Хищение как преступление против собственности

<

042114 0850 1 Хищение как преступление против собственности

1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ СОБСТВЕННОСТИ И СИСТЕМА ИХ СОСТАВОВ

 

Глава 21 УК РФ носит название «Преступления против собственности»1. Охрана собственности от преступных посягательств является одной из задач Уголовного кодекса, закрепленных в ст. 2. Значение уголовно-правовой борьбы с преступлениями против собственности обусловлено прежде всего их криминологической характеристикой. Среди всех преступлений, зарегистрированных в Российской Федерации за последние годы, удельный вес преступлений против собственности составляет около 60%2. Глава о преступлениях данной группы расположена в Кодексе непосредственно за разделом о преступлениях против личности. Согласно современному представлению о системе социальных ценностей, право собственности расценивается как важнейшее из социальных благ личности. Следовательно, посягательства на это благо являются, в широком смысле, посягательствами на личность.

Общественная опасность хищений чужого имущества (основная группа преступлений против собственности) определяется еще и тем, что в своей массе они вносят дезорганизацию в экономическую жизнь страны, создают возможности для паразитического обогащения одних за счет других, негативно влияют на неустойчивых членов общества.

Преступления против собственности примыкают, с одной стороны, к преступлениям против личности, с другой — к преступлениям в сфере экономической деятельности. Размещение гл. 21 в разд. VIII вместе с преступлениями в сфере экономической деятельности и преступлениями против интересов службы в коммерческих и иных организациях отвечает требованиям юридической техники. Но это нельзя рассматривать как формирование некоторого «надродового» объекта. Каждая из этих групп преступлений имеет свой родовой объект, обозначенный в названии главы1.

Преступления против собственности по традиции называют еще имущественными преступлениями. Именно так назывались они в заголовках соответствующих глав Уголовных кодексов 1922 г. и 1926 г. Оба понятия принято считать идентичными, поскольку большинство преступлений против собственности имеют своим предметом имущество. Однако название главы «Преступления против собственности» в Кодексе более уместно, поскольку содержит прямое указание на объект преступлений, а система Особенной части Кодекса построена в основном по признаку родового объекта2.

Выделяя преступления против собственности в самостоятельную главу, законодатель не дает определения их общего понятия. По-видимому, в этом нет особой необходимости. Даваемые в литературе определения, по существу, сводятся к тому, что это деяния, посягающие на собственность как объект преступления, т. е. причиняющие вред данному объекту или создающие угрозу его причинения3. Таким образом, в самом названии главы содержится указание на круг деяний, составляющих содержание этого понятия.

В таком качестве собственность характеризуется как общественные отношения в сфере распределения материальных благ, предназначенных для индивидуального или коллективного потребления либо для осуществления производственной деятельности4 .

В нормальных отношениях собственности одна сторона (собственник) владеет, пользуется, распоряжается имуществом по своему усмотрению, а другая сторона (несобственник, т. е. остальные лица) не препятствует ему в этом, в соответствии с чем переход имущества от собственника к другому лицу происходит только по воле собственника. Каждая кража и всякое другое преступление против собственности представляют общественную опасность, поскольку нарушают указанные отношения.

Взгляд на собственность в роли объекта преступления как на общественные отношения позволяет понять, почему опасность каждого имущественного преступления не может определяться только размером материального ущерба, причиненного собственнику.

В судебной практике встречаются случаи осуждения за хищение имущества у лица, которое приобрело его неправомерным путем, например, добыло в результате браконьерства или скупки краденого, купило на доходы от незаконного предпринимательства, контрабанды, обмана потребителей, похитило у другого собственника. Наказание виновного в таком хищении не означает, что государство берет под защиту интересы неправомерного собственника. Наказание необходимо именно потому, что любое хищение нарушает общие для всех собственников условия реализации принадлежащих им имущественных прав.

Легко заметить, что механизм нарушения отношений собственности в общих чертах одинаков при посягательствах на любую форму собственности и совершенных любым способом из числа названных в статьях гл. 21 УК.

В преступлениях против собственности непосредственные объекты отдельных видов посягательств (кражи, мошенничества, грабежа и т. д.) совпадают с родовым. Нельзя признать удачным предложение отдельных авторов рассматривать в качестве непосредственного объекта конкретную форму собственности, определяемую принадлежностью похищенного имущества: «государственная, кооперативная, частная собственность»1; «государственная, частная, муниципальная собственность либо собственность отдельных организаций»2. Выделение непосредственного объекта целесообразно, когда дробление родового объекта на составные элементы имеет юридическое значение. В данном случае это недопустимо потому, что Конституция РФ провозгласила равную защиту любых форм собственности. Поэтому для квалификации кражи, присвоения, мошенничества и пр. не имеет значения, к какой форме собственности относится похищенное имущество. Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 25 апреля 1995 г. «О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности» указал: «Поскольку закон не предусматривает… дифференциации ответственности за эти преступления в зависимости от формы собственности, определение таковой не может рассматриваться обязательным элементом формулировки обвинения лица, привлеченного к уголовной ответственности»1.

Нельзя считать непосредственным объектом преступления субъективное право собственности, индивидуальный имущественный интерес. С точки зрения теории уголовного права объектом преступления не может быть право ни в объективном, ни в субъективном смысле. Такая роль отводится только общественным отношениям. Право собственности не прекращается в результате хищения вещи, которую собственник может истребовать из чужого незаконного владения и даже от добросовестного приобретателя. На практике признание индивидуального имущественного интереса объектом преступления приводит «в тупик», поскольку не позволяет считать преступлением против собственности упомянутые выше ситуации, когда этот интерес либо вообще не страдает, либо не подлежит правовой защите2.

Следует отметить, что не является непосредственным объектом похищаемое имущество, которое в преступлениях против собственности играет роль предмета посягательства. Законы логики не позволяют считать непосредственным объектом преступления что-либо, кроме общественных отношений, поскольку они составляют общий и родовые объекты всех преступлений3.

Некоторые из преступлений, предусмотренных гл. 21 УК, являются двуобъектными. Это характерно в первую очередь для преступлений против собственности, связанных с применением насилия: насильственный грабеж (п. «г» ч. 2 ст. 161 УК), разбой (ст. 162), вымогательство (ст. 163), угон транспортного средства с применением насилия (п. «в» ч. 2 и ч. 4 ст. 166). В насильственных имущественных преступлениях основным объектом является собственность, а дополнительным — личность потерпевшего. Выделение основного непосредственного объекта проводится не по степени значимости охраняемых благ (личность в этом смысле важнее), а по связи с родовым объектом.

