Слом механизма НЭПа

<

102213 1815 1 Слом механизма НЭПа

СЛОМ МЕХАНИЗМА НЭПа. ПЕРЕХОД К СТРАТЕГИИ УСКОРЕННОГО ПОСТРОЕНИЯ СОЦИАЛИЗМА

Нэп представлял собой цельный неразрывный комплекс мер экономического, политического, социального, идеологического, психологического характера. В целом преобразования 20-х годов характеризовались острыми противоречиями, отсутствием целостности подходов к управлению и решительной схваткой между экономическими и административными методами, прежде всего в государственном секторе хозяйствования. Главной задачей государства из-за сложности условий было установление верных пропорций между тем, что оно могло подчинить своему прямому воздействию, и тем, что такому воздействию поддавалось слабо или не поддавалось совсем, относясь к стихии рынка.

Противоречие нэповской экономики, ее кризисы состояли в следующем:

– НЭП, испытывающий то в меньшей, то в большей степени административно- командное давление, был обречён на кризисы;

– финансовый кризис. Первый удар по нэпу был нанесен в 1922 г. отказом Советского правительства признать долги Российской империи и ограничить монополию внешней торговли. Тем самым, партийно-политическое руководство СССР уничтожило саму возможность привлечения в национальную экономику иностранных инвестиционных ресурсов и загнало страну в режим автаркии;

– кризис сбыта. 1923 г. 100 млн. крестьян, получивших экономическую свободу, наполнили городской рынок дешёвой сельскохозяйственной продукцией. В ряде промышленных центров начались рабочие забастовки. Проблема осложнилась ростом безработицы. Это решение привело к товарному голоду 1924 г., но так и не было отменено, став перманентным элементом управления экономикой;

– экономический кризис тесно переплетался с кризисом идеологии и политики. В руководстве страны вновь начинает назревать раскол. Его углубляет болезнь общепризнанного лидера — В.И.Ленина. К кризисным факторам добавляется борьба за власть, которая, в свою очередь, придаёт своеобразие переживаемым страной трудностям.

– кризис хлебозаготовок. В 1927 г. стало ясно, что достигнут предел в извлечении финансовых средств обычными методами. Кроме принудительного займа прибегли к излишней денежной эмиссии и заниженным ценам на сельхозпродукцию — все это было чуждо нэпу. В начале 1928 г. вводятся чрезвычайные меры в период хлебозаготовок. Это можно считать началом конца нэпа. Хрупкому балансу интересов частного сельхозпроизводителя и государства пришел конец.

Осложняли кризис нэповской экономики следующие события. Во-первых, на протяжении 1920-х гг. информация об экономическом развитии страны была не совсем верной. Во-вторых, уровень жизни трудящихся был гораздо хуже, чем в 1913 г., несмотря на некоторое перераспределение национального дохода в их пользу (ликвидация помещиков и крупной буржуазии во многом компенсировалось ростом бюрократического аппарата). Ухудшилось обеспеченность жильем, т.к. при той же численности городского населения объем жилого фонда уменьшился на 20%. В-третьих, в сельском хозяйстве ощутимо сказывалась ликвидация в период «военного коммунизма» многих высокоэффективных товарных хозяйств (помещичьих и кулацких). Созданные на их месте совхозы и колхозы оказались малоэффективными. Потери периода гражданской войны и эмиграции тяжело сказывались на техническом прогрессе. Рынок был серьезно деформирован несоразмерным государственным контролем. Стержневой основой этого контроля явились твердые, директивные, лимитные цены. Большевистская идеология и доктринальные установки уже изначально не допускали для рынка возможности утвердиться «всерьез и надолго».

В-четвертых, национализация земли, монополия внешней торговли, краткосрочная аренда, частые и необоснованные переделы, прогрессивная шкала налогообложения вместо пропорциональных налогов, гигантская бюрократизация — такие преграды существенно снижали эффективность нэпа уже с первых шагов ее осуществления.

Принятый в конце 1920-х гг. курс на свертывание нэпа был следствием отнюдь не только авторитарных наклонностей тогдашнего руководства. Он был еще и актом отчаяния большевистских руководителей, поставленных перед жестким выбором: медленная агония политического режима ВКП(б) или попытка вырваться из отсталости ценой небывалых жертв. После некоторых колебаний руководство выбрало второй вариант. Гибель нэпа и утверждение командно-административной системы стали неизбежными.

Итоги НЭПа состояли в следующем:

– НЭП показал, что плюрализм в экономике и политике, даже в таком ограниченном виде, открывает путь к повышению благосостояния людей, тем более в условиях мирного сосуществования;

– НЭП в политическом отношении способствовал сплочению двух классов — пролетариата и крестьянства, успокоению народа на основе гражданского мира. Но для партии он явился всего лишь передышкой перед новым рывком к социализму в том виде, как его понимали партийная верхушка и созданная ею административно-командная система;

– подверглись сокращению избирательные права зажиточных крестьян, урезались кредиты сельхозкооперации и частным капиталистам, быстро росла ничем не обеспеченная денежная эмиссия. Усиление контроля и подчинения рыночных отношений;

– политическая нестабильность, отсутствие гарантий частной собственности, слишком жесткий контроль со стороны государства над экономикой, наконец, откровенно враждебное отношение к «нэпманам» со стороны, как государства, так и со стороны значительной части нового общества привели к тому, что основной частный капитал пошел в основном в спекулятивные посреднические операции, но не в долгосрочные производственные проекты, которые были действительно необходимы экономике.

