Понятие и виды наследования

<

010515 1641 1 Понятие и виды наследованияРимское наследственное право (т.е. регулирование порядка перехода прав и обязанностей частноправового характера после умершего к другим лицам) самым тесным образом было взаимосвязано с понятием римской семьи и институтами семейного права. Эта историческая связь была настолько значительной, что позволяла отдельным правоведам делать заключение о том, что все коренные принципы римского наследственного права черпают свое основание не в естественном праве (которое должно побуждать отца обеспечить своих детей и близких после своей смерти), но в публично-правовых предписаниях, которые, прежде всего, имели бы в виду интересы сохранения семейного организма и взаимных прав и обязанностей членов римской семьи. Общая историческая эволюция принципов римского наследственного права характеризовалась движением от занятия правового статуса наследодателя в рамках римской семьи во всем объеме предполагаемых полномочий к восприятию прав в имущественно-правовой сфере. Однако первое начало сохранилось надолго, представляло главную специфическую особенность наследования в римской юридической, традиции и предопределило общее понятие о наследстве и содержании связанных с ним прав, присущее римскому частному праву.

Наследство (hereditas) есть преемство всех прав наследодателя в частно-правовой сфере.

Наследованием называется переход имущества умершего лица к другим лицам.

Наследование (в тесном смысле) есть преемство универсальное. Это значит, что наследник, вступая в наследство, приобретает единым актом все имущество наследодателя (или, при наличии нескольких наследников, — определенную долю имущества), как единое целое. Универсальный характер наследования проявляется в том, например, что к наследнику переходят сразу и права и обязанности, входящие в состав наследства, что наследник может приобрести в составе наследства даже такие права и обязанности, о существовании которых он и не знал, и т. п.

Наряду с этим, римское право знает и так называемое сингулярное преемство после умершего лица, т. е. предоставление лицу отдельных прав; это — так называемые легаты, или отказы, о которых будет сказано ниже.

Наследование возможно было или по завещанию или по закону (если завещания данным лицом не оставлено, либо оно признано недействительным, либо наследник по завещанию не принял наследства).

Характерной особенностью римского наследственного права была недопустимость сочетания этих двух оснований наследования (завещания и закона) в одном и том же случае, т. е. недопустимо было, чтобы одна часть наследства перешла к наследнику по завещанию, а другая часть того же наследства — к наследникам но закону (в этом смысл афоризма: «nemо pro parte lestatus pro parte in-testatus decedere potest, т. е. не может быть наследования в одной части имущества умершего лица по завещанию, а в другой части по закону).

Наследование могло создавать универсальное преемство. При универсальном преемстве наследник (наследники) получали завещание со всем тем, что должно войти в состав наследственной массы (по долгам завещателю) и должно было уйти из этой массы (по долгам завещателя). Иными словами, наследник приобретал все имущественные права и обязанности наследодателя. В силу сингулярного преемства наследник приобретал лишь отдельные права на определенные вещи наследодателя. Это так называемые легаты.
Наследование возможно было или по завещанию или по закону. В законах XII таблиц упоминаются эти два вида наследования. Сочетать два вида наследования запрещалось.

Первоначально в Риме существовало наследование, основанное на цивильном праве. Затем появилось наследование по преторскому праву. По цивильному паву наследниками по закону могли быть только агнаты. По преторскому праву могли быть и некоторые когнаты. Наследование по преторскому праву характеризовалось более постой формой завещания, нежели наследование по цивильному праву. В период принципата различия, лежавшие в основе двух видов наследования были устранены.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. Форма завещания по римскому частному праву и условия действительности завещания

 

Завещание у римлян – одностороннее формально-правовое распоряжение лица на случай его смерти, в котором назначен наследник.

Ульпиан  так  определял  завещание: Testamentum  est  mentis  nostrae iusta contestatio in id sollemniter  factum,  ut post mortem nostram valeat (D.  20.1.1). -Завещание есть правомерное выражение воли,  сделанное торжественно для того,  чтобы оно действовало после нашей смерти. Аналогично  писал Мождестин, завещание есть «справедливое решение нашей воли о том, что должно быть сделано после нашей смерти» (D.28.1.1).
						