И в ненасильственных преступлениях против собственности иногда можно обнаружить дополнительный объект. Так, в составе кражи с проникновением в жилище дополнительным объектом является неприкосновенность жилища, а в составе умышленного уничтожения или повреждения имущества, совершенного путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом, общественная безопасность.

Необходимо заметить, что большое число норм в других главах УК имеет дополнительным объектом (обязательным или факультативным) отношения собственности. Следовательно, уголовно-правовая защита собственности осуществляется и путем применения этих норм.

Система норм об имущественных преступлениях по Уголовному кодексу 1960 г. строилась по-разному для преступлений против социалистической собственности и преступлений против личной собственности граждан. В первом случае центральное место отводилось хищениям как наиболее опасным преступлениям. В преступлениях же против личной собственности хищения вначале не выделялись, поскольку в гл. 5 1. Особенной части этот термин не употреблялся. Постепенное распространение понятия «хищение» на все формы собственности было законодательно закреплено лишь 1 июля 1994 г.2

В Уголовном кодексе 1996 г.3 виды преступлений против собственности могут быть систематизированы следующим образом:

Корыстные преступления, связанные с неправомерным извлечением имущественной выгоды:

1. Хищения чужого имущества: кража (ст. 158 УК РФ); мошенничество (ст. 159 УК РФ); присвоение или растрата (ст. 160 УК РФ); грабеж (ст. 161 УК РФ); разбой (ст. 162 УК РФ); хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК РФ).

2. Преступление, примыкающее к хищениям: вымогательство (ст. 163 УК РФ).

 

3. Иные корыстные преступления: причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165 УК РФ); неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (ст. 166 УК РФ).

Преступления против собственности, не связанные с извлечением имущественной выгоды: умышленное уничтожение или повреждение имущества (ст. 167 УК РФ); уничтожение или повреждение имущества по неосторожности (ст. 168 УК РФ).

По сравнению с ранее действовавшим законодательством система норм об имущественных преступлениях заметно упростилась, число составов уменьшилось. Основное место отводится по-прежнему хищениям, квалифицированные виды которых в соответствии со ст. 15 УК РФ относятся к тяжким или особо тяжким преступлениям. Понятие и признаки хищения рассматриваются ниже. Принято делить хищения на формы и виды. Форма хищения определяется способом его совершения. Так, кража, мошенничество, разбой и т. п. — это формы хищения. В свою очередь, хищение в любой форме делится еще на виды, в зависимости от наличия или отсутствия квалифицирующих признаков. Так, в ч. 1 ст. 158 УК предусмотрен основной вид кражи без отягчающих обстоятельств («простая кража»), в ч. 2 — квалифицированный вид кражи, в ч. 3 — особо квалифицированный вид.

Ранее в литературе1 было принято подразделять хищения на виды в зависимости от размера. Это было связано с тем, что ответственность за мелкое и особо крупное хищение государственного или общественного имущества устанавливалась особыми нормами (ст. 96 и 93 УК 1960 г.). В Уголовном кодексе РФ подобных норм нет, размер хищений учитывается в качестве квалифицирующего признака отдельных составов преступлений. Поэтому принятая классификация хищений по размеру утратила самостоятельное значение1.

Среди форм хищения, с учетом примыкающего к ним вымогательства, можно выделить две подгруппы:

1) насильственные формы (разбой, вымогательство и грабеж, соединенный с насилием);

2) ненасильственные формы (кража, присвоение, растрата, мошенничество, грабеж без насилия).

В первой подгруппе объединены наиболее опасные преступления, связанные с посягательством на личность. Их особо квалифицированные виды все относятся к категории особо тяжких преступлений. Однако в гл. 21 УК на первом месте помещена статья о краже, которая традиционно рассматривается как наиболее характерная, «типовая» форма хищения. За статьей о краже следуют нормы о других ненасильственных формах хищения, а затем — о насильственных.

Дифференциация форм хищения на насильственные и ненасильственные криминологически и юридически обоснована. В криминологических исследованиях давно подмечено, что корыстно-насильственные преступления против собственности характеризуются рядом специфических признаков, свидетельствующих о более высокой опасности как самих деяний, так и лиц, их совершающих2. Уголовный кодекс РФ заметно усиливает ответственность в тех случаях, когда завладение чужим имуществом происходит в насильственных формах. Это связано с тем, что данные преступления посягают не только на собственность, но и на личность потерпевших. В иерархии социальных ценностей личность стоит выше имущества.

Предлагаемое деление позволяет избежать многих ошибок в квалификации хищений, связанных с тем, что способу изъятия имущества (тайно, открыто, путем обмана) иногда придается более существенное значение, нежели факту применения насилия1.

Рассмотрение насильственных форм хищения в качестве особой подгруппы наиболее опасных имущественных преступлений позволило обосновать некоторые предложения по совершенствованию уголовно-правовой охраны собственности.

 

 

 

2. ФОРМЫ И ОСНОВНЫЕ ПРИЗНАКИ ХИЩЕНИЯ

 

В современном российском уголовном праве термином «хищение» обозначается большая группа преступлений против собственности, сходных между собой по многим объективным и субъективным признакам. Объективная потребность в таком обобщающем понятии возникла еще в начальный период формирования кодифицированного уголовного законодательства.

В настоящее время можно выделить те признаки хищения, в отношении которых достигнуто единство взглядов, и те требования, которым должно отвечать научное определение общего понятия «хищение». Большинство предлагавшихся в науке уголовного права определений включает следующие элементы, отражающие признаки хищения: 1) обобщенная характеристика самого действия, которая, во-первых, должна охватывать все формы хищения, во-вторых, не распространяться на иные преступления против собственности, в-третьих, содержать указание на момент окончания хищения; 2) указание на противоправность действия; 3) признак безвозмездности; 4) указание на предмет посягательства (имущество) и его нахождение в обладании («фондах») собственника; 5) субъективные признаки хищения (умысел и корыстная цель).

З.А.. Незнамова называет еще один признак хищения – незаконность изъятия имущества1. Говорят о незаконном характере изъятия и А.И. Рарог2 и Б.В. Яценко3. В.П. Ревин именует такой признак противозаконностью4.

Перечисленные выше признаки хищения признаются в теории уголовного права и судебной практике обязательными. При отсутствии одного из них нельзя рассматривать содеянное как хищение, даже если действия субъекта формально соответствуют описанию той или иной формы хищения в диспозициях анализируемых статей. Между тем в судебной практике встречались случаи, когда выяснению общих признаков хищения не придавалось значения. Одной из причин ошибок в квалификации было отсутствие законодательного определения хищения.

