Хозяйственные товарищества как коммерческие организации

<

032514 0606 1 Хозяйственные товарищества как коммерческие организацииХозяйственные товарищество — одно из наиболее распространенных организационно-правовые форм коллективного предпринимательства, возникшие в результате длительного исторического развитии торгового оборота. Некоторые из видов хозяйственных товариществ своим исходным пунктом имеют римское право, другие сформировались в Средние века; третьи являются порождением Нового времени и следствием развития капиталистического способа производства.

Римское право сформировало основные черты полного товарищества, особенно его внутреннюю организацию. В средние века появилась коллективная форма предпринимательства, послужившая прототипом товарищества на вере, позволявшая дворянству, без ущерба для своего титула и сословной иерархии, принимать участие в торговых делах, а для капиталистов открывшая доступ к дворянским капиталам и возможность получать проценты на капитал, ранее строго запрещаемые церковной властью.

Хозяйственные товарищество и общество, объединяемые в дореволюционном российском законодательстве под универсальным наименованием «торговые товарищества», нашли свое закрепление в ГК РСФСР 1922 г. Отказ от регулирования этих форм предпринимательской деятельности в более позднем отечественном законодательстве1 означал огосударствление экономики, которое исключало коллективное предпринимательство в иных формах, чем государственные предприятия и колхозы. Естественно, что возрождение рыночных отношений в 90-е гг. повлекло за собой потребность правового регулирования различных негосударственных форм коллективного предпринимательства.

В настоящее время корпоративные формы предпринимательской деятельности являются в нашей стране наиболее распространенными.

Данные виды коммерческих организаций являются традиционной, наиболее распространенной в обычном имущественном обороте формой коллективного предпринимательства. Именно поэтому они открывают перечень отдельных видов юридических лиц, установленный законом. Такого рода объединения, создаваемые предпринимателями, в европейском праве обычно называются компаниями или фирмами, а в американском — корпорациями. В России они ранее именовались торговыми товариществами, поскольку коммерческая деятельность отождествлялась прежде всего с торговлей. Отсутствие частной коммерции в прежнем правопорядке вынуждало использовать более «нейтральное» и широкое понятие «хозяйственная деятельность». С учетом этих традиций Гражданский кодекс также использует термин «хозяйственные» применительно к торговым (коммерческим) товариществам и обществам.

Товарищества и общества имеют много общих черт. Все они являются коммерческими организациями, созданными на добровольной (как правило, договорной) основе на началах членства (корпоративных), и наделяются законом общей правоспособностью. Они становятся едиными и единственными собственниками имущества, образованного за счет вкладов учредителей (участников), а также произведенного и приобретенного в процессе их деятельности, что делает их самостоятельными, полноценными участниками имущественного оборота. Закон определяет их как коммерческие организации с разделенным на доли (вклады) учредителей (участников) уставным (складочным) капиталом (п.1 ст. 66 ГК).

Как организации корпоративного характера товарищества и общества имеют однотипную структуру управления, в которой высшим (волеобразующим) органом признается общее собрание их участников. Последние также имеют во многом сходные права и обязанности (ст. 67 ГК). В частности, все они вправе участвовать в управлении делами компании и получать информацию о ее деятельности (корпоративные права), а также принимать участие в распределении прибыли и получать ликвидационную квоту (часть имущества, оставшегося после ликвидации компании и осуществления расчетов со всеми ее кредиторами) (обязательственные права). Перечисленные права отражены в доле участника в уставном (складочном) капитале общества или товарищества. Участники во всяком случае обязаны вносить установленные учредительными документами вклады в имущество компании и не разглашать конфиденциальную информацию о ее деятельности. Близость этих организационно-правовых форм делает возможным их преобразование из товариществ и обществ одного вида в товарищества и общества другого вида (п. 1 ст. 68 ГК).

 

1. 2. Хозяйственные товарищества как объединения лиц

 

Вместе с тем российский закон, следуя известной европейской (германской) традиции, различает товарищества как объединения лиц (предпринимателей, коммерсантов) и общества как объединения капиталов. В германском праве к объединениям лиц (Personengesellschaften) относятся полные и коммандитные товарищества (формально не признаваемые юридическими лицами, или, точнее, являющиеся «юридическими лицами торгового права», а не «общегражданского права»), называемые также договорными объединениями. Им противопоставляются объединения капиталов (Kapitalgesellschaften), к которым относятся общества с ограниченной ответственностью и акционерные, называемые также уставными объединениями. Аналогичное по сути деление проводится и во многих других развитых зарубежных правопорядках. Так, в англо-американском праве различаются товарищества (general partnership и limited partnership), в принципе примерно соответствующие полному и коммандитному товариществам, и корпорации, или компании (public corporation, public limited company и close corpotation, privat company), примерно соответствующие континентальным европейским понятиям акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью (хотя, например, close corporation американского права формально является небольшим, «закрытым» акционерным обществом).

Исторически товарищества возникли раньше обществ как более простая форма коллективного предпринимательства. Хозяйственные товарищества (объединения лиц) по российскому праву могут создаваться только в двух формах: полных товариществ и товариществ на вере (коммандитных) (п. 2 ст. 66 ГК), а хозяйственные общества — в трех формах: обществ с ограниченной или с дополнительной ответственностью и акционерных обществ (п. 3 ст. 66 ГК).

Объединения лиц помимо имущественных вкладов предполагают непосредственное, личное участие в делах товарищества. Эти дела должны вести сами участники, не привлекая к ним наемных (посторонних) лиц. А так как речь идет об участии в предпринимательской деятельности, участник которой должен иметь статус либо индивидуального предпринимателя, либо коммерческой организации, очевидно, что только указанные лица и могут быть участниками товариществ (абз. 1 п. 4 ст. 66 ГК).

При этом конкретный предприниматель (или коммерческая организация) одновременно может быть участником лишь одного товарищества (если не учитывать возможность одновременного выступления в качестве вкладчика в нескольких товариществах на вере, поскольку имущественное положение такого вкладчика в принципе аналогично статусу участника хозяйственного общества) (п. 2 ст. 69, п. 3 ст. 82 ГК). Это связано не только с необходимостью личного участия в деятельности компании, но и с тем обстоятельством, что участники товариществ (за исключением упомянутых вкладчиков) несут неограниченную ответственность личным имуществом по обязательствам таких компаний при недостатке у последних собственного имущества. Иначе говоря, они по существу как бы ручаются всем своим имуществом по возможным долгам созданной ими компании, а ручательство одним и тем же имуществом по возможным долгам нескольких самостоятельных субъектов недопустимо.

Вместе с тем участники товарищества, действуя от его имени, не нуждаются в специальных исполнительных (волеизъявляющих) органах этого юридического лица, а потому структура управления им всегда проста (и не требует специального закрепления в уставе). Поэтому единственным учредительным документом товарищества является учредительный договор (товарищества нередко именуют «договорными объединениями»). С учетом этого статус товариществ во многом определяется диспозитивными нормами закона. Таким образом, товарищества характеризуются большим значением личного элемента (между товарищами, по сути, возникают лично-доверительные отношения, исключающие или серьезно ограничивающие перемену участников или уступку ими своего членства иным лицам). В силу этого, в частности, выбытие полного товарища по общему правилу влечет прекращение товарищества. Очевидно также, что товарищество не может быть создано одним лицом (которому не с кем будет заключать учредительный договор).

