Незаконное предпринимательство

<

041014 1019 1 Незаконное предпринимательство

1 История развития законодательства

 

Немалое число составов, ныне охватываемых главой «Преступления в сфере экономики», было известно отечественному законодательству еще во времена принятия Соборного Уложения 1649 г., где шла речь о наказуемости, например, фальшивомонетничества, уклонения от различного рода пошлин и податей (в том числе торговых); нарушения кредиторских обязательств (в частности, ложном банкротстве), приобретения похищенного имущества, принуждения заключить сделку или обманного обвинения в таком принуждении, контрабанды, нарушений правил торговли (в особенности спиртными напитками, табаком) и т. д. Выделяя такого рода деяния в качестве преступных, Соборное Уложение содержало нормы, посвященные вопросам процессуального характера, а также вопросам гражданско-правовой и административной ответственности, в связи с чем трудно говорить не только о каких-либо особых видах преступлений в сфере экономики, но и системе преступлений в целом. Лишь в середине XIX в., когда уже действовало множество других нормативных актов (в том числе упорядочивших вексельное обращение, устранивших внутренние таможенные сборы, урегулировавших деятельность торговых учреждений, мануфактур, ремесел, промыслов и т. д.), законодателю удалось определиться с основными видами преступлений и отразить их сначала в Своде законов Российской империи, а затем в более совершенной форме — в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных.1

Последнее, не выделяя особо деяния, называемые до последнего времени хозяйственными преступлениями, распределяло их по различным разделам Особенной части. Значительное число статей связывалось с посягательством на государственную или частную собственность, причем охранялись они обособленно. Так, в разделе «О преступлениях и проступках против собственности частных лиц» речь шла не только о хищении, присвоении и уничтожении имущества, но и злоупотреблениях, совершаемых при заключении или исполнении обязательств вообще (принуждении к заключению невыгодной сделки или отказу от уже заключенной; сделках, основанных на подлоге или обмане «из корыстных или иных личных видов») либо обязательств по договорам купли-продажи (например, продажа «проданного» или похищенного, покупка имущества у малолетних и лиц, не являющихся законными собственниками), временного хранения, займа, поручения. Незаконные сделки (в том числе касающиеся подрядов и поставок для нужд казны, реализации ее имущества) в отношении государственной собственности рассматривались как преступления по службе государственной и общественной. Аналогичным образом оценивались действия должностных лиц и чиновников по так называемым межевым делам, т. е. по отводу и использованию земель. Контрабанда, уклонение от уплаты сборов, пошлин и податей, как таможенных, так и иных, нарушение правил разработки полезных ископаемых (добычи драгоценных металлов и драгоценных камней) также признавались деяниями, непосредственно затрагивающими интересы государства, но здесь применялись статьи раздела «О преступлениях и проступках против имущества и доходов казны». В этот же раздел были включены статьи, устанавливающие наказуемость за фальшивомонетничество, которое усматривалось в изготовлении и подделке не только металлической монеты, но и бумажных денег (государственных кредитных бумаг). В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных подделка ценных бумаг, не являющихся деньгами и принадлежащих государственным кредитным учреждениям, частным банкам и предприятиям, относилась к посягательствам не на государственные, а на общественные интересы. Они же считались объектом уголовно-правовой охраны и в многочисленных главах, предусматривающих ответственность за нарушение торговых уставов, а также фабричной, заводской и ремесленной промышленности. В соответствии с ними право заниматься коммерческой деятельностью, содержать заводы, вести ремесленное дело предоставлялось лишь свободным сословиям, к которым не относились крепостные. 1

С принятием известного Манифеста 19 февраля 1861 г. о выходе крестьян из крепостной зависимости круг субъектов, которые не могли заниматься предпринимательской деятельностью, сузился практически до чиновников. Каких-либо специальных норм о воспрепятствовании этому праву не было, но многочисленные составы должностных и служебных преступлений охватывали признаки подобного рода деяний. Вместе с тем самостоятельными преступлениями признавались нарушения порядка открытия заводов, фабрик, мануфактур, ремесел, торговых учреждений, банков и ссудных касс, что чаще всего связывалось с отсутствием необходимого разрешения, свидетельства или квалификации. Кроме того, в главе «О нарушениях уставов фабричной, заводской и ремесленной промышленности» криминализировались незаконное использование чужого изобретения; подделка чужих клейма или знака, «прикладываемых с дозволения правительства к изделиям или произведениям мануфактур, фабрик или заводов»; разглашение банковской и иной коммерческой тайны.2

Уголовное Уложение 1903 г., дифференцируя деяния против имущества, с одной стороны, и против различного рода имущественных прав — с другой, связало с последними, в частности, такие действия учредителя или руководителя кредитной организации, общества взаимного страхования, товарищества на паях или акционерного общества, как: а) сообщение правительству при получении разрешения на открытие акционерного общества заведомо ложных сведений об учреждаемом предприятии, если это сообщение могло причинить вред акционерам; б) помещение заведомо ложных сведений о состоянии дел или счетов организации, товарищества или общества в отчетах, балансах или торговых книгах; в) представление заведомо неверного счета по исчислению и выдаче дивиденда; г) выпуск необеспеченных или в большем, чем положено, количестве облигаций или иных ценных бумаг. Как направленные против имущества рассматривались различного рода действия, совершаемые в связи с банкротством (сокрытие имущества тем или иным способом с целью избежать погашения долга); легкомысленным ведением дел организации, предприятия или общества; несвоевременным прекращением деятельности; ростовщичество; принуждение к невыгодной для другой стороны сделке; совершение сделок с имуществом, заведомо добытым преступным путем. 1

Самостоятельными разделами Особенной части Уложения 1903 г. регулировалась ответственность за изготовление фальшивых денег, ценных бумаг или знаков, осуществление предпринимательской деятельности без необходимого разрешения либо с нарушением установленных законами или уставом условий и порядка занятия отдельными видами деятельности. Особое внимание придавалось торговле спиртными напитками, операциям с ценными бумагами, сделкам с драгоценными, металлами и драгоценными камнями.

