Изнасилование как уголовное преступление

<

041114 1712 1 Изнасилование как уголовное преступление

1 ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОГО УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ИЗНАСИЛОВАНИЕ

 

В древнем праве на изнасилование смотрели как на вид насилия над личностью вообще, и даже позднейшее римское право подводило его лишь под понятие vis (то есть просто физическое насилие, безотносительно к сексуальному характеру действий преступника), и не предусматривало его в известном «Lex Julia de adulteriis «, посвященном половым преступлениям (stuprum) вообще. Только в новом праве момент посягательства на целомудрие выдвигается на первый план, момент же насилия играет второстепенную роль.

В русском и иностранном законодательстве XIX—начала XX века важнейшим признаком изнасилования уже стало не насилие как таковое, а отсутствие согласия на половой акт со стороны потерпевшей. Изнасилование поэтому делилось на два вида: на совокупление без согласия женщины, но и без употребления насилия (Stuprum nec violentum, nec voluntarium), и на совокупление против воли женщины, при помощи физического или нравственного насилия над нею (Stuprum violentum).

К первому виду было отнесено:

– растление малолетней (по уложению о наказаниях — не достигшей 14-летнего возраста, а в Закавказье — 13-летнего), без насилия, но с употреблением во зло её невинности и неведения;

– совокупление с женщиной, находящейся в таком состоянии, при котором она не могла защищаться, если это состояние не вызвано для цели совокупления самим виновным. К этому виду относили случаи совокупления с женщиной, находящейся в бессознательном состоянии, например, в состоянии сна, сильного опьянения, сумасшедшей, и т. п. Русское право не предусматривало таких случаев непосредственно, но судебная практика признавала их изнасилованием. Такой же взгляд был характерен для французской судебной практики. Германское уложение (§ 176, п. 2), голландское (ст. 2 43) и бельгийский Code pénal — предусматривали такие случаи специально, хотя и считали их менее тяжким видом изнасилования и определяли для них меньшее наказание;

– совокупление без насилия, но при помощи обмана. Многие законодательства предусматривали и этот случай отдельно. Русское Уложение о наказаниях и французский кодекс не предусматривали его, но в судебной практике они подводились под понятие изнасилования.

Ко второму виду, — изнасилование в узком смысле, — относили случаи совершения полового акта с женщиной, над которой для этой цели были совершены насильственные действия, устранявшие её сопротивление.

В старом праве семейное положение подвергшейся насилию женщины считалось существенным обстоятельством — за изнасилование замужней женщины наказывали строже.

В некоторых законодательствах конкретизировалось и понятие насилия, наличность которого обусловливает квалификацию деяния в качестве изнасилования. Русское Уложение конца XIX века, по примеру французского кодекса, оставляло определение его судебной практике, что сохранилось и по сей день. В более ранних законодательствах указывались особые условия, наличие которых требовалось для предъявления обвинения в изнасиловании, — условия доказательственного, процессуального свойства. Так, например, Воинский устав Петра I (арт. 166) и толкование его требовали доказательств того, что жертва кричала и призывала на помощь, или чтобы насильственные действия оставили следы на теле изнасилованной и т. п. Как объясняет толкование арт. 166, эти условия необходимы для того, чтобы не дать «скверным женщинам, когда в своих скверностях иногда многие скверности учинять» обвинять людей в том, что «насильством чести своей лишены и насильствованы».

Свод законов уголовных (ст. 789 по изн. 1842 г.) содержал постановление, что при суждении об изнасиловании уголовный суд должен считать изнасилование доказанным «не иначе, как:

– по точному удостоверению в действительности насилия;

– когда свидетели будут, что изнасилованная криком своим призывала на помощь посторонних;

– когда у ней или у обвиняемого, или у обоих окажутся кровавые знаки, синие пятна или изорванное платье;

– когда объявление о том будет подано сейчас или до истечения дня.»

В уложение 1845 г. это правило не включено, но осталось в процессуальных законах и только позже, при отмене формальной силы доказательств, утратило силу.

По действующему на конец XIX века Уложению за изнасилование виновный подвергался каторжным работам сроком от 4 до 8 лет (ст. 1525 Уложения о наказаниях); наказание усиливалось, если изнасилованная была замужем; если для совершения изнасилования она была обманом или силой уведена или увезена; если изнасилование сопровождалось побоями или истязаниями; если оно было совершено опекуном, попечителем, наставником, начальником или врачом, пользовавшим потерпевшую, или же служителем самой потерпевшей, или её родителей; если для изнасилования жертва приведена в беспамятство; если жизни потерпевшей угрожала опасность; если изнасилование было сопряжено с растлением (ст. 1526 и 1528).

Глава 18 «Преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности» находится в разделе «Преступления против личности» УК РФ. В УК РСФСР 1960 г, аналогичной главы не было, хотя составы ряда преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности находились в гл. 3 «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности».

Следует отметить, что в УК РСФСР 1922 г. была глава «Преступления в области половых отношений».

Половая свобода — это право граждан, достигших определенного возраста и психически вменяемых, по своей воле реализовывать свои потребности в сфере половых отношений.

Преступления против половой свободы — это деяния, посягающие на указанное право. К таким преступлениям относится изнасилование (ст. 131, кроме п. «в» ч. 3, ст. 132, кроме п. «в» ч. 3, ст. 134 УК).

Объектом этих преступлений является половая свобода.

Половая неприкосновенность — это право малолетних лиц, лиц психически больных не подвергаться вовлечению в половые отношения. Указанные лица не обладают половой свободой и защищаются уголовным законом от сексуальных посягательств со стороны любых других лиц. К посягательствам, нарушающим половую неприкосновенность, относятся изнасилование душевнобольных и малолетних или совершение в отношении этих лиц насильственных действий сексуального характера, а также преступления, предусмотренные ст. 134 и 135 УК.

Объектом этих преступлений является половая неприкосновенность, а также нормальное развитие и формирование личности несовершеннолетних.

Преступления против половой свободы и половой неприкосновенности личности могут быть насильственными (ст. 131, 132 и частично ст. 133 УК) и ненасильственными (ст. 133, 134, 135 УК). Понуждения к действиям сексуального характера путем угрозы уничтожением, повреждением или изъятием имущества следует относить к категории насильственных преступлений (использование психического насилия).

Ранее в российском законодательстве предусматривалась, а в законодательстве некоторых зарубежных стран до сих пор предусматривается уголовная ответственность за такие деяния, как инцест (половые сношения с близкими родственниками), зоофилия (половые сношения с животными), некрофилия (половые сношения с трупами), адюльтер (супружеская измена), двоебрачие (вступление в новый брак лицом, уже состоящим в браке) и др.

Особую проблему представляет установление уголовной ответственности за добровольные гомосексуальные связи взрослых людей.

По данным зарубежных исследований, от 1 до 5% населения Земли имеют так называемую нетрадиционную сексуальную ориентацию.

Половая связь между мужчинами (мужеложство) и между женщинами (лесбиянство) в прошлом преследовалась во многих странах, до сих пор ответственность за гомосексуализм сохраняется в некоторых странах, особенно за мужеложство.

В российском уголовном праве до 1917 г. предусматривалась уголовная ответственность за мужеложство. В уголовных кодексах РСФСР 1922 и 1926 гг. ответственность за мужеложство не предусматривалась. Позднее уголовная ответственность за мужеложство была установлена общесоюзным законом 1933 г.

Однако многими медицинскими и юридическими исследованиями в России и зарубежных странах опровергалось мнение об общественной опасности гомосексуализма.

В 1964 г. Международный конгресс уголовного права в г. Гааге принял резолюцию, рекомендующую правительствам стран, устанавливающих уголовную ответственность за добровольные гомосексуальные отношения взрослых людей, отменить ее. Этой рекомендации последовали Великобритания, ФРГ, ГДР, Болгария.

В 1981 г. Парламентская ассамблея Европейского сообщества приняла резолюцию, в которой мужской и женский гомосексуализм не признаются извращением, а в 1993 г. Регистр международной классификации болезней исключил гомосексуализм из числа психических заболеваний.

Известно также такое врожденное явление, как транссексуализм, при котором лица, физически представляющие мужчину или женщину, психически ощущают себя людьми противоположного пола. Естественно, что половое влечение у таких лиц направлено на людей своего пола и это влечение носит врожденный характер, обусловленный генетическим сбоем. Такие лица с помощью хирургических операций изменяют свой пол на противоположный.

В последнее время в связи с данными генетики, многочисленными медицинскими и юридическими исследованиями в большинстве республик бывшего Советского Союза, в том числе и в России, было признано нецелесообразным сохранять уголовную ответственность за добровольное мужеложство, и она была отменена.

При этом насильственные гомосексуальные действия и сексуальные посягательства на малолетних своего пола влекут уголовную ответственность на общих основаниях.

Установление уголовной ответственности за гомосексуальные действия по тем же основаниям, что и за гетеросексуальные общественно опасные посягательства, соответствует конституционному принципу о равенстве полов перед законом (ст. 19 Конституции РФ).

Преступления, предусмотренные в гл. 18 УК, посягают непосредственно на личность потерпевших. Однако в УК предусмотрена ответственность за преступления, нарушающие уклад половых отношений, посягающие на нормальное физиологическое и психическое развитие несовершеннолетних, общественную нравственность, о которых говорится в других разделах УК: вовлечение в занятие проституцией (ст. 240), организация занятия проституцией (ст. 241), незаконное распространение порнографических материалов или предметов (ст. 242), изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних (ст. 2421).

Субъектами преступлений, предусмотренных ст. 133, 134 и 135 УК, могут быть вменяемые лица, достигшие 16-летнего возраста.

Ответственность по ст. 131 и 132 УК наступает с 14-летнего возраста.

Субъектом изнасилования может быть только лицо мужского пола, а потерпевшей является лицо женского пола.

Преступления, предусмотренные другими статьями гл. 18 УК, могут быть совершены лицами как мужского, так и женского пола, а потерпевшими от этих преступлений также могут быть лица обоих полов.

С субъективной стороны все рассматриваемые в настоящей главе преступления совершаются с прямым умыслом. По отношению к ряду последствий, предусмотренных законом, вина может быть неосторожной (смешанная вина).

 

 

 

 

 

 

 

 

2 УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИК А ИЗНАСИЛОВАНИЯ

 

2.1 Объективные признаки

 

Изнасилование является одним из видов половых преступлений и носит особо опасный характер среди преступлений против личности. Не случайно законодатель отнес изнасилование к категории тяжких преступлений, а его особо квалифицированные виды — к категории особо тяжких преступлений.

Уголовный Кодекс РФ предусмотрел ряд норм, карающих за посягательство на нормальный уклад половой жизни. Под которым следует иметь в виду соответствующие общественной нравственности половые сношения между мужчиной и женщиной. Эти сношения характеризуются тем, что: а) совершаются по обоюдному добровольному согласию; б) между партнерами, достигшими половой зрелости; в) не допускают развратных действий в отношении несовершеннолетних.

Рассматриваемое преступление является наиболее распространенным из так называемых половых преступлений, оно составляет 0,5% от числа всех зарегистрированных преступлений и 10% в структуре преступлений против личности.1 Оно является также одним из наиболее опасных преступлений против личности. Согласно ч.ч. 1 и 2 ст. 131 нового УК РФ изнасилование признается тяжким преступлением, а изнасилование, ответственность за которое установлена ч. 3 ст. 131, – особо тяжким преступлением.

Изнасилование представляет собой преступление, направленное против половой свободы женщины или против половой неприкосновенности малолетних.

Закон определяет изнасилование как половое сношение с применением насилия или угрозой его применения к потерпевшей или другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшей (ч. 1 ст 131 УК РФ). Отсюда можно сделать вывод, что диспозиция ст. 131 УК РФ охватывает три состава изнасилования, каждый из которых имеет свой непосредственный объект:

  • принудительное половое сношение с совершеннолетней женщиной с применением к потерпевшей или другим лицам физического насилия или угрозы;
  • половое сношение с совершеннолетней женщиной с использованием ее беспомощного состояния;
  • половое сношение с потерпевшей, не достигшей четырнадцатилетнего возраста или принудительное половое сношение с несовершеннолетней.

    Несмотря на то, что каждый из вышеперечисленных составов имеет свой непосредственный объект посягательства, присущие им общие особенности дают полную возможность объединить данные составы в одну статью УК РФ – ст. 131.

    Объект рассматриваемого преступления определяется в зависимости от потерпевшей. В случае изнасилования совершеннолетней женщины нарушается ее половая свобода, т.е. право самой, без какого-либо принуждения решать вопрос о выборе полового партнера. Если потерпевшая является несовершеннолетней или она находилась в беспомощном состоянии, то преступлением причиняется вред половой неприкосновенности. Дополнительным объектом является нормальное физическое и нравственное развитие малолетних и несовершеннолетних. Факультативным объектом может выступать здоровье потерпевшей, так как физическое или психическое насилие может причинить ей вред.

    Для решения вопроса не имеют значения предшествующее поведение жертвы изнасилования (виктимность, аморальный образ жизни, занятие проституцией и т.д.) и ранее сложившиеся с виновным взаимоотношения (вступление в добровольную половую связь, нахождение в браке, сожительство).

    Объектом преступления по ст. 131 УК РФ является половая свобода женщины, т. е. право совершеннолетней представительницы женского пола самой решать проблему выбора полового партнера. Представляется, что о половой неприкосновенности как объекте изнасилования можно говорить лишь при изнасиловании несовершеннолетней или взрослой женщины, психически неполноценной. В остальных случаях объектом изнасилования является половая свобода женщины, которая свободна в решении вопроса о вступлении в близкие отношения с мужчиной. М. Д. Шаргородский и П. И. Осипов, говоря об охране законом половой свободы женщин, а не половой неприкосновенности, не без юмора писали, что половая неприкосновенность женщин охранялась у весталок1.

    В случае изнасилования малолетней, несовершеннолетней или женщины, находившейся в беспомощном состоянии, объектом является половая неприкосновенность, а также нормальное физическое развитие и нравственное воспитание малолетних и несовершеннолетних.