Хозяйственным товариществам присущие следующие черты позволяют:

1. Они являются коммерческими организациями, т.е. юридическими лицами, имеющими целью своего создания извлечение прибыли и обладающими общей правоспособностью, могут иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных законом.

2. Особенность хозяйственных товариществ, отличающая их от других форм предпринимательской деятельности и объединяющая их с хозяйственным обществом в том, что прибыль, полученная в результате хозяйственной деятельности, распределяется: между участниками. Условия и порядок ее распределения определяются конкретной организационно-правовой формой.

3. Хозяйственные товарищества имеют складочный капитал, разделенный на доли (вклады) участников. Именно это отличает хозяйственные товарищества от других коммерческих организаций1. Обладание долей в складочном капитале не связано с наличием вещных прав участника на имущество товарищества, поскольку право собственности на него принадлежит в силу закона (п. 2 ст. 48 ГК РФ) самому юридическому лицу — товариществу.

4. К неимущественным или организационно-управленческим правам участников относятся, в частности:

– право на участие в управлении делами товарищества (общества). Права на участие в управлении отсутствуют в силу специфики правового статуса только у вкладчиков товарищества на вере;

– получать информацию о деятельности товарищества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией.

К имущественным правам относятся права участников хозяйственного товарищества:

– принимать участие в распределении прибыли путем получения процентов на вложенный капитал;

– на ликвидационную квоту, т.е. на получение в случае ликвидации товарищества части имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимости.

К обязанностям участников хозяйственных товариществ, в частности, относятся следующие:

– вносить вклады в порядке, размерах, способами и в сроки, предусмотренные учредительными документами;

– не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности товарищества.

Отличительные черты товариществ и обществ во многом определяются их подразделением на объединения лиц и объединения капиталов. Товарищества являются классическими объединениями лиц, тогда как общества — объединениями капиталов. Отсюда вытекают следующие существенные отличия хозяйственных товариществ от обществ:

1. По виду и размеру ответственности участников по долгам
организации. Объединения лиц предполагают солидарную ответствен
ность участников по долгам товарищества, в случае недостаточности его
имущества участники отвечают всем своим имуществом, на которое
может быть обращено взыскание. При объединении капиталов участни
ки общества не отвечают по его долгам, а. несут лишь риск убытков,
связанных с его деятельностью, в пределах стоимости принадлежащих
им долей (акций), в том числе в пределах их неоплаченной стоимости.
Общество отвечает перед своими кредиторами только принадлежащим
ему имуществом, а не имуществом участников.    

2. По составу участников. Участниками товариществ могут быть
только индивидуальные предприниматели или коммерческие организации, поскольку они непосредственно участвуют в предпринимательской
деятельности и отвечают своим имуществом. Участниками хозяйственных обществ могут быть любые граждане и организации, за исключением
тех, которым это запрещено законом.

3. По возможности и последствиям, изменения состава участника. Участие в обществе передается более свободно, чем в товариществе. «Выход акционера из общества» путем отчуждения акций другим акционерам, обществу, третьим лицам в результате наследования основан на свободном волеизъявлении самого акционера и не требует согласия участников общества в лице каких-либо органов управления. Существующее в ЗАО преимущественное право приобретения акций не означает необходимости для акционера, продающего свои акции, получить согласие других акционеров, а влечет за собой лишь право акционеров или самого общества приобрести отчуждаемые акции по цене предложения другому лицу, не являющемуся акционером1. В ООО установлены более жесткие ограничения на свободное отчуждение долей, однако и они в
конечном счете также не исключают возможности уступки участником
своей доли и «выхода из общества». Несмотря на изменение состава
участников, общества продолжают свою деятельность. В товариществах, где очень большое значение имеет личный элемент, изменение состава участников влечет прекращение деятельности товарищества, если иное не предусмотрено учредительным договором или соглашением остающихся участников. Следует согласиться с мнением В.А. Белова, считающего, что в случае выбытия товарища из товарищества следует говорить уже не о сохранении этого товарищества, а о создании нового, являющегося его правопреемником. «Если законодательство и практика, — пишет указанный автор, — не признают этой точки зрения, то лишь из-за трудностей, которые придется преодолеть для объяснения
сего феноменального процесса, не совпадающего ни с процессом ликвидации одного и создания нового товарищества, ни с процессом реорганизации»1.    

4. По организации деятельности. Дела товарищества ведут сами участники непосредственно, в то время как организация деятельности общества осуществляется через его органы управления. Решения хозяйственных обществ по общему правилу исходят от органов управления, а не от их участников непосредственно. Участники могут реализовать свое право на управление обществом только путем участия в органах управления или в их формировании. Например, путем участия в общем собрании или совете директоров. Исключением из этого правила является организация управления в «компании одного лица», когда хозяйственные общества могут приобретать права и обязанности через своего единственного участника(акционера).    

5. По характеру правового регулирования. Законодательство о товариществах содержит большое количество диспозитивных норм. Основным и единственным учредительным документом товарищества является договор между участниками. Хозяйственные общества являются корпоративными организациями, имеющими сложную структуру органов управления, организация деятельности которых регламентируется уставом, а в ряде случаев и внутренними документами общества. Поскольку общества оперируют «чужими» капиталами, законодатель с целью защиты интересов инвесторов (владельцев акций или долей в уставном капитале) регулирует их деятельность по целому ряду позиций императивными нормами. Так, изменения, внесенные в Закон об АО Федеральным законом от 7 августа 2001 г.2, свидетельствуют о тенденциях усиления императивности ряда законодательных положений и сужении сферы диспозитивного правового регулирования, когда решение того или иного вопроса передавалось на усмотрение самого акционерного общества. Это касается, например, установления теперь в самом Законе об АО не подлежащего расширительному толкованию в уставе общества перечня случаев, когда решения общего собрания акционеров принимаются квалифицированным большинством голосов.

В отношении товариществ ГК РФ, не предусматривая необходимости принятия специальных законов, обеспечивает исчерпывающее правовое регулирование.

Законодательство содержит исчерпывающий перечень хозяйственных товариществ: к товариществам относятся полные товарищества и товарищества на вере (коммандитные).

 

2. КЛАССИФИКАЦИЯ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ТОВАРИЩЕСТВ

 

2.1. Полное товарищество

 

Полным признается такое хозяйственное товарищество, участники которого, во-первых, осуществляют предпринимательскую деятельность от имени товарищества и, во-вторых, субсидиарно несут ответственность по его обязательствам всем принадлежащим им имуществом (п. 1 ст. 69 ГК).

