Понятие объективной стороны уголовных преступлений

<

041114 1626 1 Понятие объективной стороны уголовных преступленийКаждое преступление обладает множеством признаков. Одни из них представляют собой процессы, которые протекают в сознании человека и обусловливают совершение им преступления. Другие носят внешний характер. В них человеческое поведение проявляет себя в объективной действительности. Именно эти признаки и являются признаками объективной стороны преступления. Такое деление признаков имеет условный характер. И те, и другие изолированно не существуют. В реальной жизни они образуют психофизиологическое единство. Лишь в целях более глубокого их изучения они вычленяются из этого единства и подвергаются исследованию каждый в отдельности, но во взаимосвязи и во взаимодействии с другими признаками.1

Юридическое значение этих признаков определяется той ролью, которую они играют в формировании характера и степени общественной опасности преступления.

На основании этого критерия можно выделить три группы признаков.

Первую из них составляют те объективные признаки деяния, которые играют определенную роль в формировании его общественной опасности. В их типичном выражении они закрепляются в законе в качестве признаков соответствующих составов преступлений.

Вторую группу образуют признаки, которые хотя такой роли и не играют, тем не менее оказывают свое влияние на характер и степень общественной опасности деяния — повышают или, напротив, понижают ее. Правовое выражение они находят в предусмотренных в УК перечнях смягчающих и отягчающих обстоятельств (ст. 61, 63 УК РФ).

Наконец, в третью группу входят признаки, не оказывающие никакого влияния на характер и степень общественной опасности деяния, например цвет похищенной вещи при краже чужого имущества, рост потерпевшего при убийстве и т.п. Эти признаки могут играть роль доказательств в уголовном деле, но уголовно-правового значения они не имеют.

Деление признаков, относящихся к первым двум группам, на разные категории является относительным. Смягчающие и отягчающие обстоятельства в зависимости от характера общественной опасности деяния могут приобретать значение признаков состава преступления, в то же время другие объективные признаки деяния, являющиеся типичными для состава целого ряда преступлений, например совершения преступления организованной группой, использования при его совершении служебного положения и т.п., при конструировании составов иных преступлений такое значение могут терять. Тем не менее все отмеченные выше признаки преступления формируют его объективную сторону. Только одни из них имеют уголовно-правовое значение, характер и степень которого различны, другие — нет.
1

Объективная сторона преступления — система признаков, определяющих уголовно-правовое значение общественно опасного деяния как внешнего события или внешней деятельности субъекта.

Современная российская уголовно-правовая доктрина (как свидетельствует большинство ее источников) дает этому элементу состава преступления аналогичные определения: «Объективная сторона преступления — это внешнее выражение процесса преступного посягательства»2; «Объективная сторона преступления — это внешняя сторона преступного деяния, совершаемого в определенных условиях места, времени, обстановки и причиняющего вред объекту преступления»3 и т.п. Также, по мнению В.Н. Кудрявцева, объективная сторона преступления — это совокупность реально существующих обстоятельств, которые характеризуют процесс общественно опасного и противоправного посягательства на охраняемые законом интересы, рассматриваемый с его внешней стороны4. В этих определениях делается акцент на внешней стороне общественно опасного поведения. В обоснованности подобных суждений нет сомнений. Ученые справедливо отмечают, что человеческое поведение представляет собой единство психического содержания и внешней формы его выражения. Выражением внутреннего (субъективного) содержания является конкретный поведенческий акт1. «Лишь постольку, поскольку я проявляю себя, постольку я вступаю в область действительности, я вступаю в среду, подвластную законодателю»2. Внутренний мир человека, его скрытое «Я» безразличны для уголовного закона до тех пор, пока они не проявляются вовне, приходя в столкновение с интересами других людей, общества, государства. Однако же и внешние движения, те или иные события не могут влечь ответственности человека, если они не являются произведением его воли, не обнаруживают его отношения к своему деянию и его последствиям.

Признавая условность разделения субъективного и объективного аспектов в поведении человека, российская уголовно-правовая доктрина все-таки традиционно разграничивает их. Это необходимо в целях придания юридической определенности всем обстоятельствам, имеющим значение для основания уголовной ответственности. Поэтому при характеристике объективной стороны преступления акцент делается на его внешних признаках.3

Вместе с тем знак равенства между внешним выражением процесса преступного посягательства и объективной стороной состава преступления ставить нельзя. Учеными уже прошедших веков было подмечено, что всякое преступление можно рассматривать с двух точек зрения: юридической и социальной, фактической.

Социальный (или фактический) аспект преступного посягательства гораздо шире и охватывает собой всю общественно опасную деятельность, независимо от ее юридических признаков. Фактическая преступная деятельность (общественно опасное поведение с точки зрения его материальных признаков) может длиться или продолжаться после того, как юридическая ее сторона завершена. Например, побег из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи (ст. 313 УК РФ) с юридической точки зрения является законченным с момента самовольного оставления осужденным (обвиняемым или подозреваемым) места отбывания наказания (или следственного изолятора). Внешнее проявление этого преступления может закончиться гораздо позднее — при задержании беглеца или его явке с повинной. Процесс преступного посягательства фактически может начаться и до начала «реального бытия состава преступления», являясь приготовлением к совершению преступления. Оно также является внешним выражением воли человека и составной частью процесса его преступного посягательства.

Определить объективную сторону преступления просто как внешнюю сторону процесса общественно опасного посягательства — значит не выделить ее юридического (уголовно-правового) значения. Между тем юридическое значение общественно опасного поведения зависит от того, содержит ли оно формальные признаки, т.е. признаки состава преступления. Этот вывод вытекает из смысла статьи 8 УК РФ,

Таким образом, в определении понятия объективной стороны преступления делается акцент на ее значении для определения юридических оснований уголовной ответственности.

Признаки, определяющие юридическое значение внешней стороны общественно опасного поведения, в составе преступления образуют систему. Всякая система предполагает:

–    наличие определенной совокупности составляющих ее элементов (признаков), исчерпывающих ее содержание. Объективная сторона состава преступления исчерпывается совокупностью следующих тпризнаков:

  • деяние (действие или бездействие);
  • последствия;
  • причинная связь между деянием и последствиями;
  • время, место, способ, обстановка или иные внешние обстоятельства совершения преступления;

    – все элементы системы находятся в отношениях взаимодействия друг с другом, исполняя самостоятельные функции. Иными словами: все признаки объективной стороны состава преступления исполняют свои функции, необходимые для системы в целом.
    1

    Признаки деяния в составе преступления определяют юридическое значение поведенческого акта (действия или бездействия). Признак последствий определяет характер и масштабы (объем) вредных изменений в объекте уголовно-правовой охраны, необходимые для уголовно-правовой характеристики и оценки общественной опасности деяния. Признак причинной связи обеспечивает взаимодействие между указанными выше признаками.

    Именно эти признаки (при условии их взаимодействия) определяют юридическую природу преступления и отграничивают его от другого социально значимого поведения (например, аморального поступка, административного или иного деликта). Поэтому можно сказать, что они имеют основное уголовно-правовое значение. Например, противоправное безвозмездное изъятие или обращение в свою пользу (или в пользу других лиц) чужого имущества (деяние), повлекшее (причинная связь) причинение ущерба собственнику или иному владельцу этого имущества (последствия), — это те признаки, которые позволяют определить указанное деяние как хищение (вид преступления против собственности).

    Кроме того, указанные признаки являются тем материалом, из которого складываются различные конструкции составов преступлений (формальный, материальный, усеченный составы и состав опасности). Таким образом, их можно назвать еще и конструктивными признаками, т.е. признаками, используемыми законодателем при конструировании составов конкретных преступлений.

    Признаки времени, места, способа, обстановки и иных внешних обстоятельств совершения преступления, в отличие от конструктивных признаков, имеют вспомогательное юридическое значение. Они выводятся из основных и являются, таким образом, производными. Для фактического установления места, времени или способа преступления необходимо, чтобы оно совершилось.

    Уголовно-правовое значение производных признаков зависит от содержания основных. Например, в составе нарушения неприкосновенности жилища (ст. 139 УК РФ) законодатель не выделяет значение способа совершения этого преступления. Причина этого заключается в том, что конституционное право человека на неприкосновенность жилища является абсолютно значимым объектом, и его нарушение не имеет степеней сравнения. Насильственный способ нарушения неприкосновенности жилища имеет такое же значение для нарушения конституционного права человека и гражданина, как тайный, — таков характер деяния.