Советское уголовное законодательство с первых лет своего существования пошло по пути национализации крупных предприятий и значительного сужения возможных сфер частнопредпринимательской деятельности. Еще до принятия УК РСФСР 1922 г. уголовно наказуемыми стали посреднические’ функции при найме на работу, перевозка корреспонденции помимо почтового ведомства, изготовление и продажа крепких спиртных напитков, закупка товаров за рубежом и т. п. Все эти запреты нашли свое отражение в УК РСФСР 1922 г. Из ранее известных имущественных посягательств была сохранена ответственность за ростовщичество, фальсификацию реализуемых товаров, использование чужого товарного, фабричного или ремесленного знака, рисунка, модели, чужой фирмы или чужого наименования. В преступления против порядка управления были включены различные виды контрабанды, уклонения от налогов, а также изготовление фальшивых денег и ценных бумаг. Вместе с тем в УК РСФСР 1922 г. появилась глава, именуемая «Преступления хозяйственные», в которой шла речь о практически неизвестных ранее деяниях: трудовое дезертирство; бесхозяйственное использование должностным лицом государственного предприятия рабочей силы, предоставляемой в порядке трудовой повинности; невыполнение плана, растрата имущества или ухудшение качества выпускаемой продукции в силу бесхозяйственного ведения дел руководителем государственного предприятия; неисполнение имущественных обязательств по договору с государственным учреждением или предприятием; нарушение положений, регулирующих проведение в жизнь государственных монополий. В дайной главе говорилось также об «искусственном повышении цен на товары путем сговора или стачки тор-‘ говцев между собой или путем злостного невыпуска товаров на рынок», «спекуляции с иностранной валютой в обмен на советские денежные, знаки и наоборот», «скупке и сбыте я виде промыслов продуктов, материалов и изделий, относительно которых» имеется специальное запрещение или ограничение», и т. д. 1

В УК РСФСР 1926 г. перечень преступлений против порядка управления дополнился такими составами, как разработка недр земли с нарушением установленных правил, несоблюдение акцизных правил, а также рядом деяний, ранее признаваемых хозяйственными преступлениями (нарушение правил торговли, приготовление с целью сбыта и сбыт спирта и спиртосодержащих веществ и т. п.). Введя уголовную ответственность за «сообщение ложных сведений в заявлениях, подаваемых в государственные учреждения или должностным лицам, в установленных законом заявлениях при регистрации торгово-промышленных, жилищных и иных товариществ и обществ», законодатель отнес данную статью к главе «Нарушение правил, охраняющих народное здравие, общественную безопасность и порядок». Что же касается деяний, обозначаемых как хозяйственные преступления, то ими стали рассматриваться в основном неисполнение обязанностей со стороны руководителя предприятия (бесхозяйственность, заключение невыгодных для государства сделок, использование государственного имущества не по назначению, нарушение правил охраны труда и техники безопасности). 1

УК РСФСР 1960 г. предусматривал более широкий круг деяний, признаваемых хозяйственными преступлениями. Почти всякая деятельность частного лица, направленная на извлечение прибыли, стала рассматриваться преступлением и квалифицироваться как частнопредпринимательская деятельность, коммерческое посредничество, занятие запрещенными видами промысла. В отличие от первых советских кодексов, наказывавших только покупку заведомо похищенного, УК РСФСР 1960 г. считал преступлением как приобретение, так и хранение, а равно сбыт заведомо похищенного. Вводя запреты на индивидуальное предпринимательство, государство не могло оставить без уголовно-правовой защиты принцип всеобщего распределения и перераспределения материальных благ, в особенности товаров и продуктов повышенного спроса, список которых постоянно увеличивался. В результате — неоднократные изменения и дополнения Уголовного кодекса статьями об ответственности за нарушения в сфере торговли, усиление ответственности за спекуляцию. Отсутствие необходимых экономических механизмов регулирования экономики и постоянно возрастающий дефицит побуждали законодателя к принятию все новых и новых запретов; уголовно наказуемыми стали: скармливание скоту или птице хлебопродуктов. (1963 г.), незаконный отпуск горючетсмазочных материалов при отсутствии признаков хищения (1983 г.). Включение в главу «Хозяйственные преступления» так называемых преступлений против природы, в том числе незаконную ловлю рыбы, охоту, порубку леса, означало, в сущности, что государство видело в них не столько нарушение интересов защиты природы, сколько способ незаконного обогащения, наживы.

Начавшиеся в нашей стране на рубеже 80—90-х гг. социально-экономические и политические преобразования потребовали переосмыслить всю систему «хозяйственных преступлений». Еще в период действия УК РСФСР 1960 г. была декриминализирована часть деяний, запрет которых препятствовал предпринимательской и иной экономической деятельности. Помимо этого, в главу нового УК РФ, получившую наименование «Преступления в сфере экономической деятельности», не включены посягательства экологического характера, поскольку им было отведено самостоятельное место в разделе «Преступления против общественной безопасности и общественного порядка». Аналогичным образом законодатель поступил и с теми деяниями, которые создают опасность для людей (выпуск или продажа товаров, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, нарушение ветеринарных правил, нарушение правил, установленных для борьбы с болезнями и вредителями растений). Сохранив лишь несколько из известных прежнему закону составов хозяйственных преступлений, данный Уголовный кодекс указал на ряд новых, большинство из которых в том или ином варианте уже были известны отечественному законодательству начала XX в. 1

Принятие Конституции РФ 1993 г., закрепившей право на свободное использование каждым своих способностей и имущества для предпринимательской и иной экономической деятельности, побудило законодателя признать это право самостоятельным объектом уголовно-правовой охраны. В отличие от законодательства царской России, предполагающего защиту свободы предпринимательства в уголовно-правовом порядке в рамках общих норм об ответственности за должностные преступления, и тем более советских уголовных законов, фактически исключавших возможность такой защиты, УК РФ впервые установил специальный состав посягательства, именуемого «воспрепятствование законной предпринимательской деятельности». И хотя сама по себе потребность в защите права на предпринимательство бесспорна, юридическая оценка такого воспрепятствования, как преступления в сфере экономической деятельности, вызывает неоднозначную реакцию в теории уголовного права. Во-первых, существуют гражданско-правовые способы защиты (в том числе возмещение убытков), и считать их в данном случае менее эффективными и недостаточными весьма сомнительно. Во-вторых, государственная регистрация предпринимательской деятельности есть действие не столько экономического, сколько административного характерами стало быть, признавая должностное лицо виновным в воспрепятствовании законному предпринимательству (в неправомерном отказе в регистрации или в невыдаче специального разрешения, лицензии), содеянное следует рассматривать не хозяйственным (экономическим), а должностным преступлением, охватываемым иной главой УК РФ. Аналогичное, кстати, нужно сказать и относительно наказуемости регистрации незаконных сделок с землей. Тем не менее, считаясь с фактом включения обоих этих составов в интересующую нас главу Особенной части и имея в виду особенности субъекта преступления, можно говорить о наличии первой относительно самостоятельной разновидности преступлений в сфере экономической деятельности.

