только 9,3% не одобрили [9].

    С разрешением в 1962г. «алжирской проблемы», которая в течении первых лет существования Пятой республики доминировала во всей французской политике, де Голль и голлисты окончательно утвердились у власти.

    В целях сохранения влияния метрополии в странах Французского союза он был преобразован во Французское сообщество, участники которого получили право самостоятельно определять свой политический статус – остаться зависимой территорией или стать государством-членом Сообщества с полной внутренней автономией, но делегирующим метрополии вопросы обороны, финансов и внешних сношений. Последний вариант в конце 1958 избрало подавляющее большинство французских владений в Африке. Только Гвинея отказалась войти в Сообщество и 2 октября 1958 добилась независимости, что способствовало усилению центробежных тенденций. В 1960 процесс обретения государственного суверенитета во Французской Африке принял лавинообразный характер: 1 января независимость получил Камерун, 27 апреля – Того, 20 июня – Федерация Мали, вскоре распавшаяся на Сенегал и Мали, 26 июня – Мадагаскар, 1 августа – Дагомея (совр. Бенин), 3 августа – Нигер, 5 августа – Верхняя Вольта (совр. Буркина Фасо), 7 августа – Берег Слоновой кости (совр. Кот д»Ивуар), 11 августа – Чад, 13 августа – Центральноафриканская республика, 15 августа – Конго, 17 августа – Габон, 26 ноября – Мавритания. С признанием политической самостоятельности Алжира в марте 1962 (Эвианские соглашения) французская колониальная империя практически перестала существовать. В июле 1975 с зависимым статусом покончили Коморские о-ва (кроме о. Майотта), в июне 1977 – Французская территория афаров и исса (бывш. Французское Сомали; совр. Джибути); в июле 1980 был отменен франко-британский кондоминиум над Новыми Гебридами (совр. Вануату).

     

     

     

    2.3    Современная политика Франции

     

     

    Политика удержания имперского влияния дорого обошлась Франции. Жестокие колониальные войны – в Индокитае (1946–1954) и Алжире (1954–1962) – поставили страну на грань катастрофы, серьезно подорвав ее внешнеполитические позиции. Но Париж потому и бился за сохранение своих колоний с таким ожесточением, что империя оставалась последним из былых символов великодержавности. 

    «Всякое проявление могущества (от завоевания до помощи, от вмешательства до сотрудничества) имеет свою цену… Оно порождает цепь субординации, клиентельных отношений, претензий. Поддержание могущества, вначале скрыто, потом явно, подтачивает само это могущество», – указывает видный французский политолог Филипп Моро-Дефарж [3]. Могущество преходяще, и причина упадка кроется в самой его природе: издержки могущества начинают постепенно перевешивать его преимущества. «Всякая империя погибнет» – таков вывод классика французской политологии Жан-Батиста Дюрозеля, давший название его книге о тайне международного влияния.

    Разрыв Франции с имперским прошлым знаменовался двумя событиями: Суэцким кризисом 1956 года и деколонизацией Алжира в 1962-м. Но колониальный шлейф не оборвался после массового (около миллиона человек) бегства французов из бывшего заморского департамента. Конец империи привел к еще более массовой иммиграции во Францию жителей стран Магриба, Ближнего Востока и Черной Африки. Выходцы с других берегов Средиземного моря создали внутри французского общества мощную мусульманскую идентичность, которая, как мы еще раз могли убедиться во время бурных событий ноября 2005 года, превратилась в важный фактор внутриполитического и социального развития.

    Последнее обстоятельство серьезно влияет на выработку политики в отношении мусульманского Востока и в ближневосточном конфликте. С одной стороны, Франция стремится поддерживать интенсивные отношения со странами Магриба. С другой – стать арбитром в ближневосточном урегулировании Парижу мешает память арабов о Суэцком кризисе. После национализации Египтом Суэцкого канала Лондон и Париж попытались оказать военное давление на Каир для обеспечения судоходства на их условиях. Против англо-французских действий выступил Вашингтон, в результате чего войсковую операцию пришлось прекратить [3].

    Франция не желает ни предоставить страны региона самим себе, ни допустить в них безраздельное влияние США, привлеченных нефтяными богатствами региона. В постколониальную эру Париж привык считать свои бывшие территории в Средиземноморье и Африке «заповедной зоной» собственного влияния. В 1995-м тогдашний французский премьер-министр Ален Жюппе заявил, что эти два региона представляют для Франции «предпочтительную ценность». И от Парижа требуется особая деликатность, чтобы попытки покровительствовать и помогать бывшим колониям не были истолкованы как неоколониализм. Груз колониальных отношений и сравнительная ограниченность финансовых ресурсов, которые Франция может направить на оказание помощи в развитии стран региона, Париж уравновешивает, привлекая к средиземноморскому сотрудничеству средства и институты Европейского союза [1].