    Убийство (ст. 105 УК РФ) является деянием, насильственным по своему характеру. Насильственный характер этого деяния позволяет выделять способ убийства как признак, определяющий степень насилия, его интенсивность. Поэтому в пункте «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ законодатель выделяет уголовно-правовое значение жестокости, а в пункте «е» — значение общеопасного способа убийства.

    Взаимодействие всех названных признаков, распределение и согласование их юридических функций определяют то значение, которое имеет объективная сторона в целом как элемент состава преступления:

  • определяет внешние признаки преступности деяния, характера и степени его общественной опасности и тем самым служит критерием его отграничения от деликта иной отраслевой принадлежности или иного социально значимого поведения;
  • служит критерием разграничения различных преступлений;
  • служит критерием дифференциации уголовной ответственности.

    Значение признаков состава, характеризующих объективную сторону преступления, определяется главным образом тем, что именно по этим признакам в первую очередь осуществляется его квалификация.

    В процессе совершения преступления преступное намерение лица всегда объективируется во внешних признаках деяния. Именно по ним мы чаще всего отграничиваем преступное поведение от непреступного, одно преступление от другого. Большую помощь при этом, наряду с указанными в законе признаками деяния, оказывает предусмотренное в нем описание способа и средств, а также места, времени и обстановки совершения преступления.

    Значение других объективных признаков преступления, т.е. признаков, не входящих в его состав, но влияющих на характер и степень общественной опасности деяния, заключается в том, что суд учитывает их в процессе индивидуализации уголовной ответственности и наказания при рассмотрении конкретных уголовных дел.

    Итак, объективную сторону преступления составляют его внешние признаки. Они имеют разное уголовно-правовое значение. Общественно опасное деяние, преступное последствие, а также причинная или иная детерминирующая связь между ними являются обязательными признаками состава преступления. Место, время, обстановка, способы и средства совершения преступления являются его факультативными признаками. Объективные признаки преступления составляют основу его уголовно-правовой квалификации.

     

    2. СОДЕРЖАНИЕ ОБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

     

    2.1 Общественно опасное деяние

     

    Общественно опасное деяние — это внешнее поведение человека. Однако, внешняя сторона общественно опасного и противоправного поведения имеет две стороны — фактическую и юридическую. В объективной стороне состава преступления обе эти стороны представлены в неразрывном единстве, которое образует основание уголовной ответственности. Поэтому для наличия деяния как признака объективной стороны состава преступления необходимо согласие между юридической формой и фактическим поведением человека.

    Уголовно-правовой науке давно известны случаи, при которых то или иное поведение человека, хотя и причиняет вред, но не отвечает требованиям «совершения» общественно опасного деяния по причине отсутствия в нем сознания или воли человека. Рассмотрение обстоятельств, исключающих сознательный или волевой характер поведения и тем самым исключающих деяние как признак объективной стороны состава преступления, является традиционным для российского и зарубежного уголовного права и вызвано правовой необходимостью.
    1

    В Уголовном кодексе Российской Федерации преступность деяния исключается физическим или психическим принуждением — статья 40 УК РФ. По смыслу части 2 этой статьи обстоятельством, исключающим преступность деяния, является только такое принуждение, которое полностью лишает человека сознания и (или) воли. С точки зрения объективной стороны состава преступления это означает, что внешняя сторона поведения, в которой отсутствует субъективное начало, не может рассматриваться как «деяние» и в уголовно-правовом смысле.

    Согласно статье 40 УК РФ обстоятельства физического или психического принуждения связаны с действиями людей. В контексте деяния как признака объективной стороны состава преступления эти действия выступают в роли непреодолимой силы, которая исключает волевой или сознательный характер поведения человека и, следовательно, исключает деяние как признак объективной стороны состава преступления.

    Причинение вреда охраняемым законом интересам при отсутствии сознания и (или) воли причинителя может иметь место и под влиянием внешних сил, не связанных с деятельностью людей: сил природы; физических законов; биологических процессов, происходящих в человеке.

    Например, осужденный, которому разрешен выезд за пределы места лишения свободы, в условиях стихийного бедствия не смог вернуться в назначенный срок к месту отбывания наказания из-за непреодолимой силы. Она препятствует тому, чтобы его бездействие рассматривалось как уклонение от отбывания наказания в виде лишения свободы. Подобное невозвращение не зависело от воли субъекта.

    Не действует человек и тогда, когда под действием инерции перемещается в пространстве, например в салоне автобуса при его резком торможении. В состоянии эпилептического припадка человек может произвести движения, повлекшие причинение вреда (action libera in causa), что также нельзя назвать действием по причине отсутствия в этих движениях сознания и воли. Все эти обстоятельства не получили закрепления в Уголовном кодексе, но они давно известны уголовно-правовой доктрине и учитываются в правоприменительной практике.

    Таким образом, общественно опасное деяние — это сознательное и волевое поведение человека.

    Уголовный закон определяет признаки деяния в двух формах — действия и бездействия. Под действием понимается активная форма поведения человека, а под бездействием — пассивная. Та или иная форма деяния в составе преступления определяется законодателем в зависимости от характера его общественной опасности, содержания и значения объекта уголовно-правовой охраны.

    Например, для обеспечения безопасности жизни и здоровья человека уголовный закон в ряде случаев исходит из принципа «не вреди» («не совершай», «не действуй»). В соответствии с этим подходом преступное деяние определяется в законе как действие.

    Так, нарушение запрета «не убий» заключается в совершении убийства — действия (умышленного причинения смерти другому человеку — ст. 105 УК РФ). Фактически убийство может быть совершено и путем бездействия (при намеренном, сознательном использовании опасной для жизни человека объективной ситуации), и посредством использования усилий третьих лиц или использования животных. Но в какой бы фактической форме ни проявилась направленная на лишение жизни человека воля преступника, ее юридическое значение всегда будет одним — действием. Таково содержание объекта преступления, предусмотренного этой статьей уголовного закона.

    Для обеспечения конституционного права человека на неприкосновенность жилища требуется запрет действия. Поэтому законодатель в статье 139 УК РФ и определяет признаки соответствующего преступления в соответствующей этому запрету форме — незаконного проникновения в жилище.

    Если обратиться к другим статьям Особенной части Уголовного кодекса, то можно убедиться в том, что в форме действия описаны признаки всех тех преступлений, общественная опасность которых определяется посягательством на неприкосновенность интересов личности, общества и государства. Законодатель избирает для определения признаков деяния в объективной стороне состава преступления форму действия тогда, когда интересы охраны тех или иных отношений требуют обеспечить невмешательство.

    Иногда для охраны тех или иных отношений (интересов) принципом «не вреди» нельзя ограничиться. Необходимо содействие, помощь, т.е. вмешательство в развитие охраняемых уголовным законом отношений. В таких случаях законодатель описывает признаки общественно опасного деяния в форме бездействия.

    Например, для обеспечения правосудия свидетель преступления обязан содействовать ему, т.е. дать показания. Неисполнение этой обязанности является наказуемым бездействием (согласно ст. 308 УК РФ). Для уголовно-правового обеспечения безопасности жизни и здоровья человека в ряде случаев необходима помощь (активное вмешательство в развитие сложившейся опасной ситуации). И в таких случаях законодатель описывает признаки общественно опасного деяния в форме бездействия: как неоказание помощи больному (ст. 124 УК РФ), оставление в опасности (ст. 125 УК РФ). Для реализации конституционного права человека и гражданина на оплату его труда необходимо содействие работодателя. Поэтому запрет нарушения этого права может быть выражен законодателем только в том деянии, которое описывается в форме бездействия (ст. 145,1 УК РФ).

    Как известно, активное вмешательство в сферы, затрагивающие гарантированные Конституцией Российской Федерации интересы личности, общества и государства, допустимо лишь в тех пределах, которые урегулированы законодательством (правом). Это принципиальное положение оказывает влияние на содержание бездействия как формы общественно опасного деяния в объективной стороне состава преступления. Бездействие может выступать в юридическом качестве формы общественно опасного деяния лишь при наличии обязанности лица действовать.

