Понятие уголовной ответственности и ее виды

<

043014 0141 1 Понятие уголовной ответственности и ее виды

Понятие «уголовная ответственность» встречается во многих нормах УК: ст. 1, 2, 4– 6, 8, 11 – 13, 17, 126, 1271, 228 и т.д. Оно присутствует также в названиях глав 4, 11 и 14, разделов IV и V УК. Действительно, уголовная ответственность является одним из фундаментальных понятий в уголовном праве, однако, несмотря на это, УК не содержит его определения.

В юридической литературе, посвященной изучению рассматриваемой темы, по поводу содержания и признаков уголовной ответственности сложилось несколько различных точек зрения. В соответствии с одной из них уголовная ответственность представляет собой урегулированную нормами права обязанность лица, совершившего преступление, подвергнуться определенным мерам отрицательного воздействия, претерпеть предусмотренные законом лишения. Я. М. Брайнин по этому поводу пишет: «Уголовная ответственность по… уголовному праву представляет собой основанную на нормах уголовного права обязанность лица, совершившего преступление, подлежать действию уголовного закона при наличии в действиях виновного предусмотренного этим законом состава преступления1.

Аналогичное мнение высказывается С. Г. Келиной, которая считает, что уголовная ответственность является составной частью уголовно-правовых отношений. Она возникает вместе с правоотношением, является элементом его содержания и заключается в обязанности лица, совершившего преступление, подвергнуться мерам уголовно-правового воздействия2.

Иной позиции в решении этого вопроса придерживается Ю. М. Ткачевский. По его убеждению, уголовная ответственность — это правоотношение, возникающее между правонарушителем и государством3. Схожую точку зрения отстаивает В. Г. Смирнов, который отождествляет уголовную ответственность с уголовным правоотношением и считает моментом их возникновения вынесение судом обвинительного приговора1.

Против этого возражает Л. М. Карнеева. Она указывает, что уголовное правоотношение, возникающее при совершении преступления, не может рассматриваться в качестве самой этой ответственности или части ее2. По мнению Егорова В.С.3, отождествление содержания уголовной ответственности с правоотношением нельзя признать верным. Уголовное правоотношение представляет собой комплексное многоаспектное явление, которое имеет более широкое выражение, нежели уголовная ответственность. По своей сути уголовное правоотношение охватывает все урегулированные законом последствия и отношения между различными субъектами, вытекающие из факта совершения преступления. Так, применение к несовершеннолетнему мер воспитательного характера не относится к формам уголовной ответственности, но при этом является средством реализации уголовного правоотношения, возникшего в связи с совершением несовершеннолетним преступного деяния.

Н. И. Загородников также возражает против отождествления указанных категорий и указывает, что уголовные правоотношения, возникнув одновременно с фактом совершения преступления, трансформируются в уголовную ответственность. Они могут прекратиться до момента начала реализации уголовной ответственности, при наступлении некоторых объективных обстоятельств: истечение сроков давности, смерть лица, совершившего преступление и т. п. В связи с этим, по мнению Н. И. Загородникова, уголовная ответственность представляет собой реальное применение (действие) уголовно-правовой нормы, результатом которого является справедливое решение фактического социального конфликта, выразившегося в совершении лицом преступления, путем отрицательной оценки поведения этого лица специальным органом государства и применения к виновному мер государственного принуждения4.

Н. А. Стручков, присоединяясь к этой позиции, пишет следующее: «С точки зрения содержания уголовная ответственность – это реализация определенных общественных отношений, которые регулируются правовыми нормами трех отраслей права: уголовного, уголовно-процессуального и исправительно-трудового; иначе говоря, уголовную ответственность образует реализация уголовных, уголовно-процессуальных и исправительно-трудовых правоотношений»1.

Чрезмерно узко подходит к определению уголовной ответственности А. И. Экимов, который рассматривает ее как порицание преступника от имени государства2. Похожий взгляд на определение уголовной ответственности предлагает А. И. Санталов, согласно которому уголовная ответственность — это вынужденное претерпевание отрицательных последствий в форме осуждения (государственного порицания) и принуждения со стороны уполномоченных государственных органов3. Негативная оценка государством противоправного поведения виновного, конечно, является обязательным элементом уголовной ответственности. Однако столь же очевидно, что отрицательное воздействие, применяемое к виновному, отнюдь не исчерпывается порицанием и включает в себя широкий круг иных способов принуждения.

Весьма интересной представляется позиция В. В. По-хмелкина, который предлагает отказаться от рассмотрения уголовной ответственности в чисто негативном плане. Согласно мнению данного автора, уголовная ответственность выступает не только в ретроспективно-негативном, но и в позитивно-перспективном аспекте. Таким образом, по убеждению В. В. Похмелкина, сущность уголовной ответственности состоит в том, что она выступает объективно обусловленной и установленной уголовным законом мерой минимально необходимого социально-ролевого поведения и тем самым требованием не совершать наиболее опасные отклонения от конкретной социальной роли4.

Нельзя согласиться с мнением Е. Я. Мотовиловкера, который предлагает рассматривать уголовную ответственность как правовое состояние наказуемости, которое возникает в момент совершения преступления1. В словаре С. И. Ожегова состояние определяется как положение, в котором кто-либо или что-либо находится2. Получается, что, в соответствии с подходом Е. Я. Мотовиловкера, реализация уголовной ответственности начинается со времени совершения преступного деяния. В этой связи следует отметить, что в момент совершения преступления возникает лишь обязанность претерпеть определенное негативное воздействие. Непосредственное применение принуждения в большинстве случаев начинается позднее, с момента изобличения виновного и предъявления ему обвинения, что объясняет принципиальную неверность указанной точки зрения.

Изучение представленных выше позиций позволяет автору прийти к выводу о том, что наиболее предпочтительной является точка зрения, в соответствии с которой уголовная ответственность представляет собой обязанность лица, совершившего преступление, подвергнуться мерам негативного воздействия, предусмотренным законом. Этот подход позволяет в максимальной степени соотнести уголовную ответственность с более широкой категорией -юридической ответственностью, которая, как было отмечено выше, являет собой именно обязанность виновного претерпеть отрицательное воздействие в ответ на нарушение нормативных установлений. В. И. Курляндский замечает по этому поводу, что уголовная ответственность – это, прежде всего, обязанность отвечать за поступки, поведение, расцениваемое уголовным законом как преступление3.

Реализация уголовной ответственности напрямую связана с государственно-правовым принуждением лица, совершившего преступление. Такое воздействие выражается в частичном или полном лишении виновного определенных прав и свобод, а также существенных ограничениях его правового статуса. В том случае, если субъект совершает преступное деяние, у государства в лице правоохранительных органов возникает право подвергнуть его принуждению, предусмотренному нарушенной уголовно-правовой нормой. В свою очередь, на лицо, совершившее преступление, налагается обязанность претерпеть негативное воздействие. При этом виновный имеет право на применение к нему именно тех мер ответственности, которые предусмотрены законом за совершенное им деяние.

Принципиальным моментом в изучении рассматриваемой темы является вопрос определения времени возникновения и прекращения уголовной ответственности. В юридической литературе, посвященной этому вопросу, не прослеживается единодушия.

Решение указанной проблемы во многом зависит от подхода к содержанию уголовной ответственности. В силу этого, авторы, рассматривающие уголовную ответственность как процесс реализации предусмотренных законом мер негативного воздействия в отношении лица, совершившего преступление, связывают время ее возникновения с началом государственного принуждения1.

Иного мнения придерживается Н. А. Стручков, который соотносит начальный этап уголовной ответственности с моментом привлечения лица в качестве обвиняемого2. Аналогичную позицию высказывает Я. М. Брайнин. При этом он обращает внимание на то, что привлечение лица в качестве обвиняемого становится возможным после установления органом, производящим расследование, основания уголовной ответственности, то есть совершения лицом деяния, содержащего все признаки состава преступления3.

