ОБЩАЯ ОЦЕНКА ДРЕВНЕРУССКОЙ КУЛЬТУРЫ

<

120514 1217 1 ОБЩАЯ ОЦЕНКА ДРЕВНЕРУССКОЙ КУЛЬТУРЫ Актуальность темы исследования определяет следующее. Древнерусское государство, возникшее в IX в., приняло в 988 г. христианство из Византии и тем самым оказалось вовлечённым в мощный поток византийской культуры. Её усвоение и творческая переработка породили оригинальное и самобытное искусство, которое называют древнерусским. Это искусство, отдалённое от наших дней столетиями, возникло в среде с общественными условиями и мировоззрением, отличными от современных, и обладает особенностями, без знания которых невозможно его полноценно воспринять.

Именно после крещения Руси стало поворотным пунктом в истории нашей страны и в развитие нашей культуры. В то же время Русь наследовала культур восточно-славянских племен, которые составляли ядро государства. На развитие древнерусской культуры значительное влияние оказало влияние кочевых народов Степи. Традиции Византии – одной из наиболее развитых стран тогдашнего мира – оплодотворили народную, основанную на языческом мировоззренении культуры Руси. Они были переработаны, преломлены на русской почве.

Но уже во второй половине ХII – начале XIII в. русская культура стала испытывать определенное влияние западно-европейской романском традиции.

К древнерусском периоду следует отнести домонгольский период русской истории, т.е. примерно с IX в. по начало XIII в. Языческое мировоззрение и народные в своей основе материальное и духовное производство – вот главные отличительные черты культуры восточного славянства в догосударственный период и первые десятилетия Киевской Руси. Отличительной чертой культуры Киевской державы был синтез достижений восточного славянства и христианской культуры Византии. Этот период называют временем исторического монументализма в литературе и искусстве.

Цементирующая основа всякой культуры — мировоззрение. Для культуры Древней Руси это прежде всего христианское мировоззрение. Именно христианскую идеологию и ценности призвана была выразить языком образов и символов средневековая культура. К моменту принятия христианства Русью христианская культура насчитывала не один век своего существования. Отсюда огромная роль Византии, ставшей культурной наставницей Древней Руси.

Влияние византийского искусства многогранно. Особенно оно ощутимо в XI—XII вв., когда традиции античности и христианства соединялись с духовной жизнью народа Древней Руси. Благодаря Византии Русь получила возможность познакомиться с христианской культурой в ее классической форме, воспринять зрелую технику церковного зодчества, иконописания. Однако само восприятие восточного христианства и его образного художественного языка произошло творчески, без слепого копирования и продолжительного ученичества. Древняя Русь очень скоро сумела выработать свой стиль, в котором ярко отразились особенности национального самосознания.

Обращение к русскому искусству XII—ХШ вв. позволило исследователям культуры говорить о том, что духовная жизнь древнерусского народа и разнообразные художественные формы ее выражения носили печать самобытного и своеобразного переживания христианства. Для культуры зрелой Византии свойствен суровый аскетизм, для древнерусского искусства — гармония и человечность. Культура Руси окрашена в иные, более мягкие и светлые тона. Связано это с особенностями культурного развития.

Во-первых, это была культура народов, совсем еще недавно вступивших на сцену мировой истории. Сколь ни сурова была христианская доктрина, она не могла изгнать своеобразное, не лишенное наивности, оптимистическое восприятие жизни.

Во-вторых, эта культура изначально складывалась как культура синтетическая, вобравшая и сплавившая в единое целое культурные традиции разнообразных племен и этносов, земледельческих и кочевых народов. А это были прежде всего языческие традиции. Они продолжали влиять на развитие культуры, особенно на культуру низов, жизненный уклад которых мало изменился с принятием христианства, а значит, языческие образы и представления вновь и вновь воспроизводились.

