Должностные преступления

<

041914 1821 1 Должностные преступления Из числа должностных преступлений взяточничество является самым ранним: о запрещении принимать «тайные посулы» говорилось еще в Псковской и Новгородской судных грамотах; в Судебнике 1497 г. речь уже шла о запрете не только принимать, но и давать взятку. Впервые наказание за взятку упоминается в Судебнике 1550 г. Особенно пышно расцвело взяточничество в период действия на Руси системы кормлений, при которой должностные лица центрального и местного управления содержались за счет населения. Система кормлений была упразднена в середине XVI в., однако вряд ли это сильно уменьшило число совершаемых преступлений такого рода. Более того, Соборному Уложению 1649 г., каравшему взяточничество в основном в сфере .правосудия, уже было известно посредничество во взяточничестве, хотя оно и не наказывалось1.

Во времена Петра I появляется термин «лихоимство», охватывающий как получение любого вида посулов, так и незаконные поборы. Позднее, в Своде законов Российской империи упоминалось мздоимство и лихоимство, но каких-либо различий не устанавливалось. Между тем статья о наказуемости лихоимства содержалась еще в Судебнике 1509 г. и Соборном Уложении 1649 г., которые связывали с этим понятием дела о превышении власти со стороны воевод, дьяков и приказных людей. Однако, появившись лишь в начале XIX в., первая законодательная формула превышения власти раскрывала данное преступление несколько в ином аспекте, имея в виду лишь случаи, когда «министр, превысив пределы своей власти, постановил в отмену существующих законов, уставов или учреждений или же собственными своими действиями». Позднее (в 1822 г.) составом превышения власти стали охватываться и действия губернаторов, а с 1832 г. — всех должностных лиц. Из законодательных актов Петра I берут свое начало уголовно-правовые нормы некоторых других форм совершения должностных преступлений (бездействие власти, должностной подлог).

Ко времени подготовки Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. уголовно-правовая доктрина еще не выработала понятия «должностное лицо», а зарубежные государства знали три основных варианта этого вопроса: в одних случаях в законе давалось общее определение должностного лица или должности; в другом — устанавливался более или менее подробный перечень должностных лиц; в третьем не содержалось ни того, ни другого. Взяв за основу второй вариант, разработчики Уложения были вынуждены в каждом составе должностных преступлений называть лицо (виновный, чиновник, должностное лицо и т. д.), нарушившее конкретную обязанность. Такой подход обусловил появление значительного числа статей и глав, охватываемых разделом «О преступлениях и проступках по службе государственной и общественной» 1.

Примечательно, что на первое место в Уложении помещалась глава о неисполнении различного рода указов, повелений, предписаний, к которому приравнивалось непредставление или несвоевременное представление требуемых по закону справок, сведений и другого рода бумаг, а также безнаказанность нарушения подобных обязанностей служащим или должностным лицом. Второй формой должностного преступления называлось превышение власти. В общем составе преступления оно определялось как осуществление лицом действий, не предоставленных ему законом, званием, должностью, поручением и т. д., либо с нарушением установленного порядка, либо с присвоением себе права, принадлежащего другому должностному лицу, либо, наконец, без разрешения вышестоящего начальства, когда это необходимо. Конкретными видами превышения считались: создание препятствий в выполнении обязанностей другим должностным лицом; истязание, жестокость, нанесение ран или увечья, оскорбления потерпевшему; осуществление незаконных следственных действий; нарушение тайны частной или казенной корреспонденции. Не упоминая специально о составе должностной халатности. Уложение о наказаниях выделяло специальную главу о противозаконных поступках должностных лиц в отношении вверенного им по службе имущества: его небрежном хранении, злоупотреблении предоставленным правом (пользовании, растрате, присвоении имущества), недостаче вверенных материальных ценностей. Наказание за подлог по службе дифференцировалось с учетом специфики предмета подлога (переправка и подчистка указов; составление ложных официальных актов, их исправление, уничтожение и т. п. свидетельства о болезни, характеристики и т. д.).

Немало статей было посвящено ответственности за взяточничество, понимаемое в то время как мздоимство и лихоимство (в литературе указывалось, что при мздоимстве лицо получает взятку за выполнение законных действий по службе, а при лихоимстве — за незаконные). Специально выделялся состав получения лично или через кого-либо взятки-вознаграждения с более суровыми санкциями (при раскаянии, если оно выразилось в сообщении о содеянном своему начальству до выполнения незаконных действий, предусматривалась возможность смягчения наказания). В самостоятельный состав преступления выделялись различные формы вымогательства взятки: получение ее под каким-либо прикрытием (в виде проигрыша, покупки, мены, иной благовидной сделки) или сопряженное с выполнением должностным лицом действий в пользу третьего, лица (не взяткодателя); содействие в даче или получении взятки, в том числе в виде посредничества, реального и мнимого и т. д. 1

В Уложение о наказаниях была введена ответственность и за дачу взятки (мздодательство и лиходательство), но при переиздании эти статьи оказались пропущенными. В Уложении упоминались и другие формы должностного преступления: связанные с нарушением порядка вступления или оставления должности; медлительность, нерадивость и нарушение порядка отправления своих обязанностей. Отдельными главами устанавливалась ответственность за должностные преступления по некоторым видам государственной службы (в суде, полиции, нотариате, коммерции, по межевым делам), поэтому в конце XIX в. при разработке нового уголовного законодательства сократилось число таких статей, и в частности, за счет выделения так называемых дисциплинарных проступков (провинностей).

