Понятие и криминологическая характеристика воинской преступности

<

050114 2346 1 Понятие и криминологическая характеристика воинской  преступности Армия — понятие многозначное и не очень определенное. В данном случае под ней понимаются различные войска, предназначенные для защиты страны. По советскому законодательству эту задачу выполняли Вооруженные Силы СССР, в которые включались все их виды (сухопутные, военно-морские и т.п.), а также пограничные, внутренние и другие войска. По российскому законодательству к Вооруженным Силам Российской Федерации относятся только их виды. Другие войска и воинские формирования (пограничные, внутренние, службы безопасности, правительственной связи, железнодорожные, гражданской обороны и иные) имеют самостоятельный статус. Но их личный состав (солдаты, матросы, сержанты, старшины, прапорщики, мичманы и офицеры), как и в Вооруженных Силах Российской Федерации, проходит военную службу по контракту или по призыву. Вооруженные Силы Российской Федерации, другие войска и воинские формирования, где военнослужащие проходят военную службу, условно и обобщенно называются армией или войсками.

В войсках на должностях вольнонаемных рабочих и служащих находятся также гражданские лица, процент которых может быть значительным. Под преступностью в армии подразумевается совершение преступлений только военнослужащими, а также приравненными к ним по статусу и уголовной ответственности военными строителями и гражданами, пребывающими в запасе, во время прохождения ими военных сборов.1

Краткий перечень видов Вооруженных Сил, других войск и воинских формирований, а также различных категорий военнослужащих и приравненных к ним лиц показывает, что преступность в армии может представлять собой очень сложную совокупность противоправных действий. Она неоднородна и неодинакова по характеру, уровню и структуре применительно к различным войскам и разным категориям военнослужащих в широком понимании этого слова.

Преступность в стране и преступность в армии по этим основным тенденциям и закономерностям более или менее соотносимы, так как военнослужащие являются неотъемлемой частью народа, а армия — специфической структурой общества и государства, хотя и со своими социальными, демографическими, организационными, управленческими и юридическими особенностями, которые негативно или позитивно отражаются как на самой преступности военнослужащих, так и на ее причинах.1

Важной и криминологически значимой особенностью преступности в армии является то, что военнослужащие в силу выполнения специфических задач по охране и обороне страны несут уголовную ответственность не только за общеуголовные деяния, как все граждане страны, но и за воинские преступления, которые в Уголовном кодексе Российской Федерации 1996 г. названы преступлениями против военной службы.

Обобщенные статистические показатели о преступности военнослужащих и в настоящее время, когда по Закону «О государственной тайне» 1993 г.2 сведения о преступности не могут быть засекреченными, остаются в основе своей закрытыми и не включаются в общие данные о преступности в стране, а учитываются лишь Главной военной прокуратурой, Министерством обороны, пограничной службой Федеральной Службой Безопасности, командованием внутренними войсками Министерства Внутренних дел и т.д.

Удельный вес преступлений всех военнослужащих в структуре преступности в стране невелик. Если приплюсовать сведения о них к общему числу учтенной преступности в стране и вычислить долю преступности в войсках, то она, поданным 2008 г., составит около 0,5%. Этот показатель не был постоянным. В структуре союзной преступности в середине 50-х гг. он приближался к 5%, в начале 80-х гг. — к 1,5%, а в России в последний год действия Уголовный Кодекс 1960 г. (1996 г.) эта доля составляла 1,2%. Величина этого показателя зависит не только от уровня преступности военнослужащих, но и от общего числа преступлений в гражданском обществе, количества личного состава в войсках, полноты учета уголовно наказуемых деяний в стране и в армии. В данном случае существенное снижение в последние годы удельного веса преступлений военнослужащих в структуре всей преступности в стране до 0,7% связано с ростом преступности в стране на 16,3% и снижением преступности в войсках на 13,1%. Общее число зарегистрирОванных преступлений военнослужащих остается относительно высоким — около 21 тыс. деяний. 1

В связи с волюнтаристским подходом к борьбе с преступностью в СССР, руководство которого ставило перед правоохранительными органами объективно невыполнимые задачи ее полного искоренения, стало широко распространяться укрывательство преступлений от учета. Наибольшее распространение оно получило в войсках, командование которых, во-первых, было органом дознания, во-вторых, было обязано сообщать военному прокурору о совершенных подчиненными преступлениях, в-третьих, несло строгую ответственность за преступления в своей части, а в-четвертых, имело большие фактические полномочия в сфере уголовного процесса (военнослужащего, совершившего воинское преступление, нельзя было привлечь к уголовной ответственности без согласия соответствующих начальников; почти по половине составов воинских преступлений командир единолично решал, привлечь ли виновного к уголовной или дисциплинарной ответственности; многие составы воинских преступлений были формальными, а диспозиции статей — бланкетными и неопределенными, позволяющими командиру принимать любые решения).2

Перечисленные коллизии, как правило, решались не в пользу укрепления воинской дисциплины: командир (начальник) доминировал над законом, фактическая преступность росла, а регистрируемая сокращалась или увеличивалась малыми темпами.