    Эта обязанность может иметь нормативные основания. Например, лицо, допрашиваемое в качестве свидетеля, по уголовно-процессуальному закону обязано дать правдивые показания. Ответственность по статье 308 УК РФ наступает только при неисполнении этой обязанности. В то же время Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации не возлагает подобной обязанности на обвиняемого в совершении преступления. Поэтому отказ обвиняемого от дачи показаний преступлением не является.

    Лицо, осужденное к лишению свободы, которому разрешен выезд за пределы места лишения свободы либо которому предоставлена отсрочка исполнения приговора суда или отбывания наказания, по истечении срока выезда (или отсрочки) обязано явиться в органы, ведающие исполнением приговора. Эта обязанность возложена на него в соответствии с положениями Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации. Неисполнение указанной юридической обязанности определяет признаки преступления, описанного в статье 314 УК РФ в форме бездействия.

    Обязанность действовать может иметь социальные основания. Ответственность за оставление в опасности несет лицо, обязанное иметь заботу о потерпевшем, как указано в части 1 ст. 125 УК РФ. Закон предусматривает и фактические основания обязанности оказать помощь лицу, находящемуся в опасном для жизни состоянии. Эта обязанность возникает тогда, когда виновный сам поставил потерпевшего в опасное для жизни или здоровья состояние. Обязанность врача оказать помощь больному имеет под собой профессиональные основания (ст. 124 УК РФ). Обязанность должностного лица предоставить гражданину информацию, непосредственно затрагивающую его права и свободы, имеет под собой служебные основания. Перечисленные виды обязанностей выделяются в связи с обстоятельствами их возникновения, социально-правовым значением. Однако во всех случаях эти обязанности являются юридическими.

    Для ответственности за бездействие необходимо не только наличие обязанности, но и объективная возможность ее исполнить в конкретной жизненной ситуации. Фактически исполнению обязанности может препятствовать действие непреодолимой силы, недостаток физических сил, психическое или эмоциональное состояние лица, внешние обстоятельства (например, наличие орудий и средств).

    В ряде случаев законодатель указывает на возможность действовать как условие уголовной ответственности за бездействие (ст. 124, 270 УК РФ). Отсутствие такого указания ничего не меняет в оценке преступного бездействия, так как совокупность условий «обязанность» и «возможность» является общеправовым требованием для ответственности за бездействие.

    В ряде случаев для уголовно-правовой охраны тех или иных отношений (интересов) требуется обеспечение как их неприкосновенности («не вреди»), так и содействие в их реализации («помоги»). Поэтому законодатель прибегает к смешанной форме описания деяния как признака объективной стороны состава преступления.

    Например, для реализации экономических интересов их носителей необходимо не только содействие государства лицам, осуществляющим законную предпринимательскую или иную экономическую деятельность, но и невмешательство в их деятельность. Поэтому те должностные лица, которые не исполняют возложенные на них государством функции или используют свои полномочия во вред правам и законным интересам носителей экономических благ, отвечают за воспрепятствование такой деятельности (ст. 169 УК РФ). Это деяние описывается в законе как бездействие (уклонение от регистрации, выдачи лицензии) и как действие (незаконное ограничение самостоятельности либо иное незаконное вмешательство в деятельность индивидуального предпринимателя или юридического лица).

    Все перечисленные формы общественно опасного деяния (и принципы их законодательного закрепления) давно известны как российскому уголовному праву, так и уголовному праву других государств. Так, Н.С. Таганцев отмечал: «Указанное различие типов проявления преступных посягательств — содеяние и бездействие — считалось прежде столь существенным, что, например, партикулярные немецкие Кодексы и Кодекс австрийский вносили определения этих типов в самый закон, и только новые кодексы, по примеру Французского сохраняя это различие по существу, не дают определения этих понятий в законе»1.

    Прямое определение действия и бездействия как форм общественно опасного деяния отсутствует и в Уголовном кодексе Российской Федерации. Тем не менее обе указанные формы имеют существенное значение и по действующему уголовному закону и получили законодательное закрепление в части 2 ст. 14, части 1 ст. 21, части 1 ст. 22, частях 2 и 3 ст. 25, частях 2 и 3 ст. 26 и других статьях УК РФ.

    <

    Итак, преступное деяние существует в форме действия или бездействия. Действие имеет физическое (телодвижения, словесные выражения), социальное (общественная опасность) и юридическое (противоправность) содержание. Бездействие физического содержания не имеет. Установление начального и конечного моментов преступного деяния имеет значение для установления оснований и пределов уголовной ответственности. Преступное деяние обладает физическим, социальным и юридическим содержанием. Физическое содержание раскрывает его как акт человеческого поведения. Социальное содержание преступного деяния заключено в его общественной опасности. Общественная опасность деяния состоит в заключенном в нем противопоставлении личных (эгоистических) интересов интересам других лиц, общественным интересам. Степень его общественной опасности — в мере такого противопоставления, которая определяется, с одной стороны, тяжестью причиняемого им вреда, с другой — тем, во имя чего совершается преступление. В этом последнем случае учитываются форма вины, мотив и цель преступления. Юридическое содержание преступного деяния состоит в его противоправности. Преступлением признается только такое деяние, совершение которого запрещено уголовным законом. В установлении уголовной ответственности за то или иное деяние определяющее значение имеют объективные признаки деяния, а также роль, которую они играют в формировании общественной опасности преступления в целом. Конечным моментом действия является прекращение общественно опасных и противоправных телодвижений и словесных выражений. Оно может быть результатом разных причин — наступления преступного последствия (например, смерти потерпевшего при убийстве), отказа лица от доведения преступного поведения до конца, а также пресечения последнего правоохранительными органами. Общественно опасное действие может прекратить свое существование и вследствие изменения уголовного закона (так называемой декриминализации деяния). Бездействие — пассивное поведение человека; в отличие от действия оно не имеет физического содержания. Бездействие как раз и состоит в том, что человек не осуществляет телодвижений, не использует словесных выражений. Вместе с тем в бездействии легко обнаруживается и социальное, и юридическое содержание. Социальное содержание бездействия заключается в его общественной опасности. Юридическое содержание бездействия состоит в невыполнении лицом своих обязанностей при наличии возможности их выполнения.

    2.2. Общественно опасные последствия

     

    Российская уголовно-правовая доктрина определяет последствия как предусмотренные уголовным законом вредные изменения в объектах уголовно-правовой охраны, которые происходят (или могут произойти) в результате совершения общественно опасного деяния (действия или бездействия)1.

    Значение последствий как признака объективной стороны состава преступления не зависит от формы общественно опасного деяния: с юридической точки зрения признак последствий применим как к действию, так и к бездействию. Например, в части 2 ст. 145.1 УК РФ предусматривается наступление тяжких последствий. Само же деяние описано в законе как бездействие (невыплата заработной платы, пенсий, стипендий, пособий и иных выплат). Так же и в статье 124 УК РФ законодатель предусматривает причинение средней тяжести вреда здоровью (или тяжкого вреда здоровью) в качестве последствий бездействия — неоказания помощи больному.

    В формальном составе преступления, напротив, последствия не имеют значения даже применительно к действию. Это не означает, что такое действие не имеет фактических последствий. Фактическое и юридическое значения последствий различаются. В результате как действия, так и бездействия наступают различные и неисчислимые фактические последствия. Но уголовное право, говоря о преступном деянии и его последствиях, имеет в виду только те проявления человеческой деятельности вовне, которые имеют значение конструктивного признака объективной стороны состава преступления. Это значение зависит от законодательного усмотрения (целей уголовно-правовой охраны, оснований, критериев и признаков криминализации того или иного деяния). Признаком объективной стороны состава преступления являются не любые вредные изменения в окружающем мире и отношениях между людьми, а только те негативные изменения в объекте уголовно-правовой охраны, которые предусмотрены в уголовном законе.

    Юридическая специфика указанного признака заключается и в том, что в состав преступления включаются не любые вредные изменения в объекте преступления или иных охраняемых законом правах и законных интересах, а только прямые (ближайшие, непосредственные).

