Убийство как уголовное преступление

<

041914 1835 1 Убийство как уголовное преступление

Глава 1. Общая характеристика преступлений против жизни

В соответствии с Конституцией РФ, в которой личность и ее права поставлены на первое место среди человеческих ценностей, Особенная часть УК РФ начинается с преступлений, посягающих на личность.

Преступления против личности – это группа предусмотренных разделом VII УК РФ общественно опасных деяний, направленных против основных личных прав граждан. Родовым объектом всех преступлений, входящих в этот раздел, являются общественные отношения, обеспечивающие нормальное функционирование личности. В зависимости от видового (группового) объекта преступления против личности делятся на главы, одной из которых является глава 16 «Преступления против жизни и здоровья».

Видовым (или групповым) объектом преступлений, предусмотренных данной главой, являются такие неотъемлемые блага личности как жизнь и здоровье.

По непосредственному объекту эти посягательства подразделяются на преступления против жизни и преступления против здоровья.

В свою очередь, к посягательствам на жизнь УК РФ относит: а) убийство (ст. 105 – 108 УК РФ); б) причинение смерти по неосторожности (ст. 109 УК РФ); в) доведение до самоубийства (ст. 110 УК РФ).

Понятие «убийство» неразрывно связано с выявлением начала жизни человека и окончания его жизни, а также признаков, которые характеризуют эти явления. Это фактические и юридические предпосылки для признания деяния преступлением против жизни.

Первой среди фактических предпосылок является установление того, что посягательство совершено на человека, который начал свою жизнь. Вопрос о начале жизни человека в доктрине российского уголовного права вызывает споры.

Второй фактической предпосылкой является установление момента окончания жизни человека и наступления смерти, после чего защита жизни человека лишена смысла, она уже объективно не существует.

По преобладающему в настоящее время и основанному на данных современной медицины выводу концом жизни человека признается наступление биологической смерти, когда вслед за остановкой сердца наступают необратимые процессы распада клеток коры головного мозга.1 До начала этих процессов смерть человека называют клинической, которая наступает с момента остановки сердца.

Кора головного мозга при обычных условиях безвозвратно гибнет через 5 –7 минут после прекращения работы сердца. Согласно ст. 9 Закона РФ «О трансплантации органов и (или) тканей человека» от 22.12.1992 г. в редакции Федерального Закона от 24.05.2000 г. «заключение о смерти дается на основе констатации необратимой гибели всего головного мозга (смерть мозга)».2

Следующей фактической предпосылкой, характеризующей преступления против жизни, является установление наступления насильственной смерти человека в результате действий другого лица.

Помимо фактических предпосылок для признания деяния преступлением против жизни необходимы и юридические предпосылки и в их числе противоправность и виновность.

Дело в том, что насильственная смерть может носить и правомерный характер (например, приведение в исполнение приговора к смертной казни).

Чтобы исключить отнесение к преступлениям против жизни правомерное лишение жизни и случайное причинение смерти, совершаемые при отсутствии вины, необходимо при выяснении понятия этих преступлений указать на виновное лишение жизни.

В ч. 1 ст. 105 УК РФ 1996 года в отличие от УК РСФСР 1960 года, где понятие убийства вообще не раскрывалось, дано определение понятия убийства, которое существенно уточняет понятие этого преступления: убийством признается «умышленное причинение смерти другому человеку».

Непосредственным объектом преступлений против жизни, в том числе и убийства, является жизнь человека.

Объективная сторона убийства выражается в лишении жизни другого человека. Для наличия оконченного преступления необходимо установить деяние, направленное на лишение жизни, последствие – смерть другого человека и причинную связь между ними.

Таким образом, объектом убийства является жизнь человека, понимаемая не только как физиологический процесс, но и как обеспеченная законом возможность существования личности в обществе1.

Убийство может быть совершенно путем как действия, так и бездействия.

Жизнь как объект преступления не подлежит качественной или количественной оценке. Равная защита всех людей от преступных посягательств на их жизнь — важнейший принцип уголовного права. Не имеет значения возраст, состояние здоровья потерпевшего или его «социальная значимость». Уголовное законодательство Российской Федерации не допускает лишения жизни и безнадежно больного человека даже при наличии его согласия или просьбы (эвтаназия). Именно равноценностью объекта объясняется, почему причинение смерти человеку, ошибочно принятому за другого, не рассматривается как «ошибка в объекте» и не влияет на квалификацию содеянного как оконченного убийства. Усиление ответственности за убийство отдельных категорий лиц в специальных нормах связано не с повышенной ценностью жизни потерпевшего, а с наличием одновременно другого объекта посягательства или дополнительных последствий, отягчающих вину.

Установление способа действия как признака объективной стороны убийства имеет серьезное значение для его квалификации. При совершении некоторых убийств способ является квалифицирующим обстоятельством. Установление особой жестокости при убийстве или совершение его общеопасным способом влечет его квалификацию соответственно по п. «д» и «е» ч.2 ст.105 УК РФ и исключает применение другой статьи Кодекса.

Смерть при убийстве может наступать немедленно после совершения деяния или по истечении определенного времени. Основанием для вменения в вину последствия является наличие причинной связи между наступившей смертью и действием (бездействием) субъекта.

К характеристике объективной стороны относится и конкретная обстановка совершения убийства.

Обстоятельством, снижающим степень общественной опасности убийства, в ст. 106 УК РФ и в ст. 108 УК РФ выступает обстановка совершения преступления.

Определяя объективную сторону убийства, в большинстве случаев необходимо установить время и место совершения преступления.

Убийство – преступление с материальным составом.

С объективной стороны убийство как типичное преступление с материальным составом представляет собой единство трех элементов1: 1) действие (бездействие), направленное на лишение жизни другого лица; 2) смерть потерпевшего как обязательный преступный результат; 3) причинная связь между действием (бездействием) виновного и на ступившей смертью потерпевшего.

Субъективная сторона преступлений против жизни характеризуется как правило, умышленной виной. Единственное неосторожное преступление – это деяние, предусмотренное ст. 109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности».

Итак, субъективную сторону убийства составляют признаки, характеризующие психическое отношение виновного к своим действиям и наступившей смерти потерпевшего. Убийство относится к числу преступлений, которые могут быть совершены только умышленно как с прямым, так и с косвенным умыслом.

Обязательное условие ответственности за убийство — наличие причинной связи между действием (бездействием) виновного и смертью потерпевшего.

Для убийства типична прямая (непосредственная) причинная связь. Например, выстрел в потерпевшего влечет за собой его смерть. Значительно сложнее бывает установить причинную связь, когда она носит непрямой, опосредованный характер. Причинная связь при убийстве может быть опосредована: 1) действием автоматических устройств (часовой механизм, различные замедлители при взрыве); 2) ожидаемыми действиями потерпевшего, которые могут быть как правомерными (например, вскрытие адресатом посылки, содержащей взрывное устройство, либо приведение в действие двигателя заминированной автомашины потерпевшего), так и неправомерными (например, сознательное оставление в салоне автомобиля бутылки с отравленной водкой в расчете на то, что угонщик ее выпьет); 3) действием малолетнего или психически больного, не осознающих характера содеянного; 4) действием природных сил (например, оставление на морозе избитого до потери сознания потерпевшего); 5) действием третьих лиц (например, запоздалое или неквалифицированное оказание медицинской помощи потерпевшему). Определяющим для установления причинной связи является вывод о том, что смертельный результат — необходимое последствие действия (бездействия) виновного в конкретных условиях места и времени.

Деление причинных связей на прямые и опосредованные имеет практический смысл, поскольку свидетельствует о разном уровне воздействия виновного на преступный результат. Отсюда следует и деление способов преступления на сильно управляемые и слабо управляемые. Степень воздействия виновного на преступный результат нужно иметь в виду, когда решается вопрос о форме вины, о содержании и направленности умысла, о покушении на убийство, о сознании мучительного характера способа убийства или его опасности для жизни многих людей и т.д.