Новое российское военное законодательство и Уголовный кодекс 1996 г. устранили многие прежние коллизии, но привычная практика укрывательства преступлений и «регулирования» их уровня осталась непреодоленной. Уровень преступности в войсках по коэффициенту в расчете на 100 тыс. человек личного состава обычно вдвое выше коэффициента преступности в гражданском обществе. Это обусловлено рядом специфически воинских криминогенных обстоятельств.

При оценке характеристики преступности военнослужащих надо иметь в виду криминологически значимые половозрастные демографические данные личного состава армии, специфику учета преступлений, своеобразные условия жизни, быта и деятельности военнослужащих, наличие опасных ситуаций, которые предъявляют особые требования к физическому и психическому здоровью военнослужащих. 1

Тем не менее, при учете имеющихся различий в преступности в стране и в армии основные тенденции динамики преступлений в войсках по своей направленности практически совпадают с динамикой преступности в стране. Разница заключается лишь в несколько меньших темпах прироста регистрируемой преступности военнослужащих, главным образом в связи с «регулированием» ее уровня командованием и в силу других причин. В динамике преступности военнослужащих имелись и другие особенности, которых не было в динамике преступности в целом по стране.2

Военнослужащие, составляя около 1—1,5% в структуре населения страны, но призванные из всех социальных слоев и групп населения, достаточно репрезентативно отражают территориальное, социальное, культурное многообразие страны, общества, народа.

Этот вывод является ключевым для понимания основных закономерностей и тенденций преступности в войсках, ее важнейших и определяющих причин, а также стратегических направлений борьбы с преступностью военнослужащих. Все военно-криминологические проблемы могут успешно анализироваться и решаться лишь в тесной связи с общими социальными, экономическими, организационными, духовными и криминологическими процессами в стране. Попытки радикально решить военно-криминологические проблемы в отрыве от общегосударственных за советскую историю предпринимались неоднократно, но реального, а не «бумажного» успеха не имели.

Преступность военнослужащих обычно делится на две большие группы: общеуголовные преступления и воинские. В этой связи структура преступности военнослужащих специфична. И эта специфика связана главным образом с наличием воинских преступлений, которых нет в гражданском обществе.

Удельный вес воинских преступлений в структуре преступности в войсках не был постоянным и колебался в пределах 50—70%. По данным 2008 г., удельный вес воинских преступлений в российской армии составлял 50%, а во всех воинских формированиях — 48%.

Внутри воинских преступлений наибольшее распространение (иногда до 70%) традиционно имели уклонения от военной службы (самовольные отлучки, самовольное оставление части, дезертирство и членовредительство).

Второе место по распространенности занимали преступления против порядка подчиненности и уставных отношений (неисполнение приказа, сопротивление начальнику или принуждение его к нарушению служебных обязанностей, насильственные действия в отношении начальника, оскорбления, неуставные отношения между военнослужащими, получившие название «дедовщина»). В настоящее время они составляют около 8,5%.1

Далее шли преступления, связанные с эксплуатацией военной техники (автобронетехники, самолетов, кораблей), преступления против порядка несения боевого дежурства, пограничной, караульной и внутренней служб и др.

Воинские преступления в Уголовном кодексе Российской Федерации 1996 г. (гл. 33) названы преступлениями против военной службы, где некоторые прежние составы (самовольная отлучка и др.) были декриминализированы, а оставшиеся уточнены, конкретизированы и дифференцированы. Тем не менее, доля уклонений от военной службы в структуре воинских преступлений не изменилась и составляет 71%. Общая же структура рассматриваемых деяний в основе своей сохранилась. При этом надо учитывать, что некоторые деяния (должностные преступления и др.) квалифицируются теперь по общим составам соответствующих глав Уголовного кодекса 1996 г.