Законодательное признание категории «one» (Einmanngesellshaft), широко используемой в современных развитых правопорядках, и там последовало сравнительно недавно, в начале 80-х гг. XX в. Гражданский кодекс РФ, также признав данную возможность, исключает ее только для попыток создания таких компаний другими «компаниями одного лица» (п. 2 ст. 88), с тем чтобы предотвратить полное исчезновение ответственности реальных (фактических) учредителей, предусмотренной, в частности, абз. 2 п. 3 ст. 56 ГК.

Участниками полного товарищества — полными товарищами могут быть либо индивидуальные предприниматели, либо коммерческие организации. При этом государственные и муниципальные предприятия вправе участвовать в полном товариществе только с обязательного предварительного согласия собственника имущества унитарного предприятия. Любое лицо может быть участником только одного полного товарищества. Ограничения по составу участников связаны прежде всего с тем, что участники полного товарищества несут солидарную ответственность по его долгам. Это означает, что при недостатке имущества товарищества для погашения его долгов кредиторы вправе требовать удовлетворения из личного имущества любого из участников. Закон объявляет ничтожным всякое ограничение или устранение личной ответственности участника по долгам полного товарищества.

Таким образом, предпринимательская деятельность участника полного товарищества признается деятельностью товарищества как юридического лица, а при недостатке имущества товарищества для погашения его долгов кредиторы вправе требовать удовлетворения из личного имущества любого из участников (или всех их вместе). Следовательно, здесь не исключается ситуация, когда по сделке, заключенной одним из участников, имущественную ответственность будет нести другой участник, причем всем своим личным имуществом. Поэтому взаимоотношения участников такого товарищества (полных товарищей) носят лично-доверительный характер. Не случайно полные товарищества появились и развивались прежде всего как форма семейного предпринимательства.

Несмотря на наличие индивидуальной имущественной ответственности участников по долгам такого объединения, в русском гражданском праве оно традиционно признавалось юридическим лицом. В этом качестве оно принципиально отличается от простого товарищества, которое является договором о совместной деятельности (ст. 1041 ГК). Следует также подчеркнуть, что такая ответственность наступает лишь при отсутствии имущества у самого товарищества (в субсидиарном порядке). При этом личную имущественную ответственность по долгам товарищества несут и те его участники, которые вступили в товарищество после его создания (в том числе по обязательствам, возникшим до их вступления в товарищество), а также выбывшие из товарищества, причем эта их личная ответственность не может быть ни устранена, ни ограничена соглашением участников (п. 2 и 3 ст. 75 ГК).

<

Если же у участника полного товарищества отсутствует личное имущество, в связи с чем кредиторы для покрытия его личных долгов обращают взыскание на его долю в складочном капитале товарищества, его участие в полном товариществе прекращается (ст. 80 ГК).

Ответственность полных товарищей по долгам товарищества личным имуществом в свою очередь приводит к двум важным последствиям. Во-первых, она делает излишним предъявление каких-либо особых требований к складочному капиталу товарищества, ибо важнейшей гарантией погашения возможных долгов становится имущество каждого из товарищей. Поэтому закон не требует наличия у товарищества обязательного минимума имущества, хотя определенный складочный капитал у него должен быть и фактически всегда имеется.

Во-вторых, она объясняет значение обязательного указания в фирменном наименовании полного товарищества имен (или фирменных наименований) его участников (п. 3 ст. 69 ГК). Ориентируясь на это указание, контрагенты товарищества будут оценивать и его потенциальную платежеспособность, учитывая состоятельность отдельных товарищей. Поэтому товарищество может указать в своем фирменном наименовании имена (или фирменные наименования) наиболее обеспеченных участников, добавив слова «и компания, полное товарищество».

Полное товарищество создается на основании учредительного договора1, который должен быть подписан всеми его участниками (выражающими тем самым свою волю на создание товарищества и на свое участие в нем). С момента государственной регистрации этого договора товарищество возникает как юридическое лицо.

Определяя роль учредительного договора товарищества, Г.Ф. Шершеневич пишет о приоритете учредительного договора в регулировании внутренних отношений между товарищами: «Закон вступает в силу лишь восполняя молчание этого договора»2. Учредительный договор заключается в простой письменной форме, а по соглашению сторон удостоверяется нотариально. Договор может быть заключен на определенный срок и без указания срока по усмотрению участников. Наряду со сведениями, которые содержит учредительный договор полного товарищества, договор об учреждении товарищества на вере должен содержать информацию о совокупном размере вкладов, вносимых вкладчиками. В учредительном договоре товарищества на вере не указывается размер вклада каждого коммандитиста. Таким образом, изменение размера вкладов или состава вкладчиков-коммандитистов не влечет за собой изменение учредительного договора.

В учредительном договоре о создании полного товарищества наряду с общими сведениями, необходимыми для всякого учредительного документа (п. 2 ст. 52 ГК), должны содержаться положения о порядке формирования и использования складочного капитала (п. 2 ст. 70 ГК).

Ведение дел полного товарищества может осуществляться как традиционным способом — каждым из его участников, так и по их воле, прямо выраженной в учредительном договоре, всеми участниками совместно (т.е. по их обязательному согласию на совершение каждой сделки товарищества) либо одним или несколькими отдельными, наиболее опытными участниками (п. 1 ст. 72 ГК). В последнем случае остальные участники товарищества при необходимости совершения сделок от его имени должны получить доверенность на это от тех товарищей, которым учредительным договором поручено ведение общих дел (ибо такие товарищи по сути становятся как бы «органами» данного юридического лица). Однако при наличии серьезных оснований товарищи, не ведущие дел, вправе в судебном порядке добиваться прекращения полномочий на ведение дел, предоставленных другим товарищам или товарищу, в частности, если эти уполномоченные лица грубо нарушают свои обязанности в отношении товарищества и не соблюдают его интересов либо неспособны к разумному ведению дел (п. 2 ст. 72 ГК). Следовательно, и товарищи, не ведущие дел, имеют возможности защиты своих имущественных интересов.

Вместе с тем контрагенты товарищества не обязаны знать о возможных ограничениях правомочий отдельных участников товарищества. При заключении сделки им достаточно удостовериться в том, что они имеют дело с одним из полных товарищей, предполагая, что он вправе действовать от имени товарищества. Поэтому сделки, заключенные от имени товарищества любым его участником, будут действительными, если только само товарищество не сможет доказать, что контрагент по сделке знал или должен был знать об отсутствии правомочий у конкретного участника (например, знакомился с содержанием учредительного договора товарищества, содержащего соответствующие ограничения).

Изменение состава участников вследствие выхода или смерти, признания безвестно отсутствующим, недееспособным или ограниченно дееспособным, несостоятельным (банкротом) либо ликвидации кого-либо из них, а также при обращении кредиторами участника взыскания на его долю в складочном капитале товарищества влечет прекращение его деятельности (ч. 2 ст. 81 ГК). Однако этого может и не произойти, если учредительным договором или соглашением остающихся участников товарищества предусмотрено продолжение его деятельности и в данной ситуации (п. 1 ст. 76 ГК). Ведь между его участниками продолжают сохраняться характерные для полного товарищества лично-доверительные отношения. Конечно, при этом должны быть внесены и зарегистрированы необходимые изменения в содержание учредительного договора.