    Н. Г. Иванов и Ю. И. Ляпунов утверждают, что изнасилование «относится к категории так называемых беспредметных преступлений, ибо рассматривать человека женского пола в качестве предмета посягательства и с этической, и с нравственной, и с правовой точек зрения было бы глубоко ошибочно».2

    Факультативным объектом может быть здоровье потерпевшей, ибо физическое насилие и угрозы, применяемые насильником, могут причинить ей вред. При решении вопроса об уголовной ответственности не имеет значения предыдущее поведение жертвы насилия, ее взаимоотношения с насильником до этого.

    Потерпевшей при совершении этого преступления может быть только женщина (лицо женского пола), с которой совершается половой акт. При этом для квалификации не имеет значения ее моральный облик, виктимное (провоцирующее) поведение перед актом изнасилования, социальный статус и другие признаки личности. Закон не делает каких-либо исключений, обусловленных личными взаимоотношениями насильника и потерпевшей. Теория и практика не исключают ответственности за изнасилование проститутки, сожительницы, родственницы или жены.

    Объективная сторона изнасилования имеет сложный характер, складывающийся, как правило, из двух действий, каждое из которых представляет собой посягательство на соответствующий объект.

    Объективная сторона изнасилования имеет сложный характер, она складывается из: физического насилия или угрозы его применения либо использования беспомощного состояния потерпевшей; полового сношения.

    Объективная сторона преступления по ч. 1 ст. 131 УК РФ состоит в изнасиловании, т.е. половом сношении мужчины с женщиной против или помимо ее воли. Половое сношение с потерпевшей или покушение на его совершение является обязательным признаком объективной стороны всех составов преступлений.

    Половое сношение – термин не юридический, а медицинский, точнее, это биологическое понятие. Половое сношение – это физиологический акт, направленный на продолжение рода и заключающийся во введении мужского члена в копулятивные женские органы.1

    При изнасиловании имеется в виду насильственное совершение естественного, сложившегося в природе, полового акта между мужчиной и женщиной. Сексуальные действия, имитирующие половой акт, а также насильственные действия сексуального характера, не связанные с проникновением мужского полового члена в женские гениталии, изнасилованием не являются. Например, удовлетворение половой страсти с женщиной путем анального или орального контакта («coitus per anum», «coitus per os»).

    Так, Хамраев Р.М., 1965 года рождения, уроженец г. Небид-Дага Туркменской республики, не имеющий постоянного места проживания, в ночь с 19 октября 2007 года на 20 октября 2007 года, находясь в состоянии алкогольного опьянения, обманным путем, введя в заблуждение относительно цели поездки, посадил в автомашину «Форд» Кирееву И.Н., которую вывез на территорию кладбища «Горхутора» Прикубанского административного округа г. Краснодара, где умышленно, с целью удовлетворения своих половых потребностей, против воли и согласия Киреевой И.Н., подавив ее сопротивление путем применения к ней физического насилия, выразившегося в нанесении множественных ударов руками в область головы, туловища, конечностей, причинив ей телесные повреждения в виде область головы, туловища, кровоподтека правой голени, не повлекших вреда здоровью, совершил с ней половой акт путем введения полового члена во влагалище, то есть совершил половое сношение с применением насилия к потерпевшей.

    Он же, в ночь с 19 октября на 20 октября 2007 года, находясь в состоянии алкогольного опьянения, обманным путем, введя в заблуждение относительно цели поездки, посадил в автомашину «Форд» Кирееву И.П., вывез на территорию кладбища «Горхутора» Прикубанского административного округа г. Краснодара, где умышленно, с целью удовлетворения своих половых потребностей, против воли и согласия Киреевой И.Н., подавив ее сопротивление путем применения к ней физического насилия, выразившегося в нанесении множественных ударов в область головы, туловища, конечностей, причинив ей телесные повреждения в виде ссадин туловища, кровоподтека правой голени, не повлекших вреда здоровью, совершил с ней половой акт в извращенной форме, путем введения полового члена в задний проход Киреевой И.Н., то есть совершил иные действия сексуального характера с применением насилия к потерпевшей.

    Хамраев Р.М. был признан виновным и его назначено наказание по ч. 1 ст. ст. 131 УК РФ – четыре года лишения свободы, по ч. 1 ст. 132 УК РФ – четыре года лишения свободы.

    На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний Хамраеву Р.М. окончательно к отбытию наказания определено семь лет лишения свободы с отбытием наказания в исправительной колонии общего режима.1

    Кумпан В.А., 1965 г. рождения, уроженец и житель г. Краснодара, 28 декабря 2007 года около 00 часов 45 минут, находясь в автомобиле ВАЗ 2101 в 20 метрах от Западной объездной дороги г. Краснодара, около с/т «Седенец» умышленно, с целью хищения чужого имущества, с применением насилия не опасного для жизни и здоровья, выразившегося в нанесении Сноповой Ольге Владимировне множественных ударов кулаками по различным частям тела, причинив последней телесные повреждения в виде ушиба мягких тканей головы, сотрясение головного мозга, которые причинили легкий вред здоровью Сноповой, открыто похитил у нее сотовый телефон «Моторола-191» стоимостью 2400 рублей, дубленку стоимостью 6000 рублей, туфли стоимостью 1200 рублей, деньги в сумме 700 рублей. С целью удовлетворения своих половых потребностей, против воли и согласия Сноповой О.В., подавив ее активное сопротивление путем применения к ней физического насилия, выразившегося в нанесении множественных ударов кулаками по различным частям тела, причинив последней телесные повреждения в виде ушиба мягких тканей головы, сотрясение головного мозга, которые причинили легкий вред здоровью Сноповой О.В., совершил с ней половое сношение в естественной форме. С места преступления скрылся с похищенным, обратив их в свою собственность.

    В ходе судебного заседания вина подсудимого была доказана полностью.

    Прикубанский районный суд г. Краснодара приговорил Кумпан В.А. признал виновным по ч. 1 ст. 131, ч. 2 ст. 161 УК РФ и назначил наказание по ч. 1 ст. 131 УК РФ наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года; по ч. 2 ст. 161 УК РФ наказание в виде лишения свободы на 3 года. На основании ч. 3 УК РФ ст. 69 УК РФ по совокупности преступления окончательно определено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 годы в исполнительной колонии строго режима и взыскать с Кумпана В.А. – 10300 рублей в счет имущественного ущерба, в счет морального вреда – 50000 рублей1.

    Н.Д.Дурманов отмечает, что насильственное удовлетворение половой страсти в извращенных формах, поскольку отсутствует естественное половое сношение, не может считаться изнасилованием. Оно подлежит ответственности в зависимости от обстоятельств дела как тяжкое, менее тяжкое или легкое телесное повреждение, как побои, истязания, оскорбление личности, хулиганство2.

    В действующем Уголовном Кодекс РФ деяние как насильственное удовлетворение половой страсти мужчиной в «извращенной форме» не рассматривается в качестве насильственного полового сношения, а образует самостоятельное посягательство на половую свободу и половую неприкосновенность личности (ст. 132 УК РФ – насильственные действия сексуального характера). «Половое сношение» – термин не юридический, а медицинский, и пониматься должен так, как трактует это понятие сексология. Посягательство на второй объект проявляется в «применении физического насилия либо угрозы таковым»1.

    Все иные насильственные «половые акты» являются насильственными действиями сексуального характера (ст. 132 УК РФ). В связи с этим имеющиеся указания Верховных судов СССР и РСФСР о том, что насильственный половой акт с женщиной в извращенной форме следует расценивать как изнасилование.

    Способы изнасилования – против воли потерпевшей. Здесь имеется в виду причинение физического либо психического насилия; помимо воли, т. е. с использованием ее беспомощного состояния. Таким образом, в законе дан исчерпывающий перечень способов действия, свойственных изнасилованию, постольку совершение полового сношения с женщиной каким-либо иным способом, например, обманом, состава изнасилования не образует. В частности, Пленум Верховного Суда РФ от 15 июня 2004 года «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации» разъяснил: «Действия лица, добившегося согласия женщины на вступление в половое сношение или совершение действий сексуального характера путем обмана или злоупотребления доверием (например, заведомо ложного обещания вступить с ней в брак), не могут рассматриваться как преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности»2.

    Физическое насилие состоит в нанесении побоев, связывании, насильственном удержании, лишении возможности позвать на помощь, причинении вреда здоровью. Физическое насилие как средство подавления сопротивления потерпевшей выражается в причинении боли, ограничении свободы, удушении, связывании жертвы, нанесении ей ударов, побоев, причинении вреда здоровью и т.п3. По характеру он может выражаться в воздействии на наружные ткани и органы, непосредственно на внутренние органы человека либо в ограничении его свободы1, а по степени интенсивности – может быть не опасным или опасным для жизни и здоровья и реально влечь различный по тяжести вред здоровью или смерть.

    По ч. 1 ст. 131 УК РФ имеется ввиду причинение побоев (ст. 116 УК РФ); легкого (ст. 115) или средней тяжести вреда здоровью (ст. 112 УК РФ). Как видно из приведенного перечня, физическое насилие чаще всего выражается в воздействии на тело потерпевшей. Вместе с тем физическим насилием может признаваться и воздействие на ее внутренние органы (дача наркотиков, токсичных либо психотропных веществ).

    Верховный Суд России по этому поводу высказал мнение, что подобное воздействие должно расцениваться как способ приведения женщины в беспомощное состояние. Соглашаясь с подобной трактовкой в принципе, следует, однако, добавить, что в этих случаях необходимо вменять виновному оба признака: физическое насилие (воздействие на организм потерпевшей против ее воли) для приведения ее в бессознательное состояние и изнасилование с использованием этого состояния.

    Некто Ш., например, выслеживал женщин в трамвае, преследовал в безлюдных местах, неожиданно накидывал на шею веревочную петлю, затягивал ее и насиловал потерпевшую2. По этому поводу Пленум Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации» в постановлении от 15 июня 2004 года разъяснил, что «Применение насилия при изнасиловании и совершении насильственных действий сексуального характера, в результате которого такими деяниями потерпевшему лицу причиняется легкий или средней тяжести вред здоровью, охватывается диспозициями статей 131 и 132 УК РФ». Если при изнасиловании или совершении насильственных действий сексуального характера либо покушении на них потерпевшему лицу умышленно причиняется тяжкий вред здоровью, действия виновного лица квалифицируются по соответствующей части статьи 131 или статьи 132 УК РФ и по совокупности с преступлением, предусмотренным статьей 111 УК РФ. Неосторожное причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего лица при совершении изнасилования или насильственных действий сексуального характера охватывается соответственно пунктом «б» части 3 статьи 131 или пунктом «б» части 3 статьи 132 УК РФ и дополнительной квалификации по другим статьям УК РФ не требует. Действия лица, умышленно причинившего в процессе изнасилования или совершения насильственных действий сексуального характера тяжкий вред здоровью потерпевшего лица, что повлекло по неосторожности его смерть, при отсутствии других квалифицирующих признаков следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 131 или частью 1 статьи 132 УК РФ и частью 4 статьи 111 УК РФ. Изнасилование может быть совершено и путем применения угрозы физического насилия (так называемое «психическое насилие»).

    В действующем УК РФ более четко обрисовано содержание угрозы как запугивание только применением физического насилия. Угроза выражается словесно или посредством жестов. Запугивание может также осуществляться и путем применения неопасных видов насилия (болевых приемов и т. п.), которые выступают для потерпевшей как предупреждение возможности причинения ей тяжкого вреда. Причем в основном составе изнасилования (ч. 1 ст. 131 УК РФ) угроза не достигает той степени интенсивности, которая присуща угрозе убийством или причинением тяжкого вреда здоровью. Последняя представляет собой квалифицирующий признак изнасилования (п. «в» ч. 2 ст. 131 УК РФ). В ч. 1 ст. 131 УК РФ речь идет об угрозе причинить побои, легкий или средней тяжести вред здоровью.

    Угроза, как и само физическое насилие, предполагает реализацию в отношении не только потерпевшей, но и других лиц (например, детей, родственников и пр.). Не требуется, чтобы эти лица были именно близкими для потерпевшей.

    Психическое насилие осуществляется запугиванием потерпевшей, угрозой немедленно причинить вред ее здоровью либо физической расправы над ее детьми, родственниками и другими, даже незнакомыми ей людьми. Следовательно, «угроза применения физического насилия при изнасиловании должна быть реальной и непосредственной и создавать впечатление у потерпевшей немедленного приведения ее в исполнение в случае отказа уступить посягательствам насильника»1. Поскольку угроза физическим насилием применяется как средство подавления сопротивления потерпевшей в целях ее изнасилования, то ответственность по ст. 131 УК РФ наступает независимо от того, имел ли виновный намерение на самом деле осуществить угрозу или только рассчитывал на психологическое воздействие. Довольно того, что он запугивал жертву и та считала осуществление угрозы вполне реальной.

    Угрозы полностью входят в объективную сторону изнасилования и не требуют дополнительной квалификации по ст. 119 УК РФ.

    Итак, угроза как действие при изнасиловании должна отвечать следующим требованиям:

  1. по своему характеру быть непосредственной, т.е. могущей быть немедленно приведенной в исполнение, если потерпевшая не уступит домогательствам виновного.
  2. по содержанию быть серьезной, т.е. угрожать жизни, здоровью потерпевшей или других лиц.
  3. по внешнему проявлению выражаться достаточно интенсивно с тем, чтобы не оставалось сомнений, что угрожающий намерен ее осуществить.
  4. по возможности своего осуществления должна быть реальной, т.е. потерпевшая должна быть убеждена в том, что угроза будет осуществлена.

    Непосредственный характер угрозы и возможность ее осуществления в тот момент ставят женщину в безвыходное положение, вынуждают ее уступить домогательствам насильника с тем, чтобы предотвратить грозящее ей или другим лицам немедленное физическое насилие.

    При квалификации изнасилования «оценка насилия должна проводиться не по одному какому-либо признаку, а в их совокупности»1 . В случае применения виновным угрозы следует учитывать ее реальность. Возможность осуществления угрозы, ее опасность вытекает из личности посягающего, его внешних данных, наличия у него орудий (нож, бритва, топор, удавка и пр.), его предшествующих действий и других объективных признаков. Но и этого не достаточно для окончательного вывода. Обязательно должны учитываться и субъективные признаки — сознавала ли потерпевшая реальную возможность осуществления угрозы. Отсутствие объективного и субъективного момента означает, что угроза не была реальной. В этом случае содеянное не будет образовывать изнасилование.

