Преступление вовлечение несовершеннолетних в совершение преступления

<

041214 1643 1 Преступление вовлечение несовершеннолетних в совершение преступления

ОБЪЕКТИВНЫЕ ПРИЗНАКИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ ВОВЛЕЧЕНИЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ В СОВЕРШЕНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

 

1.1. Объект и объективная сторона преступления

 

Поскольку в УК РФ глава 20 «Преступления против семьи и несовершеннолетних» является составной частью раздела VII «Преступления против личности», существенное значение имеет выяснение соотношения понятий «личность» и «человек». В научной литературе по данному вопросу единой позиции не существует. Одни авторы утверждают, что личностью не рождаются, ею становятся, а потому понятие «личность» несколько уже понятия «человек» . Аналогичную позицию занимает А.Н. Красиков, который считает, что «личностью в праве может считаться не всякий человек, а только тот, кто, получая при рождении права и свободы, способен самостоятельно ими владеть, распоряжаться, а также самостоятельно исполнять установленные государством обязанности»1. Однако, с нашей точки зрения, такая трактовка соотношения рассматриваемых понятий для уголовного права вряд ли может быть приемлема. В такой ситуации раздел VII УК РФ защищает права, свободы и законные интересы только тех индивидов, которые уже стали личностью и в состоянии самостоятельно осуществлять свои права и свободы и выполнять обязанности. Мы считаем справедливой позицию С.В. Бородина, который утверждает, что «при таком подходе без уголовно-правовой защиты остались бы подростки, престарелые, лица, находящиеся в беспомощном состоянии, а также лица, страдающие психическими расстройствами. Сказанное дает основания для вывода о том, что понятия «личность» и «человек» в уголовном праве необходимо воспринимать как равнозначные»1. И.Л. Петрухин полагает, что и в более широком плане с юридических позиций понятия «личность» и «человек» равны. 2

Наука уголовного права рассматривает человека как существо одновременно и биологическое, и социальное. Личность выступает его социальной характеристикой, хотя ее формирование зависит как от биологических, так и от социальных факторов, находящихся во взаимозависимости . Поэтому нормальное физическое развитие, обусловленное биологическими особенностями человека и социальными условиями, в которых оно протекает, является основой гармонического формирования личности в целом. В связи с этим, уголовный закон в качестве объекта уголовно-правовой охраны предусматривает не только человека как индивида: его жизнь, здоровье, свободу, честь и достоинство, но и те общественные отношения, которые обеспечивают условия всестороннего развития личности. Поэтому несовершеннолетний рассматривается как личность, т.е. социо-биологический индивид, которому причиняются нравственно-психологический вред. Взрослый человек, при вовлечении им несовершеннолетнего в совершение преступления, своими преступными действиями нарушает созданную и действующую систему государственной политики по реализации основных гарантий прав и законных интересов ребенка в Российской Федерации и посягает на заинтересованность общества и государства в формировании и воспитании подрастающего поколения.

Таким образом, родовым объектом посягательств, связанных с вовлечением несовершеннолетних совершение преступлений следует считать общественные отношения, обеспечивающие нормальное функционирование личности.

Видовым объектом принято признавать группу близких общественных отношений, взаимосвязанных с другими однородными общественными отношениями в рамках родового объекта. Таким образом, внутри раздела Особенной части УК РФ главы выделяются именно по видовому объекту.

Уголовно-правовая охрана несовершеннолетних, защита их законных прав и интересов является одним из основных направлений деятельности государства. Так, статья 38 Конституции Российской Федерации, отражая задачу по воспитанию подрастающего поколения, закрепляет положение о том, что «материнство и детство, семья находятся под защитой государства»1.

Необходимость защиты несовершеннолетних от отрицательного влияния взрослых лиц объясняется тем, что «моральные чувства у них еще не имеют характера устойчивых нравственных убеждений. Они могут восхищаться героическим поступком и в то же время не испытывать отвращения к аморальному, безнравственному. Несовершеннолетних нередко привлекают внешние проявления личности. Вместе с тем они не всегда умеют за ними увидеть действительные побуждения. Отсюда возникают псевдоувлечения. Вот почему подростки, особенно нравственно неустойчивые, сравнительно легко могут быть вовлечены взрослыми лицами в преступную или иную антиобщественную деятельность»2.