При отсутствии соответствующей записи в учредительном договоре или соглашения всех оставшихся участников товарищество подлежит ликвидации. Наряду с общими основаниями прекращения деятельности юридических лиц (ст. 61 ГК) полное товарищество прекращается также в случае, когда в нем остается единственный участник (ст. 81 ГК), ибо оно не может существовать в качестве «компании одного лица». Такой товарищ вправе в течение 6 месяцев преобразовать товарищество в общество, где допускается наличие единственного участника (но с сохранением своей личной имущественной ответственности по перешедшим к обществу долгам товарищества в течение двух лет).

В полном товариществе каждый участник имеет один голос, если только учредительным договором прямо не предусмотрен иной порядок определения количества голосов участников (например, в зависимости от размера вклада). Поэтому и управление полным товариществом строится на основе общего согласия всех участников (п. 1 ст. 71 ГК), т.е. по принципу единогласия (учредительным договором могут быть предусмотрены случаи, когда решение принимается тем или иным большинством голосов участников).

Участник полного товарищества наряду с правомочиями, признаваемыми законом за любым участником общества или товарищества (п. 1 ст. 67 ГК), вправе также знакомиться со всей документацией по ведению дел товарищества, в том числе и в случае, когда он не уполномочен на ведение этих дел. Ведь он продолжает нести риск возможной ответственности по общим долгам своим личным имуществом, а потому должен быть в курсе дел товарищества и может требовать по суду прекращения полномочий тех товарищей, кто недолжным образом ведет общие дела. Кроме того, он вправе передать свою долю в складочном капитале товарищества (или ее часть) как другому товарищу, так и третьему лицу, не участвующему в товариществе (ст. 79 ГК).

Наконец, он может выйти из товарищества в любой момент, отказавшись от участия в нем (ст. 77 ГК). О своем отказе от участия в товариществе товарищ должен заявить не менее чем за 6 месяцев до фактического выхода. Лишь в полном товариществе, учрежденном на определенный срок, выход участника допускается при наличии уважительных причин. При выходе из полного товарищества участник вправе потребовать выдачи ему части имущества, пропорциональной его доле в складочном капитале. Он, однако, продолжает отвечать по долгам товарищества, возникшим до момента его выбытия, еще в течение двух лет (абз. 2 п. 2 ст. 75 ГК).

Передача доли (части доли) в складочном капитале как другому товарищу, так и третьему лицу допустима лишь с согласия остальных товарищей, ибо при этом меняется либо одно из существенных условий учредительного договора (о распределении долей между участниками), либо состав участников, между которыми складываются лично-доверительные отношения. Но это положение не ведет к возникновению права преимущественной покупки отчуждаемой доли (или ее части) у других товарищей. При отсутствии согласия кого-либо из товарищей на передачу доли (ее части) участник может выйти из товарищества.

Обязанностями полного товарища являются внесение вклада в общее имущество (в соответствии с условиями учредительного договора) и воздержание от совершения сделок в собственных интересах или в интересах лиц, не участвующих в товариществе, если эти сделки однородны с теми, которые составляют предмет деятельности товарищества, т.е. воздержание от конкуренции с товариществом (ст. 73 ГК). Такие сделки могут совершаться лишь с согласия всех остальных участников (товарищей).

Нарушение обязанностей товарища служит основанием не только для требования о возмещении причиненных этим товариществу убытков (или передачи товариществу незаконно приобретенной выгоды в соответствии с правилом абз. 2 п. 3 ст. 73 ГК), но и для исключения такого товарища из числа участников товарищества в судебном порядке (по единогласному решению остающихся участников). При исключении из товарищества бывшему участнику также выплачивается стоимость части общего имущества, пропорциональная его доле в складочном капитале, но за ним сохраняется и ответственность по долгам товарищества, предусмотренная правилом абз. 2 п. 2 ст. 75 ГК.

В случае смерти физического лица — участника товарищества либо реорганизации участвовавшего в нем юридического лица вступление в полное товарищество их наследников или правопреемников допускается только с согласия всех других участников (п. 2 ст. 78 ГК), ибо необходимо установление лично-доверительных отношений и с новым участником. Лишь для юридических лиц в учредительном договоре товарищества могут быть предусмотрены исключения из данного правила (поскольку, например, преобразование как способ реорганизации фактически не меняет участника товарищества). Не принятые в товарищество либо не захотевшие вступить в него правопреемники товарища получают стоимость его доли, но вместе с ней и риск возможной ответственности перед кредиторами товарищества, лежавший на бывшем участнике, в пределах перешедшего к ним имущества.

Наряду с общими основаниями ликвидации коммерческих организаций, предусмотренных ст. 61 ГК РФ, имеются специфические основания ликвидации товариществ. Так, полное товарищество подлежит ликвидации:

– когда в товариществе остается единственный участник. Такой участник вправе в течение шести месяцев с момента, когда он стал единственным участником товарищества, преобразовать его в хозяйственное общество или произвести отчуждение части своей доли другому лицу, принимающему на себя правомочия полного товарища;

– при изменении персонального состава участников, если учредительным договором товарищества или соглашением остающихся участников не предусмотрено, что товарищество продолжает свою деятельность.

 

2.2. Товарищество на вере (коммандитное)

 

Товарищество на вере, или коммандитное, представляет собой такое объединение лиц, в котором одни участники осуществляют предпринимательскую деятельность от имени товарищества и при этом солидарно отвечают своим личным имуществом по его долгам, т.е. являются полными товарищами (и составляют полное товарищество внутри коммандитного), в то время как другие лишь вносят вклады в имущество товарищества, не участвуя непосредственно в его предпринимательской деятельности, и несут только риск их утраты (вкладчики, коммандитисты) (п. 1 ст. 82 ГК).

Иначе говоря, коммандита представляет собой такое объединение лиц, в котором хотя бы один участник отвечает по общим долгам всем имуществом, а другой (или другие) рискует только своим вкладом. Исторически данный вид товарищества возник как способ совершения купцом (предпринимателем) в ходе морской торговли сделок со специально вверенным ему для этих целей капиталом (имуществом) других лиц, а затем использовался для получения предпринимательских выгод лицами, не являвшимися профессиональными коммерсантами (прежде всего дворянами). Термин «коммандита» происходит от commandare (ит.), соответствующего лат. deponere — вверять на хранение, хранить, что характеризует суть взаимоотношений коммандитистов и товарищей1.

Коммандитное товарищество дает возможность объединения имущества для предпринимательской деятельности как предпринимателям (полным товарищам), так и непредпринимателям (вкладчикам), известным образом соединяя в себе свойства объединения лиц (предпринимателей) и объединения капиталов.

