Умышленное причинение вреда здоровью

<

041914 1827 1 Умышленное причинение вреда здоровью

Глава 1. Общая характеристика преступлений против здоровья

 

В дореволюционной уголовно-правовой литературе и в литературе советского периода в понимании телесного повреждения не было единодушия.

Так, Н. С. Таганцев писал, что «телесное повреждение должно охватывать все случаи причинения физической боли или страдания…»1.

Аналогичные определения телесных повреждений давали С. В. Познышев, И. Л. Фойницкий2 и др. Однако А. А. Жижиленко к телесным повреждениям относил лишь те, которые посягают на телесную неприкосновенность посредством нарушения целостности тела человека, а насилие над личностью он относил к посягательствам на телесную неприкосновенность посредством причинения физической боли3.

До сих пор в современной уголовно-правовой литературе эта дискуссия продолжается. Так, П. А. Дубовец в монографии, посвященной анализу телесных повреждений, пишет, что удары, побои и иные насильственные действия, связанные с причинением физической боли, так же, как и все другие телесные повреждения, наносят вред здоровью человека4. Из этого определения прослеживается позиция А. А. Жижиленко, которая заслуживает всяческой поддержки, так как она отражает в большей степени стремление охраны здоровья человека, обеспечить право человека на физическую (телесную) неприкосновенность, а в конечном счете — безопасность здоровья граждан5.

Однако немало было высказано и критических замечаний по поводу такого понимания телесных повреждений. Еще М. М. Гродзинский писал, что «вызывает сомнение самая возможность существования такого телесного повреждения, которое не было бы связано с расстройством здоровья… всякое телесное повреждение всегда непременно будет связано с расстройством здоровья»1. В последние годы против расширительного определения понятия телесного повреждения выступили И. А. Исмаилов2, Д. С. Читлов3 и др.

Представляется, что телесные повреждения (как родовое понятие) можно определить следующим образом. Это прежде всего нарушение анатомической целостности органов и тканей или их физиологических функций, а также посягание на физическую (телесную) неприкосновенность, на безопасность здоровья граждан.

Конечно же, деяния, которые нарушают анатомическую целостность органов и тканей должны быть уголовно противоправны. В противном случае в зависимости от конкретной обстановки они могут быть способом защиты интересов личности, общества, государства, следствием действий невменяемого. Иногда в определение понятия телесного повреждения включают и общественную опасность, и виновность. Конечно, это обусловлено общим определением преступления, которое содержится в ст. 14 УК, Однако указание в определении понятия телесного повреждения на общественную опасность является излишним. Во-первых, противоправность является юридическим выражением общественной опасности деяния. А во-вторых, указание на общественную опасность как бы обусловливает отсутствие противоправности, создается впечатление, что и действия невменяемых, причинивших вред здоровью, являются телесным повреждением4.

Законодатель в УК не использует понятие телесного повреждения. Однако это понятие не теряет своего полного значения. Под вредом здоровью следует понимать либо телесные повреждения, т. е. нарушения анатомической целостности органов и тканей или их физиологических функций, либо заболевания или патологические состояния, возникшие в результате воздействия различных факторов внешней среды: механических, химических, биологических, психических. Конечно, понятие «телесные повреждения» не охватывает всех признаков, которые свойственны понятию «повреждение здоровья». Они соотносятся как часть и целое, как видовое и родовое понятия. Повреждение здоровья охватывает не только телесные повреждения. Это понятие включает и тот причиняемый вред здоровью, который не связан с нарушением анатомической целостности или физиологических функций органов и тканей. Доктор медицинских наук В. В. Козлов пишет, что к понятию «повреждение здоровья» относятся, например, такие болезненные расстройства, как реактивные психические и невротические состояния, возникшие вследствие неблагоприятного психического воздействия на потерпевшего, либо инфекционные заболевания от заражения одного человека другим культурой патогенных микробов и т. п.1

К преступлениям против здоровья законодатель относит телесные повреждения и предусматривает также уголовную ответственность за заражение венерической болезнью и ВИЧ-инфекцией, рассматривая их как специфические виды преступлений против здоровья. К преступлениям против здоровья относится также истязание и побои.

Преступления различаются между собой прежде всего ценностью объектов, на которые они посягают. Ценность объекта предопределяет опасность преступления. Правильное установление объекта позволяет разграничить сходные преступления, дать правильную юридическую оценку содеянного, правильно применить уголовный закон правоохранительными органами. Установить объект преступления далеко не просто. Тем более что объект преступления, предусмотренного ст. 111 «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью» УК, охраняется рядом других уголовно-правовых норм, направленных на защиту жизни и здоровья человека в структуре других общественных отношений. Все это обусловливает необходимость анализа содержания объекта уголовно-правовой охраны и механизма его изменения. Под социальной связью понимается социальную возможность или запрещенность определенного социального поведения и возможность определенного состояния субъектов орошения, на стороне одного субъекта интересующих нас социальных связей выступает обязанность или запрещенность определенного поведения, которое нарушает безопасное состояние здоровья. В этих социальных связях возможности безопасного состояния здоровья человека корреспондируют запрещенное опасного поведения для здоровья. Именно такое состояние конкретного лица, которое претерпевает свое изменение, является непосредственным объектом рассматриваемого преступления. Возможность находиться в здоровом состоянии гарантируется государством и охраняется уголовным законодательством.1

Государство в равной степени охраняет жизнь и здоровье каждого человека, в этом проявляется равенство граждан перед законом. Каждый гражданин в силу этого является участником общественных отношений, которые устанавливаются по поводу охраны жизни, здоровья, чести, достоинства и т. п. Воздействуя на участника общественных отношений физически (на его биологическую сущность) или психически (на психику человека), виновный посягает на общественные отношения. Большинство преступлений, предусмотренных Особенной частью УК, сопряжены с воздействием на субъекта. Это не только преступления, предусмотренные разд. VII «Преступления против личности». Это и преступления против собственности, преступления против общественной безопасности, против здоровья населения и т. д. Воздействуя на тело человека, виновный посягает не только на жизнь потерпевшего в биологическом смысле и не только на здоровье в смысле определенного физического состояния организма. Понятие «человек» включает в себя социальную и биологическую стороны, а понятие «личность» — понятие только социальное. Уголовное право охраняет человека с точки зрения его общественной сущности и с точки зрения его физической целостности.