Убийство признается оконченным с момента наступления смерти потерпевшего. Не имеет значения, когда наступила смерть: немедленно или спустя какое-то время. УК в традициях российского законодательства не устанавливает никаких «критических сроков» наступления смерти, если у виновного был умысел на убийство. Действия лица, непосредственно направленные на причинение смерти другому человеку, если они по обстоятельствам, не зависящим от воли виновного, не привели к этому результату, квалифицируются как покушение на убийство.

В число обстоятельств, характеризующих субъективную сторону убийства, могут входить также такие признаки как мотив, цель и эмоциональное состояние виновного в момент совершения преступления. Это факультативные признаки субъективной стороны убийства.

Мотив действия лица, виновного в убийстве, – это побудительная причина к совершению данного преступления. Потому при решении вопроса о квалификации убийства мотив не может не учитываться.

От мотива убийства необходимо отличать цель как признак субъективной стороны преступления. Целью является то последствие, к наступлению которого стремится виновный, совершая преступление.

В ст. 107 УК говорится о внезапно возникшем сильном душевном волнении – таком эмоциональном состоянии, которое характеризует субъективную сторону этого преступления. Установление его исключает квалификацию убийства по закону, предусматривающему более строгую ответственность. Вместе с тем установление эмоционального состояния при убийстве, совершенном с превышением пределов необходимой обороны, влечет квалификацию действий виновного по ч.1 ст. 108 УК, а применение ст. 107 УК исключается».1

Субъектом преступления по российскому уголовному праву может быть только физическое вменяемое лицо, достигшее при совершении убийства 14 лет, за исключением убийств, предусмотренных ст. ст. 106 – 108 УК РФ (субъектом этих убийств является лицо, достигшее 16 лет).

Как уже отмечалось, убийством признается умышленное причинение смерти другому человеку. Причинение смерти по неосторожности теперь в законе не называется убийством, хотя вследствие общности родового и непосредственного объектов это преступление оставлено в главе «Преступления против жизни и здоровья».

Самоубийство и покушение на него не наказуемы.

Не является убийством лишение жизни посягающего при необходимой обороне, если соблюдены условия ее правомерности.

Также не является убийством исполнение приговора суда к смертной казни.

Говоря об убийстве, следует также затронуть проблему эвтаназии, то есть причинение смерти потерпевшему по его просьбе, в частности, применение специального медицинского вмешательства, направленного на прекращение жизни больного, осуществляемого в соответствии с его собственной волей и имеющего целью прекращение страданий.

Сторонники эвтаназии ссылаются на ст. 20 Конституции РФ, которая закрепляет право на жизнь, и «это право предполагает возможность человека самостоятельно распорядиться своей жизнью, в том числе добровольно принять решение о сроках и способах ухода из нее. Полагаем, что можно даже вести речь, что право на жизнь юридически закрепляет и ее пределы, то есть право на самоубийство.

Убийством должно считать так называемую «принудительную» эвтаназию», при которой тяжелобольного пациента, могущего выразить свое к ней отношение, лишают жизни без его согласия.

Итак, только при наличии информированного согласия компетентного пациента эвтаназия приобретает единственно возможную форму существования – добровольную. Эвтаназия, применяемая принудительно, должна считаться преступлением1.

Но российское уголовное право запрещает эвтаназию, то есть эвтаназия считается убийством и подлежит квалификации по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Мы со своей стороны согласны с таким законодательным решением. По моему мнению, и принудительная, и добровольная эвтаназия должны считаться преступлением, так как при отсутствии запрета на эвтаназию может возникнуть большой простор для злоупотребления этим правом. А это недопустимо, потому что жизнь человека является самым важным, неотъемлемым благом личности. И в этой связи должны быть устранены все возможности, использование которых может привести к лишению жизни человека.

Характеристика убийства не будет полной, если не будут четко обозначены виды убийства.

По степени общественной опасности выделяются следующие виды убийства:

1. Основной состав убийства или состав без отягчающих и смягчающих обстоятельств – ч.1 ст. 105 УК РФ.

2. Убийство при отягчающих обстоятельствах или квалифицированный состав убийства – ч. 2 ст. 105 УК РФ.

3. Убийство при смягчающих обстоятельствах или привилегированный состав убийства – ст. 106 – 108 УК РФ.

Таким образом, следует признать, что не случайно Особенная часть УК РФ начинается с преступлений против жизни. Признавая приоритентной задачей охрану личности и гражданина, УК РФ придает важное значение охране жизни человека – самой большой ценности и для самого человека, и для общества в целом. Следует отметить, что при характеристике преступлений против жизни крайнее важно определение момента начала и конца жизни человека, что крайнее важно для квалификации преступлений.

 

Глава 2. Уголовно-правовая характеристика убийства (ч. 1 ст. 105 УК РФ)

 

2.1 Объективные признаки

 

УК 1996 г. определяет это преступление как умышленное причинение смерти другому человеку (ст. 105)1. 1 В прошлые годы одни специалисты определяли убийство как противоправное деяние, причиняющее смерть другому человеку1. Другие добавляли к этому указание на виновность действий2. Были и сторонники того, что убийством следует считать только умышленное причинение смерти3.

Причинение смерти по неосторожности теперь в законе не называется убийством, хотя вследствие общности родового и непосредственного объектов это преступление оставлено в главе «Преступления против жизни и здоровья» (ст. 109 УК).

В УК основной состав убийства и убийство при квалифицирующих обстоятельствах объединены в одной статье (ст. 105). Основной состав — это состав без квалифицирующих, отягчающих обстоятельств, указанных в ч. 2 ст. 105 УК, и понижающих опасность обстоятельств, предусмотренных ст. 106, 107, 108 УК. По ч. I ст. 105 УК, т.е. как убийство без названных обстоятельств, квалифицируются следующие виды убийств: убийство из ревности, в драке или ссоре (при отсутствии хулиганских побуждений), в связи с неправомерными действиями потерпевшего, из мести, возникшей на почве личных взаимоотношений, из сострадания по просьбе потерпевшего или без таковой и тому подобные случаи убийства, когда в действиях виновного отсутствуют указанные отягчающие и смягчающие обстоятельства.

Старорусским городским судом Новгородской области И. была осуждена за убийство своего сожителя Р. по ч. 1 ст. 105 УК. В течение совместной жизни Р. неоднократно избивал И., часто угрожал ей убийством, демонстрируя нож, нередко выгонял ее из дома зимой без верхней одежды. Она ночевала в сарае или у соседей и очень его боялась. Р. продавал ее вещи и продукты для покупки спиртного.1

Р. был неоднократно судим за причинение телесных повреждений. Он был выселен из квартиры за невозможностью совместного проживания, не раз привлекался к административной ответственности, состоял на учете у нарколога и психиатра.

В последнее время И. дома не жила. Когда же в последний раз она пришла домой, Р. стал оскорблять ее нецензурными словами, угрожая убить. В порыве гнева в связи с постоянными издевательствами И. схватила со стола нож и нанесла им Р. два удара в шею. От полученных ранений Р. скончался.

Областной суд оставил приговор в силе. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ принес протест на приговор. Протест был удовлетворен. Президиум Новгородского суда переквалифицировал деяние, совершенное И. с ч. 1 ст. 105 на ч. 1ст. 107 УК.

Непосредственным объектом преступлений против жизни, В том числе и убийства, является жизнь человека. Закон охраняет жизнь любого человека независимо от возраста и состояния здоровья. На вопрос с какого момента начинается человеческая жизнь нет единого ответа. Дело в том, что нередко смешиваются понятия «жизнь как биологический процесс» и «жизнь как объект уголовно-правовой охраны». На наш взгляд их следует различать. О начале жизни как биологического процесса можно говорить с момента зачатия или с.несколько позднего периода, когда у человеческого зародыша сформировались полностью его органы. Несомненно, посягательство на жизнь плода с биологической позиции является посягательством на жизнь человека. А что касается жизни как объекта уголовно-правовой охраны, то здесь вопрос гораздо сложнее. Одни авторы считают, что начальным моментом жизни как объекта посягательства при убийстве является начало физиологических родов1. При этом они ссылаются на ст. 106 УК, где, в частности, предусмотрено убийство ребенка во время родов. Но подобное утверждении, на наш взгляд, не вполне оправдано. Роды начинаются до рождения ребенка и рождением ребенка еще не заканчиваются. Так как роды являются сложным завершающим беременность физиологическим процессом, то их начало (выделение околоплодной жидкости и ритмические сокращения маточной мускулатуры) еще не свидетельствует о рождении ребенка. Как только плод начинает выходить наружу (достаточно появления любой его части) и налицо признаки его жизнедеятельности: дыхание, сердцебиение, движения мускулатуры, с этого момента можно говорить о рождении ребенка.