Другую точку зрения отстаивает Н. И. Загородников, который пишет: «Уголовная ответственность начинается там и тогда, где и когда на основании закона конкретно определены права и обязанности участников уголовных правоотношений… Привлечение к уголовной ответственности или начальный момент возникновения или несения этой ответственности определяется моментом вынесения обвинительного приговора суда»4. К указанному мнению присоединяется А. Н. Тарбагаев. Он отмечает, что «уголовной ответственности до вынесения судебного приговора не существует»1.

Ю. М. Ткачевский соотносит начало уголовной ответственности с последующим этапом уголовного процесса. По его убеждению, она возникает не с момента вынесения обвинительного приговора, а с вступлением его в законную силу2.

С более поздним периодом связывает возникновение уголовной ответственности С. Н. Братусь. «Надо различать момент возникновения уголовно-правового отношения и момент возникновения уголовной ответственности. Первое, как это правильно считает большинство криминалистов, возникает… с момента совершения преступления. Вторая (ответственность) начинается с момента отбывания наказания по приговору суда»3. Похожую позицию занимает С. С. Алексеев, по мнению которого, уголовная ответственность начинается, когда правоотношение, возникшее в результате совершения преступного деяния (после расследования преступления, разбирательства уголовного дела и вынесенного обвинительного приговора), полностью развернулось, конкретизировалось и фактически реализуется, осуществляется4.

По иному определяется начало уголовной ответственности авторами, рассматривающими ее как обязанность виновного претерпеть со стороны государства определенное негативное воздействие. В этом случае ее возникновение связывается с моментом совершения преступного деяния. «Возлагаемая уголовным законом на преступника обязанность понести неблагоприятные для него последствия совершенного им преступления, – пишет Т. Т. Дубинин, – есть не что иное, как уголовная ответственность, хотя этой обязанностью последняя не ограничивается. А поскольку эта обязанность возникает в момент совершения преступления, то, следовательно, уголовная ответственность возникает именно в этот момент»5.

Совершение общественно опасного деяния объективно причиняет существенный вред охраняемым уголовным законом общественным интересам. С указанного момента виновный вступает с государством в урегулированные нормами права отношения. Соответственно именно с этого времени к нему могут быть применены заложенные в содержание уголовной ответственности меры отрицательного воздействия. Основанием для применения к лицу меры принуждения является совершение им преступления. При этом право на применение в отношении виновного уголовной ответственности появляется с начала осуществления преступной деятельности.

Следует также отметить, что основанием уголовной ответственности, согласно ст. 8 УК РФ, является совершение лицом деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законом. В этой связи Н. И. Ветров обоснованно отмечает, что уголовная ответственность возникает с начала совершения конкретным лицом преступления, предусмотренного уголовным законом, даже если это лицо скрылось от органов следствия и дознания, и фактическая реализация ответственности откладывается до его задержания или явки с повинной1.

Названные обстоятельства дают нам основание полагать, что обязанность претерпеть принудительное воздействие, в которой и выражается уголовная ответственность, возникает с момента совершения лицом общественно опасного преступного деяния. По этому поводу Б. Т. Базылев говорит следующее: «Ни констатация фактов правонарушения компетентными органами, ни акт привлечения лица к ответственности, ни акт применения юридической санкции, ни ее реализация не могут породить право государства наказать человека, кроме действительного совершения правонарушения. Юридическая ответственность возникает объективно, а вовсе не по воле тех или иных государственных органов»2.

Наряду с установлением момента возникновения уголовной ответственности, не менее принципиальным является вопрос определения начального этапа ее реализации. По нашему мнению, началом применения мер, заложенных в содержание уголовной ответственности, и, следовательно, ее реализации является момент привлечения лица в качестве обвиняемого. В соответствии с уголовно-процессуальным законом привлечение в качестве обвиняемого возможно лишь при наличии достаточных доказательств, дающих основания для предъявления обвинения в совершении преступления. В данном случае у следствия имеются необходимые сведения, свидетельствующие о том, что именно лицо, привлекаемое в качестве обвиняемого, совершило инкриминируемое ему преступление. По этой причине постановление о привлечении в качестве обвиняемого является обоснованным и мотивированным документом, в котором на основе полученных доказательств провозглашается начальный этап реализации уголовной ответственности.

Постановление о привлечении в качестве обвиняемого является официальным документом, порождающим определенные правовые последствия. «С точки зрения закона, – отмечает М. Д. Шиндяпина, – юридическая ответственность наступает с момента вступления в законную силу акта применения правоохранительной санкции, содержащей меру ответственности… Все то, что предшествует вынесению и вступлению в законную силу акта применения, можно определить как презумпцию правонарушения, и соответственно, презумпцию юридической ответственности»1.

Именно с момента привлечения лица в качестве обвиняемого государственно-правовое принуждение принимает официальную форму, а участники правоприменительного процесса приобретают новые права и обязанности. Как было сказано выше, меры принудительного характера применяются к лицу, совершившему преступление, и на более ранней стадии. Однако относить их к мерам, входящим в содержание уголовной ответственности, нельзя, ибо начало ее реализации связано с вынесением официального акта применения права. Верность представленных доводов подтверждается решением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР по делу У, в котором она разъясняет, что датой привлечения лица к уголовной ответственности является день вынесения постановления о привлечении его в качестве обвиняемого.

В литературе, посвященной рассмотрению указанного вопроса, высказываются иные точки зрения по поводу определения начала реализации уголовной ответственности.

Так, И. А. Ребане1 предлагает считать моментом наступления уголовной ответственности вступление обвинительного приговора суда в законную силу. С этим мнением нельзя согласиться, так как применение государственного принуждения, связанное с совершением преступления, начинается много раньше указанного момента. Вступление обвинительного приговора суда в законную силу являет собой факт официального признания лица виновным. С данного момента все примененные к виновному меры воздействия окончательно признаются обоснованными, и начинается новая стадия реализации ответственности — исполнение назначенного судом наказания. Следовательно, вступление обвинительного приговора суда в законную силу является не началом реализации уголовной ответственности, а одним из этапов ее применения.

Весьма важным для рассмотрения изучаемой темы является определение момента прекращения уголовной ответственности, когда к лицу перестают применяться предусмотренные законом меры негативного воздействия. Прекращение уголовной ответственности может быть связано с различными по своему содержанию юридическими обстоятельствами, в связи с чем выделяются четыре различных варианта.

Первым из них является освобождение лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности. Существенное снижение степени общественной опасности виновного или совершенного преступления делает в ряде случаев нецелесообразным применение к нему мер уголовной ответственности. В этих случаях, когда цели, стоящие перед данным институтом уголовного права, могут быть достигнуты иным путем, нежели посредством привлечения к уголовной ответственности, более целесообразным является освобождение лица, совершившего преступление, от ее реализации. В связи с указанными обстоятельствами виновный не подвергается уголовной ответственности, а в случаях, когда она начала применяться, ее исполнение прекращается.

Вторым видом прекращения уголовной ответственности являются случаи невозможности ее применения, когда лицо, виновное в совершении преступного деяния, умирает либо начинает страдать психическим расстройством, исключающим вменяемость. В этих случаях применение к названным лицам мер принудительного воздействия становится объективно невозможным, по причине чего применение уголовной ответственности прекращается либо приостанавливается.

Следующим, третьим видом прекращения уголовной ответственности является декриминализация совершенного лицом преступного деяния, за которое он привлечен к уголовной ответственности. В данном случае отпадают основания ее применения. По этой причине лицо не подлежит уголовной ответственности, в силу чего ее применение прекращается.