Готовился Устав о служебных провинностях, который должен был разграничить их и должностные преступления. Провинность пытались определить как деяние, предусмотренное таким Уставов, или же «не предусмотренное особо уголовным уложением» (работа над Уставом осталась незавершенной.)

Принятое в 1903 г. Уголовное Уложение содержало главу, в названии которой говорилось лишь о преступных деяниях (без упоминания о проступках) по службе государственной и общественной. Другая его особенность — помещение статей о должностных, преступлениях в заключительную главу Особенной части. Это скорее всего связано с тем, что если в середине XIX в. объектом должностных преступлений считался служебный долг, то в конце XIX — начале XX в, криминалисты, отрицая наличие в должностных посягательствах единого объекта, видели их специфику в способе посягательства (использовании особых полномочий), в то время как большинство других видов преступлений различались именно своей направленностью.

Уголовное Уложение впервые включило общее понятие служащего, указав, что им «почитается всякое лицо, несущее обязанности или исполняющее временное поручение по службе государственной или общественной в качестве должностного лица, или полицейского, или иного стража, или служителя, или лица сельского или мещанского управления». При понимании субъекта акцент был поставлен на некоторых видах должности, но не на общих ее признаках. Обращая внимание в первую очередь на превышение власти и трактуя его как совершение лицом действий, не входящих в его компетенцию, либо входящих, но требующих наличия определенных условий.

Уголовное Уложение охватывало этой формой должностного преступления: а) создание служащим препятствий для исполнения обязанностей другим служащим; б) незаконное лишение кого-либо свободы; в) нарушение порядка , проведения следственных действий; г) разглашение различного рода сведений, составляющих секрет государства или частного лица; д) так называемые случаи неправосудия, т. е. злоупотребления при производстве следствия, принятии судебного решения и т. п. Выделив самостоятельные составы многочисленных разновидностей должностного бездействия (неприятие мер по оглашению законов, исполнению их требований, предупреждению заведомо известных замышляемых преступлений и т. д.), законодатель к тому же сконструировал общую норму об ответственности за непринятие мер по предупреждению и пресечению вреда государственному, общественному или частному интересу1.

В отличие от ранее действующего закона, Уложение стало рассматривать служебную растрату, присвоение и незаконное пользование вверенным имуществом преступлением против собственности, а не должностным посягательством. Что касается взяточничества и должностного подлога, то формулировка этих составов, в сущности е претерпела изменений, если не считать одного: ответственность за дачу взятки была предусмотрена в главе, посвященной преступлениям против порядка управления. Новеллой Уголовного Уложения было и то, что оно ввело «злоупотребление служебным положением», но не как самостоятельный состав, а в статьях Общей части, т, е. как обстоятельство, усиливающее наказуемость различных форм должностного посягательства.

Уголовные кодексы РСФСР 1922 и 1926 гг., выделив главу «Должностные (служебные) преступления», сформулировали иное понимание должностного лица. В первоначальном варианте акцент делался на характере функций, выполняемых учреждением, организацией, предприятием, в которых лицо занимало какую-либо должность «Под должностными лицами, — говорилось в примечании к ст. 105 УК РСФСР 1922 г., — разумеются лица, занимающие постоянные или временные должности в каком-либо государственном (советском) учреждении или предприятии, а также в организации или объединении, имеющем по закону определенные права, обязанности или полномочия в осуществлении хозяйственных, административных, просветительных и других общегосударственных задач». УК РСФСР 1926 г. распространил действие нормы на должностных лиц профессиональных союзов.

Наиболее существенным было появление в обоих Кодексах статьи, впервые сформулировавшей признаки злоупотребления властью. Понимая под ним действия, которые должностное лицо могло совершить благодаря своему служебному положению и которые не вызывались соображениями служебной необходимости, законодатель во многом унифицировал иные составы должностных преступлений, причем ориентируясь в большей степени на Уложение о наказаниях, чем на Уголовное Уложение. Частные случаи различных форм проявления должностных посягательств не упоминались; были сохранены лишь статьи, в которых в наиболее общем виде говорилось об ответственности за совершение действий, явно выходящих за пределы предоставленных прав и полномочий (превышение власти или служебных полномочий), невыполнение должностным лицом своих обязанностей (бездействие власти), небрежном и недобросовестном отношении к службе (халатность), составление заведомо ложных документов (служебный подлог), рассекречивание сведений, не подлежащих оглашению, отдельных видах неправосудия (вынесение неправосудного приговора, незаконное задержание или привод) 1.

Установив единый состав получения взятки вне зависимости от способа, вида и т. д., законодатель признал преступным не только дачу взятки и посредничество во взяточничестве, но и провокацию взятки, т. е. «заведомое создание должностным лицом обстановки и условий, вызывающих предложение или получение взятки, в целях последующего изобличения давшего или принявшего взятку». Самостоятельным должностным преступлением признавалась дискредитация власти: «совершение должностным лицом действий, хотя бы и не связанных с его служебными обязанностями, но явно подрывающих в глазах трудящихся достоинство и авторитет тех органов власти, представителем коих данное должностное лицо является».