Преступное деяние является важнейшим элементом объективной стороны преступления, так как оно «порождает последующие звенья объективной стороны: причинную связь и преступный результат»1.

Теоретически умышленное причинение тяжкого вреда здоровью может быть совершено как путем действия, так и путем бездействия. Однако на практике трудно встретить причинение вреда здоровью в результате бездействия.

Уголовное право изучает поведение человека как внешнее проявление воли человека. Лишь активное (действие) или пассивное (бездействие) поведение человека может быть отнесено к преступлению. Это следует из ст. 14 УК. Основанием уголовной ответственности может быть только преступное поведение, выразившееся в конкретном деянии лица.

В умышленных преступлениях начальным моментом преступного действия являются телодвижения, направленные на создание условий для совершения преступления либо непосредственно на причинение вреда субъекту социальной связи.

«Конечный момент действия определяется наступлением Преступного результата»2, — пишет академик В. Н. Кудрявцев. Таким образом, конечным моментом преступного действия следует признать наступление вреда здоровью.

В теории уголовного права в. зависимости от отношения преступного действия к течению времени принято различать одномоментные, разномоментные, продолжаемые, длящиеся преступления и преступления с отдаленным результатом.

Изучение материалов судебной практики свидетельствует о том, что формы внешнего выражения действий, в результате которых причиняется тяжкий вред здоровью, — это физическое воздействие (90%) и психическое воздействие на психику человека (сообщение фактов, сведений, оскорбление, угроза). Физическое воздействие является наиболее распространенной формой воздействия на субъекта социальных связей в нашем уголовном законодательстве. Диспозиция примерно 80% статей УК описывает форму преступного действия. Однако диспозиция ряда статей содержит описание лишь запрещенных последствий. Представляется, что «если уголовный закон запрещает причинение вреда без каких-либо-оговорок, которые касались бы способов преступного действия, то мы должны признать все способы такого причинения, имеющие одинаковое значение: запрещаются не сами по себе способы действия, а преступное последствие»1. Диспозиция ч. 1 ст. 111 УК относится именно к таким, которые описывают лишь запрещенные последствия, что позволяет сделать вывод о том, что способ причинения тяжкого вреда здоровью, взятый вне связи с последствиями, не имеет юридического значения. Законодатель предусматривает лишь некоторые способы причинения тяжкого вреда здоровью в качестве квалифицирующих признаков данного преступления. Так, в п. «б» ч. 2 ст. 111 УК причинение тяжкого вреда здоровью с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего и в п. «в» общеопасным способом отнесено к квалифицирующим признакам, которые в совокупности с признаками основного вида преступления, описанного в ч. 1 ст. 111 УК, характеризуют повышенную опасность деяния сравнительно с основным видом преступления.

Выводы: Здоровье человека является одним из важнейших благ и поэтому оно охраняется государством. Конституция РФ провозглашает, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. При этом конкретно провозглашается право каждого человека на жизнь, личную неприкосновенность, защиту чести и доброго имени человека. УК РФ в качестве одной из важнейших задач предусматривает охрану Преступления против здоровья предусмотрены, наряду с преступлениями против жизни, которая является первой главой особенной части, что подчеркивает важность и приоритетность охраны этого важнейшего объекта. Закон предусматривает ответственность за причинение тяжкого, средней тяжести и легкого вреда здоровья.

 

 

 

 

Глава 2. Уголовно-правовая характеристика умышленного причинения тяжкого вреда здоровью

 

2.1. Объект умышленного причинения тяжкого вреда здоровью

 

Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, или повлекшего за собой потерю зрения, речи, слуха либо какого-либо органа или утрату органом его функций, прерывание беременности, психическое расстройство, заболевание наркоманией либо токсикоманией, или выразившегося в неизгладимом обезображивании лица, или вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть или заведомо для виновного полную утрату профессиональной трудоспособности (ч. 1 ст. 111 УК).

В современном действующем законодательстве одним из основных признаков тяжкого причинения вреда признается опасность его для жизни человека.

Объектом преступления является здоровье как физиологическое состояние организма.

Здоровье человека как определенное физиологическое состояние организма, при котором его системы, части и органы нормально функционируют, является важнейшим социальным благом и охраняется государством (ст. 41 Конституции РФ). В преамбуле Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г.1 оно провозглашается неотъемлемым условием жизни общества, а ст. 17 Основ закрепляет право граждан на охрану здоровья и устанавливает необходимые для этого гарантии. Учитывая, что жизнь и здоровье граждан являются высшей социальной ценностью нашего общества, охрана этих благ от преступных посягательств составляет одну из важнейших задач Российского государства.

В Большой медицинской энциклопедии1 здоровье определяется как состояние человеческого организма, «когда функции всех его органов и систем уравновешены с внешней средой и отсутствуют какие-либо болезненные изменения», в понятие здоровье входит и «социальная полноценность человека», так как социальные факторы играют важную роль в понятии здоровья человека.

Единственно правильным является признание объектом рассматриваемого преступления здоровье в биологическом смысле, в значении определенного физического состояния организма, которые создают необходимую предпосылку для полноценного участия в социальных связях, обеспечивая возможность жить и пользоваться здоровьем, благами жизни.

Опасным для жизни является вред здоровью, вызывающий состояние, угрожающее жизни, которое может закончиться смертью. Предотвращение смертельного исхода в результате оказания медицинской помощи не изменяет оценку вреда здоровью как опасного для жизни. Анализ судебной практики свидетельствует, что большая часть причинения тяжкого вреда здоровью признается таковым по признаку его опасности для жизни человека. В юридической и судебно-медицинской литературе долгое время опасность для жизни понимали не однозначно, что обусловливало разнобой в судебной практике2.

Некоторые авторы полагали, что степень тяжести и опасности телесного повреждения должна определяться на основании его исхода, так как вообще не существует неопасных повреждений, а общее состояние здоровья следует оценивать по последствиям перенесенной болезни3. Другие авторы утверждали, что телесные повреждения должны быть признаны опасными для жизни при наличии причинной связи между нанесенными повреждениями и возникшими на их основе последствиями, опасными для жизни, и что при этом несущественно, были ли повреждения опасными в момент их нанесения или опасность проявилась во время последовавшей болезни, оставили ли такие повреждения после себя стойкое расстройство здоровья или нет1.