  Это определение неточно, в нем нет указания на основное содержание римского завещания:  на  heredis institutio,  назначение  наследника,  т.  е.   универсального  правопреемника наследодателя.  Между  тем без такого назначения нет и завещания.  Первоначально  требовалось назначение в  торжественной  форме:  Titius  heres meus esto или Titium heredem esse iubeo. Толь   ко с 339 г.  (С. 6. 3. 15) было предоставлено назначить наследника в любых выражениях.  Для того, чтобы    завещание произвело юридический результат,  на который  оно направлено,  необходимо было,  чтобы а) оно  было совершено в установленной форме;  б) лицом, обладающим  так называемой активной завещательной правоспособностью (testa-menti factio activa);  в) с назначением наследником лица, обладавшего пассивной завещательной  правоспособностью  (testamenti factio passiva),  (п.  241 и сл.).  Надо  было также,  чтобы надлежащим  образом  составленное  завещание  не оказалось в дальнейшем до смерти завещателя пораженным одним  из  обстоятельств,  которые  могли лишить его силы.

Завещание — односторонние, формальное, гражданско — правовое распоряжение лица на случай его смерти, содержавши назначение наследника.

Для действительности завещания требовалось, чтобы в момент совершения завещания обладал активной завещательной правоспособностью. Поскольку активная завещательная способность полностью зависела от гражданской правоспособности, ограничения последней делали завещание не действительным. Не имели завещательной свободы душевнобольные, малолетние, расточители, лица, осужденные за некоторые порочные преступления. Не могли завещать рабы (государственные рабы могли распоряжаться половиной своего имущества). Сыновья, обладавшие пекулием, могли распоряжаться половиной пекулия.

Указанный в завещании наследник должен обладать пассивной за-вещательной правоспособностью. Существовали ограничения такой правоспособности для женщин и рабов. Закон Вакония 169г. до н. э. Предписывал, что граждане, обладавшие имуществом в 100 тысяч сестерциев, не могут назначать в наследники женщин. Рабы могли принимать наследство только вместе с отпущением на волю. Не могли быть наследниками лица, лишенные чести, еретики, перегины, com-mercium.

Завещание считалось действительным, если оно было составлено в требуемой форме. Первоначально завещания составлялись на народных собраниях по куриям и перед войском. Позднее возникли такие виды завещания, как посредством меди и весов (устное и письменное), преторское завещание, завещание путем занесения в протокол суда и муниципального магистрата, а так же путем передачи в императорскую канцелярию письменного завещания на хранение.

Принципы цивильного права требовали, чтобы в завещательном распоряжении наследник был назван по имени. Из этого вытекало, что не могли наследовать лица, зачатые при жизни завещателя, но к моменту его смерти не родившиеся (постумы). Позднее в императорском праве постумы получили право получать наследство. Получили пассивное наследственное право юридические лица в лице благотворительных коллегий и учреждений, городских общин и т.д. (исключение составляли «деловые» корпорации).
Необходимое наследование. В древнейшую эпоху завещатель пользовался неограниченной свободой распоряжаться наследственным имуществом. Затем появилось ограничение завещательной свободы. Завещатель не должен был обходить молчанием своих непосредственно подвластных лиц. Он должен был или назначить их наследниками, или лишить их наследства. Указание причин не требовалось. Сыновья лишались наследства поименно. Дочери и внуки могли быть исключены общей фразой. Уклонение от этой формальности по квиритскому праву в отношении сыновей делало завещательное распоряжение недействительным и открывало наследование по закону. При умолчание в отношении других лиц последние призывались к наследованию вместе с теми, кто был указан в завещании.

Последующие развитие наследственного права было связанно с дальнейшим ограничением свободы завещательных распоряжений. Завещатель обязан был завещать наиболее близким родственникам обязательную долю в наследстве.