К 1925 г. стали укрепляться административно-командные начала в экономике. Приоритет идеологии над экономикой вёл неизбежно к разрушению механизма НЭПа в промышленности. В этих условиях единственно возможным становился путь осуществления индустриализации за счёт деревни и энтузиазма рабочих. Если административно-командные методы проведения индустриализации привели к свёртыванию НЭПа, то в проведении коллективизации — к окончательному его слому.

Позитивные итоги НЭПа состояли в следующем:

1) удалось восстановить народное хозяйство и даже превзойти довоенный уровень за счёт внутренних резервов;

2) получилось возродить сельское хозяйство, позволившее накормить население страны;

3) национальный доход увеличился на 18% в год и к 1928 г. — на 10% в пересчёте на душу населения, что превысило уровень 1913 г.;

4) рост промышленной продукции составлял 30% ежегодно, что свидетельствовало о быстром росте производительности труда;

5) национальная валюта страны стала крепкой и стабильной;

6) быстро росло материальное благосостояние населения.

В свою очередь, негативные итоги НЭПа состояли в следующем. Во-первых, имело место непропорциональное развитие основных отраслей народного хозяйства. Во-вторых, отставание темпов возрождения промышленности от сельскохозяйственного производства вело нэп через полосу экономических кризисов. В-третьих, в деревне шла социальная и имущественная дифференциация крестьянства, что привело к росту напряжённости между различными полюсами. В-четвертых, в городе на протяжении всех 20-х годов увеличивалась численность безработных, которая к концу нэпа составила более 2 млн. человек. В-пятых, финансовая система окрепла лишь на некоторое время. Во второй половине 20-х годов в связи с активным финансированием тяжёлой индустрии было нарушено рыночное равновесие, началась инфляция, что подорвало финансово-кредитную систему.

Причины перехода к чрезвычайщине, отказа от НЭПа состояли в том, что для достижения новых успехов на базе НЭПа требовалось углублять реформы, давать более полный простор этой политике не только в торговле, сельском хозяйстве, но и в промышленности. Главное же в том, что плюрализм в экономике должен был найти свое отражение в политической сфере, в системе власти. А Сталин и стоявшие с ним у власти не были готовы и не могли пойти на такой радикализм, потому что он мог, в конце концов, лишить их власти. Именно поэтому Сталин и его окружение пошли не на углубление, а на отказ от нэпа и утверждение в советском обществе тоталитарного режима.

Первые годы существования нэпа убедительно показали жизнеспособность и устойчивость частного предпринимательства. Но данное обстоятельство не могло устраивать большевистскую партийно-государственную номенклатуру, которая все острее с середины 1920-х гг. стала ставить вопрос о целесообразности дальнейшего «обуржуазивания» страны.

По мере углубления нэпа и усиления экономических позиций «несоциалистических» элементов партия большевиков шаг за шагом утрачивала свою социальную базу. Политика правительства постоянно менялась и напоминала игру без правил. В любое время нэпману могли либо предоставить какую-нибудь льготу, либо посадить в тюрьму.

Нажим на частных предпринимателей негативно отразился на состоянии экономики, поэтому в начале 1925 г. политика вновь была пересмотрена.

Свертывание нэпа было выгодно определенным влиятельным силам внутри страны, а именно, бюрократическому аппарату, который имел собственные интересы, отличные от интересов рабочих и крестьян. Сразу же после революции аппарат стал жить в соответствии с этими интересами, подчиняя себе всю экономическую и политическую жизнь страны.

2. ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ

Приступая к анализу и оценке исторического опыта индустриализации, необходимо указать то, что социалистическая индустриализация СССР (Сталинская индустриализация) — процесс форсированного наращивания промышленного потенциала СССР для сокращения отставания экономики от развитых капиталистических стран, осуществлявшийся в 1930-е годы. Официальной задачей индустриализации было превращение СССР из преимущественно аграрной страны в ведущую индустриальную державу.

Начало социалистической индустриализации как составной части «триединой задачи по коренному переустройству общества» (индустриализация, коллективизация сельского хозяйства и культурная революция) было положено первым пятилетним планом развития народного хозяйства (1928—1932). Одновременно были ликвидированы частнотоварные и капиталистические формы хозяйства.

В ходе довоенных пятилеток в СССР был обеспечен стремительный рост производственных мощностей и объёмов производства тяжёлой промышленности. Согласно распространённому мнению, это в дальнейшем позволило СССР одержать победу в Великой Отечественной войне.

Еще лидер революции – В. И. Ленин –  уделял большое внимание развитию отечественной экономики. Уже в годы Гражданской войны советское правительство начало разработку перспективного плана электрификации страны. В декабре 1920 г. план ГОЭЛРО был одобрен VIII Всероссийским съездом Советов, а через год его утвердил IX Всероссийский съезд Советов.