    Не может рассматриваться как изнасилование так называемое обольщение, т. е. склонение женщины к половой связи путем различных обманных действий. Данное положение можно обосновать тем фактом, что как такового подавления воли женщины путем физического насилия, угрозы его применения или использования беспомощного состояния жертвы на деле не существует. «Такого рода обман не приводит женщину в беспомощное состояние и не лишает ее возможности свободно определять свою половую жизнь».2

    И. обманным путем завел в сарай несовершеннолетнюю К., где пытался склонить ее к половой близости. Когда К. категорически отказалась от предложения И., последний заявил, что если она не передумает, то он выйдет из сарая и объявит находящимся во дворе своим приятелям, что К. – девушка легкого поведения, вступавшая ранее в беспорядочные половые связи и больна дурной болезнью. К. испугалась позора и уступила И.

    Физическое и психическое насилие может применяться не только к потерпевшей, но и к другим лицам, пытающимся, например, защитить женщину от насильника, позвать на помощь. Однако в этом случае необходимо уточнить цель насилия. Если применяемое насилие к другим лицам преследует цель сломить сопротивление жертвы и таким образом заставить ее согласиться на половой акт, то квалификация действий виновного полностью охватывается ст. 131 УК РФ. Если же целью насилия над другими лицами было устранить нежелательных очевидцев, защитников потерпевшей, то действия виновного должны квалифицироваться и по статьям об ответственности за преступления против жизни и здоровья. Убийство такого лица надо квалифицировать по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (сопряженное с изнасилованием либо с целью скрыть другое преступление).

    Оба вида насилия должны предшествовать половому акту. Цель – подавить сопротивление потерпевшей и совершить изнасилование против ее воли.

    Изнасилование помимо воли потерпевшей имеет ввиду использование беспомощного состояния потерпевшей, т. е. неспособности жертвы сознавать происходящее с ней либо оказать сопротивление.

    Беспомощное состояние потерпевшей может явиться следствием болезни с потерей сознания, обморочным состоянием из-за стресса, теплового удара и др. Разновидностью такого состояния может быть глубокий сон, сильная степень алкогольного опьянения или одурманивания токсинами.

    Беспомощность как результат бессознательного состояния может быть в случаях крепкого сна, обморока, гипнотического состояния, шока, вызванного травмой, и т. п. Весьма важно для квалификации то обстоятельство, что в приведенных примерах потерпевшая не знает о совершении сексуальных

    действий или не сознает их характера.

    Как беспомощное состояние может расцениваться и тяжелая степень опьянения потерпевшей. При этом суды должны исходить из того, что «беспомощным состоянием в этих случаях может быть признана лишь такая степень опьянения, которая фактически лишала потерпевшую возможности сознавать характер совершаемых в отношении ее действий или оказывать сопротивление виновному» .

    Для признания изнасилования совершенным с использованием беспомощного состояния потерпевшей «не имеет значения, привел ли женщину в такое состояние сам виновный (например, напоил спиртными напитками, дал наркотики, снотворное и т. п.) или она находилась в беспомощном состоянии независимо от его действий».1

    Неспособность оказать физическое сопротивление может объясняться старостью, физическими недостатками, болезнью, сопряженной с утратой двигательных функций и т. п., физическим воздействием со стороны преступника или его сообщников.

    В беспомощном состоянии находится малолетняя потерпевшая в возрасте до 14 лет, которая не осознает характера и значения совершаемых с ней действий и не способна оказать сопротивление насильнику. Половой акт с потерпевшей, находящейся в беспомощном состоянии, совершается без насилия, но помимо ее воли, что сознает виновный.

    Говоря о беспомощном состояния, обусловленном малолетним возрастом, нужно помнить, что важное значение имеют прежде всего уровень духовного развития девочки, ее способность разумно оценивать половые отношения. Лицам малолетнего возраста, хотя и понимающих характер и значение совершаемых с ними действий, свойственны не развитость волевых качеств, физическая слабость, пугливость, препятствующие возможности противостояния грубых действий со стороны взрослых. Возможны случаи, когда робкие, неопытные девочки не могут оказать сопротивления решительным действиям насильника, подчиняются его воле, находятся в состоянии психического ступора. В этих случаях, с учетом заключения психологической экспертизы, состояние потерпевшей может быть признано беспомощным.

    Значительные трудности на практике представляет юридическая оценка «добровольного» полового сношения совершеннолетнего мужчины с малолетней девочкой. В ряде случаев суды относили такие сексуальные девиации (отклонения от половой морали) к изнасилованию.

    Для изнасилования малолетней характерно отсутствие не столько половой, сколько социальной, общей зрелости. Беспомощность здесь определяется именно непониманием значения полового сношения, незнанием его последствий. Однако сам по себе малолетний возраст девочки, как показывает практика, не может служить основанием для квалификации полового акта с ней при ее согласии на вступление в половую связь как изнасилование с использованием беспомощного состояния потерпевшей. То есть возраст не может являться единственным критерием. Известны дела, когда сношение с тринадцатилетней девочкой, не достигшей половой зрелости, не было признано изнасилованием, а с пятнадцатилетней, достигшей половой зрелости, квалифицировалось как изнасилование. Основанием для вывода о беспомощном состоянии послужили не возраст и половая зрелость, а осведомленность о половой жизни, которая обусловливается особенностями психического развития ребенка, воспитания и т. д. И если девочка знала о характере, значении и последствиях половой жизни, то беспомощное состояние, как и квалификация по ст. 131 УК РФ, исключается.

    <

    Как насильственный половой акт вопреки видимой «добровольности» следует рассматривать только такие случаи, когда ввиду своего малолетнего возраста, умственной отсталости и т. п. потерпевшая заведомо для виновного не могла понимать характера совершаемых с нею действий. В остальных случаях содеянное образует состав преступления, предусмотренного ст. 134 УК РФ –половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим четырнадцатилетнего возраста (если в силу особых обстоятельств соответствии с Семейным Кодексом РФ деяние не утрачивает общественной
    опасности).

    Физическая беспомощность, как и психическая беспомощность, также имеет свои особенности. Следует заметить, что установление этого обстоятельства не представляет затруднений для следственно судебной практики. Это обычно или в случае болезни, лишающей потерпевшую возможности сопротивляться (например, высокая температура, частичный паралич и т.п.), или наличие таких физических недостатков, как слепота, отсутствие руки или ноги и т.п. или, наконец, престарелый возраст. Вместе с тем, состояние физической беспомощности может возникнуть и у здоровой женщины в результате случайно сложившейся ситуации, которой воспользовался виновный. Судебной практике известен случай, когда девушка, ехавшая с обвиняемым на телеге, случайно застряла в ней между подушками и соломой, что дало возможность совершить с ней половой акт, так как потерпевшая не могла подняться со спины.1

    Для привлечения к уголовной ответственности по ст. 131 УК РФ не имеет значения, что явилось причиной беспомощного состояния. Однако когда в такое состояние ее привел виновный с целью совершить затем изнасилование или (по его просьбе) другое лицо, знающее о преступных намерениях субъекта, то необходимо дать правовую оценку этим предварительным действиям. Если в них содержится самостоятельный состав преступления, то действия виновного, кроме ст. 131 УК РФ, надо квалифицировать по статье Уголовного кодекса, предусматривающей ответственность за ранее совершенное преступление. Например, вовлечение несовершеннолетней в систематическое употребление спиртных напитков или одурманивающих веществ с целью совершения изнасилования следует квалифицировать по ст. 151 и 131 УК РФ; лишение свободы потерпевшей и изнасилование – по ст. 126 и 131 УК РФ.

     

    2.2 Субъективные признаки преступления

     

    Состав, предусмотренный ч. 1 ст. 131 УК РФ – формальный. Уголовная ответственность наступает за совершение самого действия.

    Изнасилование признается оконченным с момента проникновения полового члена мужчины в женские гениталии, независимо от дефлорации1. Термин «сексуальное проникновение» используют и европейские законодатели, расшифровывая содержание сексуального действия как такового (УК Франции, УК Испании)2. Во всех случаях изнасилование является оконченным преступлением с момента начала полового сношения. Завершение полового акта в физиологическом смысле не играет никакой роли при квалификации содеянного. Следовательно, данное преступление имеет формальный состав. Но, поскольку, с объективной стороны состав изнасилования предполагает наличие двух действий, то в случае выполнения только одного (физического насилия или угрозы его применения) и не совершения другого (полового сношения), содеянное рассматривается как покушение на изнасилование. Изнасилование считается оконченным с момента начала полового акта, независимо от его последствий – растления, завершения полового акта в физиологическом смысле и т. д.

    Вместе с тем в случаях, когда намерение насильника на совершение полового акта не было доведено до конца, возникает необходимость выяснить, нет ли в действиях виновного добровольного отказа. В соответствии со ст. 31 УК РФ добровольный отказ от изнасилования возможен на стадиях приготовления и неоконченного покушения. При этом виновный, добровольно отказываясь довести преступление до конца, сознает возможность совершения изнасилования. Иными словами, добровольный отказ (при наличии указанных в ст. 31 УК РФ условий) возможен до начала естественного физиологического акта. После этого разговор о добровольном отказе беспредметен.

    Мотивами добровольного отказа могут быть жалость либо отвращение к жертве, страх перед грозящим наказанием, опасность заразиться венерической болезнью и др. При добровольном отказе виновный в соответствии со ст. 31 УК РФ освобождается от уголовной ответственности и не отвечает за приготовление либо покушение на изнасилование.

    Если в фактически совершенных насильником действиях содержится состав иного преступления (хулиганства, оскорбления, нанесения побоев или причинения вреда здоровью потерпевшей), он должен отвечать за эти действия.

    В тех случаях, когда изнасилование прекращается по причинам, не зависящим от воли виновного, его действия следует рассматривать по правилам, указанным в ст. 30 УК РФ, как приготовление либо покушение при доказанности прямого умысла на изнасилование.

    Приготовлением могут признаваться: срывание одежды с потерпевшей, применение физических либо психических мер.

    Покушением считаются действия насильника, направленные на совершение физиологического акта совокупления. Стадия покушения при изнасиловании начинается с момента насильственного принуждения потерпевшей к совершению полового сношения и заканчивается моментом, когда виновный вводит свой половой член преддверие влагалища женщины или когда осуществить это ему мешают внезапно возникшие и независящие от его воли обстоятельства. Покушение на изнасилование подразделяется на оконченное и неоконченное. При оконченном покушении на изнасилование отсутствует лишь фактическое половое сношение, а при неоконченном покушении виновный выполняет только некоторые из действий, входящих в объективную сторону изнасилования. Завершить свое преступное намерение в этом случае ему препятствуют независящие от его воли обстоятельства (например, появление посторонних и т.д.)

    Если лицо до того, как изнасилование признается оконченным, то есть до начала полового сношения, сознавая возможность доведения преступления до конца, добровольно отказалось от его совершения, оно в соответствии со ст. 131 УК РФ не подлежит привлечению к уголовной ответственности. Добровольный отказ от доведения преступления до конца в силу ст. 31 УК РФ исключает уголовную ответственность за приготовление или покушению на изнасилование лишь при наличии следующих условий:

  5. Лицо добровольно, т.е. по собственной воле, прекращает предварительную преступную деятельность. Инициатива может исходить и от других лиц, но окончательное решение о прекращении изнасилования принимает сам субъект.
  6. Намерение совершить задуманное изнасилование должно быть субъектом окончательно остановлено.
  7. Субъект должен осознавать возможность доведения преступления до конца и ничто ему не может помешать сделать это в конкретной ситуации.1

    Причем мотивы, по которым лицо добровольно отказалось от доведения изнасилования до конца, значения не имеют. Вместе с тем, уголовная ответственность возможна, если фактически совершенные действия содержат состав иного преступления (хулиганство, развратные действия, оскорбление и прочее).

    При разрешении дел о покушении на изнасилование следует устанавливать, действовал ли подсудимый с целью совершить половой акт и являлось ли примененное им насилие средством к достижению этой цели. В связи с этим необходимо отличать покушение на изнасилование от других преступных посягательств, затрагивающих честь, достоинство и неприкосновенность личности женщины.

    С субъективной стороны изнасилование совершается с прямым умыслом.

    Мотив преступления чаще всего сексуальный, т.е. удовлетворение половой страсти насильственным способом. Вместе с тем судебной практике известны случаи изнасилования по мотивам мести за нежелание женщины выйти замуж за субъекта данного преступления. Может быть изнасилование по найму, когда мотивы мести женщине осуществляются через подставное лицо.

    Субъект по ст. 131 УК РФ – вменяемое лицо мужского пола, достигшее на момент преступления возраста 14 лет. Вместе с тем, как справедливо отмечает А.П.Дьяченко, для субъекта изнасилования недостаточно вменяемости и достижения определенного законом возраста. Субъектом преступления «может быть признано лицо мужского пола, имеющее пенис и обладающее либидо, потенцией, эрекцией, сексуальной ориентацией. Отсутствие у индивида этих дополнительных характеристик исключает его уголовную ответственность даже в случаях, когда им совершаются действия, представляющие объективную сторону преступления».1 Следует, однако, отметить, что судебной практике известны случаи осуждения за изнасилование таких лиц, использовавших при совершении преступлений протез. Действия такого лица не могут образовать объективную сторону ни оконченного изнасилования, ни покушения на такое преступление. Внешне похожие на покушение на изнасилование действия такого лица не могут квалифицироваться по ч. 3 ст. 30 и ст. 131 УК, так как такие действия являются покушением на изнасилование с абсолютно негодными средствами. За подобные деяния лицо может быть привлечено к ответственности за хулиганство, причинение вреда здоровью либо за побои.

    Вместе с тем ответственность такого лица возможна за соучастие в любой форме в изнасиловании и за соисполнительство, выразившееся в применении насилия или угрозы его применения к потерпевшей или к другим лицам. За соисполнительство в указанных формах может быть привлечена к ответственности и женщина.

