МЕЖДУНАРОДНЫЕ КОММЕРЧЕСКИЕ ПРАВА АВИАКОМПАНИЙ – «СВОБОДЫ ВОЗДУХА» В МЕЖДУНАРОДНОМ ВОЗДУШНОМ ПРАВЕ

<

121614 1458 1 МЕЖДУНАРОДНЫЕ КОММЕРЧЕСКИЕ ПРАВА АВИАКОМПАНИЙ – «СВОБОДЫ ВОЗДУХА» В МЕЖДУНАРОДНОМ ВОЗДУШНОМ ПРАВЕ Международное воздушное пространство находится над исключительной экономической зоной, открытым морем, международными проливами и архипелажными водами, а также над Антарктикой.

Принцип свободы открытого моря связан с принципом свободы открытого воздушного пространства над ним. Все государства, независимо от того, являются они прибрежными или нет, имеют право свободно, т. е. без разрешения кого-либо, осуществлять воздушное судоходство над открытым морем и не приобретают в отношении этого воздушного пространства суверенных прав. Однако данная свобода реализуется государствами с учетом основных принципов международного права и, следовательно, предполагает действие ряда общепризнанных правил.

Государство сохраняет свою юрисдикцию над зарегистрированным им воздушным судном, осуществляющим полет в международном воздушном пространстве. Власть другого государства на данное воздушное судно не распространяется, что означает также недопустимость вмешательства в полет этого судна.

Государства обязаны не допускать создания со стороны их воздушных судов угрозы безопасности полетов воздушных судов других государств, а также безопасности мореплавания. С этой целью государства заключают договоры о предотвращении инцидентов в открытом море и воздушном пространстве над ним. В частности, не допускаются имитация атак посредством имитации применения оружия по самолетам и кораблям; выполнение военными самолетами опасных облетов иностранных морских судов и любые другие действия, представляющие опасность как для полетов в воздушном пространстве, так и для судоходства в открытом море. В связи с этим важное значение имеет соблюдение правила — каждое воздушное судно, занятое в международной аэронавигации, имеет соответствующие национальные и регистрационные знаки. Воздушные суда имеют национальность того государства, в котором они зарегистрированы. Государство, под юрисдикцией которого находятся воздушные и морские суда, ставшие объектом нападения или опасных маневров, вправе поставить вопрос об ответственности того государства, воздушные силы которого допустили опасные действия.

Вместе с тем международное право допускает в строго определенных случаях исключения из свободы открытого моря и принудительные действия воздушных судов в районах открытого моря.

Принцип свободы международного воздушного пространства не отвергает необходимости упорядочения международных полетов с учетом обязательства участников Чикагской конвенции 1944 г. обращать должное внимание на безопасность навигации гражданских воздушных судов. Это требование обеспечивается внедрением со стороны ИКАО системы маршрутов обслуживания воздушного движения.

Помимо свободы полетов воздушных судов над открытым морем существуют свобода научных исследований посредством воздушных судов, свобода использования летательных аппаратов для обеспечения рыболовства и возведения установок и сооружений.

Режим воздушного пространства над Антарктикой регулируется Договором об Антарктике 1959 г. Все государства, независимо от их участия в данном Договоре, имеют право свободно осуществлять над Антарктикой полеты гражданских воздушных судов, строго придерживаясь стандартов ИКАО. Антарктика, включая воздушное пространство над нею, используется только в мирных целях. В связи с этим запрещаются любые мероприятия военного характера, испытания любых видов оружия, включая ядерные взрывы. В воздушном пространстве над Антарктикой могут осуществлять полеты и военные летательные аппараты, но только для осуществления целей Договора 1959 г., в частности для доставки и вывоза персонала и оснащения станций.

Коммерческий характер международных воздушных сообщений связан с тем, что перевозка пассажиров, багажа, грузов и почты осуществляется за плату. Коммерческая деятельность в данной сфере имеет различные объемы. В зависимости от ее объемов выделяются семь «свобод воздуха» — различного уровня коммерческих прав:

  1. право на транзитный полет без посадки на территории государства, которое предоставило это право;
  2. право на транзитный полет через территорию иностранного государства с посадкой на его территории без коммерческих целей, т. е. для заправки топливом, технического обслуживания и т. п.;
  3. право государства на то, чтобы зарегистрированные им воздушные суда высаживали на иностранной территории пассажиров, выгружали почту и грузы, взятые на его территории;
  4. право государства принимать на своей территории воздушные суда с пассажирами, почтой и грузом, следующие на территорию государства, национальность которого имеет данное воздушное судно;

    5) право государства принимать на своей территории пассажиров, почту и груз, которые должны быть доставлены на территорию любого третьего государства, а также право высаживать пассажиров и выгружать почту и грузы, следующие с любой такой территории;

  5. право государства осуществлять перевозки пассажиров, – почты и груза между двумя иностранными государствами через собственную территорию;
  6. право государства посредством воздушных судов, имеющих его национальность, осуществлять перевозки пассажиров, почты и груза между иностранными государствами, минуя свою территорию.