Вторую часть преступности военнослужащих составляют общеуголовные деяния. Их удельный вес в 1996 г. составлял 35%, а в 2003 г. — 50—52%, в 2008 г. – примерно 47%. В их структуре наибольшее распространение имеют преступления против различных видов собственности (около 60%), против личности, общественного порядка, общественной безопасности и др. Удельный вес отдельных видов общеуголовных деяний, совершенных военнослужащими, несколько ниже аналогичных показателей по стране. Например, доля хулиганства среди военнослужащих ниже, чем среди гражданских лиц. Однако если к хулиганским действиям военнослужащих приплюсовать преступления против порядка подчинености, совершаемые по хулиганским мотивам, то указанные различия практически нивелируются. Аналогичные соотношения имеются и по другим видам мотивации, которые в данном случае более объективно свидетельствуют о криминальных тенденциях в стране и в армии. Эти данные также подтверждают наличие глубоких взаимосвязей между преступностью в стране и в войсках. 1

 

 

 

 

 

 

2. Специфика детерминации причинности

 

Криминологический анализ уголовно наказуемых деяний в армии и сопоставление полученных данных с аналогичными сведениями о преступности в стране позволяет сделать важный вывод: основные причины преступлений в войсках не имеют существенных отличий от общих причин преступности в стране. Имеющиеся особенности заключены не столько в их содержании, сколько в своеобразном преломлении общих причин через специфические условия жизни, быта и деятельности военнослужащих, а также в конкретных обстоятельствах, способствующих совершению преступлений в воинских частях и подразделениях. 1

В реальной жизни и деятельности военнослужащих общие и специфические криминогенные явления и процессы тесно связаны между собой. В учебных и практических целях всю совокупность причин и условий, порождающих преступность в армии, целесообразно разделить на три основные группы:

  • общие причины преступности, реализуемые через условия жизни, воспитания, учебы, работы правонарушителей до поступления (призыва) на военную службу;
  • общие причины преступности, специфично преломляющиеся через армейские условия жизни, быта и деятельности;
  • сугубо воинские причины и условия, способствующие совершению преступлений военнослужащими.2

    В первую группу следует отнести всю совокупность причин преступности. В армейских условиях эти причины реализуются в преступном поведении военнослужащих через сформированные у них до службы в армии криминогенные качества личности. А поскольку в современных условиях основная масса военнослужащих приходит в армию по весеннему и осеннему призывам, в связи с чем около половины и более личного состава ежегодно обновляется, то в армейскую среду систематически привносятся антисоциальные взгляды, привычки, традиции, которыми обременена значительная часть не только призывников, но и контрактников.

    Неблагоприятные условия нравственного формирования личности военнослужащих до их поступления на военную службу довлеют в их сознании не только как «груз» прошлого и пережитого. Некоторые из обстоятельств доармейской жизни через массу видимых и невидимых связей продолжают оказывать свое криминогенное влияние и во время службы. Это стало особенно очевидно в последние годы, когда страна оказалась в глубоком экономическом, политическом и духовном кризисе. 1

    В процессе исторически необходимой демилитаризации общества и государства были разрушены и многие позитивные элементы подготовки молодежи к сохраняющейся обязательной военной службе, распалась система героико-патриотического воспитания молодежи, многие средства массовой информации не жалеют усилий для полного пересмотра и искажения военной истории страны, для очернительства армии, ценностей военной службы.

    Рассматриваемая группа причин существенна в генезисе преступности военнослужащих. Более того, эти причины, как правило, нельзя устранить силами воинских должностных лиц. Они могут быть лишь частично ослаблены или нейтрализованы мерами организационного, воспитательного или дисциплинарного характера.

    Вторая группа причин связана со специфическим действием общих причин преступности в своеобразных условиях жизни, быта, досуга и деятельности военнослужащих. Общие причины преступности своеобразно реализуются в условиях армии: одни из них ослабляются или нейтрализуются в воинских условиях, другие усиливаются. К числу факторов, которые ослабляют действие общих причин, следует отнести:

  • систему воинского, правового и нравственного воспитания, которая хорошо или плохо, но функционирует в войсках;
    <

    – воинскую организацию жизни, быта, досуга и деятельности солдат и сержантов;

  • уставный контроль за деятельностью и поведением военнослужащих;
  • обеспеченность военнослужащих предметами первой необходимости и т.д.1

    Перечень таких обстоятельств можно было бы продолжить. Их реализация в войсках нормативно предписана. Однако эти предписания в различных частях и подразделениях выполняются далеко не одинаково, а нередко плохо. Поэтому оценка антикриминогенной роли указанных факторов должна быть конкретной. Ее нельзя преувеличивать, но и нельзя не учитывать при анализе механизма действия общих причин преступности в войсках.

