Возбуждение уголовного дела как самостоятельная и обязательная стадия уголовного процесса

<

041514 0245 1 Возбуждение уголовного дела как самостоятельная и обязательная стадия уголовного процесса Производство по уголовным делам слагается из ряда взаимосвязанных стадий, каждая из которых имеет свои задачи и характеризуется специфическим для нее комплексом совершаемых уголовно-процессуальных действий и возникающих на их основе правоотношений. Для каждой из них предусматривается своя совокупность уголовно-процессуальных норм.

Возбуждение уголовного дела — первая, исходная, начальная стадия производства по любому уголовному делу. В современном российском уголовном процессе она недвусмысленно и четко выделена в обязательную и самостоятельную стадию. Самостоятельность эта проявляется прежде всего в том, что перед данной стадией ставятся задачи, отличающиеся от задач других стадий. Что касается обязательности, то о ней нужно говорить постольку, поскольку ни одно уголовное дело не может возникнуть без прохождения через данный этап производства — пока нет решения о возбуждении уголовного дела или о начале производства в другой форме, нет и самого дела, оно не существует. Чтобы уголовное дело возникло, оно должно быть возбуждено либо начато в ином порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством1.

Значение возбуждения уголовного дела как стадии уголовного процесса определяется не только тем, что это обязательная и самостоятельная стадия, в ходе которой осуществляются действия и принимаются решения, обеспечивающие в определенной мере законность и обоснованность многого из того, что делается при расследовании преступлений, изобличении лиц, виновных в совершении преступления, последующем разбирательстве в суде. Оно характеризуется еще и тем, что положительное решение о возбуждении уголовного дела — это, говоря образно, «зеленый свет» для производства подавляющего большинства допускаемых уголовно-процессуальным законодательством следственных и судебных действий (из их числа до возбуждения уголовного дела могут быть произведены только осмотр места происшествия, освидетельствование и назначение судебной экспертизы — см. ч. 4 ст. 146 УПК).

В этом усматривается одна из важных уголовно-процессуальных гарантий, обеспечивающих соблюдение требований закона при выявлении, собирании и исследовании доказательств.

При оценке значения рассматриваемой стадии уголовного процесса важно также знать, что, вопреки сравнительно широко и нередко крайне настойчиво распространяемому (иногда и в официальных документах) мнению1, принятие решения о возбуждении дела было бы неправильно относить к числу действий «обвинительного характера», «содержащих элементы обвинения» и т. п. Лишена всякой логики и юридического обоснований и попытка ставить знак равенства между понятием возбуждения уголовного дела и понятием уголовного преследования.

Возбуждение дела означает, как правило, всего лишь решение начать производство по делу и осуществить с соблюдением установленных уголовно-процессуальным законодательством процедур проверку сведений о наличии всей совокупности признаков Преступления в каком-то событии, факте, поступке, о причастности к ним конкретного лица и т. д. И только после такой проверки возможны построение сугубо предварительного вывода о необходимости привлечения конкретного лица в качестве обвиняемого, формулировка обвинения, которое может быть вменено ему, а также предъявление этого обвинения.

Уголовное преследование как одно из проявлений процессуальной функции обвинения можно было бы крайне условно считать начинающимся лишь после того, как у следователя или дознавателя, расследующего дело, появятся достаточные доказательства, подтверждающие совершение преступления конкретным лицом2. В стадии возбуждения дела (в ходе предварительной проверки и в момент принятия решения) вообще еще нет юридически значимых доказательств, тем более достаточных.

Их не может быть даже в том случае, когда дело возбуждается в так называемой «условиях очевидности» и в отношении конкретного лица (к примеру, сразу после его задержания на месте совершения преступления). Они появятся после того, как будут совершены в законом установленном порядке следственные действия и появятся сведения, которые соответствуют требованиям, предъявляемым к доказательствам. При отсутствии сведений именно такого рода ничье и никакое утверждение о том, что какое-то конкретное лицо совершило определенное преступление, еще не может считаться обвинением.

Органы и должностные лица, возбуждающие уголовные дела, перечислены в ч. 1 ст. 146 УПК. К ним отнесены: орган дознания, дознаватель, следователь и прокурор. На основании ч. 2 ст. 39 УПК в их число следует добавить и начальника следственного отдела. При толковании и применении этих положений требуется четкое представление о понятии упомянутых в нем должностных лиц и органа дознания. Каждое из этих понятий раскрывается в УПК и (или) иных федеральных законах.

Круг уголовных дел, по которым названные органы и должностные лица вправе осуществлять свои функции, в том числе принимать решения, связанные с возбуждением уголовных дел, законом обозначен лишь в общих чертах. В ч. 1 ст. 146 УПК применительно к принятию таких решений не очень-то определенно, сказано, что они должны приниматься каждым из органов или должностных лиц в пределах компетенции, установленной настоящим Кодексом, но при этом четко не говорится о том, какими конкретно являются эти пределы. О них можно судить лишь косвенно, опираясь на анализ предписаний о подследственности уголовных дел, установленных в ст. 151 и 152 УПК.

В связи с характеристикой круга субъектов, уполномоченных решать вопросы возбуждения уголовных дел, необходимо подчеркнуть, что в ч. 2 ст. 20 УПК сказано не об их праве, а об обязанности принимать все предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры по установлению события преступления и изобличению лиц, виновных в их совершении. И это должно делаться «во всех случаях обнаружения признаков преступления», разумеется, кроме тех случаев, когда закон требует, чтобы при решении вопроса о возбуждении уголовного дела учитывалось мнение потерпевших (ч. 3 ст. 20 УПК), т. е. случаев, касающихся преступлений, дела о которых подлежат разбирательству в порядке частного или частно-публичного обвинения.

Императивный характер предписаний законодателя означает в то же время, что соответствующие органы и должностные лица должны проявлять инициативу по установлению преступления и лиц, его совершивших. От них требуется, чтобы они не ожидали пассивно поступления к ним заявлений граждан или сообщений должностных лиц о готовящихся, совершаемых или совершенных преступлениях, а сами проявляли активность в их выявлении, предупреждении, пресечении, возбуждении уголовных дел и последующем их раскрытии.

Таким образом, возбуждение дела – это первоначальный и обязательный этап (стадия) уголовного судопроизводства, характеризующийся как общими (свойственными всеми уголовному процессу в целом), так и непосредственными (присущими исключительно данному этапу уголовного судопроизводства) задачами, специфическими субъектами, средствами и сроками, а также отграничивающийся от других этапов итоговым процессуальным актом (постановлением о возбуждении уголовного дела).

 

2. ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ ПОРЯДОК ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА    

 

2.1. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела

 

Поводом для решения вопроса о возбуждении уголовного дела следовало бы считать получаемые из установленных законом источников сведения (информацию) о событии, факте, чьем-то поступке, содержащем признаки преступления.

Действующий уголовно-процессуальный закон не раскрывает понятия поводов, ограничиваясь лишь перечнем его видов. В ст. 140 УПК приведен перечень поводов для возбуждения уголовных дел, состоящий из 3-х пунктов, в которых названы:

заявление о преступлении;

явка с повинной;

сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников.

В правовой науке нет единой точки зрения о том, что следует понимать под поводом к возбуждению уголовного дела и в теории уголовного процесса. Так, Б.Т. Безлепкин определяет повод как «прямо предусмотренный законом (УПК) источник информации, из которого органу дознания, следователю, прокурору, суду или судье становится известно о готовящемся, совершаемом или совершенном преступлении».1 М.А. Чельцов трактует поводы как источник осведомления о событии преступления, наличием которого обусловливается право возбудить уголовного дело.2 Н.П. Кузнецов под поводами понимает получение из указанных в законе источников сведения о готовящемся или совершенном преступлении.3

 

Анализ этого перечня дает основание говорить прежде всего о том, что законодатель не преследовал цели возведения преград между сведениями и их источниками1.

Наиболее распространенным поводом является заявление о преступлении. В соответствии со ст. 141 УПК заявления могут быть устными и письменными.

Устные заявления должны оформляться протоколами, в которых отражаются так называемые установочные данные (время и место составления протокола, сведения о должностном лице, составившем протокол, о заявителе и др.), факт предупреждения заявителя об уголовной ответственности за ложный донос, которая предусматривается ст. 306 УК, а также изложение содержания сделанного заявления (заносится в протокол от первого лица). Подписывается протокол заявителем и составившим протокол должностным лицом компетентного правоохранительного органа.

Такой протокол должен называться протоколом заявления о принятии устного заявления о преступлении (ст. 476 УПК — приложение 2). Он не может быть заменен, скажем, протоколом допроса свидетеля, поскольку до вынесения постановления о возбуждении уголовного дела никакие допросы производить нельзя. Недопустима его замена и протоколом, фиксирующим объяснения, скажем, очевидца преступления, поскольку протокол такого рода обычно составляется по правилам, установленным для проведения оперативно-розыскных, а не уголовно-процессуальных действий.