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    3 КВАЛИФИЦИРОВАННЫЙ И ОСОБО КВАЛИФИЦИРОВАННЫЙ СОСТАВЫ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

     

    Особую опасность представляет групповое изнасилование. Во-первых, потому что при групповом изнасиловании может быть причинен серьезный ущерб здоровью потерпевшей, во-вторых, потому что группе лиц легче преодолеть сопротивление женщины.

    Изнасилование признается совершенным группой лиц (п. «б» ч. 2 ст. 131 УК) прежде всего в случае, когда в процессе его осуществления совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного на то сговора. По п. «б» ч. 2 ст. 131 УК квалифицируется также изнасилование, совершенное группой лиц по предварительному сговору. Здесь речь идет об изнасиловании, в котором принимали участие два или более лица, заранее договорившиеся о совместном его совершении.

    Понятие всех перечисленных групп дано в ст. 35 УК РФ. Применительно к ст. 131 УК РФ они имеют определенные особенности.

    Групповым следует считать изнасилование в том случае, когда лица действовали в отношении потерпевшей согласованно. При этом действия лиц, лично не совершавших насильственного полового акта, но путем насилия к потерпевшей содействовавших этому, должны квалифицироваться как соисполнительство в групповом изнасиловании.

    При этом квалификация изнасилования, как совершенного группой лиц (без предварительного сговора и по предварительному сговору) может иметь место в случае, когда лица, принимавшие участие в изнасиловании, действовали согласованно в отношении потерпевшей; причем как групповое изнасилование должны квалифицироваться не только действия лиц, совершивших половой насильственный акт, но и действия лиц, содействовавших им путем применения физического или психического насилия к потерпевшей1 (в последнем случае соучастник может и не присутствовать на месте совершения оконченного деяния). Эти лица признаются соисполнителями группового изнасилования и несут ответственность по п. «б» ч. 2 ст. 131 УК. Организатору и всем участникам организованной группы (ч. 3 ч. ст. 35 УК) независимо от выполняемой ими роли также вменяется п. «б» ч. 2 ст. 131 УК (при условии, что насильственный половой акт одним из них был фактически совершен).

    Поскольку изнасилование с применением насилия является сложным по структуре преступлением, как групповое изнасилование должны квалифицироваться не только действия лиц, совершивших насильственный половой акт, но и действия лиц, содействовавших этому путем применения физического или психического насилия к потерпевшей. При этом действия лиц, лично не совершавших насильственного полового акта, но путем применения насилия к потерпевшей содействовавших другим в ее изнасиловании, должны квалифицироваться как соисполнительство в групповом изнасиловании. Следовательно, соисполнителями группового изнасилования могут являться женщины и мужчины, не обладающие половой функцией, поскольку соисполнителем является лицо, выполнившее хотя бы часть объективной стороны преступления. По данному вопросу высказана и иная позиция2: лица, не совершавшие непосредственно насильственного полового акта, а лишь содействовавшие этому, не могут считаться соисполнителями и должны отвечать за соучастие в изнасиловании.

    Лица, содействовавшие виновному не путем применения насилия к потерпевшей, а другими способами, например путем предоставления помещения или оружия для устрашения, не подлежат ответственности за изнасилование группой лиц, а привлекаются к ответственности лишь за соучастие в изнасиловании по ст. 33 и соответствующей части ст. 131 УК.

    Г. и Я. в гостинице познакомились с проживающей там же П., накануне ее отъезда они пришли к ней в номер с бутылкой вина, предложив отметить расставание. В вино Г. и Я. подмешали наркотическое вещество с целью привести П. в беспомощное состояние, после чего совершить с ней половое сношение. Так все и произошло.

    В данном примере, поскольку оба обманным путем привели потерпевшую в беспомощное состояние, которым затем и воспользовались, изнасилование следует считать групповым.

    В группе лиц в качестве соисполнителей могут быть и женщины.

    В тех случаях, когда несколько лиц участвуют в изнасиловании одной и той же потерпевшей, но не оказывают друг другу содействия, они не могут нести ответственность за изнасилование, совершенное группой лиц. Действия каждого из них должны быть квалифицированны по ч. 1 ст. 131 УК РФ (при отсутствии других отягчающих обстоятельств).

    Если в группе насильников не все являются субъектами преступления, то действия тех, кто достиг возраста уголовной ответственности, также следует квалифицировать как изнасилование, совершенное группой лиц.

    Оконченным групповое изнасилование считается с момента начала полового акта первым участником. Поэтому если кто-то из субъектов преступления не смог совершить половой акт по физиологическим причинам либо не успел, хотя и участвовал в согласованных действиях членов группы, его действия необходимо квалифицировать как оконченное преступление, совершенное группой.

    А. с применением насилия затащил девушку в подвал строящегося дома и, угрожая в случае сопротивления задушить ее, совершил половое сношение, затем сразу же ушел из подвала. Во дворе он увидел знакомого Б., которому рассказал, что в подвале находится изнасилованная им девушка. Б. изъявил желание также совершить половое сношение. А. подвел его к подвалу и показал, где находится потерпевшая. Б. спустился в подвал, а А. остался на улице. Б. Избил сопротивлявшуюся ему девушку и совершил с ней половое сношение. В данном случае изнасилование не является групповым, каждый отвечает за те действия которые он совершил единолично.

    Действия лиц, организовавших преступление, содействующих насильнику в доставлении потерпевшей либо стоявших на страже во время насилия и т. п., квалифицируются по ст. 33 и ст. 131 УК РФ как соучастие в изнасиловании.

    Соучастники изнасилования, непосредственно не применявшие насилия к потерпевшей и лишь способствовавшие совершению с ней насильственного полового акта каким-то одним лицом (организатор, подстрекатели, пособники), не несут ответственности за изнасилование, совершенное группой лиц или группой лиц по предварительному сговору. Их действия квалифицируются по ст. 33 и (при отсутствии квалифицирующих признаков, указанных в ч.ч. 2 и 3 ст. 131 УК) по ч. 1 данной статьи.

    Лица, присутствовавшие на месте изнасилования, ничем не содействовавшие преступнику, но и не препятствовавшие совершению преступления, уголовной ответственности не подлежат. Однако лица, не воспрепятствовавшие совершению такого тяжкого преступления, заслуживают морального порицания, к ним должны применяться меры общественного воздействия.

    Сказанное выше не относится к изнасилованию, совершенному организованной группой. Речь идет об устойчивой группе лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких изнасилований. Ответственность за данное преступление также предусмотрена п. «б» ч. 2 ст. 131 УК. Здесь может иметь место соучастие с разделением ролей.

    Согласованность действий участников любой из названных групп в отношении к потерпевшей означает, что сознанием каждого насильника охватывается факт способствования друг другу в совершении преступления. Если такая согласованность отсутствует, нет и группового изнасилования. В таких случаях каждый должен отвечать за самостоятельно совершенное преступление.

    Таким образом, внутренняя, психическая связь является обязательным признаком группы. Каждый сознает, что действует совместно с другими, содействует им и желает достижения преступного результата.

    На эти обстоятельства было обращено внимание при рассмотрении дела Ч. и Д., осужденных за групповое изнасилование. После принятия спиртных напитков Ч., Д. и потерпевшая слушали музыку. Воспользовавшись тем, что Д. вышел из комнаты, Ч. изнасиловал потерпевшую. Вскоре вернулся Д., включил и тут же выключил свет. На просьбы изнасилованной оказать ей помощь он не реагировал. Когда же вышел из комнаты Ч., Д., следуя его примеру. Также пытался совершить половой акт, но не успел — возвратился Ч. Последний в присутствии Д. вторично изнасиловал потерпевшую и ушел. Оставшись наедине с потерпевшей Д. довел свой замысел до исполнения. Президиум Верховного Суда Молдавской ССР изменил квалификацию народного суда с ч. 3 ст. 117 УК на ч. 1 этой статьи (ч. 3 ст. 131 УК РФ на ч. 1 этой же статьи соответственно).

    Наличие группы суд первой инстанции усмотрел в том, что при совершении Ч. полового акта Д. находился рядом, на просьбы потерпевшей не реагировал и не впустил в комнату Г. Однако этих обстоятельств недостаточно для признания группы. Присутствие на месте преступления и отказ в помощи — это еще не участие в преступлении. Д. содействия не оказывал, насилия к потерпевшей не применял. Таким образом, обстановка совершения преступления свидетельствует, что действия Ч. и Д. не были согласованы и виновные не являются соисполнителями.

    Итак, для признания действий групповыми необходимо, чтобы они были согласованы. Порой об этом свидетельствует договоренность об изнасиловании, предварительное согласие на совершение преступления. Но группа может быть образована и во время совершения преступления (до его окончания).

    Однако наличие сговора о совершении изнасилования не единственное основание для применение ч. 3 ст. 131 УК. Примером может служить дело Г., осужденного вначале областным судом по ст. 15 и ч. 3 ст. 117 УК РСФСР (ст. 30 и ч. 2 ст. 131 УК РФ). Г. и С. в общежитии зашли в комнату, где спала П., и решили ее изнасиловать. Г. стал снимать с П. одежду, но она проснулась и оказала сопротивление. Тогда он применил физическую силу — ударил ее головой о стену. В комнату пытались войти жильцы, но С. держал дверь. Боясь быть задержанными Г. и С. выпрыгнули из окна. Действия Г. переквалифицированы на ст. 15 и ч. 1 ст. 117 УК (ст. 30 и ч. 2 ст.131 УК РФ), ибо С. был пособником, а не соисполнителем. Насилие применял только Г., С. же создавал условия для изнасилования.

    Таким образом, согласованная деятельность исполнителя и пособника (подстрекателя, организатора) не образует группового изнасилования. Такой состав имеется лишь при наличии двух или более соисполнителей.

    Исполнителем, согласно ст. 33 УК РФ, является лицо, которое полностью или частично выполняет объективную строну преступления. Насильственное половое преступление слагается из насилия и полового акта. Соответственно и исполнителем будет лицо, которое выполняет оба деяния или только насилие, если преступление не доведено до конца. Соисполнителями являются лица, совершившие насильственный половой акт или покушение на него. Так, Т., П. и Д. изнасиловали М. Затем на место преступления пришли В. и Л. Потерпевшая продолжала сопротивляться, но ее держали за руки и за ноги. В. и Л. поочередно пытались совершить с ней половой акт, но не смогли. Их действия квалифицированы как покушение на изнасилование в группе. Здесь виновные не применяли насилие к М. и не содействовали Т., П. и Д. в преодолении сопротивления, но их действия причинно связаны с поведением насильников.

    Соисполнение (и группа) имеется и в том случае, когда один из участников, не вступая в половую связь, содействовал такой связи другого лица путем применения насилия к потерпевшей. Например, М. и А. свалили К. на кровать и стали раздевать, применяя силу и высказывая угрозы. Раздев потерпевшую, А. вышел, а М. Совершил насильственный половой акт. Затем и А. пытался изнасиловать К., но не осуществил намерение по физиологическим причинам. А. был осужден по ч. 2 ст. 131 УК РФ, однако Судебная коллегия изменила квалификацию ст. 30 и ч. 2 ст. 131 УК РФ. Президиум Верховного Суда РФ справедливо отменил определение Судебной коллегии, полагая, что решение первой инстанции обосновано.

    Анализировать содеянное следует не с конца, а сначала. Изнасилование М. совершил не самостоятельно, а по сговору и при содействии А. Он применял насилие, следовательно, является исполнителем наряду с М. Таким образом они совершили групповое изнасилование, предусмотренное ч. 3 ст. 117 УК РСФСР (ч. 2 ст. 131 УК РФ). Последующее покушение А. на изнасилование не создает нового преступления, а есть результат продолжения возникшего ранее намерения. Оба эпизода охватываются единым умыслом, составляя одно оконченное преступление.

    Также изнасилование следует признавать совершенным группой лиц не только в тех случаях, когда несколькими лицами подвергается изнасилованию одна или более потерпевших, но и тогда, когда виновные, действуя согласованно и применяя насилие или угрозу в отношении нескольких женщин, затем совершают половой акт каждый с одной из них.

    Судебная практика исходит из того, что соисполнителем группового изнасилования может быть не только мужчина, но и женщина, если она в целях преодоления сопротивления потерпевшей применяет к ней физическую насилие (например, держит ее за руки и за ноги, связывает, наносит побои и пр.) или угрозу таковым.

    В специальной литературе на этот счет высказаны иная точка зрения, согласно которой женщины в изнасиловании могут участвовать лишь в качестве организаторов, подстрекателей и пособников, поскольку женщина биологически не в состоянии совершить половой акт с потерпевшей. То же самое относится к мужчинам-импотентам. Это является верным, ибо согласуется и с понятием соучастия, и с составом изнасилования.

    Так же в качестве соисполнителя может выступать лицо, не имеющее намерения лично совершить половой акт.

    Бесспорно, соучастие возможно, лишь когда оба лица являются субъектами уголовной ответственности, т. е. вменяемы и достигли определенного законом возраста. Однако, как разъяснил в своем постановлении Пленум Верховного Суда РФ, здесь существует одно исключение: «Изнасилование и насильственные действия сексуального характера следует признавать совершенными группой лиц (группой лиц по предварительному сговору, организованной группой) не только в тех случаях, когда несколькими лицами подвергается сексуальному насилию одно или несколько потерпевших лиц, но и тогда, когда виновные лица, действуя согласованно и применяя насилие или угрозу его применения в отношении нескольких лиц, затем совершают насильственный половой акт либо насильственные действия сексуального характера с каждым или хотя бы с одним из них. Групповым изнасилованием или совершением насильственных действий сексуального характера должны признаваться не только действия лиц, непосредственно совершивших насильственный половой акт или насильственные действия сексуального характера, но и действия лиц, содействовавших им путем применения физического или психического насилия к потерпевшему лицу. При этом действия лиц, лично не совершавших насильственного полового акта или насильственных действий сексуального характера, но путем применения насилия содействовавших другим лицам в совершении преступления, следует квалифицировать как соисполнительство в групповом изнасиловании или совершении насильственных действий сексуального характера (часть 2 статьи 33 УК РФ)»1.