    Предоставление коммерческих прав — прерогатива государства как субъекта международного права. Коммерческие права, подобно праву на выполнение полетов, тесно связаны с суверенитетом государства над своим воздушным пространством.

    Такая взаимосвязь нашла закрепление в ВзК РФ, согласно которому коммерческая деятельность в области гражданской авиации иностранных авиационных предприятий, международных эксплуатационных агентств и иностранных индивидуальных предпринимателей при выполнении в пределах территории РФ международных воздушных перевозок и (или) авиационных работ определяется правилами, установленными законодательством и международными договорами РФ. В основе деятельности указанных субъектов лежит обязанность получения соответствующих лицензий и оформления судовых документов. Судовые документы, имеющиеся на борту гражданских воздушных судов иностранных государств, признаются действительными на территории РФ при условии их соответствия международным авиационным стандартам, признаваемым Российской Федерацией, Перевозчик, согласно договорам воздушной перевозки, обязуется доставить пассажира и его багаж, а также почту и груз в пункт назначения и осуществить выдачу багажа, почты и груза. ВзК РФ закрепляет принцип ответственности перевозчика перед пассажиром воздушного судна и грузовладельцем. Эксплуатант, т. е. гражданин или юридическое лицо, имеющее воздушное судно на праве собственности, на условиях аренды или на ином законном основании, обязан возместить вред, причиненный при эксплуатации этого воздушного судна, если не докажет, что вред возник вследствие неопределимой силы или умысла потерпевшего.

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    2. ПОНЯТИЕ, ПРИНЦИПЫ И ИСТОЧНИКИ МЕЖДУНАРОДНОГО АТОМНОГО ПРАВА

     

    С середины 50-х гг. государства активно сотрудничают в области мирного использования атомной энергии. Возникновение новой сферы человеческой деятельности обусловило необходимость в координации усилий государств по использованию атомной энергии в мирных целях. Было заключено большое число международных соглашений, регулирующих различные аспекты мирной атомной деятельности, сформировалась новая отрасль международного права — международное атомное право. Источниками данной отрасли являются: Устав МАГАТЭ, Договор о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, космическом пространстве и под водой 1963 г., Договор о нераспространении ядерного оружия 1968 г., Конвенция о физической защите ядерного материала 1980 г., Конвенция об оперативном оповещении о ядерной аварии 1986 г. и др.

    Правовые меры обеспечения ядерной и радиационной безопасности включают:

  • установление государством и его специально уполномоченными органами соответствующих норм и правил, т.е. принятие (издание) нормативных актов различной юридической силы;
  • осуществление постоянного государственного контроля (надзора) за соблюдением должностными лицами и гражданами, а также юридическими лицами этих норм и правил;
  • применение государством соответствующих санкций как к физическим, так и к юридическим лицам, не соблюдающим нормы и правила ядерной и радиационной безопасности, т.е. иными словами, нарушающим соответствующее законодательство.

    Особо важная роль в поддержании нормального (естественного) радиационного фона, обеспечении безопасной среды обитания людей принадлежит международному и национальному законодательству о ядерной и радиационной безопасности, регулирующему многообразные отношения, возникающие в процессе использования атомной энергии как в мирных, так и в военных целях, производства, учета, хранения и применения различных радиоактивных веществ (источников ионизирующих излучений и ядерных материалов), захоронения радиоактивных отходов, охраны человека и природной среды от радиоактивного загрязнения, а также ликвидации вредных последствий на объектах, связанных с использованием радиоактивных веществ.