    В отличие от многих стран, Франция не отягощена комплексом вины из-за своего колониального прошлого, что дает ей повод для претензий на глобальную роль в мире, что выражается в стремлении играть роль посредника между ведущими западными странами и государствами «третьего мира». В отличие от США, Франция никогда не стремилась к одностороннему гегемонизму. Традиционно обеспечение безопасности ею рассматривается посредством равновесия великих держав в рамках многополярного мироустройства. Отсюда и традиционное стремление Франции к проведению гибкой политики балансирования и отказ от каких-либо двусторонних союзов в пользу многосторонних.

    Франция также рассматривает военные инструменты в качестве основы обеспечения политики безопасности, что находит подтверждение в обособленности в вопросах национальной обороны от НАТО и других государств Европы, а также в проведении собственной ядерной политики.

    В геополитическом плане Франция числит себя не только континентальной и морской державой одновременно, но и уточняет, что является единственной (исключая Испанию) европейской страной, одновременно выходящей к Атлантике и Средиземному морю. Такое положение Франции предопределило и геополитическую специфику – во-первых, связь со своими бывшими колониями, во-вторых, участие Франции в формировании регионального порядка как в Средиземноморье, Северной Африке, так и на Ближнем Востоке и прилегающих к нему акваториях. В-третьих, особая важность состояния безопасности в Европе и участие в европейских делах, где Франция традиционно рассматривает себя как регионального лидера, сдерживая при этом европейские аппетиты США, Великобритании (англосаксонская группа), Германии и, в некоторых случаях, России.

    Поскольку и экономические, и силовые возможности Франции в мире существенно сократились, основной упор делается на гуманитарный характер миссии и – в связи с мусульманским фактором внутри французского общества – на диалог цивилизаций. «Наша роль всегда состояла в том, – писал Жюппе, – чтобы наводить мосты, утверждать ценности свободы, терпимости, демократии, которые могут приобретать различные оттенки в соответствии с духом, присущим каждой нации, каждой цивилизации, но которые остаются универсальными» [3].

    Продвигая внутри Евросоюза (совместно с Испанией и Италией) идею евро-средиземноморского партнерства, Франция добилась созыва в Барселоне осенью 1995 года средиземноморской конференции. В ее задачи входило преодоление растущей психологической пропасти между европейским и арабо-мусульманским миром, создание «пространства солидарности» со всеми странами Средиземноморья.

    Африка традиционно считалась одной из опор глобальной политики Франции. Париж, сохранивший после деколонизации сильные военно-политические позиции в регионе, претендовал на роль гаранта стабильности. Франция имеет право военного вмешательства в целях сохранения или восстановления внутриполитической стабильности и обеспечения безопасности европейского населения, а также располагает воинскими контингентами на территории ряда стран: Джибути, Сенегала, Центрально-Африканской Республики, Чада, Кот-д’Ивуара, Камеруна.

    После окончания биполярного противостояния в мире, когда Африка потеряла прежнее значение как объект соперничества в соревновании двух систем, стратегия Франции направлена на активное подключение разного рода международных организаций и объединений (ВТО, ООН, ЕС) к оказанию помощи ее бывшим колониям. Одно из важнейших направлений – преодоление отсталости бывших африканских колоний в рамках франко-африканского сообщества. В 1989 году глава государства Франсуа Миттеран выступил с инициативой списания долгов с наиболее слаборазвитых стран. В следующем году их займы были преобразованы в безвозмездные субсидии. С начала 1990-х руководители Франции выступают с инициативой превращения долгов в инвестиции, что пока не вызвало большого энтузиазма ни у развитых стран, ни у французской экономической элиты.

    Несмотря на великодушные призывы к расширению экономического содействия слаборазвитым странам, в последние годы французская помощь на нужды развития сократилась с 0,5 % до 0,32 % ВВП, хотя социалисты еще в 1980-х годах намеревались довести ее вес в бюджете до 1 % ВВП. Тем не менее по объему помощи бедным странам по отношению к ВВП Франция продолжает занимать первое место в «большой семерке».

    В конце 1990-х французская дипломатия была вынуждена принципиально изменить концепцию франко-африканских отношений. Как и в других сферах, главным фактором приумножения ее влияния является Европейский союз. Изменилась и риторика, сопровождающая политику Парижа. Этой риторике все еще присущ ностальгический тон, но она наполнилась актуальным содержанием. Обсуждаются главным образом две ключевые идеи – борьба с бедностью и гуманная глобализация. Официально декларируемая политика сотрудничества «призвана играть ведущую роль, подчеркивающую решимость Франции бороться за более управляемую и гармоничную глобализацию». Девизом страны стала «солидарная глобализация».

     

     


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 0.98MB/0.00042 sec

WordPress: 22.67MB | MySQL:120 | 1,358sec