Противники подобного мнения утверждают, что нередко при рождении отсутствует первый вдох и крик ребенка в силу задержки легочного дыхания2. Но подобное утверждение не меняет наше мнение, ибо указанный признак является характерным, но не единственным признаком жизнедеятельности новорожденного. Наряду с этим о нем свидетельствует и сердцебиение, и движения мускулатуры, и другие признаки.

После рождения ребенка проходит заключительная стадия родов: отделение плаценты от стенок матки и изгнание последа.

Что касается насильственного прекращения биологической деятельности плода до рождения ребенка, то ответственность в этих случаях может наступать за причинение тяжкого вреда здоровью матери.

В юридической литературе высказано мнение, что посягательство на жизнь ребенка, находящегося в утробе матери, при сроке беременности свыше 22 недель должно признаваться убийством3. Автор мотивирует это тем, что аборт возможен, когда срок беременности не превышает 22 недели. В то же время и с этим утверждением, на наш взгляд, нельзя согласиться, так как ребенок еще не родился.

И то, что последующее извлечение плода может называться искусственными родами, не означает наличия убийства, если плод находится в чреве матери. В соответствии с ч. 1 ст. 111 УК это признается причинением тяжкого вреда здоровью матери. И только в случае рождения ребенка в результате преждевременных или искусственных родов и последующего умышленного его умерщвления можно говорить об убийстве.

В соответствии с Инструкцией Минздрава России1 смерть человека наступает в результате гибели организма как целого. В процессе умирания выделяют следующие стадии: агонию, клиническую смерть, смерть мозга и биологическую смерть. Агония характеризуется угасанием внешних признаков жизнедеятельности организма (сознания, кровообращения, дыхания, двигательной активности).

После остановки дыхания и кровообращения наступает стадия клинической смерти Продолжительностью 5– 6 мин. При охлаждении этот период может увеличиться до 10 мин. и более. При клинической смерти патологические изменения во всех органах и системах носят полностью обратимый характер. Смерть мозга проявляется развитием необратимых изменений в головном мозге, а в других органах и системах частично или полностью обратимых.

Биологическая смерть выражается посмертными изменениями во всех органах и системах, которые носят постоянный, необратимый, трупный характер. Посмертные изменения имеют функциональные, биологические и трупные признаки: отсутствие сознания, дыхания, пульса, артериального давления, рефлекторных ответов на все виды раздражителей.

Констатация смерти человека наступает при смерти мозга или биологической смерти человека.

Объективная сторона убийства выражается в противоправном лишении жизни другого человека. Для наличия оконченного преступления необходимо установить деяние, направленное на лишение жизни, последствие — смерть другого человека и причинную связь между ними.

Деяние при убийстве имеет прежде всего форму действия. Так совершается подавляющее число убийств. Человек лишается жизни путем применения виновным огнестрельного и холодного оружия, иных предметов, путем отравления, производства взрыва и другими способами. Убийство возможно и в форме психического воздействия на потерпевшего. В литературе в качестве примера обычно приводят лишение жизни путем причинения психической травмы лицу, страдающему заболеванием сердечнососудистой системы1. В последнее время в результате расширения форм и методов воздействия на человеческую психику причинение смерти человеку путем психического воздействия приобретает еще более широкие возможности.

<

Убийство возможно также и в форме бездействия. Как правило, это может быть тогда, когда виновный с целью лишения жизни путем бездействия сам создает опасность наступления смерти и не предотвращает ее наступление, хотя он мог и обязан был это сделать.

Обязанность виновного совершить действия по предотвращению смерти может вытекать из требований закона (родители не кормят своих новорожденных или малолетних детей или не принимают иных мер для сохранения их жизни с целью причинения им смерти). То же самое делают взрослые дети с целью избавиться от своих престарелых родителей в тех случаях, когда последние не способны передвигаться и обеспечивать свои естественные потребности.

Вторым признаком объективной стороны убийства является последствие в виде смерти потерпевшего. Убийство — преступление с материальным составом. Отсутствие последствия при наличии прямого умысла на лишение жизни означает, что деяние виновного является покушением на убийство. Смерть при убийстве может наступать немедленно после совершения деяния или по истечении определенного времени. Основанием для вменения в вину последствия является наличие причинной связи между наступившей смертью и действием или бездействием субъекта. При отсутствии причинной связи между деянием и последствием лицо несет ответственность только за совершенное деяние. При установлении прямого умысла на причинение смерти имеет место покушение на убийство, при наличии косвенного умысла лицо отвечает за фактически причиненный вред (например, за причинение вреда здоровью).

Таким образом, убийство без смягчающих обстоятельств (простое убийство) – это умышленное лишение жизни другого человека. Объектом убийства выступают общественные отношения, содержание которых определяет состоянием отдельного субъекта, обеспечивающим ему возможность жить и пользоваться здоровьем, благами жизни, что требует от других такого поведения, которое не нарушало бы этого состояния. Жизнь –это естественное право человека, охраняемое уголовным законом. Право человека на жизнь выступает непосредственным объектом данного преступления. С объективной стороны убийство может быть совершено как путем действий, так и без действия. Действия виновного могут состоять как в физическом воздействии на жертву, так и в психическом воздействии.

 

2.2. Субъективные признаки

 

Субъективная сторона убийства в соответствии со ст. 105 УК характеризуется только умышленной виной. Умысел при убийстве может быть как прямым, так и косвенным. При прямом умысле виновный осознает, что он посягает на жизнь другого человека, предвидит, что его деяние содержит реальную возможность или неизбежность наступления смерти, и желает ее наступления.

Так, например, С. с прямым умыслом совершил убийство. Обстоятельства дела таковы. С. и П. ехали вместе в такси. По пути между ними возникла ссора. С. достал складной нож и, высказывая угрозы убить П., попросил знакомого ему водителя остановить машину. Выйдя из такси, С. ударил ножом П. В результате ранения сердца П. тут же скончался.1

При косвенном умысле на убийство виновный осознает, что он своим деянием ставит в опасность жизнь человека, предвидит» что от этого деяния может наступить его смерть, не желает ее наступления, но сознательно допускает либо безразлично относится к ее наступлению. В последнее время широкое распространение получили случаи убийства путем производства взрывов. При этом нередко вместе с намеченной жертвой погибают и другие посторонние лица. В этих случаях виновный в отношении убийства намеченной жертвы действует с прямым умыслом, а в отношении лишения жизни посторонних лиц — обычно с косвенным. Но если он предвидит неизбежность гибели других лиц, то и в отношении лишения их жизни также налицо прямой умысел.

Установление различия между прямым и косвенным умыслом имеет большое практическое значение. Как неоднократно подчеркивал Пленум Верховного Суда РФ, покушение на убийство возможно только с прямым умыслом, т.е. тогда, когда деяние лица свидетельствовало о том, что он предвидел наступление смерти, желал ее наступления, но этого не произошло по причинам, не зависящим от его воли1.

Решая вопрос о виде умысла виновного, суды должны исходить из совокупности всех обстоятельств совершенного преступления и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранение жизненно важных органов человека), причины прекращения виновным преступных действий и т.д., а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного, его взаимоотношения с потерпевшим.