Планом предусматривалось опережающее развитие электроэнергетики, привязанное к планам развития территорий. План ГОЭЛРО, рассчитанный на 10—15 лет, предусматривал строительство 30 районных электрических станций (20 ТЭС и 10 ГЭС) общей мощностью 1,75 млн квт. Проект охватывал восемь основных экономических районов (Северный, Центрально-промышленный, Южный, Приволжский, Уральский, Западно-сибирский, Кавказский и Туркестанский). Параллельно велось развитие транспортной системы страны (реконструкция старых и строительство новых железнодорожных линий, сооружение Волго-Донского канала).

Проект ГОЭЛРО положил основу индустриализации в России. Выработка электроэнергии в 1932 году по сравнению с 1913 годом увеличилась почти в 7 раз, с 2 до 13,5 млрд.кВт·ч.

Главной задачей введённой плановой экономики было наращивание экономической и военной мощи государства максимально высокими темпами, на начальном этапе это сводилось к перераспределению максимально возможного объёма ресурсов на нужды индустриализации. В декабре 1927 г. на XV съезде ВКП(б) были приняты «Директивы по составлению первого пятилетнего плана развития народного хозяйства СССР», в которых съезд высказался против сверхиндустриализации: темпы роста не должны быть максимальными, и их следует планировать так, чтобы не происходило сбоев. Разработанный на основе директив проект первого пятилетнего плана (1 октября 1928 г. — 1 октября 1933 г.) был одобрен на XVI конференции ВКП(б) (апрель 1929 г.) как комплекс тщательно продуманных и реальных задач. Этот план, в реальности намного более напряжённый, чем прежние проекты, сразу после его утверждения V съездом Советов СССР в мае 1929 г. дал основания для проведения государством целого ряда мер экономического, политического, организационного и идеологического характера, что возвысило индустриализацию в статус концепции, эпоху «великого перелома». Стране предстояло развернуть строительство новых отраслей промышленности, увеличить производство всех видов продукции и приступить к выпуску новой техники.

<

Прежде всего, используя пропаганду, партийное руководство обеспечило мобилизацию населения в поддержку индустриализации.  Недостатка в дешевой рабочей силе не было, поскольку после коллективизации из сельской местности в города от нищеты, голода и произвола властей перебралось большое число вчерашних сельских жителей. Миллионы людей самоотверженно, почти вручную, строили сотни заводов, электростанций, прокладывали железные дороги, метро. Часто приходилось работать в три смены. В 1930 г. было развёрнуто строительство около 1500 объектов, из которых 50 поглощали почти половину всех капиталовложений.

Был воздвигнут ряд гигантских промышленных сооружений: ДнепроГЭС, металлургические заводы в Магнитогорске, Липецке и Челябинске, Новокузнецке, Норильске а также Уралмаш, тракторные заводы в Волгограде, Челябинске, Харькове, Уралвагонзавод, ГАЗ, ЗИС (современный ЗИЛ) и др. В 1935 г. открылась первая очередь Московского метрополитена общей протяжённостью 11,2 км.

Уделялось внимание и индустриализации сельского хозяйства. Благодаря появлению отечественного тракторостроения, в 1932 г. СССР отказался от ввоза тракторов из-за границы, а в 1934 г. Кировский завод в Ленинграде приступил к выпуску пропашного трактора «Универсал», который стал первым отечественным трактором, экспортируемым за границу. За десять предвоенных лет было выпущено около 700 тыс. тракторов, что составило 40 % от их мирового производства.

Чтобы создать собственную инженерную базу, в срочном порядке создавалась отечественная система высшего технического образования. В 1930 г. в СССР было введено всеобщее начальное образование, а в городах обязательное семилетнее.

В 1930 г., выступая на XVI съезде ВКП(б), Сталин признал, что индустриальный прорыв возможен лишь при построении «социализма в одной стране» и потребовал многократного увеличения заданий пятилетки, утверждая, что по целому ряду показателей план может быть перевыполнен.

С целью повышения стимулов к работе, оплата стала более сильно привязываться к производительности. Активно развивались центры по разработке и внедрению принципов научной организации труда

В 1935 г. появилось «движение стахановцев», в честь забойщика шахты А. Стаханова, который, согласно официальной информации того времени, в ночь с 30 на 31 августа 1935 г. выполнил за смену 14,5 нормы.

Поскольку капиталовложения в тяжёлую индустрию почти сразу превысили ранее запланированную сумму и продолжали расти, была резко увеличена денежная эмиссия (то есть печать бумажных денег), и в течение всей первой пятилетки рост денежной массы в обращении более чем в два раза опережал рост производства предметов потребления, что привело к росту цен и дефициту потребительских товаров.

Для получения иностранной валюты, необходимой для финансирования индустриализации, применялись в том числе такие способы как продажа картин из коллекции Эрмитажа.

Параллельно государство перешло к централизованному распределению принадлежащих ему средств производства и предметов потребления, осуществлялись внедрение командно-административных методов управления и национализация частной собственности. Возникла политическая система, основанная на руководящей роли ВКП(б), государственной собственности на средства производства и минимуме частной инициативы. Также началось широкое использование принудительного труда заключенных ГУЛАГа, спецпоселенцев и тылового ополчения.

Первая пятилетка была связана со стремительной урбанизацией. Городская рабочая сила увеличилась на 12,5 миллионов человек, из которых 8,5 миллионов были мигрантами из сельской местности. Тем не менее, доли в 50 % городского населения СССР достиг только в начале 1960-х годов.