    Наряду с позитивными факторами следует указать на такие особенности военной службы, которые усиливают действие общих причин преступности:

  • в армии сосредоточена молодежь в возрасте 18—25 лет, которой свойственна более высокая преступная активность;
  • военную службу проходят главным образом мужчины, коэффициент поражаемостью преступностью которых в 6—8 раз выше, чем женщин;
  • необходимость отсрочек от военной службы студентам высших и некоторых средних учебных заведений существенно снижает среднестатистический образовательный, а часто и нравственно-правовой уровень военнослужащих рядового состава по сравнению с аналогичным уровнем данных показателей в гражданском обществе, что повышает вероятность преступного поведения в среде военнослужащих;
  • военнослужащие, проходящие службу по призыву при экстерриториальном комплектовании войск, оказываются оторванными от своих близких, от привычных условий жизни, труда, отдыха, что часто служит социально-психологической основой криминальных мотиваций;
  • поведение военнослужащих, их жизнь, быт, отдых максимально регламентированы, что порождает дополнительную внутреннюю напряженность, которая нередко разрешается путем совершения противоправных поступков;
  • сфера действия уголовного права в армии намного шире, так как военнослужащие несут ответственность не только за общеуголовные, но и за воинские преступления, удельный вес которых в зарегистрированных преступлениях в армии составляет около 50%.1

    Третья группа причин и условий представляет собой конкретные недостатки в управленческой, организационной, дисциплинарной и воспитательной деятельности командиров и начальников. Высокая криминогенность отдельных недостатков, отступлений, упущений, промахов и особенно злоупотреблений в любой сфере военной службы обусловлена тем, что вся жизнь, деятельность, быт и отдых военнослужащих строго регламентированы законами, уставами, наставлениями, инструкциями, приказами и приказаниями полномочных начальников.

    Преступному поведению военнослужащих способствуют следующие недостатки: аморальное и неправомерное поведение командиров и начальников на службе и в быту; их стремление поддерживать воинскую дисциплину лишь силой и запретительством; ненормальные взаимоотношения в воинском коллективе; слабая борьба с пьянством военнослужащих и потреблением наркотиков; безразличное отношение начальников к нуждам и запросам подчиненных; бесконтрольность; бесхозяйственность; безнаказанность; укрывательство преступлений; бытовая неустроенность; пробелы в организации службы войск, досуга и отдыха военнослужащих и др.

    Реальная взаимосвязь между причинами преступности первой, второй и третьей групп довольно сложная.

    Социально-экономические условия жизни в последние годы существенно влияют на мотивацию поведения вообще и преступного в частности, как в стране, так и в армии. Радикальные экономические преобразования, становление рыночной экономики с ее позитивными и негативными последствиями (среди последних особое значение имеют экономическое расслоение, безработица, инфляция, обнищание) по-разному, и главным образом отрицательно отразились на преступности военнослужащих.

    Социально-экономические процессы прямо или косвенно обусловливают действие других причин преступности, в том числе и сугубо воинской. С этим фактором связано не только обеспечение рациональных условий жизни, быта и деятельности военнослужащих, но и их обучение и воспитание. Даже эффективность работы органов военной юстиции в конечном счете предопределяется наличными материальными и финансовыми возможностями общества.

    Культурологические причины преступности в стране заметно усиливаются недостаточной социальной зрелостью молодежи, особенно той ее части, которая оказалась неспособной (или не имеющей возможности) продолжить или получить необходимое образование или достойную работу. По данным прошлых лет известно, что интенсивность преступности среди школьников, учащихся профессионально-технических училищ, не работающих и нигде не учащихся подростков соответственно соотносилась как 1:7:40. В последние годы этот разрыв увеличивается. А именно две последние категории подростков ныне и составляют основную массу призывников и даже контрактников. 1

    Социально-психологические причины в армейских условиях также имеют свои особенности. На взгляды и поведение людей большое влияние, особенно в казарменных условиях, где сосредоточен молодежный мужской контингент, оказывают групповое мнение, внушение, подражание, конформизм, мода и другие социально-психологические факторы. Их воздействие на военнослужащих срочной службы может быть как положительным, так и криминогенным. Распространению антиобщественных взглядов они способствуют тогда, когда в референтных группах доминирует мнение военнослужащих, ранее судимых, склонных к пьянству, недисциплинированности и распущенности. В некоторых подразделениях, особенно в военно-строительных частях, доля ранее судимых доходит до одной трети или половины личного состава.

    Структурирование личности преступника — проблема сложная. Применительно к военнослужащим целесообразно остановиться на трех составляющих характеристики их личности:

  1. социально-демографической;
  2. социально-психологической;
  3. психофизиологической.

    Они определяют содержательную и динамическую сторону личности преступника и его преступного поведения.

    Социально-демографическая характеристика включает пол, возраст, образование, социальное и семейное положение, основание поступления на военную службу (по призыву или контракту), год и место службы; судимость и другие показатели.