Государством и обществом допускается, и даже приветствуется, вовлечение подростков и несовершеннолетних в такие досуговые мероприятия, как спортивные игры и лагеря, культурно-массовые сборы, историко-научные и практические конференции, театрально-игровые мероприятия и т.п. с целью формирования интересов несовершеннолетних. Подобное вовлечение оценивается обществом и государством как полезное в активной общественной жизни, а также с точки зрения оплаты, производимой педагогам за потраченные время и труд. Поэтому при отсутствии указанных возможностей для несовершеннолетних их интересы их повышенная активность будут направляться не в спорт или культурные мероприятия, а в негативно-криминальную сферу.

Зависимость преступности взрослых лиц от преступности несовершеннолетних давно известна, поскольку последняя является источником и резервом всей преступности. Вместе с тем, необходимо иметь в виду, что «преступность несовершеннолетних, «питая» преступность взрослых, на уровне обратной связи при вовлечении последними в преступную или иную антиобщественную деятельность — общая и основная причина преступности несовершеннолетних» 1. Именно этим объясняется постоянное и устойчивое внимание со стороны общества и государства к уголовно-правовой охране законных прав и интересов несовершеннолетних. Однако внимание государства не всегда характеризуется реальностью оценки той отрицательной деятельности взрослых лиц, которая провоцирует, способствует или склоняет несовершеннолетних на совершение антиобщественного или преступного деяния.

Непосредственный объект — это совокупность общественных отношений, которым непосредственно причиняется вред или создается угроза причинения такого вреда в результате совершения преступления. Традиционно выделяют основной непосредственный объект, дополнительный непосредственный объект и факультативный непосредственный объект. Основной объект обладает двумя отличительными признаками: во-первых, он обязателен для состава преступления; во-вторых, особо значим по сравнению с иными объектами одного и того же состава преступления.

Непосредственным объектом преступного посягательства при вовлечении несовершеннолетнего в преступную деятельность является правильное воспитание и нормальное духовное и физическое развитие конкретного несовершеннолетнего. При вовлечении в любое преступление, снижается эффективность совместных усилий семьи, школы и общественности, направленных на воспитание подростка в духе нравственных принципов нашего общества, формируется или усиливается явственная деформация личности. основным непосредственным объектом вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления следует признать общественные отношения, обеспечивающие право несовершеннолетнего на защиту от информации, наносящей вред его нравственному и духовному развитию . Действительно, государство, обеспечивая право ребенка на защиту от информации, пропаганды и агитации, причиняющих вред его развитию, тем самым создает условия нормального, правильного формирования личности ребенка.

Вовлечение несовершеннолетних в совершение преступления — наиболее распространенное преступление в отношении несовершеннолетних. Опасность привлечения несовершеннолетнего к преступной деятельности отражается как на его психике, влияя на естественный ход воспитания отдельного несовершеннолетнего, так и на состоянии общества, через приобщение к преступной деятельности подростков, наиболее подверженных постороннему влиянию. На 2006 год каждое одиннадцатое преступление совершено несовершеннолетними или при их соучастии; по данным на январь-март 2007 года несовершеннолетними совершено каждое двенадцатое преступление1.

Непосредственным объектом преступления, предусмотренного статьей 150 УК РФ, являются общественные отношения, обеспечивающие права и законные интересы несовершеннолетних, осуществление обязанностей родителей и иных лиц по их воспитанию, образованию и защите, нормальное физическое развитие и нравственное воспитание несовершеннолетних. В литературе высказывались мнения, что непосредственным объектом можно назвать общественный порядок2 – т.е. вовлечение лица в совершение преступления, и как результат – его совершение затрагивает общественный порядок и спокойствие. Однако можно считать, что потерпевшими от такого преступления могут быть только несовершеннолетние (иначе – условия его нормального развития, правильного нравственного и психического воспитания), а никак не общественный порядок.

Под дополнительным объектом в юридической литературе понимают общественные отношения причинение вреда которым является обязательным условием уголовной ответственности. Дополнительный объект охраняется наряду с основным объектом и является обязательным для состава преступления, что учитывается при квалификации. Определяя содержание дополнительного объекта, следует исходить из того, что он находится в плоскости другого видового, а иногда и родового объекта. Так при угрозе распространения сведений позорящих несовершеннолетнего или его близких дополнительным объектом могут выступать конституционные права личности на достоинство, тайну личной и семейной жизни. Угроза уничтожением или повреждением имущества несовершеннолетнего посягает на отношения собственности.3

Особенно тяжкий вред интересам личности может быть причинен путем применения насилия или угрозы применения насилия. Поэтому использование таких способов вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления законодатель рассматривает в качестве особо квалифицирующего признака. В данном случае дополнительным непосредственным объектом является физическое или психическое здоровье несовершеннолетнего, либо его телесная неприкосновенность.