Заявления о преступлении, которые делаются в ходе производства по возбужденному уголовному делу (при совершении какого-то следственного действия — скажем, при предъявлении к опознанию — или в ходе судебного заседания), должны заноситься соответственно в протокол следственного действия либо судебного заседания (ч. 4 ст. 141).

Что касается письменных заявлений, то уголовно-процессуальное законодательство, формулируя требования, предъявляемые к ним, говорит лишь о том, чтобы они были подписаны заявителями. Никаких других требований к их оформлению оно не предъявляет. В связи с характеристикой рассматриваемого повода к возбуждению уголовного дела важно иметь в виду, по крайней мере, еще три положения.

Первое из них касается особенностей обращения с анонимными заявлениями, т. е. заявлениями, не подписанными либо имеющими вымышленные подписи. Согласно ч. 7 ст. 141 УПК анонимные заявления не могут рассматриваться в качестве поводов к возбуждению уголовных дел.

Но это не означает, что заявления такого рода должны всегда и полностью игнорироваться. В тех случаях, когда в анонимном заявлении речь идет о событиях или деяниях, содержащих признаки преступления и требующих реагирования компетентных государственных органов, то сказанное в нем должно быть проверено в установленном порядке, в том числе с осуществлением опера-тивно-розыскных действий.

Такой подход к ним давно выработан практикой и подтвержден, в частности, Инструкцией о порядке рассмотрения и разрешения обращений и приема граждан в органах и учреждениях прокуратуры РФ, утвержденной приказом Генеральной прокуратуры РФ от 15 января 2003 г. № 3. В п. 2.6 данной Инструкции сказано: «Обращения, не содержащие сведений о лице (фамилию и его местонахождение (адрес), признаются анонимными и оставляются без разрешения. При наличии в таких обращениях сообщений о готовящихся или совершенных преступлениях — направляются в правоохранительные органы по принадлежности»1.

Имеется в виду, что сведения, полученные этими органами в ходе проверки таких заявлений, и будут служить поводом к возбуждению дела. Именно так решен данный вопрос в п. 28 Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел РФ сообщений о преступлениях и иной информации о правонарушениях, утвержденной приказом МВД РФ от 13 марта 2003 г. № 158. «Анонимные заявления, — говорится в этом пункте Инструкции,— поступившие по почте, в которых содержатся признаки совершенного или готовящегося преступления, без регистрации передаются в соответствующие подразделения органа внутренних дел для возможного использования в установленном порядке в оперативно-розыскной деятельности»1.

Другими словами, в подобных случаях поводом для возбуждения уголовного дела в конечном счете становится то, что в п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК названо «сообщением о совершенном или готовящемся преступлении, полученным из иных источников».

Второе положение связано с особенностями производства по делам, возбуждение которых ставится в зависимость от волеизъявления потерпевших от преступления. Это прежде всего неоднократно дела частного и частно-публичного обвинения.

Наконец, третье положение, касающееся рассматриваемого повода к возбуждению уголовного дела (заявлений о преступлениях), заключается в том, что при характеристике данного повода весьма важно знать правила работы с заявлениями о преступлениях, подаваемыми в органы внутренних дел. Именно в эти органы чаще всего идут люди с заявлениями подобного рода. Поэтому в их системе действует детально регламентируемый порядок приема, регистрации и разрешения заявлений и сообщений. Порядок этот установлен упомянутой выше Инструкцией о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел РФ сообщений о преступлениях и иной информации о правонарушениях, утвержденной приказом МВД РФ от 13 марта 2003 г. № 1582.

Она предусматривает, в частности, что при подаче гражданином заявления или поступлении иного сообщения о совершенном преступлении оно должно быть зарегистрировано, а его автору вручен талон-уведомление, подтверждающий факт подачи заявления. О подаче заявления информируется руководство соответствующего органа внутренних дел, и оно дает указания о том, что следует предпринять. В милиции существуют специальные подразделения (дежурные части), на которые возложено осуществление незамедлительных мер по проверке поступивших заявлений и принятию неотложных мер. Знание правил получения заявлений граждан, их регистрации и реагирования на них весьма полезно для тех случаев, когда приходится проверять законность и обоснованность действий органов внутренних дел, приведших к возбуждению или отказу в возбуждении уголовного дела.

Правила приема и регистрации заявлений и иных сообщений о преступлениях установлены ведомственными актами практически всех государственных органов, уполномоченных принимать решения о возбуждении уголовных дел. Например, эта деятельность осуществляется; в органах прокуратуры по правилам, установленным Инструкцией о порядке приема, регистрации и рассмотрения в органах прокуратуры Российской Федерации сообщений о преступлениях, утвержденной приказом Генерального прокурора РФ от 21 октября 2003 г. № 45; в органах контрразведки — Временной инструкцией о порядке рассмотрения и разрешения предложений, заявлений и жалоб граждан в органах контрразведки РФ, утвержденной приказом ФСБ от 3 августа 1994 г. № 2801; судебными приставами — Порядком приема, регистрации, учета и разрешения в службе судебных приставов Министерства юстиции РФ заявлений, сообщений и иной информации о преступлениях, утвержденным приказом Минюста РФ от 27 июня 2002 г. № 1792; в органах Госнаркоконтроля РФ — Инструкцией о порядке рассмотрения предложений, жалоб, заявлений граждан и организации личного приема в органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, утвержденной приказом Госнаркоконтроля РФ от 7 августа 2003 г. № 493.

В связи с характеристикой понятия «заявление о преступлении» как повода для возбуждения уголовного дела важно обратить внимание на то, что в ст. 141 УПК, посвященной именно этому поводу, прямо не предписано, чтобы заявление о преступлении обязательно исходило от гражданина (иностранца или лица без гражданства), а также учесть и то, что в упомянутой выше ст. 23 УПК допускается возможность возбуждения уголовного дела по заявлению руководителя организации. Эти обстоятельства дают основание предположить, что заявителем, упоминаемым в ст. 141 УПК, можно считать как частное лицо, действующее от своего имени, так и лицо, действующее от имени организации, государственной или негосударственной.

Особенностью заявлений, исходящих от последних, следовало бы считать то, что они должны составляться по правилам оформления служебных документов — на бланке соответствующей организации, с указанием ее наименования, юридического и фактического адреса, номеров телефона, факса, иных средств связи, должностного положения подписавшего сообщение лица и т. д.

Существенным моментом для характеристики сообщений, исходящих от государственных организаций и должностных лиц, является то, что в некоторых случаях сообщение правоохранительным органам о фактах, в которых можно усматривать признаки преступлений, вменяется в обязанность должностных или иных лиц.

К примеру, Инструкция о порядке взаимодействия лечебно-профилактических учреждений и органов внутренних дел РФ при поступлении (обращении) в лечебно-профилактические учреждения граждан с телесными повреждениями насильственного характера, утвержденная приказом Минздрава РФ и МВД РФ от 9 января 1998 г., предписывает веем лечебно-профилактическим учреждениям, независимо от ведомственной подчиненности и формы собственности, незамедлительно сообщать «в дежурные части органов внутренних дел о всех фактах поступления (обращения) граждан с телесными повреждениями насильственного характера, а также граждан с телесными повреждениями, находящихся в бессознательном состоянии»1.

Положением о расследовании и учете несчастных случаев на производстве, утвержденным постановлением Правительства РФ от 11 марта 1999 г. № 2792, установлена также обязанность направлять сообщения о несчастных случаях, повлекших тяжкие последствия, прокурору и некоторым другим учреждениям. Непосредственно эта обязанность возложена на работодателей или уполномоченных ими лиц.

Разновидностью рассматриваемого поводу для возбуждения уголовного дела можно считать и статьи, заметки, иные сообщения о преступлении, публикуемые средствами массовой информации. То, что такого рода сообщения могут рассматриваться в качестве повода для возбуждения уголовного дела, подтверждается сказанным в ч. 2 ст. 144 УПК. Однако их специфика выражена в положении о том, что подобные сообщения начинают служить обстоятельством, приводящим в движение производство по, уголовному делу, лишь тогда, когда прокурор обратит внимание на них и поручит соответствующую проверку.

Явкой с повинной как поводом для возбуждения уголовного дела следовало бы считать добровольное вступление лица, совершившего преступление, в контакт с органом или должностным лицом, обладающим полномочием возбуждения уголовного дела, и добровольное сообщение ему о содеянном. Явка с повинной (вступление в контакт и признание факта совершения преступления) должна фиксироваться в протоколе, подписываемом явившимся и соответствующим должностным лицом (ст. 476 УПК — приложение 3).