В классический период право на завещательную долю имели прежде всего нисходящие, а в их отсутствие — другие родственники (отец, мать, боковые родственники, т.е. полнородные однокоренные братья и сестры).
Размер обязательной доли в начале определялся одной четвертой доли, которую данное лицо получило бы при наследовании по закону. При Юстиниане действовало правило: обязательная доля была равна одной третей от законной доли, если бы при наследовании по закону данное лицо получило не менее четверти наследства; обязательная доля равнялась одной второй от законной доли, если при наследовании по закону лицо получило бы менее четверти.

Если завещатель по уважительной причине лишал кого- либо из наследников обязательной доли, завещание сохраняло полную силу. Вопрос о действительности завещания решал суд. При Юстиниане был установлен исчерпывающий перечень оснований для лишения обязательной доли: лишать наследства разрешалось за вступление в брак против воли родителей; действия, угрожающие жизни отца, и т.п.

<

Для действительности завещания, кроме обозначения в нем наследника, завещателю необходимо было обладать активной, а наследнику — пассивной завещательной способностью. Активной завещательной способностью не обладали психически больные, несовершеннолетние, расточители и находящиеся под властью патерфамилиас. Пассивная завещательная способность отсутствовала у перегринов, объединений (universitas), рабов. Тем не менее при освобождении завещанием из рабства вольноотпущенник мог быть здесь же назначен наследником по завещанию. Еще цивильное право допустило назначение наследниками sui postumi, т. е. могущих родиться детей завещателя.

Для совершения завещания требуется специальная способность: testament! factio activa. Такая способность требуется в момент совершения завещания. Такой способности не имеют недееспособные, душевнобольные, расточители, лица, осужденные за некоторые порочащие преступления и пр.

Форма завещания, чрезвычайно громоздкая в древнейшее время, постепенно упрощалась, но все-таки и в праве Юстиниана была достаточно сложной, ввиду требования присутствия семи свидетелей (но письменная форма не была безусловно обязательной). Наряду с частными завещаниями, практиковались публичные, составляемые при участии органа государственной власти, а) путем занесения распоряжения завещателя в протокол суда или муниципального магистрата, б) путем передачи в императорскую канцелярию на хранение письменного завещания.

Назначение наследника должно быть сделано лично завещателем (нельзя назначить наследником «кого выберет Тиций»), ясно и точно; должно быть назначено «определенное лицо», persona certa. К числу personae incertae первоначально относили, в частности, постумов (т. е. лиц, зачатых при жизни завещателя, но к моменту его смерти еще не родившихся), а также юридические лица; в позднейшем императорском праве назначение тех и других было допущено. Но во всяком случае лицо, назначаемое наследником, должно обладать testamenti factio passiva, т. е. способностью быть назначенным наследником. Такой способности не имели, например, лица. которые в момент смерти завещателя еще не были зачаты, дети государственных преступников и др. Некоторые лица, хотя и имели testamenti factio passiva, но не могли получать наследство полностью или в части, если не отпадет обстоятельство, признаваемое по закону препятствием для получения наследства. Так, по законам Августа о борьбе с безбрачием и бездетностью холостые мужчины в возрасте 25-60 лет и незамужние женщины 20-50 лет могли получать наследство по завещанию только после ближайших родственников: после всякого другого завещателя они получали наследство лишь в том случае, если в течение 100 дней после открытия наследства вступали в брак и т. д.

Назначение наследника под условием допускалось, если условие имеет характер отлагательного. В этом случае наследство открывается не в момент смерти наследодателя, а по наступлении условия. Условие отменительное в завещании не допускалось потому, что оно противоречит принципу римского наследственного права: semel heres semper heres (лицо, раз ставшее наследником, остается в этом положении навсегда, а между тем наступление отменительного условия привело бы к прекращению прав и обязанностей наследника). Если тем не менее наследник назначен под отменительным условием, условие считается не написанным, и наследник признается назначенным безусловно.

Равным образом, не допускается при назначении наследника включение срока как отменительного, так и отлагательного; при нарушении этого требования сроки считаются неписанными.