 

1.2. Объективная сторона преступления

 

Объективная сторона данного состава преступления выражается в вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления, т.е. в действиях, направленных на возбуждение у несовершеннолетнего желания участвовать в совершении одного или нескольких преступлений. Эти действия виновного могут быть сопряжены с применением психического или физического воздействия (обещания, уговоры, обман, угрозы, уверения в безнаказанности, подкуп, возбуждение чувства мести, зависти и другие способы). Характер преступления, в совершение которого вовлекается несовершеннолетний, а также роль, на которую он готовится взрослым организатором (исполнитель, пособник и т.д.), для квалификации действий виновного по ст.150 УК значения не имеют.

Вовлечением в совершение преступления признаются действия взрослого лица, которые направлены на возбуждение желания несовершеннолетнего совершить активные противоправные действия – это объективная сторона преступления. Объективная сторона может выражаться только в активных действиях, путем бездействия вовлечение в преступление невозможно.

Противоправные действия могут быть совершены несовершеннолетним под воздействием обещаний, обмана, угроз или иным способом.

Обещания как способ вовлечения несовершеннолетних в преступную деятельность состоят в уверениях, принятии на себя виновным обязательств предоставить несовершеннолетнему в будущем определенные материальные ценности (часть похищенного, заплатить за участие в преступлении и т.п.) или оказать важные для него услуги (устроить на работу, на учебу в престижное учебное заведение, оказать содействие в лечении близких родственников и т.д.)1.

Обман в качестве способа вовлечения в совершение преступления состоит в сообщении несовершеннолетнему заведомо ложных сведений о тех обстоятельствах, которые способны побудить его к совершению преступления, либо злоупотреблении доверием несовершеннолетнего, сообщая ему, к примеру, о том, что предполагаемое деяние не является преступлением2.

Угроза выражается в психическом воздействии на несовершеннолетнего, запугивании его в целях вовлечения в совершение преступления. Приемы такого запугивания могут быть самыми разнообразными: угроза разгласить компрометирующие сведения о несовершеннолетнем или его близких родственниках, причинить ненасильственным путем вред правам и законным интересам несовершеннолетнего, например посредством увольнения его с работы, исключения из учебного заведения, лишения жилья и т.д.

<

Причем активность совершаемых подростком действий не означает осознание преступности, противозаконности совершаемого. Так, например, лицо — взрослый преступник просит несовершеннолетнего помочь ему освободиться от лица, задержавшего его, сообщив подростку, что указанное лицо хочет его убить. Подросток нападает на задержавшего и дает возможность убежать виновному – подросток действует добросовестно, будучи введенным в заблуждение, будучи убежденным взрослым лицом, полагая, что оказывает ему помощь. Обман также может выражаться в убеждении несовершеннолетнего взрослым в безнаказанности за содеянное (не достиг возраста привлечения к уголовной ответственности, маленький — не заметят и т.д.). Опаснее является вовлечение, когда оно сопряжено с угрозами по отношению к несовершеннолетнему. Угрозы могут быть о применении физического насилия или психологического воздействия, чему особенно подвержены несовершеннолетние.

Иной способ вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления связан с разжиганием зависти, мести, низменных побуждений, подчеркиванием его умственной или физической неполноценности по отношению к лицу, на которое направлены преступные действия, и т.д.1

В соответствии с пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2000 г. «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних»2 преступления, предусмотренные статьями 150, 151 УК РФ, признаются оконченными с момента совершения действий, направленных на вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, либо антиобщественных действий независимо от того, совершил ли он какие-либо из противоправных действий.

 

2. СУБЪЕКТИВНЫЕ ПРИЗНАКИ ВОВЛЕЧЕНИЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ В СОВЕРШЕНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

 

2.1. Субъект преступления

 

Субъектом данного преступления может быть только лицо, достигшее восемнадцатилетнего возраста, совершеннолетний. Вместе с тем законодатель, устанавливая восемнадцатилетний возраст, с которого возможна уголовная ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность, имел, очевидно, в виду определенные возрастные преимущества субъекта преступления над подростком. Поэтому в случае, когда субъект старше несовершеннолетнего на несколько месяцев, по мнению некоторых исследователей, не всегда целесообразно привлечение такого взрослого к ответственности по ст.150 УК РФ

Если преступление совершено специальным субъектом — родителем, педагогом либо иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, то это делает преступление более опасным, т.к. виновный по отношению к вовлекаемому в совершение преступления несовершеннолетнего является не чужим, а лицом, на котором лежит установленная законодательством о семье или другими нормативными актами, обязанность по воспитанию подростка, лицо, от которого несовершеннолетний зависит материально, психологически.