    Международно-правовое регулирование в области мирного использования атомной энергии развивается в следующих основных направлениях:

    ядерное разоружение;

    обеспечение ядерной безопасности и радиационной защиты;

    регламентация ядерного экспорта и транспортировки ядерных веществ;

    <

    физическая защита ядерных материалов;

    атомное судоходство;

    использование ядерных источников энергии в космосе;

    охрана окружающей среды от радиоактивного загрязнения;

    ядерное страхование и установление ответственности за ядерный ущерб;

    помощь в случае ядерной аварии.

    В нормативных актах закрепляется исключительное право Российского государства на разработку, использование и реализацию радиоактивных веществ, исключительно разрешительный порядок работы с радиоактивными веществами, строго детализированы правила обращения с ними, правила эксплуатации ядерных (атомных) реакторов и иных подобных установок и приборов радиологического профиля, призванных предотвратить наступление вредных последствий, а также устанавливаются виды и размеры юридической ответственности физических и юридических лиц за несоблюдение названных правил.

    Следует иметь в виду, что законодательство о ядерной и радиационной безопасности объединяет правовые акты различной юридической силы как Российской Федерации, так и бывшего СССР. По мере издания (принятия) актов соответствующими органами РФ перестают действовать акты, изданные союзными органами. К сожалению, в структуре рассматриваемого законодательства преобладают ведомственные акты, распространяющие свое действие на всю территорию Российской Федерации и обязательные для всех органов, независимо от ведомственной принадлежности. Чаще эти акты издаются межведомственными органами (Госатомнадзор, Госсанэпиднадзор и т.п.).

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    3. ИСТОЧНИКИ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА: ПОНЯТИЕ И ВИДЫ

     

    Источники международного права представляют собой установленные государствами в процессе правотворчества формы воплощения согласованных решений, формы существования международно-правовых норм.

    К источникам международного права приложимы основные характеристики источников права в общей теории права. Однако в отличие от внутригосударственного права международное право не имеет таких конституционных норм или специальных актов, в которых дается перечень нормативных актов в привязке к компетенции принимающих их органов государства.

    Сами государства, международные организации и (в предусмотренных случаях) некоторые другие субъекты, согласуя свои интересы, определяют не только содержание международно-правовых норм, но и внешнюю форму их существования. Надлежащая оценка источников международного права обусловлена реальными процессами нормотворческой деятельности.

    Презумпция разнообразия источников международного права присуща Уставу ООН, в преамбуле которого выражена решимость народов Объединенных Наций «создать условия, при которых могут соблюдаться справедливость и уважение к обязательствам, вытекающим из договоров и других источников международного права». Если бы разработчики Устава, а в их числе были выдающиеся юристы-международники, основывали свое суждение исключительно на практике того времени (1945 г.), то им достаточно было добавить к договорам международные обычаи. Они же явно формулировали текст с ориентацией на перспективу, не связывая государства в их решениях.

    Можно сослаться также на авторитетный документ, подготовленный Комиссией международного права ООН, — проект статей об ответственности государств. Согласно ст. 17 проекта международно-противоправным считается деяние, нарушающее международное обязательство, «независимо от обычного, договорного или иного происхождения этого обязательства»1.

    Традиционно сложились и на протяжении веков применялись два источника международного права — международный договор и международный обычай. Их широчайшее распространение в практике международных отношений — с учетом, естественно, того уже отмеченного обстоятельства, что кодификация и прогрессивное развитие международного права сопровождаются вытеснением обычая из большинства сфер регулирования и его заменой договором, — породило представление о том, что только они являются и способны быть источниками международного права.

    Между тем дипломатическая практика государств, деятельность проводимых государствами международных конференций, функционирование международных межправительственных организаций свидетельствуют о рождении новых форм воплощения международно-правовых норм в виде актов международных конференций и совещаний и актов международных организаций. Имеются в виду не все такого рода акты, ибо, в принципе, документы конференций, совещаний, организаций имеют декларативный либо рекомендательный характер, а именно те акты, которые принимаются в целях установления и закрепления новых правил поведения и взаимоотношений государств, самих международных организаций, а также других субъектов.

    Естественно, такие акты должны отвечать общим началам процесса нормообразования, т. е. в них государства должны выражать свои согласованные решения относительно как содержания, так и юридического значения фиксируемых положений именно как правовых норм. Они должны также соответствовать признанным условиям их действительности: во-первых, они не могут противоречить основным принципам международного права, императивным нормам jus cogens во-вторых, они распространяются, как правило, лишь на те государства и международные организации, которые приняли их.