    О половозрастных особенностях преступников из числа военнослужащих уже говорилось. Высокая поражаемость преступностью мужчин, особенно молодого возраста, — общая закономерность, характерная не только для нашей страны, но и для мира в целом.

    Применительно к войскам эта закономерность является определяющей. В криминологическом плане важны не биологические различия полов, а психологические и социальные, которые базируются на природных предпосылках и исторически сложившихся традициях социализации мужчин и женщин в сферах труда, быта, досуга, ролевого поведения и т.п.

    Объяснение возрастной криминогенности также заключено в социальных особенностях переходного периода от подростка к юноше и взрослому мужчине, в недостаточной социализации некоторых лиц молодого возраста. Чем сложнее ситуация, складывающаяся во время службы в армии для того или иного военнослужащего, и чем меньше он подготовлен для ее правомерного решения, тем больше вероятность отступления от требований закона. 1

    Уровень образования преступников из числа военнослужащих, по усредненным данным, как правило, ниже уровня образования всего населения аналогичного возраста. Этот сдвиг, как уже говорилось, связан с существующим порядком комплектования войск.

    При более дифференцированном подходе наблюдается различная взаимосвязь преступлений с уровнем образования и культуры их субъектов. Преступления, характеризуемые элементами грубой силы, жестокости, примитивности (убийства, изнасилования, хулиганство, дезертирство и др.), как правило, совершаются военнослужащими с низким образованием; должностные преступления, хищения, злоупотребления служебным положением — лицами с относительно высоким образованием; ряд преступлений вообще не имеет устойчивых связей с уровнем образования.

    Неосторожные преступления в структуре преступности всех военнослужащих занимают последнее место после насильственных, корыстных преступлений, уклонения от военной службы; у офицеров — второе после корыстных; у младших офицеров — первое. Последний показатель свидетельствует о небрежном управлении подчиненными со стороны младших офицеров, не всегда готовых к этой деятельности.

    Определенные статистические отклонения от средних показателей правопослушных военнослужащих наблюдаются у преступников и по другим социально-демографическим признакам: социальному, семейному и материальному положению, роду занятий до службы в армии, принадлежности к городскому или сельскому населению, судимости и т.д. По выборочным данным прошлых лет, например, удельный вес ранее судимых в структуре преступников в 10 раз больше, чем в контрольной группе военнослужащих; отрицательно характеризующихся во время прохождения военной службы — в 5 раз; наказанных в административном порядке до службы в армии — в 4 раза; призванных на военную службу позже своих сверстников — в 2 раза. По данным 1998—99 гг., удельный вес ранее совершавшихся преступлений в общем числе лиц, привлеченных к уголовной ответственности, составляет около 7%.

    Социально-психологическая характеристика личности преступника раскрывает ее внутреннее содержание: ее отношение к общественному и воинскому долгу, труду, воинской службе, правопорядку, обязанностям, людям, к самому себе и другим социальным ценностям; основные социальные ориентации, потребности, интересы, взгляды, убеждения, привычки, лежащие в основе мотивов преступного поведения.

    Ядром внутренней структуры личности, интегрирующим ее активность, основные потребности и их отношения, является мотивационная сфера. В ней сосредоточены актуальные и потенциальные, осознаваемые и подсознательные, витальные (естественные, биологические) и культурные, материальные и духовные побуждения, т.е. все то, что желает субъект как в настоящее время и в ближайшем будущем, так и в плане отдаленных перспектив. Каким будет социальное содержание доминирующих побуждений в мотивационной сфере человека, такой в основе своей будет и социальная направленность поведения личности. 1

    Для выявления криминологически значимых особенностей, свойственных социально-психологической характеристике личности преступников из числа военнослужащих, можно проанализировать их мотивационную сферу по:

  4. широте личностных отношений, связей и побуждений;
  5. их иерархии;
  6. общей структуре и социальному содержанию.

    По широте личностных отношений, связей и побуждений мотивационная сфера преступников по сравнению с правопослушными военнослужащими на статистическом уровне анализа является более узкой и интеллектуально бедной. У значительного числа преступников вообще отсутствуют либо находятся в зачаточном состоянии культурные и духовные потребности: образовательные, познавательные, творческие и т.д.

    Мотивационная сфера преступников тяготеет к потребностям материального и биологического характера. Данные отклонения не абсолютны. Сдвиг в сторону витальных и материальных потребностей наблюдается и у правопослушных военнослужащих, но у них данные отклонения не носят системного характера. Тем не менее «окорыствование» отношений молодежи, в том числе и военнослужащих, в годы ущербных рыночных реформ — очень существенная мотивация преступного поведения.