    Например, в качестве последствия неправомерного завладения автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения в части 3 ст. 166 УК РФ закон предусматривает особо крупный ущерб. Фактически может иметь место не только причинение прямого имущественного ущерба. Следствием таких действий может явиться ухудшение материального положения собственника (или иного законного владельца), вытекающее из неисполнения им принятых на себя обязательств в связи с эксплуатацией автомобиля (например, штрафы за неисполнение договора перевозки, кредитного договора). Это, в свою очередь, может привести в действие исполнение обязательств по залоговым соглашениям. Так, потерпевший может лишиться жилья, возможности оплатить повседневные нужды свои и своей семьи, связанные с расходами на обучение, лечение и т.п. Стечение указанных неблагоприятных обстоятельств может спровоцировать и заболевание потерпевшего и т.д.
    1

    Уголовный закон ограничивает основание уголовной ответственности лишь теми последствиями, которые являются существенными с точки зрения характера общественной опасности преступления, содержания конкретных общественных отношений (интересов), поставленных под уголовно-правовую охрану. С этой точки зрения существенное значение имеют только те обстоятельства в реализации права собственности, непосредственной причиной которых явилось неправомерное завладение автомобилем (или иным транспортным средством).

    Исключение из этого правила составляют случаи, специально предусмотренные в законе, когда в состав преступления включаются и производные последствия. Например, признаком состава преступления, предусмотренного частями 1, 2, и 3 ст. 111 УК РФ, является причинение тяжкого вреда здоровью. Производное последствие этого деяния — смерть потерпевшего — предусматривается как особо квалифицирующее обстоятельство в части 4 этой статьи. Причиной этих производных последствий является не действие (или бездействие), а его результат.

    Иногда прямые и производные последствия, определяя общественную опасность деяния, не включаются в содержание его объективной стороны. Например, по смыслу статьи 162 УК РФ разбой влечет различные последствия:

  • имущественный ущерб как возможное последствие нападения с целью завладения чужим имуществом;
  • причинение легкого, средней тяжести или тяжкого вреда здоровью потерпевшего как последствие применения насилия;
  • возникновение опасности для жизни и здоровья как последствие угрозы применения насилия. Прямым последствием разбоя как посягательства на чужое имущества является вред, причиненный экономическим интересам потерпевшего. Это последствие отвечает социальной и правовой природе разбоя как преступления против собственности.

    Все они характеризуют общественную опасность разбоя в отличие от других форм хищения. Тем не менее ни одно из указанных последствий не является признаком объективной стороны состава разбоя, не относится к числу его конструктивных признаков.

    Пунктом «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ предусматривается ответственность за убийство общеопасным способом. Производных последствий такого деяния по определению множество, и содержание их может быть различным: причинение вреда здоровью различной тяжести и нескольким лицам, причинение имущественного вреда и т.д. Все возможные последствия также характерны для общеопасного способа убийства, как опасность для жизни и здоровья — для насилия при разбое.

    Но законодатель не включил эти последствия в содержание объективной стороны состава убийства и не определил в нем их содержания. В случае наступления разнообразных последствий, вызванных способом такого убийства, содеянное должно квалифицироваться по совокупности преступлений.1 Эти последствия являются производными в составе убийства, уголовно-правового значения не имеют и по общему правилу (без специального законодательного указания) иметь не могут.

    Характеристики последствий в уголовном праве имеют различные формы. Они отражают содержание последствий; наступление (наличность) последствий; возможность наступления последствий. В зависимости от решения указанных вопросов устанавливаются различия между формальным, материальным, усеченным составом и составом реальной опасности. Однако далеко не во всех случаях последствия являются признаком объективной стороны состава преступления. Они имеют конструктивное значение только в материальных составах преступлений, момент окончания которых связывается законодателем с наступлением последствий определенного содержания.

    Содержание последствий определяется законодателем в зависимости от содержания объектов преступления. В общем все последствия, предусмотренные в Уголовном кодексе Российской Федерации, можно охарактеризовать как материальные и нематериальные.

    Материальные последствия предусмотренных в Кодексе преступлений отражают такие вредные для охраняемых уголовным законом интересов изменения, которые имеют материальное воплощение в реальном мире. В зависимости от характера общественной опасности преступления его материальные последствия могут выражаться по-разному.

    Имущественный ущерб — убытки (в результате кражи, уничтожения, повреждения имущества или другого преступления) или как неполучение должного (в результате уклонения от уплаты налогов или средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей или другого преступления).

    Личные (неимущественные) последствия при указанной их разновидности выражаются в причинении вреда здоровью, смерти, физической боли и т.п.

    Неличные материальные последствия, как правило, характерны для преступлений, посягающих на интересы общества и государства, носителями свойств которых являются материальные объекты, — радиоактивное заражение окружающей среды (ст. 215 УК РФ); уничтожение, блокирование, модификация или копирование компьютерной информации (ст. 272, 273, 274 УК РФ) и др.

    Содержание нематериальных последствий характерно для тех преступлений, которые посягают на интересы, не имеющие материального воплощения. Они определяются законодателем как вред, причиненный правам и законным интересам граждан (ст. 140 УК РФ), правам и законным интересам граждан, организаций либо охраняемым законом интересам общества и государства (ст. 285, 286, 288 УК РФ).

    Предлагаемая классификация последствий1 — всего лишь попытка дать их содержанию обобщенную характеристику с точки зрения его внешнего выражения в законе. Существенное значение для применения уголовного закона имеет объем содержания последствий преступления как признака объективной стороны его состава. Объем содержания последствий зависит от способа их описания в законе: формального или оценочного.

    При формальном способе описания в составе преступления (материальном, усеченном или составе реальной опасности) содержание последствий определяется законодателем конкретно посредством ограниченной совокупности признаков и в силу этого является исчерпывающим. Таким способом описываются признаки последствий в составе умышленного причинения тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК РФ), убийства (ч. 1 ст. 105 УК РФ), жестокого обращения с животными (ст. 245 УК РФ) и др.

    При оценочном способе описания логическая формула содержания последствий является открытой (не замкнутой). Законодатель предоставляет правоприменителю определенную свободу усмотрения для включения в содержание последствий тех обстоятельств, которые в законе прямо не указаны, но могут быть положены в основание уголовной ответственности согласно характеру общественной опасности преступления.

    Например, в составе преступления, предусмотренного статьей 140 УК РФ, в качестве последствия преступления предусматривается причинение вреда правам и законным интересам граждан.

    Объективная сторона состава преступления, предусмотренного в статье 176 УК РФ («Незаконное получение кредита»), включает признак последствий, содержание которых также является оценочным: «…если это деяние причинило крупный ущерб». Имущественный характер указанных последствий определяется характером преступления. Но вопрос о том, какие именно признаки ущерба должны быть положены в содержание последствий этого преступления (прямой ущерб, неполучение должного, упущенная выгода), зависит от усмотрения правоприменителя.

    Типичным среди оценочных способов описания содержания последствий является использование словосочетания «тяжкие последствия» («иные тяжкие последствия»).

    Тяжкие последствия указываются в законе либо как обстоятельство, отягчающее наказание (п. «б» ч. 1 ст. 63 УК РФ), либо как признак, усиливающий наказуемость (квалифицирующий или особо квалифицирующий признак). Как квалифицирующий (или особо квалифицирующий) этот признак указывается законодателем в составах преступлений, различных по своему характеру: похищение человека — пункт «в» ч. 3 ст. 126; изнасилование — пункт «б» ч. 3 ст. 131; невыплата заработной платы, пенсий, стипендий, пособий и иных выплат — часть 2 ст. 145.1; умышленное уничтожение или повреждение имущества — часть 2 ст. 167; склонение к употреблению наркотических средств или психотропных веществ — часть 3 ст. 230 УК РФ и т.п.

    Несмотря на типичность указанной формулировки последствий, объем их содержания не может быть одномерным, одинаковым для всех различных по характеру преступлений. Например, к тяжким последствиям невыплаты заработной платы могут быть отнесены массовые акции протеста рабочих, нарушающие работу транспорта, связи, систем жизнеобеспечения, голодовки, причинившие вред здоровью или представляющие опасность для жизни, и т.п. Перечисленные признаки в содержании понятия «тяжкие последствия» неприменимы к обстоятельствам изнасилования.

    Напротив: самоубийство может быть последствием, которое согласуется не только с тем значением, которое имеет для жизни человека половая свобода (или половая неприкосновенность), но и с тем значением, которое может иметь для жизни человека право на оплату Да как необходимое условие его вещественного (материального) существования. Поэтому самоубийство может рассматриваться правоприменителем как признак «тяжких последствий» как в первом, так и во втором случаях.