Следует согласиться с Л. В. Черненко, который считает, что всякое телесное повреждение, как и любое явление действительности, есть процесс, имеющий начало, течение и конец2. При оценке степени тяжести телесных повреждений необходимо исследовать процесс в его развитии, движении, учитывать и момент нанесения повреждения, и процесс его развития, так как в практике нередко встречаются случаи, когда повреждения, не опасные для жизни в момент нанесения, в последующем при нормальном течении создают опасность для жизни3.

Если при определении степени опасности повреждения для жизни учитывать только момент нанесения, то повреждения, вызвавшие развитие угрожающего для жизни состояния, возникновение которого не имеет случайного характера, нельзя было бы отнести к тяжкому вреду здоровья. И тем более при благополучном исходе повреждения, опасные для жизни лишь в момент их нанесения, не подпадали бы под признаки, описанные ст. 111 УК.

Таким образом, объектом данного преступления является здоровье как физиологическое состояние организма, которая характеризует качество жизни человека и относящееся к бесценным благам человека. В то же время непосредственным объектом определяется по конкретным статьям Уголовного кодекса, который определяется как обеспечение анатомической целости тела человека и правильное функционирование его тканей и органов.

 

2.2 Объективная сторона преступления

 

Объективная сторона выражается в действии или бездействии путем механического, физического, химического, биологического или психического воздействия.

Опасность для жизни причинения тяжкого вреда здоровью должна определяться судебно-медицинской экспертизой в каждом конкретном случае. Независимо от их исхода указанные повреждения квалифицируются как тяжкие по признаку опасности для жизни.

Вред, опасный для жизни, может быть причинен человеку и без нарушения анатомической целостности организма. Такого рода случаи могут иметь место тогда, когда для причинения вреда здоровью, например, используются радиоактивные вещества, спрятанные в рабочем или жилом помещении, разновидности биологического или токсинного оружия, либо когда человек вводится в состояние длительного гипнотического или замещенного (зомбированного) сознания.

Под потерей зрения следует понимать как постоянную и полную слепоту на оба глаза, так и постоянную утрату способности различать очертание предметов на близком расстоянии при сохранении глаз, т. е. такое состояние, когда имеется снижение зрения до остроты 0,04 и ниже (счет пальцев на расстоянии 2 м и до светоощущения), потеря зрения на один глаз является утратой органом его функций и относится также к тяжкому вреду.

Под потерей речи следует понимать необратимую утрату способности выражать свои мысли членораздельными звуками, понятными окружающим, либо необратимую потерю голоса.

Под потерей слуха принято понимать постоянную полную глухоту на оба уха или необратимую утрату способности слышать разговорную речь даже на близком расстоянии (3—5 см от ушной раковины). Односторонняя полная глухота на одно ухо, как утрата органом его функций, относится к тяжкому вреду здоровью.

Н. И. Загородников1 предложил, что утрата внутренних органов должна рассматриваться как причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. Под потерей руки и ноги понимается как их полное отделение от туловища, так и потеря наиболее важной в функциональном отношении части конечности (кисти, стопы).

<

Прерывание беременности. Относя данный признак к тяжким телесным повреждениям, законодатель исходил из опасности этого деяния, из важности охраны интересов матери, учитывал, что прерывание беременности лишает женщину возможности быть матерью, причиняет ей моральный и физический вред, а иногда влечет утрату способности к деторождению. Для того чтобы прерывание беременности можно было квалифицировать по ст. 111 УК, необходимо установить, что оно было обусловлено насильственными действиями. Ему могли предшествовать причинение средней тяжести или легкого вреда здоровью, побои, истязание, но это могут быть и иные действия, направленные на изгнание плода из чрева матери, которые сами по себе не содержат признаков какого-либо преступления. Необходимо установить, что беременность была прервана именно этими действиями, а не какими-либо индивидуальными особенностями организма потерпевшей.1

Предусматривается ответственность в п. «г» ч. 2 ст. 105 УК, за убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности. Здесь законодатель говорит о заведомой осведомленности убийцы о беременности женщины, которую он намеревается лишить жизни, т. е. о заранее и бесспорном знании им состояния беременности, в котором находится женщина. Это бесспорное знание, достоверная осведомленность виновного может базироваться на визуальном наблюдении (во второй половине беременности), на ознакомлении с официальным документом, выданным лечебным учреждением, на основе сообщения самой потерпевшей. Эти сведения должны быть объективными и достоверными, но не вероятностными или предположительными.

Законодатель в ч. 1 ст. 111 УК ничего не говорит о заведомости для виновного состояния беременности, он говорит лишь о прерывании беременности как об умышленном причинении тяжкого вреда здоровью. Из этого также следует, что прервать такое состояние можно лишь тогда, когда оно осознается на основе тех же данных, что и в случае посягательства на жизнь женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности.

Психическое расстройство. Тяжесть психического заболевания, являющегося самостоятельным проявлением вреда здоровью, определяется судебно-психиатрической экспертизой. Психическое расстройство может быть следствием физической травмы, психического потрясения, инфекции, отравления и т. д. Психическое расстройство должно находиться в причинно-следственной связи с полученной травмой.

Заболевание наркоманией либо токсикоманией. Наркомания — это болезненное пристрастие к потреблению наркотических средств, а токсикомания — это злоупотребление с целью одурманивания веществами, не признанными в качестве наркотических нормативными актами. Для установления диагноза заболевания наркоманией либо токсикоманией необходимо проведение судебно-наркологической или судебно-токсикологической экспертизы.

Неизгладимое обезображивание лица. Отнесение неизгладимости обезображивания лица к тяжким телесным повреждениям обусловлено тем, что такое телесное повреждение придает лицу потерпевшего отталкивающий, безобразный вид. Такие повреждения выражаются в удалении носа, губ, ушей, в ожогах лица горячей водой, кислотами, щелочью и т. д. Данные повреждения порой не причиняют серьезного вреда здоровью, однако эти травмы обрекают потерпевших на душевные переживания.