Нанесение ножевых ранений в жизненно важные органы, которые заведомо для виновного могут повлечь смерть потерпевшего, свидетельствует, как правило, о наличии прямого умысла на лишение жизни. Применение огнестрельного оружия свидетельствует о серьезности намерений лица и наряду с другими обстоятельствами является важным доказательством наличия у виновного умысла на убийство. А производстве выстрелов с близкого расстояния обычно происходит с целью совершения убийства. При прямом умысле лицо желает наступления смерти, однако надо иметь в виду, что виновный не обязательно желает наступления только смерти. Его умысел может быть альтернативным, когда он предвидит возможность как наступления смерти, так и причинения тяжкого вреда здоровью и одинаково желает их наступления. И если преступный результат не наступает по не зависящим от него обстоятельствам., он должен привлекаться за покушение на убийство, ибо в противном случае будет необоснованное освобождение от уголовной ответственности за более тяжкое посягательство. В литературе по этому вопросу имеется и иное мнение.1

Так, М. во время работы подъехал на тракторе к киоску и беспричинно стал приставать к гражданам. Когда те предложили ему уехать, пригрозив в противном случае сообщить о нем в милицию, М., высказывая угрозу передавить их, сел на трактор и стал гоняться за ними, сбивая встречавшиеся на пути препятствия. Ч. спрятался за столб. М. направил трактор в его сторону и с ходу ударил в столб, переломив его. При падении столба Ч. получил перелом бедра. Другим удалось убежать. Судом М. правильно был осужден за покушение на убийство.

Предварительная угроза убийством часто наряду с другими обстоятельствами является важным доказательством наличия умысла на убийство. Однако по делу необходимо выяснить серьезность намерений лица, высказавшего такую угрозу. Не всегда слова о намерении совершить убийство отражают действительное желание виновного, даже если они сопровождаются иногда и некоторыми действиями, внешне похожими на возможность реализации угрозы.

В этом плане показателен такой пример. Ш., будучи в нетрезвом состоянии, подошел к гражданам, сидевшим во дворе и игравшим в карты, и стал нецензурно выражаться. Граждане сделали ему замечание, а его жена предложила пойти домой. В ответ на это Ш. пошел в сарай, взял там топор и подошел к игравшим в карты. Затем он поднял топор над одним из игроков П. и стал держать его в таком положении. Граждане закричали. П. обернулся, увидел топор и отбежал в сторону. После этого граждане отобрали у Ш. топор. Суд не усмотрел в действиях Ш. покушения на убийство.

Практика показывает, что угроза убийством нередко связана с хулиганскими действиями, которые совершаются с применением или попыткой применения огнестрельного или холодного оружия или иного оружия, а также предметов, используемых в качестве оружия. Покушение на убийство необходимо отграничивать от подобных действий.

Например, суд не признал покушением на убийство действия Г. Он, будучи в нетрезвом состоянии, учинил в коридоре дома ссору с соседями, нанес супругам П. и их малолетнему сыну несколько ударов, а затем взял столовый нож и угрожал им расправой. Когда М. потребовала от него прекратить хулиганские действия, Г. схватил ее, угрожая зарезать, и приставил нож к животу. Затем Г. с ножом бегал за Л., в квартире П. набросился на К., приставил к его груди нож, угрожая выколоть глаза вмешавшемуся П., поднимал нож на уровень его глаз.1

Суд вполне обоснованно осудил его за хулиганство с применением предметов, используемых в качестве оружия.

При косвенном умысле на убийство виновный предвидит реальную возможность наступления смерти в результате своих действий. В случаях, когда виновный предвидит неизбежность последствия, речь может идти только о прямом умысле (ч. 2 ст. 25 УК). Наиболее существенное различие между этими видами умысла проходит, как указано в законе, по волевому элементу. Если при прямом умысле на убийство виновный желает наступления смерти, то при косвенном — виновный не желает, но сознательно допускает либо безразлично относится к ее наступлению. Термин «не желает» надо понимать не в смысле «не хочет», а в смысле «не имеет прямого желания»2. «Сознательно допускает» — означает, что виновный готов принять смерть как результат своего деяния3.

Субъектом убийства является лицо, вменяемое, достигшее возраста 14 лет, за исключением убийств, предусмотренных ст. 106 – 108 УК (субъектом этих убийств является лицо, достигшее 16 лет).

Суды не всегда четко проводят различия между прямым и косвенным умыслом. Так, Кировским районным судом г. Омска К. был признан виновным в покушении на убийство. Осужденный заранее приготовленным ножом ударил в грудь Т., причинив ему повреждения, опасные для жизни в момент нанесения. Смерть потерпевшего не наступила благодаря своевременно оказанной медицинской помощи.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор изменила и переквалифицировала содеянное осужденным на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего. При этом она указала, что покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, а районный суд фактически не признал наличие такого умысла у К., поскольку указал
в приговоре, что он, нанеся удар ножом потерпевшему в жизненно важную часть тела и не оказав помощь потерпевшему, должен был осознать последствия такого удара, желая и допуская эти последствия.    .

В данном случае суд не провел разделение прямого и косвенного умысла по волевому моменту.

Таким образом, субъектом преступления, предусмотренного ст. 105 УК РФ, может быть лицо, достигшее 14-летнего возраста. С объективной стороны убийство может быть лишь умышленным. Умышленным убийством признается тогда, когда виновный сознавал, что посягает на жизнь потерпевшего, предвидел, что его действия или бездействие могут причинить ему смерть, и когда он желал наступления смерти (прямой умысел) или сознательно допускал (косвенный умысел).

 

 

 

 

Глава 3. Квалифицирующие признаки преступлений

 

Убийство при квалифицирующих обстоятельствах предусмотрено ч, 2 ст. 105 УК. В юридической литературе принято делить эти обстоятельства на группы. Критерии деления при этом различны. Нередко используют при этом элементы состава преступления1. Другие авторы рассматривают отягчающие обстоятельства в том порядке, в каком они расположены в статье УК2 независимо от того, к какому элементу состава преступления они относятся. В УК 1996 г. отягчающие обстоятельства расположены в определенном порядке, а именно: вначале перечисляются обстоятельства, относящиеся к объекту и объективной стороне, а затем к субъективной стороне и субъекту. Хотя этот порядок не всегда соблюдается, тем не менее, данный критерий в основном выдерживается. Поэтому квалифицирующие обстоятельства убийства рассматриваются так, как они расположены в ст. 105 УК. Подобный порядок представляется вполне логичным.

а) убийство двух или более лиц (п. «а» ч. 2 ст. 1055 УК). Подобный вид убийства имеет место тогда, когда виновный лишает жизни двух или более человек. При этом надо установить, что виновный имел намерение на убийство двух или более людей, т.е. существовал единый умысел. Как правило, лишение жизни потерпевших происходит одновременно. Хотя возможна и такая ситуация, когда виновный вначале убивает одного человека, а потом, спустя некоторое, обычно непродолжительное, время убивает другого. Важно доказать, что он имел умысел на убийство не одного, а двух или более человек. Мотивы убийства при этом в отношении разных лиц могут быть неодинаковыми. Одного, например, он убивает из ревности или мести, а другого — с целью сокрытия первого убийства. Причем намерение убить второго человека у виновного возникло не после совершения первого убийства, а до этого.

В качестве примера подобного вида убийства можно привести дело по обвинению А. Осужденный изготовил из ранее приобретенного взрывчатого вещества и детонатора взрывное устройство и установил его у входа на свой земельный участок. Когда группа подростков пыталась проникнуть на его участок, взрывное устройство сработало и взрывом были убиты три человека. В данном случае виновный осознавал, что, устанавливая взрывное устройство, он посягает на жизнь других людей, предвидел, что от его действий могут погибнуть несколько человек, и сознательно допускал наступления этих последствий.

Если при умысле на убийство двух или более человек имели место убийство одного человека и покушение на жизнь другого, то действия виновного следует квалифицировать по ч. 3 ст. 30 и по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК, поскольку здесь не было оконченного убийства двух или более лиц, и по ч. 1 ст. 105 УК;

б) убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга (п. «б» ч. 2 ст. 105 УК). Подобное убийство имеет место тогда, когда виновный совершает убийство с целью помешать потерпевшему или его близким выполнять служебный или общественный долг, а также по мотивам мести за такие действия. Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что под осуществлением служебной деятельности следует понимать действия любого лица^ входящие в круг его служебных обязанностей, вытекающих из трудового договора с государственными, кооперативными и иными зарегистрированными в установленном порядке предприятиями и организациями, деятельность которых не противоречит законодательству, а под выполнением общественного долга — осуществление гражданами как специально возложенных на них общественных обязанностей, так и совершение иных действий в интересах общества или отдельных лиц (пресечение правонарушений, сообщение органам власти о совершенных или готовящихся преступлениях и т.п.).