    Таким образом, применительно к современному состоянию международного правового регулирования можно констатировать существование следующих разновидностей источников международного права: международные договоры, международные обычаи, акты международных конференций, акты международных организаций и международных органов.

    Согласно ст. 38 Статута Международного Суда ООН при решении споров на основании международного права Суд применяет международные конвенции (т. е. договоры), международные обычаи, так называемые общие принципы права, признанные цивилизованными нациями, а также «судебные решения и доктрины наиболее квалифицированных специалистов по публичному праву различных наций в качестве вспомогательного средства для определения правовых норм». Как видно, здесь наряду с источниками международного права упомянуты судебные решения и научные концепции, именуемые вспомогательным средством, т. е. ориентиром при толковании правовых норм. Вопрос о юридической природе и значимости судебных решений в наши дни стал предметом различных оценок. Применительно к международному праву имеются в виду постановления (решения) международных судебных учреждений, признаваемые обязательными как в учредительных документах самих судов (например, ст. 94 Устава ООН, ст. 59, 60 Статута Международного Суда), так и в национальном законодательстве, в том числе в российских актах (ст. 6 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации»). Более сложной является проблема квалификации таких постановлений (решений) как судебных прецедентов на межгосударственном уровне, имея в виду их нормативное юридическое значение.

    Толкование формулировки об «общих принципах» в литературе неоднозначно: одни ученые понимают их как традиционные юридические постулаты, известные еще римскому праву (например, закон не имеет обратной силы, специальный закон имеет преимущество перед общим законом, договоры должны соблюдаться и т. д.); другие склоняются к отождествлению общих принципов с основными принципами международного права1.

    В систему международно-правового регулирования наряду с источниками, т. е. нормативными юридическими актами и обычаями, входят правоприменительные акты, исходящие от самих государств и международных организаций, а также от международных и национальных судебных учреждений, иных организации и органов, в том числе на уровне отдельных государств.    

    Внутригосударственные законы не рассматриваются как источники международного права, поскольку они выражают интересы отдельного государства, принимаются и действуют в пределах его внутренней компетенции. Однако их содержание не безразлично для международно-правового регулирования. Во-первых, определенные законы, соответствующие закономерностям межгосударственного общения, оказывают позитивное влияние на создание новых норм международного права. Во-вторых, наличие в нескольких или многих государствах родственных по содержанию законов в сфере, близкой к предмету
    международно-правового регулирования, может свидетельствовать о становлений, международного обычая, признаваемого государствами. В-третьих, в процессе взаимного общения государства должны уважать законы друг друга, затрагивающие вопросы такого общения и не противоречащие общепризнанным
    принципам и нормам международного права, соизмерять свои действия с этими законами. В-четвертых, надлежащая реализация многих между народ но-правовых норм обусловлена согласованными и взаимодействующими с ними национальными законами.    

    Международный договор — основной источник. Международный договор определяется Венской конвенцией о праве международных договоров как «международное соглашение, заключенное между государствами в письменной форме и регулируемое международным правом, независимо от того, содержится ли такое соглашение в одном документе, в двух или нескольких связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования» (имеется в виду практика использования таких наименований, как «договор», «конвенция», «соглашение» «протокол», «устав» и т. д., при этом учитывается значение термина «договор» как родового понятия для всех нормативных актов в договорной форме). Аналогичное определение международного договора дано в Венской конвенции о праве договоров между государствами и международными организациями или между международными организациями (естественно, с учетом своеобразия сторон в таких договорах).

    Венская конвенция о праве международных договоров презюмирует возможность заключения договоров между государствами и другими субъектами международного права или только между другими субъектами международного права, из чего следует, что сторонами международных договоров могут быть не только государства и международные организации. Тот факт, что эти договоры не входят в сферу применения данной Конвенции, не затрагивает их юридической силы.

    Конвенция не исключает возможности заключения международных соглашений «не в письменной форме», т. е. устных (так называемых джентльменских) соглашений, но они, скорее, относятся к былым временам, чем к современности.

    Международный договор может, как это и предусмотрено в Конвенции, представлять собой не один, а несколько взаимосвязанных документов. Нередко к основному договору дается дополнение в виде протокола или приложений, которые расцениваются как его составные части.

    Известны случаи заключения комплекса договоров, каждый из которых считается самостоятельным источником международного права, но их толкование и реализация предполагают согласованное действие.