    Применение законодателем оценочных способов описания содержания последствий (как и других оценочных признаков) — самостоятельная и сложная проблема науки уголовного права, законодательной техники и практики применения уголовного закона, которая имеет давнюю историю. Трудности в ее решении обусловлены диалектически: до тех пор пока принципом уголовной ответственности будет установление справедливости, принципом уголовного права — дифференциация уголовной ответственности, а принципом назначения наказания — его индивидуализация, оценочное описание содержания последствий в составах конкретных преступлений, а также его использование в институте назначения наказания неизбежно. Преодоление этих трудностей — профессиональная задача, решение которой зависит не только от индивидуального правосознания правоприменителя, но и от правовой идеологии нашего общества.

    При оценочном описании последствий преступления в Уголовном кодексе используются и другие типичные характеристики: «существенный вред» (ч. 1 ст. 179 УК РФ); «значительный ущерб» (п. «в» ч. 2 ст. 158 и др. УК РФ); «крупный размер (ущерб)» (ст. 146, ч. 3 ст. 158, ч. 3 ст. 159, ч. 1 и 2 ст. 180 и др. УК РФ); «особо крупный размер» (п. «в» ч. 3 ст. 146, п. «б» ч. 4 ст. 158, ч. 4 ст. 159 и др.).

    Как правило, законодатель определяет признаки названных последствий в примечаниях к статьям Особенной части Уголовного кодекса (см.: примечания к ст. 194, 193, 185, 178, 174, 169, примечания 2 и 4 к ст. 158 и др.). По законодательным определениям, значительный ущерб, крупный размер (или ущерб), особо крупный размер могут быть отнесены к количественным признакам, которые применимы только к имущественным последствиям преступлений и в силу этого могут быть исчислены, так как имеют количественные степени сравнения.

    Нематериальные последствия преступлений не поддаются исчислению. Они определяют качественное своеобразие преступления — ценность объекта, характер и степень его поражения (повреждения, разрушения).

    Например, в статьях главы 19 УК РФ о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина указанные выше признаки последствий, как правило, не встречаются. Исключение составляют статьи 146 и 147 УК РФ, в которых предусматривает-ся ответственность за нарушение конституционных вещных прав (авторских и смежных, изобретательских и патентных).

    Отсутствуют количественные признаки последствий и в некоторых статьях о преступлениях против здоровья (гл. 16 УК РФ), против правосудия (гл. 31 УК РФ), против порядка управления (гл. 32 УК РФ) и т.п.

    Отграничению преступления от малозначительного деяния или иного правонарушения служит такой признак последствий преступления, как «существенный вред». По общему правилу такое отграничение проводится в порядке части 2 ст. 14 УК РФ. Поэтому в составе преступления указанный признак, как правило, является излишним. Законодатель прибегает к нему в тех случаях, когда необходимо подчеркнуть границу между сферой уголовно-правовой охраны и той сферой, которая уголовно-правовому регулированию неподвластна (например, сферой гражданско-правовых отношений).

    В целом уголовно-правовое значение последствий как признака объективной стороны состава преступления определяется тем, что:

  • признак последствий является конструктивным признаком материального состава преступления;
  • уголовно-правовое значение имеют такие признаки последствий, как: а) содержание; б) наступление (наличность); в) возможность наступления последствий. В составе преступления конструктивное значение имеет только фактическое наступление последствий;
  • содержание последствий в тех составах преступлений, в которых они имеют конструктивное значение, определяется законодателем;
  • за пределами состава преступления последствия имеют значение обстоятельств, учитываемых судом при назначении наказания (как обстоятельства характера и степени общественной опасности преступления или обстоятельства, отягчающие наказание);
  • последствия преступлений служат критериями отграничения преступления от малозначительного деяния или иного правонарушения.

    Юридическое значение преступных последствий состоит в следующем: они являются определяющим основанием установления уголовной ответственности за совершение преступления; они выступают основным критерием разграничения преступлений и не преступных деяний. УК устанавливает, что малозначительное деяние не является преступлением. Малозначительным же является только такое действие или бездействие, которое не приводит к наступлению последствий, характерных для преступного поведения; они, как обязательные признаки составов преступлений, принимаются во внимание при квалификации и разграничении последних друг от друга; те из них, которые не являются признаками состава, в случае если они влияют на характер и степень общественной опасности преступления, учитываются в процессе индивидуализации уголовной ответственности
    и наказания как отягчающие обстоятельства.
    1

    Таким образом, преступные последствия — это различные виды вреда, причиненного обществу совершением преступления. Они имеют материальное или нематериальное содержание, а также социальное (характер и степень общественной опасности) и правовое содержание. С учетом правового содержания проводится классификация преступлений на формальные и материальные, выделяются так называемые усеченные составы преступлений. Общественно опасные последствия бывают основными и дополнительными. Все они имеют значение для квалификации преступления или индивидуализации уголовной ответственности и наказания.

    2.3.Причинная связь между деянием и последствиями

     

    С давних времен причинная связь между деянием и его последствиями рассматривалась как обязательное условие вменения: «Всякое последствие, будет то опасность вреда или действительный вред, предполагает для вменения его учинившему, что оно было им вызвано, предполагает наличность причинной связи.

    Предположим, что лицо, имеющее умысел лишить другого жизни, осуществило его, выстрелило в жертву и жертва вслед за выстрелом умерла. Этих данных все-таки недостаточно для признания наличности полного состава убийства, если мы не добавим к приведенным указаниям, что пуля попала в жертву и смерть последовала от нанесенной раны. Если стрелявший не попал в жертву и она умерла вследствие разрыва сердца или вследствие удара обрушившегося в то время камня и т.п., то действие выстрелившего будет только покушением, а не оконченным убийством»2.

    Учение о причинной связи имеет важное значение не только для определения признаков объективной стороны состава преступления. Оно играет значительную роль в решении методологических вопросов уголовного права — условий, оснований и пределов ответственности, уяснении механизмов причинения, установления связи между фактическими и юридическими признаками преступления. Это объясняет то внимание, которое российское уголовное право издавна уделяло причинной связи.

    В российском уголовном праве первые установления по вопросам причинной связи появились в Воинском и в Морском уставах Петра I. В артикуле 125 Воинского устава указывалось: «Надлежит подлинно ведать, что смерть всеконечно ли от бытия приключилась. А ежели сыщется, что убиенный был бит, а не от тех побоев, а от других случаев, которые к тому присовокупились, умре, то надлежит убийцу не животом, но по рассмотрению судебному наказать». По мнению Н.С. Таганцева, этим установлением было положено начало судебно-медицинской экспертизе как источнику доказательств в уголовном судопроизводстве1.

    Позднее вопросы причинности в российском законодательстве2 связывались с решением вопросов вменения убийства, телесных повреждений. В то же время уголовное законодательство (Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., Уголовное уложение 1903 г.) не предусматривало специальных положений о причинной связи. Однако уголовно-правовая доктрина рассматривала ее в числе основополагающих вопросов правового учения.

    С тех времен многое изменилось в российском уголовном праве и законодательстве. Только на решение вопросов о сущности причинной связи, ее содержании и уголовно-правовом значении никак не повлияли ни социальные и политические катаклизмы, ни правовые реформы. Это объясняется тем, что причинная связь (в отличие от других признаков состава преступления) не имеет социального, политического и правового значения — это объективная категория, доступная лишь философским методам познания окружающего мира.

    Отмеченная специфика причинной связи объясняет и трудности ее характеристики (описания, определения) в уголовно-правовой науке, множество вариантов теории причинности1. При всех различиях во взглядах ученых на признаки причинной связи в уголовном праве ее исследование всегда начинается с осмысления философских основ причинности. Конечная цель такого исследования — ограничить философские представления целесообразными рамками, т.е. такими признаками причинности, которые должны иметь значение для решения вопроса об ответственности человека за последствия своего деяния. Иначе его конечную цель можно представить в виде алгоритма установления (оценки) необходимой причины.

    Причина и следствие — парные философские категории. Причина определяется как такое явление, которое порождает другое (следствие). Следствие — как результат действия причины и в то же время — как причина последующего. Поэтому диалектический материализм формулирует законы всеобщей связи явлений — детерминизма. Несмотря на дихотомичность категорий «причина» и «следствие», характер их связи определяет различия в их значениях: причина рассматривается как основное явление, а следствие — как производное. Основное значение причины определяет то, что она способна порождать следствие.