В науке уголовного права было признано, что раскрытие понятия «хищение» и характеристика его основных элементов позволяют выявить и обособить признаки, присущие всем формам хищения, облегчают анализ конкретных форм хищения, помогают отграничению их от других преступлений против собственности, от посягательств на иные объекты, а также действий, не наказуемых в уголовном порядке. Определение понятия «хищение» впервые было включено в Уголовный кодекс 1960 г. Федеральным законом от 1 июля 1994 г. С небольшими изменениями это определение вошло в Кодекс 1996 г. в виде примечания 1 к ст. 158: «Под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этот имущества»1.

Одно из центральных мест в законодательном определении хищения занимает понятие «имущество». Хищение — это всегда имущественное преступление. Имущество представляет собой предмет хищения, который следует отличать от объекта — общественных отношений.

В то же время литературе уже предложены новые определения понятия хищения. Так, например, С.Ф. Милюков полагает, что оно может выглядеть следующим образом: «Под хищением в статьях настоящего Кодекса понимается общественно опасное противоправное изъятие чужого имущества с целью распорядиться им как собственным, либо обращение такового имущества в пользу виновного или других лиц»2. Обращает на себя внимание, что в определении появился еще один признак преступления – общественная опасность. Целесообразность его выделения вызывает сомнения, еще и в связи с тем, что автор не последователен до конца: указания на виновность и наказуемость в его понятии хищения нет. Кроме того, автор, к сожалению, не приводит аргументации в необходимости именно таких изменений уголовного закона, как, впрочем, и пояснений, почему его не устраивает существующее легальное определение. Критикуя приведенное определение, АИ. Бойцов справедливо отмечает, что автор избавился в нем сразу от трех конститутивных признаков хищения. «Претворение этого тезиса в жизнь настолько бы «развязало руки» правоохранительным органам, что практически любую имущественную сделку можно было бы признать хищением. Для этого необходимо лишь доказать ее противоправность»1.

Теория уголовного права и практика правоприменительной деятельности выработали систему признаков имущества как обязательного элемента состава любого хищения. Прежде всего, предмет хищения всегда материален, является частью материального мира, т. е. обладает признаком вещи. Это так называемый физический признак предмета хищения. Не могут быть предметом хищения как имущественного преступления идеи, взгляды, проявления человеческого разума, информация. О хищении интеллектуальной собственности можно говорить лишь в специальном смысле, имея в виду, к примеру, плагиат (ст. 146, 147 УК) или неправомерное использование компьютерной информации (ст. 272 УК). Не может быть предметом хищения (ввиду отсутствия вещного признака) электрическая или тепловая энергия. Незаконное самовольное использование в корыстных целях этих видов энергии может образовать состав иного преступления против собственности, предусмотренного ст. 165 УК 1996 г.

Второй признак предмета хищения — экономический. Предметом хищения может быть только вещь, имеющая определенную экономическую ценность. Обычное выражение ценности вещи — ее стоимость, денежная оценка. Поэтому деньги, валютные ценности, ценные бумаги (акции, государственные облигации, ваучеры, депозитные сертификаты и т. п.), являющиеся эквивалентом стоимости, также могут быть предметом хищения. И напротив, не могут быть предметом хищения вещи, практически утратившие хозяйственную ценность, или природные объекты, в которые не вложен труд человека («дары природы»). Последнее обстоятельство имеет значение для отграничения хищения от ряда экологических преступлений. Незаконное обращение в свою собственность продуктов природы, извлеченных из естественного состояния благодаря приложению труда, образует хищение (например, изъятие выловленной рыбы из сетей рыболовецкого предприятия).

Ввиду отсутствия экономического признака не могут рассматриваться в качестве имущества документы неимущественного характера, а также документы, которые не являются носителями стоимости, но лишь предоставляют право на получение имущества (доверенность, накладная, квитанция и т. д.).

Третий признак предмета хищения — юридический. Таким предметом может выступать лишь чужое имущество. Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 25 апреля 1995 г. № 5 «О некоторых вопросах применения уголовного законодательства об ответственности за преступления против собственности»1 разъяснил, что «предметом хищения и иных преступлений, ответственность за совершение которых предусмотрена нормами главы 5 УК РСФСР, является чужое, т. е. не находящееся в собственности или законном владении виновного, имущество». «Хищение» собственного имущества не нарушает отношений собственности. При определенных условиях такие действия могут рассматриваться как самоуправство или приготовление к мошенничеству, если виновный имел намерения получить возмещение за якобы утраченную вещь. Не образует хищения также тайное изъятие личного имущества, находящегося в общей совместной собственности субъекта и других лиц.

Итак, имущество как предмет хищения — это вещи, деньги, ценные бумаги и другие предметы материального мира, обладающие стоимостью, по поводу которых существуют отношения собственности, нарушаемые преступлением.

Предметом хищения может быть как движимое, так и недвижимое имущество. Признак движимости имущества не имеет значения для установления хищения. Некоторые виды недвижимого имущества по своим объективным свойствам нельзя похитить тайно (дом, квартира, земельный участок), но можно похитить путем обмана, насилия или угрозы.

Предметом хищения может быть и имущество, изъятое из гражданского оборота. Но если похищается имущество, владение которым и оборот которого представляют угрозу общественной безопасности или здоровью населения (оружие, наркотические средства или психотропные вещества, радиоактивные вещества), то содеянное квалифицируется по соответствующим статьям гл. 24 Уголовного Кодекса, а не как имущественное преступление.

Важнейшим элементом законодательного определения хищения является обобщенная характеристика способа действия, которая предполагает «изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц». При совершении хищения имущество изымается из обладания собственника или лица, в ведении или под охраной которого оно находится. Если имущество по тем или иным причинам уже выбыло из обладания собственника, то завладение таким предметом не образует хищения.

В случае присвоения вверенного имущества виновный обращает в свою пользу имущество, фактически уже находящееся в его обладании. Однако присвоение вверенного имущества означает переход от правомерного владения к противоправному, что иногда называется «формальным изъятием».

Не является хищением обращение в свою пользу имущества, еще не поступившего в фонды собственника. Причинение имущественного ущерба путем непередачи должного (преступная экономия) при определенных условиях может квалифицироваться по ст. 165 УК.