Древнерусское искусство является частью средневекового христианского искусства. К какому бы жанру и виду этого искусства мы ни обратились, везде увидим двойственное восприятие мира, известный дуализм земного и небесного, божественного и мирского. При этом земное бренно и проходяще; оно лишь отражение высшего божественного мира, к обретению которого должны стремиться праведным благочестивым поведением и искренней верой. Однако дуализм вовсе не мешает средневековому мировосприятию оставаться необычайно цельным, поскольку высшее и низшее не только иерархично, а и неразрывно. В культуре преобладает синтез, стремление к единству и гармонии.

Мир средневековым художником и его современником воспринимался совсем не так, как воспринимаем его мы. Поэтому восприятие творений прошлого требует еще и знания самого прошлого, той системы ценностей и тех средств и образов выражения, к которым прибегали древнерусские мастера и писатели.

К примеру, иерархичность и единство мира небесного и мира земного побуждали к иному выражению окружающего пространства. Икона и мозаика лишены знакомой нам трехмерной глубины. Но это не оттого, что художники прошлого не способны были познать законы пространственного восприятия. Исходным оказывался иной принцип, диктовавший другие художественные принципы и приемы выражения: если мир духовный, божественный и был миром подлинно реальным, то не возникало потребности детального выражения мира земного. Это лишь мешало целостному восприятию, подобно тому как плоть препятствовала воспарению и торжеству духа.

Древнерусское искусство, как всякое средневековое искусство, глубоко символично. Символизм был одним из главных средств решения главнейшей задачи средневековой культуры — достижения духовного единства, соединения божественного и человеческого, мирского и небесного. Каждая деталь иконы, каждый элемент храма были полны для человека Древней Руси глубокого смысла. Само искусство было знаком, символом, выражением высшего и священного. Отсюда и безымянность большинства древнерусских памятников искусства, такая непонятная нам и такая естественная для их авторов.

2. ЗОДЧЕСТВО

 

Культовый характер искусства определил приоритет направлений и жанров, получивших преобладающее развитие. Здесь ведущие позиции занимало зодчество.

Русский город — это по преимуществу деревянный город. Изучение книжных миниатюр, археологические раскопки позволили отчасти воссоздать его облик. Он раскинут несколько шире, чем его европейский город-собрат. Дома с дворами. У знати терема в два-три, а то и четыре этажа.

В церковной архитектуре особенно ощутимо влияние Византии. Это и понятно: именно с помощью греческих зодчих, при участии мастеров по камню, мозаистов и строителей в Киеве и других центрах были воздвигнуты первые постройки. Древняя Русь переняла византийский тип крестово-купольного храма. При этом церкви очень скоро стали возводиться со сложной системой сводчатых и купольных перекрытий, что придало им особую монументальность.

К таким постройкам следует отнести знаменитый Софийский собор в Киеве, увенчанный 13 куполами. Величественный храм, в котором было все — и мощь, и торжественность, по праву стал главным храмом Древнерусского государства.

Очень скоро древнерусская архитектура приобрела самобытные и неповторимые черты. Вскоре после строительства киевского кафедрального собора появился Софийский собор и в Новгороде. Знаменательно, что это был не просто спор двух центров, объединение которых некогда послужило основой для Древнерусского государства; сошлись и различные эстетические представления: праздничности и гармоничности Софии Киевской была противопоставлена величавая суровость и лаконичность северной Софии Новгородской.

Обособление земель сопровождалось их экономическим и культурным расцветом. Отныне каждый из князей радел о процветании стольного города, который ни в чем не должен был уступать не только соседям, а и самому Киеву. Это способствовало тому, что архитектура различных земель, сохраняя общность, приобретает свои индивидуальные черты. Зодчество получает новые импульсы развития, итог которых — создание архитектурных памятников мирового уровня.

Во второй половине XII в. при Андрее Боголюбском и Всеволоде Большое Гнездо во Владимире сооружается Успенский собор. Традиционная крестово-купольная конструкция здесь получает новое развитие: нарядный фасад украшен рядом небольших арок — аркатурным поясом, пилястры и полуколонны придают зданию особую торжественность. На Владимирской земле стоит и другая жемчужина древнерусской архитектуры, поражающая своей удивительной простотой и гармонией пропорций,— церковь Покрова на Нерли.