Явка с повинной не только является одним из поводов к возбуждению уголовного дела, но и может послужить в качестве обстоятельства, дающего при определенных условиях основание для прекращения такого дела (ст. 28 УПК) или смягчения наказания при постановлении приговора (п. «и» ст. 61 УК). С учетом этого Пленум Верховного Суда РФ сформулировал существенные положения, касающиеся определения понятия явки с повинной. В своем постановлении «О практике назначения судами уголовного наказания» от 11 июня 1999 г. № 401 он разъяснил, что судам при решении вопроса о том, действительно ли при производстве по делу состоялась явка с повинной, «необходимо проверять, являлось ли заявление, поданное в органы расследования, или сообщение (в любой форме) о преступлении, сделанное должностному лицу органа расследования, добровольным и не связано ли это с тем, что лицо было задержано в качестве, подозреваемого и подтвердило свое участие в совершений преступления.

Если по делу, возбужденному по факту совершенного преступления, лицо, его совершившее, не установлено, добровольное заявление или сообщение лица о содеянном им должно рассматриваться как явка с повинной. Как явку с повинной следует рассматривать также заявление лица, привлеченного к уголовной ответственности, о совершенных им иных преступлениях, неизвестных органам расследования».

Сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, — весьма распространенный повод для возбуждения уголовного дела. Оно может быть получено, например, в ходе проверки органом дознания сообщения о совершённом правонарушении, повседневной деятельности участковых инспекторов милиции, ее патрульных подразделений, работников служб безопасности дорожного движения, а также в процессе предварительного расследования уголовных дел (выявляются доказательства, подтверждающие совершение преступления, которое не было в поле зрения при возбуждении данного дела).

В соответствии со ст. 143 УПК содержание такого сообщения должно в конечном счете приобрести форму составленного должностным лицом, принявшим сообщение, письменного документа — рапорта об обнаружении признаков преступления (ст. 476 УПК — приложение 1).

В случаях, когда информация о преступлении получается по результатам оперативно-розыскных мероприятий, важную роль в ее оценке призван играть учет предписаний упоминавшейся выше межведомственной Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд от 13 мая 1998 г.1

В п. 1 отмечено, в частности, что «результаты ОРД отражаются в оперативно-служебных документах (рапортах, справках, сводках, актах, отчетах и т. п.). К оперативно-служебным документам могут прилагаться предметы и документы, полученные при проведении ОРМ.

В случае проведения в рамках ОРД оперативно-технических мероприятий результаты ОРД могут быть также зафиксированы на материальных (физических) носителях информации (фонограммах, видеограммах, кинолентах, фотопленках, фотоснимках, магнитных, лазерных дисках, слепках и т. п.)».

Представление результатов ОРД органу дознания, следователю, прокурору или в суд производится на основании постановления руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, и означает передачу в установленном законом и Инструкцией порядке конкретных оперативно-служебных документов, которые после определения их относимости, допустимости и значимости для уголовного судопроизводства могут быть приобщены к уголовному делу.

В качестве не указанного в ч. 1 ст. 140 УПК повода, для возбуждения уголовного дела может служить также поручение (требование, просьба, обращение) правоохранительного органа зарубежного государства, с которым у Российской Федерации заключен договор о правовой помощи по уголовным делам. К примеру, в ч. 1 ст. 72 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, одобренной в Минске 22 января 1993 г. и вступившей в силу 10 декабря 1994 г.1, установлено: «Каждая Договаривающаяся Сторона обязуется по поручению другой Договаривающейся Стороны осуществлять в соответствии со своим законодательством уголовное преследование против собственных граждан подозреваемых в том, что они совершили на территории запрашивающей Договаривающейся Стороны преступление».

Речь идет о случаях, когда российский гражданин во время пребывания на территории, например, Республики Молдова совершает деяние, содержащее признаки преступления, и после этого возвращается в Россию. Тем временем местные правоохранительные органы вскрывают данный факт и собирают данные, подтверждающие его. Обладая такими данными, они обращаются в порядке, установленном названной Конвенцией, к компетентным российским правоохранительным органам с поручением об уголовном преследовании соответствующего лица. И такое поручение должно влечь возбуждение уголовного дела.

Поручение становится обязательным поводом к возбуждению уголовного дела при условии, если оно оформлено по правилам, изложенным в Конвенции. Ее ч. 1 ст. 73 устанавливает, в частности, следующее: «… К поручению прилагаются имеющиеся в распоряжении запрашивающей Договаривающейся Стороны материалы уголовного преследования, а также доказательства».

Хотя перечень названных в ч. 1 ст. 140 УПК поводов вполне считается многими исчерпывающим и в нем нет упоминания о поручениях правоохранительных органов других государств, поручения подобного рода вполне должны служить поводами при возбуждении уголовных дел. Такое решение диктуется предписанием, содержащимся в ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, в силу которого при несоответствии закона положению договора Российской Федерации применяться должно последнее.

Основанием для возбуждения уголовного дела, как сказано в ч. 2 ст. 140 УПК, является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления. В этом предписании закона следовало бы обратить внимание на два момента.

<

Во-первых, на то, что в нем говорится не о доказательствах, а о «наличии достаточных данных». Тем самым подчеркивается, что в момент принятия решения о возбуждении уголовного дела еще нет и быть не может того, что по закону считается уголовно-процессуальными доказательствами. О «достаточных доказательствах» речь идет не в такой момент, а позже — в частности, при привлечении лица в качестве обвиняемого, когда можно с известной долей определенности говорить о том, кто совершил преступление и в чем конкретно выразилось это преступление.

Однако такое несколько «сниженное» требование к подтверждению признаков преступления не должно расцениваться как возможность принятия произвольного решения. Ориентация на необходимость обладания достаточными данными говорит о том, что должностное лицо при возбуждении уголовного дела обязано иметь материалы (сведения, информацию, факты, данные), необходимые для принятия обоснованного решения1.

Во-вторых, указанное предписание ч. 2 ст. 140 УПК ориентирует на то, чтобы в момент возбуждения уголовного дела соответствующее должностное лицо располагало данными, указывающими «на признаки преступления». Оно не требует установления состава преступления, т. е. преступления во всех его признаках, предусмотренных конкретными статьями Особенной части УК. И это сравнительно «смягченное» предписание можно объяснить, как отмечено выше, тем, что решение о возбуждении уголовного дела означает всего лишь решение начать производство по делу, осуществить проверку данных о наличии всех признаков преступления в каком-то событии, факте, поступке и т. п., а после этого уже — строить выводы относительно того, было ли в действительности совершено преступление и кем именно.

Таково минимальное требование закона к основанию для возбуждения уголовного дела. В жизни, однако, довольно часто к моменту принятия решения о деянии или событии, по поводу которого стоит вопрос о возбуждении уголовного дела, известно значительно больше — к примеру, взяточник или карманный вор «схвачен за руку», убийца или насильник задержан при совершении соответствующего деяния. У принимающего решение должностного лица в таких случаях имеются необходимые данные для вывода не просто о наличии или отсутствии каких-то отдельных признаков преступления, а о том, какое именно было совершено преступление, о его времени и месте, способах и использованных средствах, размере причиненного ущерба, а также о том, кто его «автор», какими мотивами он руководствовался и т. д.

При таких условиях соответствующему должностному лицу предоставлено право вынести постановление о возбуждении уголовного дела не в связи с установлением признаков преступления в каком-то факте, поступке или событии (как говорят практики, — «по факту»), а в отношении конкретного лица с указанием конкретного преступления. Решению о возбуждении уголовного дела в таких условиях действующий УПК придает особый юридический смысл. Факт его принятия может иметь существенное юридическое значение, о чем речь пойдет ниже, в частности, при характеристике форм предварительного расследования.

 

 

 

2.2. Особенности возбуждения дел частного и частно-публичного обвинения

 

К делам частного обвинения следует отнести все дела, возбуждение которых находится в прямой зависимости от волеизъявления частного (физического или юридического) липа, пострадавшего от преступления, то есть от факта его официального обращения в соответствующие компетентные органы, которое должно являться единственным и бесспорным законным основанием для возбуждения уголовного дела и начала предварительного расследования при условии, если данное преступное посягательство отнесено уголовным законом к преступлениям небольшой и средней тяжести, либо тяжким преступлениям, но не повлекшим тяжких вредных последствий, по которым данное частное лицо обладает правом отказа от своего обвинения, являющегося безусловным осно­ванием освобождения виновного лица от уголовного наказания.