Изъятие имущества при хищении сопровождается обращением его виновным в свою пользу или в пользу других лиц, т. е. установлением фактического обладания вещью, «господства над вещью». Похитивший имущество владеет, пользуется и распоряжается имуществом как своим собственным, он как бы ставит себя фактически на место собственника, но юридически собственником не становится. Нельзя приобрести право собственности преступным путем. Поэтому хищение не влечет за собой утраты потерпевшим права собственности на похищенную вещь.

<

Возвращение похищенного или возмещение причиненного имущественного вреда виновным после того, как хищение было окончено, само по себе не устраняет состава преступления, но должно учитываться судом при индивидуализации ответственности и наказания.

Для признания хищения оконченным не требуется, чтобы виновный фактически воспользовался вещью, начал ее эксплуатировать, извлек из нее какую-то выгоду. Важно, что он получил такую возможность, установив свое господство над вещью.

В определении хищения назван и такой признак объективной стороны, как причинение преступлением ущерба собственнику или иному владельцу похищенного имущества. Ущерб состоит в уменьшении объема наличного имущества (имущественных фондов) потерпевшего. Поэтому размер ущерба определяется стоимостью похищенного.

Закон не ограничивает уголовную ответственность за хищение какой-либо минимальной суммой. Это не исключает возможности освобождения от уголовной ответственности за кражу или другое ненасильственное хищение ввиду малозначительности деяния, если стоимость похищенного ничтожна и умысел виновного не был направлен на изъятие имущества в более значительном размере. За мелкое хищение чужого имущества предусмотрена административная ответственность по ст. 7.27 Кодекса РФ об административных правонарушениях1. При этом мелким считается хищение имущества, стоимость которого не превышает минимального месячного размера оплаты труда. Размер ущерба является одним из оснований для дифференцирования ответственности за хищения путем формулирования соответствующих квалифицирующих признаков.

Признак противоправности означает, что хищение осуществляется не только способом, запрещенным законом (объективная противоправность), но и. при отсутствии у виновного прав на это имущество (субъективная противоправность). Отсюда следует, что завладение имуществом, на которое субъект имеет право, не является хищением, даже если оно совершено одним из способов, названных в ст. 158 —163 УК. Такие действия могут быть при соответствующих условиях расценены как самоуправство (ст. 330 УК).

 

С субъективной стороны любое хищение характеризуется прямым умыслом и корыстной целью. Виновный сознает, что в результате его действий чужое имущество переходит в его обладание, и желает этого. Он сознает также противоправный и безвозмездный характер завладения имуществом. В содержание умысла входит и сознание виновным формы хищения, а в соответствующих случаях наличие квалифицирующих его признаков. Среди признаков хищения в законодательном определении прямо названа корыстная цель, что должно положить конец старому спору. Корыстная цель при хищении предполагает стремление обратить похищенное чужое имущество в свою собственность или собственность третьего лица. Корыстная цель в хищении реализуется как получение фактической возможности владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом, как своим собственным. Ошибочное представление о принадлежности похищенного имущества тому или иному собственнику не влияет на квалификацию хищения. Сомнения по поводу признания корысти обязательным признаком хищения чаще всего связывают с тем, что при «хищении в пользу третьих лиц» эта цель якобы отсутствует. Такой вывод основывается на чрезмерно узком понимании корыстной цели как стремлении к личной выгоде, наживе. Однако бескорыстных хищений не бывает. И при передаче имущества третьим лицам виновный осуществляет свое намерение неправомерно «увеличить сферу своего имущественного обладания»1.

Отсутствие прямого умысла и корыстной цели исключает квалификацию завладения чужим имуществом как хищения. В то же время Верховный Суд неоднократно указывал на недопустимость квалификации хищения транспортного средства как угона (ст. 166 УК), если обстоятельства дела свидетельствовали о наличии цели обращения угнанного транспортного средства в свою собственность: продолжительность использования машины, перекраска, снабжение другими номерами и пр.

Субъектом хищения является вменяемое физическое лицо, достигшее установленного возраста. Возраст, по достижении которого наступает уголовная ответственность, неодинаков для различных форм хищения. Согласно ст. 20 УК ответственность за кражу, грабеж, разбой, вымогательство (равно как и по ст. 166 и ч. 2 ст. 167 УК) наступает с 14 лет, а за мошенничество, присвоение и растрату (а также за иные преступления против собственности) — с 16 лет. Установление пониженного возраста уголовной ответственности за большинство форм хищения обусловлено высокой общественной опасностью этих деяний, а также относительной распространенностью их среди подростков.

 

 

3. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ СОБСТВЕННОСТИ, СВЯЗАННЫЕ С ХИЩЕНИЕМ: ПРИЗНАКИ, ФОРМЫ И ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

 

Кража. В системе имущественных преступлений по российскому уголовному законодательству кража традиционно занимает первое место, хотя и не является самым опасным среди них.

Закон определяет кражу как «тайное хищение чужого имущества» (ст. 158 УК). Законодательное определение подчеркивает, во-первых, что кража является формой хищения, следовательно, ей присущи все объективные и субъективные признаки хищения, рассмотренные выше. Во-вторых, определяющим признаком кражи как формы хищения является тайный способ совершения преступления1.

Тайным является такое изъятие имущества, которое происходит без ведома и согласия собственника или лица, во владении или ведении которого находится имущество, и, как правило, незаметно для посторонних.

Самый очевидный вариант кражи — изъятие имущества в отсутствии собственника и кого бы то ни было. Примером могут служить квартирная кража или кража, сопряженная с противоправным проникновением в производственное помещение, офис или иное хранилище имущества при отсутствии там людей, а также кража имущества, временно оставленного без присмотра в доступном месте.

Кража возможна и в присутствии собственника, но незаметно для него. Тайность изъятия может быть обеспечена особой ловкостью преступника, что имеет место при карманной краже. Преступники используют разнообразные уловки для отвлечения внимания собственника.

Тайность изъятия имущества является наиболее характерным признаком кражи. Но не менее важно для квалификации кражи ее отнесение к ненасильственным способам хищения. Это вытекает из систематического толкования норм о хищениях в действующем Уголовном кодексе. Отсюда следует, что в тех случаях, когда тайное изъятие имущества сопровождалось насилием либо насилие предшествовало тайному изъятию, содеянное не может квалифицироваться как кража. Сказанное относится и к случаям тайного изъятия имущества у лица, которое насильственным способом лишено возможности наблюдать за действиями преступника (приведено в бессознательное состояние, заперто в помещении, отвезено в другое место и т. п.). Такие действия следует квалифицировать в зависимости от характера насилия по ст. 161 или 162 УК.