Как признак тяжкого телесного повреждения эти повреждения должны быть, во-первых, неизгладимыми и, во-вторых, обезображивать лицо. Под неизгладимостью следует понимать такое повреждение, которое неизлечимо, не может быть устранено обычными методами лечения.

Нарушение симметрии лица, причинение глубоких шрамов и т. д. на основе общепринятых эстетических представлений о нормальной внешности человека могут быть отнесены судом к обезображиванию лица.

Значительная стойкая утрата общей трудоспособности не менее чем на одну треть или заведомо для виновного полная утрата профессиональной трудоспособности. Утрата трудоспособности — наиболее распространенное последствие тяжкого вреда здоровью. Для признания вреда тяжким необходимо, чтобы общая трудоспособность была утрачена необратимо, навсегда, и при этом не менее чем на одну треть (более чем 33%). Размеры стойкой утраты общей трудоспособности устанавливаются при окончательно определившемся исходе повреждения, как правило, после заживления или окончания лечения.1

Стойкой следует считать утрату общей трудоспособности либо при определившемся исходе, либо при длительности расстройства здоровья свыше 120 дней.

Наряду со стойкой утратой общей трудоспособности законодатель впервые к признакам тяжкого вреда здоровью относит полную утрату профессиональной трудоспособности.    

При полной утрате профессиональной трудоспособности лицо утрачивает возможность выполнять работу по избранной специальности, хотя оно может выполнять другую работу. Если лицо имеет несколько профессий, то в этом случае судебно-медицинская экспертиза исходит из факта утраты основной профессии (которую считает сам потерпевший). Лица, которым причинен вред здоровью в период обучения, степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается по той профессии, которой они обучались.

Наличие предумышленной направленности деяний на то, чтобы лишить человека профессиональной трудоспособности, является необходимым условием привлечения виновного по ч. 1 ст. 111 УК. Виновный должен заведомо осознавать, что в результате причинения вреда здоровью потерпевшему он лишит его профессиональной трудоспособности.

Таким образом, с объективной стороны данные преступления могут совершаться действием или бездействием и состоят в причинении вреда здоровью другого человека. Причинение вреда своему здоровью в абсолютном большинстве случаев не является преступлением. Состав преступления – материальный. Для привлечения к уголовной ответственности необходимо установление причинной связи между деянием и причинением конкретного вида здоровью. Действия, причиняющие вред здоровью, могут признаваться преступными, если они совершаются противоправно, то есть как помимо воли потерпевшего, и прямо указаны в законе преступления.

 

2.3. Субъект умышленного причинения тяжкого вред здоровью

 

Субъект преступления — любое лицо, достигшее 14-летнего возраста. Субъектом преступления могут быть только люди, обладающие способностью осознавать фактический характер своих действий (бездействия) и руководить ими, то есть только вменяемые лица. Вина, как в форме умысла, так и в форме неосторожности исключается во всех случаях, когда лицо в момент совершения общественно опасного деяния в силу своего психического состояния не осознавало характера своих действий (бездействия) или не могло ими осмысленно руководить.1

К основным признакам субъекта преступления относятся: физическое лицо, вменяемость и достижение определённого возраста (ст. 19 УК РФ). Эти наиболее существенные признаки всех субъектов преступлений составляют научное понятие общего субъекта преступления.

Установление пониженного возраста уголовной ответственности за убийство, тяжкий вред здоровью сравнительно с ответственностью за большую часть других преступлений (16 лет) вызвано особой общественной опасностью этих преступлений, посягающих на самое ценное благо человека – здоровье и жизнь. При этом учитывается способность несовершеннолетнего, достигшего данного возраста, понимать общественную опасность совершенного им деяния. Не следует забывать и о положении ч. 3 ст. 20 УК, согласно которому лицо, даже достигшее определенного законом возраста уголовной ответственности, не может быть признано субъектом преступления, если в связи с отставанием в психическом развитии, не связанным с психическим расстройством, во время совершения преступления оно не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность совершенного им действия (бездействия) либо руководить ими.

Таким образом, к субъекту данного преступления является лицо, достигшее 14-летнего возраста, вменяемое.

 

2.4. Субъективная сторона умышленного причинения тяжкого вред здоровью

 

Субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК, характеризуется умышленной виной в виде прямого и косвенного умысла. Лицо осознает, что совершает деяние, опасное для здоровья другого человека, предвидит возможность или неизбежность причинения тяжкого вреда его здоровью и желает либо сознательно допускает причинение такого вреда или безразлично относится к факту его причинения.

При косвенном умысле ответственность наступает в зависимости от фактически причиненного вреда здоровью потерпевшего независимо от того, что виновный при его совершении допускал возможность наступления более тяжкого вреда здоровью. Аналогично следует решать вопросы о квалификации содеянного, если виновный действует с неконкретизированным умыслом. Если же виновный действует с прямым конкретизированным умыслом, направленным на причинение тяжкого вреда здоровью, но по не зависящим от него обстоятельствам был причинен средней тяжести или легкий вред, то содеянное должно квалифицироваться как покушение на причинение тяжкого вреда здоровью (ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 111 УК). Мотивы и цель данного преступления могут быть разнообразными.

Таким образом, с субъективной стороны причинение вреда здоровью совершается умышленно. Лицо осознает, что своими действиями (бездействием) посягает на здоровье другого человека, предвидит возможность или неизбежность причинения тяжкого вреда здоровью и желает их (прямой умысел) либо не желает, а лишь бессознательно допускает эти последствия или относится к ним безразлично (косвенный умысел). Умысел может быть и неконкретизированным, в этом случае деяние виновного квалифицируется по фактически наступившим последствиям. Субъект данного преступления является лицо, достигшее 14-летнего возраста, вменяемое.

 

Глава 3. Квалифицирующие признаки причинения тяжкого вреда здоровью

 

3.1 Квалифицирующие признаки

 

Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга, с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего, а равно в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, общеопасным способом, по найму, из хулиганских побуждений, по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды, в целях использования органов или тканей потерпевшего (ч. 2 ст. 111 УК).

В отличие от ч. 2 ст. 108 УК РСФСР в п. «б» ч. 2 ст. 111 УК РФ помимо мучения предусмотрено причинение тяжкого вреда здоровью с особой жестокостью, издевательством, а равно в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, что вполне оправдано в силу ряда обстоятельств.