Последним, четвертым вариантом прекращения уголовной ответственности является случай полного отбытия лицом всех предусмотренных законом мер негативного воздействия, входящих в содержание уголовной ответственности. В этом случае уголовная ответственность окончательно реализуется, что является основанием для ее прекращения. По мнению автора, завершение уголовной ответственности в рассматриваемом варианте связывается с погашением либо снятием судимости. «Реализация субъективных прав и юридических обязанностей субъектов уголовно-правового отношения, – пишет А. В. Наумов, – есть момент, означающий одновременное прекращение этих правоотношений и исполнение (реализацию) уголовной ответственности» 1. Именно с прекращением судимости как особого правового статуса лица, связанного с фактом совершения преступления, заканчивается применение негативных правовых последствий, в связи с чем реализация уголовной ответственности завершается.

В литературе встречаются иные позиции по поводу определения окончательного момента прекращения уголовной ответственности. Так, по мнению П. В. Коробова, «Уголовная ответственность возникает с момента совершения преступления, а прекращается… либо при отбытии наказания, либо при погашении или снятии судимости»1. Аналогичной позиции придерживается И. А. Ребане: «Уголовная ответственность наступает с момента вступления обвинительного приговора в силу, проходит ряд стадий и прекращается с отбытием наказания» 2.

На взгляд автора, момент отбытия осужденным наказания вовсе не исчерпывает собой всех негативных последствий, связанных с привлечением лица к уголовной ответственности. Выше мы отмечали, что судимость как элемент уголовной ответственности представляет собой существенные ограничения правового статуса осужденного. Поэтому признание отбытия наказания моментом ее окончания было бы неверным. В этой связи М. Д. Шаргородский совершенно справедливо указывает: «Окончание уголовной ответственности наступает тогда, когда осужденный отбыл назначенную ему судом меру наказания и с него снята судимость…»3.

Одним из основных обстоятельств, которые надлежит учитывать при определении содержания и принципов уголовной ответственности, является соответствие тяжести мер принудительного характера, применяемых к осужденному, степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного. В связи с этим приобретает особую значимость вопрос дифференциации уголовной ответственности.

Под дифференциацией ответственности следует понимать закрепление в законе различных видов и пределов уголовно-правовых мер принудительного воздействия в зависимости от характера и степени общественной опасности виновного и совершенного им преступного деяния. Близкое по своему содержанию определение предлагает П. В. Коробов, согласно которому, под дифференциацией уголовной ответственности надлежит понимать предусмотренное в федеральных законах деление обязанности лица, совершившего преступление, подвергнуться осуждению, наказанию и судимости, основанное на учете характера и степени общественной опасности преступления и степени общественной опасности преступника1.

В законе принцип дифференциации уголовной ответственности нашел свое закрепление в ст. 6 УК РФ, согласно которой, наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В. Минская по этому поводу отмечает, что конкретным выражением и конечным этапом реализации идеи законодательной дифференциации уголовной ответственности является установление в нормах Особенной части УК РФ, содержащих уголовно-правовой запрет, санкций, соответствующих характеру общественной опасности определенного вида преступления и типологическим особенностям личности субъектов преступлений2.

Дифференциация уголовной ответственности осуществляется на законодательном уровне и выражается в закреплении уголовным законом различных пределов степени воздействия на лицо, совершившее преступление. В то же время одним из проявлений дифференциации уголовной ответственности является ее индивидуализация. «Дифференциация и индивидуализация уголовной ответственности тесно взаимосвязаны и представляют собой «две стороны» единого – уголовной ответственности. Они логически следуют одна за другой, однако имеют различную правовую природу. При дифференциации законодатель очерчивает общий контур, рамки наказуемости, учитывая поддающуюся типизации степень общественной опасности деяния… При индивидуализации же ответственности судья в определенных ему пределах выбирает меру наказания, руководствуясь уже учтенными законодателем в санкции характером и типовой степенью опасности, и самостоятельно оценивает индивидуальную степень общественной опасности содеянного»1.

В связи с вышеуказанными обстоятельствами содержание и степень уголовной ответственности напрямую зависят от тяжести совершенного преступления, характера и степени его опасности, личности виновного, а также иных, имеющих значение для дела обстоятельств.

<

В теории выделяется два вида уголовной ответственности — с отбыванием уголовного наказания и без его исполнения. В последнем случае, если лицо признается виновным в совершении преступления, но применение наказания нецелесообразно, суд, с учетом всех обстоятельств дела и личности виновного, может привлечь его к уголовной ответственности, но не применять реального отбывания уголовного наказания. Так, в соответствии со ст. 82 УК РФ суд может отсрочить отбывание наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим детей в возрасте до четырнадцати лет. В некоторых случаях уголовная ответственность может быть связана с неполным отбыванием назначенного судом наказания (условно-досрочное освобождение от отбывания наказания, ст. 73 УК РФ).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. ФУНКЦИИ И ЦЕЛИ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

 

Для более глубокого проникновения в сущность уголовной ответственности необходимо выяснить ее цели и назначение в обществе. На необходимость подобного выяснения указывал еще Н. Винер: «До тех пор, пока общество не установит, чего же оно действительно хочет: искупления, изоляции, воспитания или устрашения потенциальных преступников, — у нас не будет ни искупления, ни воспитания, ни устрашения, а только путаница, где одно преступление порождает другое»1. Цель есть идеальное представление субъектов (личностей, органов, социальных групп) о результатах своих действий. Именно они определяют и средства, и характер действий, направленных на ее достижение.

Цели уголовной ответственности — конкретное проявление общих целей уголовного права. В качестве таковых выступают закрепление, регулирование и охрана общественных отношений. Эти цели и обусловливают существование регулятивной и охранительной функций уголовного права.

Поскольку уголовной ответственность «участвует» в реализации охранительной функции, то и ее цель в общей форме можно определить как охрану существующего строя и общественного порядка. Ответственность же, применяемая к конкретному правонарушителю, имеет (наряду с охраной общественных отношений) более узкую цель — наказание виновного. При этом государство, осуществляя меру государственного принуждения, преследует еще одну цель — предупреждение совершения правонарушений впредь.

Кроме того, существуют и чисто правовые цели уголовной ответственности, которые служат средством обеспечения нормального функционирования механизма правового регулирования путем обеспечения реализации субъектами правоотношений субъективных прав и юридических обязанностей, являются важнейшей гарантией законности.

Конечная цель уголовной ответственности — искоренение правонарушений. Однако относительно непосредственных целей юридической ответственности в целом, а также ее видов единства мнений в науке не достигнуто.

Трудно согласиться и с выделением устрашения в качестве цели юридической ответственности. И. С. Самощенко и М. X. Фарукшин рассматривают устрашение как конкретную цель, через которую юридическая ответственность служит общему предупреждению правонарушений, и считают, что устрашение — цель любых наказаний и взысканий1. Говоря о целях, авторы фактически имеют в виду функции. Одной из целей ответственности является предупреждение правонарушений, а устрашение составной частью профилактической функции уголовной ответственности.

Чтобы достичь цели общего и частного предупреждения, считает Б. Н. Базылев, наказание должно обладать достаточными репрессивными свойствами2.

Профилактическая цель уголовной ответственности — предупреждение правонарушений. Такая ответственность направлена на предотвращение не только проступков, но и иных правонарушений: преступлений, дисциплинарных, гражданско-правовых проступков, — то есть имеет профилактическое значение по отношению к различных видам юридической ответственности. Уголовная ответственность способствует и предупреждению аморальных проступков, нарушений правил правомерного поведения.

Профилактические цели уголовной ответственности связаны с воспитательными, поскольку предупреждение правонарушений немыслимо без оказания воспитательного воздействия. Нельзя признать полной и исчерпывающей трактовку этих целей только применительно к правонарушителям, иным неустойчивым лицам, лицам с антиобщественной установкой3.

Профилактические цели уголовной ответственности заключаются в ориентации на правомерное поведение всех лиц.

Цели уголовной ответственности представляют собой единую систему. Указывая на необходимость разработки проблемы целей административной ответственности, И. С. Самощенко отмечает односторонность воззрений на цель административного взыскания1. Одни считают, что эта цель—защита общества от вредных деяний; другие понимают под ней воспитание и перевоспитание2. Вероятно, следует согласиться с автором в том, что противопоставлять эти цели юридической ответственности нет оснований. Ведь только в единстве правоохранительных и общесоциальных целей возможно достижение конечной цели уголовной ответственности — искоренения правонарушений.