В постановлении Пленума Верховного Суда РСФСР от 22 марта 1966 г. «О судебной практике по делам о грабеже и разбое» в редакции от 4 мая 1990 г. сказано: «Введение в организм потерпевшего опасных для жизни веществ с целью приведения его таким способом в беспомощное состояние и завладение государственным, общественным или личным имуществом должно квалифицироваться как разбой.

В случае, если с той же целью в организм потерпевшего введены вещества, не представляющие опасности для его жизни и здоровья, содеянное надлежит квалифицировать в зависимости от последствий как грабеж, соединенный с насилием, либо покушение на это преступление»1.

Если виновный начал совершать хищение тайно, но, будучи застигнутым и сознавая это, продолжает изъятие имущества открыто, его действия представляют собой грабеж (ст. 161 УК). Если он при этом применяет насилие с целью завладения имуществом или его удержания непосредственно после изъятия, эти действия должны квалифицироваться в зависимости от характера примененного насилия, как насильственный грабеж (ч. 2 ст. 161 УК) или разбой (ст. 162 УК).

Наряду с тайностью и ненасильственным способом завладения имуществом для кражи характерно также отсутствие у похитителя правомочий по распоряжению или управлению имуществом, которым завладевает. Тайное изъятие чужого имущества, вверенного виновному или находящегося в его ведении, представляет собой не кражу, а присвоение (ст. 160 УК). Если же хищение совершается лицом, имеющим доступ к государственному или общественному имуществу в связи с порученной работой либо выполнением служебных обязанностей, то оно подлежит квалификации как кража.

Подводя итог анализу признаков кражи, можно дать следующее определение: кража — это тайное, без применения насилия, хищение чужого имущества, которое не было вверено виновному и не находилось в его ведении.

В зависимости от квалифицирующих обстоятельств различаются три вида кражи: простая кража, т. е. кража без квалифицирующих признаков (ч. 1 ст. 158 УК); квалифицированная кража (ч. 2 ст. 158 УК); особо квалифицированная кража (ч. 3 ст. 158 УК).

В соответствии со ст. 15 УК только простая кража относится к преступлениям средней тяжести, а два других ее вида — к категории тяжких преступлений.

К числу квалифицирующих обстоятельств закон (ч. 2 ст. 158 УК) относит совершение кражи: а) группой лиц по предварительному сговору; б) неоднократно; в) с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище; г) с причинением значительного ущерба гражданину. Особо квалифицированной (ч. 3 ст. 158 УК) считается кража, если она совершена: а) организованной группой; б) в крупном размере; в) лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо вымогательство.

Для квалификации кражи по ч. 2 или 3 ст. 158 УК достаточно установления хотя бы одного из названных там обстоятельств. Однако в приговоре должны быть зафиксированы все обстоятельства, установленные по делу. Если в единичном преступлении имеется стечение нескольких квалифицирующих признаков, предусмотренных ч. 2 и 3 этой статьи, то содеянное квалифицируется по ч. 3 ст. 158 УК, по которой и определяется наказание. Сочетание нескольких квалифицирующих признаков не является совокупностью преступлений, поскольку отсутствует множественность деяний.

Мошенничество. В ст. 159 УК мошенничество определяется как «хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием». Как форма хищения мошенничество обладает всеми его признаками. От других форм хищения мошенничество отличается прежде всего специфическим способом. Виновный завладевает имуществом (или приобретает право на имущество) путем обмана или злоупотребления доверием собственника или лица, в ведении которого либо под охраной которого находится имущество. В уголовном праве обманом принято считать как сознательное искажение истины (активный обман), так и умолчание об истине (пассивный обман). Намерено искажая факты действительности, виновный вводит потерпевшего в заблуждение относительно их истинности, а при умолчании сознательно пользуется заблуждением, возникшим независимо от виновного. В обоих случаях потерпевший под влиянием заблуждения сам передает имущество мошеннику. Внешне такая передача выглядит как добровольная, однако эта «добровольность» мнимая, поскольку обусловлена обманом.

В мошенническом обмане следует различать форму и содержание. Содержание обмана составляют разнообразные обстоятельства, относительно которых преступник вводит в заблуждение потерпевшего (при активном обмане), либо факты, сообщение которых удержало бы лицо от передачи имущества (при пассивном обмане). Обман может касаться отдельных предметов (их существования, тождества, качества, количества, размера, цены и т. д.), личности (т. е. тождества либо различных свойств и правовых характеристик личности виновного или других граждан), различных событий» и действий. Содержание мошеннического обмана часто составляют так называемые ложные обещания, когда мошенник в целях завладения имуществом обманывает потерпевшего относительно своих действительных намерений. Примером может служить завладение деньгами, полученными в качестве аванса по договору, который мошенник не имеет намерения выполнить. Ложное обещание — это не просто искажение «фактов будущего», но и одновременно ложное сообщение о своих подлинных намерениях в настоящем.

Форма мошеннических обманов разнообразна. Искажение истины (активный обман) может быть либо словесным (в виде устного или письменного сообщения), либо заключаться в совершении различных действий: фальсификация предмета сделки, применение шулерских приемов при игре в карты или «в наперсток», подмена отсчитанной суммы фальсифицированным предметом («куклой»), внесение искажений в программу ЭВМ и т. п. При совершении мошенничества обман действием обычно сочетается со словесным.

Мошеннический обман совершается как с использованием каких-либо материальных средств, так и без таковых. В качестве материальных средств обмана при посягательствах на собственность наиболее часто используются подложные документы.

Поскольку использование подложного документа в целях получения чужого имущества представляет одну из форм мошеннического обмана, дополнительной квалификации этих действий по ч. 3 ст. 327 УК не требуется.

Одним из способов мошенничества является незаконное получение пенсий, пособий и других периодических выплат на основании подложных документов.

Обман потребителей в сфере торговли и услуг образует состав самостоятельного преступления (ст. 200 УК). Мошеннический обман возможен и при совершении незаконных сделок. В судебной практике обоснованно квалифицировались как мошенничество действия покупателя автомашины, обещавшего продавцу уплатить за нее помимо комиссионной цены дополнительную сумму, но обманным путем уклонившегося от этого либо вручившего значительно меньшую сумму денег .

Традиционно широкое понимание обмана как способа имущественного преступления позволяет без особого труда квалифицировать новые способы мошенничества: обманные операции с кредитными картами, с банковскими авизо, компьютерное мошенничество, создание фиктивных инвестиционных фондов, обманное получение аванса (предоплаты) под предлогом предоставления товаров и услуг и т. д.