Из-за границы были приглашены инженеры, многие известные компании, такие как Siemens-Schuckertwerke AG и General Electric, привлекались к работам и осуществляли поставки современного оборудования, значительная часть моделей техники, производившейся в те годы на советских заводах, представляла собой копии либо модификации зарубежных аналогов (например, трактор Fordson, собиравшийся на Сталинградском тракторном заводе).

Фирма Aльберта Кана играла роль координатора между советским заказчиком и сотнями западных компаний, поставлявших оборудование и консультировавших строительство отдельных объектов. Так, технологический проект Нижегородского автозавода выполнила компания Ford, строительный — американская компания Austin. Строительство 1-го Государственного подшипникового завода в Москве (ГПЗ-1), который проектировала компания Кана, осуществлялось при техническом содействии итальянской фирмы RIV.

Сталинградский тракторный завод, построенный по проекту Кана в 1930 году, был изначально сооружен в США, а затем был размонтирован, перевезен в СССР и собран под наблюдением американских инженеров. Он был оснащен оборудованием более чем 80 американских машиностроительных компаний и нескольких немецких фирм.

В конце 1932 г. было объявлено об успешном и досрочном выполнении первой пятилетки за четыре года и три месяца. Подводя её итоги, Сталин сообщил, что тяжёлая индустрия выполнила план на 108 %. За период между 1 октября 1928 г. и 1 января 1933 г. производственные основные фонды тяжёлой промышленности увеличились в 2,7 раза. Вслед за первой пятилеткой последовала вторая пятилетка, с несколько меньшим акцентом на индустриализации, а затем третья пятилетка, которая была сорвана из-за начавшейся Второй мировой войны.

Результатом первых пятилеток стало развитие тяжёлой промышленности, благодаря чему прирост ВВП в течение 1928-40 гг., по оценке, составил около 4,6 % в год (по другим, более ранним, оценкам, от 3 % до 6,3 %). Промышленное производство в период 1928—1937 гг. выросло в 2,5—3,5 раза, то есть, 10,5—16 % в год. В частности, выпуск машинного оборудования в период 1928—1937 гг. рос в среднем 27,4 % в год.

К 1940 г. было построено около 9 тыс. новых заводов. К концу второй пятилетки по объёму промышленной продукции СССР занял второе место в мире, уступая лишь США (если считать британскую метрополию, доминионы и колонии одним государством, то СССР будет на третьем месте в мире после США и Британии). Резко снизился импорт, что рассматривалось как завоевание страной экономической независимости. Открытая безработица была ликвидирована. Занятость (в полных ставках) увеличилась с одной трети населения в 1928 году до 45 % в 1940 году, что обеспечило около половины роста ВНП. За период 1928—1937 гг. вузы и техникумы подготовили около 2 млн специалистов. Были освоены многие новые технологии. Так, только в течение первой пятилетки был налажен выпуск синтетического каучука, мотоциклов, наручных часов, фотоаппаратов, экскаваторов, высокомарочного цемента и высококачественных сортов стали. Был также заложен фундамент для советской науки, которая по отдельным направлениям со временем вышла на ведущие мировые позиции. На созданной индустриальной базе стало возможным проведение масштабного перевооружения армии; за время первой пятилетки оборонные расходы выросли до 10,8 % бюджета.

С началом индустриализации резко снизился фонд потребления, и как следствие, уровень жизни населения. К концу 1929 г. карточная система была распространена почти на все продовольственные товары, но дефицит на пайковые товары по-прежнему остался, и для их покупки приходилось выстаивать огромные очереди. В дальнейшем уровень жизни начал улучшаться. В 1936 г. карточки были отменены, что сопровождалось повышением зарплат в промышленном секторе и ещё большим повышением государственных пайковых цен на все товары. Средний уровень потребления на душу населения в 1938 был на 22 % выше, чем в 1928. Однако наибольший рост был среди партийной и рабочей элиты (которые срастались друг с другом) и совершенно не коснулся подавляющего большинства сельского населения, или более половины населения страны.

Дата окончания индустриализации определяется различными историками по-разному. С точки зрения концептуального стремления в рекордные сроки поднять тяжёлую промышленность, наиболее выраженным периодом была первая пятилетка. Наиболее часто под концом индустриализации понимают последний предвоенный год (1940 г.), реже год накануне смерти Сталина (1952 г.). Если же под индустриализацией понимать процесс, целью которого является доля промышленности в ВВП, характерная для индустриально развитых стран, то такого состояния экономика СССР достигла только в 1960-е гг. Следует учитывать также социальный аспект индустриализации, поскольку лишь в начале 1960-х гг. городское население превысило сельское.

Исторический опыт индустриализации состоит в том, что без осуществления политики индустриализации не была бы обеспечена политическая и экономическая независимость страны. Источники средств для индустриализации и ее темпы были предопределены экономической отсталостью и слишком коротким сроком, отпущенным на ее ликвидацию. По мнению Колесова, Советскому Союзу удалось ликвидировать отсталость всего за 13 лет.