П. С. Дагель отмечал, что при исследовании проблем ответственности понятия позитивной и негативной ответственности отрываются друг от друга (чем снимается вопрос о родовом понятии ответственности). Пытаясь устранить отмеченный недостаток, автор предлагал определять цель юридической ответственности как согласование поведения личности с требованиями общества: стимулирование позитивного поведения, предупреждение негативного.3 Стимулирование позитивного поведения — составная часть воспитательной цели административной ответственности, а предупреждение негативного поведения входит в профилактическую цель административной ответственности. Таким образом, целевое исследование административной ответственности позволяет убедиться в необоснованности отрыва друг от друга позитивного и негативного ее аспектов.

Цели уголовной ответственности достигаются посредством осуществления функций. Исследование функций предполагает и построение их классификации. Существуют различные критерии подразделения функций юридической ответственности вообще. Согласно традиционному подходу выделяются две функции юридической ответственности: штрафная (карательная) и правовосстановительная4.

Цели уголовной ответственности определяют ее функции5:

1) репрессивно-карательная (некоторые авторы называют ее мягче — штрафной, хотя суть от этого не меняется). Она свидетельствует о том, что юридическая ответственность является, во-первых, актом возмездия государства по отношению к правонарушителю; во-вторых, средством, предупреждающим новые правонарушения;

2) предупредительно-воспитательная, или превентивная, функция, тесно связанная с репрессивно-карательной. Она призвана обеспечить формирование у адресатов права мотивов, побуждающих соблюдать законы, уважать права и законные интересы других лиц;

3) правовосстановительная, или компенсационная, функция присуща имущественной ответственности. Взыскание причиненного вреда с правонарушителя компенсирует потери потерпевшей стороны, восстанавливает ее имущественные права.

Главная среди них — штрафная, карательная функция. Она выступает как реакция общества в лице государства на вред, причиненный правонарушителем. Прежде всего это наказание правонарушителя, которое есть не что иное, как средство самозащиты общества от нарушения условий его существования. Наказание — всегда причинение правонарушителю духовных, личных, материальных обременении. Оно реализуется путем либо изменения юридического статуса нарушителя через ограничение его прав и свобод, либо возложения на него дополнительных обязанностей. Однако наказание правонарушителя не самоцель. Оно является также средством предупреждения (превенции) совершения новых правонарушений. Следовательно, уголовная ответственность осуществляет и превентивную, предупредительную функцию1.

Реализуя наказание, государство воздействует на сознание правонарушителя. Это воздействие заключается в «устрашении», доказательстве неизбежности наказания и тем самым в предупреждении новых правонарушений. Причем предупредительное воздействие оказывается не только на самого нарушителя, но и на окружающих. Это, конечно, ни в коей мере не означает, что наказание может осуществляться без учета тяжести нарушения и вины нарушителя, лишь в назидание другим. Излишняя, ничем не оправданная жестокость наказания не может быть условием предупреждения нарушения впредь. Опыт показывает, что предупредительное значение наказания определяется не жестокостью его, а неотвратимостью.

При этом наказание направлено и на воспитание нарушителя, то есть юридическая ответственность имеет также воспитательную функцию. Эффективная борьба с нарушителями, своевременное и неотвратимое наказание виновных создают у граждан представление о незыблемости существующего правопорядка, укрепляют веру в справедливость и мощь государственной власти, уверенность в том, что их законные права и интересы будут надежно защищены. Это в свою очередь способствует повышению политической и правовой культуры, ответственности и дисциплины граждан, активизации их политической и трудовой деятельности, а в конечном счете — укреплению законности и устойчивости правопорядка.

В значительном числе случаев меры уголовной ответственности направлены не на формальное наказание виновного, а на то, чтобы обеспечить нарушенный интерес общества, управомоченного субъекта, восстановить нарушенные противоправным поведением общественные отношения. В этом случае уголовная ответственность осуществляет правовосстановительную (компенсационную) функцию. Конечно, возмещение ущерба возможно далеко не во всех случаях (нельзя воскресить убитого т.д.). Однако там, где это достижимо, компенсационная функция уголовной ответственности — одна из важнейших.

Таким образом, уголовная ответственность связана в основном с охранительной деятельностью государства, с охранительной функцией права. Но она выполняет и свойственную праву в целом организующую (регулятивную) функцию. Уже сам факт существования и неотвратимости наказания обеспечивает организующие начала в деятельности общества.

В правовой науке различают следующие принципы уголовной ответственности: законность, справедливость, неотвратимость наступления, целесообразность, индивидуализация наказания, ответственность за вину, недопустимость удвоения наказания.

Принцип законности означает, что юридическая ответственность: а) может иметь место лишь за те деяния, которые предусмотрены законом; закону, запрещающему какое-либо деяние, не должна придаваться обратная сила; б) применяется в строгом соответствии с процедурно-процессуальными требованиями закона (процессуальная регламентированность — необходимое условие законного применения юридической ответственности). Согласно ч. 3 ст. 50 Конституции России, при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона; в) предполагает обоснованное применение, т.е. факт совершения конкретного правонарушения должен быть установлен; г) базируется на конституционности закона, устанавливающего меры ответственности1.

Справедливость юридической ответственности не абстрактное нравственное либо психологическое понятие. Она проявляется в следующей системе формальных требований: а) нельзя назначать уголовное наказание за проступки; б) закон, устанавливающий ответственность или усиливающий ее, не имеет обратной силы; в) если вред, причиненный нарушением, имеет обратимый характер, юридическая ответственность должна обеспечить его восполнение; г) за одно нарушение возможно лишь одно наказание; д) ответственность несет тот, кто совершил правонарушение; е) вид и мера наказания зависят от тяжести правонарушения2. Она является принципом права, основой правосудия. А. Ф. Кони подчеркивал, что «справедливость должна находить свое выражение в законодательстве, которое тем выше, чем глубже оно всматривается в правду людских потребностей и возможностей, и в правосудии, осуществляемом судом, который тем выше, чем больше в нем живого, а не формального отношения к личности человека»3. «Покарать преступника, не нарушая справедливости, — говорил Ж. П. Марат, — это значит обуздать злых, защитить невинных, избавить слабых от притеснения, вырвать меч из рук тирании, поддержать порядок в обществе и общественное спокойствие его членов. Какая другая цель может быть более разумной, более благородной, более великодушной и более важной для благополучия людей»1.

Принцип неотвратимости предполагает: а) ни одно правонарушение не должно остаться незамеченным для государства; б) быстрое и оперативное применение мер ответственности за совершенное правонарушение (своевременность ответственности); в) высокий профессионализм персонала правоохранительных органов; г) эффективность применяемых мер по отношению к правонарушителям2.

Если совершено правонарушение, а ответственность не наступила, это наносит моральный урон авторитету закона, подрывает идею законности в сознании граждан и должностных лиц. Внедрение в общественное сознание представления о неизбежности связи правонарушения и наказания — важный фактор снижения уровня правонарушений.

Принцип целесообразности означает соответствие избираемой в отношении нарушителя меры воздействия целям юридической ответственности. Данный принцип предполагает: а) индивидуализацию государственно-принудительных мер в зависимости от тяжести совершенного правонарушения, личностных свойств правонарушителя; б) возможность смягчения и даже отказа от применения мер ответственности в случае, если ее цели могут быть достигнуты иным путем. В этом значении данный принцип созвучен принципу гуманизма3.

Вместе с тем следует отличать целесообразность ответственности как юридического явления и учет целесообразности в процессе правоприменения, в ходе привлечения лица к ответственности, при определении ему меры наказания. В этом случае целесообразность заключается в соответствии избранной в отношении нарушителя меры воздействия целям юридической ответственности. Она предполагает строгую индивидуализацию карательных мер в зависимости не только от тяжести нарушения, но и от особенностей личности нарушителя, обстоятельств совершения деяния и т.д. Если цели ответственности могут быть достигнуты без ее реализации, закон допускает освобождение виновного от ответственности. Он может быть передан на поруки, дело направлено на рассмотрение товарищеского суда и др.