Коммандитисты (вкладчики), не будучи профессиональными предпринимателями и рискуя лишь своим вкладом, не участвуют в ведении дел и в управлении товариществом. Они сохраняют только право на получение дохода (дивиденда) и на информацию о деятельности товарищества (а также на ликвидационную квоту). Поэтому в вопросах использования имущества товарищества они вынуждены полагаться на полных товарищей, доверять им. Отсюда традиционное российское название коммандиты — товарищество на вере.

Наличие в коммандите полных товарищей и их решающая роль в делах такого товарищества объясняют общее правило закона о распространении на этих товарищей статуса участников полного товарищества, а на коммандиту в целом — правил о полном товариществе (п. 2 и 5 ст. 82 ГК). В свою очередь, из этого вытекает невозможность для полного товарища выступать в таком качестве более чем в одной коммандите либо являться одновременно участником хотя бы одного полного товарищества (а для последних — невозможность стать также и полными товарищами в каком-либо товариществе на вере) (п. 3 ст. 82 ГК), ибо полным товарищем можно быть лишь в одном товариществе.

В фирменном наименовании товарищества на вере указывается имя (наименование) всех, нескольких или одного полного товарища с добавлением слов «и компания, товарищество на вере» (или «коммандитное товарищество»).

ГК исходит из принципа истинности фирмы, в соответствии с которым фирменное наименование товарищества должно включать в себя истинные имена (названия) всех его участников. Можно ограничиться и указанием имени (названия) одного из полных товарищей с добавлением к нему слов «… и компания» (например: «Полное товарищество «Жданов и компания»). При изменении персонального состава участников такого товарищества необходимо вносить соответствующие изменения в фирму.

При этом включение в фирменное наименование коммандиты имени (наименования) вкладчика автоматически ведет к превращению его в полного товарища и, следовательно, к его неограниченной солидарной ответственности по долгам товарищества (п. 4 ст. 82 ГК). Ведь указание имени участника в фирменном наименовании товарищества всегда служит важным ориентиром для потенциальных кредиторов.

По тем же причинам, что и в полном товариществе, единственным учредительным документом коммандиты остается учредительный договор, подписываемый всеми полными товарищами, и только ими (п. 1 ст. 83 ГК). Вкладчики не подписывают учредительный договор и не участвуют в формировании его условий, а их отношения с товариществом оформляются договорами о внесении ими вкладов. Вкладчики товарищества на вере не подписывают учредительного договора, поскольку они не состоят в обязательственных отношениях с участниками, а связаны такими отношениями только с товариществом. При этом вкладчики должны быть ознакомлены с условиями учредительного договора, поскольку он определяет для них ряд важных правовых последствий, в том числе порядок получения части прибыли, своего вклада при выходе из товарищества. Учредительный договор может предусматривать и иные права вкладчиков. Вкладчики товарищества на вере должны в договоре с товариществом (но не с товарищами) или в личном явлении выразить свою готовность вступить в товарищество, т. е. принять на себя обязательство в определенные сроки и размерах внести над в его складочный капитал.

Управление делами здесь также осуществляется исключительно полными товарищами, а его организация полностью совпадает с управлением делами в полном товариществе. Вкладчики не только не вправе участвовать в управлении и ведении дел товарищества на вере, но и лишены возможности оспаривать соответствующие действия полных товарищей (п. 2 ст. 84 ГК).

В образовании складочного капитала товарищества на вере должны принимать участие как полные товарищи, так и вкладчики (а в учредительном договоре должно содержаться условие о совокупном размере вкладов коммандитистов). Однако соотношение вкладов коммандитистов и полных товарищей закон отдает целиком на усмотрение самих участников. Это означает, что полные товарищи сами определяют в учредительном договоре, какой дополнительный капитал потребуется товариществу от вкладчиков и каково будет количество последних.

В развитых правопорядках континентального права, прежде всего во французском и в германском праве, традиционно допускается разделение капитала, вносимого в коммандиту вкладчиками, на акции, что влечет появление акционерной коммандиты. Такое юридическое лицо в действительности обычно представляет собой небольшое акционерное общество, внутренние взаимоотношения участников которого строятся по модели коммандитного товарищества (поскольку один или несколько акционеров принимают на себя неограниченную ответственность по его долгам, становясь в положение полных товарищей, управляющих всеми делами, а другие автоматически попадают в положение не имеющих права голоса коммандитистов, рискующих лишь своим вкладом). Действующее российское законодательство исключает появление такой «смешанной» организационно-правовой формы (ср. п. 2 и 3 ст. 66 ГК).

В коммандите должен быть по крайней мере один полный товарищ и один вкладчик (абз. 2 п. 1 ст. 86 ГК). Однако такая ситуация может сложиться лишь в результате выбытия из нее других участников. Коммандита, как и полное товарищество, не может быть создана одним участником, ибо ему не с кем будет заключать учредительный договор. В качестве полных товарищей здесь также могут выступать лишь индивидуальные предприниматели или коммерческие организации, а в качестве вкладчиков — любые субъекты гражданского права (за изъятиями, предусмотренными п. 4 ст. 66 ГК).

Обычно речь идет об участии в коммандите в качестве полного товарища общества с ограниченной ответственностью. При этом данное общество может иметь в качестве единственного участника физическое лицо, которое одновременно становится и коммандитистом. В результате такая коммандита, вполне отвечая формальному требованию наличия минимум двух участников, фактически тоже состоит из одного лица, полностью контролирующего ее деятельность. Как товариществу с полной ответственностью хотя бы одного участника такой коммандите предоставляются налоговые и некоторые иные льготы, но по сути такая ответственность отсутствует.

Вместе с тем полным товарищем, причем единственным, в коммандите (как, кстати, и в полном товариществе) может стать юридическое лицо — хозяйственное общество, в том числе и само состоящее из одного лица (причем последнее может одновременно являться и единственным коммандитистом). В такой ситуации, известной западноевропейскому праву, участники юридического лица, ставшего полным товарищем, фактически тоже становятся полными товарищами, управляющими всеми делами товарищества, однако не несут по его долгам неограниченной ответственности (перекладывая ее на созданное ими юридическое лицо — полного товарища). При этом особенно отчетливым становится смысл конструкции юридического лица как ограничения ответственности (или риска) его участников.

Вкладчики коммандиты вправе получить часть прибыли товарищества, приходящейся на их долю (вклад), причем обычно преимущественно перед полными товарищами. Они могут также передать свою долю или ее часть как другому вкладчику, так и не участвующему в товариществе третьему лицу (п. 2 ст. 85 ГК). Для этого не требуется согласия товарищества или полных товарищей, ибо никаких лично-доверительных отношений с участием вкладчиков не возникает. При продаже вкладчиком своей доли (ее части) третьему лицу остальные вкладчики товарищества пользуются правом ее преимущественной покупки (пропорционально размерам их долей в складочном капитале, если иное не установлено учредительным договором товарищества). Вкладчик вправе по своему желанию выйти из товарищества, получив при этом свой вклад (но не долю во всем имуществе товарищества, пропорциональную вкладу). Учредительным договором конкретной коммандиты могут устанавливаться и иные права вкладчиков.