Древние зодчие точно учитывали и окружающее пространство, и вкусы, потребности заказчиков. Дмитриевский собор, выстроенный в центре Владимира, рядом с Успенским собором и княжескими палатами, был собором дворцовым, призванным возвеличить благочестивую княжескую власть в лице Всеволода Юрьевича. Собор поражает своим великолепием, изощренной белокаменной резьбой. На его северном фасаде в окружении своих многочисленных сыновей изображен сам владимирский князь.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

3. ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО. ИКОНОПИСЬ

 

Длительный и сложный путь проделало изобразительное искусство Древней Руси. Ведущую роль в нем занимала монументальная и станковая живопись, развивавшаяся под сильным византийским влиянием. Именно из Византии вместе с иконографическим каноном и греческими мастерами на русскую землю пришла техника мозаики, фрески и станковой живописи.

<

Наиболее полно мозаика сохранилась в Софии Киевской. Организуют интерьер две композиции, в центре которых изображение всесильного и торжествующего Христа, подавляющего зрителя своей мощью и внутренней силой, и заступницы Богоматери. Не случайно это мозаичное изображение получило название «Нерушимая стена».

Первые иконы, появившиеся на Руси, привезены из Византии. Среди них были великолепные памятники византийской иконописи, такие, как икона Владимирской Богоматери, одна из самых почитаемых икон Руси на протяжении всей ее многовековой истории. Однако очень скоро происходит становление самостоятельной древнерусской иконописной школы со своими традициями и художественными особенностями. К древнерусской школе многие искусствоведы относят Спас Нерукотворный XII в. с его выразительным сочетанием глубокой задумчивости взгляда с экспрессивностью, рожденной асимметричностью лица. Столь же выразителен облик иконы «Ангел Златые Власы».

Высокого уровня достигло прикладное искусство Древней Руси. Предметы декоративного искусства до сих пор поражают своей красотой, разнообразием материалов и высочайшей техникой — сканью, зернью, эмалью. Украшения, выполненные в технике зерни, представляли собой причудливые узоры, созданные из тысяч мельчайших припаянных шариков. Техника скани требовала от мастера создания узоров из тонкой золотой и серебряной проволоки, иногда промежутки между этими проволочными перегородками заполнялись разноцветной эмалью — непрозрачной стекловидной массой. Но не менее удивительно и другое. Раскопки показали, что немало предметов декоративного и прикладного искусства было доступно простым горожанам. Люди прошлого умели ценить красоту обиходной вещи, а главное — стремились к этой красоте.

4. ИКОНОПИСЬ

 

Форма, тематика и содержание древнерусского искусства тесно связаны с религией и призваны сосредоточить мысли и чувства человека на неземном, невещественном, вечном. Оно находилось под неусыпным контролем Церкви. Мирские (светские) сюжеты были ему известны, но не более того. Отсюда, однако, не следует, что древнерусская живопись не соприкасалась с жизнью и не отражала мыслей, интересов, настроений, владевших средневековым человеком. Совсем напротив, Создавая образ Богоматери или Святого Николы, изображая Страшный суд или события из жизни Христа, мастер-иконописец отвечал себе и своим современникам на самые насущные и важные вопросы, пытался проникнуть в тайны прошлого и будущего мироздания, разделить добро и зло, найти своё место в мире, смысл собственного существования. Но, конечно, выявить жизненное начало в творениях древнерусских живописцев, понять, как именно реальная жизнь отразилась в той или иной иконе, совсем не просто. При этом необходимо помнить, что икона — это произведение искусства особого рода, во многом непохожее на привычную для наших дней кар тину. По учению Отцов Церкви, иконный образ восходил к первообразу, т. е. представлял собой не личное восприятие каким-либо художником ветхо заветных или евангельских лиц, событий и откровений, а как бы запечатленную духовную истину; обладал (в доступных человеку пределах) такой же полнотой знания о сверхъестественном, Божественном мире, как и тексты Священного писания. А это значило, что художник должен был следовать приёмам иконографии, т. е. он не мог изменять композиционные схемы и облик персонажей по своему усмотрению. Именно иконография гарантировала верность изображённого Священному преданию и соборному опыту Церкви. Так сформировался один из основных признаков средневекового искусства — каноничность, т. е. следование строгим правилам — канону. Особенно это относится к древнерусским иконописцам, которые использовали устойчивый набор сюжетов, а главное — типы изображения и композиционные схемы, утверждённые традицией и Церковью.