Система должностных преступлений, отраженная в УК РСФСР 1960 г., во многом основывалась на ранее действующем советском законодательстве. Но в ней содержалось немало изменений: 1) в определении понятия должностного лица акцентирована специфика не места его работы, а функции (представителя власти, организационно-распорядительные или административно-хозяйственные); 2) невыполнение обязанностей (бездействие власти) и недобросовестное или небрежное к ним отношение (халатность) получили значение не самостоятельных составов, а признаков единого состава преступления (халатности); 3) исключены статьи об ответственности за провокацию взятки и посредничество (последняя статья восстановлена в 1962 г.); 4) в связи с выделением главы «Преступления против правосудия» в числе должностных преступлений не упоминалось о вынесении заведомо неправосудного приговора, незаконном задержании и приводе, принуждении к даче показаний и т. п.; 5) исключена статья, предусматривающая ответственность за дискредитацию власти; 6) состав присвоения, растраты и хищения путем злоупотребления служебным положением вновь помещен в главу о преступлениях против собственности1.

Глава УК РФ 1996 г. именуется «Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления». Если не касаться многочисленных новелл, посвященных квалифицирующим признакам, то обращает на себя внимание прежде всего то, что в ней отражены все составы должностных преступлений, известные УК РСФСР 1960 г. Более того, восстановлена статья об ответственности должностного лица за отказ в предоставлении информации в случаях, когда это предусмотрено законом. В Уложении о наказании, помимо сходной статьи, в главе «О неисполнении указов, предписаний и законных по службе требований» содержались и такие, в которых говорилось об ответственности за неисполнение различного рода законодательных актов. Предложение проекта УК РФ 1994 г. о самостоятельной уголовной наказуемости «отказа должностного лица от исполнения закона, если это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и юридических лиц либо охраняемых законом интересов общества или государства» трансформировалось в норму об Ответственности за отказ предоставить информацию Федеральному Собранию или Счетной палате Российской Федерации. В определенной мере ранее незнакомыми отечественному законодательству можно считать составы присвоения служащим полномочий должностного лица (частный случай превышения власти) и незаконного участия в предпринимательской деятельности1.

Таким образом, с появлением зачатков государственного аппарата в России, возникла проблема должностных преступлений и ответственностью за них. Государственная власть постоянно боролось с должностными преступлениями людей, состоящих у нее на службе. Нормы, направленные на борьбу с этими деяниями, встречаются во многих исторических источниках, начиная с «Русской Правды». Со времен Петра I нормативная база, направленная на борьбу со злостными злоупотреблениями чиновников, постоянно совершенствовалась, но ускорить эти преступлениями не удается. Особенно остро проблема должностных преступлений возникла в последнее, переломное для России время.

 

Глава 2. Уголовно-правовая характеристика статьи 285 УК РФ

 

2.1. Объективные признаки (ч. 1 ст. 285 УК РФ)

 

Злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК) является одним из наиболее распространенных среди должностных преступлений. Закон определяет его как использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной или иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства1.

Состав данного преступления — материальный.

Непосредственным объектом преступления является деятельность конкретного государственного органа, учреждения или предприятия либо органа местного самоуправления. Дополнительный объект – права и законные интересы граждан, организаций, общества или государства.

Объективная сторона рассматриваемого преступления состоит из трех обязательных признаков:

1) использования должностных полномочий вопреки интересам службы;

2) существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства;

3) причинной связи между деянием и последствиями.

<

Деяние как признак объективной стороны должностного злоупотребления может быть выражено в форме действия или бездействия. В обоих случаях оно представляет собой совершение (не совершение) должностным лицом действий, которые формально являются правомерными, входят в его служебную компетенцию, связаны с осуществлением им тех прав и обязанностей, которыми оно наделено исключительно в силу занимаемой им должности. По мнению Игнатова А.Н., Красикова Ю.А., желательно было бы указать в законе на возможность совершения злоупотребления путем бездействия при выполнении служебных обязанностей1.

Вопрос о возможности злоупотребления должностными полномочиями путем бездействия является дискуссионным. Однако в настоящее время большинство российских ученых в области уголовного права допускают такую форму бездействия, как попустительство совершению преступлений иными лицами2.

Под интересами службы следует понимать деятельность органа, учреждения или предприятия, определяемую не только соответствующими нормативными актами (уставами, приказами, положениями, инструкциями и т. д.), но и фактически сложившейся обстановкой. Интересы службы предполагают прежде всего реализацию задач, поставленных перед данным учреждением, в соответствии с законами Российской Федерации.

В юридической литературе понятие «интересы службы» раскрыто достаточно полно. Так, Б. В. Здравомыслов писал; «…деяние совершается вопреки интересам службы, когда оно нарушает правильную деятельность того звена государственного аппарата, в котором работает должностное лицо, препятствует осуществлению стоящих перед ним и аппаратом в целом задач, выполняется не на основе и не во исполнение законов и других нормативных актов, а в противоречии с ними»3. «Деяние, совершенное вопреки интересам службы, — это деяние, не вызываемое служебной необходимостью, — пишет Б. В. Вол-женкин, — при этом интересы службы, вопреки которым должностное лицо использует в данном случае служебные полномочия, определяются не только потребностями функционирования конкретного государственного органа или органа местного самоуправления, государственного или муниципального учреждения, воинского формирования, но и интересами деятельности публичного аппарата управления в целом»4.