    Своеобразным комплексом можно считать договорные акты по морскому праву — Конвенцию ООН по морскому праву от 10 декабря 1982 г., Соглашение об осуществлении части XI данной Конвенции от 29 июля 1994 г. и Соглашение об осуществлении положений этой Конвенции, которые касаются сохранения трансграничных рыбных запасов и запасов далеко мигрирующих рыб и управления ими, от 4 декабря 1995 г.

    Международный договор характеризуется как основной источник международного права благодаря трем обстоятельствам. Во-первых, договорная форма позволяет достаточно четко сформулировать правомочия и обязательства сторон, что благоприятствует толкованию и применению договорных норм. Во-вторых, договорным регулированием охвачены ныне все без исключения области международных отношений, государства последовательно заменяют обычаи договорами. В-третьих, договоры наилучшим образом обеспечивают согласование и взаимодействие международных норм и норм внутригосударственного законодательства. Вполне закономерно государства, заключая Венскую конвенцию о праве международных договоров, признали «все возрастающее значение договоров как источника международного права и как средства развития мирного сотрудничества между нациями, независимо от различий в их государственном и общественном строе».

    Для Российской Федерации вопрос о договорах как источниках международного права в современной ситуации имеет специфический характер, поскольку после прекращения существования СССР термином «международные договоры Российской Федерации» охватывают три категории договоров: 1) договоры, заключенные непосредственно Российской Федерацией как самостоятельным субъектом международного права; 2) договоры, заключенные Союзом ССР, вступившие в силу в период существования СССР и воспринятые Российской Федерацией в порядке правопреемства (большинство действующих договоров относится к этой группе); 3) договоры, подписанные от имени СССР, но не вступившие в свое время в силу ввиду незавершенности предусмотренной для этого процедуры и ратифицируемые уже от имени Российской Федерации.

    Международный обычай – следующий источник международного права

    Характеристика этого источника международного права дана в ст. 38 Статута Международного Суда ООН: международный обычай — «доказательство всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы».

    Обычай приобретает юридическое значение в результате однородных или идентичных действий государств и определенным образом выраженного ими намерения придать таким действиям нормативное значение.

    Акты международных конференций. Международные (межгосударственные) конференции завершаются, как правило, принятием итоговых документов, юридическая природа которых различна.

    1. Конференция, созванная специально для разработки международного договора, завершается одобрением резолюции (иного акта) о принятии договора и открытии его для подписания государствами. В этом случае резолюция имеет лишь разовое, процедурное значение, а источником становится договор как результат действий государств по его подписанию, ратификации, введению в действие.

    3. Конференция посвящается рассмотрению и решению новых проблем и завершается принятием итогового документа с разноплановым содержанием. Это и общий обзор ситуации, и рекомендации государствам-участникам, и разработка новых правил деятельности и взаимоотношений государств.

    Потсдамская (Берлинская) конференция руководителей трех государств — СССР, США и Великобритании, состоявшаяся 17 июля — 2 августа 1945 г., завершилась подписанием двух документов — Протокола и Сообщения о конференции. В Протоколе были зафиксированы предписания относительно обращения с Германией, территориальных вопросов, ответственности главных военных преступников. Нормативный и юридически обязательный характер этого итогового документа не вызывал сомнений.

    Принятый тридцать лет спустя, 1 августа 1975 г., Заключительный акт СБСЕ совмещал рекомендации по вопросам экономического, научно-технического и гуманитарного сотрудничества и нормативные положения о принципах, которыми государства-участники будут руководствоваться во взаимных отношениях, и о мерах укрепления доверия (предварительное уведомление о крупных военных учениях и т. д.). Характеристика мер укрепления доверия в этом акте, а затем в итоговом документе Стокгольмской конференции от 19 сентября 1986 г. может расцениваться как совмещение политических и юридических обязательств. Юридический аспект обязательств выражается в следующем: во-первых, они связаны с регулированием отношений между государствами — участниками СБСЕ; во-вторых, имеют общий характер и должны реализовываться во всех предусмотренных случаях; в-третьих, используемые формулировки имеют форму долженствования («государства должны…», «будут предоставлять…», «будут обеспечивать…»); в-четвертых, предусмотрены меры контроля за соблюдением согласованных мер, инспекции. Меры доверия — это новые правила межгосударственного сотрудничества.

    Неоднократные ссылки в последующих договорах на Заключительный акт и на другие документы СБСЕ сформулированы так, что не оставляют сомнений в признании их юридической силы и нормативности, а это — свидетельство статуса этих актов как источников международного права.