В художественной практике применялись так называемые образцы – рисунки, позднее – прориси (контурные кальки), без которых редко обходился средневековый мастер. Они не давали художнику сбиться и уклониться на путь само мышления.

Канон – явление сложное и не может быть оценён однозначно. С одной стороны, он сковывал мысль средневекового живописца, ограничивал его творческие возможности. С другой – как неотъемлемая часть средневековой культуры, он дисциплинировал художника, направлял его творческий поиск в область тщательной проработки деталей, воспитывал зрителя, помогая ему быстро ориентироваться в сюжетах и внутреннем смысле произведений.

Настоящее высокое искусство иконописи начиналось там, где творческая воля мастера, не порывая с каноном (в этом случае художник просто не был бы понят теми, для кого он писал), тем не менее преодолевала его. Иными словами, история иконописи — это история создания и преодоления канонов. Икона как изображение мира не стремилась к внешнему, формальному реализму. Напротив, она подчёркивала расстояние и разницу между высшим миром с приобщившимися к нему святыми и земным бытием, в котором существует зритель. Поэтому икона тяготела к условным формам, к преодолению телесности персонажей и объёмности окружающих их предметов. Икона — порождение не менее сложной художественной культуры, чем, например, картина эпохи Возрождения. Однако иконописец мыслил совершенно иными категориями и развивал только те художественные навыки и стороны своего таланта, которые отвечали господствующей иконографической традиции. Вполне закономерно, что самая известная из сохранившихся русских икон – «Троица» Андрея Рублёва — почитается во всём мире как одно из величайших творений человеческого художественного гения.

К сожалению, известно не так уж много имён древнерусских иконописцев, и дело не только в том, что абсолютное большинство произведений безвозвратно утрачено. Средневековое восточно-христианское искусство в основном безымянно, это присуще мировоззрению и культовому назначению искусства той эпохи. Ведь художник считался не столько творцом, сколько исполнителем произведения. Например, Киево-Печерский патерик (сборник поучительных церковных повестей) сохранил имя знаменитого русского иконописца XI — начала XII в. Печерского монаха Олимпия. На штукатурке Софийского собора в Новгороде были обнаружены автографы его современников — Стефана, Радко, Сежира, Гаги. Таким образом, уже на заре средневековой иконописи открываются имена её первых творцов.

Икон эпохи Киевской Руси сохрани лось совсем немного. Самая древняя из уцелевших русских икон написана, видимо, при Святополке Изяславиче или Владимире Мономахе (т. е. в конце XI – первой четверти XII в.). Это поясное изображение Святого Георгия из Новгорода. Культ этого воина великомученика быстро стал популярным в верхах общества, а затем и в низших его слоях.

Именно период раздробленности породил отличные от киевской формы христианской куль туры и искусства Новгорода и Пскова, Владимира и Суздаля, Смоленска и Полоцка, Галича и Владимира Волынского. Однако только в Новгороде Великом, ставшем в 1136 г. столицей вечевой республики, демократическая торгово-ремесленная среда повлияла на искусство и наполнила его своеобразным жизненным содержанием.

В середине XII столетия появилась икона Богоматери с Младенцем византийского письма, привезённая Андреем Боголюбским из Вышгорода, расположенного под Киевом. Со временем оно получило название «Богоматерь Владимирская», под которым известно современным поколениям.

Из Ярославля происходит выдающийся по мастерству образ Богоматери Оранты (от лат. orans – «молящийся»; в раннехристианском искусстве изображение молящейся фигуры с поднятыми руками; в Средние века сложился иконографический тип Богоматери), известный под названием «Великая Панагия». Это произведение, связанное с киевской традицией, удивляет звон костью и в то же время изысканностью колорита, обилием золота, рождающим ощущение драгоценности живописной поверхности, скульптурной отточенностью и аристократизмом форм, торжествен ной священной неподвижностью, погружённостью в вечность. Здесь воплощён идеал царственной красоты той эпохи, как его понимали высшие слои древнерусского общества.