 

2.2. Субъективная сторона преступления

 

С субъективной стороны преступление, предусмотренное ст. 150 УК РФ, характеризуется прямым умыслом. Не может быть привлечен к уголовной ответственности взрослый, если он не осознавал и не допускал, что своими действиями вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления. Разъяснение по этому вопросу дается в п.8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000г.1: «Судам следует иметь в виду, что к уголовной ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления могут быть привлечены лица, достигшие 18-летнего возраста и совершившие преступление умышленно. Следует также устанавливать, осознавал ли взрослый либо допускал, что своими действиями вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления.

Если взрослый не знал о несовершеннолетии лица, вовлеченного им в совершение преступления, он не может привлекаться к ответственности по статье 150 УК РФ».

Проиллюстрируем примером из практики: «Курдюков осужден к лишению свободы по ч. 3 ст. 163 и ст. 150 УК РФ за совершение, в частности следующих действий.

Курдюков с двумя неустановленными лицами под угрозой физической расправы с несовершеннолетним Мироновым и его родителями получил от последнего 2500 руб., продолжал требовать еще 1500 руб. либо золотые изделия, видео и радиоаппаратуру. При этом Курдюков говорил Миронову, что он может добыть эти вещи путем кражи.

Президиум Калининградского областного суда протест председателя того же суда, в котором ставился вопрос об отмене приговора и прекращении дела производством в части осуждения Курдюкова по ст. 150 УК РФ, оставил без удовлетворения.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ по тем же основаниям внес протест в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда РФ.

Судебная коллегия протест удовлетворила, указав следующее.

Вина осужденного Курдюкова в совершении вымогательства материалами дела доказана, и его преступные действия квалифицированы правильно.

Вместе с тем приговор суда в части осуждения Курдюкова по ст.150 УК подлежит отмене, а дело — прекращению производством.

С субъективной стороны преступление, предусмотренное ст.150 УК, предполагает наличие у взрослого лица прямого умысла на вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность и для этого он совершает определенные активные действия, связанные с непосредственным психическим или физическим воздействием на несовершеннолетнего. Однако по делу это не установлено»1.

Как видно, наличие прямого умысла при вовлечении несовершеннолетнего в преступление является определяющим фактором, т.к. само по себе вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления не означает самого совершения этого преступления.

Вовлечение считается оконченным с того момента, как оно состоялось, т.е. когда подросток дал согласие на совершение преступления. С учетом этого вовлечение может быть совершено только с прямым умыслом.

 

 

3. КВАЛИФИЦИРОВАННЫЕ И ОСОБО КВАЛИФИЦИРОВАННЫЕ ПРИЗНАКИ

 

3.1. Квалифицированные виды признаки

 

Квалифицированный состав преступления установлен в части 2 ст. 150. В качестве квалифицирующего признака признается совершение действий, указанных в части 1 ст. 150 УК РФ, родителем, педагогом либо иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего.

Субъектом преступления, регламентированного в части 2 ст. 150 УК РФ, помимо кровных родителей, педагогов, могут быть усыновители несовершеннолетних, их опекуны и попечители, а также приемные родители, отчим или мачеха.

Необходимость установления более сурового наказания для этих лиц продиктована тем, что они в значительной степени влияют на формирование личности ребенка в силу своего родства или положения. На них законом возложены важные социально-полезные функции воспитания подрастающего поколения, выполнением которых те грубо пренебрегают. Именно эти лица имеют определенную власть над ребенком, пользуются у него авторитетом и уважением, что позволяет манипулировать несовершеннолетним в своих интересах, как правило, в ущерб личности подростка.