Уголовно-правовая защита права на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной допускаемой законами экономической деятельности не только не исключает, но и предполагает наличие определенного рода обязанностей и ответственности за их неисполнение.

С этой точки зрения вполне понятна позиция нового УК РФ об ответственности за различные формы злоупотребления таким правом. Если под этим углом зрения рассматривать иные виды преступлений в сфере экономики, то среди них следует выделить прежде всего такие, которые совершаются путем использования данного конституционного права без соответствующей регистрации или лицензирования, а равно под прикрытием законного вида экономической деятельности. Именно это имеется в виду в статьях УК РФ, описывающих признаки деяний «незаконного предпринимательства», «незаконной банковской деятельности» и «лжепредпринимательства». Принципиально важно подчеркнуть, что такая форма злоупотребления служит основанием для привлечения к уголовной ответственности лишь тогда, когда в результате причинен крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо (кроме случаев лжепредпринимательства) был извлечен доход в крупном размере.

Другой формой злоупотребления в сфере экономической деятельности можно считать использование незаконно приобретенного имущества или незаконно полученных прав на имущество, т. е. выполнение деяний, образующих составы приобретения или сбыта имущества, заведомо ‘добытого преступным путем, легализации (отмывания) такого имущества, незаконного получения кредита и злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности. Не касаясь вопросов обоснованности криминализации каждого из таких деяний, заметим, что в проекте нового УК (1994 г.) место последнего состава преступления занимал иной: злостное нарушение правил бухгалтерского учета («внесение в отчетные документы заведомо ложной информации о хозяйственной или финансовой деятельности хозяйствующего субъекта, уклонение от документации этих сведений, а равно уничтожение финансовых или иных учетных документов, если это причинило ущерб в крупном размере»). При такой формулировке статьи ее местонахождение было вполне понятным и объяснимым. Скорее всего, у законодателя были весьма веские причины замены одного состава (впрочем, на рубеже XIX и XX вв. никто не сомневался в оправданности криминализации деяний, связанных с нарушением правил бухгалтерского учета, особенно в торговле) другим, но они вряд ли учитывали заложенные в проекте принципы расположения материала Особенной части. И дело даже не столько в том, что данные принципы подразумевают отнесение новой редакции статьи к заключительным статьям главы «Преступления в сфере экономической деятельности», где говорится о различных видах неисполнения кредиторских обязательств, сколько в том, что злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности вообще не может рассматриваться в качестве преступления этой главы. Необходимым условием привлечения к ответственности за такого рода уклонение является вступление в силу соответствующего судебного акта. Но наличие его дает основание сделать вывод, что непогашение задолженности после вступления в силу решения суда — это уклонение от исполнения уже не кредиторских обязанностей, а вступившего в силу судебного акта. Наказуемость именно этих деяний имеется в виду в главе «Преступления против правосудия», одна из статей которой так и называется: «Неисполнение приговора суда, решения суда или иного судебного акта». Исходя из этого данный состав должен быть признан разновидностью преступлений против правосудия. 1

Следуя логике УК РФ, третьей формой злоупотреблений нужно рассматривать использование доминирующего положения на рынке и принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения. Применительно к данной форме злоупотреблений вполне уместно высказать сожаление, что ныне действующий УК РФ не содержит статьи, предусматривающей ответственность за ростовщичество. Если не считать УК РСФСР 1960 г., то со времен Русской Правды отечественное законодательство ограничило возможность получения сверх высоких процентов по предоставленным в заем деньгам или имуществу. В средние века максимально допустимым называлась ставка в 20%. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, следуя практике большинства европейских государств, наказывало за превышение 6% ставки. В Уголовном Уложении «виновный в ссуде капитала в рост» наказывался, «если заемщик был вынужден своими стесненными обстоятельствами, известными заимодавцу, принять или продолжить условия ссуды, крайне обременительные или тягостные по своим последствиям», либо «если виновный, занимающийся ссудами, скрыл чрезмерность роста включением роста в капитальную сумму,.под видом неустойки, платы за хранение или иным способом». По данному закону наказуемым признавался рост капитала, превышающий 12% в год. УК РСФСР 1922 г. определял ростовщичество как «взимание в виде промысла за данные взаймы деньги процентов сверх дозволенных законом или предоставление в пользование орудий производства, скота, полевых, огородных или посевных семян за вознаграждение в размере, явно превышающем обычную для данной местности норму, с использованием нужды или стесненного положения получающего ссуду». Сходное понятие давалось в УК РСФСР 1926 г.

2 Уголовно-правовая характеристика незаконного предпринимательства

 

2.1 Субъективная сторона преступления

 

Легальное определение незаконного предпринимательства сформулировано законодателем в ч.1 ст.171 УК РФ – это осуществление предпринимательской деятельности без регистрации или с нарушением правил регистрации, а равно представление в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, документов, содержащих заведомо ложные сведения, либо осуществление предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, или с нарушением лицензионных требований и условий, если это деяние причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо сопряжено с извлечением дохода в крупном размере.

<

Как видно из данной легальной формулировки, ее базисной категорий является «осуществление предпринимательской деятельности».

Легальное понятие предпринимательской деятельности закреплено законодателем в ст. 2 ГК РФ. В силу указанной статьи предпринимательская деятельность — самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Анализ легального определения позволяет выделить следующие признаки предпринимательской деятельности:

1) самостоятельность экономической деятельности и осуществление ее на свой риск;

2) систематическое получение прибыли как цель деятельности;

3) пользование имуществом, продажа товаров, выполнение работ или оказание услуг как источники прибыли.

Субъективная сторона незаконного предпринимательства характеризуется умышленной формой вины.

Субъектом незаконного предпринимательства выступает любое лицо, достигшее возраста 16 лет. То обстоятельство, что гражданская дееспособность возникает в полном объеме с 18 лет, не исключает уголовной ответственности за незаконное предпринимательство несовершеннолетних. При этом нельзя придавать принципиальное значение тому обстоятельству, что возможна эмансипация несовершеннолетнего. Несовершеннолетний, не достигший возраста 18 лет, незаконным предпринимательством может заниматься и без эмансипации.

Если с индивидуальным предпринимательством определение субъекта преступления не вызывает вопросов – таковым является непосредственно предприниматель (лицо осуществляющее индивидуальную деятельность, направленную на систематическое извлечение прибыли), то определение субъекта в организациях – вопрос весьма проблематичный, как в теории уголовного права, так и на практике.