 

 

 

5. МОНУМЕНТАЛЬНАЯ ЖИВОПИСЬ (МОЗАИКА И ФРЕСКА)

 

Живопись русского Средневековья – фреска, мозаика, икона -– неизменно вызывала и продолжает вызывать огромный интерес у любителей искусства и учёных всего мира. Ежегодно миллионы людей приезжают в Новгород Великий или Киев, чтобы насладиться в древних соборах фресками средневековых живописцев. Среди образованных людей России почти не найти таких, у кого нет в доме хотя бы одного художественного альбома с фотографиями икон или фресок… Древнерусская монументальная живопись появилась во времена рас цвета Киевской Руси – при князьях Владимире Святом (980-1015 гг.) и Ярославе Мудром (1019 –1054 гг.). До княжения Владимира Русь была языческой и поклонялась многим божествам. Этот князь крестил Киев и большую часть Руси, приняв христианство от Византии – сильнейшего и наиболее просвещённого в ту эпоху государства во всём христианском мире.

Новая религия утвердила единого Бога на огромном пространстве от Ладоги до Чёрного моря, на многие века определив облик русской истории и культуры.

Древнерусская монументальная живопись складывалась на основе византийских традиций. Киев стал учеником Константинополя — столицы Византийской империи. Оттуда приезжали на Русь митрополиты, епископы, священники, а также архитекторы и живописцы, которые привозили иконы и украшенные миниатюрами церковные книги. На протяжении нескольких столетий русские мастера перенимали тонкое искусство «греков» – так называли на Руси всех подданных василевса вне зависимости от их национальности. Мастера, оформляя древнерусские соборы, использовали два вида техники монументальной живописи: мозаику и фреску. Мозаика отличается наибольшей роскошью и нарядностью. Сложенная из смальты — небольших кусочков окрашенного стекла, она менее подвержена воздействию времени, чем фреска, и не теряет первоначальной свежести красок. Для украшения киевских церквей мозаикой была построена мастерская, где изготовляли смальту. Кубики смальты окрашивались в разные цвета: учёные насчитали в мозаичной палитре собора Святой Софии сто семьдесят семь оттенков. В технике мозаики, как наиболее дорогой и сложной, выполнялись композиции в куполе и апсиде. Остальные части храма расписывались водяными красками по сырой штукатурке – фресками.

Благодаря замечательным свойствам этой техники, а также мастерству живописцев, знавших все её тонкости, некоторые фресковые ансамбли, созданные много столетий назад, со хранились до наших дней.

Масляной живописи русское Средневековье не знало. Собор Святой Софии в Киеве древнейший памятник, который сохранил монументальную живопись домонгольской Руси. Он воздвигнут в середине XI в. в честь победы князя Ярослава Мудрого над пришлыми кочевниками-печенегами. Великолепное внутреннее убранство собора выполнили, соединив мозаику и фреску, греческие мастера, по этому оно в наибольшей степени соответствует византийской системе росписи. Основу этой системы составляет восприятие пространства храма как «земного неба», в котором присутствует Бог. Персонажи Священной истории в росписи собора размещаются в строгом порядке, обусловленном ходом византийского богослужения (греч. «литургия»). Суровый Пантократор, Создатель и Властитель мира, словно обозревает землю с небес. Медальон с изображением Христа окружают архангелы – небесное воинство (из четырёх мозаичных фигур ныне сохранилась лишь одна, три другие написаны гораздо позднее маслом). В барабане центрального купола собора изображены апостолы – ученики Христа. На столбах, поддерживающих купол, представлены фигуры четырёх евангелистов – главных авторов Нового завета, которых именовали также «столпами евангельского учения». По церковным канонам (правилам) в небесной иерархии второе место после Христа занимает Богоматерь. Её образ символизирует Церковь земную. Это заступница всех людей перед грозным ликом Господним. Одиноко стоящая фигура Богоматери Оранты (от лат. orans – «молящаяся»), с поднятыми в молитвенном обращении к Спасителю руками, помещена в апсиде Софии Киевской.