    В силу основного значения причины она всегда первична. Это определяет и последовательность связи: причина предшествует следствию (в том числе и во времени). Однако следствию предшествует во времени множество обстоятельств. Одной лишь внешней последовательности недостаточно для установления причинной связи между явлениями. Например, за весной сразу следует лето. Однако это не означает того, что именно весна является причиной лета.

    Относительность — еще одна черта причинности. Поэтому философы отмечают неразрывную связь между случайностью и необходимостью. В философском понимании случайность — не что иное, как непознанная необходимость. Ответственность основывается лишь на необходимой причинной связи между причиной и следствием. Она определяется посредством установления основного значения явления как такого, которое порождает следствие. Однако проблема заключается в том, как выделить из множества обстоятельств, предшествовавших следствию и взаимодействующих, то обстоятельство, которое можно рассматривать как основное, необходимое, т.е. — причину. Из множества обстоятельств, предшествовавших следствию, причину отличает только ее способность порождать его. В этом качестве причину можно определить как условие, без которого следствие невозможно (condition sine qua non — необходимое условие). На основании этого подхода к определению причинности выросла научная теория. Она подвергалась критике в прошлом, продолжает критиковаться и в наши дни. Суть противоречий приверженцев этой теории и ее критиков заключается лишь в том, что ее сторонники рассматривают ее как достаточную для установления причинной связи (в сочетании с направленностью умысла виновного), а противники не без оснований настаивают на том, что установление причинности по правилу condition sine qua non — лишь промежуточный этап в решении вопроса, который не следует связывать с содержанием субъективной стороны преступления (виной).

    «Предположим, — писал Н.С. Таганцев, — что виновный выстрелил с целью лишить кого-либо жизни, ранил жертву и бросил ее в поле. Смерть жертвы наступила, но не от выстрела, а от того, что ее загрызли волки. Можно ли стрелявшего обвинить в оконченном убийстве? Сторонники теории с condition sine qua non отвечают: да, если эту смерть можно вменить в умысел. По мнению противников этого критерия причинности, в содержание вины входит не только отношение к последствиям, но и предвидение их. Поэтому condition sine qua non совершенно бесполезно для установления причинности в случаях неосторожной вины, а также в тех случаях, когда виновный действовал с косвенным умыслом»1. Несостоятельность condition sine qua non усматривается главным образом в попытке объединить понятия виновности и причинности: «Суд должен констатировать, прежде всего, свершилось ли событие, затем установить, что деяние подсудимого было его причиной, и уже в заключение решать, должно ли оно быть ему вменено в вину, умышленную или неосторожную»1. При всей обоснованности критики теории необходимого условия нельзя не признать того, что, по существу, даже ее противники в своих рассуждениях вынуждены отталкиваться от нее: вольно или невольно они выделяют из всеобщей взаимосвязи лишь те цепочки (фрагменты) обусловленности, без которых следствие не может иметь места. Представляется, что condition sine qua non (необходимое условие) имеет значение при установлении причинной связи именно потому, что позволяет ограничить бесконечное поле поиска причины лишь теми обстоятельствами, которые были необходимы для наступления последствия: «С точки зрения уголовного права, определяя причину деяния, мы берем только известный элемент события, составляющий его юридическую сущность, и более или менее игнорируем остальные. Задача судьи сводится к установлению того, что действия могут быть причиной смерти. Для судьи по общему правилу безразлично, что было причиной того, что раненый умер в этой комнате, а не в другой…».2

    Задача следующего этапа установления причинной связи — выделить из множества необходимых условий главное. Эта задача не имеет однозначного решения в научной и учебной литературе3. По мнению А.Н. Трайнина, установление главного условия (причины) зависит от степени причинения. Если степень причинения доведена до едва различимого уровня, то это не может обосновать уголовную ответственность. Для определения причины как главного условия наступления последствий предлагалось использовать и критерий адекватности. Теория адекватной причинности получила наибольшее распространение в первой половине XIX века. Согласно данной теории, причиной преступного результата является такое поведение человека, которое вообще, а не только в данном конкретном случае способно повлечь причинение этого результата и адекватно ему1. По мнению М.Д. Шаргородского, это учение при его применении в практике влекло бы за собой ненаказуемость наиболее ловких преступников. «Например так, как смерть не всегда наступает от удара линейкой по голове, то человек, который убил другого таким ударом, зная, что последний только что перенес операцию мозга, должен был бы быть признан ненаказуемым, так как средство не является типичным»2.Для определения главного условия (причины) М.Д. Шаргородский считал необходимым отграничить необходимую причину от причины случайной в ситуации взаимодействия различных объективных факторов: «Решение вопроса здесь почти всегда верно. Вытекает это решение из того, что уголовная ответственность имеет место лишь при неизбежном или вероятном, но не при случайном результате»3. Для характеристики этого критерия причинности М.Д. Шаргородский выделил следующее положение: «Случайность имеет место тогда, когда действие, совершенное лицом, само не могло вызвать хотя бы и желательный ему результат и когда результат, наступивший в итоге действий данного лица, находится с ним в причинной связи, но для наступления этого результата необходимо было, кроме действия субъекта, присоединение еще и других причин, которые не вытекали из его действия»4.

    Смысл указанной позиции заключается в следующем: необходимой причиной является условие, достаточное для наступления последствий без взаимодействия с другими условиями. Аналогичной позиции придерживается и современная уголовно-правовая доктрина, которая определяет указанный выше критерий необходимой причинности как закономерную связь между причиной и следствием5. То или иное деяние может повлечь за собой определенные последствия в условиях взаимодействия многих факторов: сил природы, поведения других лиц, состояния здоровья потерпевшего и т.п. Решение вопроса о наличии причинной связи всегда будет зависеть от того, является ли деяние в обстоятельствах его совершения таким условием, которое само по себе (без участия других факторов) явилось достаточным для наступления последствия.

    Таким образом, причинная связь между деянием и общественно опасными последствиями как признак объективной стороны состава преступления — это объективная последовательная и закономерная связь между деянием и последствием, при которой в качестве причины выступает необходимое условие, достаточное для наступления последствия. Причинная связь при бездействии — вопрос, который отличается не столько неоднозначностью (любой вопрос причинной связи в уголовном праве является спорным), сколько принципиальностью его решения.

    Например, по мнению А.П. Козлова, даже его постановка лишена оснований: «…каждому здравомыслящему человеку понятно, что чистое «ничегонеделание» не может ни созидать, ни разрушать окружающий мир, не способно само по себе что-либо причинить»1. М.Д. Шаргородский считал неоправданной постановку вопроса о причинной связи при бездействии ввиду ее отсутствия2.

    По справедливому мнению В.А. Номоконова, «поведение человека включено в систему общественных отношений, социальных, технических и природных взаимосвязей. И «выход из игры» человека, который поддерживает жизнедеятельность технической, социальной и прочих систем, также может играть роль причины опасного результата. Бездействие лица, поскольку его поведение включено в определенную систему, вовсе не «ничто», а «нечто», влекущее определенные последствия.

    Например, начальник взрывоопасного цеха не принимает необходимых мер предосторожности, в результате в цехе происходит взрыв, повлекший гибель людей. Начальник поставлен на такой пост, выполняет такую общественную функцию, которая дает ему господство над определенными опасными силами. Не совершая определенных действий, должностное лицо предоставляет им реальную возможность действовать разрушительным образом»1.

    Аналогичной позиции придерживаются и другие авторы: «Установление причинной связи при бездействии заключается в том, чтобы определить, должно и могло ли лицо действовать, чтобы воспрепятствовать наступлению вредных последствий. При бездействии лицо создает причинную связь, позволяя силам природы, животным, механизмам, иным лицам причинять общественно опасные последствия»2.

    В ряде случаев для обоснования причинной связи при бездействии привлекаются правовые аргументы: «…На каком основании лицо привлекается к уголовной ответственности, когда наступление вредного последствия не является результатом его поведения? …Только в том случае, когда вследствие бездействия наступает общественно опасное последствие, оно становится предметом уголовного разбирательства. Если встать на позиции приверженцев анализируемой позиции, получается, что лицо отвечает не за свое поведение, а за причинное влияние других обстоятельств»3.

    Ко всем приведенным доводам в обоснование необходимости установления причинной связи при бездействии можно присоединить еще один. Причинная связь при бездействии не имеет самостоятельного значения (не является принципиальным вопросом) только потому, что «действие» и «бездействие» — юридические условности, указанные в законе формы общественно опасного деяния. То, что описано в законе как действие (например, убийство), фактически может приобретать форму бездействия. Тем не менее ни у кого (даже у противников причинной связи при бездействии) не возникает сомнений в том, что фактическое бездействие матери в обстоятельствах убийства новорожденного ребенка должно находиться в причинной связи с его смертью.