Пленум ВС РФ в своем Постановлении №231 разъяснил, что при осуществлении организацией (независимо от формы собственности) незаконной предпринимательской деятельности ответственности по ст.171 УК РФ подлежит лицо, на которое в силу его служебного положения постоянно, временно или по специальному полномочию были непосредственно возложены обязанности по руководству организацией (например, руководитель исполнительного органа юридического лица либо иное лицо, имеющее право без доверенности действовать от имени этого юридического лица), а также лицо, фактически выполняющее обязанности или функции руководителя организации (п.10 Постановления).

Если лицо (за исключением руководителя организации или лица, на которое постоянно, временно или по специальному полномочию непосредственно возложены обязанности по руководству организацией) находится в трудовых отношениях с организацией или индивидуальным предпринимателем, которые осуществляют свою деятельность без регистрации, с нарушением правил регистрации, без специального разрешения (лицензии) либо с нарушением лицензионных требований и условий или с предоставлением заведомо подложных документов, то выполнение этим лицом обязанностей, вытекающих из трудового договора, не содержит состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ (п.11 постановления Пленума ВС РФ №23).

В соответствии с пунктом 10 этого же постановления Пленума Верховного Суда России от 18 ноября 2004 г. № 241 при осуществлении организацией (независимо от формы собственности) незаконной предпринимательской деятельности ответственности по статье 171 УК РФ подлежит лицо, на которое в силу его служебного положения постоянно, временно или по специальному полномочию были непосредственно возложены обязанности по руководству организацией (например, руководитель исполнительного органа юридического лица либо иное лицо, имеющее право без доверенности действовать от имени этого юридического лица), а также лицо, фактически выполняющее обязанности или функции руководителя организации.

Если лицо (за исключением руководителя организации или лица, на которое постоянно, временно или по специальному полномочию непосредственно возложены обязанности по руководству организацией) находится в трудовых отношениях с организацией или индивидуальным предпринимателем, которые осуществляют свою деятельность без регистрации, с нарушением правил регистрации, без специального разрешения (лицензии) либо с нарушением лицензионных требований и условий или с предоставлением заведомо подложных документов, то выполнение этим лицом обязанностей, вытекающих из трудового договора, не содержит состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ (п. 11 указанного постановления1).

Следует отметить, что для незаконного предпринимательства, сопряженного с извлечением крупного дохода, напротив, характерен прямой умысел. По отношению к размеру дохода прямой умысел нередко не конкретизирован. Незаконный предприниматель иногда не знает, какой доход получит от своей деятельности, рассчитывая заработать «хоть что-то» и чем больше, тем лучше, что исключает ответственность за покушение на незаконное предпринимательство, сопряженное с извлечением дохода в крупном размере. В противном случае любого незаконного предпринимателя можно было бы привлечь за покушение на это преступление. Вместе с тем если умысел конкретизирован в отношении размера дохода, то не исключено и покушение, напр., предприниматель делает оферту совершить сделку, совершение которой с неизбежностью доставит ему доход в крупном размере.

 

 

 

2.2 Объективная сторона преступления

 

Нормативную базу к статье составляют законодательные и иные акты, указанные при анализе статьи 169 УК РФ, а также постановление Пленума Верховного Суда России от 18 ноября 2004 г. № 24 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» 1.

Уголовная ответственность по статье 171 УК РФ возможна только в том случае, если ее предметом выступает предпринимательская деятельность, которая в принципе может быть зарегистрирована.

В тех случаях, когда не зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя лицо приобрело для личных нужд жилое помещение или иное недвижимое имущество либо получило его по наследству или по договору дарения, но в связи с отсутствием необходимости в использовании этого имущества временно сдало его в аренду или внаем и в результате такой гражданско-правовой сделки получило доход (в том числе в крупном или особо крупном размере), содеянное им не влечет уголовной ответственности за незаконное предпринимательство. Если указанное лицо уклоняется от уплаты налогов или сборов с полученного дохода, в его действиях при наличии к тому оснований содержатся признаки состава преступления, предусмотренного статьей 198 УК РФ (п. 2 в постановления Пленума Верховного Суда2).

Если же лицо занимается запрещенными видами деятельности, уголовная ответственность наступает непосредственно за эти преступные деяния, например за торговлю людьми, незаконное изготовление оружия; незаконное производство наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов и т.п. При этом в тех случаях, когда лицо, имея целью извлечение дохода, занимается незаконной деятельностью, ответственность за которую предусмотрена иными статьями Уголовного кодекса (например, незаконным изготовлением огнестрельного оружия, боеприпасов, сбытом наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов), содеянное им дополнительной квалификации по статье 171 УК РФ не требует (п. 18 указанного постановления1).

Объективная сторона состава заключается в незаконном предпринимательстве, то есть в занятии инициативной самостоятельной деятельностью, осуществляемой на свой риск и направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, самовольно, не на законных основаниях.

Незаконное предпринимательство может выражаться в пяти самостоятельных формах, перечисленных в диспозиции статьи 171 УК РФ. Для наличия состава достаточно одной формы при условии осуществления незаконного предпринимательства с извлечением дохода в крупном размере или причинения в результате его совершения крупного ущерба гражданам, организациям или государству.

1. Осуществление предпринимательской деятельности без регистрации имеет место в следующих случаях, когда лицо:

  • занимается предпринимательской деятельностью без образования юридического лица или создает коммерческую организацию без обращения за регистрацией в федеральные органы исполнительной власти;
  • подало документы на государственную регистрацию предпринимательской деятельности и занимается ею, не дожидаясь принятия решения по его вопросу;
  • получило отказ в государственной регистрации, но тем не менее продолжает осуществлять предпринимательскую деятельность;

    – ведет предпринимательскую деятельность после аннулирования государственной регистрации.

    В любом случае, по справедливому разъяснению Пленума Верховного Суда России, для наличия этой формы незаконного предпринимательства необходимо установление факта отсутствия в Едином государственном реестре для юридических лиц и Едином государственном реестре для индивидуальных предпринимателей записи о создании юридического лица или приобретении физическим лицом статуса индивидуального предпринимателя либо, наоборот, присутствия записи о ликвидации юридического лица или прекращении деятельности физического лица в качестве индивидуального предпринимателя (п. 3 вышеназванного постановления).