Процветавшие киевские земли постепенно пришли в упадок от княжеских междоусобиц и набегов кочевников. Во время княжения Андрея Боголюбского (1157– 1174 гг.) и Всеволода Большое Гнездо (1176- 1212 гг.) новым центром политической и культурной жизни русских земель стал Владимир. Всеволод провёл свою юность в Константинополе, где полюбил византийскую культуру и искусство.

Собор Святого Дмитрия (1195 г.) во Владимире украшали фресками приглашённые из Константинополя греческие мастера. До наших дней дошли только два фрагмента росписей – «Страшный суд» и «Рай». Композиция фрески «Страшный суд» основывается на тексте заключительной книги Нового завета «Откровение Иоанна Богослова», или «Апокалипсиса». На большом своде изображены двенадцать апостолов, сидящих на тронах с высокими спинками. Позади них стоят ангелы, которые также присутствуют в Страшном суде. Со времён Софии Киевской принципы монументальной живописи существенно изменились. На владимирских фресках апостолы – это не массивные фигуры киевского храма с их устремлённым прямо на зрителя гипнотизирующим взглядом широко открытых глаз. Художник изобразил апостолов в динамичных позах. Они одеты в широкие, ниспадающие складками плащи и обращены друг к другу, подобно античным философам, ведущим тихую учёную беседу. Их лица очень индивидуальны, «портретны». В руках апостолы держат раскрытые Евангелия — это знак, указывающий на начало Страшного суда.

Красочная палитра владимирских фресок разнообразна и богата цветовыми сочетаниями: здесь больше всего золотистокоричневых тонов, их дополняют желтоватозелёные, голубые, лиловые, светлосиние и краснокоричневые. Судя по точному рисунку фресок и их совершенному живописному исполнению, автор фресок — талантливый и опытный художник. Лики святых объёмны, переходы от тени к свету плавны. Во владимирском соборе, как и в Софии Киевской, греческому мастеру помогали в работе русские живописцы, для которых подобное сотрудничество было лучшей школой.

XI век в древнерусской архитектуре – это эпоха «трёх Софий». Византийская архитектурная традиция, воспринятая русскими мастерами, с наибольшей полнотой отразилась в киевском соборе Святой Софии. Однако чем дальше от Южной Руси – Киева, Чернигова, Переяславля – строился храм, тем больше в нём черт оригинального русского зодчества, тем больше собственных находок привносили в строительную практику местные мастера. «Младшие сестры» Софии Киевской – София Новгородская и София Полоцкая – возводились по образцу «старшей сестры», но северные зодчие творчески преобразили его до неузнаваемости.

В начале XII в. новгородским князем был сын Владимира Мономаха Мстислав, крупный политический деятель, получивший впоследствии историческое прозвище Великий. В годы его княжения новгородская архитектура обогатилась несколькими монументальными постройка ми. В 1113 г. был заложен Николо Дворищенский собор, а несколько позднее — собор Рождества Богородицы. Однако наиболее известным архитектурным памятником той эпохи является Георгиевский собор Юрьева монастыря, строительство которого началось в 1119 г.

Собор представляет собой завершающую и одновременно высшую точку в раз витии «княжеской» архитектуры Новгорода.