В годы советской власти коммунисты утверждали, что в основе индустриализации был рациональный и выполнимый план. Между тем, предполагалось, что первый пятилетний план вступит в действие ещё в конце 1928 г., однако даже к моменту его объявления в апреле-мае 1929 г. работа по его составлению не была завершена. Изначальная форма плана включала в себя цели для 50 отраслей промышленности и сельского хозяйства, а также соотношение между ресурсами и возможностями. С течением времени главную роль стало играть достижение наперёд заданных показателей. Если изначально заложенные в плане темпы прироста промышленного производства составляли 18-20 %, то к концу года они были удвоены. Несмотря на отчёт об успешном выполнении первой пятилетки, на самом деле, статистика была сфальсифицирована, и ни одна из целей не была достигнута даже близко. Несмотря на освоение выпуска новой продукции, индустриализация велась преимущественно экстенсивными методами: экономический рост обеспечивался увеличением нормы валового накопления в основной капитал, нормы сбережений (за счет падения нормы потребления), уровня занятости и эксплуатации природных ресурсов. в результате коллективизации и резкого снижения уровня жизни сельского населения человеческий труд сильно обесценился. стремление выполнить план приводило к обстановке перенапряжения сил и перманентного поиска причин, чтобы оправдать невыполнение завышенных задач. В силу этого, индустриализация не могла питаться одним только энтузиазмом и требовала ряда мер принудительного характера.  Начиная с 1930 г. свободное передвижение рабочей силы было запрещено, были введены уголовные наказания за нарушения трудовой дисциплины и халатность. С 1931 г. рабочие стали нести ответственность за ущерб, нанесённый оборудованию. В 1932 г. стал возможным принудительный перевод рабочей силы между предприятиями, за кражу госимущества была введена смертная казнь. 27 декабря 1932 г. был восстановлен внутренний паспорт, который Ленин в своё время осуждал как «царистскую отсталость и деспотизм». Семидневная неделя была заменена на сплошную рабочую неделю, дни которой, не имея названий, нумеровались цифрами от 1 до 5. На каждый шестой день приходился выходной, устанавливаемый для рабочих смен, так что заводы могли работать без перерыва. Активно использовался труд заключённых. Фактически в годы первой пятилетки коммунисты заложили основы принудительного труда для советского населения.

Индустриализация в значительной степени проводилась за счёт сельского хозяйства (коллективизация). Прежде всего, сельское хозяйство стало источником первичного накопления, за счёт низких закупочных цен на зерно и реэкспорта по более высоким ценам, а также за счёт так называемого «сверхналога в виде переплат на промтовары». В дальнейшем крестьянство также обеспечивало рост тяжёлой промышленности рабочей силой. Краткосрочным результатом этой политики стало падение сельскохозяйственного производства: так, животноводство сократилось почти в два раза и вернулось на уровень 1928 г. только в 1938 г. Следствием этого стало ухудшение экономического положения крестьянства. Долговременным последствием стала деградация сельского хозяйства. Для компенсации потерь села потребовались дополнительные расходы. В 1932—1936 колхозы получили от государства около 500 тыс. тракторов не только для механизации обработки земли, но и для восполнения ущерба от сокращения поголовья лошадей на 51 % (77 млн.) в 1929—1933.

В результате коллективизации, голода и чисток между 1927 и 1939 гг., cмертность сверх «нормального» уровня (людские потери) составила, по различным оценкам, от 7 до 13 млн. человек.

Одной из главных целей форсированной индустриализации было преодоление отставания от развитых капиталистических стран. Некоторые критики утверждают, что такое отставание само по себе было преимущественно следствием Октябрьской революции. Они обращают внимание на то, что в 1913 г. Россия занимала пятое место в мировом промышленном производстве и была мировым лидером по промышленному росту с показателем 6,1 % в год за период 1888—1913. Однако к 1920 г. уровень производства упал по сравнению с 1916 г. в девять раз.

Советская пропаганда заявляла о росте социалистической экономики на фоне кризиса в капиталистических странах

Советская пропаганда утверждала, что экономический рост носил беспрецедентный характер. Исследования показывают, что темпы роста ВВП в СССР (упомянутые выше 3 — 6,3 %) были сравнимы с аналогичными показателями в Германии в 1930-38 гг. (4,4 %) и Японии (6,3 %), хотя и значительно превосходили показатели таких стран, как Англия, Франция и США, переживавших в тот период «Великую депрессию»

Для СССР того периода был характерен авторитаризм и центральное планирование в экономике. На первый взгляд, это придаёт вес распространённому мнению, что высокими темпами наращивания промышленного выпуска СССР был обязан именно авторитарному режиму и плановой экономике. Однако ряд экономистов полагает, что рост советской экономики был достигнут только благодаря её экстенсивному характеру. В рамках контрфактических исторических исследований, или так называемых «виртуальных сценариев», выдвигались предположения, что при сохранении НЭПа также были бы возможны индустриализация и быстрый экономический рост.

3. МАССОВАЯ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ И ЕЕ ТРАГИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Коллективизация — это процесс объединения единоличных крестьянских хозяйств в коллективные хозяйства (колхозы в СССР). Проводилась в СССР в конце 1920-х — начале 1930-х гг. (решение о коллективизации было принято на XV съезде ВКП (б) в 1927), в западных районах Украины, Белоруссии и Молдавии, в Эстонии, Латвии и Литве, а также в социалистических странах Восточной Европы и Азии — после Второй мировой войны, на Кубе — в 1960-е гг. Цель коллективизации — формирование социалистических производственных отношений в деревне, ликвидация мелкотоварного производства для разрешения хлебных затруднений и обеспечения страны необходимым количеством товарного зерна.