К числу их обязанностей относится прежде всего обязанность по внесению вкладов в складочный капитал, исполнение которой удостоверяется особым «свидетельством об участии», которое и удостоверяет статус вкладчика. Они обязаны также не разглашать ставшую им известной (в частности, после ознакомления с документами товарищества) конфиденциальную информацию о его деятельности (п. 2 ст. 67, п. 2 ст. 85 ГК). Закон не предусматривает возможности исключения вкладчиков из товарищества.

Вкладчики товарищества на вере имеют право на «выход» из товарищества по окончании финансового года и получении своего вклада в порядке, предусмотренном учредительным договором, а также право на передачу доли или части доли в складочном капитале товарищества вкладчику или третьему лицу. Вкладчики товарищества на вере пользуются преимущественным правом покупки доли или ее части перед третьими лицами. Закон регламентирует возможность передачи доли (части доли) вкладчика другому вкладчику или третьему лицу, а не полному товарищу (пп. 4 п. 2 ст. 85 ГК РФ), хотя, на наш взгляд, нельзя исключить возможность передачи доли (части доли) от вкладчика к полному товарищу при единогласном решении других полных товарищей. Единогласное решение в этом случае необходимо, поскольку это влечет за собой изменение долевого участия полных товарищей в складочном капитале

Товарищество на вере ликвидируется по тем же основаниям, что и полное товарищество, а также при выбытии из него всех вкладчиков. В последнем случае оставшиеся полные товарищи вместо ликвидации могут преобразовать его в полное товарищество (п. 1 ст. 86 ГК). При этом вкладчики получают право на возврат своих вкладов хотя и после всех кредиторов, но преимущественно перед полными товарищами (т.е. по сути становятся кредиторами последней очереди, что отличает действующую российскую конструкцию коммандиты от классической), а затем участвуют в распределении остатка имущества наряду с полными товарищами (п. 2 ст. 86 ГК), реализуя свое право на ликвидационную квоту.

Однако товарищество на вере сохраняется, когда в нем остался по крайней мере один полный товарищ и один вкладчик. То есть полное товарищество при наличии одного полного товарища подлежит ликвидации, а товарищество на вере при участии одного полного товарища продолжает свою деятельность, если только в его составе есть хотя бы один вкладчик. Специфическим основанием ликвидации товарищества на вере является выбытие всех участвовавших в нем вкладчиков, поскольку при этом субъектный состав участников товарищества перестаёт соответствовать его форме. Полные товарищи при этом вместо ликвидации вправе преобразовать товарищество на вере в полное товарищество.

 

3. ПРАВО ХОЗЯЙСТВЕННОГО ВЕДЕНИЯ

 

3.1. Понятие, субъект и объект права хозяйственного ведения

 

Вопрос о существе права хозяйственного ведения решен теперь непосредственно в ГК. Статья 216 и гл. 19 ГК относят их к числу ограниченных вещных прав. Следовательно, с одной стороны, ему присущи все признаки вещных прав, а с другой — собственником имущества, переданного на праве хозяйственного ведения, остается передавшее его лицо, как правило, публичный собственник.

В юридической литературе отнесение этих двух прав к разряду вещных иногда подвергается критике. В частности, В.А. Дозорцев утверждает, что, поскольку «собственник может ликвидировать организации, наделенные правом хозяйственного ведения и оперативного управления и таким образом прекратить существование этих прав, их вещная природа исключается»1. На деле, полагает он, эти права представляют собой осуществление права собственности2.

Однако возможность прекращения ограниченного вещного права по воле собственника заложена в самой природе ограниченного права. Например, собственник может требовать прекращения сервитута ввиду отпадения оснований, по которым он был установлен (ст. 276 ГК). Следовательно, и право хозяйственного ведения, и право оперативного управления вполне укладываются в границы вещного права. Более того, суть их адаптации к рыночным условиям как раз и заключалась в придании им формы вещного права.

Если существо этих прав определено непосредственно в ГК, то поиск разумного баланса между правами предприятия (учреждения) и правами собственника на данное имущество продолжается до сих пор.

Не случайно при принятии ГК из названия права «полное хозяйственное ведение» было изъято слово «полное», что означало стремление законодателя сузить границы этого права. Серьезный анализ эффективности работы унитарных предприятий и государственных и муниципальных учреждений содержится в Концепции управления государственным имуществом и приватизации в Российской Федерации, утвержденной постановлением Правительства РФ от 9 сентября 1999 г.1. Результатом этого анализа явилось принятие Правительством РФ и заинтересованными ведомствами целого пакета нормативных актов, направленных на укрепление прав государства как собственника.

Право хозяйственного ведения — это вещное право, которым наделяется государственное или муниципальное унитарное предприятие с целью осуществления собственной предпринимательской деятельности, но с использованием имущества собственника.

Субъектом этого права является государственное или муниципальное унитарное предприятие, которое нужно отличать от государственного или муниципального унитарного предприятия, владеющего имуществом на праве оперативного управления (казенного предприятия). В обоих случаях собственником переданного имущества остается государство (Российская Федерация или его субъект) либо муниципальное образование. Однако круг правомочий обладателя права хозяйственного ведения значительно шире, чем круг правомочий, составляющих право оперативного управления.

Государственное или муниципальное предприятие как субъект права хозяйственного ведения нужно отличать и от юридических лиц, которые наделены этим правом быть не могут. Так, оно не может принадлежать акционерному обществу, в том числе созданному в процессе приватизации2. Сказанное относится к предприятиям, созданным потребительскими обществами и их союзами, к предприятиям, созданным торгово-промышленными палатами, и др. К предприятиям такого рода, созданным до 8 декабря 1994 г., применяются правила п. 5 ст. 6 Вводного закона к части цервой ГК, а именно: до 1 июля 1999 г. они подлежали преобразованию в хозяйственные общества, товарищества или кооперативы либо ликвидации.

До преобразования или ликвидации к ним применяются нормы ГК об унитарных предприятиях, основанных на праве оперативного управления (казенных предприятиях), а собственниками их имущества признаются учредители.

Одно из преимуществ создания унитарного предприятия на праве хозяйственного ведения заключается в возможности снять с собственника бремя расходов по содержанию имущества и, кроме того, получать от его использования прибыль. Унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам самостоятельно и не несет ответственности по долгам собственника (п. 5 ст. 113 ГК). Собственник также не несет ответственности по обязательствам предприятия, за исключением случая, когда собственник или уполномоченный им орган давал обязательные указания, приведшие к банкротству предприятия, или иным образом определял его действия (п. 8 ст. 114, п. 3 ст. 56 ГК).

Недостатки этой формы коммерческой организации выявились в ходе ее применения. Суть их сводится к тому, что реально полномочия по владению, пользованию и распоряжению имуществом унитарного предприятия нередко принадлежат одному лицу — его руководителю (директору). В итоге при недобросовестном подходе руководителя к своим обязанностям значительная часть средств, полагающихся и собственнику, и самому унитарному предприятию, может осесть в фирмах-спутниках, где директор имеет свою «долю». Поэтому Правительство РФ постановлением от 6 декабря 1999 г. «О федеральных государственных предприятиях, основанных на праве хозяйственного ведения»1 значительно сузило круг оснований, по которым предприятие может быть создано либо продолжает существовать в качестве унитарного.