    При совершении изнасилования группой лиц, лишь один из которых подлежит уголовной ответственности, а остальные — не подлежат в силу недостижения 14-летнего возраста или невменяемости, содеянное нельзя квалифицировать по п. «б» ч. 2 ст. 131 УК, как делалось ранее. После принятия Пленумом Верховного Суда РФ постановления от 14.02.2000 № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних»1 следует указать, что в п. 9 этого постановления подчеркивается; что совершение преступления с использованием лица, не подлежащего уголовной ответственности в силу возраста (ст. 20 УК) или невменяемости (ст. 21 УК), не создает соучастия. Подобная ситуация рассматривается и п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»2, где говорится, что лицо, организовавшее преступление либо склонившее к совершению кражи, грабежа или разбоя заведомо не подлежащего уголовной ответственности участника преступления, в соответствии с ч. 2 ст. 33 УК несет уголовную ответственность как исполнитель содеянного.

    В литературе высказано мнение, что анализируемое проявление группы в изнасиловании не охватывается правилами соучастия в преступлении, а имеет самостоятельное правовое значение, выступая в качестве одного из Способов совершения преступления3.

    Таким образом, освобождение от уголовной ответственности за изнасилование по правилам ст. 20 УК РФ (возраст, с которого наступает уголовная ответственность) возможно, если виновный не достиг четырнадцатилетнего возраста. Это положение не оспаривается в случае, если изнасилование совершено группой, состоящей из трех и более человек, один из которых является малолетним или невменяемым. Однако, если изнасилование совершено двумя лицами, одно из которых не является субъектом преступления в соответствии со ст.ст. 20 и 21 УК РФ или же инициатива исходила от малолетнего то, по буквальному смыслу Постановления, состав группового преступления отсутствует, а квалификация должна проводиться с учетом иных признаков деяния (характер насилия, возраст потерпевшей).

    Пункт «в» ч. 2 ст. 131 УК РФ – изнасилование, соединенное с угрозой убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, а также с особой жестокостью по отношению к потерпевшей или другим лицам.

    К числу квалифицированных видов рассматриваемого преступления закон относит изнасилование, соединенное с угрозой убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, а также совершенное с особой жестокостью по отношению к потерпевшей или к другим лицам (п. «в» ч. 2 ст. 131 УК РФ).

    Под угрозой убийством (запугивание причинением смерти) или причинением тяжкого вреда здоровью (устрашение причинением такого вреда) следует понимать не только прямые высказывания об этом насильника, которые свидетельствуют о прямом намерении немедленного применения насилия, но и такие, например, действия, как демонстрации оружия (пистолета, ножа, бритвы и пр.). При этом нет необходимости доказывать, имел ли виновный намерение осуществить угрозу. Подобные действия охватываются п. «в» ч. 2 ст. 131 УК и дополнительной квалификации по ст. 119 УК не требуют.

    Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью должна быть ясно выражена в словесной форме («убью», «выбью глаз», «искалечу» и т. п.) либо ясно вытекать из характера действий виновного.

    Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР не расценила в качестве угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью слова ем тяжкого вреда здоровью наступает тогда, когда она явилась средством преодоления сопротивления потерпевшей при изнасиловании. В этих случаях дополнительной квалификации по ст. 119 УК (угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью) не требуется.

    При этом не важно, имел ли виновный намерение реализовать угрозу или рассчитывал только на психологическое воздействие. Причем для квалификации изнасилования по ч. 2. ст. 131 УК достаточно самого факта применения угрозы смертью или причинения тяжкого вреда здоровью, даже если физическое насилие вообще не применялось. Неудавшаяся попытка изнасилования, связанная с вышеуказанными обстоятельствами, должна квалифицироваться как покушение на изнасилование при отягчающих обстоятельствах.

    Если угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью выражена после изнасилования с той, например, целью, чтобы потерпевшая никому не сообщила о случившимся, действия виновного, при отсутствии квалифицирующих обстоятельств, подлежат квалификации по ч. 1 ст. 131 УК РФ, а также дополнительно по ст. 119 УК по совокупности, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

    В литературе высказывалось заслуживающее внимания мнение о нецелесообразности сохранения в качестве квалифицирующего признака угрозы убийством или причинением тяжкого телесного повреждения.

    10 апреля 2007 г. примерно в 18 часов Литвиненко Р.Б., 1981 г., родившегося в г. Краснодаре, проживающего в г. Краснодаре, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в квартире № 4, дома № 23 на третьем отделении совхоза умышленно с целью удовлетворения своих половых потребностей против воли и согласия потерпевшей – Скорых Елены Николаевны, подавив ее сопротивление путем применения к ней физического насилия, выразившегося в нанесении ей множественных ударов руками в область головы, причинив ей телесные повреждения в виде множественных ударов руками в область головы, причинив ей телесные повреждения в виде множественных кровоподтеков лица и туловища, не повлекших ей телесные повреждения в виде множественных кровоподтеков лица и туловища, не повлекших вреда здоровью, попытался совершить со Скорых Е.Н. насильственный половой акт в естественной форме, но умысел не смог довести до конца, так как его действия были пресечены соседями потерпевшей, которые прибежали на ее крики о помощи.

    В ночь с 14 на 15 апреля 2007 г. Литвиненко Р.Б. совместно с Беленковым А.В., 1984 года рождения, родившегося в г. Краснодаре, проживающего в г. Краснодаре, примерно в 23 часа в состоянии алкогольного опьянения возле дома № 14 по ул. Жемчужиной в г. Краснодаре, против воли и согласия Калюжной М.В., подавив ее сопротивление, путем высказывания угроз убийством и применения к ней физическую силу, нанеся ей множественные удары руками в область головы, туловища, конечностей, причинив ее телесные повреждения в виде ушиба головного мозга легкой степени тяжести, ушибленной раны лобной области, множественные ушибы мягкий тканей головы, туловища, конечностей, повлекших вред здоровью средней тяжести, совершили с ней насильственное половое сношение в естественной форме. Они же, неоднократно, в группе лиц, в эту ночь, в том же месте, против воли и согласия Калюжной М.В., подавив ее сопротивление путем высказывания угроз убийством и причинения тяжкого вреда здоровью, совершили насильственные действия сексуального характера путем введения полового члена в рот и после в анальное отверстие потерпевшей. В судебном заседании подсудимые заявили ходатайство о постановлении приговора по делу без проведения судебного разбирательства, так как согласны с предъявленным им обвинением.

    Суд признал Литвиненко Р. Б. виновным и по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 131 УК РФ в виде лишения свободы на три года. Признал его виновными и назначил наказание в соответствии с ч. 7 ст. 316 УПК РФ наказание по п.п. «б» и «в» ч. 2 ст. 131 УК РФ в виде пяти лет лишения свободы. Признал его виновным и в соответствии с ч. 7 ст. 316 УПК РФ и назначить наказание по п.п. «б», «в» ч. 2 ст. 132 УК РФ в виде четырех лет лишения свободы. Окончательно же в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний в соответствии с ч. 1 п. «б» ст. 58 УК РФ назначено наказание в виде шести лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима. Беленкова А.В. суд признал виновным и в соответствии с ч. 7 ст. 316 УПК РФ назначено наказание по п.п. «б», «в» ч. 2 ст. 131 УК РФ в виде пяти лишения свободы. Признал виновным и назначено наказание по п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 132 УК РФ в виде лишения четырех лет лишения свободы.

    Окончательно в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказания и в соответствии с ч. 1 1 п. «б» ст. 58 УК РФ назначено наказание в виде шести лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима1.

    По п. «в» ч. 2 ст. 131 УК квалифицируется также изнасилование, совершенное с особой жестокостью по отношению к потерпевшей или другим лицам. Особая жестокость может выражаться в применении пыток, глумлении над потерпевшей, истязании ее или других лиц. Особая жестокость может проявляться также в изнасиловании потерпевшей на глазах жениха, мужа, родителей, детей и других близких людей. Признак особой жестокости по отношению к другим лицам будет иметь место, например, при изнасиловании потерпевшей в присутствии ее мужа, детей или родителей2.

    Особая жестокость по отношению к потерпевшей или другим лицам – это новый признак, включенный в число обстоятельств, квалифицирующих изнасилование.

    Таким образом, это как причинение особых физических или психических страданий женщине в процессе насильственного полового акта (например, садизм), так и изощренный, причиняющий особые физические мучения потерпевшей или другим лицам способ подавления ее сопротивления (пытки, истязания). Признак особой жестокости изнасилования может быть связан также с совершением этого преступления в присутствии родственников и близких потерпевшей (например, изнасилование совершается на глазах жениха или мужа, отца или матери, детей).

    Причем причинение особенной боли и страданий самой потерпевшей или другим лицам должно осознаваться виновным. При этом он может желать или сознательно допускать, что потерпевшая или другие лица испытывают физические или моральные страдания и потрясения.

    Угроза убийством или причинение тяжкого вреда здоровью – это явно выраженное намерение насильника немедленно расправиться с потерпевшей путем лишения жизни или причинения вреда здоровью, подпадающее под признаки ст. 111 УК РФ.

    Угроза может выражаться словесно, конклюдентными действиями, демонстрацией оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

    Для квалификации по этому пункту не имеет значения, имел ли виновный намерение осуществить свою угрозу или рассчитывал на сильное психологическое воздействие. Важно, что таким способом он подавил волю потерпевшей к сопротивлению. Именно по этой причине законодатель угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью отнес к квалифицирующим обстоятельствам изнасилования.

    Обратимся к материалам судебной практики. Зайцев Е.И., 1981 года рождения, Хоменко В.Л., 1981 года рождения, 11 сентября 2007 г около 20 часов 30 минут, находясь в состоянии алкогольного опьянения около автозаправочного комплекса «Тони» на пересечении улиц Российская и солнечная г. Краснодара, действуя совместно, группой лиц по предварительному сговору, умышленно, с целью удовлетворения своих половых потребностей, против воли и согласия Шумиловой И.Ю., подавив ее сопротивление путем применения к ней физического насилия, выразившегося в нанесении множественных ударов в область головы, туловища и конечностей, причинив множественные повреждения в виде кровоизлияний и ушиба мягких тканей головы, повлекшие легкий вред здоровью. Кроме этого, Зайцев, действуя в форме эксцесса, подавляя волю потерпевшей к сопротивлению без ведома Хоменко, угрожал Шумиловой И.Ю., совершив с ней половые сношения в естественной форме, в ходе которых причинили ей раны с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани в области наружных половых органов.

    После этого, тут же, совершив изнасилование Шумиловой И.Ю., действуя совместно, группой лиц по предварительному сговору, умышленно, с целью удовлетворения своих сексуальных потребностей, против воли и согласия Шумиловой, продолжая подавлять ее сопротивление путем применения к ней физического насилия, выразившегося в нанесении множественных ударов руками в область головы, туловища и конечностей, причинив множественные повреждения в виде кровоизлияний и ушиба мягких тканей головы, повлекшие легкий вред здоровья, а кроме того, Зайцев, действуя в форме эксцесса подавляя волю потерпевшей к сопротивлению без ведома Хоменко угрожал Шумиловой И.Ю. убийством, а потом оба по очереди с Шумиловой И.Ю. насильственные действия сексуального характера, выразившиеся во введении полового члена в рот потерпевшей и касании половым членом области промежности и ее анального отверстия.

    Приговором Суда Прикубанского районного суда г. Краснодара Краснодарского края 3 февраля 2007 года Зайцев Е.И. признан виновными по в совершении преступлений по п.п. «б», «в» ч. 2 ст. 131, п.п. «б», «в» ч. 2 ст. 132 УК РФ, Хоменко В.Л. признан виновным в совершении преступлений по п. «б» ч. 2 ст. 131 и п. «б» ч. 2 ст. 132 УК РФ.

    Зайцеву Е.И. было окончательно назначено наказание по совокупности преступлений, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ – восемь лет лишения свободы без штрафа с отбытием наказания в исправительной колонии строгого режима.

    Хоменко В.Л. окончательно назначено наказание по совокупности преступлений, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ – шесть лет лишения свободы с отбытием наказания в исправительной колонии общего режима1.

    Изнасилование с особой жестокостью по отношению к потерпевшей или к другим лицам – самостоятельный квалифицирующий признак, указанный в п. «в» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Введение его в ст. 131 УК РФ оправданно необходимостью правового реагирования на участившиеся случаи совершения изнасилований сексуальными маньяками, которые сопровождают свои действия исключительной безжалостностью к жертвам, садизмом.

    Установление признаков особой жестокости относится к компетенции следствия и суда, которые руководствуются общепринятыми в цивилизованном обществе нормами морали и нравственности. Вывод суда о наличии признаков особой жестокости в действиях насильника должен базироваться на объективных и субъективных признаках состава преступления, однако главное внимание должно быть уделено анализу субъективного отношения насильника к избранному способу посягательства.

    Вменение п. «в» ч. 2 ст. 131 УК РФ по этому признаку возможно в том случае, когда виновный сознавал, что действовал с особой жестокостью, и желала этого. Мотивы особой жестокости могут быть проявлением аномальных психологических качеств субъекта (например, садизма), результатом комплекса неполноценности, развившегося вследствие импотенции или половой слабости. Кроме того, они могут быть продиктованы чувством мести к потерпевшей, отвергшей его сексуальные домогательства.

    Проявление особой жестокости в соответствии с п. «в» ч. 2 ст. 131 УК РФ возможно по отношению как к потерпевшей, так и другим лицам. Общим признаком, объединяющим эти две категории лиц, является цель – изнасилование с особой жестокостью. Исходя из названной цели, особая жестокость по отношению к потерпевшей может проявиться до начала либо в момент изнасилования. Особая жестокость, проявленная после совершения преступления, подлежит самостоятельной правовой оценке как посягательство на жизнь, здоровье, достоинство потерпевшей.

    Объективно особая жестокость может проявится в мучениях, истязании, издевательствах, глумлении над потерпевшей (ст. 112, 115, 117 УК РФ), причинении вреда, опасного для жизни и здоровья в момент нанесения (ч. 1 ст. 111 УК РФ).

    По отношению к другим лицам особая жестокость может проявляться в тех же действиях, но с целью сломить сопротивление потерпевшей путем психологического воздействия на нее.