Для квалификации не имеет значения время, прошедшее с момента совершения указанных деяний. Главное, чтобы убийство было совершено в связи с их выполнением.

Потерпевшими по данному виду убийства могут быть как сами исполнители служебных или общественных функций, так и их близкие. Под близкими следует понимать близких родственников, перечисленных в п. 4 ст. 5 УПК РФ, а также иных лиц, жизнь, здоровье и благополучие которых в силу сложившихся жизненных обстоятельств дороги потерпевшему (п. 3 ст. 5 УПК РФ).

В случаях, когда имеет место убийство, совершенное в связи с выполнением убитым или его близкими своего служебного или общественного долга, выделенное в самостоятельный состав, содеянное должно квалифицироваться только по той норме, которая этот состав выделяет (ст. 277, 295,317 УК);

в) убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо захватом заложника (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК). Под беспомощным состоянием человека следует понимать такое состояние, когда оно вследствие своего физического или психического состояния, вызванного малолетним или престарелым возрастом, физическими недостатками, болезнью, в том числе и душевной, временной потерей или ослаблением сознания, не могло оказать сопротивление виновному или не понимало характера совершаемых им действий по лишению жизни. Подобное состояние может быть вызвано и опьянением, как алкогольным, так и наркотическим, и приемом лекарственных препаратов, сильнодействующих или ядовитых веществ.

Следует отметить, что по вопросу о признании сна и сильной степени опьянения как обстоятельств, свидетельствующих о беспомощном состоянии потерпевшего при убийстве, в юридической литературе и судебной практике существуют противоположные мнения.

Так, в обзоре надзорной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ за 2001 г., в частности, указано, что нахождение потерпевшего в состоянии сна к числу обстоятельств, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 105 УК, не относится, поскольку сон является необходимым физиологическим состоянием человеческого организма, а в соответствии с п. 7 цитируемого постановления Пленума Верховного Суда РФ неспособность защитить себя вызывается физическим или психическим состоянием1.

А.И. Коробеев2 с одной стороны, он признает, что, по мнению правоприменителя (Пленума Верховного Суда РФ) лицо в состоянии сна или глубокого физиологического опьянения находится в беспомощном состоянии, так как лишен способности правильно воспринимать происходящее. С другой стороны, он присоединяется к мнению тех криминалистов, которые рекомендуют квалифицировать убийство человека по п. «в» ч. 2 ст.105 УК лишь при условии, что сама жертва понимает свое бессилие, неспособность противиться каким-то образом убийце. А поскольку в состоянии сна этого обстоятельства нет, значит, и п. «в» ч. 2 ст. 105 УК в этих случаях не может быть применен. А.И. Коробеев полагает, что повышенная степень общественной опасности данного убийства, позволившая законодателю перевести его в разряд квалифицированных, состоит, главным образом, в том, что потерпевший перед смертью испытывает дополнительные страдания, понимая, что расстается с жизнью, и ощущая свою беспомощность. Данное утверждение очень спорно. Подобное обстоятельство свидетельствует об особой жестокости убийства (п. «д» ч. 2 ст. 105 УК). Поэтому, убийство лица, находящегося в состоянии сна или сильного алкогольного опьянения, когда потерпевший не мог оказать сопротивления виновному или уклониться от посягательства на его жизнь, должно квалифицироваться по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК. 1 Подобную позицию занимают, в частности, и другие авторы3.

Убийство, сопряженное с похищением человека либо захватом заложника, имеет место тогда, когда в процессе похищения либо захвата заложника потерпевшего лишают жизни или убийство происходит с целью сокрытия указанных преступлений.

Поскольку похищение человека и захват заложника образуют самостоятельные преступления, которые лишь сопряжены с убийством, либо убийство является способом сокрытия этих преступлений, в такой ситуации нужна квалификация преступлений по совокупности (п. «в» ч. 2 ст. 105 и ст. 126 или 206 УК);

г) убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. «г» ч. 2 ст. 105 УК). Этот вид убийства характеризуется повышенной общественной опасностью вследствие особого состояния потерпевшей. Для его наличия необходимо установить, помимо других, два обязательных признака. Потерпевшая должна быть в состоянии беременности любой продолжительности, и виновный должен знать об этом. Термин «заведомо» означает, что виновный осведомлен о наличии беременности потерпевшей. При этом не имеет значения, возникали ли у него при этом сомнения в существовании этого обстоятельства,, главное состоит в том, что у него была информация о беременности потерпевшей, которая сообщила ему об этом лично или ему стало известно об этом из других источников. Сложная ситуация возникает, когда виновный ошибается. Осужденный считал, что убитая им женщина была беременна, а в действительности этого состояния не было. По этому варианту в литературе высказаны раз личные суждения1.

Можно согласиться с утверждением А.И. Рарога: «При квалификации преступлений, совершенных с ошибочным представлением о наличии квалифицирующих обстоятельств, которые фактически отсутствуют, допускается юридическая фикция; фактически оконченное преступление квалифицируется как неоконченное»2.

Видимо, остается правильнее всего квалифицировать содеянное по ч. 3 ст. 30, по п. «г» ч. 2 ст. 105 или по ч. 2 (при наличии других квалифицирующих обстоятельств) ст. 105 УК.

При ошибке иного рода, когда виновный убивает беременную женщину, полагая ошибочно, что она не находится в таком состоянии, его действия не могут быть квалифицированы по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК, так как в этом пункте содержится обязательный признак «заведомости», и подобное убийство должно влечь ответственность по ч. 1 ст. 105 УК;

д) убийство, совершенное с особой жестокостью (п. «д» ч. 2 ст. 105 УК). Убийство само по себе жестокое деяние. Для квалификации по этому пункту требуется особая жестокость. Об этом прежде всего свидетельствует способ убийства. Лишение жизни происходит способом, который связан с причинением потерпевшему особых мучений и страданий: нанесение большого количества ран, сожжение заживо, предварительное, постепенное отсечение органов тела, использование мучительно действующего яда, длительное лишение воды, тепла и др.

Подобное убийство совершил, например, В. Мать стала ругать сына за пьянство. В ответ на это пьяный В. с целью убийства нанес поленом лежащей на печи матери несколько ударов по голове, затем сбросил ее на пол, принес из коридора веревку, сделал из нее петлю. После этого В. накинул петлю на шею матери, свободный конец веревки перекинул через балку, закрепил на ручке двери, затем несколько раз открывал и закрывал дверь, вследствие чего веревка то ослабевала, то сильно натягивалась. Убедившись, что мать мертва (смерть наступила от механической асфиксии), В. ушел из дома.1

Особая жестокость убийства может выражаться также в лишении жизни в присутствии близких потерпевшему лиц: детей, родителей, невесты и др., когда виновный осознает, что своими действиями он причиняет им особые страдания. Поэтому Кассационная палата Верховного Суда РФ не согласилась с доводами осужденного К., что Б. не являлась супругой убитого им Д., поэтому его убийство в ее присутствии не является убийством с особой жестокостью. Д. и Б. проживали вместе более двух лет и намеревались заключить брак. Лишение жизни Д. в присутствии Б. причинило последней особые душевные страдания, вызванные лишением жизни у нее на глазах близкого человека, что осознавал К., зная о характере отношений и совместном проживании Б. и Д., и проявил тем самым особую жестокость.

Для квалификации деяния как убийства, совершенного с особой жестокостью, необходимо установить, что виновный осознавал наличие подобного способа лишения жизни. Здесь не требуется, чтобы субъект желал именно такого способа убийства, хотя и это может иметь место, необходимо понимание виновным, что он лишает жизни человека с особой жестокостью. Для лица очевидно, что он при убийстве причиняет особые мучения, особые страдания потерпевшему. Если этого сознания нет, то нет и квалифицирующего признака «особая жестокость».