  1. Осуществление предпринимательской деятельности с нарушением правил регистрации. Пленум Верховного Суда России разъясняет судам, что «под осуществлением предпринимательской деятельности с нарушением правил регистрации следует понимать ведение такой деятельности субъектом предпринимательства, которому заведомо было известно, что при регистрации были допущены нарушения, дающие основания для признания регистрации недействительной (например, не были представлены в полном объеме документы, а также данные или иные сведения, необходимые для регистрации, либо она была произведена вопреки имеющимся запретам)» (п. 3 этого же постановления1).
  2. Представление в орган, осуществляющий государственную регистрацию, документов, содержащих заведомо ложные сведения.

    Под ним понимают представление документов, содержащих такую заведомо ложную либо искаженную информацию, которая повлекла за собой необоснованную регистрацию субъекта предпринимательской деятельности (п. 3 постановления1).

    Однако представление в регистрирующий орган документов с ложными сведениями само по себе не может причинить ни крупного, ни какого-либо другого ущерба и не может повлиять на извлечение дохода, в том числе в крупном размере. И ущерб, и доход имманентно связаны с деятельностью, которая ведется лицами, получившими государственную регистрацию за счет представления заведомо ложных документов в регистрирующий орган. Поэтому буквальное толкование анализируемой формы незаконного предпринимательства было бы неправильным; возможно только ограничительное ее толкование: не просто представление ложных сведений, но ведение предпринимательской деятельности, зарегистрированной в связи с представлением в орган, осуществляющий государственную регистрацию, документов, содержащих заведомо ложные сведения.

    Документы, в которые могут быть внесены заведомо ложные сведения, совпадают с теми документами, которые представляются для государственной регистрации. В их число входят, например, протоколы (договоры) о создании юридического лица, учредительные документы юридического лица, документ об уплате государственной пошлины, решение о реорганизации юридического лица, договор о слиянии или присоединении, передаточный акт или разделительный баланс — основные документы лица, регистрируемого в качестве индивидуального предпринимателя, и др. При этом для квалификации не имеет значения, является ли документ полностью сфальсифицированным или же недостоверная информация внесена только в какую-либо его часть. Ложные сведения используются, как правило, для того, чтобы получить государственную регистрацию.

    Состав не охватывает внесение в документы ложных сведений; последнее требует дополнительной квалификации (при наличии всех необходимых признаков) по статьям 292 или 327 УК РФ.

    4. В соответствии с пунктом 4 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда России от 18 ноября 2004 г. № 241 при решении вопроса о наличии в действиях лица признаков осуществления предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение обязательно, судам следует исходить из того, что отдельные виды деятельности, перечень которых определяется федеральным законом, могут осуществляться только на основании специального разрешения (лицензии). Право осуществлять деятельность, на занятие которой необходимо получение специального разрешения (лицензии), возникает с момента получения разрешения (лицензии) или в указанный в нем срок и прекращается по истечении срока его действия (если не предусмотрено иное), а также в случаях приостановления или аннулирования разрешения (лицензии) (п. 3 ст. 49 ГК РФ).

    Осуществление предпринимательства без лицензии имеет место, когда:

  3. лицо (индивидуальный предприниматель, учредитель, собственник, руководитель коммерческой или иной организации) занимается предпринимательской деятельностью, требующей лицензирования, не обращаясь в лицензирующие органы за соответствующей лицензией;
  4. деятельность осуществляется после подачи заявления о предоставлении лицензии, но до принятия решения о нем;
  5. деятельность ведется после получения решения лицензирующего органа об отказе в предоставлении лицензии;

        4) деятельность осуществляется после приостановления лицензирующим органом действия лицензии;

  6. деятельность осуществляется после аннулирования лицензии лицензирующим органом;
  7. деятельность осуществляется после аннулирования лицензии решением суда на основании заявления лицензирующего органа;
  8. предпринимательская деятельность осуществляется по истечении срока действия лицензии;
  9. осуществляется сразу несколько видов предпринимательской деятельности, при том что лицензия имеется только на один из видов деятельности (например, осуществление перевозки морским транспортом не только пассажиров, но и грузов по лицензии, выданной на перевозку пассажиров). Это положение соответствует пункту 6 постановления Пленума Верховного Суда от 18 ноября 2004 г. № 241, в котором разъясняется: «Если юридическое лицо, имеющее специальную правоспособность для осуществления лишь определенных видов деятельности (например, банковской, страховой, аудиторской), занимается также иными видами деятельности, которыми оно в соответствии с учредительными документами и имеющейся лицензией заниматься не вправе, то такие действия, сопряженные с неправомерным осуществлением иных видов деятельности должны рассматриваться как незаконная предпринимательская деятельность без регистрации либо незаконная предпринимательская деятельность без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение обязательно»;

    9) лицензионная деятельность осуществляется по лицензии, принадлежащей другому лицу или организации.

    Важно акцентировать внимание на том обстоятельстве, что высокой степени опасности нарушение условий лицензирования достигает только в тех случаях, когда такая деятельность создает серьезную угрозу причинения существенного вреда интересам частных лиц, общества или государства1.

    Пленум Верховного Суда также подчеркнул, что если федеральным законом разрешено заниматься предпринимательской деятельностью только при наличии специального разрешения (лицензии), но порядок и условия не были установлены, а лицо стало осуществлять такую деятельность в отсутствие специального разрешения (лицензии), то действия этого лица, сопряженные с извлечением дохода в крупном или особо крупном размере либо с причинением крупного ущерба гражданам, организациям или государству, следует квалифицировать как осуществление незаконной предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) (п. 9 вышеуказанного постановления).

    В этом решении Пленума содержится и еще одно положение, которое имеет отношение к анализируемой форме незаконного предпринимательства: «Если федеральным законодательством из перечня видов деятельности, осуществление которых разрешено только на основании специального разрешения (лицензии), исключен соответствующий вид деятельности, в действиях лица, которое занималось таким видом предпринимательской деятельности, отсутствует состав преступления, предусмотренный статьей 171 УК РФ» (п. 17) 1.

    5. Осуществление предпринимательской деятельности с нарушением, лицензионных, требований и условий. Лицензионные требования и условия представляют собой установленные положениями о лицензировании конкретных видов деятельности совокупности требований и условий, выполнение которых лицензиатом обязательно при осуществлении лицензируемого вида деятельности.