    Большинству солдат, совершивших преступления, свойственна невысокая степень иерархии побуждений. У каждого второго из их числа отсутствуют устойчивые связи и отношения. Доминирующие побуждения у них чаще всего имеют ситуационную обусловленность.

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    3. Основные направления предупреждения преступлений в войсках

     

    Система и содержание основных направлений профилактической работы в войсках должны соответствовать структуре и содержанию причин преступности среди военнослужащих. Исходя из этого принципа, можно выделить четыре основных направления в этой сфере профилактики: социально-экономическое, воспитательное, организационно-управленческое и уголовно-правовое. Некоторые из этих направлений реализуются на общесоциальном уровне, другие — на общесоциальном и специально-криминологическом, третьи — только на специально-криминологическом. 1

    Социально-экономические меры реализуются главным образом на общегосударственном, общесоциальном уровне. Вооруженные Силы, другие войска и воинские формирования обычно лишь используют социально-экономические возможности государства для устранения или минимизации соответствующих причин преступности военнослужащих, для улучшения их жизни, деятельности, воспитания, быта, отдыха. Рассматриваемые меры не имеют в войсках особой специфики.

    050114 2346 2 Понятие и криминологическая характеристика воинской  преступностиРеальное улучшение жизнедеятельности войск связано с освобождением их от не свойственных им функций, с профессионализацией армии, с определением ее места в государственной структуре, с коренным улучшением социального и материального положения военнослужащих.

    Меры воспитательного характера представляют собой весь арсенал средств и способов воздействия на сознание человека при строгом соблюдении его конституционных прав и свобод.

    Основа воспитания личного состава в целях предупреждения преступлений и фоновых правонарушений состоит в формировании социально полезных интересов и потребностей у военнослужащих, предоставлении им возможностей для их удовлетворения, оказании оступившемуся педагогической, психологической и социальной помощи. Этот путь является оперативным и перспективным. Оперативным — потому что его реализация возможна в любых условиях жизни и деятельности военнослужащего; а перспективным — потому что только позитивная корректировка социальной направленности личности может считаться надежной гарантией нравственного, правового и воинского воспитания. Надо дать возможность военнослужащим готовить себя к будущей гражданской жизни путем получения необходимого образования, профессии, творческих, культурных, спортивных, технических навыков.

    Командиры и начальники, формируя у подчиненных полезные потребности и интересы, приобщая их к профессии, знаниям, культуре, могут способствовать изменению социальной направленности военнослужащих и вытеснению криминальных побуждений.

    Важной мерой воспитательного воздействия на подчиненных является личный пример командиров и начальников в строжайшем соблюдении действующего законодательства. Поэтому укрепление дисциплины и предупреждение преступлений должны сочетаться с решительной борьбой с аморальным и противоправным поведением воинских должностных лиц. 1

    Существенная роль в предупреждении преступного поведения военнослужащих принадлежит организационно-управленческим мерам.

    Строгое соблюдение уставных требований в жизни и деятельности частей и подразделений — важнейшая организационная мера по предупреждению правонарушений среди военнослужащих. Добиться организованности, дисциплины и порядка нельзя лобовыми методами. Это достигается организацией порядка всюду, где живут и действуют военнослужащие. Борясь за укрепление воинской дисциплины, командир должен действовать только по закону и уставу. Особо следует указать на необходимость строгого соблюдения правового положения военнослужащих, проявления постоянной заботы об их здоровье, питании, материально-бытовых условиях жизни, изучения и удовлетворения их правомерных нужд и потребностей, защиты от дедовщины и обеспечения уголовной ответственности виновных.

    Вооруженные Силы Российской Федерации и другие войска в России стали формироваться после 1991 г. В последующие годы были приняты, а затем дополнены и изменены Законы «Об обороне», «О статусе военнослужащих», «О воинской обязанности и военной службе», на основе которых были разработаны и утверждены общевоинские уставы (Устав внутренней службы, Дисциплинарный устав, Устав гарнизонной и караульной службы).

    Действующее военное законодательство определяет более демократические условия прохождения военной службы офицерами, прапорщиками, сержантами и солдатами; полнее защищает их законные права и интересы; устанавливает цивилизованные формы социального контроля за их служебной деятельностью и повседневным поведением. Перечисленные установления, с одной стороны, создают лучшие условия для профилактической работы, а с другой — усложняют привычную практику дисциплинированных подчиненных, так как сужают дискреционные полномочия командиров и начальников и требуют от них строгого соблюдения прав и свобод подчиненных. 1

    Элементами современного социального контроля в армейских условиях могут быть:

  • научно обоснованные и отвечающие международным стандартам правовые нормы, изложенные в законах, уставах, наставлениях, положениях и приказах начальников (нормативный элемент);
  • реальный уровень контроля за соблюдением военнослужащими этих норм со стороны командиров (начальников) и применяемая ими практика стимулирования и принуждения к выполнению действующего военного законодательства (организационный элемент);
  • общественное мнение, ожидания, оценки и суждения о соблюдении действующих норм, формируемые в воинских коллективах (социально-психологический элемент);
  • индивидуальное отношение военнослужащих к правовому и противоправному поведению (психологический элемент).