    Понятие «другие лица» может касаться не только родных и близких потерпевшей, но и других лиц, спасение которых от издевательств возможно только путем ее согласия на половой акт (например, спасая чужую малолетнюю девочку от изнасилования с надругательством и мучениями, женщина жертвует своей половой свободой).

    Думается, что к изнасилованию с особой жестокостью следует отнести и причинение моральных страданий близким потерпевшей, в чьем присутствие совершается ее изнасилование, а сами они лишены физической возможности оказать помощь.

    Вместе с тем особая жестокость насильника по отношению к лицам, пытавшимся воспрепятствовать преступлению (ст. 37 УК РФ), должна рассматриваться как характеристика самостоятельного посягательства на жизнь или здоровье этих лиц (ст. 111, 112 , 115, 117 УК РФ).

    Изнасилование, повлекшее заражение потерпевшей венерическим заболеванием (п. «г» ч. 2 ст. 131 УК РФ), может быть вменено лицу, которое знает о своем заболевании. При этом необходимо доказать наличие причинной связи между изнасилованием и заражением венерической болезнью. Для определения наличия этого квалифицирующего признака требуется проведение судебно-медицинской экспертизы.1

    Данный состав предполагает умышленную или неосторожную форму вины. Подробный анализ признаков и способов заражения дан в ст. 121 УК РФ.

    Заражение в результате изнасилования потерпевшей венерическими заболеваниями (сифилисом, гонореей, мягким шанкром, паховым лимфогранулематозом) законодатель отмечает как квалифицирующее рассматриваемое обстоятельство (п. «г» ч. 2 ст. 131 УК). При этом виновный достоверно знает о наличии у него данной болезни. Во всех вариантах он предвидит возможность такого заражения и желает либо сознательно допускает его последствие или легкомысленно (самонадеянно) рассчитывает, что оно не наступит. Квалификация содеянного еще и по ст. 121 УК (заражение венерической болезнью) не требуется. Ответственность при отсутствии других квалифицирующих признаков, наступает только по п. «г» ч. 2 ст. 131 УК.

    В литературе высказано и другое мнение: в подобных ситуациях имеет место идеальная совокупность преступлений и содеянное подлежит дополнительной квалификации пост. 121 УК2.

    Для определения наличия этого квалифицирующего признака требуется проведение судебно-медицинской экспертизы.

    Следует признать, что правы Н.Г.Иванов и Ю.И.Ляпунов, считающие, что если менее опасное преступление является признаком другого более опасного преступления и непосредственно указано в диспозиции соответствующей уголовно-правовой нормы (в данном случае в диспозиции ч. 2 ст. 131 УК РФ), то оно поглощается более опасным преступлением и не нуждается в самостоятельной правовой оценке, поскольку уже учтено законодателем1

    Изнасилование заведомо несовершеннолетней «является квалифицирующим признаком состава преступления и влечет повышение наказуемости»2. Ответственность за это предусмотрена п. «д» ч. 2 ст. 131 УК и имеет место, когда потерпевшая находилась в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет и виновный достоверно знает о ее несовершеннолетии. Изнасилование же девочки до четырнадцати лет квалифицируется по п. «в» ч. 3 ст. 131 УК как изнасилование малолетней. При этом не важно достигла ли потерпевшая половой зрелости или нет и сопровождалось ли изнасилование растлением или не сопровождалось.

    Изнасилование несовершеннолетней посягает на половую неприкосновенность, нормальное физическое развитие половой системы и нравственное формирование девушки от 14 до 18 лет. Необходимость усиленной охраны названных ценностей побудила законодателя более строго наказывать подобные посягательства. Вместе с тем из принципа субъективного вменения закон акцентирует необходимость доказывания вины лица в изнасиловании именно несовершеннолетней. Термин «заведомость» означает, что виновный достоверно знал о ее возрасте. Выясняя субъективное отношение виновного к знанию возраста потерпевшей, следствие и суд должны учесть показания виновного и перепроверить их соответствие всем обстоятельствам дела. Необходимо учесть физические данные потерпевшей, ее поведение в момент общения с виновным, ее сообщение виновному о своем возрасте. Если будет установлено, что субъект добросовестно заблуждался на этот счет, данный квалифицирующий признак вменять нельзя. В тех случаях, когда виновный в изнасиловании добросовестно заблуждался относительно фактического возраста потерпевшей по всем обстоятельствам дела (на основе восприятия ее внешнего облика, сообщенных ею неверных сведений относительно возраста и пр.), считая, что она достигла совершеннолетия, квалификация содеянного по п. «д» ч. 2 ст. 131 УК не представляется возможной.

    В Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 15 июня 2004 года указано: «Судам следует исходить из того, что ответственность за
    совершение изнасилования или насильственных действий сексуального
    характера в отношении заведомо несовершеннолетнего лица либо не
    достигшего четырнадцатилетнего возраста наступает лишь в случаях, когда
    виновное лицо достоверно знало о возрасте потерпевшего лица (являлось
    родственником, знакомым, соседом) или когда внешний облик потерпевшего
    лица явно свидетельствовал, например, о его возрасте. Добросовестное заблуждение, возникшее на основании того, что возраст потерпевшего лица приближается к 18-летию или в силу акселерации оно выглядит взрослее своего возраста, исключает вменение виновному лицу данного квалифицирующего признака»1. Вместе с тем, когда насильник на основании конкретных фактов считает, что потерпевшая достигла совершеннолетия, рассматривать фактическое ее несовершеннолетия как квалифицирующее нельзя.

    Обратимся к судебной практике. Варченко И.В., 1983 года рождения и Кунченко В.А., 1987 года рождения, уроженцы и жители г. Краснодара, в ночь с 30 мая 2004 года на 31 мая 2004 г., находясь в состоянии алкогольного опьянения умышленно, действуя совместно и согласованно, в гараже, расположенном напротив дома № 123 по ул. Тургенева Прикубанского административного округа г. Краснодара, с целью удовлетворения своих половых потребностей, против воли и согласия несовершеннолетней Дашиной С.Ю., 1989 г. р., с применением физического насилия и с угрозой его применения. При этом Кунченко В.А. нанес два удара в ладонью правой руки в область лица Дашиной С.Ю., причинив ей телесные повреждения в виде побоев и подавив ее сопротивление, используя свое физическое превосходство, поочередно совершили с ней половое сношение в естественной форме. Действия Варченко И.В. и Кунченко В.А. были квалифицированы по п.п. «б», «д» ч. 2 ст. 131 УК РФ – как изнасилование, то есть половое сношение с применением насилия к потерпевшей, или угрозой его применения, совершенное группой лиц по предварительному сговору, заведомо несовершеннолетней. Приговором Прикубанского районного суда города Краснодара от 03 сентября 2007 года Варченко И.В. был признан виновным по п.п. «б», «д» ч. 2 ст. 131 УК РФ и назначено наказание – шесть лет лишения свободы в исправительной колонии строго режима, Кунченко В. А. был признан виновным по п. «б», «д» ч. 2 ст. 131 УК РФ и назначено наказание – два года лишения свободы в воспитательной колонии1.

    В случаях, когда имело место изнасилование несовершеннолетней, последующие половые акты, совершенные с ее согласия, не исключают ответственности виновного по ст. 131 УК. В этих случаях, если несовершеннолетняя потерпевшая не достигла шестнадцатилетнего возраста, действия виновного подлежат оценке по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст. 131 и 134 УК.

    Изнасилование несовершеннолетней может быть связано с вовлечением потерпевшей в систематическое употребление спиртных напитков и одурманивающих веществ. Действия виновного в подобных ситуациях квалифицируются не только по п. «д» ч. 2 ст. 131, но и по ст. 151 (вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий).

    Санкция ч. 2 ст. 131 УК РФ – лишение свободы на срок от четырех до десяти лет.

    Часть 3 ст. 131 УК РФ предусматривает ответственность за изнасилование при наличии особо квалифицирующих признаков: а) повлекших по неосторожности смерть потерпевшей; б) повлекших по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей, заражение ее ВИЧ-инфекцией или иные тяжкие последствия; в) изнасилование потерпевшей, заведомо не достигшей 14-летнего возраста.

    Особо квалифицирующими признаками изнасилования (ч. 3 ст. 131 УК) являются:

  • совершение изнасилования, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей (п. «а»);
  • совершение изнасилования, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей, заражение ее ВИЧ-инфекцией и иные тяжкие последствия (п. «б»);
  • совершение изнасилования потерпевшей, заведомо не достигшей четырнадцатилетнего возраста (п. «в»).

    Составы, названные в п. «а» и «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ, сконструированы по типу материальных. Для их вменения требуется доказать, что между изнасилованием и наступившими последствиями есть причинная связь, что последствия соответствуют их описанию в законе и вызваны именно изнасилованием либо покушением на него, а не другими действиями имеющими отношения к изнасилованию, но не входящими в объективную сторону этого состава. Состав преступления, указанный в п. «в» ч. 2 ст. 131 УК РФ, — формальный.

    Изнасилование, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей (п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ). Характеристика неосторожного лишения жизни дана в ст. 109 УК РФ. Применительно к анализируемому составу необходимо указать следующее. Действия виновного, приведшие к такому результату, совершаются как по легкомыслию, так и по небрежности. Последствия в виде смерти потерпевшей могут быть причинены как непосредственно действиями виновного (смерть — как результат насилия с целью сломить сопротивление потерпевшей, например, сильное сдавливание шеи), так и быть следствием самоубийства, вызванного стрессом в связи с изнасилованием. Наконец, смерть может последовать и при других обстоятельствах (например, в итоге неосмотрительного поведения самой потерпевшей, вынужденной спасаться от сексуального насилия).

    Так, девушка, подвергшаяся групповому изнасилованию в квартире, расположенной на седьмом этаже многоэтажного дома, оставшись на некоторое время одна на кухне, решила выбраться из квартиры через окно и спуститься на балкон пятого этажа. Связав полотенца и веревки, находившиеся на кухне, она пыталась спуститься на пятый этаж, но сорвалась и разбилась насмерть.

    Во всех случаях между изнасилованием или покушением на изнасилование и смертельными последствиями должна быть причинная связь.

    Если смерть потерпевшей не находилась в причинной связи с действиями лица, совершившего изнасилование, последнее не может быть квалифицировано как изнасилование при особо отягчающих обстоятельствах (так, например, убийство, совершенное после изнасилования с целью его сокрытия, не может рассматриваться как последствие изнасилования.

    Объективный критерий преступной небрежности – должен предвидеть – вытекает из самого преступного поведения субъекта. Субъективный критерий – возможность предвидеть – зависит от характеристики личности насильника: вменяемости, достижения возраста ответственности за изнасилование и лишение жизни по неосторожности, уровня психического развития (ст. 20 УК РФ), состояния в момент преступления (ст. 23 УК РФ). Кроме того, необходимо учесть возраст потерпевшей (малолетие, престарелый возраст); состояние здоровья (болезнь сердца), о котором виновному было известно; способы изнасилования; интенсивность и особую агрессивность насилия.

    Для вменения п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ необходимо, чтобы смерть по неосторожности наступила от самого насильственного полового акта либо от действий, предпринимаемых с целью совершить изнасилование.1

    Если отсутствует причинная связь между изнасилованием и наступившей по неосторожности смертью потерпевшей, названный квалифицирующий признак не вменяется, а причинение смерти квалифицируется по ст. 109 УК РФ.

    Виновный 14 – 15 лет не подлежит уголовной ответственности по п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ, поскольку ответственность за неосторожное причинение смерти наступает с 16 лет.

    Следующим особо квалифицирующим признаком является изнасилование, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей, заражение ее ВИЧ-инфекцией или иные тяжкие последствия (п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ). С субъективной стороны вина насильника или насильников по отношению к смерти потерпевшей должна быть неосторожной. В случае, когда виновный в изнасиловании причиняет смерть потерпевшей с косвенным умыслом (например, оставляет ее раздетую и находящуюся в бессознательном состоянии в холодное время на открытом воздухе), его действия должны квалифицироваться как умышленное убийство, сопряженное с изнасилованием, согласно п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство).

    Нужна ли здесь квалификация по ст. 125 УК РФ (оставление в опасности) или все охватывается нормой п. «к» ч. 2 ст. 105 УК?

    Неосторожная вина по отношению к смерти потерпевшей при изнасиловании чаще всего выражается в форме преступной небрежности, когда лицо не предвидело наступления смерти потерпевшей в результате своих преступных действий, хотя при проявлении определенного внимания и предусмотрительности должно было и могло ее предвидеть. По признаку изнасилования, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей, заражение ВИЧ-инфекцией или иные тяжкие последствия следует квалифицировать причинение любого тяжкого вреда здоровью, в том числе и опасного для жизни в момент нанесения.

    Примером этому может служить дело Щ., который совершил изнасилование Б. при следующих обстоятельствах. Поздно вечером Щ. Догнал Б., возвращавшуюся домой, повалил, нанес удары кулаком, а когда она оказала сопротивление, поднял ее за ноги и ударил головой о землю. Когда Б., потеряла сознание, Щ. совершил с ней половой акт. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы Б. причинены: перелом основания черепа, сотрясение головного мозга, перелом третьего шейного позвонка (тела и дужки), ушиб грудной клетки. Повреждения отнесены экспертизой к разряду тяжких, опасных для жизни. Президиум Верховного Суда РФ признал, что «факт причинения Б. во время изнасилования множества опасных для жизни телесных повреждений может рассматриваться как особо тяжкие последствия этого преступления».

    К особо тяжким последствиям изнасилования законодатель относит и заражение потерпевшей ВИЧ-инфекцией. Опасность такого последствия для жизни человека чрезвычайна. Совершая данное преступное деяние, насильник достоверно знает о том, что он заражен ВИЧ-инфекцией, предвидит возможность передачи этой инфекции потерпевшей и желает либо, чаще всего, сознательно допускает это последствие или легкомысленно (самонадеянно) рассчитывает на то, что оно не наступит.

    К иным тяжким последствиям изнасилования относятся, например, самоубийство потерпевшей, психическое заболевание, обострение в тяжелых формах, последовавшие в результате совершения данного преступления, беременность потерпевшей при наличии у нее противопоказаний к родам и аборту, в особенности, беременность несовершеннолетних и малолетних. Причем все это и причинная связь одного из вышеуказанных пунктов с изнасилованием устанавливается посредством разного рода экспертиз (психиатрической, судебно-медицинской и др.).