    К лицензионным требованиям и условиям относятся: 1) квалификационные требования к соискателю лицензии и лицензиату, в частности — к работникам юридического лица или индивидуальному предпринимателю. Они выдвигаются в отношении лицензируемых видов деятельности, требующих для их осуществления специальных знаний; 2) требования о соответствии объекта, в котором или с помощью которого осуществляется вид деятельности (здание, сооружение, оборудование и иные технические средства), специальным условиям его осуществления; 3) иные требования и условия, предусмотренные положениями о лицензировании конкретных видов деятельности. Нарушение хотя бы одного из названных лицензионных требований и условий, при наличии других признаков состава, подпадает под статью 171 УК РФ. В некоторых случаях необходима дополнительная квалификация содеянного по другим статьям Уголовного кодекса, например по статьям 219, 236, 246, 247 и др.

    Приведем показательный пример из практики: «Согласно приговору, Е. в течение 30 месяцев с целью получения дохода незаконно осуществлял предпринимательскую деятельность без регистрации и специального разрешения (лицензии): оказывал платные услуги ОАО «Малоархангельский райпищекомбинат» по автоперевозке грузов, выполнению погрузочно-транспортных работ по договору аренды транспортного средства, в результате чего им был получен доход в сумме 22.168 руб. Судебная коллегия по уголовным делам областного суда приговор оставила без изменения. Заместитель председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных решений и прекращении дела за отсутствием в действиях Е. состава преступления. Президиум областного суда протест удовлетворил, указав следующее.

    Деятельность Е. не подпадает под признаки предпринимательской деятельности, определенной в ст. 2 ГК РФ, как самостоятельной, осуществляемой на свой риск деятельности, направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке. На предварительном следствии и в судебном заседании Е. утверждал, что незаконным предпринимательством не занимался, умысла на это не имел, на срок аренды его автомобиля состоял в трудовых отношениях с ОАО «Малоархангельский райпищекомбинат». В ноябре 1997г. его пригласил директор пищекомбината Г. на работу в качестве водителя на его (Е.) собственной машине. Было составлено трудовое соглашение, по которому он работал с 16 ноября по 31 декабря 1997г., а с 3 января 1998г. по согласованию с Г. написал заявление о приеме на работу в качестве водителя. Был издан приказ, в котором уточнены условия работы и заработная плата, 3 января 1998г. был составлен также договор аренды автомобиля, который подписала жена Е. В его (Е.) обязанности входили погрузочно-разгрузочные работы, доставка товара на принадлежащем ему автомобиле, за что он получал заработную плату, облагаемую подоходным налогом. Показания Е. подтверждены показаниями свидетелей и письменными материалами дела.

    Исследованные судом доказательства свидетельствуют о том, что деятельность Е. в упомянутом ОАО не являлась самостоятельной, так как он выполнял указания руководства комбината по перевозке грузов. Он не нес ответственности и не рисковал при недостаче или порче товара (который, как это видно из материалов дела, при перевозке находился в подотчете у других лиц), из его заработной платы бухгалтерией производились различные виды удержаний (подоходный налог, отчисления в Пенсионный фонд), велся график учета его рабочего времени. Следовательно, действия Е. признаков предпринимательства не содержат, поэтому специального разрешения (лицензии) на перевозку грузов при таких обстоятельствах не требовалось. В соответствии с этим нельзя признать обоснованным осуждение Е. за осуществление предпринимательской деятельности, сопряженной с извлечением дохода в крупном размере, без регистрации и без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно»1.

    На практике возникают ситуации, когда субъект Российской Федерации принял нормативный правовой акт по вопросам, вытекающим из отношений, связанных с лицензированием отдельных видов деятельности, в нарушение своей компетенции либо с нарушением федерального закона или когда такое правовое регулирование относится к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (статья 76 Конституции РФ). Если в этом случае лицо, осуществляющее свою деятельность без лицензии или получившее лицензию в соответствии с указанным нормативным актом, но допускающее отступления от ее условий и (или) требований, не может быть привлечено к ответственности по статье 171 УК РФ, в соответствии с Конституцией России, в данной ситуации применяется федеральный закон (п. 8 постановления Пленума Верховного Суда от 18 ноября 2004 г. № 241).

    Момент окончания незаконного предпринимательства зависит от строения состава. Если состав отнесен законодателем к числу материальных, преступление окончено в момент причинения крупного ущерба гражданам, организациям или государству.

    Если состав незаконного предпринимательства является формальным, преступление окончено с момента извлечения виновным дохода в крупном размере.

    Само понятие дохода неоднозначно толкуется теорией и практикой. Представляется, что следует исходить из понятия дохода, содержащегося в Налоговом кодексе Российской Федерации: это экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить (ст. 41 НК РФ). Экономическую выгоду можно понимать только как разницу между всем полученным от предпринимательской деятельности доходом и понесенными предпринимателем затратами (например, на закупку сырья, на оплату аренды транспорта или помещения, на оплату труда наемных работников и т.п.). Соответственно, доход, оговариваемый в диспозиции статьи 171 УК РФ, должен включать в себя только чистую прибыль, полученную виновным. Последнее время именно так понимал доход и Верховный Суд России.

    Тем не менее в вышеназванном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 ноября 2004 г. № 24 вопрос о понятии дохода в незаконном предпринимательстве решен принципиально иначе: «Под доходом в статье 171 УК РФ следует понимать выручку от реализации товаров (работ, услуг) за период осуществления незаконной предпринимательской деятельности без вычета произведенных лицом расходов, связанных с осуществлением незаконной предпринимательской деятельности» (п. 12). Признавая, что приведенная позиция Пленума значительно облегчает правоприменительную деятельность, поскольку избавляет правоохранительные органы от доказательства понесенных лицом в незаконном предпринимательстве расходов, заметим, что она расходится, в то же время, с конституционным и уголовно-правовым принципом справедливости.

    Понятие и крупного ущерба, и дохода в крупном размере дано ныне в примечании к статье 169 УК РФ; он превышает 250 тыс. рублей.

    На практике возможны и иные последствия незаконного предпринимательства, например в виде причинения вреда жизни или здоровью человека. В пункте 5 указанного постановления Пленума Верховного Суда записано: «Действия лица, занимающегося частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью без соответствующего специального разрешения (лицензии), если они повлекли по неосторожности причинение вреда здоровью или смерть человека, надлежит квалифицировать по соответствующей части статьи 235 УК РФ. В том случае, когда осуществление частной медицинской практики или частной фармацевтической деятельности без соответствующего специального разрешения (лицензии) не повлекло последствий, указанных в статье 235 УК РФ, но при этом был причинен крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо извлечен доход в крупном размере или в особо крупном размере, действия лица следует квалифицировать по соответствующей части статьи 171 УК РФ»1.