С XIII в. храмовое строительство полностью переходит от князей к самим новгородцам. Церковные здания возводятся на средства бояр, купеческих объединений и «концов» – районов Новгорода. Во второй половине столетия в городе замерло каменное строительство. Новгород избежал монголо-татарского нашествия, но вынужден был отбивать натиск немцев и шведов, а затем новгородцам пришлось принять на себя изрядную долю выплат ордынской дани. В то время вся разорённая Русь была вынуждена отказаться от сооружения каменных храмов. В крупнейших городских центрах зодчие оставались без работы на протяжении нескольких десятилетий. Первой возобновила традицию каменного строительства Тверь, а вскоре вслед за ней и Новгород. Уже в 1292 г. новгородцы строят церковь Николы на Липне, а в XIV столетии на Новгородской земле создаётся целый ряд храмов, считающихся ныне замечательными творениями древнерусского зодчества. Среди них церкви Фёдора Стратила та на Ручью (1360 г.) и Спаса на Ильине улице (1374 г.); в самом начале XV в. была построена церковь Петра и Павла в Кожевниках, отличающаяся удивительной завершённостью и зрелостью архитектурных форм. Во второй половине XIII – середине XIV в. новгородские мастера создали особый стиль храмового строительства. В этот период сооружались небольшие четырёхстопные одноглавые храмы с почти кубическими по пропорциям зданиями. Малые размеры церквей диктовались не только тем, что для церковных построек более не использовались средства общегородской казны.

. Древние монументальные храмы с их строгими плоскостями стен, подчёркнутой простотой и геометризмом архитектурного убранства не знали украшательства. Купеческие и боярские церкви послемонгольской эпохи далеко отошли от сурового по духу зодчества XI– XII вв. Фасады храмовых зданий, стали покрываться маленькими фигурными нишами, углублениями форме розеток, крестиками, выложенными из обтёсанного кирпича. Барабаны куполов опоясывались рядами кокетливых арочек и треугольничков. Раньше из восточного фасада во всю высоту стены непременно выступали по мукруглые апсиды (выступы алтарей части храма), а сама стена завершалась полукруглыми покрытиями — закомарами. Уже при строительстве храма Николы на Липне апсиду опустили до половины высоты стены, а от закомар отказались в пользу трёхлопастного покрытия. Стены церкви завершались тремя фигурными лопастями, напоминающими огромный лист смородины или крыжовника с закруглёнными краями. Трёхлопастное покрытие, подчёркнутое декоративной аркой, со временем превратилось в излюбленный приём новгородских зодчих.

Киевские и новгородские храмы времён Ярослава Мудрого и Владимира Мономаха возводили из камня и кирпича (плинфы). Новгородские зодчие послемонгольской эпохи перешли к другим строительным материалам: церковные здания выкладывались в основном из грубо обтёсанных известняковых плит и валунов. Это придавало стенам храмовых построек волнистую поверхность, лишало их геометрической строгости.

От остатков Боголюбовского дворца открывается вид на постройку, ставшую символом древнерусской архитектуры, – знаменитую церковь Покрова на Нерли (1165 г.). Андрей велел поставить её в том месте, где река Нерль впадает в Клязьму, в память о сыне, юном Изяславе, павшем в бою с волжскими булгарами. Сейчас церковь, уединённо стоящая на бескрайних просторах владимирских равнин, отражающаяся в воде неширокой речки, выглядит покину той и печальной.

Церковь невелика и удивительно гармонична. Полуцилиндры апсид (выступов алтарной части храма), такие грузные, так сильно выступающие в постройках Юрия Долгорукого, здесь словно утоплены в тело храма, и восточная (алтарная) часть не перевешивает западную. Фасады разделяются многослойными четырёхуступчатыми лопатками с приставленными к ним полуколонками; острые углы лопаток и стволы полу колонн образуют пучки вертикальных линий, неудержимо стремящихся ввысь. Вертикальное устремление постепенно и незаметно переходит в полукруглые очертания закомар. Полукружиям закомар вторят завершения изящно вытянутых окон, пор талов, арочек колончатого пояска. И наконец, церковь венчает полукружие главы, которая раньше была шлемовидной, а сейчас напоминает луковицу. Красив резной убор церкви. В центре каждого фасада (кроме восточного), наверху, в поле закомары, находится рельефная фигура знаменитого библейского царя Давида псалмопевца. Царь Давид играет на лире, а слушают его львы, птицы и грифоны. Птица — древний символ человеческой души, а лев — символ Христа. В Средние века считалось, что львица рождает детёнышей мёртвыми и оживляет их своим дыханием. Это воспринималось как прообраз Воскресения Христова.