Примером отлагательного условия может служить подназначение наследника (substitutio). Наиболее распространенный вид субституции сводится к тому, что в завещании назначается как бы запасный наследник на случай, если назначенный на первом месте по той или иной причине (смерти, нежелания принять наследство и т. п.) не сделается наследником (так называемая substitutio vulgaris, обыкновенная субституция). «Если наследником не станет Тит, пусть наследником будет Стих». Допускалась и такая форма субституции, при которой завещатель назначал наследника своему малолетнему или психически больному нисходящему, если он, хотя бы и став наследником, умрет, не достигнув совершеннолетия или выздоровления.

Наследник — универсальный преемник. Поэтому, если лицо назначено наследником (Titius heres esto, Тиций пусть будет наследником) и вместе с тем завещатель указывает, что этот наследник должен получить такую-то вещь (institutio ex re certa), он все же считался универсальным преемником и получал все наследство. Однако, если по смыслу завещания было видно, что завещатель хотел, чтобы остальное (кроме указанного для наследника) имущество поступило другому лицу, завещание толковалось так, что наследник должен оставить себе указанную в завещании вещь, а остальное передать в качестве так называемого фидеикомисса (о нем далее) другому липу.

В завещании определялся и размер наследственной доли, который в соответствии с древнейшим принципом свободы завещания зависел от усмотрения завещателя. Вместе с тем также с древнейших времен существовало ограничение свободы завещательных распоряжений, заключавшееся в том, что «свои наследники» (sui heredes) должны были либо быть назначены наследниками, либо устранены от наследования прямым указанием завещателя (указанием их имен). Умолчание о sui heredes вело к недействительности завещания. Другие агнаты могли быть исключены из наследования общей фразой. При нарушении этих положений и первые, и вторые могли требовать своей законной доли. Изложенные правила преторским эдиктом были распространены на всех свободных, включая эманципированных, причем лица мужского пола устранялись от наследования в завещании поименно, женщины — в общей фразе. В Кодификации Юстиниана поименно назывались лишавшиеся наследства нисходящие.

 

 

 

 

 

3. Открытие и принятие наследства

 

Восприятие наследства не было механической процедурой: требовалось соблюдение особых правил принятия наследства, которые бы выразили прямо и недвусмысленно волю наследника вступить в права наследства и принять все связанные с ним обязательства. При непринятии наследства ни одним из означенных в завещании наследников, а также при незаявлении требования со стороны наследников по закону, наследство считалось выморочным и переходило в распоряжение казны или церкви; наследство считалось таким, если в течение 30 лет не последовало законно заявленных притязаний на него.

Наследники по закону считались вступившими в права наследства помимо их воли. Для них требовалось особое заявление об отказе от наследства, если они не желали его принять или не желали связывать себя вытекающими из наследства обязательствами. Все прочие имели «право на размышление» и должны были выразить, напротив, свое желание о принятии наследства специальным актом или подразумевающими его действиями (торжественное объявление о принятии, действительное вступление в управление, использование, совершение сделок с наследственным имуществом и т.п.).

Точно установленного срока для принятия наследства (помимо общей исковой давности) не было. По преторскому праву для домашних, восходящих и нисходящих родственников устанавливался 1 год для объявления о принятии завещанного. Однако отсутствие таких действий или заявлений только подразумевало, что право на принятие наследства переходит к следующему из числа наследников по завещанию или по закону.

Принятие наследства было регламентированной процедурой. Наследник (безразлично, по закону или по завещанию) должен составить опись наследственного имущества (ее составление следовало начать в течение 1 месяца со дня открытия наследства, а закончить в 3 месяца) с участием кредиторов, нотариуса и других заинтересованных лиц. Однако моментом принятия наследства определялся общий переход всех прав и обязанностей наследодателя, невзирая на составление описи и факт ее окончания. Принятие наследства было бесповоротным актом, т.е. принявши, нельзя было в дальнейшем отказаться от наследства по тем или иным соображениям. Другим важнейшим началом римского наследственного права было признание того, что принятие наследства может происходить единственным в правовом смысле путем или по завещанию, или по закону: «Никто не наследует иначе как по закону или по завещанию».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

4. Лежачее наследство. Выморочное наследство. Наследственная трансмиссия

 

Наследование по праву представления не следует смешивать с так называемой наследственной трансмиссии. Наследники по праву представления являются наследниками не своего отца или матери (не переживших открытия наследства), а самого наследодателя (в приведенном примере — деда).