Некоторая специфика рассматриваемого преступления по сравнению с другими формами хищения состоит в том, что мошенничеством считается не только завладение чужим имуществом, но и получение путем обмана права на имущество.

Наряду с простым видом мошенничества (ч. 1 ст. 159 УК) закон предусматривает квалифицированный (ч. 2 ст. 159 УК) и особо квалифицированный (ч. 3 ст. 159 УК) виды этого преступления. Квалифицированным считается мошенничество, совершенное: а) группой лиц по предварительному сговору; б) неоднократно; в) лицом с использованием своего служебного положения; г) с причинением ущерба потерпевшему. Особо квалифицированным признается мошенничество, совершенное: а) организованной группой; б) в крупном размере; в) лицом, два или более раза судимым за хищение либо вымогательство.

Квалифицирующие признаки мошенничества в основном совпадают с соответствующими квалифицирующими признаками кражи. Некоторую особенность представляет разграничение неоднократных и продолжаемых хищений путем мошенничества. Нередки случаи, когда на основании однажды представленного подложного документа лицо неоднократно получало денежные выплаты (пенсию, надбавку за классность, выслугу лет и т. д.). Такие действия не образуют неоднократности, но являются единым продолжаемым преступлением.

Присвоение или растрата. Присвоение чужого имущества, вверенного для определенной цели, или растрата этого имущества квалифицировались как имущественные преступления по Уголовным кодексам 1922 г. и 1926 г. По Кодексу 1960 г. присвоение либо растрата государственного или общественного имущества рассматривались как самостоятельные формы хищения, наряду с хищением путем злоупотребления служебным положением (ст. 92 УК 1960 г.). Аналогичного состава преступления не было в главе о преступлениях против личной собственности.

В УК РФ 1996 г. несколько уточнено определение этого преступления. Из текста видно, что присвоение или растрата — это самостоятельные формы хищения вверенного имущества, хотя и очень близкие по содержанию.

Присвоение состоит в неправомерном удержании (невозвращении) чужого имущества, вверенного виновному для определенной цели, а растрата — в отчуждении или потреблении такого имущества.

Отличие присвоения и растраты от кражи и других форм хищения заключается в том, что преступник завладевает имуществом, которое ему вверено для хранения, реализации, ремонта, обработки, перевозки, временного пользования и т. д., а значит, находится в его правомерном владении, либо виновный в силу служебного положения наделен правом отдавать распоряжения по поводу использования данного имущества, которое таким образом находится в его ведении. Переход от правомерного владения к неправомерному и характеризует момент совершения преступления: при простом удержании — момент, когда преступник должен был возвратить имущество, но не сделал этого; при растрате — момент отчуждения или потребления имущества. При этом должны быть все другие объективные и субъективные признаки хищения.

 

Квалифицирующие признаки присвоения или растраты в основном аналогичны квалифицирующим признакам кражи или мошенничества. Некоторую особенность представляют присвоение или растрата, совершенные лицом с использованием своего служебного положения (п. «в» ч. 2 ст. 160 УК). Субъектом преступления может быть как должностное лицо, так и иной служащий (государственной, коммерческой или иной организации), использующий свое служебное положение для присвоения имущества.

 

Хищение с использованием своего служебного положения следует отграничивать от корыстного злоупотребления должностными полномочиями, квалифицируемого по ст. 285 УК. Основное отличие состоит в том, что при совершении преступления, предусмотренного ст. 285 УК, лицо, незаконно извлекающее выгоду из своего положения, причиняет имущественный ущерб собственнику при отсутствии по крайней мере одного признака хищения.

Грабеж. Закон традиционно определяет грабеж как открытое хищение чужого имущества. Таким образом, по способу действия грабеж представляет прямую противоположность краже. Поэтому для квалификации грабежа решающее значение имеет отграничение его от кражи. Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 5 сентября 1986 г. «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности» определил: «Похищение является открытым (грабежом), если виновный сознавал, что совершает его в присутствии потерпевших или других лиц и что они понимают характер его действий». Типичным грабежом является «рывок», т. е. внезапный захват имущества путем срывания головного убора, выхватывания из рук портфеля, сумки и т. д. Преступник при этом рассчитывает на неожиданность своих действий для потерпевшего и окружающих, на их запоздалую реакцию, растерянность, испуг. Он не скрывает своего намерения завладеть чужим имуществом, его действия носят более дерзкий, вызывающий характер, чем при краже. Грабитель не только игнорирует волю потерпевшего и мнение окружающих, но и демонстрирует готовность преодолеть возможное сопротивление. Оставаясь ненасильственным преступлением, простой грабеж (ч. 1 ст. 161 УК) представляет собой как бы ступень к насилию, чем определяется его повышенная опасность.

По правовой традиции грабежом считается изъятие имущества в присутствии не только собственника, владельца или иного лица, владеющего имуществом, но и посторонних. К числу посторонних не относятся соучастники грабителя, присутствующие на месте преступления, а также его близкие (родственники, приятели), со стороны которых виновный не ожидает какого-либо противодействия.

Если лица, присутствующие при изъятии имущества, не сознают его противоправного характера и виновный на это рассчитывает, содеянное является кражей, а не грабежом.

Открытым является хищение (грабеж), которое преступник вначале намеревался совершить тайно, но, будучи застигнутым, продолжил на глазах у потерпевшего или других лиц. Такое «перерастание» кражи в грабеж возможно до полного завладения имуществом. Если же лицо пыталось совершить хищение тайно, но было застигнуто на месте преступления и, спасаясь от преследования, бросило похищенное, его действия не могут квалифицироваться как грабеж.

Грабеж признается оконченным с момента завладения чужим имуществом и получения преступником реальной возможности распоряжаться им как своим собственным. Если виновному не удалось завладеть имуществом или оно у него отобрано до завершения изъятия (непосредственно на месте преступления, во время борьбы за удержание похищаемой вещи, во время бегства с места преступления), то содеянное квалифицируется как покушение на грабеж.

Грабеж, как форма хищения, отвечает всем объективным и субъективным признакам хищения. В частности, для квалификации содеянного как грабежа необходимо установить наличие прямого умысла на обращение чужого имущества в свою пользу и корыстной цели. Захват или отобрание чужого имущества с целью его уничтожения либо временного использования, из хулиганских побуждений либо в силу действительного или предполагаемого права на это имущество не образуют состава грабежа, но могут квалифицироваться, в зависимости от обстоятельств дела, по другим статьям Уголовного кодекса, устанавливающим ответственность за хулиганство, самоуправство, уничтожение имущества и др.