В качестве выхода из «хлебных затруднений» партийное руководство выбрало социалистическую реконструкцию сельского хозяйства — строительство совхозов и коллективизацию бедняцко-середняцких хозяйств при одновременной решительной борьбе с кулачеством.

Сельское хозяйство, базировавшееся в основном на мелкой частной собственности и ручном труде, было не в состоянии удовлетворять растущий спрос городского населения на продовольственные товары, а промышленности — на сельскохозяйственное сырьё. Коллективизация позволяла сформировать необходимую сырьевую базу для перерабатывающей промышленности, поскольку технические культуры имели весьма ограниченное распространение в условиях мелкого индивидуального хозяйства.

Устранение цепочки посредников позволяло снизить стоимость продукта для конечного потребителя.

Ожидалось также, что повышение производительности труда и его эффективности высвободит дополнительные трудовые ресурсы для промышленности. С другой стороны, индустриализация сельского хозяйства (внедрение машин и механизмов) могла быть эффективна лишь в масштабах крупных хозяйств.

Наличие большой товарной массы сельскохозяйственной продукции позволяло обеспечить создание крупных продовольственных резервов и снабжение быстро растущего городского населения продуктами питания.

Переход к сплошной коллективизации осуществлялся на фоне вооружённого конфликта на Дальнем Востоке и разразившегося мирового экономического кризиса, что вызывало у партийного руководства серьёзные опасения по поводу возможности новой военной интервенции против СССР.

При этом отдельные позитивные примеры коллективного хозяйствования, а также успехи в развитии потребительской и сельскохозяйственной кооперации привели к не совсем адекватной оценке складывавшейся ситуации в сельском хозяйстве.

С весны 1929 на селе проводились мероприятия, направленные на увеличение числа коллективных хозяйств — в частности, комсомольские походы «за коллективизацию». В РСФСР был создан институт агроуполномоченных, на Украине большое внимание уделялось сохранившимся с гражданской войны комнезамам (аналог российского комбеда). В основном применением административных мер удалось добиться существенного роста коллективных хозяйств (преимущественно в форме ТОЗов).

7 ноября 1929 года в газете «Правда» № 259 была опубликована статья Сталина «Год Великого перелома» ((недоступная ссылка)), в которой 1929 год был объявлен годом «коренного перелома в развитии нашего земледелия»: «Наличие материальной базы для того, чтобы заменить кулацкое производство, послужило основой поворота в нашей политике в деревне… Мы перешли в последнее время от политики ограничения эксплуататорских тенденций кулачества к политике ликвидации кулачества как класса». Эта статья признана большинством историков отправной точкой «сплошной коллективизации». По утверждению Сталина, в 1929 году партии и стране удалось добиться решительного перелома, в частности, в переходе земледелия «от мелкого и отсталого индивидуального хозяйства к крупному и передовому коллективному земледелию, к совместной обработке земли, к машинно-тракторным станциям, к артелям, колхозам, опирающимся на новую технику, наконец, к гигантам-совхозам, вооружённым сотнями тракторов и комбайнов». Реальная ситуация в стране, однако, была далеко не такая оптимистичная: курс на форсированную индустриализацию и насильственную коллективизацию «фактически вверг страну в состояние гражданской войны».

На селе насильственные хлебозаготовки, сопровождавшиеся массовыми арестами и разорением хозяйств, привели к мятежам, количество которых к концу 1929 года исчислялось уже многими сотнями. Не желая отдавать имущество и скот в колхозы и опасаясь репрессий, которым подверглись зажиточные крестьяне, люди резали скот и сокращали посевы.

Тем временем ноябрьский (1929) пленум ЦК ВКП (б) принял постановление «Об итогах и дальнейших задачах колхозного строительства», в котором отметил, что в стране начато широкомасштабное социалистическое переустройство деревни и строительство крупного социалистического земледелия. В постановлении было указано на необходимость перехода к сплошной коллективизации в отдельных регионах. На пленуме было принято решение направить в колхозы на постоянную работу 25 тыс. городских рабочих для «руководства созданными колхозами и совхозами» (фактически их число впоследствии выросло чуть ли не втрое, составив свыше 73 тыс.).

Созданному 7 декабря 1929 года Наркомзему СССР под руководством Я. А. Яковлева было поручено «практически возглавить работу по социалистической реконструкции сельского хозяйства, руководя строительством совхозов, колхозов и МТС и объединяя работу республиканских комиссариатов земледелия‎».

Основные активные действия по проведению коллективизации пришлись на январь — начало марта 1930 года, после выхода Постановления ЦК ВКП (б) от 5 января 1930 г. «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству». В постановлении была поставлена задача в основном завершить коллективизацию к концу пятилетки (1932), при этом в таких важных зерноводческих районах, как Нижняя и Средняя Волга и Северный Кавказ, — уже к осени 1930 или весной 1931 гг.

«Спущенная на места коллективизация» проходила, однако, в соответствии с тем, как её видел тот или иной местный чиновник — например, в Сибири крестьян массово «организовывали в коммуны» с обобществлением всего имущества. Районы соревновались между собой в том, кто быстрее получит больший процент коллективизации и т. п. Широко применялись различные репрессивные меры, которые Сталин позднее (в марте 1930) подверг критике в своей знаменитой статье («Головокружение от успехов») и которые получили в дальнейшем название «левые загибы» (впоследствии подавляющее большинство таких руководителей были осуждены как «троцкистские шпионы».).