При наследственной трансмиссии наследник пережил смерть наследодателя, так что наследство открылось ему; но наследник умирает, не успев приобрести наследства, и возникшее в его лице право приобрести наследство само переходит по наследству к его наследникам. Таким образом, если и в этом случае взять для примера тех же родственников, и предположить, что в момент смерти деда его сын (отец внуков) был жив, но до вступления в наследство умер, к его детям переходит право принять наследство, оставшееся после деда, но эти дети считаются в этом случае наследниками не деда, а отца.

Римское право начало свое развитие с полного отрицания наследственной трансмиссии: право, возникающее у наследника в момент открытия наследства, есть строго личное, как бы особый вид его правоспособности; переходить по наследству «право принять наследство» не может. А в конечной стадии развития римского права проводится, под влиянием выступившей вперед имущественно- правовой стороны наследования и ослабления мистического представления о воплощении в наследстве личности наследодателя, иной принцип. Именно, если лицо, которому открылось наследство (по завещанию или по закону безразлично), умерло, не успев приобрести наследства, право приобрести открывшееся наследство переходит к его собственным наследникам, с ограничением, однако, сроком принятия (в течение года со дня извещения первоначального наследника об открытии ему наследства).

Между нисходящими одной и той же степени родства наследство делится поровну.

Поскольку в праве Юстиниана подвластные дети по общему правилу приобретали имущество для себя, установленная претором collatio bonorum утратила смысл. На смену ей введена колляция в другом значении: нисходящие, получившие от наследодателя приданое или предбрачный дар, должны присчитывать это имущество к наследству (в целях уравнения долей).

Второй класс наследников по новеллам Юстиниана составляют восходящие родственники (отец, мать, дед, бабка и т. д.), а также полнородные братья и сестры (и дети ранее умерших братьев и сестер). При наличии восходящих ближайшей степени более отдаленный восходящий родственник не призывается к наследству (например, если есть кто-либо из родителей, дед или бабка не призываются). Если наследуют одни восходящие, наследство делится по линиям (отца и матери). Это имеет значение, если к наследству призываются не родители, а деды и бабки; например, после наследодателя остались дед по отцу, дед и бабка по матери; эти три лица получают наследство не поровну: половина пойдет по отцовской линии и достанется деду по отцу, другая половина пойдет по материнской линии и там будет поделена между дедом и бабкой по одной четверти. Если призываются к наследству одновременно восходящие родственники и братья и сестры, наследство делится между все ми ими поровну (in capita, поголовно).

Третью очередь законных наследников составляют по новеллам неполнородные братья и сестры (и дети умерших ранее — неполнородных братьев и сестер, наследующие по праву представления).

В четвертой очереди призываются все остальным боковые кровные родственники (без ограничения степеней) причем ближайшая степень исключает дальнейшую.

В этом списке наследников не назван переживший супруг (муж или жена). Он призывается к наследованию на последнем месте, если не вступит в наследство ни один из перечисленных наследников. Зато за «бедной вдовой», т. е. не имеющей собственного имущества или приданого, позволяющего жить соответственно общественному положению женщины, признано право так называемого необходимого наследования, или право на обязательную долю в размере одной четверти наследства (впрочем, если наследуют дети в числе более трех, вдова получает равную с ними долю). Этой доли муж не может лишить жену даже своим завещанием.

Установленное преторским эдиктом преемство между разрядами наследников (successio ordinum) и степенями (successio graduum) в указанном выше смысле сохранено и в праве Юстиниана. Наряду с этим существовало гак называемое право приращения долей (ius accrescendi); если призвано к наследству несколько лиц одной и той же степени родства (например, три сына) и один из призванных не приобретает своей доли в наследстве, она прирастала к долям других одновременно призванных наследников (в приведенном примере при отказе от наследства одного из сыновей, два других сына получат по половине).