В содержание умысла виновного при грабеже входит и открытый способ изъятия имущества. Если субъект этого не сознает, ошибочно считая хищение тайным, хотя в действительности его действия замечены потерпевшим или посторонними лицами, то содеянное нельзя считать грабежом. Изъятие имущества при таких обстоятельствах квалифицируется как кража. Подтверждением умысла на совершение кражи служит выполнение им определенных действий, направленных на то, чтобы изъять имущество скрытно от потерпевшего и посторонних.

В ч. 1 ст. 161 УК раскрываются признаки простого грабежа, т. е. грабежа без квалифицирующих обстоятельств. Квалифицированным видом (ч. 2 ст. 161) считается грабеж, совершенный: а) группой лиц по предварительному сговору; б) неоднократно; в) с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище; г) с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия. Особо квалифицированным (ч. 3 ст. 161) является грабеж, совершенный: а) организованной группой; б) в крупном размере; в) лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо вымогательство.

Разбой — наиболее опасная насильственная форма хищения. Это преступление посягает на два объекта: собственность и личность (жизнь и здоровье потерпевшего). Именно задача первостепенной защиты личности решается путем установления высоких санкций за разбой. Даже разбой без отягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 162 УК) относится к тяжким преступлениям. Закон определяет разбой как «нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозой применения такого насилия» (ч. 1 ст. 162 УК).

Нападение при разбое — внезапное применение насилия к потерпевшему. Оно, как правило, совершается открыто, но может быть совершено и скрытно от потерпевшего (нападение на спящего, нанесение удара сзади, выстрел из засады и т. д.)1.

В объективной стороне разбоя внезапность и открытость действия вообще не могут считаться основными признаками. Они имеют производный, подчиненный характер. Главным является опасность насилия для жизни или здоровья.

 

Насилие при разбойном нападении может быть применено к собственнику или к лицу, в обладании или под охраной которого находится имущество, а также к любому другому лицу, которое, по мнению преступника, может помешать его преступным действиям. Насилие при разбое представляет столь высокую опасность, что это преступление признается оконченным с момента применения насилия, когда оно предшествует (наиболее типичная ситуация) изъятию имущества. Это непосредственно вытекает из формулировки закона «нападение с целью хищения». Во всем остальном данное преступление соответствует общим признакам хищения. Признание разбоя оконченным преступлением с момента нападения («усеченный» состав хищения) отвечает задаче приоритетной защиты жизни и здоровья, однако применение насилия в процессе начавшегося изъятия имущества или даже непосредственно после него в целях удержания похищенного также образует состав разбоя.

Состав разбоя отсутствует, если виновный применяет опасное для жизни или здоровья насилие не для изъятия имущества, а с целью избежать задержания. В этом случае налицо совокупность преступлений: хищение (кража, грабеж, мошенничество либо покушение на их совершение) и насильственное преступление (против личности или порядка управления).

Разбой отличается от насильственного грабежа тем, что применяемое при разбое насилие является опасным для жизни и здоровья. Опасность насилия определяется прежде всего по его последствиям, исходя из реального вреда, причиненного здоровью потерпевшего. Насилие может быть не только физическим, но и психическим.

Во многих отношениях разбой по характеру и степени общественной опасности смыкается с насильственным грабежом.

Если сравнить санкции за простой грабеж (ч. 1 ст. 161), насильственный грабеж (ч. 2 ст. 161) и разбой (ч. 1 ст. 162), то окажется, что насильственный грабеж ближе к разбою, чем к грабежу без насилия.

Статья о разбое в Уголовном кодексе 1996 г., как и статьи о других формах хищения, состоит из трех частей. В ч. 1 ст. 162 раскрываются признаки простого разбоя, т. е. без квалифицирующих признаков. Часть 2 ст. 162 характеризует квалифицированный вид этого преступления, т. е. разбой, совершенный: а) группой лиц по предварительному сговору; б) неоднократно; в) с незаконным проникновением в жилище; г) с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Особо квалифицированным (ч. 3 ст. 162) считается разбой, совершаемый: а) организованной группой; б) с целью завладения имуществом в крупном размере; в) с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего; г) лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо вымогательство.

Большинство квалифицирующих признаков разбоя по содержанию аналогичны соответствующим признакам кражи, но есть и специфические признаки: совершение разбоя с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (п. «г» ч. 2 ст. 162); с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего (п. «в» ч. 3 ст. 162).

В случае причинения смерти при разбое квалификация содеянного зависит от формы вины.

Хищение предметов, имеющих особую ценность. Хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК). В отличие от ст. 158—163 УК, каждая из которых характеризует ту или иную форму хищения, отличающуюся способом действия, в ст. 164 УК выделяется особый вид хищения по предмету посягательства, а не по способу действия. В данной норме устанавливается повышенная ответственность за «хищение предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, независимо от способа хищения»1.

Поскольку речь идет о хищении, то непосредственным объектом его и в данном случае являются отношения собственности, предметом — чужое имущество, а одним из объективных признаков (в соответствии с законодательным определением) — причинение материального ущерба. Поэтому особая ценность похищаемого предмета или документа определяется прежде всего его высокой стоимостью. Очевидно, что материальный ущерб, причиненный данным преступлением, должен быть не меньше крупного размера, т. е. 500 минимальных размеров оплаты труда2.

Историческое, научное, художественное или культурное значение похищенного предмета определяется с учетом конкретных обстоятельств. В необходимых случаях назначается соответствующая экспертиза. Сохраняет силу указание, содержащееся в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г.: «Особая историческая, научная и культурная ценность похищенных предметов или документов… определяется на основании экспертного заключения, с учетом не только их стоимости в денежном выражении, но и значимости для истории, науки, культуры»1.

Для квалификации содеянного по ст. 164 УК не имеет значения способ хищения названных в ней предметов: путем кражи, присвоения, грабежа и т. д. Если хищение совершалось различными способами, причиненный ущерб оценивается суммарно.

Квалифицированным видом рассматриваемого преступления является хищение особо ценных предметов: а) совершенное группой лиц по предварительному сговору; б) совершенное неоднократно; в) повлекшее уничтожение, порчу или разрушение предметов или документов, указанных в ч. 1 настоящей статьи (ч. 2 ст. 164 УК).