Это вызывало резкое сопротивление крестьянства. В январе 1930 г. было зарегистрировано 346 массовых выступлений, в которых приняли участие 125 тыс. человек, в феврале — 736 (220 тыс.), за первые две недели марта — 595 (около 230 тыс.), не считая Украины, где волнениями было охвачено 500 населённых пунктов. В марте 1930 г. в целом в Белоруссии, Центрально-Черноземной области, в Нижнем и Среднем Поволжье, на Северном Кавказе, в Сибири, на Урале, в Ленинградской, Московской, Западной, Иваново-Вознесенской областях, в Крыму и Средней Азии было зарегистрировано 1642 массовых крестьянских выступления, в которых приняли участие не менее 750—800 тыс. человек. На Украине в это время волнениями было охвачено уже более тысячи населённых пунктов.

2 марта 1930 в советской печати было опубликовано письмо Сталина «Головокружение от успехов», в котором вина за «перегибы» при проведении коллективизации была возложена на местных руководителей.

14 марта 1930 ЦК ВКП (б) принял постановление «О борьбе с искривлениями партлинии в колхозном движении». На места была направлена правительственная директива о смягчении курса в связи с угрозой «широкой волны повстанческих крестьянских выступлений» и уничтожения «половины низовых работников».  После резкой статьи Сталина и привлечения отдельных руководителей к ответственности, темп коллективизации снизился, а искусственно созданные колхозы и коммуны начали разваливаться.

После XVI съезда ВКП (б) (1930), однако, произошёл возврат к установленным в конце 1929 года темпам сплошной коллективизации. Декабрьский (1930) объединённый пленум ЦК и ЦКК ВКП (б) постановил в 1931 году завершить коллективизацию в основном (не менее 80 % хозяйств) на Северном Кавказе, Нижней и Средней Волге, в степных районах Украинской ССР. В других зерновых районах коллективные хозяйства должны были охватить 50 % хозяйств, в потребляющей полосе по зерновым хозяйствам — 20-25 %; в хлопковых и свекловичных районах, а также в среднем по стране по всем отраслям сельского хозяйства — не менее 50 % хозяйств.

Коллективизация проводилась преимущественно принудительно-административными методами. Чрезмерно централизованное управление и в то же время преимущественно низкий квалификационный уровень управленцев на местах, уравниловка, гонка за «перевыполнением планов» негативно отразились на колхозной системе в целом. Несмотря на отличный урожай 1930 года, ряд колхозов к весне следующего года остался без посевного материала, в то время как осенью часть зерновых не была убрана до конца. Низкие нормы оплаты труда на Колхозных товарных фермах (КТФ), на фоне общей неготовности колхозов к ведению крупного товарного животноводства (отсутствие необходимых помещений под фермы, запаса кормов, нормативных документов и квалифицированных кадров (ветеринары, животноводы и т. д.)) привели к массовой гибели скота.

Попытка улучшить ситуацию принятием 30 июля 1931 г. постановления ЦК ВКП(б) и СНК СССР «О развёртывании социалистического животноводства» на практике привела на местах к принудительному обобществлению коров и мелкого скота. Подобная практика была осуждена Постановлением ЦК ВКП(б) от 26 марта 1932.

Поразившая страну сильнейшая засуха 1931 года и бесхозяйственность при сборе урожая привели к значительному снижению валового сбора зерновых (694,8 млн ц. в 1931 против 835,4 млн ц. в 1930).

Несмотря на это, на местах плановые нормы сбора сельхозпродукции стремились выполнить и перевыполнить — то же касалось и плана по экспорту зерновых, несмотря на значительное падение цен на мировом рынке. Это, как и ряд других факторов, в итоге привело к сложной ситуации с продовольствием и голоду в деревнях и мелких городах на востоке страны зимой 1931—1932. Вымерзание озимых в 1932 году и тот факт, что к посевной кампании 1932 года значительное число колхозов подошло без посевного материала и рабочего скота (который пал или был не пригоден для работы ввиду плохого ухода и отсутствия кормов, которые были сданы в счёт плана по общим хлебозаготовкам), привели к значительному ухудшению перспектив на урожай 1932 года. По стране были снижены планы экспортых поставок (примерно в три раза), плановых заготовок зерна (на 22 %) и сдачи скота (в 2 раза), но общую ситуацию это уже не спасало — повторный неурожай (гибель озимых, недосев, частичная засуха, снижение урожайности, вызванное нарушением базовых агрономических принципов, большие потери при уборке и ряд других причин) привёл к сильнейшему голоду зимой 1932 — весной 1933 гг.

Основной причиной массового голода весной 1933 г., по его мнению, стала коллективизация сельского хозяйства, которая привела к следующим последствиям:

– изъятие земли у более чем двух третей российского крестьянства лишило его стимулов к труду; кроме того, в предыдущем (1932) г. у крестьян был насильственным путём изъят практически весь собранный урожай;

– массовый забой крестьянами скота из-за нежелания отдавать его на колхозные фермы, массовая гибель лошадей из-за нехватки фуража, массовая гибель скота из-за эпидемий, холода и бескормицы на колхозных фермах катастрофически снизили поголовье скота по всей стране;

– борьба с кулачеством, в ходе которой «6-7 млн лучших работников» были согнаны со своих земель, нанесла удар по трудовому потенциалу государства;

– увеличение экспорта продовольствия из-за снижения мировых цен на основные экспортные товары (лес, зерно, нефть, масло и т. д.).