Во время чрезвычайных происшествий (стихийное бедствие, экологическая катастрофа, серьезная авария и т. п.) должностным лицам (для предотвращения тяжелых последствий) приходится нарушать правила, предусмотренные нормативными актами, и даже причинять ущерб отдельным гражданам или организациям. В этих случаях при решении вопроса об ответственности следует руководствоваться положениями ст. 39 УК о крайней необходимости и ст. 41 УК об обоснованном риске.

Характерным признаком деяния, предусмотренного ст. 285 УК, является использование должностным лицом своих служебных полномочий. Виновный должен действовать формально в пределах своих полномочий, но фактически вопреки интересам службы.

В каждом случае необходимо установить, какие именно полномочия и в каком объеме предоставлены данному должностному лицу. Для этого следует выяснить, какими законами и другими нормативными актами (приказами, инструкциями, уставами) определен круг служебных полномочий должностного лица.1

Таким образом, в ст. 285 УК речь идет об использовании должностным лицом своего служебного положения в узком смысле этого слова. Использование же служебного положения в широком смысле слова, т.е. связей по службе, авторитета и значимости занимаемой должности, не является признаком этого преступления.

Поскольку состав преступления, предусмотренный ст. 285 УК, является материальным, для признания преступления злоупотреблением служебными полномочиями необходимо причинение вреда (вредных последствий).

Общественно опасными указанные действия признаются ввиду того, что, несмотря на формальную их правомерность, по существу, они совершаются вопреки интересам службы; имеющиеся у должностного лица полномочия используются им совсем не в тех целях, для которых оно ими наделено. Конкретными формами злоупотребления должностным положением являются: нарушения финансовой дисциплины; сокрытие правонарушений; необоснованное проведение (или непроведение) проверок и ревизий; извлечение имущественной выгоды за счет государственного или муниципального имущества или за счет публичной деятельности иных (подчиненных) лиц без обращения имущества в свою пользу (например, использование военачальником солдат на строительстве своего загородного дома, использование служебного транспорта в личных целях) и т.п. 1

Например, по одному из дел П., работая начальником управления по сбору страховых взносов департамента пенсионной службы и используя свое служебное положение, необоснованно, из корыстных побуждений выделял вексельные кредиты коммерчески структура.

По другому делу Калининградским областным судом К. был осужден по ч. 1 ст. 285 и по п. «б» ч. 4 ст. 290 УК. Он был признан виновным в том, что, работая старшим инспектором таможенного поста, из корыстной заинтересованности злоупотреблял своими должностными полномочиями и неоднократно получал взятки. В ходе досмотра автомашин он выявлял недостоверное декларирование валюты, перемещаемой через таможенную границу РФ, и за взятки не реагировал на нарушения таможенных правил, т.е. не составлял соответствующие протоколы, не изымал валюту, являющуюся предметом нарушения таможенных правил, и др.

Содержание второго признака объективной стороны злоупотребления должностными полномочиями — общественно опасных последствий — должно быть установлено с учетом данных в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 30.03.90 № 4 разъяснений2. Следует, правда, иметь в виду, что действующее законодательство, в отличие от ст. 170 УК РСФСР, описывает последствия рассматриваемого преступления как «существенное нарушение» охраняемых интересов, а не как «существенный вред» этим интересам.

В теории уголовного права высказано мнение, что эти понятия неравнозначны.1 Представляется, что указанная позиция небесспорна — если общественным отношениям причиняется вред, это означает нарушение их нормального состояния.

Закон определяет вредные последствия как существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства.

Таким образом, при совершении данного преступления вред может быть причинен гражданам (как сотрудникам учреждения, так и другим лицам), организациям (как той, в которой работает должностное лицо, так и другим), обществу в целом или государству (нарушение прав и интересов, затрагивающее неопределенный круг лиц или общие принципы функционирования государственного аппарата).

Существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства наиболее часто может выражаться в причинении такого материального вреда, когда государственным и иным публичным организациям причиняется имущественный ущерб в виде прямых убытков либо упущенной выгоды. Вместе с тем общественно опасные последствия должностного злоупотребления могут иметь и нематериальную природу и быть выражены: в нарушении конституционных прав и свобод граждан, в подрыве авторитета органов власти, государственных и. муниципальных учреждений, в создании помех и сбоев в их работе, в нарушении общественного порядка, в сокрытии крупных хищений и других тяжких преступлений и т.п. Решение вопроса о том, является ли нарушение существенным, зависит от всей совокупности установленных по делу фактических обстоятельств и во многом зависит от усмотрения правоприменителя (следственных органов и суда). Судебная практика исходит из того, что при этом необходимо учитывать следующие факторы: степень отрицательного влияния противоправного деяния на нормальную работу конкретного звена властного публичного аппарата, характер и размер причиненного материального ущерба, число потерпевших граждан, тяжесть причиненного им морального, физического или имущественного вреда. Следует иметь в виду, что в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 30.03.90 № 41 общественно опасные последствия раскрываются для трех должностных преступлений (злоупотребление полномочиями, превышение полномочий и халатность) не дифференцированно. Физический вред гражданам не является характерным признаком преступления, предусмотренного ст. 285 УК.