    Таким образом, для незаконной предпринимательской деятельности характерны следующие признаки: 1) самостоятельность экономической деятельности и осуществление ее на свой риск; 2) систематическое получение прибыли как цель деятельности; 3) пользование имуществом, продажа товаров, выполнение работ или оказание услуг как источники прибыли.

    При этом признаки предпринимательской деятельности необходимо отличать от форм незаконной предпринимательской деятельности, закрепленных в диспозиции ст.171 УК РФ.

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    3 Квалифицирующие признаки незаконного предпринимательства

     

    Квалифицирующими признаками незаконного предпринимательства, предусмотренными в части 2 ст. 171 УК РФ, являются:

  • организованная группа;
  • извлечение дохода в особо крупном размере.

    Понятие дохода в особо крупном размере дается в примечании к статье 169 УК РФ; он должен превышать 1 млн рублей.

    Пленум Верховного Суда России в вышеназванном постановлении решил несколько проблем по квалификации незаконного предпринимательства по совокупности с некоторыми другими статьями уголовного законодательства.

    Если при занятии незаконной предпринимательской деятельностью лицо незаконно использует чужой товарный знак, знак обслуживания, наименование места происхождения товара или сходные с ними обозначения для однородных товаров и при наличии иных признаков преступления, предусмотренного статьей 180 УК РФ, содеянное им надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных статьями 171 и 180 УК РФ (п. 14).

    Если в процессе незаконной предпринимательской деятельности осуществляются производство, приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта или сбыт немаркированных товаров и продукции, подлежащих обязательной маркировке марками акцизного сбора, специальными марками или знаками соответствия, защищенными от подделок, совершенные в крупном или особо крупном размере, действия лица надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных статьями 171 и 1711 УК РФ.

    В тех случаях, когда незаконная предпринимательская деятельность была связана с производством, хранением или перевозкой в целях сбыта либо сбытом товаров и продукции, выполнением работ или оказанием услуг, не отвечающими требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, содеянное образует совокупность преступлений, предусмотренных соответствующими частями статей 171 и 238 УК РФ.

    Если незаконная предпринимательская деятельность сопряжена с несанкционированными изготовлением, сбытом или использованием, а равно подделкой государственного пробирного клейма, действия лица надлежит квалифицировать по совокупности преступлений: по статье 171, а также по статье 181 УК РФ как совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности (п. 15),

    Принципиально иначе, нежели раньше, и верно решил Пленум Верховного Суда спорный вопрос о необходимости дополнительной квалификации незаконного предпринимательства по статьям о налоговых преступлениях. В пункте 16 постановления от 18 ноября 2004 г. записано: «Действия лица, признанного виновным в занятии незаконной предпринимательской деятельностью и не уплачивающего налоги и (или) сборы с доходов, полученных в результате такой деятельности, полностью охватываются составом преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ».

     

     

    4 Ограничение незаконного предпринимательства от иных составов преступлений

     

    Прежде всего необходимо заметить, что в правовой сфере наибольшие сложности связаны с отграничением от предпринимательства неоформленных или неправильно оформленных трудовых отношений, если труд работников используется для выполнения разовых работ, напр., для строительства или ремонта квартир, офисов и т.п., а оплата работ производится по мере их выполнения. В такой ситуации принципиальное значение имеет тот факт, кто конкретно организует выполнение работ (например, определяет и учитывает рабочее время, делает распоряжения относительно выполнения конкретных действий и т.п.). Следует учитывать и наличие надлежащим образом оформленного договора, предусматривающего ответственность подрядчика за неисполнение обязательств.

    В гражданско-правовых отношениях, где предмет договора составляют не труд как таковой, а его результаты, исполнитель сохраняет свою самостоятельность и действует на свой риск. Именно предприниматель, принявший от своего имени конкретное самостоятельное решение, правомерно создает как потенциальную, так и реальную опасность в целях получения прибыли, достижения другого предпринимательского результата, недостижимого при использовании обычных, нерискованных средств.

    Учитывая многообразие вариантов организации труда, нельзя не отметить, что в некоторых ситуациях при отграничении предпринимательства от трудовых отношений невозможно избежать субъективной оценки. Причем оценивается не характер и степень общественной опасности содеянного (как, напр., при оценке размера ущерба), а грань между социально полезной трудовой деятельностью и преступлением.

    Систематическое получение прибыли закон определяет как цель предпринимательской деятельности. Поэтому систематическое получение прибыли нельзя рассматривать в качестве обязательной характеристики деяния. В действительности предпринимательская деятельность может приносить вовсе не прибыль, а убытки, при этом она не утрачивает характера предпринимательской. Закон не требует от предпринимательской деятельности и систематического совершения сделок.

    Вместе с тем само понимание деяния в качестве «деятельности» предполагает продолжаемый характер таких действий. «Предпринимательская деятельность — это система, совокупность последовательно совершаемых действий, направленных на получение прибыли»1. При этом эта продолжаемая деятельность должна быть направлена именно на систематическое получение прибыли. Если действия лица направлены на разовое получение даже крупного дохода (например, сделка с недвижимостью), предпринимательства не будет. При этом согласно позиции Б.В. Волженкина к предпринимательской деятельности в ряде случаев нельзя отнести даже несколько случаев совершения сделок, например, при производстве от случая к случаю различных мелких работ по договору подряда за плату, но в то же время он признает незаконным предпринимательством совершение одной крупной сделки, выполнение какой-либо значительной работы, оказание услуги, к примеру строительство или ремонт какого-либо объекта, изготовление большой партии той или иной продукции, в процессе которых фактически осуществляется система действий, направленных на извлечение прибыл2.

    ГК РФ указывает, что источниками прибыли от предпринимательской деятельности являются пользование имуществом, продажа товаров, выполнение работ или оказание услуг.

    Таким образом, важнейшим ограничением является то, что предпринимательская деятельность – единая (объединенная целью) продолжаемая деятельность, соответственно, незаконная предпринимательская деятельность по самому определению представляет собой единое продолжаемое преступное деяние1.