К делам частно-публичного обвинения должны быть отнесены все дела, возбуждение которых хотя и находится в прямой зависимости от волеизъявления частных (физических или юридических) лиц, пострадавших от преступлений, то есть от факта их официального обращения в соответствующие компетентные органы, но в связи с тем, что данное преступное посягательство уго­ловным законом отнесено к тяжким преступлениям, повлекшим тяжкие вредные последствия, или особо тяжким преступлениям и поэтому представляющим повышенную социальную опасность для общества и государства в целом, такой отказ потерпевшего от своего обвинения не будет влечь освобождение виновного лица от уголовного наказания.

К делам публичного обвинения должны быть отнесены только такие дела, возбуждение которых производится независимо от волеизъявления отдельных граждан и юридических лиц в связи с отсутствием по ним потерпевших, ибо страдают не отдельные лица, а охраняемые уголовным законом общественные отношения, поэтому для возбуждения уголовного дела и начала предвари’ тельного расследования достаточно выявления компетентными органами факта уголовно наказуемого деяния, посягнувшего на охраняемые уголовным законом общественные интересы.

Основным критерием для дифференциации форм судопроизводства в настоящее время выступает лишь степень дискриминации процессуальных прав участников процесса со стороны государства, а желательно и допустимо, чтобы таким критерием выступало добровольное волеизъявление участников уголовного процесса о самоограничении предоставляемых им уголовно-процессуальным законом прав.

Часть 2 ст. 20 УПК гласит, что уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ст. 115-116, ч. 1 ст. 129 и ст. 130 Уголовного кодекса РФ (далее — УК) считаются уголовными делами частного обвинения. Они возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. Примирение допускается до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора.

Повод, основания и процессуальный порядок возбуждения уголовных дел частного обвинения установлены в ст. 318 УПК. Уголовные дела о преступлениях, указанных в ч. 2 ст. 20 УПК, возбуждаются путем подачи заявления в суд потерпевшим или его законным представителем. В. В. Хатуаевой считает, что жалоба — это точнее, чем заявление, так как жалоба является официальным требованием о защите нарушенного права.1 За использование термина «жалоба потерпевшего» выступает также Н. Е. Петрова.2

В тоже, как правильно замечает В. В. Хатуаева, использование термина «потерпевший» не совсем корректно, так как никакого документа о признании таковым в соответствии со ст. 42 УПК не вынесено. В связи с этим автор предлагает термин «пострадавший».3

Е. Г. Мартынчик считает, что возбудить дело частного обвинения может по поручению потерпевшего его представитель, роль которого вправе выполнить адвокат.1 И. Р. Харченко также полагает, что представитель потерпевшего имеет право передать в суд заявление по делу частного обвинения.2 В. В. Хатуаева не согласна с данной позицией, полагая, что заявление о возбуждении уголовного дела могут подать только сам потерпевший или его законный представитель.3 Данный, этот вопрос решается с точки зрения обеспечения максимально свободного доступа потерпевшего к правосудию. Потерпевший не может быть ограничен в выборе способа подачи заявления о возбуждении уголовного дела частного обвинения. Только ему принадлежит право решать, возбуждать уголовное дело или нет, а также выбор наиболее удобного для себя способа и порядка возбуждения дела — как лично, так и через своего представителя.

Согласно ч. 2 ст. 318 УПК в случае смерти потерпевшего уголовное дело возбуждается путем подачи заявления его близким родственником, каковыми являются супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка и внуки (п. 4 ст. 5 УПК). Таким образом, заявление о возбуждении уголовного дела частного обвинения может быть подано в суд самим потерпевшим, законным представителем, представителем или близким родственником.

Что касается уголовных дел публичного обвинения, то ч. 1 ст. 141 УПК устанавливает, что заявление о преступлении может быть сделано в устном или письменном виде.

Заявление потерпевшего мировому судье представляет собой довольно сложный документ. Так, ч. 5 ст. 318 УПК устанавливает следующие обязательные его реквизиты: наименование суда, в который оно подается; описание события преступления, места, времени, обстоятельств его совершения; просьбу, адресованную суду, о принятии уголовного дела к производству; данные о лице, привлекаемом к уголовной ответственности; список свидетелей, которых необходимо вызвать в суд; подпись лица, его подавшего. Заявление подается потерпевшим в суд с копиями по числу лиц, в отношении которых возбуждается дело (ч. 6 ст. 318 УПК).

В соответствии с ч. 1 ст. 319 УПК, если поданное заявление не отвечает требованиям ч. 5 – 6 ст. 318 УПК, мировой судья выносит постановление о возвращении заявления лицу, его подавшему, в котором предлагает ему привести заявление в соответствие с указанными требованиями и устанавливает для этого срок. В случае неисполнения данного указания мировой судья отказывает в принятии заявления к своему производству и уведомляет об этом лицо, его подавшее.

Е. Г. Мартынчик считает, что составить заявление с соблюдением всех перечисленных требований сможет не каждый потерпевший, тем более, что от него требуется дать юридическую оценку содеянного лицом, в отношении которого ставится вопрос о возбуждении уголовного дела частного обвинения.1

Исследуемое заявление имеет серьезные правовые последствия. Как правильно пишет Е. Хаматова, «заявление по делу частного обвинения — это документ, который одновременно является и единственно возможным поводом к возбуждению дела частного обвинения, и заменяет собой постановление о возбуждении уголовного дела и обвинительный акт»2 Кроме того, согласно ст. 43 и ч. 7 ст. 318 УПК лицо, подавшее заявление в суд по уголовному делу частного обвинения в порядке, установленном ст. 318 УПК, становится частным обвинителем и наделяется правами, предусмотренными ст. 42 – 43, а также ч. 4 – 6 ст. 246 УПК.

Е. Г. Мартынчик считает, что нужно дополнить ч. 7 ст. 318 УПК положением, что в случае принятия заявления потерпевшего к производству мировой судья выносит постановление3, тем самым постановлением мирового судьи будет четко зафиксировано появление процессуальной фигуры частного обвинителя по уголовному делу частного обвинения.

 

Подача заявления потерпевшим порождает определенные обязанности и для мирового судьи. В соответствии с ч. 3 ст. 319 УПК при наличии оснований для назначения судебного заседания мировой судья в течение семи суток со дня поступления заявления в суд вызывает лицо, в отношении которого подано заявление, знакомит его с материалами уголовного дела, вручает копию поданного заявления, разъясняет права подсудимого в судебном заседании, предусмотренные ст. 47 УПК, выясняет, кого, по мнению данного лица, необходимо вызвать в суд в качестве свидетелей защиты, о чем у него берется подписка.

Согласно ч. 5 ст. 319 УПК мировой судья должен разъяснить сторонам возможность примирения. В случае поступления от них заявлений о примирении производство по уголовному делу прекращается по постановлению мирового судьи в соответствии с ч. 2 ст. 20 УПК. Уголовно-процессуальный закон допускает примирение потерпевшего с обвиняемым до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора.

Некоторые авторы предлагают изложить эту норму в такой редакции: «Примирение допускается до вступления в законную силу приговора мирового судьи»1 и, вероятно, такое предложение может быть принято законодателем, поскольку нельзя мешать потерпевшему и обвиняемому примириться даже после вынесения приговора. Это тот случай, когда волеизъявление потерпевшего должно иметь решающее значение. Следует отметить, что ряд авторов обоснованно высказываются за расширение примирительной функции суда по делам частного обвинения. Так, Е. Г. Мартынчик считает необходимым внести в главу 41 УПК «Производство по уголовным делам, подсудным мировому судье» дополнения, где были бы сформулированы положения, регламентирующие процедуру примирения потерпевшего и обвиняемого.2 Э. В. Жидков предлагает вообще дополнить УПК специальным разделом «Примирительное производство».1

Обвиняемый по уголовному делу частного обвинения появляется одновременно с частным обвинителем, что должно быть отражено в постановлении мирового судьи о принятии заявления потерпевшего к производству. Такое решение нам представляется в процессуальном смысле безупречным и справедливым. Поэтому в ч. 7 ст. 318 УПК должны быть внесены соответствующие дополнения. По вопросу о том, кто должен квалифицировать преступление, которое будет предметом судебного разбирательства, в литературе имеется только одно предложение. В. В. Хатуаева полагает, что определять квалификацию преступления должен сам потерпевший в своем заявлении.2

Таким образом, расмотрен порядок возбуждения уголовных дел частного обвинения в случаях, когда потерпевшему известно лицо, совершившее против него преступление. Однако дело должно быть возбуждено и тогда, когда потерпевший не знает виновного. Актуальность этой категории уголовных дел частного обвинения резко возросла. Это связано с некоторыми изменениями УК. Если раньше такие противоправные действия в общественном месте, как нанесение побоев, угрозы и т. п., связанные с нарушением общественного порядка, квалифицировались как хулиганство, то они возбуждались и расследовались как уголовные дела публичного обвинения. Поэтому уголовных дел частного обвинения, по которым потерпевший не знал бы обвиняемого, в судебной практике практически не было.