Объектом права хозяйственного ведения служит предприятие как имущественный комплекс (ст. 132 ГК), равно как и отдельные входящие в комплекс виды имущества (здания, сооружения, оборудование и т.п.) при их отчуждении по частям.

3.2. Содержание права хозяйственного ведения

 

Предприятие — обладатель права хозяйственного ведения может владеть, распоряжаться и пользоваться предоставленным ему имуществом по своему усмотрению, но в пределах, определяемых ГК. Эти пределы очерчены в основном ст. 49, 113, 294 и 295.

В ст. 294 и 295 ГК отсутствует содержавшееся ранее в п. 2 ст. 5 Закона о собственности в РСФСР указание на возможность заключения договора между собственником, с одной стороны, и предприятием — с другой, ограничивавшего право предприятия на распоряжение переданным ему имуществом. Следовательно, пределы осуществления права хозяйственного ведения могут быть очерчены только в соответствии с ГК, но не договором с собственником. Условия договоров, заключенных между собственником и предприятием, изменяющие характер и пределы указанных правомочий, являются ничтожными1.

В частности, пределами осуществления права хозяйственного ведения, определенными непосредственно в законе, являются предмет и цели деятельности предприятия (п. 1 ст. 113 ГК). Так, специальный характер правоспособности унитарных предприятий по сравнению с другими коммерческими организациями подчеркивается в ст. 49 ГК. Это означает, что действия предприятия по распоряжению закрепленным за ним имуществом должны быть обусловлены прежде всего задачами его уставной деятельности и целевым назначением имущества. Сделки по отчуждению имущества, совершенные за пределами этих ограничений, ничтожны.

В п. 9 указанного постановления это требование еще более ужесточено. Здесь говорится о том, что сделки предприятия по отчуждению либо по передаче в долгосрочное пользование другим лицам закрепленного за ним имущества, даже получившие одобрение собственника, но приводящие к невозможности использовать его по целевому назначению, должны признаваться недействительными (ст. 168 ГК).

Другим пределом осуществления права хозяйственного ведения являются права собственника на имущество. Они перечислены в п. 1 ст. 295 ГК. За пределами этих прав собственник или управомоченный им орган не наделены правом изымать, передавать в аренду или иным образом распоряжаться имуществом государственного (муниципального) предприятия. Акты государственных органов и органов местного самоуправления, направленные на изъятие такого имущества, должны признаваться недействительными1.

В соответствии с п. 1 ст. 295 ГК собственник осуществляет свои права в соответствии с законом. Поскольку закон о государственных и муниципальных унитарных предприятиях до сих пор не принят, при анализе прав собственника на имущество унитарного предприятия необходимо руководствоваться иными правовыми актами, действующими впредь до его принятия.

Собственник вправе:

а) создавать и ликвидировать предприятие, определять предмет и цели его деятельности. В соответствии с постановлением Правительства РФ от 10 февраля 1994 г. (в редакции постановлений Правительства РФ от 3 февраля 2000 г. и от 16 марта 2000 г.)2 решение о создании и ликвидации федеральных предприятий принимается Правительством РФ на основании совместного представления Министерства имущественных отношений РФ, Министерства экономического развития и торговли РФ и федерального органа исполнительной власти (министерства, ведомства), на который возложена координация и регулирование деятельности в соответствующей отрасли (сфере управления), а в случаях, когда создание федерального предприятия финансируется за счет федерального бюджета, — и по представлению Министерства финансов РФ. Решения о создании и ликвидации унитарных предприятий субъектов РФ и муниципальных унитарных предприятий принимают органы, предусмотренные в ст. 125 ГК.

В процессе создания предприятия собственник одновременно решает вопрос о предмете и целях его деятельности. Но после принятия собственником своего решения этот предел осуществления хозяйственного ведения приобретает уже то самостоятельное значение, о котором говорилось выше;

б) реорганизовывать предприятие. В соответствии с п. 4 постановления Правительства РФ от 10 февраля 1994 г. решения о реорганизации федеральных предприятий, не предусматривающие изменение формы собственности, принимаются Министерством имущественных отношений РФ по согласованию с министерствами, ведомствами РФ, Министерством экономического развития и торговли РФ и Министерством РФ по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства. В то же время в постановлении по одному из дел Президиум ВАС РФ указал, что Госкомимущество РФ осуществлять реорганизацию юридического лица не вправе, так как упомянутым постановлением Правительства РФ принятие решений о создании и ликвидации федеральных предприятий возложено на само Правительство РФ.

Правомочия федеральных органов при преобразовании предприятий в процессе приватизации определяются законодательством о приватизации. Решения о реорганизации унитарных предприятий субъектов РФ и муниципальных унитарных предприятий принимаются в соответствующем порядке;

в) назначать или освобождать от должности директора (руководителя) предприятия. Такое право в отношении руководителей федеральных унитарных предприятий предоставлено федеральным органам исполнительной власти, на которые возложены координация и регулирование деятельности в соответствующей отрасли. Содержание контракта, а также сам порядок его заключения определяются постановлением Правительства РФ от 16 марта 2000 г. «О порядке заключения контрактов и аттестации руководителей федеральных государственных унитарных предприятий»1 и распоряжением Министерства имущественных отношений РФ от 16 февраля 2000 г. № 189-р «Об утверждении Примерного контракта с руководителем государственного унитарного предприятия»2;

г) контролировать использование по назначению и сохранность принадлежащего предприятию имущества. Реализации собственником этого правомочия уделяется повышенное внимание. Принят целый ряд правовых актов, направленных на усиление контроля за деятельностью унитарного предприятия — постановления Правительства РФ: от 3 февраля 2000 г. «Об усилении контроля за деятельностью федеральных, государственных унитарных предприятий и управлением находящимися в федеральной собственности акциями открытых акционерных обществ»1, от 4 октября 1999 г. «Об утверждении порядка отчетности руководителей федеральных государственных унитарных предприятий и представителей Российской Федерации в органах управления открытых акционерных обществ»2, от 11 января 2000 г. «О реестре показателей эффективности деятельности федеральных государственных унитарных предприятий и открытых акционерных обществ, акции которых находятся в федеральной собственности»3, от 29 января 2000 г. «Об аудиторских проверках государственных унитарных предприятий»4;

д) получать часть прибыли от использования имущества, находящегося в хозяйственном ведении предприятия. Несмотря на то, что данное правомочие было закреплено за собственником ещё в ст. 5 Закона о собственности в РСФСР, на практике собственник никогда им не пользовался. Лишь после того, как в Концепции в числе прочих результатов неэффективной деятельности унитарных предприятий было названо и это обстоятельство, постановлением Правительства РФ от 3 февраля 2000 г. на федеральные органы исполнительной власти, осуществляющие координацию и регулирование деятельности в соответствующих отраслях (министерства и ведомства), была возложена обязанность по определению доли прибыли унитарных предприятий, подлежащей перечислению в бюджет.