Требование целесообразности не должно противоречить требованию законности при реализации ответственности (целесообразность не допускает возможности принятия произвольных, субъективных решений государственным органом). И уж тем более нельзя нарушать требования закона под видом его нецелесообразности. В таком нарушении нет необходимости, ибо сам закон дает возможность выбора целесообразного решения.

Индивидуализация наказания. Данный принцип заключается в том, что ответственность за совершенное правонарушение виновный должен нести сам. Недопустимо перенесение ее с виновного на другого субъекта (например, за безответственные действия руководителя ответственность нередко возлагается на предприятие как юридическое лицо, за правонарушения подростков часто к ответственности привлекают родителей, учителей). Для проведения этого принципа в жизнь важно точно закрепить в законодательстве функции каждого работника и так же четко определить меры ответственности за их невыполнение. Юридическая ответственность эффективна только тогда, когда ее носитель персонально определен. Это исключает возможность «безличной» коллективной ответственности или круговой поруки, привлечения к ответственности лиц лишь на основе какой-либо связи их с виновным.

Ответственность за вину. Ответственность может наступить только при наличии вины правонарушителя, которая означает осознание лицом недопустимости (противоправности) своего поведения и вызванных им результатов. Если же лицо невиновно, то, несмотря на тяжесть деяния, оно не может быть привлечено к ответственности. Вместе с тем в исключительных случаях нормы гражданского права допускают ответственность без вины, т.е. за сам факт совершения противоправного, асоциального явления. В частности, организация или гражданин – владелец источника повышенной опасности обязаны возместить ущерб, причиненный этим источником (например, движущимся автомобилем), и тогда, когда не виновны в причинении ущерба (ст. 1079 ГК РФ)1.

Недопустимость удвоения ответственности — это недопустимость сочетания двух и более видов юридической ответственности за одно правонарушение. Это не означает, что за преступление нельзя назначить и основное, и дополнительное наказание (например, лишение свободы и конфискацию имущества). Однако за одно нарушение виновный может быть наказан только один раз.

Таким образом, юридическая ответственность представляет собой возникшее из правонарушений правовое отношение между государством в лице его специальных органов и правонарушителем, на которого возлагается обязанность претерпевать соответствующие лишения и неблагоприятные последствия за совершенное правонарушение, за нарушение требований, которые содержатся в нормах права.

Таким образом, можно сказать следующее. Основные функции юридической ответственности — охрана правопорядка и воспитание людей. Обе эти функции преследуют конкретную цель — предупреждение правонарушений. Она достигается только через исправление и перевоспитание правонарушителей, воспитание всех граждан в духе уважения законов. Успешному осуществлению этих задач служат следующие основные принципы юридической ответственности: законность, обоснованность, справедливость, целесообразность, неотвратимость.

 

 

 

 

 

 

 

3. ОСНОВАНИЕ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

 

В уголовно-правовой литературе проблему основания уголовной ответственности традиционно рассматривают в двух аспектах: философском и юридическом. В свою очередь, в философской литературе выделяют ответственность позитивную (или активную) и негативную (или ретроспективную). Если первая — это ответственность за будущее (за воспитание детей, выполнение долга и т.д.), то вторая — ответственность за прошлое (за определенное поведение, совершенный поступок и т.д.). Очевидно, уголовную ответственность следует считать негативной (ретроспективной). Уголовная ответственность является частью социальной ответственности1.

Философский (социальный) аспект вопроса об основании уголовной ответственности заключается в выяснении вопроса о том, почему физическое лицо может нести уголовную ответственность за совершенное им деяние. Свобода воли, возможность выбора своего поведения, способность отвечать за них — вот что является основанием ответственности правовой (уголовной). И наоборот, отсутствие возможности выбора линии собственного поведения, несвобода воли исключают ответственность. Так, лицо, причинившее вред охраняемым законом интересам в результате физического принуждения, при котором оно не могло руководить своим деянием, к уголовной ответственности не привлекается. УК (ст. 40) причинение вреда при таких обстоятельствах (то есть при отсутствии свободы воли) преступлением не считает.

Юридический аспект анализируемой проблемы предполагает выяснение вопроса о том, за что, за какое поведение лицо может привлекаться к уголовной ответственности, что считать ее основанием. Ответ на этот вопрос содержится в ст. 8 УК: «Основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом».

В соответствии со ст. 8 УК РФ основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законом.

Состав преступления, по мнению Иногамовой-Хегай Л.В., А.И. Рарога, А.И. Чучаевой1, можно определить как совокупность предусмотренных уголовным законом обязательных объективных и субъективных признаков, которые определяют общественно опасное деяние как конкретное преступление.

Совершение лицом деяния, не предусмотренного законом в качестве преступления, исключает уголовную ответственность. Основание ее наступления возникает лишь в тех случаях, когда лицо осуществляет деяние, то есть имеет место внешне выраженное, осознанное поведение в форме действий или бездействия, запрещенное уголовным законом. Исключается уголовная ответственность за мысли, взгляды и убеждения, даже если они высказаны вслух, но не имеют форму деяния. Состав преступления находит свое законодательное выражение в статьях Особенной части Уголовного кодекса. В них закрепляются общие признаки отдельного преступления, дается описание наиболее значимых элементов состава.

По своей сути состав преступления есть юридическая конструкция отдельного преступления. В том случае, если лицо совершает преступное деяние, его юридически значимые обстоятельства соотносятся с элементами и признаками отдельного состава преступления. Если при этом устанавливается их полное соответствие, то это означает наличие юридических и фактических оснований для привлечения виновного к уголовной ответственности.

Состав преступления образует определенная совокупность юридически значимых элементов и признаков, которые являют единую систему. Всего в состав преступления входят два объективных и два субъективных элемента: объект преступления, объективная сторона преступления, субъективная сторона преступления, субъект преступления.

Все названные элементы являются обязательными, отсутствие любого из них исключает состав преступления. Между основными признаками состава преступления существуют неразрывная связь и взаимодействие. Так, объект преступления связан с субъективной стороной и, в ряде случаев, зависит от целей, которые преследует виновный. Например, если лицо поджигает здание завода по мотиву мести, то данное преступление квалифицируется как умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества (ч. 2 ст. 167 УК РФ), объектом которого являются отношения собственности. Те же действия, совершенные в целях подрыва экономической безопасности и обороноспособности Российской Федерации, квалифицируются как диверсия (ст. 281 УК РФ) и посягают на внешнюю безопасность и обороноспособность государства.

В прежние годы в юридической литературе высказывалось мнение о том, что основанием уголовной ответственности является совершение лицом преступления1. Такой подход был обусловлен не совсем корректной конструкцией диспозиции ст. 3 УК РСФСР 1960 г., в соответствии с которой основанием уголовной ответственности являлось совершение преступления. В этой связи долгие годы в теории уголовного права дискутировался вопрос о том, что все же является основанием уголовной ответственности — совершение преступления или деяния, содержащего признаки состава преступления. В теории советского уголовного права в качестве оснований уголовной ответственности назывались также вина, виновность, общественная опасность деяния, общественная опасность преступника и т.д.

Безусловно, законодательная формулировка, содержащаяся в ст. 8 УК, является более удачной, нежели соответствующее определение, имевшее место в ст. 3 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. (ст. 3 УК РСФСР). Оно сыграло свою положительную роль, в частности, в связи с отменой института аналогии в уголовном праве, укреплением законности, но недостатков не избежало.

Во-первых, из названия ст. 3 («Основания уголовной ответственности») следовало, что для наступления уголовной ответственности требуется установление будто бы нескольких оснований.