    Системное использование этих элементов социального контроля в укреплении воинской дисциплины помогает решить многие профилактические задачи.

    Важной организационно-управленческой мерой предупреждения преступлений является последовательное проведение в жизнь принципа неотвратимости ответственности за совершенные правонарушения, а тем более преступления. Безнаказанность может быть результатом:

  • бесконтрольности военнослужащих, в связи с чем случаи нарушения воинской дисциплины остаются не известными командованию, а потому безнаказанными;
  • попустительства и халатности командиров и начальников, которые не принимают необходимых мер к нарушителям воинской дисциплины;
  • злоупотребления командируй начальников, которые по различным причинам (часто из карьеристских побуждений) скрывают проступки своих подчиненных. 1

    Безнаказанность за прогулки открывает путь к более опасным и уголовно наказуемым деяниям. Речь идет не о строгих или жестоких наказаниях. Важна реальная и адекватная реакция на противоправное поведение военнослужащего.

    Особое место в предупреждении преступлений в воинских частях и подразделениях принадлежит к уголовно-правовым мерам.

    За совершение преступлений виновные должны нести личную уголовную ответственность. Так нельзя перекладывать на командиров и начальников, провоцируя укрывательству преступлений. Командир должен нести ответственность за прямые упущения по службе, которые реально способствовали совершению преступных деяний подчиненными, но при условии, если будет доказана, а не презюмирована (по принципу «командир за все в ответе») его личная вина. И эта ответственность должна быть соизмерима с его объективными и субъективными возможностями. В противном случае очковтирательство никогда не будет изжито, военнослужащие рядового и сержантского состава никогда не приобретут чувства личной ответственности за свое поведение.

    Эффективность предупреждения новых преступлений с помощью уголовно-правовых средств зависит от содержания уголовных законов, уровня правоприменительной деятельности и качества работы органов военной юстиции.

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    4. Региональные особенности воинской преступности

     

    Сложный и трудный период реформирования Российской армии, исключительно напряженная их служебно-боевая деятельность в современных условиях предъявляют высокие требования к морально-психологической подготовке личного состава, диктуют новые подходы по укреплению, правопорядка, высокой дисциплины и организованности в частях и подразделениях войск.

    Вооруженные Силы выполняют свои задачи в сложной политической, а в ряде регионов в боевой обстановке. В местах дислокации войск, продолжает оставаться тяжелой социально-экономическая ситуация. Медленно решаются многие вопросы жизни и быта самих защитников Родины. В этих условиях особенно тяжело проходит адаптация молодых солдат в частях и подразделениях.

    Все воинские коллективы подразделений по своей структуре являются сложными и многообразными, и одним факторов, влияющих на взаимоотношения в армейской среде является региональный фактор.

    Различие военнослужащих по социальному положению, образованию, национальному составу, жизненной и трудовой закалки делает их неодинаковыми по содержанию взаимоотношений между военнослужащими, и по частоте конфликтных ситуаций, их вовлеченности и участия в противоправных деяниях, необходим учет многонациональности воинского коллектива.

    Выделяются три типа отношений в воинских коллективах подразделений, в которых межнациональное общение военнослужащих строится на принципиально различной основе.1

    Первый тип отношений — когда в подразделениях численно преобладают воины славянских национальностей. Жизнь и взаимоотношения военнослужащих в них строятся на основе национально-психологических особенностей славян. В этих подразделениях воины неславянских национальностей, внутренне сохраняя сбою национальную самобытность, чаще всего принимают присущий для таких коллективов тип отношений и нормы поведения.

    Второй тип отношений формируется в воинских коллективах, где военнослужащие разных национальностей — территориальных групп примерно равны по численности и социальной активности. Общественно-психологические  особенности этих коллективов — традиции, нормы взаимоотношений основываются уже не только на национальных чертах воинов славянского происхождения, но на чертах других, значительных по численности национальных групп.