    П. «б» ч. 3 ст. 131 УК применяется и в тех случаях, когда сама потерпевшая, пытающаяся любым способом спастись, причиняет тяжкий вред своему здоровью или смерть (выбрасываясь, например, из окна высотного здания).

    В п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ сосредоточены три самостоятельных особо квалифицирующих признака изнасилования.

    Характеристика первого из них – неосторожное причинение тяжкого вреда здоровью – дается в ч. 1 и 2 ст. 118 УК РФ. Применительно к ст. 131 УК РФ необходимо, также как и при лишении жизни по неосторожности (п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ), доказывать наличие причинной связи между изнасилованием (половым актом либо применением насилия) и тяжким вредом, наступившим в результате совершения названного преступления. При отсутствии причинной связи действия виновного квалифицируются раздельно: по ст. 131 УК РФ (без рассматриваемого особо квалифицирующего признака) и ст. 118 УК РФ.

    Перечень последствий, отнесенных к тяжкому вреду здоровью, дается в ст. 111 УК РФ. В принципе, наступление любого из названных в ней последствий может служить предпосылкой вменения п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ при условии, что виновное отношение к ним выражается в форме неосторожности.

    Заражение ВИЧ-инфекцией при изнасиловании полностью охватывается п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ. Дополнительная квалификация по ст. 122 УК РФ требуется лишь в случае реальной совокупности преступлений.

    К иным тяжким последствиям изнасилования относятся такие, не вошли в перечень, названный в ч. 3 ст. 131 УК РФ. Возможность отнесения их к особо квалифицирующим признакам суд определяет исходя из указания в законе о тяжести последствий и наличия их в конкретном уголовном деле.

    Однако исходным моментом во всех случаях решения этого вопроса должно быть обязательное условие: тяжкие последствия наступают от изнасилования или покушения на него, т. е. от выполнения действий, входящих в объективную сторону состава данного преступления, причинно связаны с ним и совершены виновно (умышленно или неосторожно).

    В литературе высказано мнение о признании квалифицирующим и особо квалифицирующим признаком последующую в результате изнасилования беременность потерпевшей. Поскольку беременность является дополнительной травмой для потерпевшей, Т.В.Кондрашова предлагала закрепить законодательным путем такое последствие, как беременность, в качестве квалифицирующего обстоятельства1. По мнению А.П.Дьяченко, «во всех случаях беременность малолетних, несовершеннолетних и лиц, не достигших половой зрелости, следует признавать тяжким последствием изнасилования»2. Более убедительны доводы А.Н.Игнатова, считающего, что, поскольку беременность является естественным, хотя и не обязательным последствием полового акта, рассматривать ее как особое последствие нет оснований, и такого рода последствия, равно как и возможность тяжелых моральных страданий потерпевшей, учтены законодателем при установлении санкции за изнасилование3. Следует также добавить, что законодателем предусмотрены в качестве квалифицирующего и особо квалифицирующего обстоятельств изнасилование несовершеннолетней (п. «д» ч. 2 ст. 131 УК) и потерпевшей, не достигшей 14-летнего возраста (п. «в» ч. 3 ст. 131 УК). В то же время изнасилование беременной женщины, последовавший в результате этого выкидыш и утрата способности к деторождению должны квалифицироваться по п. «б» ч. 3 ст. 131 УК по признаку причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

    Нельзя согласиться со следующим утверждением Н.К. Семерневой: «Убийство женщины с целью совершения полового акта с трупом следует квалифицировать по ч. 1 ст. 105. Основания для вменения убийства, сопряженного с изнасилованием, нет, так как отсутствует объект — половая неприкосновенность или половая свобода потерпевшей. Нет и самого факта изнасилования, в связи с чем ст. 131 УК не вменяется»1. Во-первых, в указанной ситуации половой неприкосновенности или половой свободы потерпевшую лишает своими действиями виновный, убивший потерпевшую, и это обстоятельство не может расцениваться как освобождающее виновного от ответственности по одной статье (131 УК) и смягчающее ответственность по другой статье (105 УК). Во-вторых, ситуация получается парадоксальная: если, например, виновный с целью убийства затянул петлю на шее потерпевшей и успел совершить с нею половой акт, пока она еще была жива, он несет ответственность и за убийство, сопряженное с изнасилованием, и за изнасилование, повлекшее тяжкие последствия. Если же к моменту совершения полового акта потерпевшая была мертва, действия виновного квалифицируются только как простое умышленное убийство. В обоих случаях действия виновного следует квалифицировать по совокупности п. «к» ч. 2 ст. 105 и п. «б» ч. 3 ст. 131 УК.

    Изнасилование потерпевшей, заведомо не достигшей четырнадцатилетнего возраста (п. «в» ч. 3 ст. 131 УК РФ). Объектом охраны по данному пункту является половая неприкосновенность, нормальное физическое и половое развитие, а также нравственное формирование девочек. Изнасилование малолетней считается преступление с использованием ее беспомощного состояния. Потерпевшая из-за своего возраста не способна понимать характер и последствия совершаемых с ней действий. Изнасилование потерпевшей, заведомо не достигшей четырнадцатилетнего возраста, также относится к квалифицируемому виду рассматриваемого преступления. Отличаясь по возрасту потерпевшей, составы изнасилования несовершеннолетней и малолетней совпадают по остальным признакам, что позволяет нам обратиться к комментариям п. «д» ч.2 ст. 131 УК.1 Изнасилование, предусмотренное ч. 3 ст. 131 УК РФ, наказывается лишением свободы на срок от восьми до пятнадцати лет.

    Данное особо отягчающее обстоятельство вменяется в вину в случае, когда насильник достоверно знает том, что девочка является малолетней, т. е. не достигшей четырнадцатилетнего возраста. По мнению А.Н. Игнатова, в п. «д» ч. 2 ст. 131 УК РФ «заведомость означает, что насильник или знает, что потерпевшая несовершеннолетняя, или осознаёт, что она не достигла 18 лет»2. Осознание является общим требованием к охвату умыслом некоего обстоятельства, поэтому слово «осознаёт» само по себе является недостаточным. В противном случае ответственность по п. «в» ч. 3 ст. 131 УК исключается.

    Следует признать правильным определение содержания умысла виновного по отношению к квалифицирующему признаку, которое предложил Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 15 июня 2004 г. «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации»: «ответственность за совершение изнасилования или насильственных действий сексуального характера в отношении заведомо несовершеннолетнего лица либо не достигшего четырнадцатилетнего возраста наступает лишь в случаях, когда виновное лицо достоверно знало о возрасте потерпевшего лица (являлось родственником, знакомым, соседом) или когда внешний облик потерпевшего лица явно свидетельствовал, например, о его возрасте».

    Фактическое значение этой формулы раскрывает практика Верховного Суда РФ. Из определения Военной коллегии Верховного Суда РФ от 15 июля 2007 г. по делу № 5-143/07 видно, что при единодушном мнении обвиняемых, свидетелей и эксперта о том, что потерпевшая не выглядела как малолетняя и её никто не воспринимал таковой, учитывая, что до 14 лет ей не доставало всего одного месяца, подсудимым нельзя вменить обвинения в изнасиловании малолетней (ч. 3 ст. 117 УК РФ). Действительно, при таком состоянии дел, когда один из свидетелей даже предположил о 17-летнем возрасте потерпевшей, абстрактные рассуждения об обязанности обвиняемых учитывать возможное влияние фактора акселерации и им подобные не составляют основание для вменения данного квалифицирующего признака. И наоборот, внешний вид потерпевшей, оцениваемый виновным и свидетелем (а, вероятно, и самим судом) на 15 – 16 лет, когда суд признал достоверными показания потерпевшей о том, что она говорила виновному о своём 13-летнем возрасте (что соответствовало действительности), не освобождает виновного от ответственности за изнасилование малолетней.1

    Действительно, даже наличие у виновного существенных оснований полагать, что потерпевшая лжет, говоря о своём возрасте, недостаточно для отклонения обвинения в совершении особо квалифицированного изнасилования, пожалуй, за исключением того случая, когда виновный может разумно считать факт лжи очевидным (например, другой возраст потерпевшей ему указывали её ближайшие родственники, ему достоверно известны некие факты о потерпевшей, которые в принципе невозможны при малолетстве). Указанное исключение действует в том случае, когда иные обстоятельства, чем представляет виновный, крайне маловероятны: невозможно серьезно рассматривать вероятность ошибки родителей насчёт возраста своей дочери, вероятность встречи с девочкой-вундеркиндом, которая перескочила несколько классов и поэтому её нынешний класс, известный виновному, не свидетельствует о её настоящем возрасте и т.п.

    Как известно, ненасильственный половой акт с малолетней составляет (кроме некоторых исключений, которые здесь оговаривать нет надобности) изнасилование с использованием беспомощного состояния потерпевшей. Однако формулировка в ст. 131 УК РФ, а именно появившееся указание на заведомость, требует установить, что виновный осознавал абсолютную или фактическую неизбежность малолетства потерпевшей. Следовательно, в случаях, когда виновный осознавал малолетство потерпевшей только как реально возможное, но не неизбежное, данный квалифицирующий признак вменяться ему не может, что не препятствует вменению ч. 1 ст. 131 УК РФ.

    Уголовный кодекс 1996 года формализовал возрастной предел, разделивший две группы потерпевших – несовершеннолетних и малолетних. Благодаря такому подходу у суда отпала необходимость выяснять у девочек все нередко крайне жестокие и грязные подробности изнасилования для проверки, понимала ли потерпевшая смысл, значение и характер совершаемых с нею действий.

    Заведомость знания, что потерпевшая является малолетней, доказывается гораздо легче, чем тот же признак, относящийся к несовершеннолетней потерпевшей. Внешний облик, физиология в большинстве случаев не дают повода для ошибки со стороны насильника. Вместе с тем незыблемым остается правило, гласящее, что объективная ошибка в возрасте потерпевшей исключает возможность квалификации действий виновного по п. «в» ч. 3 ст. 131 УК РФ.

    Изнасилованию малолетней могут предшествовать развратные действия. При этом действия виновного могут быть квалифицированны по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 135 УК РФ и п. «в» ч. 3 ст. 131 УК РФ, если они совершались в разное время, с определенным разрывом во времени и каждое преступление – по самостоятельно возникшему умыслу; если же развратные действия непосредственно предшествовали половому акту, не совершенному по независящим причинам от воли виновного, то их следует рассматривать как приготовление либо покушение на изнасилование (ст. 30 и п. «в» ч. 3 ст. 131 УК РФ). Половой акт с малолетней, совершенный сразу после развратных действий, надлежит квалифицировать по ст. 131 УК РФ, а указанные действия рассматривать как начало выполнения объективной стороны преступления.

    Судебной практике известны факты, когда после изнасилования, потрепевшая добровольно вступает с виновным в половые контакты. Такая ситуация не исключает его ответственности, так как условия вменения ему п. «в» ч. 3 ст. 131 УК РФ – изнасилование заведомо малолетней, находящейся в беспомощном состоянии, – сохраняются до достижения ею 14-ти лет. Последующие добровольные половые контакты должны квалифицироваться по ст. 131 УК РФ.

    4 ЛИЧНОСТЬ ПРЕСТУПНИКА, СОВЕРШИВШЕГО ПРЕСТУПЛЕНИЕ

     

    Важнейшим элементом криминалистической характеристики изнасилований является личность преступника. Около 40 % изнасилований приходится на лиц, ранее уже совершавших преступления. Две трети изнасилований совершается в состоянии опьянения; как правило, лицами из числа местных жителей, половина из которых не имеет постоянного источника дохода.

    Определенное своеобразие наблюдается и в возрастных характеристиках насильников. Наиболее высока преступная активность лиц в возрасте от 18 до 24 лет (их около 40 %); 22 –23 % составляют несовершеннолетние; почти столько же – лица в возрасте 30 лет и старше, 17% приходится на долю лиц 25-29 лет.

    По образовательному уровню преступники, совершившие изнасилования, имеют среднее общее и среднее основное образование – 70 %, среднее профессиональное — 15 %, профессиональное высшее образование 2%. Следует заметить, что последний показатель в два раза ниже процента лиц, имеющих профессиональное высшее образование, в общей массе преступников .

    В действиях преступника находят отражение многие свойства его личности, а это, в свою очередь, позволяет создать модель наиболее вероятного типа насильника 3 — мысленно представляемую систему, которая, отображая или воспроизводя объект поиска, способна замещать его таким образом, что исследование модели дает новую информацию об искомом преступнике.

    Насильников можно условно разделить на две основные группы. В первую группу входят лица с различными аномалиями психики, а также патологическими проявлениями полового влечения (фетишизм, эксгибиционизм, садизм и т. д.). Дефекты их психики проявляются не только в определенной нелогичности, бросающейся в глаза странности поведения, но и в речи, что может быть подмечено потерпевшей и сообщено ею на допросе. К этой группе относятся и лица, страдающие психозом позднего возраста, развивающимся старческим слабоумием. Чаще всего ими совершаются половые посягательства в отношении малолетних и несовершеннолетних.

    Вторую группу составляют лица, не имеющие патологических изменений в области психики и половой сферы. Их можно подразделить на три подгруппы. В первую входят хронические алкоголики, наркоманы, а также лица, ранее судимые за злостное хулиганство, разбои, половые и другие насильственные преступления. Их отличают грубость, жестокость в обращении с окружающими, моральная распущенность, извращенность в удовлетворении половой страсти. Ко второй подгруппе относятся лица, не имеющие резко выраженных признаков первой подгруппы. В большинстве своем они отличаются примитивными интересами, циничным отношением к женщине, злоупотреблением алкогольными напитками. Сюда же относятся и лица, которые совершили изнасилование при наличии сложных, специфических взаимоотношений с потерпевшей, в ситуации, когда ее поведение было опрометчивым, рискованным и даже провокационным.

    В третью группу входят несовершеннолетние насильники. По данным статистики, несовершеннолетними совершается ежегодно треть изнасилований. При этом процентное соотношение изнасилований, совершенных подростками, имеет стабильную тенденцию к росту.