Во-вторых, текст самой статьи не содержал прямого ответа на вопрос о том, что все-таки считать основанием («основаниями») уголовной ответственности. Но если по первому вопросу (относительно наличия на самом деле одного — единственного основания уголовной ответственности) ни в теории, ни в практике сомнений в целом не было, то по второму вопросу мнения ученых разделились: одни считали основанием уголовной ответственности состав преступления, другие — преступление.

В качестве основания уголовной ответственности УК не называет и состав преступления. Таким основанием, согласно ст. 8 УК, является совершение действия (бездействия), содержащего признаки состава преступления, предусмотренного законом. Эта позиция законодателя зафиксирована и в другой статье — 31 (ч. 3), по которой лицо, добровольно отказавшееся от доведения преступления до конца, подлежит уголовной ответственности в том случае, если «фактически совершенное им деяние содержит иной состав преступления». Об этом же говорится в примечаниях к некоторым статьям Особенной части УК (126, 205, 206, 208, 210, 222, 223, 275, 322). Так, согласно примечанию к ст. 275 УК («Государственная измена»), лицо, совершившее преступления, предусмотренные данной статьей, а также ст. 276 и 278 УК, «освобождается от уголовной ответственности, если оно добровольным и своевременным сообщением органам власти или иным образом способствовало предотвращению дальнейшего ущерба интересам Российской Федерации и если в его действиях не содержится иного состава преступления».

Соответственно, «отсутствие в деянии состава преступления» является основанием отказа в возбуждении уголовного дела или прекращении уголовного дела (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ). Правда, нельзя не обратить внимание на противоречивое положение, содержащееся в другой норме УПК РФ — в п. 3 ч. 2 ст. 302. Она одним из оснований постановления оправдательного приговора называет отсутствие в содеянном «признаков преступления».

 

В то же время что понимается под составом преступления, не сказано ни в УК, ни в УПК РФ. В науке же под составом преступления понимают совокупность объективных и субъективных признаков, характеризующих общественно опасное деяние как преступление.

Вместе с тем между понятиями преступления и состава преступления, определенного преступления и состава конкретного преступления существует неразрывная связь.

По этому поводу следует отметить, что ответственность наступает за совершение конкретного преступного деяния, а не преступления «вообще». Для того чтобы привлечь лицо к ответственности, необходимо указать, какое именно преступление совершено, и какой статьей Особенной части уголовного закона оно закреплено. Ответ на этот вопрос дает установление в деянии признаков состава преступления, предусмотренного конкретной уголовно-правовой нормой. С учетом названных обстоятельств мнение, согласно которому основанием уголовной ответственности является преступление, не может быть признано верным. В силу этой причины действующий уголовный закон обоснованно связывает возникновение основания уголовной ответственности с совершением деяния, содержащего все признаки определенного состава преступления.

Следует учитывать, что, наряду с установлением в деянии всех признаков состава преступления, необходимым условием уголовной ответственности является, как отмечает Ю. М. Ткачевский1, свобода воли человека, то есть способность личности определять свое поведение на основе познания объективной действительности, способности предвидеть последствия своих действий и оценивать их в соответствии с требованиями морали и права. Ответственности может подлежать лишь лицо, строящее свое поведение в соответствии с собственными сознанием и целями. В том случае, если внешние факторы преобладают над сознанием и волей личности, и она полностью зависит от них, основания уголовной ответственности исключаются. В такой ситуации лицо причиняет вред невиновно, будучи движимым силой внешней стихии (например, после столкновения с машиной падает на витрину магазина). По этой причине уголовной ответственности подлежит человек, который сознает фактический характер происходящего, имеет возможность выбора поведения и способен руководить им.

4. ФОРМЫ РЕАЛИЗАЦИИ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

 

Как было отмечено выше, внутреннее содержание уголовной ответственности подразумевает возложение на виновного обязанности претерпеть предусмотренные законом меры негативного характера за совершенное им преступление. Всего, по мнению автора, можно выделить четыре группы мер воздействия, применяемых к лицу, совершившему преступление, которые в своей совокупности образуют содержание уголовной ответственности. К их числу относятся меры уголовно-процессуального принуждения; факт осуждения лица от имени государства посредством вынесения обвинительного приговора; применение к осужденному уголовного наказания; судимость.

Иные виды уголовно-правового принуждения не относятся к содержанию уголовной ответственности. По этой причине мы не можем согласиться с Л. В. Багрий-Шахматовым, который предлагает считать мерами уголовной ответственности не только уголовно-правовое и уголовно-процессуальное воздействие, но также административное принуждение, а равно принудительные меры медицинского характера и принудительные меры воспитательного воздействия1.

В этой связи следует отметить, что административные взыскания являются самостоятельными мерами ответственности, которые имеют иные основания, законодательную базу, порядок применения и содержание. Принудительные меры медицинского характера по своей сути – это меры лечения, применяемые к лицу, страдающему психическим расстройством, которое привлекать к ответственности бессмысленно и нецелесообразно. Меры воспитательного воздействия, применяемые к несовершеннолетним, являются не элементом уголовной ответственности, а ее альтернативой. Они осуществляются не в порядке исполнения, а вместо уголовной ответственности. Их содержание, порядок применения и правовые последствия по сравнению с мерами уголовной ответственности имеют существенные отличия. По этой причине мнение Л. В. Багрий-Шахматова представляется на взгляд Егорова В.С.1 необоснованным.

Первой из форм реализации уголовной ответственности является применение к лицу, совершившему преступление, мер уголовно-процессуального характера. «Уголовная ответственность в процессуальном смысле возникает именно вследствие процессуального акта следователя, прокурора и при том весьма определенно: выносится мотивированное постановление (определение) о привлечении лица в качестве обвиняемого. Лицо узнает, что на него возведено обвинение в совершении конкретного преступления, а также какими правами оно наделяется и какие несет обязанности»2.

С этим мнением не соглашается И. С. Ретюнских, настоятельно возражая против признания одним из видов реализации уголовной ответственности меры уголовно-процессуального принуждения3. Позиция И. С. Ретюнских представляется необоснованной, ибо реализация уголовной ответственности связана с применением к виновному различных мер государственного принуждения. В этой связи не признавать ее элементом уголовно-процессуальное принуждение, которое связано с ущемлением существенных интересов виновного, было бы, на наш взгляд, весьма необоснованным.

Рассматриваемая форма выражения уголовной ответственности начинается, как было отмечено выше, с вынесения мотивированного постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого. С этого момента существенно ограничивается круг его прав и свобод. При этом к субъекту уголовной ответственности в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом РФ, начинают применяться различные меры принудительного воздействия.

Наиболее существенным видом уголовно-процессуального принуждения является применение мер пресечения. Их реализация в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления, осуществляется при наличии достаточных оснований полагать, что оно скроется от дознания, предварительного следствия или суда, либо воспрепятствует установлению истины по уголовному делу, либо будет заниматься преступной деятельностью, а также для обеспечения исполнения приговора. При этом в значительной степени ограничиваются права и свободы обвиняемого или подозреваемого, в частности, возможность свободного передвижения, выезда за пределы населенного пункта, затрагиваются его материальные интересы. В случае заключения под стражу подследственный на определенный, как правило, длительный срок лишается свободы, что также представляет собой предусмотренное законом ущемление его прав, являющееся одной из форм реализации уголовной ответственности.

Одним из основных видов мер уголовно-процессуального принуждения является производство следственных действий. Проведение по делу предусмотренных законом необходимых следственных действий, оказывает, безусловно, негативное влияние на лицо, в отношении которого они исполняются. Например, обыск и выемка ограничивают неприкосновенность жилища обвиняемого, а также препятствуют осуществлению права пользования имуществом, ему принадлежащим.

Кроме того, к мерам процессуального принуждения относятся привод обвиняемого в случае неявки по неуважительной причине, возложение на виновного возмещения судебных расходов. В соответствии со ст. 114 УПК РФ обвиняемый может быть временно отстранен от занимаемой должности, ст. 115 УПК РФ предусматривает возможность наложения ареста на его имущество.