Во-первых, введение термина «особая жестокость» оправдано потому, что мучения не охватывали всех случаев, свидетельствовавших об особой жестокости преступника, что нередко приводило к разнобою в судебной практике. Следует отметить, что в ст. 102 УК РСФСР в качестве квалифицирующего признака убийства была особая жестокость, а не мучения. И дело не в замене одного термина другим, а в том содержании, которое вкладывается в этот признак. Понятие «особая жестокость» более точное, более широкое, оно охватывает большее количество случаев, при которых причинение вреда здоровью приобретает особую опасность (оно подробно раскрыто при анализе п. «д» ст. 105 УК).

Законодатель в п. «г» ч. 2 ст. 111 УК предусматривает лишь совершение рассматриваемого преступления по найму, в то время как в п. «з» ч. 2 ст. 105 УК наряду с корыстными побуждениями к квалифицирующим признакам относится убийство, сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом. Что касается причинения тяжкого вреда здоровью, сопряженного с разбоем, вымогательством или бандитизмом, то эти случаи вполне объяснимы, почему законодатель их не предусмотрел в качестве квалифицирующих в ст. 111 УК. В этих случаях причинение тяжкого вреда здоровью является отягчающим обстоятельством разбоя (п. «в» ч. 4 ст. 162 УК) и вымогательства (п. «в» ч. 3 ст. 163 УК), а бандитизм охватывает корыстные и некорыстные посягательства на здоровье и содеянное квалифицируется лишь по ст. 209 УК. В этих случаях причинение тяжкого вреда здоровью является дополнительным объектом (разбоя и вымогательства) либо факультативным (при бандитизме). Причинение тяжкого вреда здоровью при бандитизме не влияет на квалификацию содеянного и учитывается лишь при индивидуализации ответственности виновного.

Впервые также законодатель отнес к квалифицирующим признакам умышленное причинение тяжкого вреда здоровью в целях использования органов или тканей потерпевшего (п. «ж» ч. 2 ст. 111 УК). Данное преступление совершается для того, чтобы подавить сопротивление, или для того, чтобы против воли потерпевшего изъять у него какой-либо орган или ткань.

По объективным признакам данное преступление может совпасть с умышленным причинением тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека и повлекшего за собой утрату какого-либо органа (ч. 1 ст. 111 УК). Отличие их в этом случае в субъективном признаке — специальная цель: использование органов или тканей потерпевшего (об этом подробно рассказано при анализе п. «м» ч. 2 ст. 105 УК).

Данное преступление следует отличать от принуждения к изъятию органов или тканей человека для трансплантации, предусмотренного ст. 120 УК. Принуждение в соответствии с ч. 1 ст. 120 УК может быть сопряжено с угрозой применения насилия либо с применением его. Однако физическое насилие, которое является в этом случае принуждением человека к донорству, может быть лишь в виде побоев, причинения легкого вреда здоровью либо вреда средней тяжести, предусмотренного ч. I ст. 112 УК.

 

3.2. Особо квалифицирующие признаки

 

 

Рассмотрим квалифицирующие признаки по ч. 3 ст. 111 УК РФ. Квалифицированный вид умышленного причинения тяжкого вреда здоровью (ч. 3 ст. 111) образует то же деяние, если оно совершено: а) группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; б) в отношении двух или более лиц.

Причинение тяжкого вреда здоровью, сопряженное с издевательством над потерпевшим, означает, что указанное деяние сочеталось с глумлением над жертвой, оскорбительным по отношению к ней поведением виновного.

Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью путем мучений - это действие, причиняющее жертве страдания путем длительного лишения пищи, питья или тепла, либо помещения или оставления жертвы во вредных для здоровья условиях и проч. Мучениями являются также действия, связанные с многократным или длительным причинением боли: щипание, сечение, причинение множественных, но небольших повреждений тупыми или остроколющими предметами, воздействие термических факторов и иные аналогичные действия (истязание).

Умышленно тяжкий вред здоровью с целью использования органов или тканей потерпевшего причиняется прежде всего с тем, чтобы сломить сопротивление потерпевшего, препятствующего изъятию этих органов и тканей. Это деяние выражается также в принудительном изъятии у лица какого-либо внутреннего органа путем проведения хирургической операции.

«В настоящее время складывается ситуация, когда за причинение тяжкого вреда здоровью двум лицам в пьяной драке, затеянной потерпевшими, наказание может быть назначено в виде лишения свободы на срок до 12 лет (п. «б» ч. 3 ст. 111 УК) даже если последствия преступления не были связаны с потерей зрения, слуха, утратой трудоспособности и т.д. В то же время за действия, повлекшие полную утрату зрения, неизгладимое обезображивание лица, утрату общей или профессиональной трудоспособности и т.д., совершённые из низменных побуждений, допустим, из зависти и т.п., лишение свободы может быть назначено на срок не свыше восьми лет».1 Поэтому представляется, что необходима дальнейшая дифференциация уголовной ответственности за наиболее опасные формы умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, что будет способствовать дальнейшей реализации конституционного принципа признания человека, его прав и свобод высшей ценностью.

Таким образом, к квалифицирующим признакам по ч. 2 ст. 111 УК РФ законодатель относит причинение тяжкого вреда лицу или его близким в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга; причинение вреда с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего, а равно лицу, заведомо для виновно нахождящегося в беспомощном состоянии; общеопасным способом; по найму; из хулиганских побуждений; по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды; в целях использования органов или тканей потерпевшего. Особо квалифицированный состав (ч. 3 ст. 111 УК РФ) констатируется, если вред причинен группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; в отношении двух или более лиц.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 4. Отграничение умышленного тяжкого вреда здоровью

 

Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК). В ч. 4 ст. 111 УК РФ выделено в особо квалифицирующий признак умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, предусмотренного ч. 1, 2 или 3, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Основа для существования двух разных форм вины в одном преступлении заложена в характеристике субъективной стороны сложного составного преступления, каковым является умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Следует согласиться с А. И. Рарогом, что идея раздельного анализа психического отношения к деянию и к его последствиям плодотворна лишь в том случае, если сами деяния преступны, а последствия являются квалифицирующим признаком преступления1.