    На практике необходимо отличать незаконное предпринимательство от иных правонарушений. В связи, с чем еще раз подчеркнем, что ст. 171 УК РФ предусматривает ответственность за осуществление без лицензии только предпринимательской деятельности. Поэтому если лицо занимается данным видом деятельности не в качестве предпринимательской, незаконного предпринимательства не будет (напр., гражданин строит собственный дом). При этом не исключается ответственность за преступления, связанные с незаконным осуществлением лицензируемых видов деятельности по иным нормам (напр., по ст. 222, 223 и 228, 231 УК). В случаях когда юридическое лицо или индивидуальный предприниматель занимаются запрещенной законом экономической деятельностью, ответственность наступает не по ст. 171 УК РФ, а по другим статьям УК РФ. Например, незаконное изготовление оружия, боеприпасов, взрывных устройств, комплектующих деталей, взрывчатых веществ влекут уголовную ответственность по ст.223 УК РФ; незаконное изготовление наркотических средств или торговля ими — по ст. 228-228.2 УК РФ.

    При конкуренции этих норм с нормой о незаконном предпринимательстве содеянное квалифицируется по нормам, предусматривающим ответственность за незаконное осуществление конкретных видов деятельности, дополнительной квалификации содеянного по норме о незаконном предпринимательстве не требуется.

    Пленум ВС РФ в постановлении N 23 решил ряд важнейших проблем по квалификации незаконного предпринимательства по совокупности с некоторыми другими статьями УК РФ. Рассмотрим их.

    Если при занятии незаконной предпринимательской деятельностью лицо незаконно использует чужой товарный знак, знак обслуживания, наименование места происхождения товара или сходные с ними обозначения для однородных товаров и при наличии иных признаков преступления, предусмотренного ст. 180 УК, содеянное им надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 171 и 180 УК (п. 14).

    Если в процессе незаконной предпринимательской деятельности осуществляются производство, приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта или сбыт немаркированных товаров и продукции, подлежащих обязательной маркировке марками акцизного сбора, специальными марками или знаками соответствия, защищенными от подделок, совершенные в крупном или особо крупном размере, действия лица надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 171 и 171.1 УК.

    В тех случаях, когда незаконная предпринимательская деятельность была связана с производством, хранением или перевозкой в целях сбыта либо сбытом товаров и продукции, выполнением работ или оказанием услуг, не отвечающими требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, содеянное образует совокупность преступлений, предусмотренных соответствующими частями ст. 171 и 238 УК.

    Если незаконная предпринимательская деятельность сопряжена с несанкционированными изготовлением, сбытом или использованием, а равно подделкой государственного пробирного клейма, действия лица надлежит квалифицировать по совокупности преступлений: по ст. 171 УК, а также по ст. 181 УК как совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности (п. 15).

    Принципиально иначе, нежели раньше, решил Пленум ВС РФ дискуссионный в теории уголовного права и спорный на практике вопрос о необходимости дополнительной квалификации незаконного предпринимательства по статьям о налоговых преступлениях. Пленум ВС РФ разъяснил: действия лица, признанного виновным в занятии незаконной предпринимательской деятельностью и не уплачивающего налоги и (или) сборы с доходов, полученных в результате такой деятельности, полностью охватываются составом преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ. При этом имущество, деньги и иные ценности, полученные в результате совершения этого преступления, в соответствии с пунктами 2 и 2.1 части 1 статьи 81 УПК признаются вещественными доказательствами и в силу пункта 4 части 3 статьи 81 УПК РФ подлежат обращению в доход государства с приведением в приговоре обоснования принятого решения».

    В случае неполучения выручки от незаконной предпринимательской деятельности по независящим от воли виновного обстоятельствам, содеянное квалифицируется по ст. 171 УК РФ со ссылкой на ч. 3 ст. 30 УК РФ.

    Список использованных нормативно-правовых источников и литературы

     

    Нормативные правовые акты

     

  1. Конституция Российской Федерации: Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. М., 2008.
  2. Гражданский Кодекс РФ. Ч. 1 от 30 ноября 1994 г.// СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.
  3. Гражданский кодекс РФ. Ч. 2 от 26 января 1996 г.// СЗ РФ. 1996. № 5. Ст. 410.
  4. Уголовный кодекс Российской Федерации. Официальный текст. — M: Издательско-книготорговый центр «Маркетинг», 2009.
  5. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (без бланков процессуальных документов): По состоянию на 1 февраля 2009 года. М, 2008.

     

    Официальные акты судебных органов

     

  6. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. N 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. январь 2005. №1

     

     

    Судебная практика

     

  7. Постановление Президиума Орловского областного суда от 20 марта 2007 г. «Приговор отменен и дело прекращено ввиду отсутствия в действиях осужденного незаконного предпринимательства» (извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — 2007. — №8.

     

    Специальная и научная литература

     

  8. Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности. СПб., 2002.
  9. Закономерности преступности, стратегия борьбы и закон / Под ред. А.И. Долговой. М., 2001.
  10. Клепицкий И.А. Система хозяйственных преступлений. М.,. 2005.
  11. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.И. Радченко. М., 2008.
  12. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: (Особенная часть) / Под ред. Ю.И.Скуратова, В.М.Лебедева. М., 2007.
  13. Курс российского уголовного права. Особенная часть / Под ред. В.Н. Кудрявцева и А.В. Наумова. М., 2007.
  14. Курс уголовного права: Особенная часть/ Под ред. Г.Н. Борзенкова, В.С. Комисарова. М., 2002.
  15. Состояние преступности в Российской Федерации за январь — ноябрь 2008 года // Сайт МВД РФ http://www.mvdinform.ru/
  16. Российское уголовное право. Особенная часть / Под ред. В.Н. Кудрявцева и А.В. Наумова. М., 2008.
  17. Уголовное право. Общая часть. Особенная часть / Под ред. Н.И. Ветрова, Ю.И. Ляпунова. М., 2008.
  18. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть. Учебник / Под ред. А.И. Рарога. М., 2009.
  19. Уголовное право. Особенная часть / Отв. ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамова, Г.П. Новоселов. М., 2009.
  20. Уголовное право России: Учебник для вузов: В 2 т.т. / Под ред. А.Н. Игнатова, Ю.А. Красикова. Т. 1. Общая часть. М., 2007.
  21. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть / Под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И Чучаева. М., 2009.
  22. Учебно-практический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.Э. Жалинского. М., 2005.
  23. Яни П.С. Уголовная ответственность за незаконное предпринимательство: Учеб. пособие. М., 2000.

     

    Публикации в периодических и продолжающихся изданиях

     

  24. Вдовенков В.М., Ширков В.А. Незаконное предпринимательство: понятие и квалификация // Законность. 2005. №4.
  25. Горелов А.П. Незаконное предпринимательство: судебная практика // Законодательство и экономика. 2004. №4.

     

     

     

     


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 1.01MB/0.00068 sec

WordPress: 23.38MB | MySQL:120 | 1,698sec