Еще один порядок возбуждения уголовных дел частного обвинения установлен ч. 3 ст. 318 УПК, гласящей, что дело может быть возбуждено прокурором в случаях, когда потерпевший в силу беспомощного состояния или по иным причинам не может защитить свои права и законные интересы. При этом прокурор направляет уголовное дело для производства предварительного расследования. Указанное в ч. 3 ст. 318 УПК основание для возбуждения прокурором уголовного дела частного обвинения — когда потерпевший «по иным причинам не может защитить свои права и законные интересы» — слишком неопределенно, что может породить трудности при применении этой нормы.

Таким образом, в УПК закреплены три относительно самостоятельных процессуальных порядка возбуждения уголовных дел частного обвинения:

— возбуждение потерпевшим уголовного дела частного обвинения в отношении известного ему лица путем подачи заявления непосредственно мировому судье;

— возбуждение потерпевшим уголовного дела частного обвинения в отношении неустановленного лица путем подачи заявления в орган дознания, дознавателю, следователю или прокурору;

— возбуждение уголовного дела частного обвинения прокурором в соответствии с ч. 3 ст. 318 УПК, когда потерпевший в силу беспомощного состояния или по иным причинам не может защитить свои права и закон­ные интересы.

 

2.3. Основания отказа в возбуждении уголовного дела

 

Фактором, весьма важным для правильного решения вопроса о возбуждении уголовного дела, является проверка наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих такому решению. О таких обстоятельствах можно судить прежде всего по ч. 1 ст. 24 УПК, а в какой-то мере и по другим законам, международным договорам, применимым в уголовном процессе.

В названной ч. 1 ст. 24 УПК к обстоятельствам, при наличии которых должен следовать отказ в возбуждении уголовного дела, отнесены следующие:

– отсутствие события преступления;

– отсутствие в деянии состава преступления;

– истечение сроков давности уголовного преследования;

– смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего;

– отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению;

– отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, наделенных процессуальными привилегиями на основании п. 1, 3—5, 9 и 10 ч. 1 ст. 448 УПК, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации РФ, Государственной Думы РФ, Конституционного Суда РФ, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела некоторых из такого рода лиц.

Приведенные обстоятельства можно прокомментировать следующим образом:

отсутствие события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 24). Вывод об этом может быть сделан на основании данных, безусловно подтверждающих, что сообщение (информация) о содержащем признаки преступления факте, событии, деянии, чьем-то поступке не соответствует действительности. Пример: кто-то, находясь на работе, по телефону получает анонимное сообщение, что его дом подожжен; он тут же сообщает в милицию о поджоге, но оказывается, что в действительности кто-то попытался таким неумным способом «разыграть» его;

отсутствие состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24). Оно предполагает неподтверждение полученными в ходе доследственной проверки данными наличия основания для возбуждения уголовного дела — хотя бы какого-то признака преступления в событии (деянии, поступке и т. п.). Например, гражданин, отправляясь утром на работу, обнаруживает, что оставленный им накануне возле дома личный автомобиль исчез; он немедленно обращается в ближайший орган милиции с заявлением о состоявшемся угоне; при проверке оказывается, что проживающий с заявителем его взрослый сын, проснувшись задолго до отца, взял автомобиль и уехал на рыбалку;

истечение сроков давности (п. 3 ч. 1 ст. 24). Имеются в виду сроки, установленные в ст. 78 УК, продолжительность которых зависит от категорий и некоторых иных свойств совершенных преступлений. Данное обстоятельство сравнительно редко поддается определенному, установлению на стадии возбуждения уголовного дела, ибо для того, чтобы иметь суждение об истечении или неистечении соответствующих сроков, нужно получить ясное представление не только о составе преступления, но и о его категории (ст. 1.5 УК). Сделать это, не собрав достаточные доказательства, т. е. не проведя соответствующие следственные действия, далеко не всегда возможно. Поэтому чаще всего уголовные дела возбуждаются, производятся следственные действия, собираются доказательства и только после этого принимается решение о том, истек или не истек срок давности;

смерть лица, в отношении которого предстоит возбуждение уголовного дела (п. 4 ч. 1 ст. 24). Данное обстоятельство не препятствует возбуждению уголовного дела в двух случаях: когда возбуждение необходимо для реабилитации умершего (скажем, по просьбе его родственников) или для решения вопроса о возобновлении дела по вновь открывшимся обстоятельствам в отношении других лиц;

отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе, как по его заявлению (п. 5 ч. 1 ст. 24). Имеются в виду прежде всего случаи, когда возникает вопрос о возбуждении дела по признакам одной из статей УК, предусматривающих преступления, для которых установлен порядок частного или частно-публичного обвинения.

Из их числа, разумеется, изымаются случаи, когда дознаватель или следователь с согласия прокурора либо непосредственно сам прокурор принимают решение придать делу публичный характер и возбудить его при отсутствии заявления потерпевшего в связи с тем, что соответствующее преступление «совершено в отношении лица, находящегося в зависимом состоянии или по иным причинам не способного самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами» (ч. 4 ст. 20 УПК).

По основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК, не должны возбуждаться также дела о преступлениях, предусмотренных гл. 23 УК (об имущественном вреде, причиненном коммерческой организации), поскольку эти дела могут быть возбуждены при наличии заявлений руководителей таких организаций или с их согласия;

отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях лица, наделенного процессуальными привилегиями на основании п. 1, 3—5, 9 и 10 ч. 1 ст. 448 УПК, и (или) о тс у т с т в и е согласия какого-то из органов, указанных в ч. 1 ст. 448 УПК, на возбуждение уголовного дела в отношении некоторых из такого рода лиц.

Данное обстоятельство (п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК) связано с реализацией процессуальных привилегий, установленных для некоторых категорий лиц в связи с их служебным или общественным положением, спецификой выполняемых профессиональных обязанностей. Одним из видов таких привилегий являются особые правила возбуждения уголовного дела. Их специфика заключается во введении дополнительных условий, которые должны соблюдаться при принятии соответствующих решений. К условиям такого рода следовало бы отнести следующие: во-первых, решение о возбуждении дела должны принимать, как правило, прокуроры, занимающие высокое должностное положение, — Генеральный прокурор РФ или прокуроры субъектов РФ; во-вторых, до вынесения постановления о возбуждении уголовного дела в отношении члена Совета Федерации или депутата. Государственной Думы, всех судей судов, входящих в судебную систему РФ, а также Генерального прокурора РФ должно быть получено заключение коллегии, состоящей из 3-х судей Верховного Суда РФ или суда субъекта РФ, о наличии в действиях лица, привлекаемого к уголовной ответственности, признаков преступления. Отметим, что в ч. 2 ст. 448 УПК говорится о защитнике лица, в отношении которого внесено представление, т. е., по сути, признается возможность появления фигуры защитника до возбуждения уголовного дела. Изъятие из этого правила закон (п. 2 ч. 1 ст. 448 УПК) предусматривает для случаев, когда может возникнуть вопрос о возбуждении уголовного дела в отношении Генерального прокурора РФ. В таких случаях представление о даче заключения должно вноситься в Верховный Суд РФ Президентом РФ; в-третьих, при наличии положительного заключения о том, что в действиях привлекаемого к ответственности лица есть признаки преступления, прокурор, уполномоченный принять решение о возбуждении дела, должен получить еще и согласие на это. Такое согласие должно быть дано:

– Советом Федерации или Государственной Думой — в отношении соответственно члена Совета Федерации или Депутата Государственной Думы (п. 1 ч. 1 ст. 448 УПК);

– Конституционным Судом РФ — в отношении судьи данного суда (п. 3 ч. 1 ст. 448 УПК);

– Высшей квалификационной коллегией судей РФ или квалификационной коллегией судей субъекта РФ — в отношении соответственно судьи федерального суда высшего или среднего уровня и судьи иного суда (п. 4 и 5 ч. 1 ст. 448 УПК);

– районным судьей — в отношении прокурора, следователя или адвоката (п. 10 ч. 1 ст. 448 УПК).

При отсутствии согласия в случаях, когда оно требуется, уголовное дело тоже не может быть возбуждено.

Предусмотренный в ст. 24 УПК круг обстоятельств, препятствующих возбуждению уголовного дела (вопреки встречающимся в юридической литературе утверждениям), не является исчерпывающим.

Анализ других статей УПК, ряда федеральных законов, международных соглашений и даже некоторых подзаконных актов дает основание говорить и об иных обстоятельствах, препятствующих возбуждению уголовных дел. О их распространенности могут свидетельствовать, в частности, следующие положения.