Квалифицирующие признаки, названные в п. «а» и «б» ч. 2 ст. 164 УК, совпадают с аналогичными признаками кражи. Уничтожение, порча или разрушение упомянутых предметов (п. «в» ч. 2 ст. 164 УК) образуют квалифицирующий признак, когда эти последствия наступили в результате хищения, но не являются самостоятельным деянием (ст. 243 УК).

Статья 164 УК не входит в перечень составов преступлений, ответственность за которые наступает с 14-летнего возраста (ч. 2 ст. 20 УК). Следовательно, по букве закона, субъектом этого преступления может быть только лицо, достигшее 16 лет, даже если хищение предметов, представляющих особую ценность, совершено путем кражи, грабежа, разбоя или вымогательства. Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 16 лет за хищение предметов, имеющих особую ценность, несут ответственность по ст. 158—163 УК.

По ст. 164 (ч. 1) УК РФ хищение предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, независимо от способа хищения — наказывается лишением свободы на срок от шести до десяти лет с конфискацией имущества или без таковой.

 

 

 

 

 

БИБЛИОГРАФИЯ

 

1. Нормативно-правовые акты

 

  1. Конституция РФ: Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.
  2. Кодекс об Административных Правонарушениях РФ: Принят 30 дек. 2001 г.// СЗ РФ. 2002. №. Ст. 1
  3. Уголовный кодекс РФ. М., 1996.
  4. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФФЗ с изм. и доп., внесенным федеральным законами от 4 июля 2003 г., 7 июля и 8 декабря 2003 г., 22 апреля 2004 г., 29 июня 2004 г // СЗ РФ. 2001. № 52 (ч. I)

     

    2. Научная литература

     

  5. Бойцов А.И. Преступления против собственности. М., 2002.
  6. Борзенков Г. Я. Преступления против собственности (о главе в проекте УК Российской Федерации) // Вестник МГУ. Серия 11 Право. 1992. № 6.
  7. Борзенков Г. Н. Преступления против собственности в новом Уголовном кодексе РФ // Юридический мир. 1997. № 6 – 7.
  8. Гусев Е.М. Преступления против собственности. М., 2003.
  9. Елисеев С. А. Преступления против собственности по уголовному законодательству России. Томск, 1999.
  10. Кочои С. М. Ответственность за корыстные преступления против собственности. М., 2002.
  11. Криминология / Под ред. В. Н. Кудрявцева и В. Е. Эминова. М., 2005.
  12. Криминология / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой и Г. М. Миньковского. М., 2004.
  13. Курс советского уголовного права. Т. 4. М., 1970.
  14. Курс советского уголовного права. Л., 1973.
  15. Насильственная преступность. М., 1997.
  16. Новое уголовное право России. Особенная часть. М., 1996.
  17. Мартышевский П.С. Преступления против собственности и смежные с ними преступления. М., 2001.
  18. Милюков С.Ф. Российское уголовное законодательство. Опыт критического анализа. СПб., 2000
  19. Плохов В.И. Ненасильственные преступления против собственности: криминалистическая и правовая обоснованность. М., 2003.
  20. Российское уголовное право: В 2-х т. Т. 2 Особенная часть / Под ред. А.И. Рарога. М., 2006.
  21. Сирота С. И. Преступления против социалистической собственности и борьба с ними. Воронеж, 1968. .
  22. Советское уголовное право. Особенная часть. М., 1988.
  23. Советское уголовное право. Особенная часть. М., 1982.
  24. Уголовное право России. Общая часть. Учебник / Отв. ред. Б.В. Здравомыслов. М., 2002.
  25. Уголовное право. Особенная часть / Под ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамова, Г.П. Новоселова. М., 2003.
  26. Уголовное право России. Особенная часть. Учебник / Под ред. А.И. Рарога. М., 2004
  27. Уголовное право Российской Федерации. Общая и Особенная части / Под ред. В.П. Ревина. М., 2006.
  28. Уголовное право Российской Федерации: В 2-х т. Т. 2 Особенная часть / Под ред. Л.В. Иногамовой-Хенай. М., 2006.
  29. Уголовно-процессуальный право / Под общ. ред. П.А. Лупинской. М., 2003.
  30. Яни П.С. Мошенничество и иные преступления против собственности. СПб., 2002.

     

    3. Материалы судебной практики

     

  31. О судебной практике по делам о грабеже и разбое: Постановление Пленума Верховного Суда РСФСР от 22 марта 1966 в редакции от 4 мая 1990 г. // Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1990. № 7; 1995. № 5.
  32. О выполнении судами руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по применению законодательства об ответственности за вымогательство: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 18 авг. 1992 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1992. № 11.
  33. О некоторых вопросах применения уголовного законодательства об ответственности за преступления против собственности: Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 25 апреля 1995 г. № 5 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. № 7.
  34. О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. // Сборник действующих постановлений Пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР и РФ по уголовным делам. М., 2000.

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

     

    г. 

    год 

    гл. 

    глава  

    Л. 

    Ленинград 

    М 

    Москва 

    МГУ 

    Московский Государственный Университет 

    общ. 

    общая 

    п.  

    пункт 

    разд. 

    раздел

    РСФСР 

    Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика 

    РФ 

    Российская Федерация 

    ред. 

    редакция 

    С. 

    страница 

    СЗ 

    Сборник законодательства 

    СПб 

    Санкт-Петербург 

    СССР 

    Союз Советских Социалистических Республик 

    ст. 

    статья 

    Т. 

    том 

    т.д. 

    Так далее

    ч. 

    часть 

    УК 

    Уголовный кодекс 

       
       
       
       
       
       
       
       

    ПРИЛОЖЕНИЕ

     

    Состояние преступности, связанной с посягательствами на собственность в 1998 – 2004 г.г.

     

    Годы 

    Количество преступлений

    В процентах ко всем зарегистрированным преступлениям

    % 

    Количество привлеченных к ответственности

    В процентах ко всем привлеченным к ответственности, %

    1998 

    1424149 

    59,4 

    713182 

    52,0 

    1999 

    1539357 

    59,6 

    746902 

    50,4 

    2000 

    1848393 

    61,6 

    920076 

    53,6 

    2001 

    1733302 

    58,7 

    879306 

    50,5 

    2002 

    1724147 

    58,0 

    797622 

    48,5 

    2003 

    1375483 

    54,4 

    514002 

    40,9 

    2004 

    1646691 

    59,7 

    533462 

    43,1 

     

     

     

     

     


     

<

Комментирование закрыто.

MAXCACHE: 1.03MB/0.00070 sec

WordPress: 25.37MB | MySQL:123 | 2,678sec