Если наследство не принято ни одним наследником как по завещанию, так и по закону, оно становится выморочным. В древнейшем праве такое имущество считалось ничьим и могло быть захвачено каждым желающим. Начиная с эпохи принципата, выморочное имущество передавалось государству; в период абсолютной монархии городская курия, церковь, монастырь и т. д. получили преимущественное право на получение выморочного наследства после лиц, принадлежавших к этим организациям.

В момент смерти наследодателя происходит открытие. Этим моментом определяется, кто призывается к наследству. Но эти призываемые лица еще не приобретают права на само наследственное имущество, пока не вступят в наследство. За время между открытием наследства и его принятием наследственное имущество не принадлежит никакому определенному лицу: это — hereditas iacens, «лежачее наследство», как бы ожидающее своего субъекта.

В древнем римском праве отношение понималось в данном случае очень примитивно: поскольку никакого хозяина у этого имущества не было, оно и считалось бесхозяйным (res nullius, ничьим), и хотя к этому имуществу не применялось правило о захвате бесхозяйных вещей, но все же любое лицо, захватив вещи из «лежачего наследства» и провладев ими год, становилось собственником, несмотря на то, что условий для приобретения права собственности по давности здесь не было.

В более развитом праве «лежачее наследство» стало охраняться. Его перестали считать бесхозяйным имуществом, но до принятия наследником как бы числили за умершим, личность которого продолжалась в наследственном» имуществе (hereditas… personam defunct) sustinet — буквально «поддерживалось» наследством). Эта мистическая конструкция позволила бороться против всякого рода посягательств на «лежачее наследство»

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

5. Легаты и фидеокомиссы

 

Совершенствование завещательных прав, стремление обойти требования права в отношении наследования законного, обязательных долей и т.п. сформировало несколько специальных институтов, связанных с завещанием. Самыми важными из них стали легаты и фидеикоммиссы.

Легат (legatum) — специально установленный завещателем в определенной форме дар, предназначенный конкретному лицу в качестве вычета из общей наследственной массы. Это лицо (легатарий) могло получить легат после уплаты из наследства всех лежащих на нем долгов; поэтому легат не был безусловным завещательным распоряжением. Легат можно было установить как в устном завещании, так и в письменном. Легат мог предусматривать передачу в пользу легатария какой-то вещи или какого-то вещного права (сервитута), предоставление ему обязательства, вытекающих из наследства, а также мог заключать обязательство не препятствовать осуществлению других наследственных прав другими наследниками, принимая во внимание те или иные условия. Для получения легата необходимо было обладать пассивной завещательной способностью.

Попытки с помощью легатов обойти наследников по закону, требование обязательных долей и т.п. вызвали правовые ограничения размеров легатов. В 1 в. до Р.Х. размеры общей массы легатов ограничивались 3/4 всей наследственной массы, так чтобы законный наследник, (или назначенный в завещании) получил не менее четверти всего. Позднее этот принцип безусловного ограничения выдачи по легату сохранился и упрочился: из числа возможных легатов исключались имущества, представляющие особую ценность для семьи или наследников, особой значимости и т.п.

Фидеикоммиссия (fideicomnussum), или поручение на вере, представляло другой вид завещательного распоряжения. Посредством его завещатель поручал наследнику по завещанию (или по закону) выполнить те или иные действия в пользу третьего лица, как правило, не имевшего пассивной завещательной способности. Фидеикоммиссия была неформальным отказом, не связана никакими ограничениями, которые предусматривались для легатов. При соблюдении интересов других наследников по закону, можно было поручить передать в качестве фидеикоммиссии и все наследство полностью третьему лицу (универсальный fideicommissum). Завещательные поручения были действительны и для третьих лиц, никак не связанных наследственными правами, но только обязанностями по отношению к любому возможному наследнику: например, завещатель мог предписать своему должнику возвратить долг не наследнику, а постороннему третьему лицу. Возлагаемые в качестве фидеикоммиссии поручения должны были только носить подзаконный и нравственный характер: нельзя было поручить совершить преступление и т.п. В классическую эпоху нередки были случаи поручений в отношении отпуска на волю рабов, которое не могло быть сделано и гарантировано другими завещательными распоряжениями.