Не допускается возбуждение уголовного дела в отношении лица, отказавшегося давать показания против самого себя, своих близких родственников или супруга (ч. 1 ст. 51 Конституции РФ), в отношении депутата, журналиста, нотариуса, адвоката, его помощника или стажера, некоторых других наделенных свидетельскими привилегиями лиц, отказавшихся во время допроса сообщать сведения, которые стали им известны в связи с выполнением их профессиональных или должностных обязанностей1. Нельзя возбуждать уголовное дело в отношении лжесвидетеля, который добровольно в ходе дознания, предварительного следствия или судебного разбирательства до вынесения приговора заявил о ложности сообщенных им сведений’ (примечание к ст. 307 УК). Исключено возбуждение уголовного дела по факту отказа от дачи показаний или дачи заведомо ложных показаний свидетелем, который вызван для допроса из другого государства в соответствии с правилами оказания международной правовой помощи по уголовным делам2.

3. ПРОКУРОРСКИЙ НАДЗОР И СУДЕБНЫЙ КОНТРОЛЬ ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА И ПОРЯДОК ЕГО ОБЖАЛОВАНИЯ

 

3.1. Проверка повода и основания для возбуждения уголовного дела

 

Стадия возбуждения уголовного дела представляет собою не одноразовое действие, проявляющееся в принятии решения о том, начинать или не начинать производство по конкретному делу, а комплекс действий. В своей совокупности эти действия призваны обеспечить законность и обоснованность соответствующего решения.

Такая цель достигается прежде всего путем проверки сообщения о преступлении (нередко ее называют предварительной или доследственной проверкой):

– соответствия требованиям закона (доброкачественности) повода;

– содержащихся в нем данных относительно наличия или отсутствия основания для принятия положительного решения о возбуждении уголовного дела;

– а также наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих принятию такого решения.

Проверка может выразиться в истребовании справок и иных материалов, необходимых для принятия решения по поступившему сообщению о преступлении, в получении объяснений, выполнении оперативно-розыскных мероприятий, в организации проведения ревизий и документальных проверок, т. е. в совершении действий, как правило, непроцессуального характера.

Возможность производства предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством следственных действий на этой стадии сведена к минимуму — допускаются лишь осмотр места происшествия, освидетельствование и назначение экспертизы (ч. 4 ст. 146 УПК). Результаты процессуальных действий такого рода, естественно, должны оформляться по правилам, установленным в УПК для их производства и могут приобрести значение доказательств по делу.

Практически довольно часто предварительная проверка осуществляется с помощью оперативно-розыскных действий, выполняемых в соответствии с предписаниями Закона об оперативно-розыскной деятельности и издаваемых на его основе ведомственных нормативных актов. Результаты этих действий должны оформляться в виде документов.

Особый порядок установлен для производства проверок сообщений о преступлениях, распространенных в средствах массовой информации. Они могут быть осуществлены только органом дознания или следователем при наличии поручения прокурора (ч. 2 ст. 144 УПК). В ходе таких проверок допускается производство всех действий, которые разрешены для данной стадии судопроизводства. При этом на редакции, главных редакторов соответствующих средств массовой информации возложена обязанность передавать по требованию прокурора, следователя или органа дознания имеющиеся в распоряжении соответствующего средства массовой информации документы и материалы, подтверждающие сообщение о преступлении, а также данные о лице, предоставившем указанную информацию. Информация такого рода может быть не представлена, когда это лицо поставило условие о сохранении в тайне источника информации (см. ту же часть ст. 144 УПК). В связи с приведенным правилом следует иметь в виду, что упомянутый выше Закон РФ «О средствах массовой информации»1 предусматривает ряд положений, существенно отличающихся от этого правила. В частности, в его ст. 41 сказано: «Редакция обязана сохранять в тайне источник информации и не вправе называть лицо, предоставившее сведения с условием неразглашения его имени, за исключением случая, когда соответствующее требование поступило от суда в связи с находящимся в его производстве делом».    

На все проверочные действия ч. 1 ст. 144 УПК отводит, как правило, не более 3-х суток. Прокурор, начальник следственного отдела и начальник органа дознания вправе продлить это срок до 10 суток по ходатайству дознавателя или следователя, проверяющего сообщение о преступлении. В случаях, когда возникает необходимость в проведении ревизий и документальных проверок, этот срок по ходатайству органа дознания, дознавателя или следователя может быть продлен прокурором до 30 суток. Течение этого срока, как и любого другого процессуального срока, исчисляемого в сутках, начинается на следующий день после поступления заявления или сообщения и заканчивается в 24 часа последних суток Решение прокурора или иного должностного лица о продлении срока проверки оформляется его резолюцией на тексте постановления, содержащего ходатайство о продлении срока (см., например, приложение 7 к ст. 476 УПК).

По результатам проверки может быть принято одно из следующих решений:

— о возбуждении уголовного дела;

— об отказе в возбуждении уголовного дела;

— о передаче заявления или сообщения по подследственности или подсудности.

При наличии повода и основания к возбуждению уголовного дела и отсутствии обстоятельств, исключающих его, орган дознания, дознаватель, следователь с согласия прокурора либо непосредственно прокурор выносят постановление о возбуждении уголовного дела, которое должно отвечать определенным требованиям. В нем отражаются:

– время и место составления постановления;

– должность, воинское или специальное звание либо классный чин, фамилия должностного лица, вынесшего постановление, точное наименование органа дознания (если постановление вынесено таким органом);

– повод и основание (с указанием части статьи или статьи УК, предусматривающей признаки преступления, послужившие основанием для возбуждения дела);

– фамилия и другие данные о лице, в отношении которого возбуждается дело (если дело возбуждается в отношении конкретного лица);

– суть принятого решения, в том числе указание на дальнейшее направление дела.

Вынесенное органом дознания, дознавателем или следователем постановление о возбуждении уголовного дела незамедлительно направляется прокурору. К нему прилагаются все материалы до-следственной проверки сообщения о преступлении.

Прокурор, изучив постановление и материалы, тоже незамедлительно принимает решение о согласии с возбуждением дела (такое согласие оформляется резолюцией на тексте рассмотренного им постановления — см. приложения 13 и 14 к ст. 476 УПК). При несогласии он должен вынести одно из двух постановлений: об отказе в даче согласия на возбуждение уголовного дела либо о возвращении материалов для дополнительной проверки.

О решении прокурора орган дознания, дознаватель или следователь в день его вынесения уведомляют заявителя, по сообщению которого производилась проверка, и лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело.

В случае, когда уголовное дело возбуждается капитаном морского или речного судна, находящегося в дальнем плавании, руководителем геологоразведочной партии или зимовки, удаленной от места расположения органов дознания, главой дипломатического представительства или консульского учреждения РФ, прокурор срочно уведомляется указанным лицом о начатом расследовании. Данное постановление о возбуждении уголовного дела и материалы передаются прокурору незамедлительно при появлении для этого реальной возможности.

При возбуждении уголовного дела в отношении лица, которое состоит или должно состоять на воинском учете, орган дознания, дознаватель или следователь в двухнедельный срок обязан информировать о принятом им решении военный комиссариат или иной орган, осуществляющий воинский учет (ч. 5, ст. 4 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» от 28 марта 1998 г.1).

Производство по делам частного обвинения начинается по правилам, сформулированным в ст. 318 УПК. В соответствии с ними дело такого рода дело возбуждается путем подачи заявления потерпевшим или его законным представителем. Оно подается в суд с копиями по числу лиц, в отношений которых ставится вопрос о привлечении к уголовной ответственности.

Постановление об отказе в возбуждении уголовного дели выносится компетентным должностным лицом или органом в случае неустановления основания для возбуждения или в случае установления хотя бы одного обстоятельства, исключающего производство по делу. В нем, естественно, как и в других процессуальных документах, указываются сведения о том, где, когда и кем принято решение, а также мотивировка принятого решения.

О таком решении обязательно уведомляются заявитель, сообщивший о преступлении, и прокурор. Делается это путем направления копии постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Если проверка сообщения о преступлении производилась в связи с тем, что оно было опубликовано каким-то средством массовой информации, то результаты проверки о том, что факт преступления, не подтвердился, должны быть опубликованы (ч. 3 ст. 148 УПК).

В случаях, когда проверке подвергалось сообщение о том, что конкретное лицо совершило преступление и оно не подтвердилось, прокурор, орган дознания и следователь должны рассмотреть вопрос об ответственности заявителя за заведомо ложный донос. При отказе в возбуждении уголовного дела прокурор, установив достаточные основания, может вынести постановление о возбуждении против конкретного лица дела об административном правонарушении. Такое право ему предоставлено Законом о прокуратуре (ст. 25).