Концепция двойной формы вины в уголовно-правовой науке; появилась еще в XVIII в. Родоначальником самой идеи, лежащей в основе концепции двойной вины, принято считать немецкого криминалиста Ансельма Фейербаха2, обратившего внимание на способность человеческого действия, помимо желаемых, вызывать сопутствующие последствия с негативным со стороны лица к ним отношением. Российское законодательство на формальном уровне закрепляло этот феномен, учение, которое получило свое развитие в уголовном праве 60—80 г.г. XX в. И наконец, впервые в нем в ст. 27 УК говорится об ответственности за преступление, совершенное с двумя формами вины: умысел по отношению к преступлению, которое причиняет тяжкие последствия, по закону влекущее более строгое наказание, и которое совершается по неосторожности.

К пониманию этого феномена ученые-криминалисты шли различными путями. Некоторые ученые полагали, что в нем сочетаются отдельные элементы умысла и неосторожности, которые представляют собой единый по форме и содержанию психологический акт, состоящий из относительно самостоятельных компонентов1, т. е. являясь третьей, самостоятельной формой вины, занимающей промежуточное положение между умыслом и неосторожностью. Критикуя эту позицию, Г. А. Кригер2, А. И. Рарог3 приходят к выводу о том, что умысел и неосторожность не сливаются в качественно новую, третью форму вины, поэтому термины «смешанная», «двойная» или «сложная» форма вины неудачны. Правильнее, по мнению А. И. Рарога, говорить о преступлениях с двумя формами вины4. Именно так поступил законодатель в ст. 27 УК, которая так и называется «Ответственность за преступление, совершенное с двумя формами вины». Следует отметить, что и зарубежному законодательству известно аналогичное решение данного вопроса при сочетании умысла и неосторожности. Так, § 18 УК ФРГ (Германское уголовное уложение от 15 мая 1871 г. в редакции от 2 января 1975 г. изменениями от 7 июля 1986 г.) гласит: «Более суровое наказание при особых последствиях назначается, если исполнитель или соучастник относились к данному последствию, по меньшей мере, неосторожно»5.

Исходя из изложенного вину в рассматриваемом преступлении можно определить как качественно определенное сочетание в рамках единого психологического процесса умышленного отношения лица к причинению тяжкого вреда здоровью и неосторожного — к производному от него последствию — смерти потерпевшего, за наступление которых предусмотрена повышенная уголовная ответственность по сравнению с преступлениями, предусмотренными в ч. 1, 2 и 3 ст. 111 УК.

Преступления с двойной формой вины предполагают причинную связь между выполнением виновным действий, содержащих признаки основного преступления, и наступлением дополнительных, производных последствий. Эти последствия могут быть вменены в вину лицу лишь в случае, если они обусловлены совершением основного преступления. Если основное преступление материальное (ч. 1 ст. 111 УК), то причиной наступления производного последствия является не само действие, а наступление от него последствия. В рассматриваемом преступлении причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, причиной смерти потерпевшего является тяжкий вред здоровью. Если эти последствия не укладываются в единую линию развития причинной связи, надо содеянное квалифицировать по совокупности статей, а не по ч. 4 ст. 111 УК. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью может рассматриваться в качестве оконченного преступления (при наличии признаков, описанных в ч. 1, 2, 3 ст. 111 УК) при причинении реальных вредных последствий. Но в ряде случаев развитие причинной связи в этих преступлениях не ограничивается наступлением тяжкого вреда здоровью и тогда наступает производное последствие — смерть потерпевшего, не входящая в содержательную сферу умысла виновного. Здесь первое последствие и причинная связь между ними и противоправным деянием субъекта находятся в рамках основного умышленного преступления, а дополнительные последствия и причинная связь его с основным преступлением — за пределами умысла, а следовательно, и за пределами основного преступления, они охватываются неосторожной формой вины. Эта характерная особенность сложного составного преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК, отличает его от идеальной совокупности преступлений.1

Преступления с двумя формами вины (двойной формой вины) являются умышленными, что предопределено умышленной формой вины в основном преступлении. В свою очередь отнесение рассматриваемого преступления к умышленным обусловливает отнесение его к особо тяжким, что меняет правовой статус лица. Двойная форма вины в рассматриваемом преступлении может проявиться в одном из четырех сочетаний: прямой, умысел — преступное легкомыслие; прямой умысел — преступная небрежность; косвенный умысел — преступное легкомыслие; косвенный умысел — преступная небрежность. Из сказанного видно, что причинение тяжкого вреда здоровью может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом.

Если смерть потерпевшего наступает в результате причинения тяжкого вреда здоровью по неосторожности, то содеянное следует квалифицировать лишь как причинение смерти по неосторожности. Квалифицировать содеянное по ч. 4 ст. 111 УК можно лишь в случае, если тяжкий вред здоровью был причинен умышленно. Необходимо помнить, что, признавая смерть потерпевшего вторичным, производным, дополнительным последствием, нельзя отдаленность его от деяния обусловливать обязательным разрывом во времени, его может и не быть, смерть может наступить немедленно и, наоборот, за убийство ответственность может наступить после значительного разрыва во времени между нанесенным потерпевшему тяжким вредом здоровью и наступившей смертью. В этих случаях решение вопроса о правильной квалификации содеянного надо увязывать с установлением характера телесных повреждений, наносимых в жизненно важные органы человеческого тела, когда виновный сознает несовместимость причиняемых им повреждений с жизнью потерпевшего. О том, что телесные повреждения опасны для жизни человека и что это известно каждому вменяемому и достигшему определенного возраста, свидетельствуют, например, обширные повреждения головы и т. п. С. В. Бородин пишет, что характер таких повреждений вполне понятен, так как по направленности, интенсивности и по примененным средствам (орудиям) исключается какой-либо иной, кроме смертельного, исход1.

Как подчеркивается в ч.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. №1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)»2 необходимо отграничивать убийство от умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, имея в виду, что при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего выражается в неосторожности.

При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения. Например, о содержании умысла на убийство иногда могут свидетельствовать действия виновного, последовавшие за причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, когда он препятствует оказанию медицинской помощи.