Например, не имелось этого признака в деянии К., который был осужден Ставропольским краевым судом за убийство с особой жестокостью. К. длительное время находился в близких отношениях с С. и неоднократно предлагал ей выйти за него замуж. Однако С. отвечала отказом, мотивируя это тем, что она не может оставить бывшего мужа, брак с которым расторгла, но продолжала проживать совместно. После очередного отказа К. решил убить мужа С, С этой целью К. пришел на квартиру С. и потребовал от него оставить бывшую жену. Получив отрицательный ответ, К. с целью убийства нанес С. металлическим стержнем 15 ударов по голове.1

Суд, сделав вывод из этого, что потерпевшему во время убийства были причинены особые страдания, квалифицировал деяние К. как убийство, совершенное с особой жестокостью. Однако подобная квалификация вряд ли обоснованна. К. показал, что, придя к С., он рассказал ему о своих взаимоотношениях с его бывшей женой, просил оставить ее. В ответ на это С. пытался нанести ему удар металлическим стержнем. Он вырвал у него стержень, а затем нанес ему несколько ударов стержнем по голове, сколько, не помнит, так как был сильно взволнован и все произошло очень быстро. Из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что каждый из ударов, нанесенных С. в область головы, мог привести к смерти, а нанесены они были в очень короткий промежуток времени. Поэтому считать, что К., причиняя смерть С., осознавал, что при этом он причиняет потерпевшему особые страдания, оснований не имеется. В связи с изложенным Пленум Верховного Суда СССР приговор Ставропольского краевого суда изменил: переквалифицировал его действия на ст. 103 УК РСФСР (убийство без отягчающих обстоятельств).

Убийство с особой жестокостью может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом. Обычно, учитывая способ такого деяния, оно совершается с прямым умыслом, и виновный желает наступления смерти. Что же касается способа убийства, то, как уже отмечалось, виновный может желать именно таким образом причинить смерть или сознательно допускать подобную особую жестокость. Поэтому, по нашему мнению, нельзя согласиться с утверждением, что для квалификации деяния как убийства, совершенного с особой жестокостью, необходимо установить, что виновный желал причинения смерти данным способом1. Ссылки автора данной позиции на закон неосновательны, поскольку в законе такого ограничения не содержится. Пленум Верховного Суда РФ также подчеркивал, что виновный должен осознавать, что своими действиями он причиняет потерпевшему особые страдания, и ничего не говорит, что для подобной квалификации необходимо установить наличие только желания такого способа убийства.

Уничтожение или расчленение трупа в целях сокрытия преступления не может быть основанием для квалификации убийства как совершенного с особой жестокостью1;

е) убийство, совершенное общеопасным способом (п. «е» ч. 2 ст. 105 УК). При совершении данного вида убийства применяется такой способ причинения смерти, который опасен для жизни не только одного человека. Обычно это бывает тогда, когда человек лишается жизни путем совершения взрыва, стрельбы из огнестрельного оружия в многолюдном месте, отравления источников воды, которыми пользуются и другие лица и т.д. Если при этом, кроме намеченной жертвы, погибают и другие лица, при квалификации дополнительно применяется и п. «а» ч. 2 ст. 105 УК. В случаях причинения телесных повреждений другим лицам действия виновного, кроме п. «е» ч. 2 ст. 105 УК, надлежит квалифицировать также по статьям УК, предусматривающим ответственность за умышленное причинение вреда здоровью.

Если при совершении убийства общеопасным способом, кроме смерти намеченной жертвы, наступает смерть других лиц, причем отношение к их смерти имеет форму неосторожной вины, то деяние следует квалифицировать помимо п. «е» ч. 2 ст. 105 и по ст. 109 УК (причинение смерти по неосторожности). Точно так же по совокупности преступлений должна происходить квалификация при неосторожном причинении тяжкого вреда здоровью другим лицам (дополнительно по ст. 118 УК). В качестве обоснования подобной позиции можно привести довод о том, что законодатель в качестве отягчающего обстоятельства предусматривает здесь не смерть или причинение телесных повреждений другим лицам, а реальную опасность их причинения при обязательном осознании виновным этой опасности. Если виновный, осознавая эту опасность, сознательно допускает, а в ряде случаев даже желает эти последствия, налицо умысел по отношению к ним, прямой или косвенный. Если же виновный, осознавая опасность своих действий, понимая, что они, помимо жертвы намеченной, могут привести к смерти или причинению вреда здоровью другим лицам, рассчитывает на какие-то реальные, по его мнению, обстоятельства, которые, как он считает, позволят избежать наступления этих дополнительных последствий, то он и должен отвечать по совокупности, как за умышленное, так и за неосторожное преступление.

Следует, однако, заметить, что такая позиция разделяется не
всеми авторами1.        

В тех случаях, когда убийство путем взрыва, поджога или иным общеопасным способом сопряжено с уничтожением или повреждением чужого имущества либо с уничтожением или повреждением лесов, а равно насаждений, не входящих в лесной фонд, содеянное наряду с п. «е» ч. 2 ст. 105 УК следует квалифицировать также по ч. 2 ст. 167 или ч. 2 ст. 261 УК2;

ж) убийство, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК).

Для уяснения понятий группы лиц, группы лиц по предварительному сговору и организованной группы лиц необходимо обратиться к ст. 35 УК, в которой установлено понятие указанных форм соучастия.

Убийство признается совершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя. Таковыми следует признавать лиц, которые действовали совместно, с умыслом, направленным на совершение убийства, и непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего. При этом для признания лица исполнителем убийства не имеет значения, наступила смерть от ранений, причиненных всеми лицами в совокупности, или непосредственно от ранения, причиненного одним из них. Главное, необходимо установить, что все лица действовали сообща, взаимно дополняемыми усилиями с умыслом, направленным на причинение смерти.

В судебной практике эти обстоятельства не всегда учитываются.

Так, Т. и X. были признаны соисполнителями убийства совместно с П. Они по просьбе П. привезли к песчаному карьеру в багажнике автомашины связанного Ч. П. сказал, что с Ч. надо разобраться. П. дал Ч. лопату и предложил копать яму. Потом П.
нанес удар ножом потерпевшему, после чего Т. и X. столкнули труп в яму и закопали.

Суд первой инстанции признал П., Т. и X. соисполнителями убийства, совершенного по предварительному сговору группой лиц. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала, что подобная квалификация является ошибочной, так как помещение связанного потерпевшего в багажник автомашины, перевозка его к месту убийства, сокрытие следов убийства является пособничеством, а не соисполнительством убийства.1

Предварительный сговор на убийство означает выраженную в особой форме договоренность двух или более лиц на причинение смерти, состоявшуюся до начала совершения действия, непосредственно направленного на лишение жизни потерпевшего3.

В случаях, когда исполнители убийства не только заранее договорились о совместном совершении убийства, но и представляли собой устойчивую группу лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений, имеет место совершение убийства организованной группой.

Так, Д. наряду с другими лицами был признан соисполнителем убийства. Совместно и одновременно с другими лицами Д. стрелял по автомобилю, в котором находились потерпевшие. Каждый из соисполнителей имел огнестрельное оружие. И хотя пистолет Д. дал осечку, он наряду с другими был признан соисполнителем1;

з) убийство из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное, с разбоем, вымогательством или бандитизмом (п. «з» ч. 2 ст. 105 УК).

По п. «з» ч. 2 ст. 105 УК следует квалифицировать такое умышленное убийство, которое совершено в целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц или избавления от материальных затрат. Получение материальной выгоды может выражаться в получении денег, имущества или прав на имущество, жилплощадь, вознаграждении от третьих лиц. Избавление от материальных затрат означает освобождение от уплаты долга, возврата имущества, оплаты услуг, уплаты алиментов и др.

В содержании данного вида убийства закон указал на те случаи, когда оно сопряжено с разбоем, вымогательством или бандитизмом. Это означает, что, если умышленное убийство совершено при разбойном нападении, вымогательстве или бандитизме, содеянное надлежит квалифицировать по совокупности указанных преступлений2.