В соответствии со ст. 47 Семейного кодекса РФ (СК РФ) права и обязанности родителей и детей основываются на происхождении детей, удостоверенном в установленном законом порядке. Для признания человека родителем необходимо оформить государственную регистрацию рождения ребенка в органах ЗАГСа путем внесения соответствующих данных в книгу записи о рождении. Лицо может быть признано родителем как добровольно (ст. 48 СК РФ), так и в судебном порядке (ст. 49 СК РФ). Отцом может быть не только муж матери ребенка в силу презумпции отцовства (ч. 1 ст. 51 СК РФ), но и мужчина, не состоящий в официальном браке с матерью ребенка (ч. 2 ст. 51 СК РФ). Матерью может быть признана как генетическая мать ребенка, так и суррогатная мать (ч. 4 ст. 51 СК РФ). Брачно-семейное законодательство России приравнивает к родителям лиц, усыновивших (удочеривших) несовершеннолетнего (ст.ст. 136-137 СК РФ), а также приемных родителей (ст. 151 СК РФ), обязанных заниматься воспитанием принятых в семью детей по договору.

Определенные трудности возникают при квалификации деятельности лиц, лишенных родительских прав или ограниченных в родительских правах.

Позиции специалистов, исследовавших эту проблему, расходятся. По мнению одних авторов, действия лица, лишенного родительских прав, не могут быть квалифицированы по ч. 2 ст. 150 УК РФ1. С позиции других, к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 150 УК РФ могут быть привлечены и лица, которые были лишены родительских прав или ограничены в них2 .

В то же время, поскольку лишение или ограничение родительских прав не освобождает родителей от обязанностей по содержанию своего ребенка (ч. 2 ст. 71 СК РФ и ч. 2 ст. 74 СК РФ) и не прерывает их родства, исключать уголовную ответственность таких лиц по ч. 2 ст. 150 УК РФ нельзя. В этом случае важно, чтобы вовлечение в совершение преступления имело место в отношении собственных детей.

Не менее остро стоит вопрос о уголовно-правовой оценке деятельности отчима или мачехи, которые не оформили акт усыновления (удочерения).

Большинство авторов считают, что отчим или мачеха должны нести повышенную ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления (ч. 2 ст. 150 УК РФ), если несовершеннолетний проживает в семье1. М.В. Иванова полагает, что такая точка зрения может быть приемлема лишь в случае, когда мачеха (отчим) находятся в зарегистрированном браке с родителем малолетнего, несовершеннолетнего2. Заметим, что регистрация брака между родителем несовершеннолетнего и отчимом (мачехой) или его отсутствие не имеет принципиального значения для квалификации. отчим или мачеха могут равнозначно оказывать реальное и эффективное воздействие на формирование жизненных принципов несовершеннолетнего как, находясь в официальном браке, так и сожительствуя, при этом ребенок может вообще не знать о реальном брачном статусе этих лиц. Вместе с тем в каждом из рассматриваемых случаев закон не возлагает на отчима или мачеху, не оформивших надлежащим образом усыновление (удочерение), обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, что является одним из обязательных условий привлечения к уголовной ответственности, предусмотренных ч. 2 ст. 150 УК РФ. В связи с этим, с нашей точки зрения, они не могут считаться специальными субъектами преступления и нести ответственность по указанной норме.

В таких ситуациях отчима или мачеху следует относить к категории «фактические воспитатели детей». Названные лица занимаются воспитанием ребенка, не являясь его родителями, не усыновляя (удочеряя) его и не устанавливая над ним опеку или попечительство. Проблема определения правового статуса «фактических воспитателей» существует уже давно3, но действующее брачно-семейное законодательство России до настоящего времени не регулирует эти отношения. Реально круг «фактических воспитателей» ребенка может быть достаточно широк (дедушка, бабушка, тетя, дядя, старшие братья и сестры и т.д.). Однако в Российской Федерации ни один нормативно-правовой акт не возлагает на указанных лиц обязанностей по воспитанию несовершеннолетних, поэтому, при вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления их действия с позиции норм права повышенной общественной опасности не представляют. Следовательно, необходимость рассмотрения перечисленных лиц в качестве специальных субъектов преступления предусмотренного ч. 2 ст. 150 УК РФ, также отсутствует. Таким образом, при вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления, совершенное «фактическими воспитателями ответственность наступает по ч. 1 ст. 150 УК РФ (при отсутствии других квалифицирующих признаков).

Еще один специальный субъект, обозначенный в ч. 2 ст. 150 УК РФ – педагог. В русском языке педагогом принято считать специалиста, который занимается преподавательской и воспитательной работой1.

Педагогом в смысле действующего законодательства является лицо, которому законом разрешено заниматься обучением и воспитанием, которое обладает для этого необходимыми знаниями и назначено на соответствующую должность в государственном или негосударственном образовательном или воспитательном учреждении. К таковым относятся: преподаватели колледжей, училищ, техникумов, ВУЗов; учителя в школах и лицеях; воспитатели в интернатах и детских домах; тренеры в спортивных школах и т. д.