    При нападении в одиночку они чаще всего посягают на малолетних или несовершеннолетних. При совершении преступления в группе их жертвами оказываются как несовершеннолетние, так и взрослые женщины, в том числе преклонного возраста. Групповые изнасилования с участием несовершеннолетних сопровождаются жестоким, особо циничным отношением к жертве, извращенными способами удовлетворения половой страсти. Иногда такие изнасилования заканчиваются лишением жертвы жизни, над которой подростки глумятся, вырезая половые органы, молочные железы, заталкивают во влагалище инородные предметы (бутылки, палки и т.п.). В процессе раскрытия изнасилования, совершенного несовершеннолетними или с их участием, следует учитывать, что довольно часто такая группа совершает и другие преступления (кражи, грабежи, хулиганство и т. п.), которые, как правило, следуют одно за другим. Причем большинство участников группы обычно являются жителями одного района, хорошо знают друг друга по учебе, совместному времяпрепровождению и совершают изнасилования недалеко от места постоянного проживания или же мест, где проводят свой досуг. Как правило, все или большинство из них состоят на учете в инспекциях по профилактике правонарушений несовершеннолетних (ИППН).

    Необходимо учитывать, что здесь просматривается сходство почерков (способов) в совершении преступлений несовершеннолетними преступниками и сексуальными маньяками, а это очень важно в выборе направления расследования, в выдвижении и проверке версий по преступлениям, совершаемым на сексуальной почве.

    Следует отметить, что в группы несовершеннолетних насильников нередко входят и взрослые: не только юноши (как правило, 18 – 19 лет), но и девушки (организаторы, подстрекатели, пособники), которые провоцируют ребят на изнасилование своих, по их мнению, слишком скромных и порядочных подруг, знакомых девушек, а также и малолетние мальчики 9 – 13 лет. Последние, подражая более старшим ребятам, в процессе изнасилования совершают аналогичные действия, в том числе и половой акт. Случаи, связанные с совершением изнасилований лицами, отнесенными выше к первой группе, с различными аномалиями психики (точнее психопатами с половыми извращениями) следует рассмотреть более подробно. Обыденное название таких лиц – сексуальные маньяки.

    В последние 20 – 25 лет в России распространились изнасилования, совершаемые сексуальными маньяками. В процессе изнасилований и насильственных действий сексуального характера они проявляют особую жестокость по отношению к своим жертвам, глумятся над ними до, во время преступления и даже после убийства потерпевших. Подобные преступления, имеющие под собой сексуальную почву, известны с XV в. 1 , они распространены почти во всех странах мира и обычно совершаются серийно.

    Еще 3. Фрейд отмечал, что есть много людей «…ненормальных в сексуальной жизни и соответствующих во всех остальных пунктах среднему человеку, не отставших от человеческого культурного развития, слабым пунктом которого остается сексуальность»1. Совершая изнасилования, они компенсируют свою сексуальную несостоятельность. Имея хорошую репутацию на работе, они без труда могут убедить своего начальника в том, что в определенное время находились на рабочем месте, хотя фактически отсутствовали, совершая преступления.

    Как правило, преступления они совершают только в одиночку, в строжайшей тайне от кого-либо, никогда никому из близких не рассказывают о совершенном. Этим объясняется их особенно тщательная подготовка к совершению изнасилования, детальное прогнозирование способа совершения преступления, способа сокрытия, подготовка орудий, которые будут использованы для психологического давления либо применения в целях подавления физического сопротивления потерпевшей или для ее пыток; подготовка собственной безопасной экипировки: изменение внешности — надевание непривычной одежды, очков, перчаток и т.п., в том числе, маскировка транспортного средства (в тех случаях, когда насильник использует его); ложное информирование родных, близких, соседей о том, что направляется по делам в определенное место, и т.п.

    Для сексуальных маньяков характерно то, что они совершают изнасилование не один раз, а множество, повторяя свои действия в однородных местах, в отношении одного типа потерпевших. «Ему нужна еще одна жертва, а потом понадобится вторая, и так без конца. Упившись кровью он на несколько недель впадает в оцепенение, а затем в нем с новой силой загорится чудовищное желание, и утолит его только женская плоть и кровь»2.

    Отметим, что у каждого «сексуального маньяка» своя «узкая специализация», — изнасилование либо только малолетних девочек (или недалеко ушедших от них по возрасту несовершеннолетних) ; либо определенным образом одетых женщин (девушек), либо делается акцент на месте совершения преступления (к примеру, Ч. в деле под условным названием «Лесополоса»). Эта особенность начинает проявляться еще в раннем детстве, поэтому следователям, работающим по делам данной категории, при проверке версий необходимо изучать личности подозреваемых, начиная с этого периода их жизни.

    При совершении изнасилования мотивом является стремление к удовлетворению половой страсти, другими словами, насильник руководствуется сексуальными побуждениями. Однако это не единственный мотив. Возможны и другие мотивы совершения изнасилования это: стремление унизить женщину, побудить ее к вступлению в брак, хулиганские побуждения, месть, зависть и др. Следует отметить, что мотив может быть не только у мужчины, совершившего изнасилование, но и у женщины, так как женщина может участвовать в изнасиловании в качестве организатора, подстрекателя и пособника. Например, подговорив своих знакомых изнасиловать ту или иную женщину.

    СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ

     

    1.1 Нормативные акты

     

  1. Конституция РФ. Принята на всенародном референдуме 12 дек. 1993 г.
  2. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФФЗ с изм. и доп. // СЗ РФ. 2001. № 52 (ч. I).
  3. Уголовный кодекс РФ 1996 г. // СЗ РФ. 1996. № 25.
  4. Постановление № 11 Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2004 г. «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации» // Российская газета. 25 июня 2004 г.
  5. Постановление Пленумом Верховного Суда РФ от 14.02.2000 № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» // БВС. РФ. № 4. 2000.
  6. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» // БВС. РФ. № 2. 2003

     

    2 СПЕЦИАЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА

     

  7. Абабков А. Права потерпевших  в  уголовном  процессе  //  Юридическая газета. 1995. N 17.
    
  8. Авдеев М.И Судебно-медицинская экспертиза живых лиц. М., 1968.
  9. Агрессия и психическое здоровье / Под ред. Т.Б. Дмитриевой, Б.В. Шостаковича. СПб., 2002.
  10. Антонян Ю. М., Ткаченко А. А. Сексуальные преступления: Чекатило и другие. М., 1993.
  11. Архипцев Н.И. Изнасилование: уголовно правовые и криминалистические проблемы. Белгород, 1998.
  12. Боголюбова Т. Правовая основа борьбы с насилием // Достижения и находки: кризисные центры России. М., 1999.
  13. Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный. М., 2004.
  14. Благов Е.В. Применение уголовного права (теория и практика). СПб., 2004.
  15. Быков В. Совершение преступления группой лиц по предварительному сговору // Законность. 1999. № 3
  16. Васильевский А.В. Дифференциация уголовной ответственности при соучастии // Дифференциация ответственности и проблемы юридической техники в уголовном праве и процессе. Ярославль, 2002.
  17. Вопросы уголовного права в практике Верховного Суда БССР. Минск. 1976.
  18. Владимиров В.А. Квалификация преступлений против личной собственности. М., 1968
  19. Галиакбаров Р. Как квалифицировать убийства и изнасилования, совершенные групповым способом // Российская юстиция. 2000. № 10.
  20. Галкин В.М. Применение уголовного закона по делам об изнасиловании / Под ред. Е.В. Болдырева. М., 1981.
  21. Ганеева О. 8000 детей ежегодно становятся жертвами сексуальных преступлений // Труд. 2003. 18 апр.
  22. Гаухман Л.Д. Борьба с насильственными посягательствами. М., 1969.
  23. Гаухман Л.Д. Насилие как средство совершения преступления. М., 1974.
  24. Гаухман Л.Д. Проблемы уголовно-правовой борьбы с насильственными преступлениями в СССР. Саратов, 1981.
  25. Густов Г.А. Андреева П.Н. Степанов В.Г. Филиппов А.П. Расследование изнасилований. Пенза, 1980.
  26. Даниэльбек Б.В. Уголовно-правовая борьба с половыми преступлениями. Автореф. докт. дисс. М., 1970.
  27. Дурманов Н.Д. Советское уголовное право. Особенная часть. М., 1982.
  28. Дьяченко А.П. Некоторые спорные вопросы квалификации изнасилования. Труды ВЮЗИ, том 49. М., 1977. С.127 –146.
  29. Дьяченко А.П. Уголовно-правовая охрана прав граждан в сфере сексуальных отношений. М., 1995.
  30. Иванов Н. Г., Ляпунов Ю. И. Уголовное право. Особенная часть. М., 1998.
  31. Иванов Н.Г., Ляпунов Ю.И. Уголовное право. Особенная часть. М., 2005.
  32. Игнатов А.Н. Квалификация половых преступлений. М., 1974.
  33. Игнатов А. Н. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М., 2002.
  34. Игнатов А.Н. Дьяченко А.П. О квалификации изнасилования // Вестник Верховного суда СССР. 1991 №5.
  35. Игнатов А.И. Некоторые вопросы квалификации половых преступлений // Вопросы борьбы с преступностью. Выпуск 17, 1972.
  36. Игнатов А.Н., Красиков Ю.А. Российское уголовное право. М., 2003.
  37. Загородников Н.И., Игнатов А.Н. Преступления против личности. М. Высшая школа МОП РСФСР, 1962.
  38. Комментарий к Уголовному кодексу РФ / Отв. ред. А.И. Бойко. Ростов-на-Дону, 2003.
  39. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.М. Лебедева. М., 2003.
  40. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. / Ю.В. Грачева, Л.Д. Ермакова и др.; отв. ред. А.И. Рарог. М., 2004.
  41. Комментарий к УК РФ / Под ред. проф. Ю.И. Скуратова. М., 2004.
  42. Комментарий к Уголовному Кодексу Российской Федерации. Книга первая. Статьи 1-157. М., 1998.
  43. Кондрашова Т.В. Уголовное право России. М., 2005.
  44. Конышева Л.П. Понятие психически бессознательного состояния жертвы преступления // Российская юстиция. 2001. № 4
  45. Кругликов Л.Л., А.В. Васильевский. Дифференциация ответственности в уголовном праве. СПб., 2003.
  46. Новое уголовное право России. Особенная часть / Ред. проф. Н. Ф. Кузнецовой. М., 1996.
  47. Петин И.А. Механизм преступного насилия. СПб., 2004.
  48. Поздняков С. П., Жданов Ю. П., Бурелов Э. А. Клинические и социальные характеристики лиц с органическим поражением головного мозга, совершивших половые правонарушения.//Вопросы диагностики в судебно-психиатрической практике (клинико-катамнестический аспект). Сб. научных трудов. М.: ВНИИОСП им. В. П. Сербского, 1987
  49. Практика прокурорского надзора при рассмотрении судами уголовных дел. М., 1987.
  50. Преступность и правонарушения. Статистический сборник. М., 2004.
  51. Пудовочкин Ю.Е. Ответственность за преступления против несовершеннолетних по российскому праву. СПб., 2002.
  52. Редин М.П. Осуществление преступного намерения и неоконченное преступление // Правоведение. 1999. № 1.
  53. Резник Г.М. Криминологическая типология преступности // Сб. статей «Криминология и уголовная политика». М., 1985
  54. Сафронов В.Н., Свидлов Н.М. Вопросы квалификации половых преступлений. / Науч. ред. В.Г. Беляев. Волгоград, 1984.
  55. Сборник Постановлений Пленума Верховного Суда РФ. 1961-2004 г.г. М., 2005.
  56. Селезнев М. Неоконченное преступление и добровольный отказ // Российская юстиция, 1997. № 11
  57. Семернева Н.К. Уголовное право. Особенная часть. М., 2001.
  58. Сташис В.В., Бажанов М.И. Личность под охраной уголовного закона. Симферополь, 1996.
  59. Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации // Под ред. В.М. Лебедева, 2004.
  60. Ткаченко В.Н. Насилие, не опасное для жизни и здоровья, как уголовно-правовая категория // Государство и право. 1992. №12.
  61. Ткаченко В. Преступления против несовершеннолетних // Юридическая газета. 1996. N 47.
  62. Тельнов П.Ф. Ответственность за соучастие в преступлении. М., 1974.
  63. Тихомирова Л.В., Тихомиров М.Ю. Юридическая энциклопедия / Под.  ред. М.Ю. Тихомирова.  М., 2004.
    
  64. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть/ Под ред. Г.Н. Борзенкова, В.С. Комисарова. М., 2004.
  65. Уголовное право России. Общая часть. Учебник / Отв. ред. Б.В. Здравомыслов. М., 2002.
  66. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть / Под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева. М., 2005.
  67. Уголовное право. Особенная часть/Под ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамова, Г.П. Новоселова. М., 2003.
  68. Уголовное право. Особенная часть / Под общ. Ред. В.И. Радченко. М., 2004.
  69. Уголовное право Росси. Особенная часть/ Под ред. А.И. Рарога. М., 2004.
  70. Уголовное право России: Особенная часть / Под ред. Ф.Р. Сундурова. Казань, 2003.
  71. Шадин Ю. О квалификации половых преступлений // Законность. 2000.- №12 .
  72. Шаргородский М. Д., Осипов П. И. Курс советского уголовного права. Часть Особенная. Т. 3. Л., 1973.
  73. Читлов Д.С. Охрана здоровья граждан от тяжких насильственных посягательств. М. 1978.
  74. Яковлев Я.М. Половые преступления. Душанбе, 1969.
  75. Дело № 1-1116/2007 // Архив Прикубанского районного суда г. Краснодара Краснодарского края.
  76. Дело № 1-640-07// Архив Прикубанского районного суда г. Краснодара Краснодарского края.
  77. Дело № 1-207/07 // Архив Прикубанского суда года Краснодара Краснодарского края.
  78. Дело № 1-574/2007 // Архив Прикубанского суда года Краснодара Краснодарского края.
  79. Дело № 1-798/2007 // Архив Прикубанского районного суда г. Краснодара Краснодарского края.
<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 1.14MB/0.00076 sec

WordPress: 22.34MB | MySQL:119 | 2,623sec