В указанных случаях лишение жизни происходит во время совершения этих преступлений. Если же оно происходит после совершения этих преступлений, то квалифицировать убийство как корыстное или сопряженное с этими преступлениями не следует, хотя совокупность подобных преступлений, несомненно, имеет место.

Для квалификации убийства как совершенного из корыстных побуждений необходимо установить, что подобный мотив возник у виновного до убийства. Если же это обстоятельство отсутствует, то завладение, например, имуществом убитого после лишения его жизни образует состав убийства без корыстных побуждений и состав кражи. Лишение жизни потерпевшего после совершения разбойного нападения, вымогательства или бандитизма может происходить с целью сокрытия указанных преступлений. В этих случаях убийство квалифицируется по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК.

При убийстве из корыстных побуждений необходимо установить, что виновный преследовал цель получения материальной выгоды или избавления от материальных затрат. Если этого признака не установлено, то и квалификация убийства из корыстных побуждений отсутствует.

Как пример можно привести дело по обвинению 3. по п. «а» ст. 102 УК и ч. 2 ст. 144 УК РСФСР Ростовским областным судом 3. признан виновным в том, что 8 июля 1991 г. из корыстных побуждений с целью уклонения от уплаты долга совершил убийство Д., после чего совершил кражу ювелирных изделий. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 9 марта 1992 г. приговор изменила по следующим основаниям1. Вывод суда о том, что убийство было совершено из корыстных побуждений, нельзя признать убедительным. Корыстные побуждения при убийстве определяются стремлением виновного извлечь из преступления материальную выгоду, в том числе освободиться от материальных затрат. Как видно из материалов дела, о наличии долга было известно и мужу потерпевшей, чьей совместной собственностью являлось невозвращенное осужденным имущество, и другим лицам. Из этого следует, что убийство Д. не освобождало осужденного от необходимости возвратить долг, о чем пояснял и сам 3. Сам по себе факт наличия у осужденного долга при отсутствии доказательств, позволяющих сделать вывод о корыстных мотивах убийства, не свидетельствует о том, что это преступление было совершено с целью уклонения от уплаты долга. Убийство было совершено в ссоре, а не из желания освободиться от уплаты долга, в связи с чем действия 3. подлежат переквалификации с п. «а» ст. 102 на ст. 103 УК РСФСР (как убийство без корыстных побуждений).

Убийство по найму представляет, как правило, разновидность убийства из корысти, так как совершается специально приглашенным («нанятым») лицом тем, кто желает «убить» потерпевшего за определенную плату. Однако возможен и иной мотив: убийство за иное вознаграждение;

и) убийство из хулиганских побуждений (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК). Убийство из хулиганских побуждений совершается на почве явного неуважения к обществу и общепринятым моральным нормам, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение. Нередко это преступление совершается без повода или с использованием незначительного повода как предлога для убийства.

В качестве примера подобного вида убийства можно привести дело по обвинению Ш. Обстоятельства дела таковы. Ш. в нетрезвом состоянии пришел в свою квартиру, повесил на ручку двери сумку с документами и сразу же ушел на улицу. Через некоторое время Ш. решил возвратиться домой и обнаружил, что в его руках нет сумки. Во дворе дома он подошел к группе подростков и, необоснованно подозревая, что кто-то из них спрятал сумку, потребовал ее вернуть. Подростки, среди которых был и С., заявили Ш., что сумку они не видели, и предложили поискать ее там, где он выпивал. В ответ на это Ш. пошел домой, взял самодельный нож, вернулся к подросткам и, используя незначительный повод для расправы, нанес удар ножом в область сердца ближе других стоявшему к нему С. От полученного ранения сердца потерпевший скончался. В данном случае Ш. действовал из хулиганских побуждений, демонстрируя открытый вызов общественному порядку, пренебрежение к окружающим, нормам закона и морали. Ш., ища потерянную сумку, неоднократно и необоснованно приставал к подросткам, пока те не предложили поискать ее там, где он выпивал. Ш. использовал этот незначительный повод как предлог для убийства.1

«Хулиганские побуждения» — довольно сложное понятие. Они включают различные низменные мотивы, под влиянием которых у лица возникает намерение проявить явное неуважение к обществу, пренебрежение к общественному порядку, путем бесчинства, буйства выразить свой эгоизм, надругаться над людьми, продемонстрировать свое бесстыдство, жестокость. В основе формирования хулиганских побуждений лежит, как правило, низменная психологическая установка личности, злоба, ненависть, пренебрежение к людям. Начало их формирования может происходить и из справедливого, по мнению виновного, чувства ревности, обиды. Под влиянием этих чувств при наличии определенного, порой незначительного повода у виновного возникают эмоции гнева, злобы, желание мести. Эти чувства, не отрицая, а сопровождая первоначально возникшие ревность, обиду, являются уже определяющими поведение субъекта. Они трансформируются в намерения лица своими действиями продемонстрировать вызов общественному мнению, пренебрежение к элементарным нормам морали, к человеческой Личности. И эти хулиганские побуждения, в конечном счете, приводят к убийству человека. Если же побуждения не установлены, а преступное поведение человека определяется только его личными взаимоотношениями с потерпевшим, то причинение смерти в этих случаях не может быть квалифицировано как убийство из хулиганских побуждений, независимо от места его совершения2.

Нередко убийство из хулиганских побуждений совершается в результате ссоры, в драке. Но это не означает, что любое убийство в ссоре или драке автоматически должно быть квалифицировано как убийство из хулиганских побуждений.

Так, К. был осужден Самарским областным судом за убийство из хулиганских побуждений. Из материалов дела следует, что К. и потерпевший М. длительное время распивали спиртные напитки и постоянно ссорились. Затем между ними возникла драка. Оба лица вели себя неправомерно. Во время драки К. ножом убил М.1

Коллегия Верховного Суда РФ исключила из квалификации убийства пункт о хулиганских побуждениях.

Следует отметить, что, если помимо убийства совершены и хулиганские действия, то необходима дополнительная квалификация по ст. 213 УК. Квалификация по совокупности исключается только тогда, когда хулиганский мотив был выражен только в убийстве2;

к) убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера (п. «к» ч. 2 ст. 105 УК).

В этом пункте предусмотрены два самостоятельных квалифицирующих убийство обстоятельства (изнасилование и действия сексуального характера можно в силу их близости объединить в одно).

Сокрытие или облегчение совершения другого преступления хотя и отличаются друг от друга по своему содержанию, но нередко переплетаются между собой. Как правило, виновный совершает убийство для сокрытия уже совершенного преступления или для облегчения его совершения (до или в процессе его совершения).

Следует отметить, что убийство, имеющее цель облегчить совершение будущего преступления, является приготовлением к нему. Если оно относится к категории тяжких или особо тяжких преступлений, то за него необходима дополнительная квалификация. Пленум Верховного Суда РФ отметил, что по смыслу закона квалификация по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение исключает возможность квалификации этого же убийства, помимо указанного пункта, по какому-либо другому пункту ч. 2 ст. 105 УК, предусматривающую иную цель или мотив убийства. Поэтому, если установлено, что убийство потерпевшего совершено, например, из корыстных или из хулиганских побуждений, оно не может одновременно квалифицироваться по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК. Следует согласиться с позицией тех авторов, которые утверждают, что возможность квалификации преступления одновременно по двум мотивам, каждый их которых выполняет роль квалифицирующего признака, является необоснованной1.

Под убийством, сопряженным с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера, необходимо понимать убийство в процессе совершения указанных преступлений или с целью их сокрытия, а также совершенное по мотивам мести за оказанное сопротивление при совершении этих преступлений.

Лицо скрывает преступление, о совершении которого неизвестно правоохранительным органам, а если и известно, то об этом не знает виновный. В данном случае совершаются два самостоятельных преступления. Поэтому квалификация проводится и по п. «к» ч. 2 Ст. 105 УК и соответствующей части ст. 131 УК.

Если какое-либо из этих преступлений является неоконченным, то при квалификации его делается ссылка на ст. 30 (ч. 1 или ч. 3) УК;

л) убийство по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды либо кровной мести (п. «л» ч. 2 ст. 105 УК).

Подобный вид убийства получает все более широкое распространение, особенно это касается убийства по мотивам национальной ненависти или вражды.