Моральный вред причиняется в случае нарушения трудовых, жилищных и иных прав и интересов граждан, например, незаконное увольнение, отказ в предоставлении жилплощади.

Последствие злоупотребления должностными полномочиями может выразиться в серьезном нарушении работы учреждения или предприятия.

Необходимым элементом объективной стороны преступления является наличие причинной связи между использованием должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы и наступлением существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций.

Третьим признаком объективной стороны данного преступления является причинная связь между фактом использования должностных полномочий вопреки интересам службы и наступившим существенным нарушением правоохраняемых интересов. Состав преступления сконструирован по типу материального, поэтому оно окончено в момент наступления указанных в законе последствий.

При отсутствии существенного нарушения использование должностным лицом своих прав и полномочий вопреки интересам службы образует должностной проступок, влекущий дисциплинарную ответственность.

Таким образом, ответственность за злоупотребление служебными полномочиями установлена ст. 285 УК, в ч. 1 которой состав преступлений определяется как использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено их корыстной или иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства. Состав данного преступления предполагает наличие следующих признаков, характеризующих его объективную и субъективную стороны: использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы; совершение деяния из корыстной или иной личной заинтересованности; наступление конкретных последствий деяния (существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества; наличия причиной связи между действием либо бездействием должностного лица и указанными последствиями. Непосредственным объектом преступления является деятельность конкретного государственного органа, учреждения или предприятия либо органа местного самоуправления. Дополнительный объект – права и законные интересы граждан, организаций, общества или государства.

 

2.2. Субъективные признаки (ч. 1 ст. 285 УК РФ)

 

С субъективной стороны должностное злоупотребление характеризуется двумя признаками.

Во-первых, это умышленное преступление. Умысел может быть как прямым, так и косвенным.

Во-вторых, злоупотребление должностными полномочиями совершается из корыстной или иной личной заинтересованности. По смыслу закона корыстная заинтересованность как мотив рассматриваемого преступления означает стремление виновного получить имущественную выгоду без незаконного безвозмездного обращения чужого имущества в свою пользу или уклониться от неизбежных материальных затрат (например, сокрытие путем запутывания учета образовавшейся в результате халатности недостачи с целью избежать материальной ответственности)1.

Корыстная заинтересованность будет в случае стремления должностного лица получить материальную выгоду в результате злоупотребления должностными полномочиями. Это может быть незаконное получение льгот, кредита, освобождение от каких-либо имущественных затрат и т. д. Так, Г. П. Новоселов характеризует корыстную заинтересованность как «желание виновного получить для себя, своих близких или знакомых выгоды имущественного характера или стремление избежать имущественных расходов»2.

Корысть может выражаться в безвозмездном получении услуг (ремонт квартиры, автомашины, пошив одежды или обуви и т. п.).

Корыстное злоупотребление должностными полномочиями следует отличать от хищения чужого имущества любого вида собственности, совершенного с использованием служебного положения и полномочий.

При хищении происходит незаконный переход имущества из законного владения во владение должностного лица.

Правильно отмечал Б. В. Волженкин: «Злоупотреблением должностными полномочиями из корыстной заинтересованности следует считать такие неправомерные действия должностного лица, которые совершены с целью получить имущественную выгоду без незаконного безвозмездного обращения чужого имущества в свою собственность или собственность других лиц»3.

Нельзя согласиться с мнением В. И. Динеки, что «корыстная заинтересованность может быть выражена в неправомерном желании лица получить материальную выгоду, имущество, принадлежащее другим лицам (гражданам, организациям, государству), и безвозмездно обратить его в свою пользу либо получить право его использования на определенный срок путем противоправного использования должностных полномочий»1.

Получение имущества, принадлежащего другим лицам (иными словами, обращение его в свою пользу), следует рассматривать как хищение

Иная личная заинтересованность может выражаться в стремлении извлечь выгоду нематериального характера. Такое стремление может быть обусловлено карьеризмом, протекционизмом, семейственностью, желанием приукрасить действительное положение, получить взаимную услугу и т.п. Если же деяние совершено из иных побуждений, например ввиду ложно понимаемых служебных интересов, оно не образует состава рассматриваемого преступления.

Субъектом преступления является лицо, достигшее 16-летнего возраста и только должностное лицо, работающее в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, в Вооруженных Силах Российской Федерации и других воинских формированиях.

Таким образом, с субъективной стороны должностное злоупотребление характеризуется двумя признаками: это умышленное преступление, причем умысле может быть как прямым, так и косвенным; злоупотребление должностными полномочиями совершается из корыстной или личной заинтересованности. Субъектом преступления является должностное лицо.

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 3. Квалифицирующие признаки (ч. 2 ст. 285 УК РФ)

 

Квалифицированный состав злоупотребления должностными полномочиями предполагает наличие одного квалифицирующего признака — совершение злоупотребления лицом, занимающим государственную должность Российской Федерации или субъекта Федерации, а равно главой органа местного самоуправления (ч. 2 ст. 285 УК).

По ч. 2 ст. 285 УК квалифицируется злоупотребление должностными полномочиями, совершенное лицом, занимающим государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации либо главой органа местного самоуправления. Таким образом, ответственность в этом случае повышается по признаку субъекта преступления.