Решение о передаче заявления или сообщения по подследственности или подсудности (п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК) принимается чаще всего тогда, когда в ходе предварительной проверки, осуществляемой одним органом дознания, дознавателем или следователем, выясняется, что заявление или сообщение содержит данные о признаках преступления, расследование которого входит в компетенцию какого-то другого органа или должностного лица, либо преступления, преследуемого в порядке частного обвинения.

К примеру, при проверке заявления о разбойном нападении и причинении вреда здоровью работники милиции устанавливают, что потерпевший является должностным лицом уголовно-исполнительной системы Минюста РФ и что он подвергся нападению в связи с его служебной деятельностью. Предварительное расследование дел такого рода отнесено к компетенции следователей прокуратуры (пп. «в» п. 1 ч. 2 ст. 151 УПК). Поэтому собранные материалы без возбуждения уголовного дела могут быть направлены соответствующему прокурору, как иногда принято говорить — «о подследственности».

Решение об этом оформляется постановлением о передаче сообщения по подследственности (см. приложение 10 к ст. 476 УПК), адресуемым конкретному органу или должностному лицу. Аналогичным образом может поступить должностное лицо, производившее доследственную проверку сообщения о преступлении, в том случае, когда оно приходит к выводу, что деяние, о котором говорится в заявлении, должно преследоваться в порядке частного обвинения. Оно должно вынести постановление о передаче сообщения в суд (см. приложение 11 к ст. 476 УПК).

 

3.2. Прокурорский надзор и судебный контроль за возбуждением уголовных дел

 

Законность и обоснованность возбуждения уголовных дел, как и отказа в их возбуждении, в значительной мере зависят от правильно организованных, эффективных и действенных как прокурорского надзора, так и судебного контроля в этой стадии уголовного процесса.

Прокурорскому надзору, как видно по сказанному о полномочиях прокурора в настоящей главе учебника, современное уголовно-процессуальное законодательство отводит существенную роль. Об этом свидетельствуют закрепленные в этом законодательстве полномочия прокурора на данной стадии уголовного судопроизводства. В частности, полномочия по организации доследственных проверок (дача поручений, связанных с проверкой сообщений о преступлениях, в том числе поручений о производстве ревизий и документальных проверок, контроль за своевременностью сбора материалов, необходимых для принятия правильных решений, и обоснованностью продления сроков, установленных для выполнения действий такого рода), а также полномочия по непосредственной проверке законности и обоснованности постановлений органов дознания, дознавателей, следователей о возбуждении или об отказе в возбуждении уголовных дел.

Существенную роль в обеспечении эффективной борьбы с преступностью призваны играть и полномочия прокурора, которые он обязан выполнять в связи с осуществлением надзора за надлежащим выполнением, в первую очередь органами дознания, предусмотренной в ч. 1 ст. 144 УПК обязанности по приему сообщений о преступлениях.

Не менее существенно и то, что в соответствии с предписаниями ст. 124 УПК прокурор наделен необходимыми полномочиями по рассмотрению жалоб участников уголовного судопроизводства, иных лиц и, разумеется, по исправлению по результатам такого рассмотрения ошибок правоохранительных органов, в том числе тех, которые связаны с их решениями и действиями (бездействием) в стадиях возбуждения и предварительного расследования уголовного дела.

Но прокурорский надзор не является единственным средством, призванным обеспечивать законность и обоснованность всего того, что происходит и должно происходить в рассматриваемых стадиях уголовного процесса. Он в значительной мере дополняется судебным контролем.

С принятием Конституции РФ 1993 г. отношение к судебному контролю в стадии возбуждения уголовного дела, а потом и в стадии предварительного их расследования в целом постепенно стало изменяться. Этот процесс в значительной мере стимулировало неоднократно упоминавшееся выше постановление от 31 октября 1995 г. № 8 Пленума Верховного Суда РФ (см. п. 1)1, разъяснившее судам, что положения Конституции РФ, в том числе содержащиеся в ее ст. 46, подлежат прямому применению. Многие судьи, руководствуясь этим разъяснением, начали принимать и рассматривать жалобы на незаконные действия и решения органов расследования и прокуратуры, включая жалобы на незаконный отказ в их возбуждении. Но значительная их часть продолжала проявлять «осторожность» и «осмотрительность» — по инерции они считали, что не должны контролировать прокуратуру и иные правоохранительные органы при производстве по уголовным делам.

29 апреля 1998 г. Конституционный Суд РФ принял постановление «По делу о проверке конституционности части четвертой статьи 113 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с запросом Костомукшского городского суда Республики Карелия»2. В нем признано правомерным рассмотрение судами жалоб на незаконные отказы в возбуждении уголовных дел. Почти год спустя, 23 марта 1999 г., последовал еще один шаг со стороны этого Суда. Он вынес постановление «По делу о проверке конституционности положений статьи 133, части первой статьи 218 и статьи 220 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан В. К. Борисова, Б. А. Кехмана, В. И. Монастырецкого, Д. И. Фуфлыгина и общества с ограниченной ответственностью «Моноком»1, в котором обращено внимание, наряду с прочим, на то, что суды в соответствии с предписаниями ст. 46 Конституции РФ должны принимать и рассматривать жалобы также на незаконное возбуждение уголовного дела. Рядом других принятых впоследствии своих постановлений и определений Конституционный Суд РФ еще в большей мере раздвинул границы применения предписаний ст. 46 Конституции РФ при производстве по уголовным делам. Практически было признано, что суды общей юрисдикции во всех стадиях производства по уголовным делам должны принимать и рассматривать по существу жалобы на незаконность любых процессуальных действий, и решений органов и должностных лиц, уполномоченных вести производство по уголовным делам.

Эта линия получила свое дальнейшее развитие в УПК 2001 г. — в первую очередь в его ст. 123 и 125, регламентирующих судебное рассмотрение жалоб на действия (бездействие) и решения, должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство.

Именно в названных статьях в законодательном порядке осуществлено закрепление одного из основных уголовно-процессуальных институтов, призванных обеспечивать законность и обоснованность досудебного производства по уголовным делам, — института судебного контроля за законностью и обоснованностью действий (бездействия) и решений правоохранительных органов и должностных лиц, уполномоченных выявлять преступления и принимать меры к их раскрытию и изобличению виновных. Исходные положения этого института можно было бы выразить в следующих положениях:

– правом на такого рода обжалование в соответствии со ст. 123 УПК наделен широкий круг лиц. Жалобы могут быть поданы как участниками уголовного судопроизводства, так и иными лицами. В то же время, такое право последних огранивается указанием на то, что они вправе обжаловать только такие действия (бездействие) или решения, которые «затрагивают их интересы»;

– иначе определен объем права на обжалование участников уголовного судопроизводства. По сказанному в ч. 1 ст. 125 УПК можно сделать вывод о том, что он несколько шире, но не допускает обжалования любых действий (бездействия) или решений прокурора, начальника следственного отдела, следователя, органа дознания. Они (участники уголовного судопроизводства) могут обжаловать, как сказано в названной части ст. 125 УПК, «постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействие), но непременно при одном из 2-х условий:

во-первых, при условии, что они (действия или решения) способны «причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства» либо,

во-вторых, при условии, что они (действия или решения) способны «затруднить доступ граждан к правосудию».

Сравнительно детальной регламентации подвергнута и процедура подачи и рассмотрения судом жалоб. Ее основные моменты:

– жалобы такого рода должны подаваться в районный суд по месту производства предварительного расследования;

– судья такого суда обязан в течение 5 суток со дня поступления жалобы осуществить ее проверку в судебном заседании с участием лица, подавшего ее, и его защитника, законного представителя или представителя, если они участвуют в производстве по делу, а также иных лиц, интересы которых затрагиваются в связи с разбирательством жалобы. О времени и месте созыва судебного заседания по рассмотрению жалобы уведомляется и прокурор как представитель государственного органа, призванного осуществлять надзор за соблюдением законов при расследовании преступлений. Неявка уведомленных лиц не препятствует проведению заседания;

– в ходе заседания судья объявляет, какая жалоба подлежит рассмотрению, представляет себя явившимся в судебное заседание лицам, разъясняет их права и обязанности. Затем заявитель, если он участвует в судебном заседании, обосновывает свою жалобу. После этого заслушиваются другие явившиеся в судебное заседание лица. Заявителю предоставляется возможность выступить с репликой;

– по результатам рассмотрения жалобы судья выносит одно из следующих постановлений:

1) о признании действия (бездействия) или решения соответствующего должностного лица незаконным или необоснованным и о его обязанности устранить допущенное нарушение;

2) об оставлении жалобы без удовлетворения.

При оценке юридического значения условий, при которых жалоба может быть подана в суд участником судопроизводства либо иным лицом, целесообразно учитывать, что в ч. 2 ст. 46 Конституции РФ, а равно в решениях Конституционного Суда РФ, толкующих эту норму, нет указаний на то, что конституционное право гражданина на судебное обжалование может быть ограничено какими-то условиями.