В 1185 г. во Владимире случился большой пожар, повредивший Успенский собор Андрея Боголюбского. Надо было или ремонтировать его, или строить заново. Однако новый князь Всеволод Юрьевич поступил иначе: зодчие обстроили старый храм широкими галереями, заключив его в огромный каменный футляр (1185 – 1193 гг.). Стены андреевского собора частично разобрали, превратив их в столбы новой постройки, а над галереями возвели ещё четыре главы. Таким образом, собор стал пятиглавым и как бы ступенчатым: выше галерей, служивших усыпальницей владимирских князей и епископов, были видны своды центральной части, над боковыми куполами господствовала цен тральная могучая глава. Если собор Андрея высился над обрывом берега Клязьмы как прекрасное видение, то собор Всеволода напоминал могучий уступ горы. Он словно собирал вокруг себя растущий город, венчал его собой и осенял покровительством Богородицы. Близ Успенского собора князь устроил новый княжеский двор, где решил поставить храм в честь своего покровителя Святого Дмитрия Солунского (1193-И97 гг.), потому что Всеволод носил христианское имя Дмитрий.

Придворный храм Всеволода не так строен, как церкви Андрея Боголюбского, но и не так приземист, как храмы его отца: он кажется золотой серединой между ними. А вот по богатству резного убранства он превосходит всё, что строилось до него не только во Владимирском княжестве, но и во всей Руси.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

 

В период складывания и расцвета феодализма на Руси (конец X—XVII вв.) искусство формировалось на основе достижений художественной культуры восточнославянских племен и обитавших до них на этих землях скифов и сарматов. Естественно, что культура каждого племени и региона имела свои самобытные черты и испытывала влияние соседних земель и государств. Особенно ощутимым было влияние Византии с момента принятия Русью христианства (в 988 г.). Вместе с христианством Русь восприняла традиции античной, прежде всего греческой, культуры.

Важно отметить, что русское искусство периода средневековья формировалось в столкновении двух укладов — патриархального и феодального, и двух религий — язычества и христианства. И как следы патриархального образа жизни еще долго прослеживались в феодальной Руси, так и язычество напоминало о себе почти во всех видах искусства.

Процесс изживания язычества был стихийным, но все-таки делались попытки скорее укрепить новую религию, сделать ее близкой, доступной людям. Не случайно церкви строились на местах языческих капищ; в нее проникли элементы народного обожествления природы, а некоторым святым стали приписывать роль старых богов.

Восприняв от Византии христианство, Русь, естественно, восприняла и определенные основы языка культуры. Но эти основы были переработаны и приобрели на Руси свои специфические, глубоко национальные формы. «Мы взяли из Византии евангелие и традицию», — писал А. С. Пушкин. Конечно, как всякое искусство эпохи средневековья, искусство Древней Руси следует определенным канонам, прослеживающимся и в архитектурных формах, и в иконографии — в живописи Созданы были даже образцы — «прориси», «подлинники», лицевые и толковые (в первых показывалось, как надо писать, во вторых это «толковалось», рассказывалось), но и следуя канонам, и вопреки им умела проявить себя богатая творческая личность художника. Опираясь на вековые традиции восточноевропейского искусства, русские мастера сумели создать собственное национальное искусство, обогатить европейскую культуру новыми, присущими лишь Руси формами храмов, своеобразными стенными росписями и иконописью, которую не спутаешь с византийской, несмотря на общность иконографии и кажущуюся близость изобразительного языка

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

 

 

  1. Дмитриева Н.А. Краткая история искусства. М., 1990.
  2. Нестерова О.А. История и теория мировой культуры. М., 2000.
  3. Петрова М.М. История культуры, М., 2001.
  4. Радугин А. А. Культорология, М., 1998.
  5. Радугин А. А. Хрестоматия по культорологии, М., 1999.
  6. Пархоменко И.Т., Радугин А.А. История мировой и отечественной культуры. М., 2002.
  7. Скворцова Е.М. Теория и история культуры. М., 2004.
  8. Учебный курс по культурологии / Под ред. Г.В. Драч. Ростов-н/Д., 2003.
<

Комментирование закрыто.

WordPress: 23.55MB | MySQL:121 | 1,611sec