Кроме того, ст. 48 Закона Российской Федерации от 10 июля 1992 г. № 3266-I «Об образовании» разрешает индивидуальную трудовую педагогическую деятельность, сопровождающуюся получением доходов2. В связи с этим лицо, занимающееся индивидуальной педагогической деятельностью, зарегистрированное в установленном законодательством России порядке, может также рассматривается в качестве педагога.

Необходимо уточнить, что уголовную ответственность по ч. 2 ст. 150 УК РФ указанные лица будут только в том случае, если их действия по вовлечению будут направлены на несовершеннолетних, обучаемых или воспитываемых ими, либо находящихся под их контролем. Такого мнения придерживается большинство авторов, поскольку законодатель, устанавливая повышенную ответственность педагогов, имел в виду не наименование должности, а функциональные обязанности по воспитанию несовершеннолетнего.

К иным лицам, на которых законом возложена обязанность по воспитанию несовершеннолетнего, прежде всего, следует относить попечителей. Институт попечительства регулируется нормами главы 20 СК РФ, а также статьями 31 – 40 Гражданского кодекса РФ. Попечительство устанавливается над детьми в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, и заключается в содержании, воспитании и образовании ребенка, в защите его прав и интересов. При этом в перечень «иных лиц» не включаются опекуны, поскольку опека устанавливается над детьми, не достигшими возраста четырнадцати лет. Мы же считаем, что несовершеннолетние, не достигшие возраста уголовной ответственности не могут признаваться потерпевшими в преступлении, предусмотренном ст. 150 УК РФ.

В эту категорию субъектов также можно включить сотрудников комиссий по делам несовершеннолетних, воспитательных колоний, учебно-воспитательных и лечебно-воспитательных учреждений.

 

3.2. Особо квалифицированные признаки

 

Предусмотренная ч. 3 ст. 150 УК РФ более суровая по сравнению с ч. 1 ст. 150 УК РФ уголовная ответственность обусловлена повышенной степенью общественной опасности способов воздействия на несовершеннолетнего. К таковым относятся насилие или угроза применения насилия.

Термин «насилие» обозначает широкий спектр воздействия на потерпевшего, однако в уголовном законе его понятие отсутствует. Для того чтобы понять сущность, различные аспекты преступного насилия, прежде всего, необходимо обратиться к универсальным толкователям общеупотребительных понятий. В толковом словаре В. Даля под термином «насилие» понимается «действие стеснительное, обидное, незаконное и своевольное»1. В словаре русского языка С.И. Ожегова «насилие» толкуется следующим образом: 1) насилие – принудительное воздействие на кого-либо, что-нибудь, понуждение, притеснение, давление, нажим, беззаконие. Применение физической силы к кому-нибудь; 2) насиловать – против воли, силой заставлять. Вынуждать, ставить перед необходимостью исполнения чужой воли; 3) насильно; неестественно, напряженно и т.п.2

По поводу насилия и его разновидностей в уголовно-правовой литературе высказаны различные точки зрения. Наиболее убедительной нам представляется позиция Л.Д. Гаухмана, который утверждает, что «в законе под термином «насилие» подразумевается только физическое насилие. Если же предусматривается ответственность за угрозу применения насилия, то это специально оговаривается в диспозиции уголовно-правовой нормы»3. Такая точка зрения находит подтверждение в диспозиции ст. 150 УК РФ. Законодатель, говоря о насилии, имеет в виду только «физическое насилие», а воздействие на психику несовершеннолетнего обозначает термином «угроза насилием».

При угрозе применения насилия несовершеннолетний, на которого оказывается воздействие, должен сделать выбор между несколькими вариантами поведения. С одной стороны, охраняемые уголовным законом блага и интересы, а с другой стороны, преступное деяние, совершая которое, лицо обезопасит себя от возможных неблагоприятных последствий.

Вместе с тем, угроза не должна выступать обстоятельством, исключающим преступность деяния1. Так, в некоторых случаях, в зависимости от конкретных обстоятельств дела, поведение вовлеченного может быть признано непреступным, поскольку будет рассматриваться как совершенное в состоянии психического принуждения (ч. 2 ст. 40 УК РФ). Указанная норма предписывает нам решать вопрос об уголовной ответственности вовлеченного в совершение преступления по правилам правомерности крайней необходимости. Так, если в деянии вовлеченного несовершеннолетнего будут установлены все условия правомерности этого обстоятельства, исключающего преступность деяния, он должен быть освобожден от уголовной ответственности. В свою очередь, вовлекающий, лишивший вовлекаемого несовершеннолетнего возможности выбора определенных вариантов поведения, должен рассматриваться как посредственный исполнитель преступления со всеми вытекающими из этого последствиями.