Приведенный порядок подачи и разбирательства жалоб подлежит соблюдению не только в стадии возбуждения уголовного дела, при судебной проверке законности и обоснованности принимаемых решений или выполняемых действий, но и при последующем производстве — в стадии предварительного расследования.

 

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

 

  1. Конституция РФ. Принята на всенародном референдуме 12 дек. 1993 г.
  2. Всеобщая Декларация прав человека (Резолюция 217 А (III) Генеральной Ассамблеи ООН от 10 декабря 1948 г.) // СССР и международное сотрудничество в области прав человека. Документа и материалы. М., 1989. С. 413– 419
  3. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФФЗ с изм. и доп., внесенным федеральным законами от 4 июля 2003 г., 7 июля и 8 декабря 2003 г., 22 апреля 2004 г., 29 июня 2004 г // СЗ РФ. 2001. № 52 (ч. I)
  4. Уголовный кодекс РФ 1996 г. // СЗ РФ. 1996. № 25.
  5. Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ с доп. и изм., внесенными федеральными конституционными законами от15 декабря 2001 г и от 4 июля 2003 г // СЗ РФ. 1997. № 1.
  6. Федеральный конституционным законом «О Конституционном Суде Российской Федерации» // СЗ РФ. 1995. № 47. Ст. 4472; 1999. № 7. Ст. 878; 2000. № 2. Ст. 140.
  7. Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в ред. Федерального закона от 17.11.95 № 168-ФЗ // СЗ РФ. 1995. № 47. Ст. 4472; 2003. № 27 (ч. 1). Ст. 2700.
  8. Закон РФ «О средствах массовой информации» от 27 декабря 1991 г. // ВВС, 1992, № 7, ст. 300.
  9. Основы законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 г. // СЗ РФ, 1993, № 10, ст. 357.
  10. Федеральный закон «О воинской обязанности и военной службе» от 28 марта 1998 г. // Российская газета. 5 апреля 1998 г.
  11. Федеральный закон «О свободе совести и религиозных объединениях» от 26 сентября 1997 г. // СЗ РФ, 1997, № 39, ст. 4465.
  12. Закон об адвокатской деятельности и адвокатуре — ст. 8, ч. 3 ст. 27 и ч. 3 ст. 28.
  13. Постановление Конституционного Суда РФ «По делу о проверке конституционности части четвертой статьи 113 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с запросом Костомукшского городского суда Республики Карелия» от 29 апреля 1998 г. // СЗ РФ, 1998, № 19, ст. 2142.
  14. Постановление Конституционного Суда РФ «По делу о проверке конституционности положений статьи 133, части первой статьи 218 и статьи 220 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан В. К. Борисова, Б. А. Кехмана, В. И. Монастырецкого, Д. И. Фуфлыгийа и общества с ограниченной ответственностью «Моноком» от 23 марта 1999 г. // СЗ РФ, 1999, № 14, ст. 1749.
  15. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 1999 г. № 40 «О практике назначения судами уголовного наказания» // БВС РФ. 1999. № 8.
  16. Положением о расследовании и учете несчастных случаев на производстве: утв. постановлением Правительства РФ от 11 марта 1999 г. № 279 // Российская газета от 19 марта 1999 г.
  17. Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, одобренной в Минске 22 января 1993 г. и вступившей в силу 10 декабря 1994 г // СЗ РФ. 1995, № 17. ст. 1472.
  18. Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» от 31 октября 1995 г. № 8 // СПП ВС. 1995., С. 11—19.
  19. Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О практике назначения судами уголовного наказания» от 11 июня 1999 г. № 40 // ВВС, 1999, № 8.
  20. Инструкция о порядке рассмотрения и разрешения обращений и приема граждан в органах и учреждениях прокуратуры РФ, утвержденная приказом Генеральной прокуратуры РФ от 15 января 2003 г. № 3 // Российская газета 21 января 2003
  21. Инструкция о порядке приема, регистрации и рассмотрения в органах прокуратуры Российской Федерации сообщений о преступлениях, утвержденная приказом Генерального прокурора РФ от 21 октября 2003 г. №45 // Российская газета 27 октября 2003 г.
  22. Инструкция о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел РФ сообщений о преступлениях и иной информации о правонарушениях, утвержденная приказом МВД РФ от 13 марта 2003 г. № 158 // Российская газета. 19 марта 2003 г.
  23. Инструкция о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд, утвержденная 13 мая 1998 г. руководителями министерств и ведомств, подразделения которых могут выполнять оперативно-розыскные действия, по согласованию с Генеральным прокурором РФ // БНА ФОИВ, 1998, № 23.
  24. Временная инструкция о порядке рассмотрения и разрешения предложений, заявлений и жалоб граждан в органах контрразведки РФ, утвержденная приказом ФСБ от 3 августа 1994 г. № 280 // БНА ФОИВ, 1996, № 7.
  25. Порядок приема, регистрации, учета и разрешения в службе судебных приставов Министерства юстиции РФ заявлений, сообщений и иной информации о преступлениях, утвержденный приказом Минюста РФ от 27 июня 2002 г. № 179 // БНА ФОИВ, 2002, № 31.
  26. Инструкция о порядке взаимодействия лечебно-профилактических учреждений и органов внутренних дел Российской Федерации при поступлении (обращении) в лечебно-профилактические учреждения граждан с телесными повреждениями насильственного характера, утвержденная приказом Минздрава РФ и МВД РФ от 9 января 1998 г. // Российская газета 15 января 1998 г.
  27. Указание Генерального прокурора РФ «Об организации рассмотрения жалоб на действия (бездействие) и решения органа дознания, дознавателя, следователя и прокурора, осуществляющих уголовное судопроизводство» от 5 августа 2003 г. № 28/20 // Раздел «Законодательство» в АИПС «КонсультантПлюс».
  28. Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный. М., 2008.
  29. Безлепкин Б.Т. Уголовный процесс в вопросах и ответах: Учебное пособие. М., 2008.
  30. Жидков Э. В. Примирение сторон как средство разрешение социального конфликта в уголовном праве и процессе // Российский следователь. 2003. № 3. С. 30—31.
  31. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / От.в ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. М., 2007.
  32. Комментарий к УПК РФ / Отв. ред. И.Л. Петрухин. М., 2005.
  33. Кузнецов Н.П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела. Воронеж, 1983.
  34. Манова Н. С. О процедуре рассмотрения уголовных дел мировым судьей // Право и политика. 2002. № 5. С. 71– 72.
  35. Мартынчик Е. Г. Производство по уголовным делам частного обвинения: прерогативы и особенности мировой юстиции // Российский судья. 2003. № 7. С. 11 – 14.
  36. Мачинский В. Дела частные, проблемы государственные // Законность. 2005. № 2. С. 21-22.
  37. Мизулина Е.Б. Новое уголовное судопроизводство — надежная система гарантий прав граждан // Вводный комментарий к УПК РФ // Уголовно-процессуальный кодекс РФ. Библиотека. «Российской газеты», Вып. №5 – 6. М., 2008.
  38. Петрова Н. Е. Частное и субсидиарное обвинение. Самара, 2004.
  39. Порошков В. В. Частное обвинение: правовая теория и судебная практика. М., 2000.
  40. Российское уголовное право: Курс лекций. Т. 1. Преступление / Под ред. А. И. Коробеева. Владивосток, 2005.
  41. Рыжаков А.П. Уголовный процесс: возбуждение и отказ в возбуждении уголовного дела. Учебное пособие. Тула, 2005.
  42. Рыжаков А.П. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. –М.: НОРМА, 2007.
  43. Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко.-М.: ИКД: Зерцало, 2007.
  44. Уголовный процесс России / Под ред. В.З. Лукашевича. Спб., 2008.
  45. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / Отв. П.А. Лупинской.–М.: Юристъ, 2006.
  46. Учебник уголовного процесса / Отв. ред. А.С. Кобликов. –М.: Спарк, 2005.
  47. Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М., 1962.
  48.  
  49. Хаматова Е. УПК РФ: производство по уголовным делам у мирового судьи // Уголовное право. 2002. № 3. С. 89.
  50. Харченко И. Р. Проблемы уголовного преследования, осуществляемого в частном порядке, в российском уголовном судопроизводстве. Краснодар, 2004.
  51. Хатуаева В. В. Процессуальные особенности возбуждения уголовных дел частного обвинения// Российский следователь. 2005. № 1. С. 12 – 15.
  52. Ухова Е. Производство по делам частного обвинения нуждается в совершенствовании // Уголовное право. 2004. № 1. С. 92 – 93.

     


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 1.05MB/0.00049 sec

WordPress: 22.04MB | MySQL:114 | 2,040sec