Появилось соответствующее положение об этом и в Примерном уставе федерального государственного унитарного предприятия, утвержденном распоряжением Министерства имущественных отношений РФ от 16 февраля 2000 г. № 188-р5. Однако до реального воплощения в жизнь этих положений еще достаточно далеко.

В п. 2 ст. 295 ГК содержится еще один предел осуществления предприятием права хозяйственного ведения. Оно не вправе распоряжаться недвижимым имуществом (сдавать в аренду, продавать, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственных обществ и товариществ и т.п.), не получив на это согласия собственника.

В отношении федеральных предприятий правом давать такое согласие наделены Министерство имущественных отношений РФ и его территориальные органы (п. 38 Примерного устава федерального государственного унитарного предприятия). Они же дают согласие в случае создания федеральным предприятием дочернего предприятия (п. 7 ст. 114 ГК).

Собственник имущества субъекта РФ или муниципального образования наделяет указанными полномочиями соответствующие органы самостоятельно.

Остальным, т.е. движимым имуществом, предприятие вправе распоряжаться самостоятельно, если иное не предусмотрено законами или иными правовыми актами. Следовательно, иными правовыми актами может быть ограничено только право предприятия распоряжаться движимым имуществом, пределы же распоряжения недвижимостью очерчены для него непосредственно в законе. Другой позиции придерживается Е.А. Суханов, полагающий, что иными правовыми актами могут быть ограничены права унитарных предприятий и на недвижимое имущество1.

Право хозяйственного ведения возникает и прекращается с учетом правил, закрепленных в ст. 299 и 300 ГК. После 31 января 1998 г. — момента вступления в силу Закона о регистрации прав на недвижимость — унитарное предприятие обязано зарегистрировать свое вещное право на предприятие как имущественный комплекс в учреждении юстиции по регистрации прав на недвижимость (ст. 131 и 132 ГК, ст. 2 и 4 указанного Закона), а также постановление Правительства РФ от 18 августа 2000 г. «Вопросы государственной регистрации на недвижимое имущество, находящееся в федеральной собственности»2.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

 

  1. Конституция Российской Федерации. – М., 1995.
  2. Гражданский Кодекс РФ. Ч. 1 от 30 ноября 1994 г.// СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.
  3. Гражданский кодекс РФ. Ч. 2 от 26 января 1996 г.// СЗ РФ. 1996. № 5. Ст. 410.
  4. Гражданский процессуальный кодекс РФ от 14 ноября 2002 г. N 138-ФЗ: Принят 23 окт. 2003 г.// Российская газета. 2003. 16 ноября 2003 г
  5. Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1961 г., ГК РСФСР 1964 г.
  6. О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской: Федерации: Федеральный закон от 21 октября 1994 г. // СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3302
  7. О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации: постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 г. № 6/8 // Вестник ВАС. 1996. № 9.
  8. Концепция управления государственным имуществом и приватизации в Российской Федерации: утверждена постановлением Правительства РФ от 9 сентября 1999 г. // СЗ РФ. 1999. №39. Ст. 4626.
  9. Постановление Правительство РФ от 6 декабря 1999 г. «О федеральных государственных предприятиях, основанных на праве хозяйственного ведения» // СЗ РФ. 1999. № 50. Ст. 6230.
  10. Постановление Правительства РФ от 10 февраля 1994 г. (в редакции постановлений Правительства РФ от 3 февраля 2000 г. и от 16 марта 2000 г.) // САПП РФ. 1994. № 8. Ст. 593; 2000. № 6. Ст. 777; № 13- Ст. 1373.
    1. Постановление Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 1 июля 1996 г. №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»
    2. Постановление Правительства РФ от 16 марта 2000 г. «О порядке заключения контрактов и аттестации руководителей федеральных государственных унитарных предприятий» // СЗ РФ. 2000. № 13. Ст. 1373
    3. Постановление Правительства РФ: от 3 февраля 2000 г. «Об усилении контроля за деятельностью федеральных, государственных унитарных предприятий и управлением находящимися в федеральной собственности акциями открытых акционерных обществ» // СЗ РФ. 2000. № 6. Ст. 777.
    4. Постановление Правительства РФ от 4 октября 1999 г. «Об утверждении порядка отчетности руководителей федеральных государственных унитарных предприятий и представителей Российской Федерации в органах управления открытых акционерных обществ» // СЗ РФ. 1999. № 42. Ст. 5034.
    5. Постановление Правительства РФ от 11 января 2000 г. «О реестре показателей эффективности деятельности федеральных государственных унитарных предприятий и открытых акционерных обществ, акции которых находятся в федеральной собственности» // СЗ РФ. 2000. № 3. Ст. 274.
    6. Постановление Правительства РФ от 29 января 2000 г. «Об аудиторских проверках государственных унитарных предприятий»// СЗ РФ. 2000. № 6. Ст. 763.
    7. Приложение к Информационному письму ВАС РФ от 28 апреля 1997 г. № 13 «Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав») // Вестник ВАС РФ. 1997. № 7.
    8. Приложение к Информационному письму Президиума ВАС РФ от 21 апреля 1998 г. № 33 «Обзор практики разрешения споров по сделкам, связанным с размещением и обращением акций» / / Вестник ВАС РФ. 1998. № 6.
    9. Примерный устав федерального государственного унитарного предприятия, утвержденном распоряжением Министерства имущественных отношений РФ от 16 февраля 2000 г. № 188-р // БНАРФ. 2000. №11.
    10. Распоряжение Министерства имущественных отношений РФ от 16 февраля 2000 г. № 189-р «Об утверждении Примерного контракта с руководителем государственного унитарного предприятия» // Российская газета. 2000. 29 марта.
    11. Белов В.А., Пестерева Е.В. Хозяйственные общества. М., 2002.
    12. Гражданское право России / Под ред. О.Н. Садикова.-М.: Юристъ, 2003.
    13. Гражданское право: В 2 т. Т. I. / Под ред. Б.А. Суханова. М., 2004.
  1. Гражданское право: учеб. В 3 т. Т. 1 / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 2004.
    1. Дозорцев ВЛ. Принципиальные черты права собственности в Гражданском кодексе // Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика. Сборник памяти С.А. Хохлова / Отв. ред. А.Л. Маковский. М., 1998.
    2. Кашинина Т.В. Хозяйственные товарищества и общества: правовое регулирование внутрифирменной деятельности: Учебник для вузов. М., 1995.
    3. Козлова Н.В. Учредительный договор о создании коммерческих обществ и товариществ. М., 1994.
    4. Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. 1. Введение. Торговые деятели. (Серия «Классика российской цивилистики»). М., 2003.
    5. Шершеневич Г.Ф. Учебник торгового права (по изд. 1907 г.) М., 2000.
<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 1.02MB/0.00048 sec

WordPress: 22.86MB | MySQL:121 | 1,628sec