В постановлении Пленума ВС РФ от 14 февраля 2000 года №7 судам рекомендуется учитывать, что согласно п.«е» ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим наказание, относится совершение преступления в результате физического или психического принуждения либо в силу материальной, служебной или иной зависимости, в связи с чем при выяснении судом факта вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления взрослыми следует решать вопрос об использовании ими в отношении подростка физического или психического принуждения.2 Причем здесь очень важно установить, что такая зависимость или принуждение имели место реально, а сами преступные действия несовершеннолетнего явились вынужденными, поскольку его воля была подавлена неправомерными действиями взрослого, вовлекшего несовершеннолетнего в совершение преступления.

Следующим квалифицирующим признаком является вовлечение несовершеннолетнего в преступную группу либо в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления (ч. 4 ст. 150 УК РФ).

При квалификации действий виновного по ч. 4 ст. 150 УК РФ, как сопряженных с вовлечением несовершеннолетнего в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления, следует обращаться к ст. 15 УК РФ, которая подразделяет все преступления на категории в зависимости от степени их общественной опасности. Так, к тяжким преступлениям отнесены умышленные преступления, за совершение которых максимальное наказание не превышает 10 лет лишения свободы, а к особо тяжким – когда наказание в виде лишения свободы превышает 10 лет, или предусмотрено более строгое наказание. В подобном случае необходимо устанавливать не только факт осознания виновным преступности действий, в совершение которых он вовлекает подростка, но и осознание им того, что данное деяние относится к категории тяжких или особо тяжких преступлений. А для этого надо установить, что виновный знал содержание ст. 15 УК РФ и размер санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ.

В судебной практике этот квалифицирующий признак достаточно распространен. Однако ответственность лица в подавляющем большинстве случаев зависит не от направленности умысла субъекта, а от того, как квалифицировано преступление, в совершение которого он вовлекал несовершеннолетнего. Особо квалифицированными (ч. 4 ст. 150 УК) являются также деяния, связанные с вовлечением несовершеннолетнего в преступную группу, либо в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления. Указание об особо квалифицирующем признаке, заключающемся в вовлечении несовершеннолетнего в преступную группу, относится к вовлечению не только в группу лиц без предварительного сговора, но и в группу лиц по предварительному сговору, организованную группу и преступное сообщество.

Под преступной группой согласно статье 35 УК РФ следует понимать группу лиц (соисполнителей), группу лиц по предварительному сговору (заранее договорившихся о совместном совершении преступления), организованную группу (устойчивую группу лиц, заранее объединившуюся для совершения одного или нескольких преступлений), преступное сообщество (сплоченную организованную группу, организацию, созданную для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединение организованных групп, созданное в тех же целях).

В ч. 4 ст. 150 УК РФ не уточняется, вовлечение в какую группу имеется в виду. Не раскрыто понятие «преступная группа» и в руководящих разъяснениях высших судебных органов. Анализ ст. 35 УК РФ позволяет выделить следующие виды преступных групп:

группа лиц из двух и более исполнителей, совместно участвовавших в совершении преступления без предварительного сговора;

группа лиц по предварительному сговору, т.е. заранее договорившихся о совместном совершении преступления;

организованная группа, т.е. устойчивая группа лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений;

преступное сообщество, т.е. сплоченная организованная группа (организация), созданная для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединение организованных групп, созданное в тех же целях.

Некоторые авторы полагают, что понятием «преступная группа» должны охватываться любые формы групповых образований, указанные в ст. 35 УК РФ1.

На наш взгляд, вовлечение в группу лиц без предварительного сговора объективно невозможно, в связи с тем, что вовлечение уже само по себе предполагает определенную договоренность взрослого и несовершеннолетнего о замыслах друг друга, т. е. они совместно совершают преступление по предварительному сговору.