 

Следующим этапом реализации уголовной ответственности является факт осуждения виновного от имени государства. «Уголовная ответственность, – пишет Ю. М. Ткачевский, – правовое последствие, результат применения норм уголовного права. Она заключается в осуждении от имени государства виновного лица за совершенное им преступление»1. Суд выносит приговор именем Российской Федерации. После признания лица судом виновным в совершении преступления, оно официально считается преступником. На основании этого к нему могут быть применены принудительные меры негативного воздействия в виде уголовного наказания, после отбытия которого, лицо определенное время считается судимым.

Наряду с этим, факт официального признания субъекта от имени государства виновным в совершении преступления оказывает на лицо сильное моральное воздействие. «Несмотря на то, – пишет И. С. Ретюнских, – что уголовная ответственность может реализовываться в самом факте осуждения преступника судом от имени государства без применения каких-либо мер уголовно-правового воздействия, она способна вызвать у осужденных значительные моральные страдания, иногда более ощутимые, чем некоторые материальные и правовые ограничения»1.

Важным элементом уголовной ответственности является применение к осужденному наказания, которое является ее главным составляющим. Именно в нем заложены основные меры государственного принуждения, назначаемые лицу по приговору суда. В. Н. Кудрявцев в этой связи отмечает, что при любом понимании уголовной ответственности ее сутью, главным элементом является реализация наказания2.

Наказание заключается в применении к виновному предусмотренных уголовным законом лишений или ограничений прав и свобод (изъятие у лица имущества, лишение свободы, смертная казнь и т. п.). Уголовное наказание является одной из многочисленных мер государственного принуждения, применяемых в отношении лиц с отклоняющимся поведением. В связи с этим оно обладает всеми признаками, свойственными мерам принудительного характера. Это, в частности, выражается в том, что лицо, которому назначено определенное наказание, приобретает обязанность его отбыть. При этом желание или нежелание осужденного не оказывает влияния на факт и процедуру реализации в отношении него наказания. В том случае, если виновный не хочет отбывать наказание и уклоняется от его исполнения, законом предусмотрена возможность его принудительной реализации, а также меры ответственности, применяемые в отношении такого лица.

Исполнение уголовного наказания обеспечивается государством, в связи с чем в рамках министерства юстиции создана система государственных органов, основной задачей деятельности которых является реализация назначенного судом уголовного наказания. Исполнение наказания, как правило, является бесплатным для осужденного, в большинстве случаев осужденный не оплачивает затраты, связанные с осуществлением определенного вида наказания.

По своей сущности уголовное наказание является наиболее строгой формой государственного принуждения, его содержание выражается в предусмотренных законом лишении или ограничении прав и свобод осужденного. Указанные меры затрагивают наиболее значимые интересы лица, ущемление которых способно причинить неблагоприятные для него последствия.

Следует отметить, что строгость наказания не следует смешивать с жестокостью. Меры принуждения, образующие содержание наказания, наиболее ощутимо ограничивают права и свободы осужденного, но при этом не причиняют ему излишних, необоснованных страданий. «Верхний потолок кары не должен переходить рамки разумного, целесообразного воздействия, как на самого осужденного, так и на остальных неустойчивых граждан. Степень испорченности человека, его привычка к наказанию и связанное с ним приспособление к определенным условиям жизни… самым непосредственным образом может отразиться на восприимчивости угрозы наказания, равно как и самого его исполнения. Привыкнув к наказанию, человек перестает его воспринимать. Жестокость наказания не только была бы бесполезной для большинства потенциальных преступников, устрашение которых можно достигнуть меньшей карой, но не усиливала бы превентивного воздействия в отношении опасных рецидивистов»1.

В содержание любого уголовного наказания входят два обязательных элемента – кара и воспитательное воздействие. Кара предусматривает претерпевание лицом определенных лишений и ограничений, применяемых к нему в предусмотренных законом рамках. Этот элемент является неотъемлемым признаком любого уголовного наказания. В последнее время со стороны законодателя все более отчетливо прослеживается тенденция по направлению к смягчению предусмотренных в законе уголовных наказаний. В то же время кара была и остается основным элементом наказания, неся в себе наиболее действенные меры воздействия на сознание и, как следствие, поведение человека. Любое наказание немыслимо без принуждения, оказания на субъекта определенного негативного воздействия.

Роль кары как элемента наказания, безусловно, значима. Это определяется тем, что уголовному наказанию подвергаются лица, представляющие повышенную опасность для общества, имеющие устоявшиеся антиобщественные взгляды и установки. Иные меры государственного принуждения в отношении таких лиц применять было бы неэффективно либо просто бессмысленно (к примеру, невозможно говорить об эффективности административного взыскания в виде штрафа в отношении лица, совершившего убийство или разбойное нападение). В таком случае на первое место выходят более существенные и, соответственно, более действенные меры принуждения, заложенные в содержание уголовного наказания, реализация которых позволяет достичь цели, поставленные перед уголовным наказанием. Повышенная опасность лица, совершившего преступное деяние, обуславливает собой применение наиболее сильных мер воздействия, причиняющих существенные страдания. Лишения или ограничения прав и свобод, заложенные в содержание наказания, могут касаться личной свободы осужденного, его имущественных прав, ряда общегражданских прав и самого ценного блага – жизни человека.

«Наказание по своему содержанию, – отмечает М. Д. Шаргородский, – всегда заключает в себе лишение преступника какого-либо блага (жизни, прав, имущества, свободы и т. д.) и, таким образом, наказание, как всякое лишение, связано со страданием преступника. Именно в этом смысле наказание является карой»1.

Следует учитывать, что кару как элемент уголовного наказания нельзя смешивать с возмездием за совершенное преступление. Вне всякого сомнения, любое назначенное наказание по своей строгости должно максимально соответствовать тяжести совершенного преступного деяния. Однако отсюда не следует делать вывод о том, что принудительное воздействие, заложенное в наказание, должно быть пропорциональным совершенному преступлению. Подобный подход превратил бы наказание из урегулированной законом меры государственного принуждения в средство расправы с осужденным, что противоречит основам правового государства, к числу которых причисляет себя Россия. В силу этого виновному причиняются соразмерные тяжести преступления ограничения и лишения, которые, однако, не повторяют содержание наступивших последствий. Так, например, при совершении убийства тяжесть наказания будет, при всех прочих равных условиях, большей, нежели в случае причинения тяжкого вреда здоровью. Однако отсюда отнюдь не следует, что в первом случае осужденному будет причинена смерть, а во втором отсечена рука.

Второй обязательный элемент любого уголовного наказания выражается в оказании на осужденного воспитательного воздействия. В ст. 20 Уголовного кодекса РСФСР 1960 г. подчеркивалось, что наказание не только является карой за совершенное преступление, но также имеет целью исправление и перевоспитание осужденных. В ныне действующем Уголовном кодексе РФ, наряду с такими целями наказания, как восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения новых преступлений, предусматривается цель исправления осужденного. Ее достижение реализуется, в основном, путем осуществления в отношении осужденного мер воспитания.

Воспитательное воздействие, реализуемое в процессе отбывания наказания, подразумевает работу, направленную на привитие осужденному социально полезных взглядов и установок. Конкретные формы выражения воспитательных мер воздействия зависят от вида наказания, в содержание которого они заложены. Так, в процессе лишения свободы оно проявляется в режиме отбывания этого наказания, в труде, к которому привлекаются осужденные. Кроме того, в отношении каждого осужденного со стороны администрации исправительного учреждения осуществляется индивидуальная воспитательная работа, что также способствует его исправлению.