    И сам процесс преобразования СБСЕ в ОБСЕ юридически был регламентирован актами самого СБСЕ — Парижской хартией 1990 г., Хельсинкским документом 1992 г., Будапештскими решениями 1994 г.

    Акты международных организаций. Статус актов международных межправительственных организаций определяется их уставами. В пределах своей компетенции органы этих организаций принимают, как правило, акты-рекомендации либо акты правоприменительного характера. Так, согласно ст. 10, 11, 13 Устава ООН Генеральная Ассамблея уполномочена «делать рекомендации», а согласно ст. 25 члены ООН подчиняются решениям Совета Безопасности, но сами эти решения связаны с его правоприменительной деятельностью,

    Сама по себе международная организация не вправе превращаться в международного «законодателя». Вместе с тем государства — члены организации могут использовать организацию для нормотворческой деятельности. На сессиях Генеральной Ассамблеи ООН принимаются резолюции, фиксирующие одобрение от имени Организации разработанных в ее рамках международных договоров. Так было в отношении Договора о нераспространении ядерного оружия (1968 г.), Конвенции о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами (1971 г.), Международных пактов о правах человека (1966 г.), Международной конвенции о борьбе с захватом заложников (1979 г.) и других актов. В этих случаях текст договора публикуется в документах ООН в виде приложения к резолюции Генеральной Ассамблеи. Но именно договор (после его подписания государствами и вступления в силу), а не резолюция, приобретает значение источника международного права.

    Акты международных судебных органов. Анализ деятельности международных судебных органов показывает, что суды в качестве основания при вынесении решения часто ссылаются на выводы, сформулированные ими в ранее принятых решениях. Это особенно характерно для Европейского Суда по правам человека. Суда Европейских сообществ, Экономического Суда СНГ и некоторых других. Причина использования судебных решений в качестве прецедентов обусловлена отсутствием необходимых договорных и обычно-правовых норм, непосредственно регулирующих спорное правоотношение. В международном праве судебные решения, как правило, понимают как вспомогательное средство для определения правовых норм (п. 1 d ст. 38 Статута Международного Суда ООН).

    Наряду с правовыми позициями, имеющими общий характер, международные суды своими решениями могут создавать еще одну категорию норм, встречающихся в решениях по территориальным спорам. Данные споры рассматриваются судебным органом, как правило, с согласия спорящих сторон, в силу чего вынесенные решения являются для них обязательными. Так, например, решением от 22 декабря 1986 г. Международный Суд ООН определил линию границы между государствами Буркина-Фасо и Мали.

    В отличие от Международного Суда ООН возможность принятия нормативных (прецедентных) решений такими международными судебными органами, как Суд Европейских сообществ, Европейский Суд по правам человека, Экономический суд СНГ, является фактом общепризнанным. Анализ практической деятельности этих судов со всей очевидностью подтверждает данный вывод. Более того, прецедентный характер решений экономического суда СНГ подтвержден нормативными актами, непосредственно регламентирующими деятельность данного судебного органа.

     

     

     

    СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

     

  1. Бордунов В. Д., Котов А. И., Малеев Ю. Н. Правовое регулирование международных полетов гражданских воздушных судов. М., 1988.
  2. Даниленко Г. М. Соотношение и взаимодействие международного договора и международного обычая // Советский ежегодник международного права. 1983. М., 1985; Советский ежегодник международного права. 1984. М., 1986.
  3. Доклад Комиссии международного права о работе ее 48-й сессии. 6 мая — 26 июля. 1996 г. ОНН. 1996.
  4. Игнатенко Г. В., Малинин С. А, Новые тенденции в международном нормотворчестве // Советский ежегодник международного права. 1986. М, 1987.
  5. Колосов Ю. М. Международное право. М., 2004.
  6. Корецкий В. М. «Общие принципы права» в международном праве // Корецкий В. М, Избранные труды. Киев, 1989. Кн. 2. С. 165-199
  7. Кучин М. В. Международный судебный прецедент как источник международного права // Международное право. 2001. № 1.
  8. Лукашук И.И. Международное право. Учебник. М., 2005.
  9. Международное право /Под ред.Н.Т.Блатовой. М., 2006.
  10. Международное право / Отв. Г.В. Игнатенко, О.И. Тиунов. М., 2005.
<

Комментирование закрыто.

WordPress: 23.35MB | MySQL:120 | 1,530sec