Порой представляет определенную трудность разграничить рассматриваемое преступление от неосторожного убийства, так как в этих случаях смерть наступает по неосторожности и ей предшествуют насильственные действия. Такая ошибка может быть обусловлена тем, что предшествовавшие умышленные действия приобретают решающую роль в оценке содеянного. При этом забывается, что умышленные действия должны причинить умышленный тяжкий вред здоровью.

Характерной в этом плане является ошибка в квалификации по делу К., осужденного по ч. 4 ст. 111 УК РФ. К. был признан виновным в том, что, находясь в нетрезвом состоянии, из хулиганских побуждений нанес удар В. кулаком в лицо, отчего тот упал навзничь на бетонные плиты и получил легкие телесные повреждения, повлекшие кратковременное расстройство здоровья. При падении, в результате удара о бетонную плиту у потерпевшего образовался перелом костей свода основания черепа, что и явилось причиной его смерти. Президиум Воронежского областного суда, удовлетворив протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ, действия К. переквалифицировал с ч. 4 ст. 111 на ст. 109 УК РФ (неосторожное убийство указал, что, нанося В. один удар по лицу, К. не желал и не предвидел тяжких телесных повреждений и смерти потерпевшего, хотя должен и мог это предвидеть).

Таким образом, для квалификации по ч. 4 ст. 111 УК необходимо установить умышленную форму вины на причинение именно тяжкого вреда здоровью, а к последствиям — смерти потерпевшего — неосторожную форму вины. УК РФ специально содержит указание в ч. 4 ст. 111 на неосторожную форму вины к наступившей смерти в результате причинения тяжкого вреда здоровью.

Изучение судебной практики свидетельствует о том, что вина по отношению к смерти потерпевшего абсолютного большинства осужденных по ч. 2 ст. 108 УК РСФСР и по ч. 4 ст. 111 УК РФ выразилась в виде небрежности, что обусловлено и содержанием умысла, направленного на причинение тяжкого вреда здоровью. Вряд ли можно представить, чтобы лицо, действуя с внезапно возникшим неопределенным умыслом, предвидев возможность наступления смерти, без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало предотвратить наступление смерти потерпевшего. В такой ситуации, в лучшем случае, лицо может рассчитывать на «авось», но такие действия следует квалифицировать уже как убийство1.

Небрежность согласно закону — это непредвидение лицом возможности наступления общественно опасных последствий своих деяний, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности оно должно было и могло их предвидеть. Небрежность отличает то, что лицо не предвидит общественно опасных последствий своих действий (в рассматриваемом преступлении — смерти потерпевшего). Неосторожная вина в виде небрежности характеризуется двумя признаками: отрицательным и положительным.

Отрицательный признак представляет собой непредвидение лицом возможности наступления смерти потерпевшего. Это единственная разновидность вины, которая исключает предвидение последствий и в форме неизбежности, и в форме возможности их наступления.

Положительный признак состоит в том, что лицо должно было и могло предвидеть наступление смерти (в нашем случае). Долженствование означает, что лицо, причиняя тяжкий вред здоровью, обязано было предвидеть возможность наступления смерти. Эта обязанность вытекает из закона, из общепринятых мер предосторожности. Наличие обязанности не освобождает органы следствия и суда от выяснения реальной возможности лица в данном конкретном случае предвидеть наступление смерти, которую (возможность) лицо не реализовало, в результате чего наступила смерть (субъективный критерий). Субъективный критерий в рассматриваемом преступлении означает способность лица в конкретной ситуации, с учетом его индивидуальных качеств предвидеть возможность наступления смерти в результате причинения тяжкого вреда здоровью. Под индивидуальными качествами виновного понимаются его интеллектуальные возможности, его физическое и психическое состояние, жизненный опыт, степень восприимчивости и т. п.

О преступном легкомыслии как разновидности неосторожной формы вины можно говорить, если лицо, причиняя умышленно тяжкий вред здоровью, предвидело возможность наступления смерти потерпевшего, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение смерти. В этом случае лицо предвидит возможность наступления смерти, что отличает легкомыслие от небрежности. При легкомыслии предвидение наступления смерти отличается тем, что лицо не сознает действительного развития причинной связи между причинением тяжкого вреда здоровью и смертью потерпевшего, хотя при надлежащем напряжении психических сил могло осознать это. Виновный, не используя полностью свои интеллектуальные возможности, переоценивает значение тех обстоятельств, которые, по его мнению, должны были без достаточных к тому оснований предотвратить наступление смерти. Наличие этого признака обусловливает специфику волевого элемента преступного легкомыслия. Виновный в этом случае относится отрицательно к смерти потерпевшего, его вполне удовлетворяет сам факт причинения тяжкого вреда здоровью, что отличает данное преступление от убийства. При убийстве у лица имеется положительное, одобрительное отношение к смерти.

Устанавливая неосторожное отношение виновного к смерти потерпевшего в виде легкомыслия, органы следствия и суд должны устанавливать, на какие обстоятельства рассчитывало лицо, чтобы предотвратить наступление смерти потерпевшего. Это дает возможность правильно квалифицировать содеянное по ч. 4 ст. 111 УК либо по ст. 105 УК.

Таким образом, в ч. 4 ст. 111 УК РФ предусматривается ответственность за причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. В данном случае присутствует состав с двумя формами вины: вред здоровью причиняется умышленно (с прямым или косвенным умыслом), но отношение к причинению смерти – неосторожно (в форме легкомыслия или небрежности). Это означает, что виновный предвидел, что его действия могут причинить смерть потерпевшего, но без достаточных оснований рассчитывал на ее предотвращение либо не предвидел, но мог и должен был предвидеть возможность наступления смерти. Отличие от умышленного убийства в том, что виновный не желал и сознательно не допускал (не относился безразлично) к наступлению смерти потерпевшего. Отличие от неосторожного убийства в том, что виновный умышленно причинял вред здоровью потерпевшего.

Подводя итог сказанному, необходимо еще раз повторить, что при разграничении таких составов преступлений, как причинение смерти по неосторожности и умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, следует руководствоваться руководящими разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, материалами судебно-следственной практики, уделять особое внимание установлению признаков субъективной и объективной стороны указанных преступлений с целью правильной и точной квалификации и назначения справедливого наказания виновному.