    Таким образом, причинная или иная детерминирующая связь есть необходимое условие ответственности за наступившие общественно опасные последствия. Причинная связь имеет место тогда, когда обусловленность последствий деянием носит генетический характер. Генетический характер связи между ними состоит в том, что само деяние порождает реальную возможность наступления общественно опасных последствий. Юридическими признаками генетической связи являются следующие: реальная возможность должна возникнуть в результате совершения деяния, составляющего необходимое условие наступления последствий; последствия должны быть однородными с возникающей опасностью; реальная возможность наступления вреда должна появиться без вмешательства третьих лиц или каких-либо других внешних факторов. Иная детерминирующая связь между деянием и общественно опасны ми последствиями может выражаться в кондициональной или инспирирующей зависимости. Кондициональная зависимость имеет место тогда, когда деяние лица выполняет роль лишь условия наступления общественно опасных последствий, а инспирирующая зависимость — в тех случаях, когда деяние лица стало поводом для совершения общественно опасных действий другим лицом.

     

    3.Факультативные признаки объективной стороны состава преступления

     

    3.1. Место совершения преступления

     

    Факультативные признаки объективной стороны состава преступления — признаки, имеющие избирательное правовое значение. Являясь факультативными с точки зрения общего понятия состава преступления, эти признаки в каждом конкретном составе преступления имеют обязательное значение (других признаков в составах конкретных преступлений и быть не может).

    В отличие от признаков деяния, последствий и причинной связи, они не определяют конструкцию состава преступления и избираются законодателем при создании уголовно-правовой нормы, как правило, для того, чтобы отразить в ней особенные обстоятельства, влияющие на степень общественной опасности конкретного преступления (или специфику его характера), а именно — место, время, способ, обстановку совершения преступления.

    Место совершения преступления — это определенное уголовным законом пространство, на котором было совершено преступное деяние. Следует различать уголовно-правовой и процессуальный аспекты характеристики места совершения преступления.

    С точки зрения уголовно-процессуального закона, целей правосудия установление места (и времени) совершения преступления — необходимый этап полного, объективного и всестороннего исследования обстоятельства дела. В силу этого по уголовно-процессуальному закону установление обстоятельств места и времени совершения преступления является общим требованием к процессуальному доказыванию. В процессуальном аспекте место трактуется как пространство, имеющее географические и административные координаты. Для установления истины по делу необходимо с максимально возможной точностью воссоздать реальные обстоятельства совершения преступления. Поэтому место, время совершения преступления — обстоятельства, имеющие неизменное процессуальное значение. Но то, что значимо для процесса доказывания, для установления истины, не всегда имеет собственное уголовно-правовое значение.

    Место и время совершения преступления в уголовном праве — самостоятельные юридические признаки преступления. Это существенно отличает их уголовно-правовое значение от процессуального. Уголовно-правовое значение имеет не само место (как пространство), а указанные в законе обстоятельства места (и времени) совершения преступления.

    Самостоятельное юридическое значение обстоятельства места совершения преступления имеют только в тех случаях, когда они включаются законодателем в содержание уголовно-правовой нормы. Иногда этот признак используются по законодательному умолчанию. В статье 227 УК РФ нет прямого указания на «открытое море» как место совершения пиратства. Однако этот признак подразумевается законодателем как такой, по которому пиратство отличается от нападения с целью завладения чужим имуществом, соединенного с насилием, опасным для жизни и здоровья, или угрозой применения такого насилия (разбоя — ст. 162 УК РФ).

    Уголовный кодекс России определяет место совершения преступления посредством правовых критериев (статусов): открытое море (нейтральные воды), территориальные воды, особая экономическая зона, континентальный шельф, территория заповедника или заказника, таможенная граница, территория Российской Федерации и др.

    Место совершения преступления определяется в Уголовном кодексе и как пространство, имеющее особое социальное значение — общественное место; жилище; хранилище; место захоронения человека; зона экологического бедствия; места нереста или миграционные пути к местам нереста; море или водный путь (с точки зрения не территории, а природной среды, естественных ресурсов) и др.

    Место совершения преступления может иметь и криминологическое значение. Исследователи отмечают, что грабежи и разбои чаще совершаются в подъездах, дворах жилых домов, на улицах (82 %). Типичными местами краж, совершаемых несовершеннолетними, являются учебные заведения (42,1 %), магазины и иные торговые организации (15,5 %).

    По справедливому мнению А.А. Ашина, криминологическое значение обстоятельств совершения преступления не должно выходить за рамки профилактики преступлений и вторгаться в сферу криминализации (установления преступности деяния, дифференциации уголовной ответственности) и правосудия (индивидуализации ответственности). Например, общественная опасность кражи, категория преступления и мера ответственности лица за его совершения не могут зависеть от того, что преступление совершено в типичном для краж месте. Правовой критерий значения места совершения преступления, вытекающий из буквы уголовного закона, является объективным1.

     

    3.2 Время совершения преступления

     

    Время совершения преступления также может рассматриваться во всех указанных выше аспектах. В соответствии с частью 2 ст. 9 УПК РФ время совершения преступления — это временной промежуток, в течение которого совершается преступление. Для реальных обстоятельств совершения преступления, их установления и доказывания, конечно, имеют значение астрономические критерии времени совершения преступления: без них невозможно определить границы преступления как факта реальной действительности. Также для криминологов время совершения преступления может сообщить информацию для прогнозирования, например, роста насильственных преступлений сексуального характера в весеннее, летнее время года, темное время суток и т.п.

    Иное значение имеют признаки состава преступления. Состав преступления — юридическая абстракция. Система его элементов и признаков подчинена цели установления юридических оснований ответственности. Это определяет и специфику определения времени совершения преступления как юридического признака. Характерной особенностью времени совершения преступления в уголовном праве является то, что этот признак требует законодательного определения. Например, в английском уголовном праве совершение хищения в ночное время квалифицируется как «берглери» (ночная кража со взломом). По Уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. совершение кражи в ночное время являлось квалифицирующим признаком в составе воровства.

    Нетрудно заметить, что время совершения преступления в указанных законодательных трактовках, так же как и в уголовно-процессуальном праве, имеет астрономическое значение. Оно не противоречит уголовно-правовому только потому, что астрономический критерий избрал законодатель — это в его власти.

    Однако в Уголовном кодексе Российской Федерации нет ни одной статьи, где бы время совершения преступления имело такое (астрономическое) значение. Вообще законодатель почти не использует этот признак в Особенной части Кодекса. Единственное упоминание о нем содержится в статье 106 УК РФ: «Убийство матерью новорожденного ребенка во время или сразу после родов…»

    Согласно Уголовному кодексу уголовная ответственность за преступления, совершенные в военное время или в боевой обстановке, определяется законодательством военного времени. По смыслу уголовного закона «военное время» характеризует скорее обстановку совершения преступления, а не астрономический отрезок времени как физическую величину.

    Признак времени используется законодателем для характеристики действия уголовного закона (ст. 9 УК РФ), а время совершения преступления определяется как «время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий».

    Для уголовного закона безразлично, в какой день года, время суток, час совершено преступление (и сколько времени оно длилось или продолжалось). Для основания уголовной ответственности по Уголовному кодексу России время значимо лишь как формальное (указанное в законе) обстоятельство, продолжительность юридически значимой ситуации: время, определяемое продолжительностью физиологического процесса родов (ст. 106 УК РФ); период действия закона (ст. 9 УК РФ); срок, установленный для возвращения на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран (ст. 190 УК РФ). Как видно, признак времени совершения преступления используется законодателем в тех случаях, когда преступность и (или) наказуемость деяния ставится им в зависимость от периода действия других юридически значимых обстоятельств (периода действия закона — ст. 9 УК РФ, срока уплаты налоговых платежей — ст. 198, 199 УК РФ, срока возвращения из-за границы средств в иностранной валюте — ст. 193 УК РФ, периода процесса родов — ст. 106 УК РФ). Таким образом, время совершения преступления — это указанный в законе период действия обстоятельств, имеющих значение для определения преступности и наказуемости деяния. В этой трактовке время означает то же, что и обстановка совершения преступления.