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 10 февраля 2000 г. «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» разъяснил: «К представителям власти следует относить лиц, осуществляющих законодательную, исполнительную или судебную власть, а также работников государственных, надзорных или контролирующих органов, наделенных в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости, либо правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, а также организациями независимо от их ведомственной подчиненности (например, члены Совета Федерации, депутаты Государственной Думы, законодательных органов государственной власти субъектов РФ, члены Правительства РФ и органов исполнительной власти субъектов РФ, судьи федеральных судов, и мировые судьи, наделенные соответствующими полномочиями работники прокуратуры, налоговых, таможенных органов, органов МВД и ФСБ России, состоящие на государственной службе аудиторы, государственные инспекторы и контролеры, военнослужащие при выполнении возложенных на них обязанностей по охране общественного порядка, обеспечению безопасности и иных функций, при выполнении которых военнослужащие наделяются распорядительными полномочиями)»1.

Статус представителя власти определяется не уровнем должностного положения, а характером выполнения служебных обязанностей. Так, генеральный директор крупного предприятия или промышленного объединения представителем власти не является, а постовой милиционер — является.

Согласно примечанию 2 к ст. 285 УК под лицами, занимающими государственные должности Российской Федерации понимаются лица, занимающие должности, установленные Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами и федеральными законами для непосредственного исполнения полномочий государственных органов.

Примечание 3 к ст. 285 УК указывает, что под лицами, занимающими государственные должности субъектов Российской Федерации понимаются лица, занимающие должности, устанавливаемые конституциями или уставами субъектов Российской Федерации для непосредственного исполнения полномочий государственных органов.

Таким образом, квалифицирующим признаком является совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ лицом, занимающим государственную должность РФ или государственную должность субъекта РФ, или главой органа местного самоуправления. Установление повышенной ответственности такого должностного лица за злоупотребление своими полномочиями объясняется как сами характером правомочий, которыми оно наделено в отношении широкого круга физических и юридических лиц, та Ки теми серьезными последствия, которые могут наступить в результате их противоправных действий.

 

 

 

 

 

Глава 4. Особо квалифицирующие признаки (ч. 3 ст. 85 УК РФ)

 

Особо квалифицированный вид злоупотребления должностными полномочиями будет иметь место тогда, когда оно повлекло тяжкие последствия (ч. 3 ст. 285 УК). Тяжесть причиненных последствий — признак оценочный. Пленум Верховного Суда СССР в п. 10 постановления от 30.03.90 г. № 41 указал, что тяжкими последствиями следует признавать крупные аварии, длительную остановку транспорта или производственного процесса, дезорганизацию работы учреждения, срыв выполнения государственных планов (например, по сбору налогов), нанесение материального ущерба в особо крупных размерах и др.

В ч. 3 ст. 285 УК устанавливается ответственность за деяния, предусмотренные ч. 1 и 2 данной статьи, повлекшие тяжкие последствия.

Квалификация злоупотребления должностными полномочиями по ч. 3 ст. 285 УК по признаку причинения тяжких последствий возможна, например, в случаях, когда по делу установлено, что преступление повлекло такие последствия, как: крупная авария, длительная остановка транспорта или производственного процесса, дезорганизация работы организации, срыв выполнения народнохозяйственных заданий, нанесение государству материального ущерба в крупных размерах, причинение смерти или тяжкого вреда здоровью хотя бы одному человеку и др. При этом необходимо, чтобы кроме указанных тяжких последствий имелись все другие признаки состава злоупотребления должностными полномочиями: использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, прямой умысел, корыстная или иная личная заинтересованность2.

Если использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы повлекло умышленное причинение кому-либо смерти или тяжкого вреда здоровью, то содеянное квалифицируется по совокупности как особо квалифицированное злоупотребление должностными полномочиями {ч. 3 ст. 285 УК) и убийство или умышленное причинение тяжкого вреда здоровью.

Злоупотребление должностными полномочиями, совершенное из корыстных побуждений и повлекшее причинение материально-

го ущерба организациям любой формы собственности или гражданам, необходимо отличать от хищения чужого имущества, совершенного должностным лицом с использованием служебного положения путем присвоения или растраты (ч. 2 ст. 160 УК).

Злоупотребление должностными полномочиями, связанное с противоправным безвозмездным изъятием и (или) обращением чужого имущества в пользу виновного или других лиц, должно рассматриваться как хищение, совершенное должностным лицом с использованием своего служебного положения путем присвоения или растраты (п. «в» ч. 2 ст. 160 УК).

Напротив, злоупотребление должностными полномочиями из корыстных побуждений не является хищением, если ущерб собственнику или иному владельцу имущества причинен в результате, например, временного позаимствования, использования вверенного имущества не по назначению, а не вследствие противоправного безвозмездного изъятия и (или) обращения чужого имущества в пользу виновного или других лиц1.

Тяжкие последствия — оценочный признак, содержание которого закон ее раскрывает. Во всяком случае тяжкие последствия — более значительный вред, чем существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций.

Тяжкими последствиями можно признавать особенно большой материальный ущерб, длительное нарушение работы учреждения или полную ее приостановку, срыв выполнения важных заказов, нарушение прав большого числа людей, возникновение чрезвычайных происшествий.