    Третий тип отношений складывается в воинских коллективах, в которых преобладающей и по численности и по влиянию выступает одна из национальных или национально-территориальных групп воинов. Такой тип отношений наиболее характерен для подразделений Среднеазиатского и Кавказского регионов. Общественно-психологические особенности подобных коллективов строятся на основе национальных особенностей этой преобладающей группы.

    Соответствующий характер приобретают здесь межличностные отношения военнослужащих.

    В воинских коллективах с разной национальной структурой и содержанием межнациональных общений военнослужащих по-разному протекают и конфликтные ситуации, что необходимо учитывать в работе по их предупреждению, в том числе при разработке мероприятий по профилактике правонарушений.

    Необходимо также учитывать новые факторы в комплектовании воинских коллективов военнослужащими на контрактной основе. Это, как правило, военнослужащие, прошедшие хорошую школу службы и при умелой работе могут быть надежной опорой командира в профилактике неуставных взаимоотношений. 1

    Перевод воинских частей на комплектование контрактниками на данный момент не решил проблему преступности в армии. В то же время на территории края значительно сокращается количество преступлений, совершенных «срочниками». На территории Кубани за последнее время значительно сократилось количество преступлений, совершенных «срочниками», а по контрактникам, напротив, наблюдается рост преступлений — причем на четверть. Многие контрактники очень часто уходят в «самоволку» (порядка 28%) и не возвращаются из отпусков.

    Причин этому несколько — низкое качество подбора кандидатов для службы по контракту, издержки в воспитательной работе в вооруженных силах, а также — несоответствие ожиданий военнослужащих фактическим условиям несения службы.

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    Задача

     

    Проанализируйте личность преступника. Какие криминогенные качества лежали в основе совершенного им преступления? Ильяс и Гурген ненавидят русских. Вот уже третий день в Москве, везде их останавливает милиция, проверяют документы. Очень хочется курить, они подходят к киоску, где продают сигареты, просят пачку «Мальборо», но какой-то русский делает им замечание – сейчас его очередь. Гурген выхватил нож и нанес обидчику 15 ножевых ранений.

     

    Ответ

     

    Личность преступника в криминологии изучается как система социально-демографических, социально-ролевых, социально-психологических свойств субъектов преступления, причем учитывается соотношение биологического и социального в ней. Выделение же личности преступника из всей массы людей осуществляется на основе двух критериев: юридического и социального (социально-психологического). Исходя только из юридического критерия, личность преступника определяется как лицо, совершившее преступление. Однако такого определения явно недостаточно, поэтому юридический критерий должен быть по необходимости дополнен критерием социально-психологическим, в соответствии с которым личности преступника присуща та или иная степень антиобщественной направленности или, как минимум, отдельные антисоциальные черты.

    Таким образом, в основе совершенного Гургеном преступления лежали социальные и национальные проблемы, так как изначально, психологически Гурген ненавидел русских – это признак национализма, психологические причины – грубость, ненависть к окружающим людям, психологическая неуравновешенность.

    Гурген – молодой человек, по всей видимости, не устроенный в жизни молодой человек, без семьи и детей, безработный, эгоистичен, ставит свои социальные и личные проблемы выше потребностей окружающих. Вероятно, находился в постоянном психологическом напряжении, связанным с необоснованными проверками документов у них со стороны правоохранительных органов. Его преступление – связан с психологическим выбросом внутреннего напряжения.

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    Список использованной литературы

     

     

  1. Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г.) (с учетом поправок, внесенных Законами Российской Федерации о поправках к Конституции Российской Федерации от 30.12.2008 № 6-ФКЗ и от 30.12.2008 № 7-ФКЗ) // Российская газета. – 25 декабря 1993 г.
  2. Уголовный кодекс Российской Федерации 1996 г. в ред. Федерального закона от 27.12.2009 № 377-ФЗ // Сборник законов Российской Федерации РФ. 1996. № 25.
  3. Закон Российской Федерации «О государственной тайне» от 21 июля 1993 г. № 54-85-1 в ред. ФЗ от 18.07.2009 № 180-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. № 41. Ст. 8220-8235.
  4. Варчук Т.В. Криминология. – М.: ИНФРА-М, 2009.
  5. Криминология / Под ред.В.Н. Кудрявцева. В.Е. Эминова. М., 2010.
  6. Гилинский Я., Афанасьев В. П. Социология девиантного (отклоняющегося) поведения. СПб., 2006.
  7. Криминология / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, В.В. Лунева. М., 2009.
  8. Минобороны РФ: Переход воинских частей на контракт не снизил уровень преступности в армии // Информационный портал Юга.Ру [электронный ресурс] http://www.yuga.ru/news/98119/

     


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 0.98MB/0.00124 sec

WordPress: 24.09MB | MySQL:118 | 2,403sec