В тех случаях, когда один взрослый вовлекает одного несовершеннолетнего в совершение преступления, образуя при этом группу лиц по предварительному сговору, деяния взрослого не должны квалифицироваться по ч. 4 ст. 150 УК РФ, поскольку в этом случае несовершеннолетний привлекается к совершению преступления в качестве соучастника, и группа образуется лишь с его участием. Только в случаях, когда несовершеннолетний вовлекается в уже созданную группу лиц по предварительному сговору, которая будет таковой и без его участия, деяние взрослого вовлекающего можно квалифицировать по ч. 4 ст. 150 УК РФ. Признаки организованной группы и преступного сообщества, определенные соответственно в ч. 3 и 4 ст. 35 УК РФ, на наш взгляд, подпадают под понятие «преступной группы».

При подстрекательстве несовершеннолетнего к совершению преступления действия взрослого лица при наличии признаков состава указанного преступления должны квалифицироваться по ст. 150 УК РФ, а также по закону, предусматривающему ответственность за соучастие (в форме подстрекательства) в совершении конкретного преступления. Лицо, вовлекшее несовершеннолетнего в совершение преступления, должно нести уголовную ответственность либо как организатор или подстрекатель, либо как соисполнитель, либо как исполнитель. Несовершеннолетний же может быть привлечен к уголовной ответственности за содеянное, если судом не будет установлено оснований, предусмотренных ч. 3 ст. 20, ч. 2 ст. 33, ч. 1 ст. 40 УК РФ.

 

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

 

  1. Декларация прав ребенка (провозглашена Резолюцией 1386 (ХIV) Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1959 года) // СПС Гарант.
  2. Конституция Российской Федерации: Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. М., 2007.
  3. Уголовный кодекс РФ: ФЗ от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. — 17 июня 1996 г. — №25. — Ст.2954
  4. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: ФЗ от 18 декабря 2001 года N 174-ФЗ. Официальный текст. – M: Издательско-книготорговый центр «Маркетинг», 2008.
  5. Закон Российской Федерации от 10 июля 1992 г. № 3266-I «Об образовании» // Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1992. № 30. Ст. 179
  6. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации — №4, 2000.
  7. Определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26 марта 2007 г. // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации 2007. №1.
  8. Определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 12 ноября 2007 г. №24-О04-5 «Вовлечение в совершение преступления нескольких несовершеннолетних не образует совокупности преступлений, предусмотренных ст.150 УК РФ» (извлечение) // Бюллетень Верховного Суда РФ, июнь 2007. №6
  9. Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 12 января 2006. №4-005-146сп // СПС Гарант.
  10. Акоев К.Л., Пинкевич Т.В. Уголовное право России (Общая и Особенная часть). Ставрополь, 2004.
  11. Гаухман Л.Д. Насилие как средство совершения преступления. М., 1974.
  12. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4-х тт. T. 3. М., 2007.
  13. Даньшин И.Н. Уголовно-правовая охрана общественного порядка. М., 1973.
  14. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. В.М. Лебедев. 6-е изд., доп. и испр. – М.: Юрайт-Издат, 2007.
  15. Коровин Е.П. Признаки объекта и потерпевшего в составе преступления, предусмотренного статьей 150 УК РФ // Теория и практика общественного развития. 2007. № 2.
  16. Коровин Е.П. Уголовно-правовая характеристика квалифицирующих признаков вовлечения несовершеннолетних в совершение преступления // Российское уголовное право. 2007. № 2.
  17. Короткова Л.П. Правовой статус фактических воспитателей // Правоведение. 1983. № 3.
  18. Миньковский Г.М., Тузов А.П. Профилактика правонарушений среди несовершеннолетних. Киев: Политиздат Украины, 2003.
  19. Научно-практический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 2-х тт. Т. 2. Н. Новгород, 2006.
  20. Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. М., 2008
  21. Осипьян А.В. Вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений или иных антиобщественных действий (уголовно-правовые и криминологические аспекты): автореф. дис. … канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2004.
  22. Постатейный комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.И. Чучаева. М., 2007.
  23. Пудовочкин Ю., Чечель Г. Квалификация случаев вовлечения несовершеннолетних в преступную группу // Российская юстиция. 2007. №12.
  24. Уголовное право России: Учебник для вузов: В 2 т.т. / Под ред. А.Н. Игнатова, Ю.А. Красикова. Т. 1. Общая часть. М., 2007.
  25. Уголовное право. Особенная часть: учебник / Под. ред. А.И. Рарога. М., 2006.
  26. Уголовное право России. Особенная часть / Под ред. А.И. Рарога. М.: Эксом, 2007.
<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 0.97MB/0.00034 sec

WordPress: 21.98MB | MySQL:119 | 1,429sec