В последние годы большое развитие получают идеи национального самоутверждения. Сами по себе эти идеи являются естественным явлением, и не они порождают национальную вражду или рознь (при условии, конечно, если они не перерастают в шовинизм или экстремизм). Но, к сожалению, имеются силы, заинтересованные в разжигании национальной ненависти или розни. Если подобные побуждения лежат в основе формирования умысла на лишение жизни, то убийство в этих случаях квалифицируется по п. «л» ч. 2 ст. 105 УК. Предлог же для убийства здесь может быть самым различным: неправомерное действие потерпевшего или иных лиц (хотя эти действия могут быть и правомерными), неугодные для виновного решения или поведение властей, когда потерпевший своей национальной принадлежностью отождествляется с ними, и другие, порой самые незначительные поводы. Те же самые положения лежат в основе совершения убийства по расовым признакам, из-за религиозной ненависти или вражды.

Для квалификации по данному пункту необходимо установить, что потерпевший убит главным образом за то, что он принадлежит к другой национальности, расе, конфессии. Если же он убит за совершение противоправных или аморальных действий, то подобная квалификация применяться не может.

Несколько особняком стоит предусмотренное в этом же пункте убийство по мотивам кровной мести. Кровная месть обычно объявляется лицу, совершившему убийство родственников виновного. При этом жертвами кровной мести могут быть как само это лицо или его родственники, так и иные лица, кому эта кровная месть объявлена. Субъектом этого преступления может быть только лицо, принадлежащее к этнической группе, где кровная месть является обычаем. Место совершения преступления значения для квалификации не имеет;

м) убийство с целью использования органов или тканей потерпевшего (п. «м» ч. 2 ст. 105 УК). Квалифицирующий признак «убийство с целью использования органов или тканей потерпевшего» впервые предусмотрен в уголовном законодательстве. Это вызвано реалиями современной жизни. Впервые на территории России появились коммерческие организации, занимающиеся приобретением и сбытом человеческих органов и тканей. Источниками их приобретения могут быть неправомерные действия, в том числе и убийства. Если умышленное лишение жизни человека совершается с целью использования его органов или тканей, то оно квалифицируется по п. « м» ч. 2 ст. 105 УК.

В случаях когда при этом присутствует корыстный мотив, необходима дополнительная квалификация и по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК.

Таким образом, наиболее опасным из всех видов убийств является квалифицированное убийство, предусмотренное ч. 2 ст. 105 УК РФ. Перечень квалифицирующих признаков, содержащихся в ч. 2 ст. 105 УК, который как бы дополняет основное преступление, дает основание законодателю повысить уровень ответственности. Квалифицированное убийство (ч. 2 ст. 105 УК) это умышленное лишение жизни при наличии отягчающих обстоятельств. В части 2 ст. 105 названы 26 признаков, объединенных в 13 пунктов. По мнению законодателя, наличие любого из этих признаков существенно повышает степень общественной опасности убийства. Поэтому такого рода деяния рассматриваются как квалифицированные убийства.

Если в совершенном убийстве налицо несколько отягчающих обстоятельств, то при квалификации содеянного должны быть указаны все пункты ч. 2 ст. 105 УК, предусматривающие соответствующие признаки. Однако наказание назначается не по каждому признаку в отдельности, а по ч. 2, т.к. содержащиеся в пунктах обстоятельства в отличней от частей не имеют своих санкций.

На квалификацию убийства влияют только отягчающие обстоятельства, исчерпывающе указанные в ч. 2 ст. 105 УК. Другие отягчающие обстоятельства, перечисленные в ст. 63 УК, могут влиять лишь на размер назначаемого наказания в пределах санкции статьи.

Все квалифицирующие признаки, предусмотренные в ч. 2 ст. 105 УК( можно разделить на две группы: характеризующие объект и объективную сторону состава преступления, а также субъективную сторону и личность преступника.

К признакам, характеризующим объект и объективную сторону состава преступления, относятся признаки, предусмотренные п. «а», «в», «г», «д», «е», «ж», «н» ч. 2 ст. 105 УК.

 

Список используемой литературы

 

Нормативные акты

  1. Конституция РФ. Принята на всенародном референдуме 12 дек. 1993 г. // Российская газета. 25 декабря 1993 г.
  2. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ с изм. и доп., внесенным федеральным законами от 4 июля 2003 г., 7 июля и 8 декабря 2003 г., 22 апреля 2004 г., 29 июня 2004 г // СЗ РФ. 2001. № 52 (ч. I)
  3. Уголовный кодекс РФ 1996 г. // СЗ РФ. 1996. № 25.
  4. О трансплантации органов и (или) тканей человека: Закон РФ от 22 декабря 1992 года в ред. Фед. закона от 24 мая 2000 г. // Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ. 1993. № 2. Ст. 62; Собрание законодательства РФ. 2000. № 26. Ст. 2738.
  5. О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ): Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. № 3
  6. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.04.92 № 4 «О судебной практике по делам об изнасиловании» // ВВС РФ. 1992. № 7.
  7. Постановление Пленума Верховного Суда РСФСР от 04.05.90 № 3 «О судебной практике по делам о вымогательстве» // Судебная практика по уголовным делам / Состав. Г.А. Есаков. М., 2005.
  8. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.01.97 № 1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм» // Судебная практика по уголовным делам / Состав. Г.А. Есаков. М., 2005.

    Специальная литература

  9. Абельцев С. Мотивация особо тяжких преступлений против личности // Российская юстиция. 2003 № 11. С. 29 — 30.
  10. Асланов Р.М. Уголовное законодательство РФ: со сравнительным анализом статей УК РФ (1996 года) и УК РСФСР (1960 года). СПб., 1996.
  11. Бородин С.В. Преступления против жизни. М., 1999.
  12. Бородин С.В. Ответственность за убийство: квалификация и наказание по российскому праву. М., 1994.
  13. Володин Д., Попов А. Сон и сильная степень опьянения как обстоятельство, свидетельствующие о беспомощном состоянии потерпевшего при убийстве // Уголовное право. 2002, № 3. С. 43-46
  14. Даньшин И.Н. Уголовно-правовая охрана общественного порядка. М., 1973.
  15. Дмитриев Ю.А., Шленева Е.В. Право человека в Российской федерации на осуществление эвтаназии // Государство и право. 2000. № 11.
  16. Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации/Отв.ред. В.М. Лебедев.–М.:Юрайт, 2003
  17. Коробеев А.И. Убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии // Уголовное право в XXI веке. М., 2002.
  18. Кузьмин В.А. Уголовное право. М., 2006.
  19. Михеев Р.И. Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 1. Преступление. М., 2005.
  20. Попов АН. Преступления против личности при смягчающих обстоятельствах. СПб., 2003.
  21. Рарог А.И. Вина в советском уголовном праве. Саратов, 1987.
  22. Рарог А.И. Квалификация преступлений по субъективным признакам. СПб., 2003.
  23. Российское уголовное право. Особенная часть уголовное право / По ред. В.Н. Кудрявцева и А.В. Наумова. М., 1997.
  24. Судебная практика по уголовным делам / Состав. Г.А. Есаков. М., 2005.
  25. Ткаченко
    В.И. Квалификация преступлений против жизни и здоровья по советскому уголовному праву. М., 1977.
  26. Ткаченко В.И. Квалификация преступлений против общественного порядка. М., 1982.
  27. Уголовное право. Особенная часть / Под ред. Б.В. Здравомыслова. М., 2002.
  28. Уголовное право России. Особенная часть. Учебник / Под ред. А.И. Рарога. М., 1998.
  29. Уголовное право России. Часть Общая / Отв. ред. Л.Л. Кругликов. М., 2005.
  30. Уголовное право. Общая часть / Под ред. В Н Петрашева. М, 2005.
  31. Уголовное право России. Общая и Особенная части: Учебник / Под ред. Ревина В.П. М., 2004.
  32. Шарапов Р.Д. Физическое насилие в уголовном праве, СПб., 2002

     

     

     

     


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 1.03MB/0.00049 sec

WordPress: 23.19MB | MySQL:116 | 2,003sec