С отбытием осужденным наказания уголовная ответственность не исчерпывается. На протяжении определенного времени лицо считается судимым. В этот период на лицо налагаются определенные ограничения его правового статуса, связанные с совершенным ранее преступлением (ограничения при приеме на работу, при выезде за границу и т. п.). В силу этого, последним из составных элементов уголовной ответственности, с отбытием которого она считается исчерпанной, является судимость. Ее, по мнению автора, следует определить как особое правовое положение лица, связанное с определенными ограничениями правового статуса, вытекающими из факта совершения преступления и осуждения.

Иное определение предлагает В. В. Малков: «Под судимостью следует понимать наличие факта состоявшегося осуждения лица за совершение одного или нескольких преступлений, которым суд от имени государства выразил отрицательную морально-политическую оценку поведения осужденного и тем самым предупредил о недопустимости подобного поведения в будущем, а также признал его представляющим общественную опасность для… общества и государства и нуждающимся в общественном и государственном контроле»1.

Лицо, осужденное за совершение преступления, считается судимым со дня вступления обвинительного приговора суда в законную силу до момента погашения или снятия судимости (ст. 86 У К РФ). Следует отметить, что течение сроков погашения судимости не может прерываться или приостанавливаться ни при каких обстоятельствах. По причине этого мы не можем согласиться с мнением В. Вырастайкина, который предлагает приостанавливать срок погашения судимости в случае совершения нового умышленного преступления вплоть до отбытия наказания за повторный уголовный деликт2. Течение судимости за каждое преступление должно, на наш взгляд, продолжаться самостоятельно и не может ставиться в зависимость от поведения лица.

Судимость является логическим продолжением правовых ограничений, входящих в содержание уголовной ответственности. В то же время, по мнению А. В. Наумова, уголовная ответственность исчерпывается с отбытием осужденным наказания, в силу чего состояние судимости не может быть признано элементом уголовной ответственности1.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

 

 

  1. Конституция РФ. Принята на всенародном референдуме 12 дек. 1993 г.
  2. Гражданский Кодекс РФ. Ч. 1 от 30 ноября 1994 г. // СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.
  3. Уголовный кодекс РФ 1996 г. // СЗ РФ. 1996. № 25.
  4. Алексеев С. С. Общая теория права. М., 1981. Т. 1.
  5. Багрий-Шахматов Л. В. Уголовная ответственность и наказание. Минск, 1976.
  6. Базылев Б. Т. Юридическая ответственность Красноярск, 1995.
  7. Базылев Б. Т. Цели и функции юридической ответственности // Вопросы теории права и государственного строительства / Под ред. А. И. Кима. Томск, 1978.
  8. Брайнин Я. М. Уголовная ответственность и ее основания в советском уголовном праве. М., 1963..
  9. Братусь С. Н. Юридическая ответственность и законность. М., 1976.
  10. Ветров Н. И. Уголовное право. Общая часть: Учебник для вузов. М, 1999.
  11. Вырастайкин В. Порядок погашения судимости следует изменить // Российская юстиция. 1999. № 4.
  12. Дагель П. С. Проблема ответственности в советском праве//Актуальные вопросы государства и права на современном этапе / Отв. ред. В. Ф. Волович. Томск, 1983.
  13. Дубинин Т. Т. О моменте возникновения уголовной ответственности // В сборн. Основания и порядок реализации уголовной ответственности. Куйбышев, 1989.
  14. Загородников Н. И. О пределах уголовной ответственности // Советское государство и право. 1967. № 7.
  15. Егоров В.С. Теоретические вопросы освобождения от уголовной ответственности. М., 2002.
  16. Карнеева Л. М. Привлечение к уголовной ответственности. Законность и обоснованность. М., 1971.
  17. Келина С. Г. Теоретические вопросы освобождения от уголовной ответственности. М., 1974.
  18. Коваль Л. В. Административно-правовое деликтное отношение: Автореф. …. докт. дис. Киев, 1979.
  19. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. В. И. Радченко. М, 2005.
  20. Кони А.Ф. Собр. соч. М., 1968.
  21. Коробов П. К. Пределы уголовной ответственности // В сборн. Основания и порядок реализации уголовной ответственности. Куйбышев, 1989.
  22. Коробов П. В. Понятие дифференциации уголовной ответственности // Дифференциация формы и содержания в уголовном судопроизводстве. Ярославль, 1995.
  23. Кудрявцев В. Н. Закон, проступок, ответственность. М., 1986.
  24. Курляндский В. И Уголовная ответственность и меры общественного воздействия. М., 1965.
  25. Курс советского уголовного права / М.Д. Шаргородский. Л., 1968. Т. 1.
  26. Лесниевски-Костарева Т. Уголовная ответственность и уголовная политика // Уголовное право. 1998. №. 3.
  27. Лясс Н.В. К вопросу об основаниях уголовной ответственности // Вестник ЛГУ. 1960. № 17
  28. Малков В. П. Повторность преступлений. Казань, 1970.
  29. Марат Ж.П. План уголовного законодательства. М., 1951.
  30. Марцев Л. И. Уголовная ответственность, как средство предупреждения преступлений. Омск, 1980.
  31. Минская В. Дифференциация уголовной ответственности в УК РФ // Уголовное право. 1998. № 3.
  32. Мотовиловкер Е. Я. Норма, отношение и ответственность в уголовном праве // В сборн. Уголовная ответственность: проблемы содержания, установления, реализации. Воронеж, 1989.
  33. Наумов А. В. Применение уголовно-правовых норм. Волгоград. 1973.
  34. Общая теория права и государства/ Под ред. В.В. Лазарева. -М.: Юристъ, 2003.
  35. Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1973.
  36. Пой И. С. Вопросы теории наказания в советском уголовном праве. Саратов, 1962.
  37. Похмелкин В. В. Социальная справедливость и уголовная ответственность. Красноярск, 1990.
  38. Прохоров В. С., Кропачев Н. М., Тарбагаев А. Н. Механизм уголовно-правового регулирования: норма, правоотношение, ответственность. Красноярск, 1989.
  39. Ребане. И. А. Проблемы совершенствования уголовного законодательства // Правоведение. 1987. № 5.
  40. Резных В. Д. Административно-правовая охрана социалистической собственности. М., 1975.
  41. Ретюнских И. С. Уголовная ответственность и ее реализация по советскому законодательству // В сборн. Уголовная ответственность: проблемы содержания, установления, реализации Воронеж, 1989.
  42. Саввин М. Я. Административный штраф. М., 1984.
  43. Санталов А. И. Теоретические вопросы уголовной ответственности. Л., 1982.
  44. Самощенко И. С., Фарукшин М. X. Ответственность по советскому законодательству. М., 1971.
  45. Смирнов В. Г. Функции советского уголовного права. Л., 1965.
  46. Советское уголовное право. Общая часть / Под ред. Г. А. Кригера, Н. Ф. Кузнецовой, Ю. М. Ткачевского. М., 1981
  47. Стручков Н. А. Уголовная ответственность и ее реализация в борьбе с преступностью. Саратов, 1978.
  48. Тарбагаев А. Н. Понятие и цели уголовной ответственности. Красноярск, 1986.
  49. Теория государства и права / Под ред. В.М. Корельского и В.Д. Перевалова. М., 2001.
  50. Уголовная ответственность и ее реализация в деятельности органов внутренних дел. Учебное пособие. / Под ред. Н. И. Загородникова. М., 1987.
  51. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть / Под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева.-М., 2005.
  52. Уголовное право России. Общая часть / Под ред. Б.В. Здравомыслова — М.: Проспект, 2003.
  53. Уголовное право. Общая часть / Под общ. ред. В.И. Радченко.–М.: ЗАО «Юстицинформ», 2004.
  54. Шаргородский М.Д. Наказание по советскому уголовному праву. Часть вторая. М., 1958.
  55. Шиндяпина М. Д. Стадии юридической ответственности. М., 1998.
  56. Хропанюк В. Н. Теория государства и права. М., 2000.
  57. Экимов А. И. Справедливость и социалистическое право. М., 1978.

     

     

     

     


     

<

Комментирование закрыто.

WordPress: 23.39MB | MySQL:121 | 1,707sec