Осознавая критическое положение, руководство ВКП(б) к концу 1932 — началу 1933 гг. приняло ряд решительных изменений в управлении аграрным сектором — была начата чистка как партии в целом (Постановление ЦК ВКП(б)от 10 декабря 1932 о проведении чистки членов и кандидатов партии в 1933 г.), так и учреждений и организаций системы Наркомзема СССР. Система контрактации (с её губительными «встречными планами») была заменена на обязательные поставки государству, были созданы комиссии по определению урожайности, реорганизации подверглась система закупок, поставок и распределения сельхозпродукции, а также был принят ряд других мер. Наиболее действенными в условиях катастрофического кризиса стали меры по прямому партийному руководству колхозами и МТС — создание политотделов МТС. Это позволило, несмотря на критическое положение в сельском хозяйстве весной 1933 г., засеять и собрать неплохой урожай.

Уже в январе 1933 г. на Объединённом пленуме ЦК и ЦКК ВКП (б) была констатирована ликвидация кулачества и победа социалистических отношений в деревне.

К 1938 году было коллективизировано 93 % крестьянских хозяйств и 99,1 % посевной площади. Энергетические мощности сельского хозяйства увеличились за 1928—40 с 21,3 млн. л. с. до 47,5 млн.; в расчёте на 1 работника — с 0,4 до 1,5 л. с., на 100 га посевов — с 19 до 32 л. с. Внедрение сельскохозяйственной техники, увеличение числа квалифицированных кадров обеспечили существенный рост производства основных сельскохозяйственных продуктов. В 1940 валовая продукция сельского хозяйства возросла по сравнению с 1913 на 41%; повысились урожайность сельскохозяйственных культур, продуктивность сельскохозяйственных животных. Основными производящими единицами сельского хозяйства стали колхозы и совхозы.

4. КУЛЬТУРНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ В СССР

Культурная революция в СССР — совокупность изменений в духовной жизни общества, осуществленных в СССР в 20-30-е гг. XX в., «составная часть социалистическогостроительства, создание социалистической культуры» . Термин «культурная революция» введен В. И. Лениным в 1923 году в работе «О кооперации»: «Культурная революция — это …целый переворот, целая полоса культурного развития всей народной массы».

Культурная революция была направлена на «перевоспитание» масс — на «коммунизацию» и «советизацию» массового сознания, на разрыв с традициями исторического (дореволюционного) культурного наследия через большевистскую идеологизацию культуры. На передний план выдвигалась задача создания так называемой «пролетарской культуры», основанной на марксистско-классовой идеологии, «коммунистическом воспитании», массовости культуры, ориентированной на низшие слои общества.

Культурная революция обусловлена такими преобразованиями в экономике и политике как установление диктатуры пролетариата, обобществление средств производства,социалистическая индустриализация и коллективизация сельского хозяйства.

Культурная революция с одной стороны предусматривала ликвидацию неграмотности среди рабочих и крестьян, создание социалистической системы народного образования и просвещения, формирование нового социального слоя — «социалистической интеллигенции», перестройку быта, развитие науки, литературы, искусства под партийнымконтролем. С другой стороны — в системе народного образования ликвидировалась трехзвенная структура средних учебных заведений (классическая гимназия — Реальное училище — Коммерческое училище) и заменялась на «политехническую и трудовую» среднюю школу.

Таким образом, такие школьные предметы, как: логика, богословие, латинский и греческий языки, и другие гуманитарные предметы — из системы народного образования были удалены.

В результате осуществления культурной революции СССР были достигнуты определенные успехи: по официальным данным переписи 1939 г. грамотность населения стала составлять 70 %; в СССР была создана первоклассная общеобразовательная школа, численность советской интеллигенции достигла 14 млн чел.; до начала 1940-х гг. наблюдался расцвет науки и искусства, с 1960-х — рассвет советской космонавтики, высшие спортивные достижения, процветание сельской промышленности и многое другое. В культурном развитии, согласно официальной государственной информации, СССР вышел на передовые рубежи в мире.

Главной задачей культурной революции была идеологическая пропаганда. Культурные преобразования находились под контролем коммунистической партии и государства. В области литературы и искусства, в средствах массовой информации основным художественным методом стал социалистический реализм.

Во времена «культурной революции» Сталин выдвинул мысль, что все науки, а в том числе и естественные, должны носить политический характер. Не согласных с этим учёных травили в прессе или репрессировали. Были свёрнуты исследования и разработки советских генетиков, т.к генетика была названа «буржуазной наукой». Много внимания Сталин уделял истории. Все учебники писались под его строжайшим контролем, а для учебника «Краткий курс истории ВКП(б)»для этого учебника Сталин лично писал параграф.а это значило, что в учебники войдёт только то, что выгодно партии. А значит, что ученики будут воспитываться в благом неведении о правде дел партийных.

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 0.97MB/0.00037 sec

WordPress: 24.26MB | MySQL:117 | 1,678sec