 

 

 

 

Список используемой литературы

 

Нормативные акты

  1. Конституция РФ. Принята на всенародном референдуме 12 дек. 1993 г. // Российская газета. 25 декабря 1993 г.
  2. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ с изм. и доп., внесенным федеральным законами от 4 июля 2003 г., 7 июля и 8 декабря 2003 г., 22 апреля 2004 г., 29 июня 2004 г // СЗ РФ. 2001. № 52 (ч. I)
  3. Уголовный кодекс РФ 1996 г. // СЗ РФ. 1996. № 25.
  4. Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. // Российские вести. 9 сентября 1993 г. № 174.
  5. О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ): Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. № 3

    Специальная литература

  6. Адельханян Р.А. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при особо отягчающих обстоятельствах. М., 2003.
  7. Адельханян, Р. Субъективная сторона особо тяжкого преступления против здоровья (ч. 4 ст. 111 УК РФ) // Уголовное право. 2003. №1. С. 4 — 6.
  8. Белокуров О.В. Квалификация убийства. М, 2004.
  9. Большая медицинская энциклопедия. М., 2006.
  10. Бородин С. В. Квалификация убийства по действующему законодательству. М., 1966.
  11. Борзенков Г.Н. Курс уголовного права: Учебник для вузов. В 5 т. Особенная часть. Т. 3. М., 2002.
  12. Гайков В.Т. Уголовное право. Особенная часть. М., 2006.
  13. Гарбуза А. Д. Смешанная форма вины по советскому уголовному праву: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1972.
  14. Гродзинский М. М. Телесные повреждения в новом УК РСФСР // Советской юстиции. 1974. № 9 – 10.
  15. Дубовец П. А. Ответственность за телесные повреждения по советскому уголовному праву. М., 1959.
  16. Жижиленко А. А. Преступления против личности. М ., Л., 1967.
  17. Загородников Н. И. Преступления против здоровья. М., 1969.
  18. Исмаилов И. А. Ответственность за причинение тяжких телесных повреждений по советскому уголовному праву. Баку, 1969.
  19. Каплин М.Н. Дифференциация уголовной ответственности за преступления против жизни и здоровья. Екатеринбург, 2003.
  20. Козлов В. В. О новой классификации и основных критериях оценки тяжести вреда здоровью по проекту Уголовного кодекса Российской Федерации // Становление правопорядка в Российском государстве: Реальность и перспектива. Саратов, 1995.
  21. Кригер Г. А. Определение формы вины // Советская юстиция. 1979. № 2.
  22. Кузнецов В.И. Понятие убийства в Российском уголовном праве // ЭЖ-Юрист. — №19. – 2003. – С.26 – 28.
  23. Кузьмин В.А. Уголовное право. М., 2006.
  24. Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления. М., 1961.
  25. Куринов Б.А. Научные основы квалификации преступлений, М., 1984.
  26. Лукьянов В. Исключить из УК статью об ответственности за преступления с двумя формами вины // Российская Юстиция. 2002. №3. С.58 – 59.
  27. Михеев Р.И., Ширяев В.А. Российское уголовное право. Курс лекций Т. 2. М., 2004.
  28. Мокринский С., Натансон В. Преступление против личности. Харьков, 1929.
  29. Никифоров А. С. Ответственность за телесные повреждения по советскому уголовному праву. М., 1959.
  30. Овчинников М.А. О критериях определения степени общественной опасности угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью // Правовое и социальное государство: проблемы становления в России: Сборник трудов докторантов, адъюнктов и соискателей / Под общ. ред. В.П. Сальникова. – СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 2005. – Вып. 21. – Ч. 3. – С. 347–352.
  31. Овчинников М.А. Уголовно-правовая характеристика угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью: Учебное пособие / С.В. Изосимов, М.А. Овчинников. – Н. Новгород: Волго-Вятская академия государственной службы, 2006.
  32. Познышев С. В. Особенная часть русского уголовного права. М, 1912.
  33. Побегайло Э. Ф. Преступления против жизни и здоровья // Уголовное право России: Учебник для вузов: В 2 т. Т. 2: Особенная часть / Под ред. А. Н. Игнатова и Ю. А. Красикова. М., 2002.
  34. Рарог А. И. Вина в советском уголовном праве. Саратов, 1987.
  35. Рарог А.И. Проблемы субъективной стороны преступления. М., 1991
  36. Таганцев Н, С. Лекции по русскому уголовному праву. Особенная часть (Репринтное издание). СПб., 2002.
  37. Тимейко В. Г. Общее учение об объективной стороне преступления. Ростов, 1977.
  38. Татарников В.Г. О совершенствовании законодательства об уголовной ответственности за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью // Сибирский юридический вестник. 2003. №4. С. 44 – 48.
  39. Ткаченко, В.И. Преступления с двойной формой вины // Законодательство. 2002. №5. С.61-62.
  40. Уголовное право буржуазных стран. Общая часть / Под ред. А.Н. Игнатова, И.Д. Козочкина. М., 1990.
  41. Уголовное право. Общая часть / Под ред. И.Я. Козаченко и З.А Незнамовой. М., 2002.
  42. Уголовное право России / Под ред. А.Н. Игнатова, Ю.А. Красикова. М., 2005. С. 75.
  43. Уголовное право России. Часть Общая / Отв. ред. Л.Л. Кругликов. М., 2005.
  44. Уголовное право. Общая часть / Под ред. В Н Петрашева. М, 2005.
  45. Уголовное право России. Общая и Особенная части: Учебник / Под ред. Ревина В.П. М., 2004.
  46. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть / Под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева. М., 2005.
  47. Утевский Б. С. Вина в советском уголовном праве. М., 1950.
  48. Фойницкий И. Л. Курс уголовного права. Особенная часть. Пг., 1916.
  49. Черненко Л. В. Некоторые замечания к правилам для составления заключения о тяжести повреждения // Сб. научных работ кафедры судебной медицины. Л., 1957. Вып. 10.
  50. Читлов Д.С. Охрана здоровья граждан от тяжких насильственных посягательств // Уголовно-правовое и криминологическое исследование / Под ред. И. С. Ноя. Саратов, 1974.

     

     

     

     

     

     

     

     

     


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 1MB/0.00189 sec

WordPress: 22.22MB | MySQL:120 | 1,516sec