Институт фидеикоммиссии снял практически все ограничения с завещания по его содержанию и предоставил завещателю почти полную волю следовать только собственным желаниям и намерениям в распоряжении наследством как в части связанных с ним имущественных, так и неимущественных прав.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Заключение

 

В римском частном праве не подразумевается понятием наследства преемство в сфере публичных прав и публично-правового статуса (хотя первое частично проявлялось: для принятия наследства требовалось наличие специальной пассивной завещательной способности, в числе элементов которой гражданское равновеликое качество было существенным). Не в полной мере наследование означало восприятие прав и обязанностей наследодателя в лично семейной сфере: так, наследник не обязывался к восприятию прав наследодателя как мужа, брата, сына и т.д. Однако вместе с наследством переходили обязанности по опеке и попечительству, которые могли иметь и лично-семейные основания: «Благо наследства влечет обременение опекой». Вместе с тем, наследство включало в себя не только выгоды и возможные обогащения имущественного характера; с наследством неразрывно связывались лежащие на наследодателе обязательства, в том числе и те, о которых он не имел точного представления или даже вовсе не знал. Наследство могло быть полностью обременительным, когда в его содержание входили только имущественные долги и иные неисполненные обязательства. Иначе говоря, наследство непременно подразумевало совокупность всех выгод, льгот и обременении, прав и обязанностей в целости и неразрывности; наследник по римскому праву как бы занимал то же правовое положение, что было у наследодателя к моменту его кончины и воспринимал всю сложившуюся ситуацию в целом — в этом заключался принцип универсальности наследства, который был главным элементом, определявшим содержание наследства с точки зрения права.

Вторым, дополнительным элементом, также определявшим содержание наследства по римскому праву, был принцип нематериальности наследства. Наследство не считалось чисто материальным, имущественным понятием. «Наследство — это юридическое понятие, допускающее увеличение и уменьшение; увеличивается оно главным образом за счет доходов». Наследство было реальным, имело юридическое содержание, даже если не было предмета материального обладания, который бы переходил по наследству. В случае материальности наследство не обладало строгой и неизменной имущественной массой: она могла увеличиваться или уменьшаться вне зависимости от чьих-то вредных действий или причиняемого ему ущерба (в наследственную массу могли поступить выплаты третьих лиц по обязательствам, сад — принести плоды, стадо — потерять в весе и т.п.). Но наследство охватывало своим понятием и содержанием все такие возможные приобретения правового характера, утраты (в том числе неправовые).

Открытием наследства считался момент смерти наследодателя — физической или гражданской (вследствие уменьшения правоспособности); второй случай не создавал бесповоротности наследопреемства: если наследодатель претерпевал обратное увеличение правоспособности (выкупался или бежал из рабства, возвращал права гражданства и т.п.), наследство возвращалось обратно наследодателю. В момент открытия его наследство рассматривалось как бы бесхозное имущество — до момента принятия наследства или вступления в действие гарантирующих мер по его сохранению. Присвоение наследства третьим лицом (не имевшим на него право ни по закону, ни по завещанию либо совершающим это присвоение неправовым способом) поэтому расценивалось не как похищение имущества (кража), но как особое преступление чисто уголовного содержания, которым наносился вред публичным интересам и которое преследовалось в порядке частных уголовных обвинений любым заинтересованным лицом.

 

 

 

 

 

 

 

Список литературы

 

  1. Бойко А.И. Римское право. М., 2008.
  2. Дождев Д.В. Римское частное право. М., 2006.
  3. Ковнарева Н.Р. Римское наследственное право. М., 2006.
  4. Новицкий И.П. Римское право. М., 2007.
  5. Черниловский З.М. Римское частное право. М., 2005.
  6. Яровая М.В. Римское частное право. М., 2004.

     

     


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 0.95MB/0.00032 sec

WordPress: 22.84MB | MySQL:122 | 1,429sec