    Характеристика признаков «места» и «времени» совершения преступления показывает, что в уголовном праве имеют значение не сами понятия места и времени совершения преступления, а обстоятельства места и времени совершения преступления, имеющие уголовно-правовое значение.

     

    3.3 Способ совершения преступления

     

    Способ совершения преступления — такие указанные в законе обстоятельства, которые характеризуют методы, орудия и средства, используемые лицом при совершении преступления.

    В тексте уголовного закона способ совершения преступления имеет различные формы описания. Оценочное описание способа совершения преступления, как правило, используется в тех случаях, когда он увеличивает степень общественной опасности преступления, так как характеризует интенсивность преступной деятельности, тяжесть последствий. В этом качестве признак способа совершения преступления используется законодателем, например, в пунктах «д» и «е» ч. 2 ст. 105, пунктах «б» и «в» ч. 2 ст. 111 и других статьях УК РФ. В таких случаях способ совершения преступления, как правило, имеет значение признака, усиливающего наказуемость преступления (квалифицирующего признака).

    Описание метода совершения преступления характеризует формальную содержательную сторону способа совершения преступления. В этом качестве признак способа в составе преступления может иметь различное значение:

  • являться признаком основного состава;
  • играть роль квалифицирующего признака, усиливающего наказуемость преступления.

    Так, в статье 110 УК РФ законодатель описывает метод доведения до самоубийства, раскрывая содержательную сторону способа совершения этого преступления: «Путем угроз, жестокого обращения или систематического унижения человеческого достоинства». Эти указанные в законе обстоятельства определяют преступность деяния и отграничивают его от другого неодобряемого поведения (агрессии, равнодушия и т.п.).

    Метод совершения хищения разграничивает кражу (тайное хищение — ст. 158 УК РФ), грабеж (открытое хищение — ст. 161 УК РФ), разбой (хищение, соединенное с насилием, опасным для жизни и здоровья, или угрозой применения такого насилия — ст. 162 УК РФ) и мошенничество (хищение путем обмана или злоупотребления доверием — ст. 159 УК РФ).

    В составе преступления, предусмотренного статьей 188 УК РФ, признаки контрабанды ставятся законодателем в формальную зависимость от метода совершения этого преступления: «перемещение …через таможенную границу Российской Федерации товаров или иных предметов.., совершенное помимо или с сокрытием от таможенного контроля либо с обманным использованием документов или средств таможенной идентификации либо сопряженное с недекларированием или недостоверным декларированием»,

    В других случаях метод совершения преступления играет роль квалифицирующего признака. В этом качестве часто выступает признак использования служебного положения при совершении преступления — часть 2 ст. 137, пункт «б» ч. 2 ст. 282, часть 3 ст. 256 и др. статьи УК РФ.

    Орудия преступления — предметы материального мира, применяемые лицом для расширения своих физических возможностей. В этом смысле их можно назвать приспособлениями, такими, как орудие взлома в руках вора, нож в руках разбойника. В большинстве составов преступлений, предусмотренных в Особенной части Уголовного кодекса, орудия преступления относятся к способу его совершения, поскольку законодатель указывает на их применение (например, в ч. 2 ст. 162, ст. 213 УК РФ). В одном случае применение оружия (или предметов, используемых в качестве оружия) является признаком квалифицированного состава, а в другом случае — признаком основного состава.

    Наличие оружия (вооруженность), в отличие от применения оружия, не относится к способу совершения преступления, а имеет самостоятельное юридическое значение, т.е. выступает в роли отдельного признака объективной стороны состава преступления — статья 208 УК РФ («Организация незаконного вооруженного формирования или участия в нем»); статья 209 УК РФ («Бандитизм») (создание устойчивой вооруженной группы).

    Средством совершения преступления является использование свойств предметов, процессов или явлений материального мира, которое служит необходимым звеном в процессе причинения вреда охраняемым законом общественным отношениям. Например, согласно части 1 ст. 205 УК РФ терроризм может заключаться в производстве взрыва с целью нарушения общественной безопасности, устрашения населения либо оказания воздействия на принятие решений органами власти. Средством для производства взрыва служит взрывное устройство, свойства взрывных веществ. Средства преступления сами являются носителями опасных свойств. Орудия преступления этим качеством не обладают.

    Средства совершения преступления имеют сходство с признаком его способа (метода). В то же время сходство не означает тождества этих признаков. Способ так же, как орудие совершения преступления, характеризует содержательную сторону деятельности, а средство — характер причинения. В развитии причинной связи средство совершения преступления выступает посредником между лицом — деятелем (причинителем) и результатом. Таким образом, способ и средства совершения преступления отражают различные стороны преступления — содержание деятельности и ее последовательность.

    Таким образом, факультативными признаками состава преступления являются способ, средства, место, время и обстановка его совершения. Способ и средства являются составными частями преступного деяния. Место, время и обстановка характеризуют условия, в которых оно совершается. Все эти обстоятельства могут быть как признаками состава, так и обстоятельствами, отягчающими наказание. Обстановка совершения преступления может в определенных условиях рассматриваться в качестве смягчающего обстоятельства.

     

     

     

     

     

    СПИСОК НОРМАТИВНО-ПРАВОВЫХ АКТОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

     

     

  1. Конституция РФ. Принята на всенародном референдуме 12 дек. 1993 г. // Российская газета. 25 декабря 1993 г.
  2. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ с изм. и доп.в ред. от 02.12.2008 № 226-ФЗ // СЗ РФ. 2001. № 52 (ч. I)
  3. Уголовный кодекс РФ 1996 г. // СЗ РФ. 1996. № 25.
  4. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» с изм. от 03.04.2008 № 4 Постановления Пленума ВС РФ «О внесении изменения в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ) // Судебная практика по уголовным делам / Сост. Г.А. Есаков. М., 2009.
  5. Ашин А.А. Наказание несовершеннолетних за хищение чужого имущества (закон, теория, практика). Владимир, 2004.
  6. Козаченко И.Я., Курченко В.Н., Злоченко Я.М. Проблемы причины, причинной связи в институтах Общей и Особенной частей отечественного уголовного права. СПб., 2003.
  7. Козлов Л. П. Причинная связь и бездействие в уголовном праве // Проблемы уголовной политики. Красноярск, 2004.
  8. Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации / Отв.ред. В.М. Лебедев.–М.:Юрайт, 2008
  9. Кузьмин В.А. Уголовное право. М., 2006.
  10. Курс уголовного права. Общая часть. Том. 1: Учение о преступлении / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, И.М. Тяжковой. М., 2005
  11. Малинин В.Б. Причинная связь в уголовном праве. СПб., 2003
  12. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. — 2-е изд. Т. 1. М, 1978. С. 14.
  13. Российское уголовное право. В 2 т. Т. 1. Общая часть / Под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, В.С. Комиссарова, А.И. Рарога. М., 2009.
  14. Российское уголовное право: Курс лекций. Т. 1 / Под ред. А.И. Коробеева. Владивосток, 2005.
  15. Свод законов Российской Империи. Т. XIII. — Кн. 3. М., 2002.
  16. Спиноза Б. Этика. М., 2002.
  17. Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Т. 1. Тула, 2005.
  18. Талан М.В. Объективная сторона преступления // Уголовное право России. Общая часть. Казань, 2008. .
  19. Уголовное право России. Части Общая и Особенная / М.П. Журавлев, А.В. Наумов и др. М., 2008. Уголовное право России. Часть Общая / Отв. ред. проф. Л.Л. Кругликов. М., 2009.
  20. Уголовное право России. Общая часть / Под ред. проф. А.И. Рарога. М., 2009.
  21. Уголовное право России. Общая часть/ Под ред. Ф.Р. Сундурова. Казань, 2003.
  22. Уголовное право. Общая часть: учебник / Под общ. ред. В.И. Радченко. М., 2007.
  23. Шаргородский М.Д.. Избранные работы по уголовному праву. СПб., 2003.
  24. Шаргородский М.Д. Некоторые вопросы причинной связи в теории права // Он же. Избранные работы по уголовному праву. СПб., 2003.
  25. Шаргородский М.Д. Преступления против жизни и здоровья. Причинная связь // Шаргородский М.Д.. Избранные работы по уголовному праву. СПб., 2003.


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 1.05MB/0.00046 sec

WordPress: 22.66MB | MySQL:117 | 2,465sec