Имущественный ущерб может считаться тяжким последствием, если его размер на порядок превышает величину крупного ущерба при халатности (превышает 1 млн. руб.). Спецификой субъективной стороны особо квалифицированного должностного злоупотребления является то, что в данном преступлений могут иметь место две формы вины: психическое отношение к наступившим тяжким последствиям может быть неосторожным, тогда как последствия, предусмотренные основным составом, охватываются умыслом виновного.

Субъективная сторона по отношению к таким последствиям может быть выражена прямым умыслом, когда виновный предвидит и желает наступления таких последствий, или косвенным умыслом, когда субъект предвидит, не желает, но сознательно допускает наступление тяжких последствий.

Мнение о возможности неосторожной вины по отношению к тяжким последствиям1 было подвергнуто обоснованной критике в юридической литературе2.

Причинение должностными лицами при исполнении служебных обязанностей тяжких последствий, в том числе смерти человека по неосторожности, образует квалифицированный состав халатности (ч. 2 ст. 293 УК). Злоупотребление же должностными полномочиями — чисто умышленное преступление.

Таким образом, особо квалифицирующим признаком по ч. 3 ст. 285 УК РФ является наступление тяжких последствий: смерти одного или нескольких людей или причинение тяжкого вреда здоровью, крупных аварий, длительной дезорганизации деятельности государственных или муниципальных организаций. Эти последствия должны обладать такими свойствами, которые дают возможность определить их размер, величину, степень. Хотя в целом понятие «тяжкие последствия» является оценочной категорий. По отношению к этим тяжким последствиями вина субъекта выражается в форме неосторожности, т.е. данное посягательство будет преступлением с двойной формой вины.

 

Глава 5. Отграничение ст. 285 от ст. 201 УК РФ

 

Злоупотребление должностными полномочиями необходимо отличать от таких преступлений, как присвоение или растрата, совершенные лицом с использованием своего служебного положения (п. «в» ч. 2 ст. 160 УК), злоупотребление полномочиями (ст. 201 УК) и злоупотребление полномочиями частными нотариусами и аудиторами (ст. 202 УК). Эти преступления имеют разные объекты.

Практически же они отличаются следующим. В отличие от хищения, при корыстном злоупотреблении должностными полномочиями не происходит противоправного безвозмездного обращения имущества в свою пользу или пользу третьих лиц. Имущество не переходит из чужого законного владения в незаконное владение виновного, который добивается выгоды имущественного характера иным способом — используя имущество не по назначению. От преступлений, предусмотренных гл. 23 УК, должностное злоупотребление отличается по субъекту — им является должностное лицо, а не лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческих и иных организациях, и не частный нотариус или аудитор1.

Злоупотребление полномочиями (ст. 201 УК), злоупотреблении, т.е. в использовании лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации, если это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства.

Деяние, таким образом, состоит в использовании лицом своих полномочий вопреки законным интересам организации. Под использованием своих полномочий понимают совершение лицом тех действий, которые оно могло совершить как лицо, наделенное определенными правами и обязанностями по службе, полномочиями по управлению организацией. При этом лицо действует во вред организации и ее законным интересам (вопреки законным интересам), нарушает положения учредительных документов организации (устава, учредительного договора, и т.д.) и (или) заключенного между организацией и виновным договора (контракта). Следует в то же время иметь в виду, что нарушение конкретной служебной обязанности (полномочия) не является обязательным для наличия состава злоупотребления полномочиями; лицо может действовать в рамках своих прав и обязанностей, но вопреки интересам службы (например, директор коммерческой фирмы заключает в рамках своей компетенции договор о совместной деятельности с фирмой, предлагающей самые невыгодные условия из числа других претендентов на сотрудничество, руководствуясь корыстными мотивами — получив от представителей этой фирмы незаконное вознаграждение).

Объективная же сторона злоупотребления должностными полномочиями состоит из трех обязательных признаков: использования должностных полномочий вопреки интересам службы, которое может быть выражено как в действии, так и в бездействии; общественно опасных последствий в виде существенного нарушения прав и охраняемых интересов; причинной связи между деянием и последствиями.

Конкретными разновидностями злоупотребления полномочиями могут быть названы, например, нарушение лицом штатно-финансовой дисциплины (временное заимствование денег или имущества из средств организации, нарушение правил ведения бухгалтерского учета, необоснованное увольнение работников организации или наложение необоснованных взыскании и т.п.), заключение невыгодных для организации договоров, выдача необеспеченных кредитов и т.д.

Использование служебных полномочий для квалификации по ст. 285 УК РФ представляет собой совершение (несовершение) действий, формально правомерных, входящих в служебную компетенцию должностного лица, связанных с осуществление прав и обязанностей, которыми оно наделено исключительно в силу занимаемой им должности.

Состав преступления и по ст. 201, и по ст. 285 УК РФ — материальный; для оконченного состава необходимо, чтобы в результате деяния был причинен существенный вред правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства. Существенный вред — оценочная категория; его содержание устанавливается в каждом конкретном случае. К существенному вреду может быть отнесен, например, значительный материальный ущерб, нарушение конституционных прав граждан, причинение вреда здоровью людей (легкого или неквалифицированного вреда средней тяжести), срыв работы организации на продолжительное время и т.д.

Субъективная сторона злоупотребления полномочиями и по ст. 201, и по ст. 285 УК РФ характеризуется только прямым умыслом.

Обязательным признаком субъективной стороны по ст. 201, и по ст. 285 УК РФ выступает хотя бы одна из двух возможных специальных целей: 1) цель извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц либо 2) цель нанесения вреда другим лицам. Выгоды и преимущества понимаются здесь широко: они могут носить различный характер — материальный и иной (лицо может, например, преследовать цель устройства на работу или на учебу в престижный вуз своих родственников или цель дальнейшего продвижения по службе, цель получения льготного кредита и т.д.). Вред другим лицам тоже толкуется широко: это может быть вред моральный или физический, имущественный и др.

Субъект преступления по ст. 201 УК РФ — лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, а по ст. 285 УК РФ– должностное лицо.

В части 2 статьи 201 УК РФ предусмотрен квалифицирующий признак к преступлению, предусмотренному в ч. 1 статьи: причинение тяжких последствий. Тяжкие последствия — оценочная категория, к ним на практике относят, например, причинение крупного имущественного ущерба, тяжкого вреда здоровью людей, банкротство организации, прекращение ее деятельности на длительное время и т.д.

Список используемой литературы

 

Нормативные акты

 

  1. Конституция РФ. Принята на всенародном референдуме 12 дек. 1993 г. // Российская газета. 25 декабря 1993 г.
  2. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ с изм. и доп. // СЗ РФ. 2001. № 52 (ч. I)
  3. Уголовный кодекс РФ 1996 г. // СЗ РФ. 1996. № 25.
  4. Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации: Федеральный закон от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «и» // СЗ РФ–2003 г.– № 40.– Ст. 3822.
  5. О системе государственной службы Российской Федерации. Федеральный закон от 27 мая 2003 г. № 58-ФЗ // СЗ РФ. 2003. №22. Ст. 2063.
  6. О государственной гражданской службе Российской Федерации. Федеральный закон от 27 июля 2004 г, № 79-ФЗ // Российская газета. 5 августа. 2004 г.
  7. Положение о федеральной государственной службе. Указ Президента РФ от 22 декабря 1993 г.
  8. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30.03.90 № 4 «О судебное практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» // Сборник постановлений Пленумов ВС СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. М., 2005.
  9. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» // БВС РФ. 2000. № 4. С. 5.

    Научная и специальная литература

  10. Бантышев А.Ф. Должностные преступления. Учеб. пособие К., 1996.
  11. Бахрах Д.Н. Государственная служба в Российской Федерации. Екатеринбург, 2000.
  12. Волженкин Б.В. Служебные преступления. М., 2002.
  13. Волженкин Б.В.,Квашис В.Е., Цагикян С.М. Ответственность за взяточничество: Уголовно-правовые и криминологические проблемы. Ереван, 2002.
  14. Галахова. А. В. Должностные преступления. М., 1998.
  15. Государственная служба Российской Федерации: современное состояние, проблемы функционирования и первоочередные направления дальнейшего развития / Рук. научн. проекта А.И. Турчинов. М., 2002.
  16. Граждан В.Д. Государственная гражданская служба. М., 2005.
  17. Гришковец А.А. Правовое регулирование государственной гражданской службы в Российской Федерации: Учеб. курс. М., 2003.
  18. Гришковец А.А. Правовое регулирование государственной гражданской службы в Российской Федерации: Учеб. курс. М., 2003.
  19. Динека В.И. Ответственность за должностные преступления по уголовному праву России. Автореф. дисс. докт. юрид. наук. М., 2000.
  20. Здравомыслов Б.В. Должностные преступления. Понятие и квалификации. М., 1975. С. 65.
  21. Канаровский В.С., Тимофеева Л.Н. Конфликты граждан с чиновниками: почему и зачем? // Государство и право. 2003. № 10. С. 5—15.
  22. Клименко В.А. Уголовная ответственность за должностные преступления. К., 1996. .
  23. Максимов. С.В. Коррупция. Закон. Ответственность. М., 2002.
  24. Романовский Н.В. Государственная служба Российской Федерации: понятийный аппарат как отражение процессов и проблем обновления. М., 1997.
  25. Уголовное право. Особенная часть / Под ред. Б.В. Здравомыслова. М., 2002.
  26. Уголовное право. Особенная часть / Отв. ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамова, Г.П. Новоселов. М., 2002.
  27. Уголовное право России. Особенная часть. Том 2 / По ред. А.Н. Игнатова, Ю.А. Красикова. М., 2005.
  28. Уголовное право России. Часть Общая / Отв. ред. Л.Л. Кругликов. М., 2005.
  29. Уголовное право. Общая часть / Под ред. В Н Петрашева. М, 2005.
  30. Уголовное право. Особенная часть / Под общ. ред. В.И. Радченко. М., 2004.
  31. Уголовное право России. Особенная часть. Учебник / Под ред. А.И. Рарога. М., 1998.
  32. Уголовное право России. Общая и Особенная части: Учебник / Под ред. Ревина В.П. М., 2004.

     


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 0.99MB/0.00049 sec

WordPress: 23.03MB | MySQL:119 | 1,475sec